![](/files/books/160/oblozhka-knigi-otravi-menya-soboy-si-382875.jpg)
Текст книги "Отрави меня собой (СИ)"
Автор книги: Екатерина Звонарь-Елисеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)
– Марш в душ, пьянь! – приказала она тоном, не терпящим возражений.
Он зашел в ванную и с трудом содрал с себя одежду. Залез под струи воды и почувствовал несказанное облегчение.
– Где у тебя аптечка? – раздалось из-за порога.
– За зеркалом.
Быстро хлопнула дверца, потом другая и стало тихо. Только шум воды. Обернув полотенце вокруг талии, он вышел из ванной, тряхнул мокрой головой и застыл, увидев, что Оля все еще в его квартире. Стояла, подпирая плечом стену. Мираж. Но мираж упрямо поджал губы, покраснел, как вареный рак, окинув взглядом его полуголого и недовольно буркнул:
– Дверь за мной закрой. А то, как говорят, вынесут вместе с телом.
– Ты… ты, что за меня волнуешься? – оперся Артём ладонью около ее лица.
– Не льсти себе. Пока, – она развернулась, и кончик ее косы хлестнул его по груди.
Сморщившись, Артём щелкнул замком, дотащился до кровати и без сил упал на нее.
Утром даже умирать от похмелья было классно. Лавр вспоминал вчерашний вечер и улыбался словно идиот, глядя в потолок. Только с Медведевой он был сам собой. Хамил ей, подтрунивал, нарывался на грубость, делал откровенные недвусмысленные намеки, а она, если и смущалась, только мгновение. Потом он получал емкие ответы и шпильки в свой адрес, которые заводили его еще больше. Взгляд скользнул в окно, а потом остановился на тумбочке, заставив брови Артёма удивленно поползти вверх – бутылка воды и конвалюта с аспирином красовались на ней. Какая забота! Вынужден признать, это приятно, чертовски приятно. Усевшись на край кровати, Артём заглотил таблетку и всосал в себя полбутылки воды. Интересно, может Оля еще и смс написала? Нашел свой айфон и разочарованно выдохнул. Ни пропущенных звонков от нее ни сообщений не наблюдалось. Вредина.
Встал и почти бодрячком шагнул в ванную. В универ ехать желания не было, разве ради своего новоиспеченного водителя. Поковырялся в мобильном и поперхнулся завтраком от накатившего чувства вины. Сегодня у Ольги лекции начинались с самого утра и, судя по геолокации, она решила их сегодня примерно посетить. Он-то заставил ее тащить его домой среди ночи. Как там она не выспавшаяся? Кроме того, завтра у нее снова смена.
Нахмуренные брови разгладились, стоило ему подумать о бонусе. Вечером он непременно пригласит Ольгу с Машкой на прогулку.
Глава 7
Утром, когда ни Артёма, ни других мажоров из его компании в университете не наблюдалось, Оля отгоняла сонливость и пыталась вникнуть в суть того, что бормотал профессор. Меж тем руки у нее так чесались позвонить Лаврову, но она одергивала себя не один раз. Лавруша, скорее всего еще в кроватке сны видит. Тогда можно было бы сообщение скинуть, живой он там или нет. Блин! Уж если он большой мальчик алкоголь жрать, так пусть пожинает плоды труда своего в виде похмелья и сам разбирается! Запихав куда подальше дикое и странное желание справиться о его самочувствии, она засунула смартфон в карман и принялась строчить конспект за преподом. Этот чувак, Павел Дмитриевич, видишь ли, не признавал на своих лекциях ни планшетов, ни ноутов, только рукописные тетради. Ну и ладно, будет повод выкинуть из головы дурного мажора.
В течение всего дня зудело еще одно желание. Спросить бы у Лавра, как у него очутились ее права? И при этом желательно увидеть его трезвую бесстыжую рожу. Что, интересно, наврет? Мол, вывались из кармана, а он нашел? Очень на него похоже.
