Текст книги "Связанные местью (ЛП)"

Автор книги: Эль Мальдонадо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Хорошая девочка.

Эти два слова потрясли меня, перехватили дыхание и возбудили так, как я еще никогда не чувствовала. Я уговаривала себя не делать этого на его кухне.

– И все же ты утверждаешь, что у меня большое эго.

– О, я знаю, что у тебя оно есть.

– Какой выбор ты мне оставляешь?

Я неохотно оторвала от него взгляд, чувствуя, как меняется климат нашего разговора. – Я не понимаю.

– Ну, я в машине с необыкновенно красивой женщиной, которая не может оторвать от меня глаз. Можешь ли ты винить меня за то, что я чувствую себя самым удачливым сукиным сыном на свете?

Мои щеки запылали, и я прикусила губу, чтобы не улыбаться как дура.

– Ты умеешь красиво говорить, Дерек Кейн.

– Нет, просто говорю все как есть. Да ладно, ты же знаешь, что ты сногсшибательна, Эва. И я не лгу женщинам об их внешности. Мне это не нужно.

– Держу пари, что нет, – сказала я, закатив глаза.

Он слегка хихикнул и расслабился в своем кресле, опершись локтем о дверь. – Разве я похож на мужчину, которому нужно ублажать женщин, чтобы переспать с ними?

Странное чувство сжалось у меня в животе при мысли о том, что он спит с другими женщинами.

– О, конечно же, нет. Они просто падают к твоим ногам, не так ли?

– Или ползут к ним.

Его голос стал глубже, и он бросил на меня лукавый взгляд.

В животе у меня завязался узел, и мне захотелось умереть, когда я почувствовала прилив влаги между ног.

Я сжала бедра и отодвинулась к двери, как будто он мог почувствовать, какое воздействие он оказывает на мое либидо.

– Мне не нужно знать о женщинах, с которыми ты связан, особенно о тех, которые стоят перед тобой на коленях.

– Я ни с кем не связан.

Мы остановились на очередной красный свет, и его бриллиантовые глаза сверкнули угрозой. – Я даже не помню их имен.

– Ну, это уже... кое-что.

Я хотела почувствовать отвращение к его признанию, использовать его как причину, чтобы обуздать свое влечение к нему, но это только подогрело его.

Неужели у меня нет достоинства?

– Но ты на коленях, Эванджелина, – вот что я никогда не забуду.

Воздух вырвался из моих легких, и я чуть не сломала ноготь, вцепившись в край сиденья. В моем мозгу укоренились непристойные образы, которые крутились в голове, как ролик с рекламой X-rated.

– Дерек... мы практически кузены.

Что, черт возьми, я только что сказала?

Дерек рассмеялся и покачал головой. – Мы не родственники. Мне все равно, насколько ты была близка с Джеймсом.

– Нет, я не это имела в виду.

Я ненадолго задумалась о том, насколько сильными окажутся дорожные ссадины, если я выпрыгну из машины на ее нынешней скорости.

– Тогда объяснись, потому что я знаю одну вещь с абсолютной, черт возьми, уверенностью, и это не имеет ничего общего с наличием эго.

Мое сердце забилось в груди, как барабан, от ужаса и предвкушения слов, которые он собирался произнести.

– И что же это?

Я была уверена, что он сговорился со светофором, потому что его время было безупречным. Жар его взгляда впился мне в затылок, безмолвно требуя моего внимания. И я сдалась, потеряв себя в этих голубых лужах.

– Нам с тобой было бы чертовски хорошо вместе.

ГЛАВА 12

ГЛАВА 12

ДЕРЕК

Белые торговые палатки выстроились вдоль дорожки, насколько хватало глаз.

Я никогда не понимал, чем привлекательно пребывание в толпе людей. Незнакомые люди идут плечом к плечу, сталкиваются друг с другом. Запахи смешиваются. Нарушается личное пространство. Я был не из тех, кто доверяет другим. Мой мозг был настроен на паранойю и подозрительность по отношению ко всем. Черт, да если бы они узнали, кто я, они бы побежали в противоположном направлении. Это было в моей натуре, укоренилось во мне как врожденный инстинкт – считать, что каждая душа здесь так же опасна и расчетлива, как и я сам. Расслабляться было нельзя, поэтому я тщательно сканировал окрестности. Находясь в состоянии повышенной готовности, моя рука лежала на спине Эвы.

