Текст книги "Некромантами не рождаются (СИ)"

Автор книги: Екатерина Боброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

Наставник на этом не успокоился. Представил ее зачем-то старшему брату.

В отличие от принца, тот показался Лиран совершенно легкомысленным типом. Все время чему-то ухмылялся. Говорил многозначительными загадками. Подробно выспрашивал планы на будущее у Лиран и неожиданно поддержал ее желание идти в безмолвные.

– Туда, конечно, непросто поступить, – сказал он, глядя на Шильярда до невозможности хитрым взглядом, – зато ваш будущий муж будет бояться без спроса из дома выйти – вдруг вы решите проследить за ним?

– Ему этого можно не бояться – я никогда не выйду замуж, – честно призналась Лиран. Сероволосый огневик почему-то вызывал у нее желание поделиться личным.

– И с чего такие пепельные мысли у столь юного создания? – удивился мужчина.

– Кому нужна искалеченная жена с нестабильным даром? – пожала плечами девушка. – Не хочу ломать чью-то жизнь.

– Боитесь, – по-доброму так улыбнулся огневик и с сочувствием глянул на младшего брата. – Не переживайте, – добавил он. – Огонь мудр. Доверьтесь ему и вашему му… мужественному наставнику. Я бы не смог взять в, гм, подопечные девушку из другого мира, еще и со столь поздно пробудившимся даром. А вот он решился… н-да.

– Мой наставник лучший, – ответила Лиран с искренней улыбкой.

Ей действительно нравился Шильярд. Его доброта и забота. Порой ей казалось, что она не заслужила их. Навязалась огневику со своими проблемами. То выброс, то стихия начинала шалить, выходя из-под контроля словно разбаловавшийся ребенок. И тогда наставник садился рядом, брал за руку, и огонь послушно стихал, успокаиваясь.

А ей плакать хотелось от собственной беспомощности и бездарности. Почему у нее ничего не выходит⁈ Даже собственное пламя слушалось Шильярда лучше, чем ее саму. Тянулось к нему. Наливалось теплом на сердце, когда он появлялся.

И она злилась. На себя, на него. Не могла переступить через выстраданное одиночество и позволить прорасти в сердце привязанности, а еще начать доверять…

Калкалос недовольно рыкнул, посмотрел на нее так, что она себя втертым в камни ничтожеством ощутила.

«Брат Шильярд, зачем тебе эта самка? Глупая, тощая, без хвоста и крыльев. Хочешь, я тебе лучше найду?» – пророкотало у Шиля в голове. Парень с тревогой оглянулся на девушку – не слышит ли она мыслеречь. Но лицо Лиран оставалось напряженно-сосредоточенным, и он успокоился.

«Спасибо, брат, но мое пламя сделало выбор. Лучше помоги».

«Помогу, но придется от патрулей крылья прятать. Последнее время двуногие мешки совсем обнаглели. Блошиными стаями на побережье высаживаются. По горам ползают, чтоб братьев вблизи на кристалл запечатлеть. Гоняем их… Все равно лезут. Дошло до того, что парочку у гнезд выловили. Совсем отбитые».

– Сожрали? – с сочувствием поинтересовался Шиль. Повсеместный интерес к калкалосам проснулся после публикации романа «Мой любимый калкалос», в котором девушка втайне от семьи и соседей спасает израненного зверя. В благодарность калкалос увозит ее с навязанной родителями свадьбы с нелюбимым женихом.

Самым загадочным было то, что автор романа скрывался под псевдонимом, и насколько знал Шиль, даже Третий не смог докопаться до его личности.

«Кто будет жрать безмозглых блох? Только заразу подцеплять!» – раздраженно выдохнул Ашарр, дернув хвостом.

«Поджарили для назидания и скинули на палубу корабля».

– Хочешь, я попрошу Шестого патрулировать ваши воды?

«Еще больше лезть будут, решат – скрываем что-то», – мотнул, не соглашаясь, башкой калкалос.

«Приходится теперь показательные полеты вдоль побережья устраивать, чтобы вглубь не ползли, а то самки нервничают и могут кого-то сожрать, а им не полезно».