Витая в облаках на перерыве, Оля полезла в социальные сети, и словно нечистый дернул зайти на страничку Лавра. Конечно, разве иное можно было ожидать? Множество фото с друзьями в клубах, на отдыхе, на яхте. Оля кисло сморщилась, едва не подавившись ядовитой ревностью, чуть ли через фотографию наблюдая Артёма в обнимку с красивыми стройными барышнями. И какое, простите, ей дело до его разгульного образа жизни и тем более его девушек?! Полистав без особого энтузиазма другие фото, глаза Ольги округлились, наткнувшись на парочку изображений Лаврова в… военной форме?! Да ладно?! Вместо смоляных локонов – черный ежик. Выглядел Артём гораздо моложе, но тот же наглый взгляд властителя всея мира. На дембельской фотке в парадной форме так и вообще – просто красавец! Так он оказывается, служил?! Какое удивление! С каждым новым днем натура Лаврова открывалась перед ней самыми разными невероятными гранями. Чего доброго, глядишь и человек настоящий да нормальный, откопается! Оле ничего другого не оставалось, как молча обалдевать.
Именно этим наступающим теплым вечером такой человек явился под самый подъезд, когда Оля забрала Машу из центра. С самым невинным выражением лица, Артём пригласил их погулять вместе с Машей по парку и посмотреть на город с колеса обозрения. Время провели весело, ели мороженное, сладкую вату пили коктейли. Все внимание было уделено только Маше, которая от колеса обозрения осталась в восторге. Когда кабинка подняла их на самую вершину, девочка с ликованием взвизгнула и, вцепившись в сильную руку Артёма, бдительно держащего ее, осматривала город. Однако под неусыпным надзором мажора находилась и Ольга. Девушка все чаще ловила на себе его внимательный взгляд, но умудрялась не краснеть, как маков цвет. Ближе к сумеркам, Лавров подвез их к самому подъезду, проводил до самой двери, благовоспитанно чмокнул в щечку Машку, а потом, озорно поиграв бровями, подарил такой же поцелуй Ольге, попрощался и укатил.
Оля осталась в полном недоумении. И пребывала в нем на протяжении последующей недели, когда такие прогулки превратились в особую традицию. Оля остро ощущала, как приближается к той опасной грани, где отвернуть назад будет уже поздно, когда Артём Лавров станет частью ее сердца, которую в случае краха вероятных отношений, просто так вырвать не получится. Кровоточить будет долго, а возможно – всегда.
Одним теплым вечерком они втроем медленно вышагивали по зеленеющему молодой листвой парку, любовались первоцветами на клумбах. Сначала Машка шла между ними, держась за их руки, дергая их на себя, весело щебетала, счастливо заливалась смехом, когда у нее получалось говорить четко и без запинки. Оля с Артёмом по очереди задавали ей вопросы о занятиях в центре, загадывали загадки. Машка охотно отвечала, очень старалась говорить правильно. И у нее это получалось.
И никогда еще Ольга не ощущала себя так хорошо. Рядом с Лавром создавалось впечатление крепкого надежного крыла. И будто так всегда должно быть. От нахлынувших эмоций и впечатлений щеки Ольги зарделись. Боже! Она размечталась о Лаврове и счастливом будущем с ним! Идиотка.
Лавров с особым удовольствием отмечал, насколько его воодушевляет общение с Медведевой. На любой его язвительный выпад, она отвечала не менее ехидной шпилькой. И оба наслаждались таким общением. Артём усмехался про себя – с Ольгой всегда так, только настоящие чувства, живые яркие эмоции. И даже когда он невзначай касался ее плеча своим или осторожно захватывал в плен своих теплых пальцев ее ладонь, она не дергалась, лишь на миг застывала в напряжении, а после расслаблялась.
Пока Машка вприпрыжку убежала от них не насколько шагов, Оля покосилась на Лавра и с лукавым блеском в глазах, наконец, спросила о том, что прожигало ее язык до основания:
– Итак, Артём Витальевич, где ты откопал мои права?
Его черная бровь взвилась вверх в ответном выпаде:
– А почему, Оленька, ты меня тогда сама поцеловала?
Его слащавый тон смешался с ее строгими напускными интонациями.
– Захотела и поцеловала, ясно? Ты ж вроде сам об этом типа…мечтал?
– А ты вроде меня ненавидишь? – прищурился Артём.
– К тебе был вопрос относительно прав. Я жду, – она остановилась и скрестила руки на груди.