– Откуда ты знаешь, что она сегодня здесь?

– Кармен всегда здесь. Она никогда не упускает возможности поработать. Не тогда, когда она единственный опекун своих четырех внуков.

– Значит, мы ищем пожилую женщину?

Эва оглянулась через плечо и кивнула. – Да. Короткая стрижка пикси с серебряными полосками. Ее дочь... ну, скажем так, она очень похожа на Рейн.

– Это довольно... прискорбно.

Моя попытка выразить сочувствие, должно быть, не удалась, прозвучав сурово и осуждающе. Ева остановилась так резко, что я чуть не опрокинулся на нее.

Ее суровые глаза сузились, глядя на меня.

– Я не буду притворяться, что знаю, каково это – бороться с зависимостью или финансами, но я изо всех сил стараюсь понять. Я видела худших и лучших представителей общества, Дерек. И даже хорошие люди переживают трудные времена и оказываются на улице. Ты должен понимать это как никто другой.

Слова Эванджелины задели меня, хотя я не знал, потому ли, что она меня окликнула, или потому, что я ее расстроил. До вчерашнего дня единственным вариантом развития событий было первое. Но сегодня я не был в этом уверен, и одна эта мысль выводила меня из себя.

– Прости меня. Я не хотел показаться привилегированным засранцем.

Извинение было чужим на моем языке.

Эванджелина одарила меня небольшой улыбкой, и резкие черты ее лица смягчились, когда она махнула мне рукой. – Пойдем. Она обычно устраивается на южной стороне.

Я быстро последовал за ней, когда она снова скрылась в толпе. Пока мы пробирались сквозь людской лабиринт, многие продавцы здоровались и называли ее по имени.

– Ты здесь знаменитость.

– Я часто сюда прихожу. Иногда на смену, чтобы поддержать связь с обществом или просто сделать покупки и насладиться пейзажем.

Толпа редела, чем ближе мы подходили к дальнему краю рынка, и наконец я смог пройти плечом к плечу с Эвой.

– Может, я опять веду себя как мудак, так что простите меня. Но ты не похож на человека, который часто посещает подобные места вне работы.

– И почему же? – спросила она, с ухмылкой демонстрируя ямочку на правой щеке. Но она не смотрела на меня. Ее глаза были устремлены вперед, взгляд был непоколебим.

– Я имею в виду, посмотри на себя.

– Посмотри на меня, – бросила она в ответ с ухмылкой. – Такое место, как это, тебе не по душе, Дерек Кейн?

– Нет, просто это не мое, – сказал я, вытаскивая руки из карманов пиджака и хмурясь на мужчину, чьи глаза слишком долго задерживались на ее лице.

– Не любишь толпы или вообще шопинг? – спросила она, не обращая внимания на молчаливый обмен угрозами и телесными повреждениями.

– В основном и то, и другое.

Она поджала губы и, наконец, повернулась, чтобы осмотреть меня сверху донизу. Тяжесть ее взгляда пронзила меня насквозь и осела на юг.

– Ну,ты, кажется, хорошо одет. Кто же делает тебе покупки?

– Ты спрашиваешь, есть ли в моей жизни женщина, которая выбирает мне одежду?

Она покачала головой и рассмеялась. – Это немного претенциозно, Дерек. Это просто корректный вопрос в ответ на твое заявление.

– Ладно, я подыграю.

Ее смех был заразительным. И, вопреки здравому смыслу, я решил, что хочу услышать его еще. – Нет, у меня нет никого, кто бы делал для меня покупки. Сказала, что я не фанатка, а не то, что я не покупаю себе одежду.

– Справедливо. Что ж, я впечатлен. Ты выглядишь... очень хорошо. Твоя одежда, я имею в виду.

Я открыл было рот, чтобы сказать что-нибудь неподобающее, но Эванджелина уже направилась к палатке, за которой ухаживала пожилая женщина с коротко стриженными волосами и в ярко-желтой куртке. Они обнялись, и женщина, похожая на бабушку, сразу заметила синяк и разбитую губу Эвы.

