Текст книги "Связанные местью (ЛП)"

Автор книги: Эль Мальдонадо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

Ее тон был веселым и легким.

Я покачал головой. – Нет. Просто в тебе нет абсолютно ничего среднего.

Пока она смачивала губы, я не мог не облизывать свои, словно предвкушая вкус.

И вскоре это произошло.

Она скривила свой красивый рот. – Пока, Дерек.

ГЛАВА 5

ГЛАВА 5

Э

ВАНДЖЕЛИНА

БРИН-МОР, ПЕНСИЛЬВАНИЯ

Я бросила ключи в керамическое блюдо у двери, а оружие положила рядом, снимая сапоги. В любой другой вечер я бы спрятала их в тумбочке у входной двери, но не сегодня. Я чувствовала себя слишком охренительно, чтобы заботиться об этом. Несмотря на то, как дерьмово началось мое утро, настроение резко изменилось. Новость о предполагаемых преступлениях Джеймса и его незаконнорожденном сыне стала для меня ударом, но теперь все было по-другому.

Я никогда не зацикливалась на внешности, но сексуальная привлекательность этого мужчины была неоспорима. Прошел почти год с момента моих последних отношений, но я никогда не чувствовала такого быстрого и глубокого влечения к мужчине. Мне хотелось обвинить Алексу в том, что она поселила эти мысли в моей голове еще до того, как я успела составить объективное мнение, но я знала, что это полная чушь.

Он произвел бы такое же впечатление. Его прикосновения вызвали бы те же толчки между моих бедер. И эти чертовы глаза – я бы все равно потеряла себя в них.

Я ухватилась за край кухонной стойки и покачала головой, на моем лице появилась глупая улыбка. У меня были проблемы, и я это знала. Дерек определенно флиртовал, а я все равно предлагала остаться друзьями, прекрасно понимая, что платонические отношения между нами будут недолговечны. Я чувствовала это. Чувствовала, как его прикосновения отзываются жаром во всем теле.

Несмотря на мое прошлое, а может, и вопреки ему, сексуальные ситуации не вызывали у меня страхов или травм, пока я контролировала ситуацию и секс происходил на моих условиях.

Моя сумка вибрировала на мраморе. Мне не нужно было смотреть, чтобы понять, что это Лекс. Она звонила без остановки в течение последнего часа. Я чувствовала себя ужасно, игнорируя ее звонки, но мне нужно было время, чтобы подумать о Дереке, обвинениях в адрес Джеймса и о том, что во всем этом замешан мой отец.

Мой экран снова засветился, высветив двадцать пять пропущенных вызовов.

Все от Алексы.

Приняв номер двадцать шесть, я положила устройство на стойку, подальше от ушей, потому что знала, что меня ждет.

– Эванджелина Круз! Я могу убить тебя. Как ты смеешь так меня беспокоить? Даже если бы ты лежала мертвая где-нибудь в канаве, я бы снова тебя вздернула!

– Алекса, расслабься. Со мной все в порядке, – заверила я ее, доставая из холодильника бутылку воды. – Я никогда не была в опасности. Успокойся.

Я ни за что не расскажу ей об этом засранце Кирнане, потому что никогда не услышу конца, и я знала, что это как-то повлияет на ее представление о Дереке. По какой-то причине я нуждалась в ее одобрении.

– Так ты просто забыла написать? Сука. Я была так близка к тому, чтобы позвонить твоему отцу... а потом Квантико.

Это вызвало смех.

– Лекс, ты забыла, чем я зарабатываю на жизнь? И уж точно не в первый раз оказываюсь в неизвестной, возможно, опасной ситуации. И что в Дереке автоматически делает его серийным убийцей? Ты сходишь с ума.

Она выдохнула воздух.

– О, теперь он Дерек? И ты не можешь винить меня. После того дерьма, что ты мне рассказала, Джеймс был замешан в...

– Предположительно.

– Предположительно. Это все, о чем я могла думать. Кто скажет, что этот Дерек тоже не является частью этого теневого мира? У меня просто такое чувство. Ты же знаешь, какая я.

Я так и сделала. Алекса утверждала, что общается со своей духовной стороной и увлекается астрологией, аурами и всем остальным. Она постоянно перестраивала мои чакры, или как там их.

– Я знаю. И мне жаль, что я заставляю тебя волноваться. Но тебе не стоит. Дерек был...он оказался совсем не таким, как я ожидала.

