![](/files/books/160/oblozhka-knigi-otravi-menya-soboy-si-382875.jpg)
Текст книги "Отрави меня собой (СИ)"
Автор книги: Екатерина Звонарь-Елисеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)
– Просто он – занятой человек. Не всем же по клубам таскаться да нажираться в хлам!
– Я же говорил – дерзкая! – довольно рыкнул брюнет.
– И охраны нет, – похабно облизнулся блондин и рванулся вперед.
Качок не успел среагировать на сухой треск и, напоровшись на насадки электрошокера, взвыл от неожиданной боли. Ольга ринулась на него, изо всех сил толкая того в грудь. Он покачнулся в сторону. Девушка только собралась прыгнуть в образовавшийся просвет, как брюнет всего одним движением руки выбил из ее пальцев прибор, ухватил в кулак куртку и притянул к себе. Ноздри его кровожадно раздулись.
– Люблю отчаянных, – прохрипел он.
– Пошел ты! – колено ее нашло свою цель, и брюнет ослабил хватку, прижимая руки к своему паху.
– Сучка! – взревел он.
Светлоглазый не стал ждать сюрпризов и просто отправил свой кулак в живот девушке. Воздух закончился неожиданно, зато ярость и обида захлестнули ее, когда она вцепилась ему ногтями в щеку. Конечно, куда ей против них троих, но живой она им не сдастся.
– Маньяк!
Рычание за спиной сказало ей о том, что в себя пришел блондин. Он схватил ее за хвост, безжалостно дернул на себя, и она впечаталась прямо в выставленное колено. Захлебнувшись сопротивлением и болью, Оля тяжело захрипела. Не успела прийти в себя, как уже отлетела к стене. Заныло где-то под ребрами.
– Любишь пожёстче, сука? – взревел блондин. – Будет тебе такое счастье!
Оля вскрикнула и сползла по стене на асфальт, оглушенная прилетевшим ударом по лицу. В голове начала пульсировать боль, забирая четкость у зрения, щека онемела и с разбитой губы, кажется, сочилась кровь. М-да, против лома – нет приема.
Боже! Лавр, знал бы ты, как сейчас нужен, отчаянно пронеслось в мыслях девушки.
– Ходить нормально долго не сможешь, это тебе обещаем, – грозный рык брюнета.
Чья-то размытая тень стала наползать на нее.
– Думаю, пора вам оставить девушку в покое!
Голос Лаврова бальзамом пролился на душу. Лавр? Не может быть! Оля тряхнула тяжелой головой и устремила взгляд перед собой. Кажется, это его массивная фигура. Или галлюцинация? Никому она так не радовалась, как ему. Пусть даже он – плод ее фантазии.
Глава 8
В «СуперДжойс» как всегда было полно людей, музыки и огней; собралась почти вся их компания. Парни мусолили планы на лето, кто-то не хотел ехать на стажировку за границу, другие наоборот мечтали свалить. Кому-то уже виделся новейший Майбах в подарок, как только диплом будет на руках. Девушки решали, куда лучше поехать отдохнуть – Мальдивы, Сейшелы или Таити. Лавр пренебрежительно дернул бровями – до чего беззаботная у них, золотой молодежи, жизнь. Самая большая для них проблема – это выбор новой тачки или самого элитного курорта. Не то, что у некоторых – заработать денег, чтобы обеспечить лечение больному ребенку. Тряхнув головой, он словно пытался отделаться от назойливых мыслей.
За этот вечер Артём даже не пригубил алкоголь, медленно потягивая сок. Друзья косились на него, но были рады тому, что он вообще снизошел до их посиделок. Лавров ухмыльнулся про себя – знали бы, кто был истинной причиной его похода сюда, ржали ли бы до коликов в животах. А он специально не светился сегодня перед объектом своих размышлений, не показывался ей на глаза и сам не пялился на нее. Он решил взвесить свои чувства к ней, пытаясь отвлечься в пару суток. Не получилось. Даже проверенная девчонка из эскорта не сумела разжечь в нем того огня, что полыхал от одного взгляда на Медведеву. В итоге, в первые сутки разрядку получило только его тело, а в душе скрутилось отвращение к себе самому. Все существо его тосковало по Ольге и никого не хотелось физически так, как ее.