Шильярд представил толпы глазеющих на полеты, хмыкнул: до чего дожили. Раньше калкалосы ужас на всех наводили, а теперь популярнее императора Шакри-нару будут.

– Деньги за просмотр берите, – посоветовал он.

Ашарр задумчиво потер кончик носа о лапу.

«Предложу отцу, но вряд ли одобрит. Старейшины и так недовольны, что мы перед людьми крыльями расправляем. Давайте лезьте уже на спину, пока не передумал».

И он распростер правое крыло.

– Ты точно уверен, что он нас не уронит? – с тревогой уточнила Лиран, не решаясь ступить на крыло. Ей казалось, что калкалос затаил на нее обиду и обязательно отыграется в полете.

– Не бойся, я подстрахую, – заверил ее Шильярд, продолжив с гордостью: – Ашарр мне почти как родной. Мы его отца с матерью знакомили… Там такая история вышла, – смутился он вдруг, – потом как-нибудь расскажу. Мы целой академией игрушки готовили к рождению малышей. А ты говоришь «уронит»! Да его отец самый знаменитый калкалос в Асмасе, личный друг ассары, почетный член академии и почетный гражданин страны. Чтоб ты знала, калкалосы обычно не возят на себе людей, но для друзей делают исключение. Жаль, прилетают в гости редко. То линька, то гонки, то добыча камней. Да и Драго теперь в совете. Вот сыновей и привлекает по поручениям.

«Если зародыш самки боится, могу ее в лапах понести», – предложил с ехидцей Ашарр.

Лиран покачнулась, услышав у себя в голове рокочущий бас. Глянула недоверчиво. Хотела спросить: «Это ты сказал?», но вовремя прикусила язык.

– Я справлюсь, – с возмущением – кто тут зародыш? – заявила девушка.

«Только не визжать», – хохотнули у нее в голове.

Спина у ящера оказалась жесткой, а еще теплой. Севший сзади Шильярд обнял ее, прижимая к себе. Лиран почувствовала, как ее заматывают силовыми линиями, страхуя от падения. Потом последовал сильный толчок, ярко-синее, безоблачное небо стремительно понеслось навстречу, и она все-таки не выдержала – заорала.

Пещеры встретили их влажным теплом. Пахло водяной пылью, сыростью, а еще нагретыми камнями.

На ослабевших ногах Лиран сползла с ящера. Сложилась, пережидая приступ тошноты.

– Дыши глубже, – посоветовал Шильярд, похлопал ободряюще по спине.

Лиран выпрямилась, твердым шагом дошла до калкалоса, обняла опешившего зверя за морду, прижалась к ней лбом.

– Спасибо, – прошептала, чувствуя, как по щекам покатились слезы. – Это был лучший день в моей жизни.

Даже если источник не поможет, этот полет стоил неудачной попытки. Да и не верила она ни в какие чудесные источники. Если бы не настойчивость Шильярда, давно бы уже сдалась. Смирилась и со шрамами, и с воспоминаниями.

«Когда болью пробуждают силу, воспоминания сплетаются с источником. В итоге нельзя заблокировать что-то одно, не затронув другое», – всплыли в голове слова ректора академии Ментала. То же самое ей говорили и на Фаттаре. Замкнутый круг…

«Глупый зародыш, – рокотнули в голове, напоминая, что она сейчас не одна. Ментальная волна мягко надавила на виски. – Пускаешь влагу? Ты же дочь огня, забыла?»

Нет, не забыла. Сама не ожидала, что полет подарит давно забытое ощущение свободы. Чужие крылья, а кажется – свои за спиной выросли. Щемящая душу радость. Удивление – как быстро может меняться небо с землей. Восхищение – какими мелкими кажутся острова внизу. Тепло мужских рук на талии. И чувство родства с огнем внутри калкалоса.

Этот мир завораживал. Он весь был живой, пропитан стихийной силой.

– Прости, – отодвинулась она, неловко вытерла рукавом слезы.

Ее ласково боднули в живот.

«Мне нравится твой огонь, малек. Захочешь еще мокрить лицо, я не против. А теперь иди».