Наступила неловкая тишина, прежде чем в динамике раздался свистящий выдох Алексы.

– Прости? Что это было, черт возьми?

Допив последнюю порцию воды, я направилась в гостиную, и ее вопрос повис в воздухе. Дойдя до дивана, я плюхнулась на его мягкую поверхность, а Лекс преувеличенно вздохнула, нетерпеливо ожидая моего ответа.

Положив телефон на грудь, я притворилась невинной. – Что было?

– Вся эта история с дыханием Дерека, который был великолепен?

Я не могла не рассмеяться над ее нелепым подражанием моему голосу.

– Твое воображение.

– Эва, ты лживая задница! Он горячий, правда?

Я громко застонала в декоративную подушку. – Да!

На моем экране внезапно загорелся значок видеозвонка. Я села, не в силах подавить улыбку, болезненно вырисовывающуюся на моем лице.

Лекс была в своей машине.

– Расскажи мне все! Насколько горячо? По шкале от одного до «трахни его десятью способами до воскресенья».

– Горячий, как его пресс. Шесть футов три или четыре, гора мышц – это круто.

– О, черт. Что еще?»

– Целующиеся губы и татуировки, покрывающие каждый дюйм его тела – кроме лица, конечно.

Она фыркнула от смеха. – Горячо. И Франко собирается умереть! Но продолжай.

– И эти слишком длинные ресницы, которые не должны быть у мужчин. Но его глаза, Лекс. Такие ярко-голубые, клянусь, они похожи на бриллианты.

– И судя по тому, где он живет, он заряжен. Черт, Дерек звучит как самоуверенный сукин сын.

– Я не буду отрицать, что он знает, что хорошо выглядит. Но его уверенность только усиливает его сексуальную привлекательность. В нем есть что-то еще, Лекс. Просто есть что-то, что притягивает меня.

Было очевидно, что прошлое Дерека по-прежнему является его неотъемлемой частью. В этих арктических глазах отражался целый вихрь эмоций и переживаний. Секреты. Тайны. И, возможно, немного тьмы.

От последней мысли у меня по позвоночнику пробежал холодок. Годы, проведенные в чтении людей, помогли мне осознать ту грань, которую он носил в себе, как вторую кожу. Мне хотелось глубже проникнуть в его мир, прошлое и все то, что заставляло его чувствовать. Я была очарована, потому что, несмотря на мой гнев и разочарование от полученной информации, моя любовь к Джеймсу оставалась неизменной. И Дерек был всем, что у меня от него осталось.

Возможно, Алекс была права. Может, встреча с ним была судьбой? Неужели я была настолько глупа, чтобы поверить в существование такой вещи? Особенно с учетом душевной боли, травм и потерь, которые я пережила?

Возможно.

Допрос Алекс продолжался еще пятнадцать минут, пока не закончился ее обеденный перерыв. Она неохотно повесила трубку, а я так и осталась сидеть на диване, уставившись в белый сводчатый потолок.

Когда адреналин от событий дня схлынул, я почувствовала, как на веки опустился туман тяжелого сна, и сделала мысленную пометку написать Сэму позже, чтобы он отменил исследование отпечатков пальцев.

Я закрыла глаза и устало выдохнула, окончательно придя в себя после встречи с Дереком. Теперь мне было легче думать головой, а не эмоциями.

Но вместе с рациональным мышлением пришли и новые заботы. В одном я была уверена: Джеймс все эти годы вел двойную жизнь, связанную с одними из самых безжалостных преступников нашего города. Меня потрясло, что я даже не рискнула задуматься о том, к чему все это привело.

Насколько глубоки были его связи? Насколько грязными были его руки? И как много знал мой отец?

Я не была настолько наивной, чтобы думать, что раз Дерек ничего не нашел, значит, его прошлое чисто.

Возможно, я была отчасти виновата в том, что закрывала глаза на ложь и несоответствия отца, но, возможно, пришло время копнуть немного глубже.

Вопрос заключался в том, что я буду делать с информацией, если найду ее?

Должно быть, я неосознанно задремала на диване, потому что меня разбудил громкий стук в мою входную дверь, а также неистовый звонок в дверь. Солнечный свет больше не проникал в окна.

Что за чертовщина?

На адреналине я вскочила на ноги и открыла приложение дверного звонка на своем телефоне.