Еще и разговор с отцом изрядно встряхнул. Пока друзья трепались о делах, ставших Лавру до неприличия неинтересными и скучными, он вернулся в утро этого дня. Папа насторожил Артёма своим приглашением на ланч в кафе, вместо привычного вызова в офис.
– Ну, что, сын, какие планы на будущее? – спросил самым будничным голос Виталий Лавров, рассматривая меню.
– Что имеется в виду под определением «будущее»?
– Создание семьи. Присмотрел уже кого себе в жены и мне в потенциальные партнеры? – Виталий с особой интонацией выделил последние два слова и провокационно улыбнулся.
«Никого не присмотрел!» – едва не зарычал Артём. Ни-ко-го! Ни одна из тех барышень, что плавали в его окружении, не была ему интересна. Пусть одни из них модельной внешности, другие умудрялись сочетать красоту и ум, третьи – вообще пустышки. Но большинство из них были акулами. Вроде Киры Фроловой. Интриганки и сплетницы. Ему до оскомины во рту не хотелось дома копию Таисии. Гламур, светские вечеринки, капризы и разговоры о том, что гостиная в персиковых тонах в этом сезоне не в тренде не вдохновляли. От слова «совсем». Пусть даже за такой девушкой стояли какой-нибудь супербогатый и влиятельный папа и его суперуспешная финансовая империя.
Артём сжал зубы, ожидая услышать от отца фамилии вероятных невест. Видимо, папа расценил молчание сына по-своему.
– Только не говори, что брак по расчету отпадает, – темные брови Лаврова-старшего удивленно выгнулись вверх.
Артём не сумел идентифицировать выражение лица отца.
– Возможно, – ответил он.
– Ты ведь был не против. Говорил, что не желаешь розовых соплей. Что изменилось?
Говорил-то, говорил, сморщился Артём своим невеселым мыслям. Да что уже поделать, если образ одной отравы, именно той, кого бы он хотел видеть рядом, надежно впаялся в его мозг? И да, она не из их круга. Понимала это лучше кого бы то ни было, и ни на что не рассчитывала. Да только б намекнула ему, он бы все границы между их мирами к чертям разнес! Прижал бы к своей груди и никогда никуда не отпустил.
Отец привлек к себе внимание негромким покашливанием.
– Я, наверное, – ответил Артём, глядя отцу в глаза. – Да и миллионов там нет.
– Что я слышу? Неужели моему сыну понравилась простая девушка?
– Даже если и так, тогда что? – с вызовом спросил Артём.
– Тогда не видать тебе наследства, – с хитрецой в сощуренных глазах резко заявил Виталий.
На лице Артёма заплясали желваки.
– Обойдемся как-нибудь!
Виталий неопределенно хмыкнул, чем привел в ярость сына – кулаки его сжались в полной боевой готовности отстаивать себя.
– Браво! У тебя есть свое мнение.
Свою челюсть Артём ловил уже на столе.
– То есть ты не возражаешь? Тебе разве не в плюс увеличить капиталы договорным браком?
Презрение, искривившее губы Виталия, свели на нет весь запал ярости сына.
– Я, как бы ни шли мои дела, торговать сыном не стану. Это понятно, Артём?
Артём открыл было рот. Отец просто огорошил его своим видением ситуации. Черт! Как же мало он знал своего отца! И как мало прилагал усилий узнать, полагая, что папа только и делает, что прессует его.
– О! – только и вырвалось у Лавра.
– Ого, – хохотнул Виталий. – Выкладывай, что там у тебя.
– Сам пока не понимаю.
– Ну-ну. В случае чего, я все еще твой отец, готовый выслушать тебя всегда.
– Я уже большой мальчик, чтобы хныкать и плакаться кому-то в жилетку, – твердо сказал Артём.
– Гляди, дров не наломай, большой мальчик, – пожурил его Виталий. – Вопрос твоей женитьбы пока для меня остро не стоит, я по-другому делу тебя пригласил. Выручай. У меня парочка юристов по командировкам заграничным, а мне срочно нужно проштудировать эти документы на наличие косяков и скрытых подводных камней. Сделаешь?