Артём пожал широкими плечами и слегка замедлил шаг. На лице играла озорная ухмылочка:
– Кто ж права в кошелек засовывает?
– В кошелек?! – глаза Ольги распахнулись от изумления, но потом губы сжались в узкую упрямую линию, словно ее осенило: – Я так и знала! Тебе нельзя доверять такие вещи!
Лавр прикрыл на секунду глаза, чтобы почувствовать, как от голоса девушки млеет каждая клеточка его тела, как искрят нервы от желания прижать к себе и целовать ее губы, пока не распухнут. Кажется, пришла пора прощаться с крышей. Артём резко развернулся и, хищно прищурившись, вкрадчиво спросил:
– А что делать станешь если я… к тебе снова приставать начну?
– На помощь звать! – пропищала она, чувствуя, как от его понизившегося голоса по коже разбежались мурашки.
– Зови! – он бесцеремонно обвил рукой ее талию и крепко прижал к себе.
С губ девушки сорвались какие-то рваные хрипы и карканье, когда она пыталась отодрать от себя его широкую нахальную ладонь. Но оттолкнуть сильного самовлюбленного мажора ее силёнок оказалось маловато.
– Может, уже хватит меня лапать? – вскипела она.
– Я даже не начинал, – деланно равнодушно заявил он, ощущая, как начинает заводиться с полуоборота, пока Медведева трепыхалась рядом.
– Ну, знаешь ли…, – она набрала в грудь больше воздуха и пихнула его локтем; наглец и бровью не повел. – А ты… тебе в клуб там не пора, нет?
– Нет, – ответствовал он, прижавшись ласковыми губами к ее виску. Ноздри жадно втянули аромат волос. Артём едва сдержал тяжелый вздох – он увяз в Ольге так, что уже не выбраться. Да и не горел особым желанием, если честно. Зато желания совсем иного характера жестоко обуревали его тело и разум.
– Прекрати! Здесь же дети, – шикнула она ему.
– Медведева, да меня только что озарило! Ты специально прикрываешься сестрой, чтобы не оставаться со мной наедине. Боишься поддаться моему обаянию? – нагло оскалившись, спросил Артём.
– Ты поразительно догадлив! – процедила она, покраснев, как вареный рак.
Едва справившись со смущением, ей захотелось отплатить ему сторицей. И какое-то странное игривое ощущение защекотало девушку изнутри. Если б только знать, как утереть нос этому самонадеянному мажору?! Скорее всего, он понимает только язык, к которому привык. А это наглость, нахальство и отсутствие каких-либо моральных принципов. Так, значит, нужно его спровоцировать таким же образом, каким он постоянно вгоняет ее в краску. От шальной идеи по нервам пробежался и страх и возбуждение. Дурочка какая! Ну разве можно вогнать в краску такого, как Лавр?! Ай, к чертям! Машка носится впереди и точно не обратит на них внимания.
Когда рука Ольги обвилась вокруг его талии в ответном объятии, Артём даже остановился на секунду и забыл, как дышать. Ток огненными искрами разошелся по венам, заставляя мышцы заныть от напряжения. До чего приятно ощущать осторожную ладошку девушки на своем боку, даже через ткань рубашки и куртки тепло пульсирующими волнами распространялось по телу. Зря она на это отважилась. Теперь ему хотелось большего. Всего. Крылья носа Артёма раздулись.
– Вижу, тебе нравиться дразнить меня? – вкрадчиво поинтересовался он.
– О чем ты, Артём? – Оля невинно хлопнула черными ресницами.
– Тебе несказанно повезло, милая, что вокруг люди и что я приличный человек, – зашипел он ей прямо в ухо, – иначе я бы тебя съел. Всю.
Девушка сглотнула и уткнулась взглядом под ноги, упорно разглядывая дорожку, выложенную фигурными плитками. Провокация удалась. Вот только как избежать последствий, которые Лавр обещал сделать красочными? Раз взялся за гуж, не говори, что не дюж. Играем до конца.
– Значит, тебе можно меня обнимать самым возмутительным образом, а мне тебя – нет? – невзначай бросила она и съежилась, когда лицо Артёма расцвело хищной плотоядной улыбкой.
– Тебе, Оля, можно не только обнимать.
