![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sudba-drakona-219214.jpg)
Текст книги "Судьба дракона"
Автор книги: Эд Гринвуд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)
9
ОШЕЛОМИТЬ И УНИЧТОЖИТЬ!
– ВСТАВАЙТЕ, МИЛОРД! – настойчиво взывал молодой голос.
Наместник Сторнбриджа протер глаза и рявкнул:
– В чем дело? Да убери ты эту свечу подальше от глаз!
– Вставайте! На замок напали!
– Ч-что?
– Высочайшие Князья убивают ваших людей, лорд, убивают по всему замку. Они поджигают его! Вставайте, пока они весь замок нам на головы не обрушили!
Лорд Рарандар от души выругался и с трудом поднялся, провел пятерней по спутанным волосам и скривился, увидев свое отражение в зеркале, стоявшем на столике у постели. Внезапно между ним и отражением возникла рукоять меча. Меч был знакомый – его собственный.
– Ваш меч, господин, – зачем-то пояснил слуга.
Наместник посмотрел на меч, затем на слугу. Глаза его сузились.
– А где Алаис и Джаундра? Я тебя не знаю!
Лицо человека с мечом пошло волнами и изменилось, и уже другой, куда более холодный голос произнес:
– Знаешь ты меня, знаешь.
Рарандар поморщился.
– Брат Мауриван!
– Он самый, – холодно ответил змеиный жрец. – Давай вставай, одевайся, а то будет еще хуже!
– Хуже, чем что?
– Вставай!!!
Наместник повиновался. Только дважды до того ему доводилось слышать, как Мауриван говорит таким тоном, и каждый раз за неповиновение, недопонимание или медлительность кто-то платил жизнью.
Когда он стоял, дрожа, в темноте – поскольку жрец находился между ним и одинокой свечой, – Брат во Клыке рявкнул:
– Вытянуть руки! Ноги раздвинуть!
– Ты что…
– Молчать!
Через мгновение последовал очередной приказ:
– И стой тихо, если не хочешь, чтобы тебя изуродовали!
Перепуганный наместник умудрился стоять не шевелясь, если не считать сотрясавшей его тело дрожи. Он устоял, даже когда увидел, как детали его доспехов сами плывут к нему из разных углов комнаты. Конечно, то была магия Мауривана.
Змеиный жрец стоял молча, глядя, как латы сами собой соединяются и находят свое место, как затягиваются ремни. Вот по молчаливому приказу затопали по полу сапоги и остановились прямо перед босыми ногами наместника. Он влез в них, покрывшись испариной и поморщившись оттого, что металл доспехов впивался в тело. Он прежде никогда не надевал доспехов без поддевки, и потому железо теперь болталось на нем, громыхая и врезаясь краями в тело.
Он постарался не раздражаться и не показывать Мауривану своего нарастающего страха, поскольку жрец отпустил меч и тот вместе с ножнами и перевязью с четырьмя кинжалами беззвучно поплыл к наместнику.
– Я готов, – резко сказал Рарандар, поймав в воздухе плывущий к нему шлем, прежде чем тот успел ударить его по физиономии, и стараясь водрузить его на голову. – Куда…
– В гостиную капитана.
– Риетрела? Ты и его тоже разбудил? Тогда почему он сам не…
– Да потому, что он мертв. Он напал сдуру на одного из них, которого они называют Ястребом, и вместе с остальными его размазали по стенке комнаты, в которой ты поместил этого человека-гору. Эта девка, с которой он спит, держит Дваер наготове и чуть что пользуется им не раздумывая.
Наместник открыл рот, чтобы что-нибудь ответить, но в голове было пусто. Тогда он опустил забрало и пошел прочь из комнаты вниз по лестнице к покоям капитана стражи.
Он даже не оглянулся, чтобы проверить, идет ли за ним Мауриван. Сторнбридж не сомневался в том, что, куда бы он ни пошел и что бы ни делал, жрец всегда будет это видеть. Он давно подозревал, что Брат во Клыке всегда следит за ним.