Огненно-рыжие волосы выбились из-под капюшона черной толстовки, лицо было скрыто.

Рейн.

Волосы девушки были безошибочно узнаваемы.

Мои торопливые шаги почти совпали с ритмом ее диких кулаков на моей двери. Я распахнула дверь, и девушка влетела внутрь, упав на колени и руки.

– Нет... нет... нет! – задыхаясь, пролепетала она, волочась по твердому дереву.

– Рейн!

Она побежала по длинному подъезду и свернула за угол, прежде чем я успела ее догнать.

Я снова позвала ее, обыскивая темную гостиную в поисках места, где она могла спрятаться.

В свои двадцать один год Рейн видела и пережила больше, чем положено в ее возрасте. Она была моим информатором последние четыре месяца, сначала ее арестовали за наркотики и проституцию. Я завоевала ее доверие, и она очень помогла в поимке известного сутенера, который задушил и убил пять девушек за последние два года.

Носки ее белых грязных боевых сапог торчали из-под дивана. Рейн подтянула колени к груди, обхватила руками икры, а голову зарыла между ног. Тихие всхлипы сотрясали ее плечи, и я дала ей время, поглаживая круги на ее руке. Я вдруг почувствовала себя дерьмом. Будучи настолько поглощена личными проблемами, я бросила ее. Даже не знала, что она пропала, до сегодняшнего утра. Я должна была поддерживать с ней связь и присматривать за ней, как обещала.

– Привет,– прошептала я.

– Все в порядке.

В ответ она медленно покачала головой. – Поговори со мной, Рейн. Что происходит? Где ты была?

Девушка заколебалась, прежде чем медленно подняла взгляд. У меня вырвался вздох, когда перед глазами появилось ее покрытое синяками и кровью лицо. Протянув руку над ее головой, я зажегла настольную лампу, и мои глаза стали еще шире при виде ее лица. Я осторожно наклонила ее подбородок.

– Кто это сделал?

Засохшая кровь была размазана под носом и в уголках потрескавшихся губ. Правый глаз был кроваво-красным, а тонкое зеленое кольцо в радужке расплылось от слез, прежде чем пролиться. Возможно, она была под воздействием чего-то, и это было причиной ее паранойи.

– Эва, они забрали меня. Но я вырвалась. – Она схватила меня за плечи, в ее голосе слышалась паника, а глаза метались из стороны в сторону. – Но они следили за мной. Они идут!

Рейн вскочила на ноги и заглянула сквозь занавески.

– Идут сюда? Кто?

Я положила руку на бедро, пока она продолжала шагать от окна к окну, мой пульс учащался, а мысли метались. Кого, черт возьми, она привела в мой дом?

– Они пытаются меня убить.

– Рейн, притормози. Кто это? И почему ты не позвонила в полицию?

Я похлопала себя по карманам, понимая, что, должно быть, оставила телефон у двери.

Черт.

– Эва, прости меня. Я не знала, куда еще пойти. Но я не могу пойти к копам.

– Рейн, я полицейский. Я не могу не сообщить, что видела тебя и что ты, возможно, в беде.

Она отползла в угол и снова обняла себя за ноги, бормоча при этом какие-то нечленораздельные слова. Потирая виски, я сделала успокаивающий вдох и медленно опустилась перед ней на колени, положив руку на ее колено.

Когда она отпрянула от моего прикосновения с яростным рывком, это было верным признаком того, что она под кайфом. Мне нужно было позвонить Сэму.

– Послушай, Рейн, я возьму свой телефон и вызову тебе помощь, хорошо? Пожалуйста, оставайся на месте.

Она рванулась вперед и снова схватила меня за плечи, впиваясь пальцами в кожу. – Нет! Не ходи туда, Ева. Они идут, клянусь.

Хуже я ее не видела с того первого дня, когда мы вытащили ее полуголую, брыкающуюся и кричащую из переулка.

– Я обещаю, что со мной все будет в порядке. Оставайся здесь.

Выпрямившись, я бросила на нее последний взгляд, прежде чем направиться к входной двери. Должно быть, я уронила телефон, когда она в ярости ворвалась внутрь.

Когда я подошла к тусклому фойе, по ту сторону матового стекла показался широкий силуэт мужчины. У меня перехватило дыхание, и я уставилась на него, пока он тряс дверную ручку.

Черт.