Подбадривающе кивнул Шильярд, указывая вниз, где на дне пещеры клубился паром источник.

– Отвернись, – потребовала Лиран, подходя к воде.

– Мы уже, – отозвался сверху парень. – Ты главное не стесняйся. Собери все, что накопила, и выплесни в воду. Можешь поорать, у тебя это хорошо получается.

Щеки предательски полыхнули. Орала она знатно… Сначала от неожиданности, потом от восторга. Шильярд, наверное, оглох от ее воплей.

Торопливо разделась. Сложила одежду на камень. Потрогала пальцем воду – теплая и решительно шагнула в озерцо.

Вода оказалась неожиданно плотной. Она пропустила в себя гостью и сомкнулась вокруг. Лиран сначала испуганно дернулась, после устыдилась собственного страха. Она здесь ради исцеления, так почему бы не попробовать и не довериться стихии?

Развела руками пар – сквозь прозрачную воду было видно дно, на котором огненными протуберанцами закручивалось пламя. Нереальность происходящего – вода и пламя – накрывала, заставляя усомниться в собственном неверии. И Лиран внезапно до выворачивающей душу боли захотелось поверить в то, что у нее получится.

Она прикрыла глаза, выдохнула, собирая внутри себя тугой кулак из прошлого, утаптывая в него все то, что хотела забыть. Потом набрала полную грудь воздуха и…

От раздавшегося под сводами пещеры крика испуганно заметались залетевшие внутрь птицы, роняя вниз перья и помет.

«Сильный голос», – одобрил Ашарр.

Шильярд брезгливо стряхнул с плеча прилетевшую сверху метку.

«Только тощая больно – одни кости торчат».

– Нормальная она, – не согласился парень. – И фигура красивая.

«Ослепленному пламенем и деревяшка рыбой кажется», – процитировал кого-то из своих со смешком калкалос.

«Смотри, начинается», – оборвал он себя.

Шильярд пригляделся – на стенах в самом деле заплясали всполохи, воздух потеплел, а потом на месте озерца столбом встало пламя.

Парень отшатнулся, прикрывая ладонями лицо.

– Не слишком ли? – спросил он с тревогой.

«Твой огонек заслужил великую милость стихии», – с уважением пророкотал Ашарр.

«Не бойся, в очистительном пламени сгорит все, что ненужно, обнажив истину».

Шиль верил стихии, но остаться на месте не смог. Выставив щиты и стараясь не черпать лишней силы, двинулся к источнику.

Остановился в пяти шагах. Здесь жар был уже нестерпим, и странно было понимать, что находящейся внутри девушке огонь не вредит.

Шиль уже устал волноваться, когда пламя, наконец, опало, занавесом рухнув обратно в воду.

– Лиран! – кинулся он к лежащей на воде девушке. Бережно поднял на руки, прижал к груди.

– Огонек мой! Любимая! Очнись. Не пугай своего мужа, а то он не переживет, если с тобой что-то случится.

– Как ты себя назвал? – просипела Лиран – и Шиль похолодел.

– Я вижу нить, – проговорила она, не открывая глаз. – Ты нас связал? Зачем?

«Она видит внутренний огонь!» – удивился калкалос. – «Талантливый зародыш».

Шиль давно ждал этого вопроса. Отвечал на него себе много раз, но сейчас все заготовленные слова вылетели из головы. Лишь одно знал точно – жалости к себе Лиран не простит.

– Потому что ты мне нравишься, – не стал кривить душой парень. – Я люблю тебя. Понял это, когда чуть не погиб в пустыне, а ты за мной ухаживала. Источники связал, потому что боялся тебя потерять. Не хотел пугать отношениями, вот и молчал. Дурак, да? – спросил он сипло.

– Дурак, – согласилась Лиран. Она открыла глаза, требовательно вгляделась в его лицо, ища там подтверждение его слов. И вдруг обхватила Шильярда за шею, приподнялась и сама потянулась к его губам.

«Разомну-ка я крылья», – донеслось до них насмешливое. Раздался скрежет когтей по камням, и в пещере они остались одни…

Эпилог

– Даже не верится, что мы дожили до этого момента, – с чувством выдохнул Ларс.