И, как и всегда, мысль эта была совершенно неутешительной.
– Еще немного, – задыхаясь, шептала Тшамарра, из последних сил волоча за собой Краера.
Брошенный со всей силы меч ударился в резную панель стены совсем рядом, слева от них, и квартирмейстер выругался, превозмогая боль. Он снова вцепился в чародейку, чтобы продолжать путь, когда снизу послышались новые голоса.
Они спустились на один пролет, поднялись по другому, и все время по пятам их преследовали стражники. У Тшамарры не осталось действенных заклинаний – она могла вызвать свет, создать небольшую иллюзию, чтобы изменить внешность, и все. А Краер быстро терял силы.
Нижний коридор, в котором отвели комнаты для чародеек, был полон стражников и слуг, которые неуклюже размахивали мечами и выглядели так, будто их только что выдернули из постели.
Это оставляло беглецам весьма небольшой выбор. Они отступили сюда, в то время как большинство обитателей замка пустилось следом за фальшивыми Краером и Тшамаррой, созданными лучшим заклятием иллюзии, каким только владела наследница рода Талазорн.
Краер убил двоих стражников, получив при этом колотую рану мечом в плечо, но зато дал Тшамарре время распахнуть двери достаточно широко и найти лестницу наверх.
Двое Высочайших Князей бежали, спотыкаясь, по залитым лунным светом или погруженным во мрак верхним незнакомым коридорам, стараясь опередить немногих, но упорных преследователей и раздумывая о том, что будет с ними на рассвете, когда весь замок поднимется на ноги.
Распахнулись еще несколько дверей, и еще несколько сладко храпевших слуг проснулись, но беглецы нашли наконец нужную лестницу. Она вела все выше – может быть, на башню, где они сумеют забаррикадироваться.
Тшамарре было уже все равно. Внутри нее словно бушевал огонь. Пот выступал так обильно, что в сапогах хлюпало, все тело немело, ею овладела какая-то дремотная беспечность, а внутри все сильнее разгорался гнев. Гнев, совсем не похожий на тот, что охватывал ее обычно, из-за резкого и непредсказуемого нрава. Этот гнев был темным, жарким и глубоким, он поднимался, словно прилив. Она ощущала, как сжалось горло. Что же случится, когда прилив захлестнет ее с головой?
Позади послышался приглушенный вопль, словно кто-то напоролся на меч. Тшамарра обернулась, призвав свет, чтобы увидеть, что там стряслось.
Она увидела то, что и ожидала. Умирающий стражник лежал бесформенной кучей у ног Эзендора Черные Земли, темноволосого, насмешливого Золотого Грифона собственной персоной – но покрытого с ног до головы засыхающей кровью. Он как раз вырывал блестящий от крови меч из тела упавшего.
За спиной Эзендора стояла Эмбра с Дваером в руке.
– Тебя легко отследить, когда ты пользуешься магией, – сказала напарнице леди Серебряное Древо, – но передвигаешься ты так быстро, что догнать просто невозможно.
– Краер ранен! – с отчаянием в голосе выкрикнула Тшамарра. – И тяжело.
– Мы тут, девочка, – прогудел Хоукрил откуда-то снизу. – Успокойся. Грифон был выпотрошен прямо как затравленный олень, когда мы его нашли, а сейчас, как видишь, жив-здоров.
Тшамарра глянула на лицо Грифона, покрытое потом, как и ее собственное, и спокойно сказала:
– Или нет. Яд может подействовать не сразу.
Черные Земли поднялся к ней по лестнице.
– Эмбра позаботилась о том, чтобы яда не осталось. Я вижу, что и тебе так же худо, как и мне. Советую – не проси ее пытаться лечить тебя при помощи Дваера, если не хочешь попробовать, каково мясу жариться на вертеле.
– Но когда проходит, все по-прежнему?
Черные Земли кивнул.
– Как видишь. А теперь давай-ка посмотрим, что с твоим молодым человеком. – Он наклонился над ним и принюхался. – Пахнет жареным.