Поскольку сигнализация была отключена, телефон потерян, а ближайший пистолет лежал на кухне, я чувствовала себя беспомощной. В следующее мгновение мужчина начал выбивать мою дверь. Я помчалась по коридору в сторону кухни, но едва я переступила порог, как из грязной комнаты вышел еще один мужчина, более худой.

Злобная ухмылка осклабила его рот, когда он приблизился.

– Убирайся к чертовой матери.

– Шшш. Не надо говорить, милая. Нам просто нужна девушка.

Какова вероятность того, что два придурка назовут меня этим раздражающим прозвищем в один и тот же день?

В моих жилах забурлил адреналин, и я поняла, к чему это приведет. Я внутренне выругалась, осознав, что не заменил свою инсулиновую помпу, как собирался. Это испытание нужно было закончить до того, как скачок, о котором я знал, приведет к проблемам.

Я подалась вперед, и он горлом приказал мне поднять руки над головой. Повинуясь его приказу, я подняла руки к потолку, отчего моя рубашка задралась примерно на дюйм выше пупка. Его развратные глаза опустились на мой живот, и он расплылся в ухмылке.

– Знаешь, ты бы стала отличным дополнением к коллекции босса. Повернись, – приказал он, покрутив пальцем.

– Пошел ты.

Он взвел пистолет и направил его мне в голову.

– Я сказал, повернись.

Я сжала губы в плотную линию, уставилась на него и закружилась по кругу.

– Крепкая задница. Красивое лицо. О, да. Из тебя получится отличный питомец. Надо только получше использовать твой милый ротик.

Мне хотелось вылезти из кожи, закричать и заплакать, когда его слова с силой и воспоминания с силой ударили по моим чувствам. Раз. Два. Три вдоха покинули мое тело. Этим приемам я научилась на терапии, когда паника грозила взять верх.

Мужчина подошел ближе и приказал мне встать на колени. Не имея другого выхода, я подчинилась, выжидая, когда он оступится и подойдет достаточно близко. Но это должно было произойти до того, как его сообщник станет неподъемной второй проблемой.

В соседней комнате, где я оставила Рейн, разбилось стекло, а затем раздался леденящий кровь крик, пронзивший мне душу.

ГЛАВА 6

ГЛАВА 6

Э

ВАНДЖЕЛИНА

Его «Zipper» заскрипела в моем сознании, как гвозди на меловой доске. Она вернула меня на десять лет назад. Холодный бетон. Тяжелое дыхание. Крепкие руки обхватили мое горло, перекрывая доступ воздуха.

Боль.

Еще два долгих глотка кислорода в легкие, чтобы утихомирить демонов, медленно выползающих на поверхность. Я сжала кулаки по бокам, усмиряя ярость разбушевавшихся эмоций. Он не тронет меня. Я буду чертовски уверена в этом.

Я открыла глаза, услышав зловещий смех в ухо и твердый удар сталью в висок.

– Посмотрим, на что способен этот сладкий ротик.

Я сглотнула желчь и подняла на него глаза, надеясь, что он увидит в них ярость и отвращение.

Единственный способ помочь Рейн – сохранять спокойствие и одержать верх, когда представится возможность. Она перестала кричать, и тишина, царившая в доме, пугала.

– Как тебя зовут? Мы действительно получили две выгоды, гоняясь за этой маленькой сучкой по городу. Как хорошо, что мы остались в стороне и позволили ей вести нас.

Он опустился и провел языком по моей щеке, а затем погладил свой член возле моего лица. – Наверное, это судьба.

Я отвернула голову. – Ты больной ублюдок.

Слова едва успели вылететь изо рта, как за моими плотно зажмуренными глазами вспыхнул болезненный белый свет. Его пощечина треснула меня по лицу, и на языке появился привкус меди.

– Я получу массу удовольствия, сломав тебя, – сказал он, взяв меня за подбородок и грубо проведя мозолистым большим пальцем по рассеченной губе. Я сглотнула боль и отпрянула назад.

– Не трогай меня.

Я сплюнула кровь ему на ботинки, и он тут же запустил кулак в мои волосы. Голову защемило, когда он так сильно сжал ее, что казалось, будто он вот-вот вырвет кусок.

– Сука! Ты знаешь, сколько они стоят?