Смысл его слов обжег ее щеки жарким румянцем, и она, возмущенно засопев, резко рванула свою руку. Не тут-то было. Ладонь Лавра уже перехватила и накрыла ее запястье. Оля снова попыталась вырваться. Тихий бархатный смех заставил ее кожу покрыться пупырышками, и она оказалась еще теснее прижата к его телу.
– Нет! Отпусти меня немедленно, – она закусила губу, проклиная свое желание поиграть с опасным бабником. Проигрыш ей уже обеспечен
– Никуда ты от меня не денешься, Медведева, – горячо зашептал Артём, шевеля волосы над ее ухом.
– То есть шансов от тебя отделаться у меня ни одного? – прокашлявшись, едва слышно спросила она, когда горячая волна удовольствия накатила на нее. С ума сойти! Уже от этих его слов она вся дрожит.
– Ноль, – прозвучал самоуверенный ответ смеющимся голосом.
– Вот ведь угораздило! – простонала Оля. Мозг ее лихорадочно искал пути к отступлению. Интересно, а какие девушки ему не нравятся? – А если я стану капризной и жадной?
Он прищурился, пронзив ее острым взглядом, и одарил самой очаровательной улыбкой. Девчонка решила прощупать почву, и ей невдомек, что с ее появлением в его жизни все вкусы и приоритеты резко поменялись.
– Даже тогда.
– О, Боже!
– Оля! Тёма! – к ним навстречу неслась Машка.
Лавров недовольно хмыкнул, был вынужден выпустить Ольгу из захвата и подхватить девочку. Та звонко засмеялась.
– Хо-чу ку-шать!
– Проголодалась, маленькая? – Оля потрепала сестренку по щеке. – Стало быть, домой пора.
Маша закивала. Артём с ней на руках и Ольгой рядом дошли до его машины. Спустя некоторое время, они уже стояли у самого подъезда. Оля мялась – пригласить Лаврова на ужин или нет. Может, если она накормит его до отвала он и отвалится? Глупая надежда. Мама снова на сутках, и, кажется, одобряла общение Маши с Артёмом. Ай, ладно, была не была. Все же он выбрал их с сестрой общество, нежели привычное времяпрепровождение. Зачем ему всё это, так и оставалось загадкой. Надо бы спросить на досуге, если язык повернется. Оля сгорбилась. Куда делась ее способность говорить прямолинейно в присутствии Лаврова?
– Поужинаешь с нами? – сорвалось с губ девушки.
– У вас дома, что ли? – он выглядел потрясенным.
– Нет, блин, в подвале соседнем! Не хочешь, как хо…
– Идем, – перебил он ее и расплылся в довольной улыбке.
Пока ехали в лифте, Лавров загадочно сверкал глазами и о чем-то шептался с Машей. Та хихикала и охотно кивала головой. Оля открыла дверь, пропустила их в квартиру. Едва успела щелкнуть замком, а Лавров и Маша уже разулись и отправились мыть руки. Нет, ё-моё, как же быстро он нашел подход в девочке! Даже подозрительно. Может он, какие психологические курсы посещает?
Артём с Машей уселись за стол, предоставив Ольге свободу действий. Она достала из холодильника помидоры с огурцами, хорошенько вымыла и высушила. Положила перед Лавровым доску, нож, салатник и овощи в миске. Тот вопросительно на нее уставился. Оля ухмыльнулась:
– Салатик нарезать слабо, Артём? А то ведь у нас нету фуагра или к чему ты там привык. Все предельно просто.
– Даже обидно, что ты не воспринимаешь меня всерьез! – надулся парень, потом сверкнул белозубой улыбкой и как заправский повар принялся нарезать овощи.
Оля закивала головой, опасаясь, как бы от распиравшего ее веселья не треснул рот. Пока Маша подавала Артёму то огурец, то томат, то солонку, старательно и медленно рассказывала ему об огороде и овощах, произрастающих на нем.
– Откуда тебе об этом известно? – вопрошал Лавров.
– Чита-ли на уро-ке, – отвечала сестренка.