– Что случилось, Мия? – вздохнула она, наклонив подбородок, чтобы лучше рассмотреть. Ее темные глаза мгновенно переместились на меня, и укоризненный взгляд прищурился на ее старческие черты.

– На работе, Кармен. Это не то, о чем ты думаешь, – сказала Эва, словно прочитав ее мысли.

Несмотря на заверения Эванджелины, выражение ее лица не изменилось.

– Кармен, Рейн приходила к вам сегодня?

Женщина торжественно кивнула. – Она зашла сказать, что ее не будет некоторое время.

Эва схватила ее за плечи. – Она сказала, куда идет?

– Нет, но ее лицо было в синяках... как у тебя. Эва, что происходит?

Эва выдохнула воздух. – Я бы предпочла, чтобы ты не вмешивался.

Женщина замолчала, прежде чем ее черты лица изменились в мою сторону. – И кто же он?

Эванджелина повернулась и встретилась с моими глазами. – Он... он друг, Кармен. И он помогает мне найти Рейн.

Кармен потрогала синяк под глазом Эвы. Мне не нужно было быть читателем мыслей, чтобы понять, о чем она думает. Большинство людей делали обо мне предположения, основываясь на моих татуировках, манере одеваться и выражении «не связывайся со мной», которое жило на моем лице. Я привык к этому. Но мне не понравились ни ее пристальное внимание к Эве, ни то, что она шептала ей на ухо по-испански. Несомненно, это было какое-то предупреждение обо мне. Я не владел языком, но знала достаточно, чтобы понять ее совет принимать решения головой, а не тем, что у нее между ног, – даже если я выглядел достаточно хорошо, чтобы поесть.

Ее слова. Не мои.

Щеки Эванджелины вспыхнули розовым румянцем, и она прильнула к более высокой женщине, отвечая на испанском так быстро, что я не успевал за ней.

Когда они попрощались, мы прошли всего пять футов, прежде чем к палатке Кармен подошел грузный мужчина в длинном черном плаще. Он прорычал ее имя сквозь стиснутые зубы и бросился вперед, прижав испуганную женщину к стальному столбу.

Эванджелина бросилась к ним, прежде чем я успел ее остановить, обогнула маленький белый столик и встала между Кармен и скоропостижно скончавшимся мужчиной.

– Эй! Оставь ее в покое.

Переключив свой гнев, мужчина направил палец на Кармен в нескольких дюймах от ее лица, скрежеща зубами.

Я сжал кулаки, представляя, как использую его отрубленную руку в качестве зубочистки.

Ева расправила плечи, что выглядело как молчаливый вызов, как вызов ему, чтобы он сделал свой ход. Она не знала, что он никогда не подойдет так близко.

– В чем, черт возьми, твоя проблема?

– Леди, я не знаю, кто вы такая, но вам лучше отойти в сторону, пока я не сдвинул вас с места.

Я затянул ремешок на перчатках. – Ты только прикоснись к ней.....

Я сжал челюсти, прежде чем Эва услышала гнусные обещания, вцепившиеся мне в горло.

Мужчина закатил глаза в мою сторону и, подняв подбородок, нахмурил брови. – Это не касается ни одного из вас.

Я не мог не согласиться, но то, как Ева защищалась перед Кармен, дало мне понять, что уходить не входит в ее планы.

Черт.

– Кармен, что происходит? Кто он и почему он здесь?

Женщина была слишком занята тем, что сопела в рукав, чтобы отвечать на вопросы Эвы.

– Как я уже сказала, это не твое дело. Это касается только меня и этой предательской сучки.

Эва шагнула к нему, подняв лицо, чтобы встретить угрозу лицом к лицу. – Я предлагаю вам двоим уйти. Вы преследуете и угрожаете этой женщине.

Я не был посвящен в историю, которая существовала между этими двумя. Мне было все равно. Единственное, что меня волновало, – это то, что я стоял лицом к лицу с мужчиной вдвое крупнее ее.

Так вот что они имели в виду, говоря о вздорных латиноамериканках?

И почему-то это чертовски меня заводило.

– Кто вы? Полицейский? Уж на свинью-то я точно не похож, – фыркнул он.