Я сделала шаг в тот момент, когда он положил пистолет на прилавок. Когда мои костяшки столкнулись с его членом, он застонал и сложился вдвое. Не давая ему ни секунды передышки, я вскочила на ноги и быстрым ударом правой сломала ему хрящ в носу. Кровь хлынула из его лица, и он рухнул в жалкую кучу, одной рукой пытаясь заткнуть непрекращающийся поток красной крови, просачивающийся между пальцами, а другой сжимая ушибленный член.

– Лежать!

Держа его на мушке, я перевела взгляд на коридор, который вел в гостиную. Я прислушивалась, нет ли там Рейн, и безмолвно молилась, чтобы она была невредима.

– Не двигайся, мать твою.

Он не пытался подчиниться. Я поняла его намерения еще до того, как он пошевелился, поэтому ударила его пистолетом до потери сознания, и он упал лицом на плитку.

Черт, мне нужен был телефон.

– Эва!

Я помчалась в темноту на звук ее дрожащего голоса. Когда я добежала до нее, Рейн стояла на коленях у приставного столика, в одной руке у нее был окровавленный осколок стекла. – Я... я думаю, что убила его. Я перерезала ему горло.

Мои глаза расширились, когда я проследила за толстым слоем крови на полу и направилась в фойе. Ее было так много, что я наполовину ожидала увидеть тело на полу, когда заглянула за угол. Должно быть, Рейн перерезала артерию.

Черт.

На моей подъездной дорожке вдруг заскрипели шины, а затем я резко сорвалась с места.

– Давай! Нам нужно добраться до телефона и убедиться, что они ушли.

Она яростно замотала головой, пытаясь вырваться из моей протянутой руки, но я не собиралась снова оставлять ее здесь. Не тогда, когда потенциальные угрозы все еще могут таиться где-то в моем доме. Я подняла ее и потащила в пустую кухню, где нас встретил еще один кровавый след, ведущий в мою грязную комнату и через заднюю дверь, но преступника не было видно. В подъезде обнаружились похожие следы. Оба мужчины убрались восвояси, но я знала, что они вернутся. Если не они, то другие. Мы не были в безопасности.

– Помоги мне найти телефон. Нам нужна помощь.

– Нет! – Она уперлась спиной в стену, позволяя своему телу сползти на пол. – Ты не можешь. Вот как они меня нашли. Гребаный грязный коп продал меня!

Я опустилась перед ней на колени, чертовски смущенная. – Помедленнее. О чем ты говоришь? Кто тебя продал?

– Люди Дмитрия Белова точно знали, где меня искать. Они знают, что я снабжала вас всей информацией.

Ее голос был густым от эмоций.

– Они сказали мне, что это был какой-то кусок дерьма, полицейский. Я не вернусь, Эва. Не вернусь. И если ты позвонишь им, я уйду... но тогда я, вероятно, буду мертва к утру.

Потирая руками волосы, я пыталась переварить все, что она говорила. Что, если она говорит правду? Неужели Белов подкупил одного из моих коллег?

Я вскочила на ноги. – Рейн, нам нужно уходить отсюда. Они знают, что ты здесь, и их возвращение – лишь вопрос времени.

– Я уже сказала, что не пойду в полицию.

Я подняла ее хрупкую фигурку с пола. – Хорошо, но нам нужно идти. И немедленно. Я могу знать кого-то, кто может помочь.

Настала ее очередь свести брови вместе.

– Кто? – спросила она, пока я тащила ее через кухню.

– Я объясню по дороге. Просто доверься мне, хорошо?

Я старалась избегать луж крови, пока мы шли через темный дом.

– Возьми ключи и садись в «Audi». Я сейчас выйду.

Она замешкалась на мгновение, затем кивнула и скрылась в грязной комнате. На какой-то безумный миг мне пришла в голову мысль пойти к Дереку. Но это была ошибка в рассуждениях, чтобы умиротворить и поколебать Рейн. О Дереке не могло быть и речи. Я не стала бы его привлекать. Мне нужно было отвезти ее в участок, несмотря на ее отказ.

При мысли о Дереке у меня свело живот, и я покачала головой, испытывая отвращение к себе за то, что почувствовала даже легкое влечение после того, как всего несколько минут назад на меня напали и едва не подвергли сексуальному насилию.

– Соберись, Эва.

Я собрала свой набор и дополнительные принадлежности и поспешила за дверь. Об одежде и нижнем белье я побеспокоюсь позже.