Тшамарра фыркнула.
– Вы так замечательно умеете утешать!
– Нет, девочка, утешают пусть Хоукрил и моя дочь. Самые лучшие утешители во всем королевстве. Я еще беспощаднее тебя. Ожесточенный старик, которого преследует его темное, исковерканное прошлое.
– О? А посмотреть можно? – послышался слабый голос Краера.
Черные Земли осклабился.
– Да ты еще не совсем плох, если не можешь удержаться, чтобы сострить не по делу.
Эмбра опустилась на колени рядом с распростертым на ступеньках Делнбоном и посмотрела на Тшамарру.
– Кончайте дурачиться. Держи Краера. Он начнет сейчас брыкаться – отец, держи его за ноги, – а я хочу, чтобы ты была со мной, чтобы увидеть и почувствовать то, что я делаю. Если твоя слабость начнет мешать магии и я прикажу тебе отпустить его, то отойди от нас как можно быстрее и не касайся никого. – Не повернув головы, она спросила: – Ястреб?
– Стою на страже, – последовал спокойный ответ. – Пока никого из не видно.
Эмбра вздохнула.
– Они быстро обнаружат нас.
Она собралась с духом, темные волосы ее взметнулись, словно от порыва ветра, Дваер поднялся на пару дюймов над ее ладонью и начал вращаться.
Тшамарра быстро прекратила свое заклинание света, когда Камень ответил на него, засияв своим собственным светом, и тут Краер внезапно резко выгнулся под ее руками.
– Держи его! – рявкнула Эмбра, когда квартирмейстер не то застонал, не то всхлипнул и его скрутила судорога. Не раздумывая, она бросилась на него сверху, словно деревенская девчонка, что ловит поросенка, стиснула Дваер обеими руками, прижимая Краера к полу локтями, коленями и бедрами.
Тшамарра едва сумела убрать голову, чтобы Эмбра не попала по ней ногой, и вцепилась в плечи Краера, закусив губу, когда увидела, что Эзендор еле удерживает ноги Длиннопалого.
Судорога кончилась так же внезапно, как началась, и Краер заулыбался, глядя на них.
– Еще, еще, миледи! О, совлеките с себя одежды, Владычица Самоцветов, дабы я испытал полное наслаждение!
– Ему лучше, – заметил Хоукрил, когда Тшамарра отвесила Краеру оплеуху от всей души, а тот невинно улыбнулся в ответ.
– Вставай, Краер, – резко приказала Эмбра, слезая с него. – Ты нужен твоей подруге – ее очередь лечиться.
Тшамарра и моргнуть не успела, как Краер уже прижимал ее к полу, а Черные Земли держал ее за ноги. Эмбра снова призвала силу Дваера.
– Ты… ты знаешь, – задыхаясь, пробормотала Тшамарра сквозь судороги, стараясь не прикусить язык, – мы погибли бы… без этого. Я надеюсь, сила его бесконечна… Мы так часто… обращались… к нему…
Затем белое пламя охватило ее, и она на мгновение утратила способность видеть и говорить.
Когда зрение к ней вернулось, она лежала вся в поту, содрогаясь.
– Надеюсь на это, – не слишком уверенно ответила Эмбра, – поскольку единственная наша надежда дожить до утра – всем нам втроем призвать силу Камня. Краер и Хоукрил снова будут нашими славными охранниками, будут прикрывать нас с двух сторон – и, Краер, прошу тебя, никаких острот, ладно?
Высочайший Князь кисло посмотрел на нее.
– Никаких? Даже самых маленьких?
– Нет, – в один голос заявили Хоукрил и Черные Земли.
– Дай дамам передышку, Длиннопалый, – добавил латник. – Им надо думать над заклятиями, а не над твоими подначками, иначе мы так и не покончим со всей этой заварухой до рассвета. – Он посмотрел на Эмбру. – Эта лесенка наверняка кончается в башенке, и если здесь есть змеиные жрецы или маги, то мы уж точно окажемся в ловушке.