Положив руку ей на бедро, я проскользнул между ними, вдоволь насмотревшись на то, как его глаза-бусинки смотрят на нее со смесью похоти и жестокости. Я не мог позволить себе убить этого человека средь бела дня и, что еще хуже, на глазах у Евы. В Ордене Шести было так много тех, кто был куплен и проплачен, что их можно было замять, когда речь шла о публичных промахах. И хотя каждая частичка моего существа желала раскроить ему череп за то, что он даже дышал вблизи того, что принадлежало мне, свидетелей было слишком много, чтобы я смог справиться со своей яростью.

– Я настоятельно рекомендую тебе уйти.

– А ты кто такой, мать твою?

Рука Эвы лежала на моей руке, ее пальцы сжимали мой бицепс, от напряжения напрягая мышцы.

– Дерек, не надо.

– Послушай свою девочку. У нее сладкий ротик.

Я сжал кулак и вогнал его в живот. Он задергался, пытаясь перевести дыхание. Наклонившись к его уху, я прошептал: – Ты знаешь, сколько времени требуется человеку, чтобы умереть после того, как его высекли?

Он простонал в ответ, все еще не в силах говорить.

– Это значит «нет»?

Я схватил его за воротник рубашки и потащил к краю палатки. Его налитые кровью глаза были широко раскрыты, лицо покраснело и покрылось пятнами. – Уверяю тебя, что да.

– Пошел..., – задыхался он.

По моему лицу поползла развратная улыбка. – В тебе есть немного мужества. Может, ты продержишься еще немного.

– Ты тут ни при чем, чувак.– Его голос был хриплым. – Я просто ищу какую-нибудь подтянутую шлюху.

Ситуация только что стала интересной.

– Рейн?

Он кивнул, собираясь с мыслями, но внезапно замолчал, когда его взгляд сфокусировался на моей руке.

– Арес, – прошептал он, подняв руки в знак капитуляции. – Ладно, ладно. Я ухожу.

И тут я заметил чернила на его пальцах и тыльной стороне ладоней.

Братва.

Эва узнала бы его, если бы он был тем ублюдком, который напал на нее, но я не сомневался, что он знал имена тех, кто это сделал.

Я сжал в кулаке его воротник.

– Слушай меня внимательно, твоя жизнь зависит от того, как ты ответишь на мои следующие вопросы. – Я бросил короткий взгляд за спину, чтобы убедиться, что Ева все еще ухаживает за Кармен. – Прошлой ночью двое мужчин последовали за девушкой в дом в Брин-Море. Мне нужно имя того, кто выжил, и где я могу его найти.

– Черт... Я не могу, чувак.

– О, но ты сможешь.

Я потянулся во внутренний карман куртки и достал черный бумажник. Его брови взлетели вверх, как только до него дошло. Открыв его, я увидел фотографию его семьи: трое детей и молодая жена, на которой было слишком много косметики.

– Будет чертовски жаль, если...

– Не смей. Не посмеешь.

Я ухмыльнулся, показав двойной ряд зубов. – Думаю, вопрос в том, чья жизнь для тебя важнее?

Он выругался под нос, но тем не менее согласился. Когда мужчина потянулся за бумажником, я выхватил его из его рук. – Ты мне очень помог, Владимир, но я думаю, что придержу это еще немного, пока ты не докажешь, что являетесь честным человеком.

Он стиснул зубы. – Нет! Я дал тебе то, что ты просил.

– И даю тебе слово, что тебе и твоей семье не причинят никакого вреда, если твоя информация подтвердится.

Его ноздри вспыхнули, но он знал, что у него нет выбора. Подчиниться или умереть. Чего он не знал, так это того, что я не не оставляю незавершённых дел.

– Дерек.

Знойный голос Эвы прорвался сквозь мои мысли.

– Мы закончили. Он просто уезжает. Разве не так?

Глаза Владимира упали на его бумажник, когда я засовывал его обратно в нагрудный карман. Он что-то пробормотал себе под нос и удалился, растворившись в толпе.

– Он ушел насовсем?

– Да.

Я перевел взгляд на Кармен, которая теперь сидела на деревянном табурете и вытирала глаза.