Артём долго вглядывался в лицо отца, ища ответы на свои вопросы, пытаясь избавиться от сомнений, пока не осознал одну важную истину: отец так или иначе не пахать на себя его заставлял, а позволял ему набираться опыта, вникать в суть дела, применяя свои знания и приобретая навыки. Если быть до конца честным хотя бы с самим собой – похвала отца за качественно сделанную работу была чертовски приятна Артёму. И, кстати, делал он эту работу с удовольствием и полной отдачей. Отец передал ему внушительную папку с документами и вопросительно уставился на сына. Не раздумывая, Артём взял ее.
– Посмотрю обязательно. Какие у меня сроки?
– Два дня.
Артём вытаращил глаза.
– Я тебе что – элекровеник?
– Работай-работай, – ехидно посоветовал Виталий.
С совершенно легким сердцем Артём провел полчаса вместе с отцом, не задумываясь о его каких-то скрытых мотивах, потому что их не существовало.
Рев публики в клубе вырвал Артёма из глубокой задумчивости. Парни с девушками вскочили с диванов и повисли на перилах, желая увидеть новое грандиозное шоу. Лавр поднялся, лениво пошевелил плечами и, скрываясь за возбужденной толпой, начал спускаться.
– Эй, Лавр, а шоу? – окликнул его Борис.
– В туалет.
Опасаясь поддаться зудящему желанию повернуть башню, чтобы посмотреть на Медведеву и не зависнуть, Артём быстро вышел в коридор, ведущий к туалетам. Перед раковинами и зеркалами стояли трое крепких парней, двоим она дал бы чуть за тридцать. Алкоголя в них было уже прилично, равно как и неприкрытой злобы и жажды крови. Звери. Артём повел плечами, прогоняя неприятный холодок, поползший по позвоночнику. Вошел в кабинку и задвинул щеколду. Ему нужно было просто подумать, без раздражающей музыки и пустых разговоров. Сначала даже не обращал внимания на голоса, но потом суть их беседы ледяным страхом проникла в его кровь, заставила бежать по шкуре жуткие неприятные мурашки. Лавр насторожился.
– А мне барменша понравилась. Дерзкая, – голос немного с хрипотцой.
– Ее бы за эту роскошную косу рвануть и сзади пристроиться, – другой, возбужденный до крайности.
– Потерпите, все пристроимся, – третий грубый, угрожающий.
Кулаки Артёма сжались и едва не грохнули о стенки кабины. Вздулись все мышцы, и остро захотелось размазать козлов по стенке, но еще важнее стало проводить Медведеву. И на всякий случай он хотел запомнить их рожи. Спустив воду из бачка, Артем выбрался из кабинки и направился к раковине. С самым невозмутимым видом он принялся тщательнейшим образом мыть руки.
Парни покосились на него и, не выявив угрозы для себя, продолжили. Последнее слово сказал высокий накачанный блондин:
– По кругу пустим красаву.
Двое других хохотнули и двинулись к дверям.
Лавр сморщился о гадливости. Вот также отвратительно они тогда вчетвером шутили над первокурсницей, которую отбила у них Медведева. Дьявол! Как же противно, когда о дорогом тебе человека говорят в таком формате. Эти трое отнюдь не шутили. Они были на взводе и решили спустить пар на Медведевой. Его, черт всех дери, Медведевой! Неожиданное и твердое, как кремень, знание родилось в нем – за нее глотку каждому перегрызет.
Не теряя времени, отправился в зал и, находясь на расстоянии, вне поля ее зрения, держал девушку в поле своего. Но ровно до тех пор, пока не позвонил отец. Артём быстро буркнул ему, что занят и перезвонит. Отключился. Обвел сканирующим взглядом людей, не нашел троих отморозков и вернулся к Ольге. Выглядела она немного дерганой. Лавр поджал губы. Снова позвонил отец, настаивая на визите сына домой. Артём всего на секунду отвел глаза и, начиная раздражаться, ответил, что приедет завтра рано утром. Нервно сглотнул, заметив, как Оля вышла в дверь для персонала.
Сунув айфон карман, двинулся к выходу, чтобы встретить ее со служебного входа. Однако в коридоре его перехватила Кира, втащив в притемненный уголок.
– Кира, прости, я спешу.
Девушка сначала рванула его за ворот рубашки на себя, толкнула к стене и повисла на шее.
– Тёма, мы с тобой должны познакомиться поближе.