Леди Серебряное Древо кивнула.
– Согласна. Вы с отцом подумайте, куда нам идти и что делать. Вы знаете замки лучше всех нас.
– Если мы просто хотим выжить, – отозвался Черные Земли, – то лучше всего будет выбраться на стену, чтобы ты нас перенесла оттуда уже магически, хотя это может оказаться опасным, особенно если ночью в дозоре стоят стражники с луками.
– Вроде бы начинали вы с «если», – проговорила Тшамарра, разминая руки и думая: может, с ней что не так, если она почти сразу после лечения при помощи Дваера снова ощущает такой жар в теле.
Черные Земли улыбнулся.
– Да, мы можем попытаться сделать кое-что еще. Если мы найдем здешнего наместника, то от него недалеко и до змеиных жрецов, шныряющих по городу и замку. Если они тут, конечно, есть.
– Похоже, нам придется иметь дело со всеми остальными людьми Рарандара, чтобы добраться до самого наместника, – мрачно ответил Краер.
– Так чего мы ждем? – прогудел Хоукрил. – Даже если мы до рассвета успеем прикончить охранников и слуг наместника, то уже хоть что-то сделаем.
– Значит, вниз по лестнице, – заключил Черные Земли. – Всех, кто полезет с мечом, – убивать, а прочих, кто попытается поднять тревогу, – усыплять. Избегайте мест, где нас могут зажать в угол, заставляйте преследователей бегать по замку. Мы должны нанести хороший урон местному гарнизону, прежде чем уйдем. Если вам покажется, что заметили змеиного жреца, сразу кричите.
– Понятно, – сказала Эмбра со вздохом. – Как хорошо иметь четкий приказ и план.
– Осторожнее, – саркастически заметил ее отец. – Именно любовь к четким приказам привела к тому, что негодяи правят в Аглирте в течение последних пятидесяти лет.
Эмбра показала отцу язык. Как ни странно, он ответил ей тем же, спускаясь следом за Хоукрилом по лестнице.
– Может, в Сторнбридже все и болваны неуклюжие, – заметил Повелитель Змей Ханенхатер, – но, хвала Змее, яд нашей веры действует мудро и верно. Подозреваю, в Аглирте сейчас стало немного меньше Высочайших Князей.
Брат Ландрун осторожно хихикнул. Последние несколько дней настроение Ханенхатера предугадать было невозможно. Вот и сейчас он неожиданно воздел руки, чтобы начать заклинание.
– Изыди, длиннозуб, – рявкнул Повелитель Змей, когда его пальцы засветились в ореоле магии, – и приди, Владычица Самоцветов. Эта Эмбра Серебряное Древо, Ландрун, куда легче подчиняется моей воле, чем когда-либо будет подчиняться настоящая.
Ландрун смотрел, как мохнатая тварь с волчьей головой превращается в хрупкую женщину. Нагая и безмятежная, она непонимающе смотрела на них. Повелитель Змей потер подбородок и с досадой сказал:
– Глаза не те. Огня в них нет. Пока нет.
Он снова воздел руки.
– Оттащи эту суку в соседнюю комнату, прежде чем приведешь горную кошку, Ландрун. Мы ведь не хотим, чтобы она сожрала нашу милую чародейку, разве не так?
– Горную кошку, Повелитель?
– Да, брат. Примани ее – а затем убирайся, если не хочешь, чтобы я превратил тебя в этого мелкого воришку, что зовет себя Высочайшим Князем. Ну, укусит тебя она пару раз в худшем случае. Думаю, не больше.
Ландрун глянул на Ханенхатера. Тот, как всегда, еле заметно улыбался.
– Куда теперь, отец? – задыхаясь, спросила Эмбра, когда они остановились перевести дух на вершине лестницы, заваленной трупами стражников.
– Да, хотелось бы знать, – согласилась, тяжело дыша, Тшамарра. – Мы внимательно слушаем.