– Он из команды Белова, не так ли? Она сказала мне, что он хотел получить информацию о Рейн. Угрожал ей за это. Я сказала ей, чтобы она выдвинула обвинения, собрала вещи и уехала, но она, конечно, отказывается. Я попытаюсь получить подразделение, которое будет следить за ее блоком.

Как только Эва помогла Кармен успокоиться, мы вышли из магазина. Когда мы добрались до парковки, я прислонился к машине, сложив руки на груди. Ее взгляд встретился с моим, она тепло улыбнулась и села рядом со мной.

– Спасибо тебе... за то, что ты сделал там. Я бы не хотела, чтобы ты ввязался в драку из-за меня. Но...

– Что?

Я поднял бровь, ожидая лекции, которая, как я знал, должна была прозвучать.

– Ты не можешь просто так нападать на людей или угрожать, особенно в моем присутствии. Это ставит меня в затруднительное положение.

– Я не могу давать такие обещания, но я постараюсь сделать все возможное. Я уже сказал тебе, что не буду стоять в стороне и не позволю никому проявлять к тебе неуважение.

То, как сексуально она прикусила губу, произвело на меня впечатление. Я сдвинулся с места, и она последовала за мной, встав в нескольких сантиметрах передо мной.

– Ты делаешь это со всеми?

– Нет.

Она придвинулась ближе. – Я не девица, Дерек.

Я притянул ее к себе за воротник куртки, наши тела прижались друг к другу, а мой член отреагировал на ее близость.

– Я знаю, что ты можешь о себе позаботиться.

– Могу.

– Конечно, можешь. – Я хихикнул, нежно проведя большим пальцем по краю ее зажившей губы, отчего ее глаза затрепетали. – Куда дальше?

Она пожала плечами.

– Я подумала о том, чтобы пойти в участок и еще раз просмотреть дело Рейн. Убедиться, что я ничего не упустила. Я также хочу сравнить фотороботы и посмотреть, есть ли этот человек в нашей системе. Ты случайно не узнал его имя?

– Нет, – соврал я. И снова. – Но я все равно могу помочь.

Я ненавидел легкий оттенок отчаяния в своем тоне. Возможно, в данный момент было необходимо уехать от нее подальше.

– Я не буду тащить тебя на свою работу.

– Что? Не хочешь, чтобы тебя видели с таким парнем, как я?

– Правда?

Она бросила на меня возмущенный взгляд и шлепнула меня по руке.

Я наклонился и указательным пальцем медленно провел по контуру ее лица, по мягкому склону носа и по мясистым розовым губам.

– Честная и правильная Эванджелина в компании мужчины с татуировками на руках и шее. Что бы сказали твои коллеги?

Я крепче прижал ее к себе и сполз по бокам автомобиля, так что она оказалась между моих ног и почти на уровне моих глаз. Тепло ее дыхания обдало мои губы, когда они разошлись. Было бы так легко поцеловать ее. Она практически умоляла. И, черт возьми, я хотел этого. Но я должен был разыграть свои карты. Неважно, насколько чертовски красивой и пленительной она была.

– Ты можешь просто сказать им, что я твой кузен. Разве не так ты сказала? – поддразнил я.

Она медленно улыбнулась, приподнялась на носочки, провела губами по моим и прошептала: – Я скажу им, что ты мой брат.

Ох!

– Пойдем. Мне нужно забрать машину, – сказала она, вырываясь из моих объятий и огибая капот с самодовольным выражением лица.

– Так ты действительно не хочешь, чтобы я ехала с тобой? Ты ранишь меня, ангел.

Я театрально прикрыл рукой сердце.

Ева вскинула бровь и скользнула в машину.

Это могло закончиться только одним способом.

Смотри на приз, Дерек.

За призом.

Я постучал костяшками пальцев по крыше машины, прежде чем открыть дверь и забраться внутрь.

ГЛАВА 13

ГЛАВА 13

ДЕРЕК

Задрав рубашку над головой, я вытер пот и брызги крови, скатившиеся по бокам лица. В подвале было темно, в воздухе висел холод, который я не мог ощутить. Тяжелые удары и стоны доносились от избитого человека, прикованного к стоку. Его цепи были ослаблены, так что он стоял на коленях, наклонившись вперед и склонив голову.