Девушка явно находилась в подпитии. Едва сдерживаясь, чтобы не отшвырнуть ее в сторону, Лавр положил руки на ее запястья с намерением снять их с себя, но Кира прижалась к нему всем своим упругим телом и впилась в губы. Чертова баба! Едва отодрав ее от себя, он схватил ее за плечи и слегка встряхнул:
– Не смей меня больше никогда трогать!
– Тёмочка, если бы знал, как нужен мне.
– Кира, остынь!
– Я готова ради тебя на все, понимаешь, – исступленно шептала она, пока ее пальцы теребили ремень его брюк.
Он рванул ее за руки.
– Угомонись, я сказал! – прорычал он, отлепившись от стены. – Я тебе никогда ничего не обещал. Ты меня понимаешь?
– Тёма, что я должна сделать, чтобы мы были вместе? – девушка часто дышала, пытаясь снова повиснуть на его шее.
Артём едва не скрипнул зубами от раздражения. Кира задерживала его, и он терял драгоценные минуты.
– Забудь обо мне! Никто и ничто, слышишь меня, Кира, не в силах соединить нас. А сейчас мне пора, прости.
Девушка отдернула руки и с ненавистью воззрилась на Лавра. А потом влепила ему пощечину и, гордо вскинув голову, сказала:
– Ты еще приползешь ко мне, Лавров!
Как только ее каблучки зацокали по коридору, Артём выскочил из клуба. Достал айфон и, увидев несколько пропущенных звонков от Ольги, выругался. Почувствовал, что нужен ей, иначе просто так она бы ни в жизнь ему не позвонила. Кинулся к служебному входу, у которого в отведенной для курения площадке стояли две официантки.
– Привет, девчонки. Медведеву Ольгу давно видели?
– Здрасти. Так такси она ждала вроде, пошла навстречу, – ответила одна из девушек.
– Нет, она куда-то туда метнулась, – вторая указал в проулок.
– Спасибо.
Артём пошел по проулку, ощущая внутреннюю дрожь. Услышал какую-то возню и глухие разговоры. Неужели не успел? Завернув за угол, он едва не споткнулся об электрошокер, прилетевший под ноги. Крик Ольги и стоявшие над ней трое мудаков, уже успевших озвучить свои планы на вечер, разбудили в Артёме зверя.
– Думаю, пора вам оставить девушку в покое! – голос холодный, чеканивший каждое слово.
Первым развернулся блондин, лицо его было перекошено.
– Ты еще кто такой?
– Уж не тот ли, кого она ждала? – осклабился парень с какими-то белесыми рыбьими глазами.
– Отвали, на хрен. Она наша! – рявкнул третий, сверкнув чернотой в глазах.
– Она – моя! – зарычал Артём.
Первым на него ринулся бледноглазый. Лавр незаметным для того движением всадил ему кулак под дых, и мужик уже лежал, вспоминая, где у него легкие. Следом на него кинулся брюнет. Артём, сохраняя невозмутимый вид, повелся на обманный прием. Один удар – и брюнет даже не поверил, когда его лицо встретилось с коленом противника. Еще удар снизу в челюсть, третий в лицо – отобрал у него зрение, искры посыпались из глаз. Зато блондин нагло и самоуверенно оскалился, доставая складной нож. Поиграв им перед Артёмом, он двинулся на него. Лавров был готов, правда, совсем упустил из виду первого поверженного врага – тот с хриплым проклятием сделал ему подсечку. Лавров чертыхнулся, на миг потерял равновесие, и это стало шансом для блондина: лезвие ножа оцарапало лопатку и глубоко порезало плечо. Артем сморщился. А потом молниеносный удар ногой выбил оружие у подонка и вернулся ему в нос. Кровавая жижа тут же хлынула у того из ноздрей. С тихим стоном блондин осел на землю.
Хоть с ними и пришлось повозиться, да только они не на того напали – его тренировками занимался сам Слава. А уж бывший спецназовец свое дело знает. Но чем ближе Артём подходил к дрожащей, сжавшейся в комок девушке, тем яростнее внутри него бесновался зверь. По подбородку Ольги змеилась тоненькая струйка крови, на щеке – пятно от оплеухи. Твари!
Сзади раздалось глухое рычание. Реакция Артёма была мгновенной – рука пришедшего в себя брюнета оказалась безжалостно вывернута из сустава. Грязные ругательства отморозка потухли, когда перекошенное злобой лицо встретилось со стеной. Во избежание сюрпризов бесцеремонный удар Лавра под ребра бледноглазому добавил колорита.