– Слушаете и слышите? – ответил Черные Земли. – Редкий случай. Значит, слушайте. Мы дойдем до конца коридора, пройдем через башню, затем к северной надвратной башне, спустимся вниз по черной лестнице, а не по главной, на которой полно стражи. Затем вернемся назад по коридорам первого этажа и поохотимся на змеиных жрецов. Прежде всего, держитесь вместе.
Тшамарра нахмурилась.
– Какая северная башня? Я не…
– Первое правило поведения в незнакомом замке, – заговорил Хоукрил. – Запоминай расположение и отслеживай свой путь внутри.
Тшамарра нарочито громко вздохнула.
– До того как я попала в Аглирту, жизнь была такой простой. Протяни руку, возьми то, что тебе сунет слуга, и не думай ни о чем.
– Вот так и приканчивали доверчивых королей в Долине, – сказал ей Краер.
Она округлила глаза в ответ и повернулась к Эзендору.
– Значит, сделаем так, как ты предлагаешь. Вперед!
– Ну, наконец-то! – отозвались хором Черные Земли и Хоукрил и обменялись насмешливыми взглядами.
– Мужчины… – с отвращением протянула Тшамарра.
– Нет, – поправила Эмбра, – мальчишки.
Первый стражник, дремавший на посту, встрепенулся лишь тогда, когда Краер с силой вырвал у него из рук копье. Не рассчитав сил, Делнбон отлетел назад, а Хоукрил не торопясь поднял с пола тяжелую койку и опустил ее на голову стражника.
Тот застонал, дернулся и потерял сознание. Князья уже устремились в дверь в противоположной стене караулки и выскочили в очередной коридор.
Здесь, в дальнем крыле замка Сторнбридж, не было башенок со стороны двора, и сквозь окна лился в коридоры лунный свет. Холодные лучи выхватывали из темноты портреты прежних владельцев замка, которые не только не думали нападать на пробегавших мимо Высочайших Князей, но даже глазом не моргнули при их появлении.
Дальше была еще одна дверь, на сей раз не охраняемая, а за ней вход в надвратную башню, откуда снизу, через два лестничных пролета, доносились голоса. Двери там не было, лестница выходила прямо в комнату, к которой они сейчас подкрадывались, и было понятно, что тут народ не дремлет.
– Понимаешь, Чаланс, – возбужденно говорил кто-то, – если они попытаются удрать, им придется пройти через южную башню или здесь. Я что-то не замечал, чтобы великие и могучие Высочайшие Князья добровольно прыгали со стен или бросались из окон в ров. Не думаю, чтобы они пробежали по всему замку до других ворот так, чтобы мы ничего не узнали, да и все стражники получили приказ убивать на месте. Значит, они придут сюда, трясись не трясись. Наше дело ждать, натянув луки, и стрелять, лишь когда подвернется случай, и только если он подвернется. Пусть поймут, что подъем сюда обойдется им чересчур дорого, и тогда они побегут по другой лестнице и попадут прямо в руки жрецов. Нам надо попытаться оставить одну из женщин в живых, но лишить ее возможности творить заклинания: сломать пальцы, или язык отрезать, или что еще. Фельдан очень просил.
– Надо же, какой сюрприз, – насмешливо прошептала Эмбра. – Мне тоже очень хотелось бы посмотреть на его физиономию.
– Если бы я ставила тут стражу, – сказала на ухо Эмбре Тшамарра, – я повесила бы здесь магический следящий глаз, чтобы они могли видеть наше появление и знать, по какой лестнице мы пойдем.
– Змеиные жрецы владеют заклинаниями, которые отслеживают чужие магические следящие глаза, так что думают, что и остальные точно так же поступают, – шепотом ответила ей Эмбра, потом замолчала и заговорила мысленно, с помощью Дваера. – Все равно глаз тут где-то есть – готова поспорить, что вон за той аркой, так что жрецы будут предупреждены о нашем появлении. Думаю, им наплевать, что будет с лучниками, и те тоже это понимают.