Ольга сунула картофельное пюре и отбивные в духовку. Пока грелся ужин, она расставила тарелки, разложила столовые приборы, поставила на стол кувшин с ягодным морсом и стаканы. Когда салат был готов, Оля, не скрывая, улыбки от уха до уха убрала доску с ножом. Не успела она расположиться на стуле, как морс уже был разлит по стаканам самим Артёмом. М-да, мысленно протянула Оля, ни дать ни взять – семейный ужин. Стоп, куда тебя понесло, идиотки кусок? Лавр и семья?! Девушка тряхнула головой.
– Чему радуешься? – вырвал ее из мира грёз насмешливый голос Лаврова.
– Та-ак, – протянула она, – есть причины.
Он хмыкнул. И почему здесь, рядом с Ольгой и Машей, в простой квартире, поглощая самый простой и вкусный ужин, он ощущал себя дома?! Давненько ему не было так комфортно и уютно, давно не испытывал такого морального удовлетворения. Острое желание возвращаться к Ольге вот так каждый вечер, мирно ужинать, обсуждать, что случилось за день и кайфовать от одного присутствия девушки рядом, поселилось где-то глубоко внутри и уже пустило корни. Вспомнив свою ультрасовременную квартиру, пустую и холодную, аж челюсти свело от неприятного скребущего ощущения в области грудины.
– Спа-сибо! – сказала Маша и вышла из-за стола. Обернулась с глазами, полными надежды.
– Мы сейчас придем, Машутка, доставай всё, – пообещал Артём, на что девчушка ласково улыбнулась и умчалась в зал.
– Что это вы задумали? – прищурилась Ольга, убирая со стола и принимаясь за мытье посуды.
– Посидим и послушаем Машу. Она обещала мне рассказать про цветы.
– Машка любит цветы, – кивнула девушка. – В ней живет или флорист или садовод.
– Это отлично.
На несколько минут повисла тишина. Оля чувствовала спиной взгляд Лаврова, вот только не такой тяжелый, как обычно. Какой-то другой. Глянув через плечо, она поняла, какой – заинтересованный. Вымыв тарелки, она развернулась и принялась сушить их полотенцем.
– А знаешь, что еще, Медведева? – убедившись, что завладел ее вниманием, Артём продолжил: – Определенно, у тебя есть шанс найти путь к моему сердцу через мой же желудок.
От его прямого взгляда и мурлычущего голоса, Оля застыла с тарелкой, которую собиралась поставить в шкафчик. Придя в себя от кратковременного шока, она сунула посуду в ячейку, прочистила горло и сузила глаза до щелок.
– Представь себе, я даже не старалась! А знаешь, что еще, Лавров? – в тон ему спросила она, уперев руки в бока. Заметив, как изогнулась его черная бровь, она продолжила: – Если б знала про шанс, непременно что-нибудь бы пересолила.
– Ага, – глаза его вспыхнули догадкой и торжеством, – я так и знал!
– Что-о? – непонимающе вытаращилась она.
– Помнится, говорят, что если пересолила, значит, влюбилась.
– Какой ты, однако, мечтатель, – вплеснула Оля руками и подозрительно прищурилась. – А ты точно Артём Лавров?
Ольга сглотнула, когда он принялся угрожающе возвышаться над столом, пронзив все существо ее острым потемневшим взором и забрав управление волей в свои руки. И готов был доказать ей, что он действительно тот самый Лавров, который не только жаждет сжать ее в своих объятиях, но и намерен продемонстрировать это сию секунду. Черт! Почему она вечно провоцирует Лаврова?! Шаг к ней заставил ее в панике метнуться к холодильнику…
Но тут на кухню ворвалась Маша с требованием читать вместе с Тёмой. Тот выдохнул, обжег девушку многообещающим взглядом и последовал за сестрой. Оля облегченно перевела дыхание, едва слышно назвав ее спасительницей, выключила свет на кухне. Напряженная дрожь в коленях отказывалась проходить, пока Оля шла, чтобы присоединиться к веселой компании в зале.
Маша и Артём сидели на диване, разложив на коленях большие красочные книжки. Оля присела рядом с сестрой. Ей осталось только включиться в их занимательную игру. Маша с воодушевлением читала им о цветах, водила пальчиком по ярким картинкам, переводила дыхание и с важным видом отвечала на вопросы Артёма, когда он спрашивал о том или другом. И так все было гармонично, что Оля едва не прослезилась. Лавр на удивление проявлял чудеса терпения, чуткости и внимательности, помогал девочке, когда та спотыкалась в словах. Стоило ей скукожиться, как он отвлекал ее новым вопросом, и девчушка охотно начинала говорить.