Засранец с рынка сдержал слово и доставил своего друга, как и обещал. Мне пришлось ждать всего тридцать минут, пока тот не вышел на заднее крыльцо, с сигаретой в одной руке и «Heineken» в другой. Будучи джентльменом, я предложил бедному ублюдку прикурить. К моему удивлению, он не попытался убежать или закричать, как я думал. Он просто смотрел, смирившись со своей участью, как будто знал, кто я такой и что я приду за ним.

Кровь непрерывным потоком капала из какого-то неизвестного отверстия на его лице, заливая металлическую решетку под ним. Он отплевывался и кашлял, его тело подергивалось при каждом отчаянном глотке воздуха, который он втягивал в легкие.

Я опустился на колени и сжал в кулак его волосы, залитые кровью, а он прорычал в ответ.

– Просто убей меня, блядь, уже.

– О, это и есть план, Андрей.

Отпустив его лицо, я выпрямился и провел пальцами по коже головы. Я уже давно оставил попытки избежать попадания на меня брызг крови этого мудака, как только прошло десять минут. Четыре его пальца лежали у моих ног – первое наказание, хотя он должен был получить все десять за то, что прикоснулся к тому, что принадлежало мне.

Я не стал отступать от сценария, как это было с Джеймсом. Но у этого ублюдка было несколько скелетов и судимость почти такая же длинная, как и количество взяток, которые пришлось дать его отцу, чтобы очистить свое имя. Он был молод, едва окончил школу, а уже стал мальчиком на побегушках у Белова. Только Андрей не только собирал игорные долги или бегал за килограммами, он еще и коллекционировал молоденьких девушек.

Может быть, я был самым большим лицемером в мире? В конце концов, я носил души всех тех, чьи жизни я украл, как полотно изобразительного искусства на своей плоти. Но были пределы, которые даже такой больной ублюдок, как я, не смог бы переступить.

– Сначала я просто хочу немного развлечься. – Я обошел его кругом, и его плечи напряглись от неуверенности в моем присутствии у него за спиной. – Скажи мне, почему ты решил, что можешь наложить руки на то, что принадлежит мне?

– Пошел ты. Я не знал, кто эта сучка, кроме того, что у нее самые сладкие губы для сосания члена...

Придушенный звук, который он издал, когда я сжал руку на его шее, был почти музыкой для моих ушей.

– Она чертовски великолепна, не так ли? – Я еще не имел удовольствия почувствовать, как ее губы скользят по моему члену, но всему свое время. – Ты хорошенько поиздевался над ее милым личиком, не так ли? Раздвинул ее маленький ротик, как у какого-нибудь труса, потому что она скорее умрет, чем прикоснется к тебе.

Глаза Энди были налиты кровью, и они выпирали из глазниц тем сильнее, чем крепче мой кулак сжимал его горло. Он был в нескольких секундах от потери сознания, а я не мог этого допустить. Он так просто не отделается. Сделав всего два сильных вдоха, я воткнул клинок ему в живот и крутанул кожаную рукоять в такт его дергающемуся телу. Его рот распахнулся в беззвучном крике, а затем он упал на цепи, корчась в агонии.

– Ты... больной... сукин сын..., – прохрипел он между тяжелыми ударами.

– В этом городе два миллиона женщин, и ты случайно наткнулся на мою. Это была судьба, ты и я.

На левой руке остался только средний палец. Он поднял свой окровавленный обрубок и показал мне средний палец, и я не смог сдержать рвущийся из горла смех.

У него точно были яйца.

Пока что.

Как раз в тот момент, когда он начал тираду ругательств, на металлическом столе позади моего закованного в кандалы друга блеснул огонек. Вскоре мой мобильный телефон завибрировал, ударившись о поверхность.

– Вот, подержи это для меня, – сказал я, всаживая еще один нож ему под правую грудную клетку. Он откинул голову назад и завыл, звук отразился от кирпичных стен, как саундтрек к фильму ужасов.

ЭВАНДЖЕЛИНА

Завтра у меня ранняя смена, и я подумала, не хочешь ли ты вместе со мной помочь в расследовании одной наводки. Я нашла новый контакт для Рейн. Он не зарегистрирован, так что это только я.