– И что? – спросил Краер, касаясь руки Тшамарры, чтобы присоединиться к немому разговору.
– Я пущу огненную реку по лестнице, где засели лучники, тогда все будем кричать, словно умираем, а затем тихо и быстро идем в эту дверь и тихонько затворяем ее. Затем ждем, когда они подойдут.
Черные Земли покачал головой.
– Хороший план, если бы десятки стражников не шарили по замку у нас за спиной. Я бы предложил послать иллюзию Дваера по той лестнице, где засели жрецы, за ним – наш собственный следящий глаз, но прежде нужно пустить пламя через арку, чтобы уничтожить их глаз. Затем Хоукрил со щитом прикрывает Эмбру, и они бегут по лестнице с лучниками, швыряя вперед пламя, чтобы уничтожить луки, прежде чем из них выстрелят. В конце лестницы бросаете огненный шар, затем возвращаетесь к нам, и мы спускаемся по лестнице со жрецами, зная уже, сколько их там засело. Краер, Хоукрил – следите за потолком, змеиные жрецы любят использовать заклятия, после которых на вас сверху падают кусачие змеи.
– Змея в волосах. Мерзость какая, – мысленно заявила Тшамарра таким тоном, что кое-кто поморщился.
– Согласны? – спросил Черные Земли товарищей.
Те мысленно ответили согласием, и все поспешили приступить к делу.
Глаз был как раз там, где и предполагала Эмбра. Он сразу же исчез, а снизу послышались крики, которые усилились до предела, когда прямо перед солдатами и жрецами выплыл иллюзорный Дваер. На него сразу же набросились с заклятиями и оружием, и, судя по приказам, как минимум один змеиный жрец поверил, что это невидимая Эмбра плывет по воздуху, держа в руке Дваер, который нельзя скрыть. И тут по другой лестнице с ревом прошло пламя, лучники побежали вверх по ступеням, стреляя наобум, а потом бросились вниз, пытаясь спастись от катящегося огненного вала.
– Вот наконец башенная лестница, – выдохнул Черные Земли через целое столетие бега и сражений. – Вверх или вниз, дамы и господа?
– Вниз, – прорычал Краер.
– Вверх, – проговорила запыхавшаяся Эмбра, – там больше выбора. Да и жрецы предпочитают сидеть наверху, чтобы все видеть и отдавать приказы. А ты вор, потому любишь прятаться…
– Леди Серебряное Древо! Экспроприатор, с вашего позволения! – тоном обиженной дамы проговорил Краер. – Ну ладно, вверх.
– Там и встретимся с ними нос с носу, – удовлетворенно проговорил Черные Земли, – и нанесем первый удар нашим настоящим врагам.
– Давай сначала создадим щит, – выдохнула Тшамарра. – Каждому, чтобы примкнуть к настоящему щиту Хоукрила. Нас могут встретить лучники.
Эмбра кивнула, и они побежали вверх по лестнице, и перед каждым из них мерцал незримый щит.
Верхний коридор был пуст, но Владычица Самоцветов торопила их.
– Если успеем первыми добраться до той комнаты и занять позицию у ее дверей, то они вылетят второпях, спасаясь от огня, и мы сможем…
Дверь в противоположном конце коридора распахнулась, и из нее посыпались вооруженные до зубов латники. Семь, нет, восемь воинов со щитами быстро выстроились угрожающей стеной. Краер присвистнул и ухмыльнулся.
– Ну, наконец-то настоящая драка!
– Эмбра! Щиты вверх, поворачиваем краем и швыряем вперед, – прошипела Тшамарра. – Сломаем им шеи!
Владычица Самоцветов улыбнулась и кивнула в ответ, а Черные Земли и Краер быстро встали с обеих сторон от Хоукрила.
Две группы вооруженных людей начали сближаться.