Ольга так увлеклась непринужденной беседой сестры с мажором, что не сразу обратила внимание, как его рука вытянулась вдоль спинки дивана, как горячие пальцы скользнули под ее косу и ласково принялись поглаживать кожу на шее. Оля вспыхнула, бросила предупреждающий взгляд на Артёма, и хотела было дернуться, но мужская ладонь крепко обхватила шею сзади. Оля почувствовала, как ее всю опалило жаром. Его неожиданная для нее, но вполне спланированная им, ласка оказалась ей приятна. Захотелось зажмуриться, откинуть голову в его руку и заурчать кошкой. Дрожь пробежалась по коже. Какой же он коварный! Отомстил-таки. И что теперь делать? Начни вырываться, его это только позабавит, никак не отреагируй – углубит ласку. И тут засада, и там тупик. И если бы не Маша, Оля уже бы давно прилипла к широкой груди Лавра и позволяла бы себя целовать. Неприличные фантазии непозволительно бурно разыгрались в воображении девушки, током рассыпаясь по телу и пробуждая в крови огонь желания. Оля напряглась, не в силах сбросить морок.
Ситуацию спас телефон Ольги. Она порывисто рванулась вперед, освободившись от ладони Артёма. Тот понимающе хмыкнул.
Звонила мама, как всегда поинтересоваться о том, чем они занимаются. Оля по своему обыкновению включила видеозвонок. Лавров чинно поприветствовал Веру Павловну. Сначала Машка поведала маме, как у нее прошли занятия в центре, потом подключился Артём, и они по порядку рассказали о прогулке. Продемонстрировали книгу, которую читали. Ольга иногда подключалась к беседе, отвечала односложно, полностью загруженная своими противоречивыми мыслями и чувствами. Вера Павловна с видимым удовольствием поблагодарила Лаврова за внимание, пожелала ему всего доброго, а дочерям – спокойной ночи, и отключилась.
Как ни в чем ни бывало, Лавр сообщил, что пора расходиться, попрощался с Машей и пошел в прихожую. Оля тенью последовала за ним, не зная, чего от него ожидать. И совсем потерялась, когда Артём просто поблагодарил за чудесный вечер и ужин и вышел за дверь. Оля прижалась спиной к стене и опустилась на пол. Она ни черта не понимала! Буквально двадцать минут назад от него искрило возбуждением, и как только она сама завелась, он будто выключателем щелкнул. Противный мажор! Он играл с ней с самого первого дня. Втерся к ней в доверие через Машу и продолжает играть в игру, правила которой известны ему одному. Так. Нужно как можно быстрее приходить в себя. Оля потерла ладонями лицо и встала.
В четверг после окончания пар у Ольги Лавров сбросил короткое сообщение, гласящее о появившихся у него делах, в связи с чем совместной прогулки не получится. Девушка несколько секунд таращилась на экран, не понимая, зачем вообще писал. Можно подумать, они о чем-то договаривались. В пятницу в университете его также не наблюдалось, из чего Оля сделала вывод, что ему надоело таскаться за ней и возиться с Машей. И на мгновение перевела дыхание от облегчения. Вот и хорошо! Теперь всё по своим местам. Но потом с досадой заставила признаться себе, что она уже привыкла к его обществу и скучала. Подумать только! Она – и скучала по мажору! Мир перевернулся.
Оставив Машу с мамой, Оля отправилась на смену. На протяжении всего вечера ее точило необъяснимое чувство тревоги. И все вроде было как обычно. Музыка в помещении, танцующая молодежь в центре танцпола, клиенты, желающие выпить. Но что-то было не так. Осмотрев свое рабочее место и не найдя никаких косяков за собой, она оглядела тех, кто расположился по сторону стойки. Парочка влюбленных тискалась справа и потягивала коктейли, дошедшего до кондиции парня за столик уволокли товарищи, а слева… И только теперь до нее дошло, что, а вернее, кто ее насторожил. Трое крепких парней, занявших угол барной стойки, очень недобро на нее пялились. Предательский страх родился где-то на уровне желудка и застрял там противным комом.