Артём быстро подошел к девушке и присел на корточки.
– Оля?.. – позвал он и легонько погладил горящую щеку.
Полные страха и отчаяния невероятные глаза Оли встретились с его глазами. Девушка всхлипнула и рванулась к нему. Она так уцепилась за его шею, словно от этого зависла ее жизнь.
– Артём! Ты пришел!
– Чшш, я с тобой, – он обхватил ее двумя руками крепко-крепко, так будто бы боялся, что она исчезнет. Гладил по спине некоторое время, слушая приглушенные всхлипы, а потом поднялся вместе с ней в полный рост.
– Понимаешь…, я звонила тебе, – дрожащим голосом бормотала Оля и доверчиво жалась к нему.
– Тихо, маленькая, я рядом. Нам нужно ехать. Пойдем, – Артём легонько коснулся губами ее щеки, подобрал ее рюкзак и повел подальше от этого злачного места. В мозгу сразу образовалась зарубка – пробить этих козлов, что валялись тут, и сделать так, чтобы в этот клуб им вход был заказан. Навечно.
Ее отпустило сразу. Сильная рука Артёма придавала сил и вызывала чувство защищенности. Оля старалась не морщиться, когда при каждом движении у нее начинали жутко болеть живот и бок, пострадавшие от ударов. Они быстро дошли до спорткара Лаврова. Он бережно усадил Олю в кресло, перетянул ремень безопасности, и вот тут-то она заметила кровь на рукаве его куртки.
– Тёма, ты ранен? – пересохшими губами спросила девушка.
– Пустяки, – Артём внимательно осмотрел ее лицо и нахмурился.
Достал бутылку с водой, открутил колпачок и осторожно прижал ко рту девушки. Оля сделала пару глотков и с чувством благодарности сжала его руку. Он ободряюще улыбнулся, закрыл дверь, обежал машину и быстро оказался в салоне. Пристегнувшись, он завел двигатель и выехал со стоянки.
– Тебе нужна медицинская помощь, – сказала Оля. – Рули в клинику или больницу.
– Не волнуйся, я же сказал – ерунда, – отмахнулся он. – Куда едем?
– К тебе.
Артём поперхнулся воздухом.
– В смысле? – вытаращился он.
– В коромысле. Раз не хочешь квалифицированной медицинской помощи, тебе достанется доморощенный коновал, – серьезно ответила Оля без грамма кокетства.
– Блин, Оляяя, – разочарованно протянул он.
– Губу закатай, – улыбнулась она своим мыслям. Господи, как же с Лавром легко и трудно одновременно. Но все равно приятно.
Приехали быстро. Артём пропустил девушку в квартиру и щелкнул дверным замком. Оля разулась и оставила рюкзак на диванчике. А потом почти приказала:
– Иди на кухню. И рубашку сними.
Лавров многозначительно ухмыльнулся, выгнул бровь и потопал вперед. Оля закатила глаза к потолку и прошла в ванную. Ополоснула лицо ледяной водой, смыла остатки запекшейся крови с губ и тщательно вымыла руки. Взяла аптечку и вышла.
Артём уже сидел на барном стуле и крутился вокруг своей оси. Заметив девушку, вызывающе дернул бровями и остановился, после чего пересел на такой же крутящийся стул за столом. Вспыхнувший смущением взгляд и загоревшиеся щеки Оли заставили его улыбнуться. До чего она соблазнительна, когда вот так мило теряется в его присутствии. Однако стоило девушке приступить к выполнению задачи по его перевязке, всю веселость сдуло ветром, превратив тело в вулкан, а кровь в раскаленную лаву.
Пытаясь сосредоточиться на болевых ощущениях от жжения антисептика на коже, Артём отмечал, что ни хрена сосредоточиться у него не получается. Потому что чуткие осторожные пальчики девушки быстро и методично обработали царапину на лопатке, аккуратно наложили тугую повязку на порез на плече. Ее прикосновения заставляли каждый волосок на его коже вставать дыбом, даже дрожь пробежалась по коже от безумно восхитительных ощущений. Сама же Медведева даже не подозревала, насколько близко очутилась к опасному краю. Дикое жгучее желание развернуть ее к себе лицом, усадить на стол и устроиться между ее ног разбудило в крови Артёма пламя. С трудом сглотнув липкий ком, он зажал в железный кулак свою волю. Он подождет. Время еще не пришло. Артём повторял про себя эти слова, словно мантру.