Из двери позади латников, как и ожидали Высочайшие Князья, появились телохранитель наместника в сверкающих доспехах и надменный человек в одеждах, расшитых узором из извивающихся змей. Телохранитель Фельдан торжествующе обнажил меч и встал рядом со жрецом, который драматически воздел руки и начал громко, нараспев читать заклинание.
– Не смотрите на него, это заклинание смертельно для тех, кто смотрит на его создателя, – прошептала Тшамарра.
Эмбра радостно вскрикнула, когда их незримые щиты сверкнули над головой Фельдана… и с двух сторон одновременно врезались в глотку змеиного жреца. Они не снесли ему голову, но мгновенно сломали шею.
Падая, жрец задел руку Фельдана, и тот в испуге обернулся; в то же мгновение Тшамарра преобразовала магию незримых щитов в иное заклятие, используя Дваер, чтобы послать молнию в латников, и поразила их шага за два до того, как они успели скрестить мечи с троицей Высочайших Князей.
Хоукрил и Черные Земли отпрыгнули, но не пострадали – леди Талазорн очень тщательно нацелила заклятие. А вот их враги, хоть и были еще живы, но совсем беспомощны. Все латники Сторнбриджа попадали на пол и лежали там, судорожно дергаясь.
– Можем идти? – спросил Краер.
Тшамарра ответила утвердительно, и три Высочайших Князя бросились прямо по телам к Фельдану, который, облизнув губы, попятился и приготовился удрать.
Краер догнал его, увернулся от жестокого бокового удара, подпрыгнул, перекувырнулся в воздухе и мечом преградил Фельдану путь к двери.
– Неужто вижу пред собою телохранителя наместника? – насмешливо спросил он. – Или труса?
Фельдан взревел и яростно бросился на него. Он должен зарубить этого воришку, прежде чем двое других Высочайших Князей доберутся до него, и вылезти через эту проклятую дверь!
Краер отразил мощный удар. Следующий был настолько силен, что меч Краера согнулся и сам коротышка упал на пол. Он перекатился через спину. Телохранитель снова занес меч.
Квартирмейстер подсек телохранителя под ноги, прежде чем тот успел проткнуть его. Фельдан зашатался, завопил и чуть не рухнул на Краера, но успел ухватиться за дверную ручку. Собравшись с силами, он распахнул дверь, сильно ударив ею по плечу Краера.
Теперь завопил Краер. Кость треснула, он беспомощно растянулся на полу. Телохранитель не стал тратить времени, добивая врага, а просто пнул Делнбона и рванулся к двери, но Хоукрил прыгнул вперед и врезался ему в локоть. Сила удара развернула Фельдана и отбросила к стене. Он пошатнулся, восстановил равновесие и снова рванулся к двери – но наткнулся на меч Эзендора, преграждавший ему путь. Фельдан попятился, и тут его перехватил Хоукрил, поднявшийся с пола.
Двое Высочайших Князей загнали Фельдана в угол, подальше от стонущего, корчащегося от боли Краера. Хоукрил отражал бешеные удары Фельдана, но в конце концов поднырнул под удар и всадил клинок по самую рукоять между сверкающим гульфиком и набедренником.
Кровь забила фонтаном. Фельдан закричал и попытался оттолкнуть Хоукрила рукоятью и крестовиной меча, но могучий латник стоял твердо. Мгновение они смотрели в глаза друг другу – один дрожал от ужаса и боли, второй кипел гневом.
– Пощады… – простонал телохранитель. – Целителя, и вы получите горы золота! Я…
– Ты, – голос Хоукрила звучал как глас судьбы, – ты воплощение всего самого мерзкого в Аглирте. Такие, как ты, лижут ноги змеиным прихвостням и берут их золото. Мне не нужны горы золота. Умри и избавь королевство еще от одного пятна грязи!
И он повернул клинок, со всей силой направив его вверх.
Фельдан всхлипнул от боли, выкатил глаза и дрожащей рукой очертил в воздухе знак Троих. Но исцеление не пришло, и стражники в сверкающих доспехах не прибежали на помощь. Похоже, боги были, как всегда, глухи.