– А повтори-ка нам еще разок, Ольга, – велел блондинистый качок из тройки, задержав взгляд голубых глаз на табличке с ее именем.
Но ей показалось, будто он видит насквозь, что находится под ее одеждой. Его такие же пронзительные и наглые глаза, как у Лавра, неотступно следили за каждым ее движением, и складывалось впечатление, словно тело ее уже тысячу раз ощупали мерзкими липкими руками.
Оля подлила им по порции виски, набралась смелости встретиться взглядом с каждым из них, и натянуто улыбнулась. Едва жгучий брюнет лет тридцати пяти с не менее жгучими черными глазами открыл рот, она уже знала, что ему нужно, а потому наметанной рукой выставила перед ними блюдце с тонкими дольками лимона. Он недовольно поджал губы, проглотив свою претензию.
– Глянь, какая догадливая, – потер он подбородок.
– Работа такая, – невозмутимо пожала она плечами. На смену страху пришло негодование. Видимо, они преследовали своей целью спровоцировать ее на грубость. Фиг вам! Она не позволит спустить на нее агрессию.
– А когда заканчиваешь? – спросил третий, буравя ее какими-то белесыми желтоватыми глазами.
– Вовремя, – отозвалась она бесцветным голосом.
– Уже ведь поздно будет, да? Мы можем подвезти тебя, – предложил блондин, поиграв светлыми бровями.
– Благодарю, я на машине, – солгала она, даже не моргнув. Ужасно хотелось убежать и спрятаться в какую-нибудь дыру.
– Так может, нам компанию составишь? – вкрадчиво поинтересовался тот, у кого глаз почти не было.
– Не положено, – отчеканила она.
– А за сколько положено? – прямо спросил блондин, перевесившись через стойку.
Оля умудрилась, сохраняя лицо, отойти на безопасное расстояние, чтобы подать по бокалу мартини парочке веселых девушек. Они ухватили напитки и, хохоча, растворились в толпе.
– Ещё, – назойливо потребовал блондин.
Оля удержалась от малодушного порыва закусить губу и двинулась к троице с бутылкой.
– Не ломайся, и назови цену, девочка, – неприятно оскалился светлоглазый.
– Вы обратились не по адресу. Такие девочки есть в зале. Пригласить? – вежливо спросила она.
– Таких нам не надобно, – последовал ответ блондина, и он влил в себя еще порцию крепкого алкоголя.
– Сегодня хочется трахнуть тебя, – черные бездонные глаза брюнета прожгли в ней дыру.
Оля прищурилась, ноздри ее гневно раздулись. Не позволив себе внутренне сжаться, она указала на охрану.
– Видите, вон там парни стоят? Они расскажут вам с какими желаниями можно обращаться к тому или иному персоналу. Я ясно выразилась?
Трое одновременно глянули на крепких ребят и вернули Ольге все свое внимание. Маньяки какие-то!
– Ты весьма ясно и вежливо нас послала, – гоготнул брюнет, но смех вышел злым.
– Дерзкая, да? – поддался вперед светлоглазый.
– Нет, вы мешаете мне работать.
– Еще! – приказал брюнет.
Совсем неожиданно блондин перехватил ее запястье, когда она подливала спиртное, и его лицо оказалось рядом с его лицом.
– Вы что себе позволяете? – голос ее стал на тон выше.
– Я – первый, – успел прошипеть обещание блондин до того, как подошел охранник Юрий.
Она передернула плечами и отшатнулась. В голове зазвенели колокольчики вновь ожившего страха. Эти ребята просто так не отстанут. Может, Лавру позвонить и попросить подкинуть ее домой? Нет. Еще подумает, что она навязывается. Тем более, сегодня в клубе его не наблюдалось, хотя Саня и Борис периодически мелькали, вставая к перилам и осматривая зал. А потом снова ныряли в кабины.
– Оля, проблемы?
– Нет проблем, друг, – блондин растянул губы в виноватой улыбке, похожей больше на оскал. – Мы чуток перебрали и просим прощения.
– Да нам и освежиться пора, – поддержал его брюнет.