Оля засмотрелась, позволив себе немного помечтать. Несколько раз ловила себя на мысли, что жаждет прикоснуться к загоревшей спине Лавра без повода и сжимала губы. Смотреть на роскошное полуобнаженное тело парня – одно удовольствие. Под кожей бугрились мышцы, тугими жгутами обвивая широкие плечи и руки. На лопатке, которая не пострадала, словно настоящая и живая в предупреждающей стойке с раздутым капюшоном вытатуирована кобра. Даже не заметила, как пальцы опустились на искусно сделанный рисунок. Проклятие! У нее теперь полный рот слюны, да и ноги пришлось скрестить, чтобы унять разыгравшуюся пульсацию между ними. Оля покраснела до корней волос. И чем она от распутной девки отличается?!
– Нравится? – хрипло спросил Лавров и резко развернулся.
– О чем ты? – Оля очень старалась изобразить непонимание.
– Тату?
– Как настоящая, – девушка спрятала обе руки за спину. – Красиво.
Артём сощурился и заиграл желваками. Ни черта ему мантры не помогут, если девчонка продолжит так его трогать и так на него таращится. Взгляд его зацепился за царапинку на губах. Как-то спонтанно в мозгу родилась и твердо осела клятва – он и капли алкоголя в рот не возьмет, пока Медведева будет на смене. А потом волосы зашевелились на его голове: она таскала с собой электрошокер. Ей что ли, не впервой приходилось отбиваться от таких подонков, как те трое козлов, и от таких, как он мажоров?! Ни фига. Теперь он станет ее личным водителем.
– Прости, Оля, за это, – и легонько коснулся пальцем ее губ.
Она удивленно приподняла брови, без лишних слов понимая, что имелось в виду:
– Не твоя вина. Издержки ночной работы. Спасибо тебе.
– Обращайся, если что. Может чайку? – с искренней надеждой посмотрел он ей в глаза.
Девушка пожала плечами, быстро привела стол в порядок, отодвинула аптечку подальше и, наполнив чайник водой, поставила его на подставку. Щелкнула кнопкой.
– Где чай и чашки?
Артём указал ей на два шкафчика, в одном из которых она к удивлению обнаружила коробку с пакетированным чаем. От комментариев отказалась. Потянулась за коробкой и зажмурилась, приглушая стон боли. Бок ныл немилосердно. Чертыхнулась про себя – чашки-то стоят еще выше. Самонадеянно полезла за ними и охнула, перехватив ладонью саднящее место.
Лавров подозрительно прищурился, наблюдая, как Медведеву слегка перекосило на один бок. Услышав шипение, просочившееся сквозь зубы, он встревожился:
– Тебя ранили?
Неподдельное беспокойство в его глазах заставило сердце девушки учащенно забиться. Неужели ему не все равно?
– Нет, все хорошо, – солгала она, достав чашки с блюдцами и порывисто поставив их на стол.
Нацепив беззаботную улыбку, она повернулась.
– Врать не хорошо. Показывай! – повелительно сказал Артём.
– Да сейчас! Спешу и падаю оголяться перед тобой! Говорю, ничего…, – от возмущения дернула бровями и тут же осеклась.
– Я тебя сейчас свяжу по рукам и ногам и, предварительно содрав с тебя всю одежду, осмотрю с головы до ног. Хочешь? – с угрозой оскалился Лавров.
Грудь ее начала часто вздыматься, но осознав, какую опасность несет для нее непослушание в данном случае, она покраснела и задрала майку, не доходя до лифчика.
Артём присвистнул. Отвратительная гематома расплывалась от бока к животу. Парень достал из аптечки мазь и отвинтил колпачок.
– Я сама, – только хотела вырвать средство, как Лавр мягко, но сильно потянул ее за руку на себя, поставил перед собой и зажал своими бедрами ее колени. – Артём! Не нужно.
– Умолкни, – последовал приказ.
