Текст книги "Расплата (ЛП)"
Автор книги: Джиллиан Элиза Уэст
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)
ГЛАВА 47
Оралия
Солдаты Эферы, ещё не успевшие сдаться, опустили мечи, как только Кастон снял шлем, и его золотые волосы блеснули в лучах заходящего солнца.
– Ваш король мёртв! – провозгласил он над полем битвы. – Сложите оружие, пока не лишились жизни!
Астерия лежала в объятиях Кайлии, и та что-то тихо шептала ей, извинения, не предназначенные для наших ушей. Мы с Реном двинулись вперёд сквозь толпу, и каждый солдат в чёрном останавливался, опускался на одно колено, втыкал меч в землю и склонял голову. Солдаты Эферы переглядывались между собой, прежде чем первый неуверенно опустился на колено, за ним второй, третий, и так далее, пока все не склонились перед Кастоном, Реном и мной.
– Ваш король мёртв, – повторил Рен, и его голос звучал как никогда властно. Он положил руку на плечо Кастона. – Да здравствует король!
Среди солдат Эферы раздался неуверенный крик «Да здравствует король», а затем всё стихло, когда Кастон повернулся к Рену, опустился на колено и прижался лбом к костяшкам руки моего супруга.
– Простите меня за преступления моего отца, король Ренвик. Простите меня за жестокость, которую моё королевство причинило вам и вашей королеве.
У меня сжалось сердце, и я моргнула, прогоняя пелену перед глазами, когда Рен коснулся щёки Кастона и наклонился, чтобы поцеловать его в лоб.
– Между нами мир, племянник.
Рен помог Кастону подняться и заключил его в объятия.
Солдаты Инферниса ударили кулаками по нагрудникам, этот звук стал для меня символом долгожданного покоя. Теперь, когда меч Тифона больше не висел над нашими головами, я наконец осознала истинное значение этого слова.
Мир.
Затем Кастон повернулся ко мне, и я с улыбкой сквозь слезы позволила ему обнять меня. Я прижалась щекой к его щеке и тихо вздохнула, когда он отпустил меня.
– Предстоит много работы по восстановлению Эферы, – прошептал он. – Пообещайте, что будете навещать меня и что вы с Реном поможете мне найти верный путь.
Рен обнял меня за талию, его ладонь легла на плечо Кастона, и я кивнула.
– Обещаем.
Но мы не сразу расстались с новым королём. Вместо этого мы прошли сквозь толпу солдат, разговаривая с ранеными и предлагая им мой дар исцеления. Некоторые солдаты предпочли смерть от руки Кастона, чтобы начать всё заново в Инфернисе и искупить ужасы, которые они творили во имя своего Золотого Короля. Большинство же отказывались или поднимали оружие, чтобы сражаться с нами, но, подавляя каждый такой всплеск верности Тифону, я знала, что мы примем их души, когда придет их время.
Те, кто принимал нашу помощь, настороженно наблюдали за Реном, когда он двигался среди мёртвых, плотно прижав крылья по бокам. Он останавливался над тем или иным телом, чтобы отпустить душу в загробный мир или вернуть магию полубога обратно в мир с мягкостью, почти граничащей с благоговением. Рен пробирался сквозь толпу, но замер перед изувеченным телом, желвак заходил на его челюсти, когда он протянул дрожащую руку.
Я медленно поднялась и подошла к нему, а затем застыла, увидев истерзанное, изломанное тело Мекруцио. Рен говорил тихо, хотя было ясно, что магия Мекруцио уже вернулась в мир. Я знала, что он освобождает и ту последнюю связь, которой его душа могла ещё держаться за эту жизнь. Этим действием Рен даровал ему прощение и принял предательство, которое тот совершил.
Рен присоединился ко мне, когда я опустилась на колени рядом с одним солдатом, на его животе зияла рана, руки судорожно пытались удержать внутренности.
– Дыши, – прошептала я, когда человек стиснул зубы от боли, его светло-коричневая кожа стала ещё бледнее.
Лицо Рена помрачнело, и он опустился на колени рядом с ним.
– Как тебя зовут?
Тело солдата задрожало, но он сумел выговорить имя достаточно отчётливо:
– Фиро Грейсон, в-ваше величество.
Я закрыла глаза, пока они говорили, и из моего горла полилась песня, тёплый свет исцеляющей магии окутал плечи, подобно теням. Мужчина с облегчением выдохнул, его тело расслабилось.
– У тебя был брат? Или сын? – спросил Рен.
Мужчина прочистил горло, и в ответе зазвучало горе.
– Б-брат. Джеспер. Но его убили несколько месяцев назад.
Через нашу связь скользнуло чувство вины, открыв глаза, я увидела страдальческое выражение на лице Рена. Магия, пульсирующая в такт каждому удару моего сердца, продолжала исцелять Фиро, сращивая разорванную плоть, возвращая цвет его щекам.
– Мне жаль, – тихо сказал Рен.
Фиро молча кивнул.
Но Рен покачал головой, проводя рукой по волосам жестом, который говорил мне больше, чем сама связь и его сдержанная напряжённость. Это была вина, давившая ему на сердце.
– Ты… ты хотел бы увидеть его? – предложил Рен, бросив взгляд через плечо в сторону Ратиры.
Глаза мужчины широко распахнулись, и он безмолвно кивнул и перевел взгляд на меня. Я ответила ему слабой улыбкой, когда один из воинов Рена подошёл ближе.