Они опрокинули еще по порции виски и скрылись из виду в коридоре, что вел в сторону туалетов.
Оля на мгновение сгорбилась. Может ей остаться на второй заход?
– Не волнуйся, – через пять минут к стойке подошел Юрий, – они ушли. Лично видел, как за ними закрылась входная дверь. Все хорошо?
– Да, спасибо, – Оля благодарно улыбнулась Юрию. Да только все равно спокойствия ни на грамм не прибавилось.
С горем пополам закончив смену, Оля отправилась в служебный гардероб, по пути вызвав такси. Быстро переодевшись, девушка как всегда нахлобучила бейсболку до самых бровей, застегнула молнию куртки до самого подбородка, нащупала в кармане электрошокер и, закинув рюкзак на плечо, вышла на улицу. Пиликнул смартфон, оповещая о входящем вызове. Оля приняла звонок и, слушая диспетчера, все больше хмурилась.
– Черт! – ругнулась она и плотно сжала губы.
Девица на том конце провода сообщила об отказе из-за непредвиденной поломки автомобиля, выехавшего на ее адрес. И что к их великому сожалению свободных машин пока нет. Оля прошлась к парковке и как назло не нашла ни одной машины с шашечками. Проклятие! Набирая другую службу и получая короткие гудки, она прошла мимо крыльца. Нервничая, не заметила, как отдалилась от спасительной территории клуба и юркнула в переулок. Едва снова дозвонилась до такси, её вежливо попросили сбросить свое местонахождение и ожидать заказа минут двадцать. Хотела облегченно перевести дыхание, но поежилась от мерзкого предчувствия. Оглянулась, и мороз пробежался по коже.
За ней неотступно следовали три тени.
Сунула руку в карман и сжала пальцами электрошокер. Запихнув гордость куда подальше, набрала номер Лаврова. Но он уже у кого-то сидел на ухе: то занятость, то режим ожидания. Блин! И батарея на исходе. Обратно к крыльцу уже не вернуться. Да и кричать бесполезно – музыка из клуба порой доносилась до соседних жилых домов. Равно как и бежать некуда – впереди у нее тупик.
Оля развернулась, ожидая нападения в любую секунду.
– Заблудилась? – обманчиво ласково пропел блондин.
– А, это вы, парни, – Оля постаралась, чтобы голос не выдал ее истинного состояния. – Нет, не заблудилась.
– Ну и где твоя машина? – спросил тот, с блеклыми рыбьими глазами.
– В пути, – девушка медленно пятилась назад. Она видела перед собой трех хищников, и ее задача не разъярить их больше. Пусть парни пьяны, но в данной ситуации алкоголь им только поможет – они прекрасно контролировали себя и свои тела. Нужно максимально следить за языком.
– А ты не врешь, милая? – вкрадчиво поинтересовался блондин.
Она отрицательно качнула головой.
– Нет. Просто если меня не обнаружит на месте, а найдут здесь с вами, плохо может быть не только вам. Кому это нужно? – почти беззаботно махнула она рукой.
– О! Нам грозят! – осклабился брюнет.
– И в мыслях не было. Так что, наверное, пойду я, – она не верила себе. Знала – не верят и они. Вот только когда ж нападать собираются? Чего тянут?
– Смелая. Смотри, как держится, – довольно промурлыкал светлоглазый, отрезая ей путь.
– А пока мы будем ждать, познакомимся поближе. Иди ко мне, – блондин миролюбиво вытянул свою руку.
Оля опасливо покосилась на него и сделала шаг назад.
– Не думаю, что это удачная идея, парни. Может все-таки вам к другим девушкам обратиться? А еще лучше домой бы вам да отоспаться.
– Вот уж советы от тебя нам точно не нужны! – брюнет улыбнулся так, что Оле показалось, будто сам дьявол явился прямиком из ада.
– А скажите-ка, братаны, если б вас ждала такая пташка, позволили бы ей остаться одной дольше положенного? – обратился светлоглазый к друзьям, бросив на Ольгу заботливый взгляд.
– Нет! – в один голос отозвались двое.
Нервы Ольги были натянуты, словно струны. Жутко хотелось плакать. И ни одной идеи, только нарастающая паника. Неосторожные слова сорвались с ее губ и стали рычагом.