Рейн прислонилась головой к стеклу пассажирского окна.

– Мне очень жаль, – прошептала она. – Я не должна была приводить этих людей к вашей двери. Я просто не знала, куда еще можно пойти. Ты – единственный человек, которому я доверяю.

Я слабо улыбнулась. – Я рада, что ты пришла ко мне. Я сказала тебе, что всегда буду рядом, и я это имела в виду.

В периферии я увидела, как она повернулась ко мне. – Черт, Эва, ты ранена.

Правая сторона моего лица все еще пульсировала, а губа ужасно болела, но ей не нужно было этого знать.

– Это просто небольшой порез. Ничего серьезного. К тому же я ударила его по члену. И он был даже не первым.

Два ушибленных члена за день – это, должно быть, какой-то рекорд.

Я не видела, но почувствовала, что она улыбнулась.

Наступило короткое молчание, прежде чем она выдохнула и заерзала на своем месте. Она стала совсем похожа на ту испуганную, истощенную девушку четырехлетней давности. Хотя она далеко ушла от своей жизни на улице, Рейн все еще была далека от того, что я думала. Как я надеялась, когда была наивной полицейской, думая, что смогу изменить мир, просто проявляя заботу. Суровая правда заключалась в том, что я не мог спасти всех. Иногда демоны побеждали.

– Эва, куда мы идем?

Я прикусила губу, боясь ее реакции на правду. Но я должна был ей сказать. Как только я доберусь до города, она узнает. – Эва?

– Рейн, ты должна понять. Я должна сообщить об этом. Это моя работа.

Она вцепилась когтями в ручку двери, пока та не открылась. Я протянула руку и сжала в кулаке ее толстовку. – Что ты делаешь?

– Я же сказала, что не могу пойти в полицию. Не могу поверить, что ты и меня продаешь.

Она дернула рукой, пытаясь вырваться из моей хватки, но я держалась крепко, машина раскачивалась, пока я боролась с многозадачностью.

– Это не то, что я делаю. Я пытаюсь помочь тебе. Закрой эту чертову дверь.

– Ты меня убьешь.

Рейн дернулась сильнее, решив выброситься из моей машины, а не разговаривать с полицией.

Черт. Черт.

Решения.

– Ладно. Хорошо. Я отвезу тебя в другое место. Только, пожалуйста, закрой дверь.

Я пожалела об этих словах, как только они слетели с моих губ. В голове зазвенели все предупреждающие звоночки, и в глубине души я понимала, что совершаю ошибку и иду против всего, за что выступаю. Но что, если она была права? В опасности окажется не только ее жизнь, но и моя. Мой отец и Алекса будут беззащитны, если угроза придет к ним на порог. Но Дерек... Он знал толк в оружии, безопасности и самообороне. Какой еще у меня был выбор?

Неужели я оправдываю нарушение клятвы?

Я знала ответ, но игнорировала логику. Чувство вины пронзило меня при мысли о близких, которых я могла бы спасти, но не смогла. Я не могла взвалить на свои плечи бремя еще одной смерти.

– Пожалуйста, не лги мне, Эва. Просто выпусти меня, и ты сможешь притвориться, что никогда меня не видела.

Я встретилась взглядом с её полными слёз глазами.

– Мы идем к другу. К тому, кто может помочь.

– Мы можем им доверять?

Довериться Дереку?

Я прокручивала этот вопрос в мыслях, не зная, как на него ответить. После столь короткого времени, проведенного с ним, я не могла сказать наверняка. Но что-то было в нем, чувства, которые он вызывал, огонь в его глазах.

Дерек выводил меня из равновесия, заставляя эмоции бушевать. И я не знала, хочу ли я бежать в другую сторону или обхватить его руками.

Нет.

Это была ложь. Мне безумно хотелось обхватить его твердое тело.

Мы въехали на знакомую извилистую подъездную дорожку перед его домом. Не успела я заглушить мотор, как входная дверь распахнулась, и на пороге появился большой черно-коричневый доберман.

Конечно, он видел, что мы приехали.

Я положила руку на живот, чтобы успокоить стаю птиц, грозящих взлететь, когда Дерек – теперь он был одет в обычную, обтягивающую бицепсы рубашку с длинными рукавами и джинсы с низкой посадкой – сошел с крыльца. Узнав мою машину, он лукаво улыбнулся... пока я не вышла из машины.