Она обреченно опустила плечи. На диво пальцы Лаврова оказались невероятно нежными и заботливыми. Он осторожно провел ими по обозначившемуся контуру синяка, выдавил средство на них и почти любовно втер в кожу, принося Ольге немыслимое удовольствие и облегчение. Должна признать, все же какая-то химия между ними существовала. После гибели Лехи, едва она пришла в себя, многие парни обращали на нее внимание, но только у Лавра нашлась к ней пара ключиков. Причем, один из них самый возмутительный и волнующий, ломающий ее сопротивление на раз. Оля посмотрела на Артёма, и ее обожгло то ли от смущения, то ли от раздражения. Нанося мазь на ее синяк, Лавров совсем не выглядел медбратом милосердия, сосредоточенным на деле спасения жизни, а был похож скорее на какого-то озабоченного поплывшего маньяка. И он определенно кайфовал, пялясь на ее живот и трогая ее руками. Вот гаденыш!
Сам того не заметил, как на губах поселилась широкая довольная улыбка, грозившая разодрать рот от избытка бурливших в нем эмоций. Касаться бархатистой кожи девушки, смотреть на ее плоский живот – сплошная му́ка. Девушка явно не морила себя голодом, как те анорексички среди знакомых ему барышень, но при этом умудрялась прятать стройное упругое тело со всеми нужными выпуклостями и впадинками под безобразной одеждой. Представив Олю в каком-нибудь симпатичном платье, Артём едва слышно хмыкнул, а потом нахмурился. Оденься Медведева подобным образом, целый вагон парней начнет спускать по ней слюни. Ну уж нет! Она только его прелесть. Голем внутри него хотел себе ее всю единолично.
– Лавров! Сотри эту идиотскую ухмылку со своей физиономии или я тебе ее попорчу. Девки долго не посмотрят, – пообещала Оля, одергивая майку.
Артём улыбнулся еще шире и поднял на девушку невинные глаза:
– Порти.
Сначала она поджала губы, а затем ее пальцы с неожиданной лаской скользнули в его черные волосы. Слегка запрокинув ему голову, Оля открыла его лицо. Внимательные, вспыхнувшие каким-то внутренним, незнакомым ей светом серо-голубые глаза Артёма смотрели прямо ей в глаза. Всепоглощающее желание прижаться губами к его улыбающимся губам, снова почувствовать их вкус и тепло затопило все сознание Ольги. Она нахмурилась. То ли стресс играет с ней злые шутки, то ли сама запуталась в своих чувствах. Тут еще и Лавр добавил своим хриплым, срывающимся голосом:
– По краю ходишь, девочка. Если не хочешь, чтобы запер тебя здесь и …
Оля отдернула руки и попыталась высвободиться. Черта с два! Осторожные ласковые, но в то же время сильные, руки Артёма стальными кольцами обхватили ее талию. Ток пробежался по ее венам, по позвоночнику, сметая все зачатки сопротивления. Подушечками пальцев Оля мягко коснулась его губ и прошептала:
– Спасибо, Тёма.
– Испугалась? – с нехарактерной для себя нежностью спросил Артём.
– Да, – едва слышно выдохнула она.
– Тебе больше никто не причинит вреда, обещаю, – он захватил губами ее пальчики.
Оля молчала некоторое время, будто обдумывала слова, которые хотела сказать. Вздохнула и, набравшись храбрости, спросила:
– Скажи, Артём, зачем мы тебе?
– Мы? – черные брови удивленно взлетели вверх.
– Я и Маша?
Так вот куда она ведет? Неприятно заскребли кошки на душе. Девушка все еще не доверяла ему. Или не понимала, зачем он отказался от своей обычной жизни и возится с ними. Знала бы правду, убежала от него в ту же минуту, вопя о том, что ничего путного из того, чего ему бы хотелось, не выйдет. Но ведь она ему даже шанса не дает доказать обратное. Глупая девчонка!
– Маше искренне помочь хочу, разве это не очевидно? А ты…, – в голосе и во взгляде – сплошное лукавство, – я еще не решил. В голове миллион вариантов. Хочу и горничную в твоем лице, и личного помощника, и…
– Да ну тебя! – она хлопнула его по здоровому плечу.
– И личного секретаря хочу, и…
– Достаточно! – взвыла Оля. – Пусти!
– А как же чай?
– Сам пей! А я домой пошла.