Третий с удивлением глянул на заблестевшие глаза старшего брата. Второй расчувствовался до слез? Или это от радости? Все же пока Шестой не сел на трон, корона призраком висела над каждым из братьев, так что никто из них не чувствовал себя до конца свободным.

Сегодня они собрались в храме Девятиликого. Последняя ветвь Асмаса. Уходили в прошлое ритуалы отбора невест и первенца. Асмас менялся… И Харту верилось – к лучшему.

Гигантский, словно уходящий потолком в бесконечность темный зал был едва освещен десятком световиков. В полумраке угадывались пышные наряды придворных. Ровными рядами стояла гвардия Шестого. Отдельно – ближе к алтарю – королевская семья.

В ожидании начала церемонии зал почтительно шелестел приглушенными голосами.

– Столько лет, столько огня, – поддержал Ларса дрогнувшим голосом Пятый.

– А уж я сколько с ним пепла съел, – поделился прошлым Фильярг, добавив мрачно: – Жена до сих пор за него готова любому глотку порвать. Надеюсь, хоть сейчас немного успокоится. Так что я сегодня не брата, можно сказать, сына на трон сажаю.

И выражение лица у него стало такое, словно Четвертый был в шаге от слез.

– А помните, как мы ассару по всему Асмасу ловили? – вздохнул с ностальгией Первый.

– А мы Шестого на Шакри-нару искали, – хмыкнул Пятый, нервно взлохматил волосы. – Моя жена утверждает, что сразу поняла, как нам повезло с правителем, когда они вместе палубу драили.

– Как там у вас, кстати, с пополнением? – мягко поинтересовался Харт.

– Девочка, – лицо Арвэла смягчилось, на губах появилась нежная улыбка. – Хотел отговорить жену плыть к вам, но куда там, – махнул он рукой. – Сказала: ни за что не пропустит коронацию названного брата.

«Девочка». Харт вдруг ощутил, как горло перехватывает от нахлынувших эмоций, а сердце замирает от восторга.

Его девочка появится совсем скоро. Он нашел глазами стоявшую рядом с ассарой жену, обласкал взглядом внушительный живот.

– Я бы хотел остаться и поприветствовать племянницу, но не смогу, – повинился Пятый, проследив за взглядом брата. – Однако подарок пришлю.

– Ты тоже прости, что не смогу быть на рождении наследницы, – кивнул Харт, ощущая в душе непривычное море нежности. Кажется, Фильярг говорил, что сыновья закаляют, делая отцов сильнее, а вот дочери учат любви. Тогда он не понял, в чем суть его слов, а теперь одна лишь мысль о том, чтобы взять на руки хрупкий комочек, который непременно будет самым красивым на свете, делала его счастливым.

У Харта даже подчиненные расслабились от пребывающего в последние месяцы в прекрасном настроении начальника. Да что там подчиненные! Вчера лорда Шархиса задержали за распространение порочащих корону слухов, так наглец смел требовать милости в честь будущей коронации. И ведь отпустил, засранца, сам с себя удивляясь.

– А я вот решил пойти в академию преподавать, – поделился вдруг Первый. – Хочу, Четвертый, твоих уникальных детишек погонять.

– Погоняй, – легко согласился Фильярг. – Может, хоть тебя послушают, а то у меня на них уже огня не хватает. Летом рвутся на Карси-тан, поганцы, будто это подходящее место для каникул.

– Слышал, Седьмой с Восьмым жаждут с ними отправиться, – поделился сведениями Харт.

– Это пусть отец решает, а я своих не отпущу, – нахмурился Фильярг.

Харт промолчал, не став напоминать брату о том, чем в прошлый раз закончилось его «не пущу». Талантливые детишки – гордость и одновременно головная боль для родителей.

– Могу их к себе на лето взять, – предложил Ларс и получил решительно-слаженное:

– Нет! – от Харта с Фильяргом.

– Ладно-ладно, – легко отступился Второй. – Я ж только предложил. У меня всяко спокойнее, чем среди бывших жрецов, будет.