Эванджелина снова обратилась ко мне за помощью.

Я

В какое время?

ЭВАНДЖЕЛИНА

Забери меня в 4:30. Следующие два дня я буду жить у отца.

Далее высветился адрес ее отца.

– Эй... да ладно, чувак. Я тут умираю.

Андрей слабо хныкал, дышал неглубоко и больше не опирался на колени. Наклонившись вперед, он держался за счет режущих ремней на запястьях.

– Я в самом разгаре. Давайте не будем грубить.

Я

Я буду там.

ЭВАНДЖЕЛИНА

Спасибо.

Три текстовые точки появлялись на экране, исчезали и появлялись вновь, повторяясь еще три раза. Я крепче сжал телефон, не сводя глаз с яркого экрана, ожидая, что она скажет дальше, и любопытствуя, почему она так не уверена. Легкая боль по бокам лица заставила меня осознать, что я ухмылялся, как гребаный дурак. От этого осознания у меня сжалась грудь. То же самое чувство, что и в тот день, – то, которое я не мог определить, – охватило меня. Мне это не нравилось. Я чувствовал себя странно... уязвимым.

ЭВАНДЖЕЛИНА

Спи спокойно, Дерек.

Столько нерешительности из-за этих трех слов?

Я

И тебе того же.

За последний месяц, пока я приводил в порядок свои дела и подделывал документы от имени Джеймса, я также собирал информацию о всех сторонах жизни Эванджелины. Представьте себе мое удивление, когда я узнал, что Франко – ее отец. Бедняга был вынужден, разумеется, путем вымогательства, работать официальным врачом местных преступных семей Филадельфии и не только, включая членов Ареса. На этом преследующие откровения не закончились. Узнав, что Ева – детектив по расследованию убийств в 9-м округе Филадельфии, я пересмотрел весь свой план. Ирония была столь же смехотворной, сколь и извращенной.

Я положил трубку и зажмурил глаза, вытесняя из головы все мысли о ней и ненавидя семена сомнений, прорастающие в непроницаемом хранилище моей совести.

Тяжелые стоны вырвали меня из раздумий.

– Послушай, парень... просто отпусти меня. Я обещаю, что ничего не скажу. – Его надтреснутый голос был жалок. – Я так и не рассказал своему боссу о той ночи. Он бы мне голову заморочил, если бы знал, что я облажался и оставил свидетеля.

Я пододвинул стул и сел перед ним на расстоянии вытянутой руки, положив одну лодыжку на колено.

– Каким бы я был человеком, если бы просто отпустил тебя? Что? Ты вернешься к Белову и будешь разевать рот на мою девушку? Я не могу этого допустить.– Я наклонился вперед. – А как ты объяснишь потерю всех пальцев и отсутствие члена?

Он смотрел на меня с замешательством, глаза в прорезях, отчасти из-за отека.

– Блядь. Пожалуйста, не надо.

– Не волнуйся. Там, куда ты идешь, он тебе не понадобится.

Я схватил со стола тесак, и он яростно задергался, ругаясь и крича о помощи.

– Тебя никто не услышит, так что советую поберечь силы, – сказал я, глядя на него из-за лезвия. – Я только начинаю.

Он издал болезненный смешок. – Ты настоящий... кусок работы, не так ли? Как будто мы чем-то отличаемся друг от друга.

Я провел лезвием по его торсу, а затем вырвал его. – Похоже, у меня гость.

– О... черт.

Содержимое его живота выплеснулось наружу, ударившись об пол с удовлетворительным хлюпаньем.

Нашей команде уборщиков пришлось потрудиться.

Я наблюдал за высокой фигурой на видеозаписи с камер наблюдения, и улыбка приподняла уголки моего рта. За всем этим хаосом я совсем забыл, что Кай придет сегодня вечером. Вытерев полотенцем брызги крови на руках и груди, я поднес ткань к лицу. – Сиди тихо, друг.

Когда я отошел, Андрей начал причитать, его крики о помощи эхом разносились по округе, пока за мной не захлопнулась дверь.

Тишина.