– Ага, жди. А то…, – он задумчиво закусил губу и притянул ее ближе, чем вызвал новый шквал возмущений и попыток вырваться из его рук, – может, у меня останешься?
Ольга поперхнулась, а в глазах – изумление, страх, искры тайного возбуждения.
– С тобой?! Кто же меня от тебя-то спасет?
– Никто, – самодовольно заявил он и ослабил хватку. – Поехали.
– Ты просто невозможен! – буркнула она, подхватывая рюкзак и всовывая ноги в обувь.
Лавров до самой машины держал Олю за руку, как бы активно она ни старалась ее вернуть себе. Уличные фонари быстро мелькали за окном, и Оля даже не заметила, как они подъехали к ее подъезду. Рука девушки метнулась к ремню безопасности, когда Артём перехватил ее запястье, заставляя повернуться в его сторону. Включенный в салоне свет отразил на лице мажора непривычную серьезность и задумчивость.
Оля вопросительно на него посмотрела.
– Значит, слушай сюда, Медведева. Теперь, если что-то нужно – ты звонишь или пишешь мне. Если какие-то проблемы – ты звонишь или пишешь мне. Сама ничего не делай и никуда не суйся. И будь готова к тому, что после каждой твоей смены в клубе, домой ты едешь со мной. В идеале, тебе бы уволиться оттуда…
– А дышать мне можно? – насупилась Оля, осторожно освобождая свою руку.
– Ты умеешь слушать, нет? Я знаю, как важна тебе эта работа, поэтому в целях твоей безопасности я буду сопровождать тебя на работу и обратно. Это понятно?
Девушка пристально посмотрела на Лаврова. Увидела там искреннюю заботу и сконфузилась. Сумела только кивнуть головой, как китайский болванчик.
– Не слышу.
– Да, Артём, я все поняла. Спасибо, – отчеканила она. – Поезжай домой. Ты итак много сделал.
– Я провожу тебя до двери, – безапелляционно заявил он.
– Да не украдут же меня, в самом деле, Лавров! Тут всего три шага идти.
Он молча поджал губы и вышел из машины. Уцепился за ее локоток и подтолкнул вперед. Она не сопротивлялась, позволяя ему отвести себя до самой двери ее квартиры. Спорить с Лавровым себе дороже. Но спорить ей не хотелось. Совсем другие, немного пугающие и волнующие мысли будоражили ее сознание. Сглотнув, прикусила кончик языка, остро ощущая потребность поцеловать мажора. И не меньшая потребность, чтобы он поцеловал ее сам, прижав к себе так сильно, чтобы весь воздух из легких выбить, разгорелась в ее груди. Но не дай Бог, он увидит, тогда она пропала.
– Пока, Оля.
– Да, – она слегка коснулась его руки и едва слышно выдохнула. – Спасибо, Тёма.
Он пару мгновений изучал выражение ее лица, словно читая и открывая нечто новое для себя. Глаза их встретились, и Артём, будто считав ее мысли, как-то грустно улыбнулся.
Рука Артёма осторожно скользнула Оле на шею, вторая обвила талию, впечатывая в тело. Запретные желания и внутренняя борьба с собой явственно читались на лице девушки. Но, черт возьми, он не мог не воспользоваться ситуацией! Оголодавшим зверем набросился на ее податливые губы, толкнулся языком в теплый рот и едва не зарычал, встретив ее смелый язычок. Оля потянулась руками к его шее, а он помнил о ее синяках. Освободив ей шею, он двумя руками обхватил ее стройное тело, чувствуя каждый его изгиб, и легко приподнял над полом. Лица их очутились на одном уровне. Артём неистово ласкал ее губы, захватывал в плен нижнюю губу, и целовал до тех пор, пока уста ее не припухли. Услышав рваное дыхание Ольги, он нежно провел языком по ее губам, а она неожиданно и жадно впилась в него сама. Не понимала, глупая, к какому опасному краю приблизилась. Артём отстранился лишь для того, чтобы прикусить кожу на ее подбородке, вынуждая запрокинуть голову назад, открыть шею его горячим губам. Ее запах дурманил, еще чуть-чуть и все якоря и цепи, на которые он посадил свою выдержку, слетят к чертям. Неужели так может быть?! Неужели такое могло случиться с ним, наглым самоуверенным Лавром, девушки к ногам которого охотно падали сами?!