– Лучше фаттарцев к себе на практику возьми, – попросил Фильярг. – Достали академию своими новаторскими штучками.

– Наслышан, – расплылся в улыбке Ларс. Мечтательно закатил глаза: – Даже жалею, что я не учусь вместе с ними. Оживить стул и заставить его маршировать вместе с преподавателем! А этот их спотыкач? Это же оружие поражения, – восхитился он.

– Вот и забирай их к себе на практику, – процедил Фильярг, которому достало уже разгребать последствия межмирового общения фаттарцев и асмасцев. Спасало то, что гостей было в разы меньше, чем местных. Так что счет пока шел на равных. Но ректор уже за голову хватался. В академии закончились все возможные отработки, и провинившихся отправляли вниз, в город, улицы чистить.

– На пару месяцев, а лучше на полгода, – он с мольбой посмотрел на брата.

– Не-не, мне нестабильные не нужны, – замотал головой Ларс. – У меня некому с ними возиться. Вот когда привыкнут к огню, тогда милости просим.

– А я бы с ними повозился, – задумчиво проговорил Первый. – Все-таки два источника магии. Их же изучать нужно!

– Вот и отлично, – просиял Фильярг. Похлопал себя по карману. Достал знак инспектора и вручил опешившему от такого брату. – Держи. Там одна Лиран чего стоит. Правда, ее уже Кайлес к себе прибрал. Сказал, из девчонки получится сильный целитель душ. Тот, кто сам пережил много боли в прошлом, лучше поймет и избавит от душевных страданий больных. Так что невеста Шильярда у нас теперь новая любимица Кайлеса. Правда, с контролем все еще проблемы. Вдобавок, вспыльчивая… Как раз на днях столовую наполовину сожгла. Никто среагировать не успел, так полыхнуло. Еще Ветер этот… Талантлив, но зараза. Языкаст настолько, что половина академии его прибить хочет, а вторая придушить. Вот и присмотришь, поизучаешь, разрешаю даже опыты ставить, а я хоть передохну немного.

Первый задумчиво повертел в руке полученный знак.

– А почему бы и нет? – усмехнулся он, сжимая жетон в кулаке. – Засиделся в лаборатории без свежих идей.

– Вот-вот, – согласился Фильярг, – у нас со свежестью вообще проблем нет. Каждый день прям огненный. Главное, ухитряются не повторяться!

– А где наш некромант? – заозирался вдруг Пятый. – Хочу поприветствовать, а то ведь последний раз виделись, когда он еще бездарем был.

– Вон он стоит рядом с женой, – ткнул в нужную сторону Харт. – А рядом с ним, не поверишь, капитан Таврис. Слышал, о «Мертвом страннике?»

– Я думал, это шутка, – с вытянувшимся лицом протянул Арвэл, разглядывая некроманта. Сергей сильно изменился: волосы побелели, словно их в молоко макнули, в черных глазах был заметен подозрительный зеленый блеск. Пожалуй, даже огонь так не менял внешность своих детей, как смерть.

За спиной Сергея о чем-то переговаривались свекр с тестем. Мужчины разводили руками, что-то показывая друг другу.

Рыбалку обсуждают, – догадался Арвэл. Хорошо, когда родственники находят общий язык. Его тесть все еще с подозрением относился к огневикам.

– Какая шутка! – негодующе всплеснул руками Первый. – У нас половина порта в панике сбежала, когда это чудо к пристани пристало. А некромант еще и парад вознамерился провести, доведя оставшуюся половину до нервного тика.

– И что Таврис согласился быть капитаном нежити? – удивился Пятый.

Посмотрел на ухмыляющиеся лица братьев. Глянул на Касмейру. Выдохнул пораженно:

– Не может быть!

– Может! – радостно закивал Ларс. – Пока дочурка учится, папаша ее на палубе замещает, заодно зятя морской науке обучает, а тот уже мертвяков натаскивает. Жду не дождусь, когда они заказы брать начнут. Только представь – матросов ни кормить, ни поить не требуется. Какая экономия на припасах!

– Представил, – согласился Арвэл и брезгливо передернул плечами. – Никогда не понимал тех, кто использует мертвецов, не давая им после смерти покоя.