Я в последний раз вытер руки, прежде чем отпереть и открыть входную дверь.

– О. Не вовремя? – спросил Кай, переводя взгляд с моей макушки на пунцовые пятна на пальцах.

– Просто небольшое личное дело. Входи.

Он изогнул темную бровь и покачал головой, на его лице наконец-то появилась ухмылка. – У тебя всегда дела, не так ли? – сказал он, похлопав меня по спине.

Кай был моим братом во всем, кроме крови. Мы попали в одну и ту же дерьмовую приемную семью, были усыновлены одним и тем же ублюдком. И в конечном итоге из нас воспитали одного и того же безжалостного монстра. Однако он был голосом разума между нами двумя.

– Налей себе выпить и чувствуй себя как дома. А я пойду приведу себя в порядок.

Он уже держал в руках графин с виски.

– Ты меня знаешь, – сказал он, поднимая граненый стакан и поднося его ко рту.

Когда я принял душ и вернулся на главный этаж полигона, Кая нигде не было. Мне не пришлось гадать, куда он отправился.

– По-моему, это не похоже на бизнес, – сказал он, стоя спиной к двери и изучая обмякшее и неподвижное тело Андрея. – Кстати, он мертв.

Но он что-то бормотал про «сучку с тугой задницей». Кай повернулся ко мне, допивая последний глоток своего напитка. – О чем, блядь, говорил этот бедный ублюдок, Ди? Не может быть, чтобы это была та цыпочка с утра.

Его взгляд метался между мной и окровавленным трупом, пытаясь сложить кусочки воедино. Между нами не было секретов. Мы вместе пережили больше дерьма, чем я хотел бы вспомнить. И мы спасли друг друга больше, чем я когда-либо смогу ему отплатить. Он – единственный человек, на которого мне было наплевать... – Эта мысль на мгновение пронеслась в моей голове, но тут в мои размышления ворвалось лицо другого.

Если Кай знал о судьбе Джеймса, то Эва была единственной деталью, которую я упустил. Но пришло время признаться. В конце концов, он будет в городе еще несколько недель.

– Черт, – сказал он, отпивая из своего дважды наполненного стакана виски. – Ну и каков твой план? Трахнуть эту девушку. А что потом?

Трахать ее до тех пор, пока я полностью не насыщусь. Пока моя сперма не потечет из каждого отверстия ее тела. Пока я не заклеймлю ее как свою, и она не будет полностью уничтожена для любого другого мужчины. Я никогда не хотел погрузить свой член в киску так сильно, как хотел – нет, не хотел – ее.

И что тогда?

– Она богата. Возьму от нее то, что мне нужно, и пойду дальше.

– Ее ждет та же судьба, что и того засранца в подвале?

Мои глаза сверкнули на него из-за стекла. – Нет.

Слово вылетело из моего рта, резкое и решительное, прежде чем я успел осознать его смысл.

Глаза Кая сузились, вопрос повис в воздухе. Но он отвел взгляд, на его лице появилось задумчивое выражение. Он больше ничего не сказал, решив не высказывать свои опасения.

Я откинулся на спинку стула и уставилась в свой напиток, словно ответы на невысказанные вопросы скрывались в янтарной жидкости.

Кай провел рукой по своим темным волосам и тяжело вздохнул. – Итак, эта женщина Эва – дочь Франко. Он знает, кто ты?

Я поднял подол рубашки, чтобы посмотреть на потускневший шрам на животе. – Два года назад я зацепился за него концом лезвия, и он наложил мне швы. Он не знает о моей связи с Джеймсом... пока что.

– Ты же не планируешь с ним встретиться? – Он опустился на край дивана, на его лице появилось суровое выражение. – Он разберется в этом дерьме. Он узнает, что это сделал ты. Тогда и она узнает. Неразбериха, Ди.

– Никто ее не трогает.

Мой голос больше походил на рык, чем на слова.

Он поднял обе руки в свою защиту.

– Ты знаешь меня, брат. Я бы никогда. Но слухи ходят. И Франко не собирается молчать о том, что ты спишь с его дочерью. И она коп? Дерек, это дерьмо уровня Армагеддона, в которое ты собираешься вляпаться по самые яйца.