– Ну эти, считай, наказание отрабатывают, – не согласился Харт. – Да и некромант у нас правильный. Из Фаттары приезжали, сильно удивлялись тому, что еще жив, учебу предлагали.

– И как? – заинтересовался Ларс.

– Выучили пару новых ругательств и убыли оскорбленными, – пожал плечами Харт, который зарекся подпускать родственничка к каким-либо делегациям. – Уверен, вернутся еще. А так Сергей лишнего себе не позволяет. Зверушка вон его по ночам академию охраняет. Безмолвным, считай, работы и не осталось. Думаю, попросить еще парочку таких для дворца.

– Шестой не против? – удивился Ларс.

– У Шестого Майра только «за». Сама она не любит подобным заниматься из-за огня, а Сергея поддерживает. Я с ней согласен – собственный некромант нам не помешает. Карси-тан опять же не оставишь без присмотра. Уверен, мы еще не всех там вычистили.

– Вычистим, – усмехнулся Фильярг. – В этом году академия старшие курсы туда на практику отправляет. Пусть парни набираются опыта. Если карситанцы смогли освоить некромантию, кто-то еще тоже сможет.

Темный зал внезапно ярко осветился вспыхнувшим на стенах огнем. По потолку побежали волны пламени. В воздухе распустились огненные цветки и замерли, покачиваясь, словно на невидимых волнах.

Харт выпрямился, расправил плечи. На кончиках пальцев заколола сила. Ее было так много вокруг, что он невольно черпнул больше обычного, и сердце радостно застучало в груди.

– Идут! – донеслось по толпе.

Третий обернулся, выискивая взглядом Шестого. А того и выискивать не пришлось. Огонь расстарался – подсветив любимчика фигурой гигантского огнедуха, который, шипя и потрескивая, медленно шел за супружеской четой.

– Малыш-то как вырос! – срывающимся голосом прошептал Фильярг.

Харт и сам ощутил, как перехватывает дыхание, как увлажняются глаза, а сердце тает, словно нагретый на солнце шоколад.

– Страшно подумать, что мы хотели его изгнать из семьи, – с горечью проговорил Первый.

– А он вырос в достойнейшего сына огня, – согласился Пятый. – Горжусь им.

– Мы все, – поддержал его Харт.

– А вот пить так и не научился, – добавил со смешком Ларс и звучно высморкался в платок.

Харт выругался про себя – развели сопливость. Что они женщины, что ли⁈ И полез в карман за платком.

Его величество шагнул на алтарь, встречая сына. Сначала обнял. Что-то сказал ободряющее. Потом обнял Майру.

Снял с головы корону, и та взмыла в воздух. Зависла над головой Шестого.

А бывший уже король вернулся к той, которая смогла наполнить его сердце любовью – к Седьмой матери. Теперь уже навсегда. Пока смерть не разлучит их.

Усиленный заклинанием голос первосвященника возвестил о том, что коронация началась.

Юля сияющими от счастья глазами смотрела на воспитанника. Ее мальчик. Старший сын. Ее гордость. И ее любовь. Пусть она любит своих детей одинаково, но Совенка все же иначе, чем остальных.

После стольких лет она, наконец, отпускает его в свободное плавание. Теперь у него целая страна под властью. А у нее всегда будет он – ее Совенок.

Конец

Март 2026

Дорогие мои, вот и подошло к концу наше путешествие в мир Асмаса. Это был долгий путь полный приключений, любви, опасностей и веселья. Вместе с Юлей мы выбирали мужа, учились магии и менталистики. Вместе с Кайлесом взрослели и строили академию Ментала. Вместе с Третьим продвигали женское образование и влюблялись. Вместе с Пятым мирили водников и огневиков. Вместе с Шестым спасали Такию и дрались с балахонами на Шакри-нару. Вместе с Олей учились магии на Фаттаре и спасали местных беспризорников. Вместе с Сергеем осваивали некромантию и пробуждали стихии на Карси-тане. Спасибо за то, что были со мной все это время. Ваша поддержка бесценна.

И жду вас в новых своих историях!