– С тобой всё будет хорошо, – прошептала я, пока Рен поручал душе сопроводить Фиро в Пиралис, чтобы он смог увидеть брата.
Душа помогла мужчине подняться на ноги, прежде чем он склонил голову ко мне и коснулся лба тремя пальцами.
– Спасибо, миледи… Ваше величество.
Когда он скрылся из виду, я протянула Рену руку, позволяя ему поднять меня.
– Это было доброе дело.
Он нахмурился, глядя на наши переплетённые пальцы, и сжал мою ладонь.
– Его брат умолял о смерти, о том, чтобы быть освобождённым от вины за свою жизнь в армии Тифона…
– Как и многие здесь.
Рен вытер лицо рукавом и тяжело вздохнул, прежде чем притянуть меня к себе. Я охотно пошла в его объятия, вдыхая его запах, пока он устраивал мою голову у себя на груди. Здесь был мой дом. Здесь, в его руках, всё обретало смысл, и мир становился правильным. Даже сейчас его магия, наша магия, воздействовала на меня, заполняя трещины, оставленные до его воскрешения.
– Как ты? – спросила я, уткнувшись в его доспехи, пока он перебирал мои спутанные волосы.
– Я… устал, – ответил он, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза. Медленно он склонился, и наши лбы соприкоснулись. – И отчаянно хочу провести хотя бы миг наедине со своей женой.
Улыбка тронула уголки моих губ и отразилась на его лице. Его губы накрыли мои, и почувствовать, как он прижимает меня ближе, как тьма скользит вокруг нас и поглощает целиком, снова стало облегчением.
Перед нами возникла наша спальня, но я почти не обратила на неё внимания, когда он перенёс нас в купальню. Купель была наполнена горячей водой, чистый аромат перебивал едкий запах дыма и крови, приставший к нам на поле боя. Оружие, ремни и сапоги с грохотом падали на пол, пока мы освобождали друг друга от боевой кожи. Рен касался меня мягко, почти благоговейно, обводя линию ключиц, изгиб челюсти, впадину у горла. А затем его ладонь легла на ложбинку меж грудей, и сердце забилось прямо в его руку.
– Прекрасна, – прошептал он. – Моя прекрасная eshara.
Он помог нам опуститься в купель, плотно прижав крылья, и я вздрогнула от блаженного тепла, когда мы погрузились в воду. Рен сразу же усадил меня к себе на колени и, запустив пальцы в мои волосы, снова притянул мои губы к своим. Зубы задели нижнюю губу, язык требовательно скользнул вперёд, крадя дыхание. Я невольно застонала, когда его рот переместился к моей щеке, затем к линии челюсти, и он поцеловал место под ухом.
Было ошеломляюще снова ощущать его прикосновения после столь долгой разлуки. Ледяная пустота в груди длилась неделями, но казалось столетиями. Я не могла даже представить, каково было ему лишиться тела на всё это время, застрять в мире, над которым не властны ни время, ни пространство. Возможно, для него прошли целые тысячелетия.
– Ты ранена? – тихо спросил он, отстраняясь и ладонями исследуя каждый дюйм моей кожи.
Я покачала головой и провела пальцем по белому шраму на его груди, близнецу моего собственного. Он поцеловал мой шрам.
– Моё сердце у тебя. – Это было не вопросом, но он всё же он вопросительно вскинул брови.
Я кивнула.
– Часть его, да.
Он тихо хмыкнул, мокрые кончики волос коснулись плеч, когда он склонил голову.
– А твоё у меня.
Глаза защипало.
– Да.
Улыбка Рена была ослепительной, когда его большие пальцы коснулись моего лица, и он снова накрыл мой рот своим. Его присутствие в этих покоях было похоже на глоток воздуха после долгого погружения, на первый глубокий вдох свободы.
– Я твой, – поклялся он, прижимаясь лбом к моему.
– А я твоя.
***
Впервые за долгое время мысль о том, чтобы лечь спать, не наполняла меня страхом. Не тогда, когда Рен обнял меня, откинул одеяло и уложил под него. И уж точно не тогда, когда он лёг следом, нахмурившись, неловко устраивая крылья.
– Это странно?
Он снова пошевелился, перекатываясь чуть больше на бок, чтобы полностью повернуться ко мне, и подпер голову рукой.
– Страннее, чем я надеялся.
Я нежно провела большим пальцем по складке между его бровей. Он поймал мою руку, перевернул её и поцеловал ладонь.
– Отдыхай, eshara.
Хотя я покачала головой, жадно скользя руками по плоскостям его груди, веки всё равно отяжелели от усталости. Его кончики пальцев прошлись вдоль моей челюсти, по лбу, мягко убеждая закрыть глаза.
– Я буду здесь, когда ты проснёшься, – пообещал он.
***
Мне показалось, что я открыла глаза всего через несколько мгновений, но бледный утренний свет уже скользил через окно, шторы так и не были задёрнуты. По моему животу и бедрам скользили руки. С губ сорвался тихий всхлип, когда твёрдая длина прижалась к моей спине.
– Рен, – простонала я, когда одна его рука скользнула между моих бёдер, и я выгнулась. Он ответил горячим стоном у основания моей шеи, зубами прикусив плечо. – Ты мне нужен. Не заставляй меня ждать.
Но когда он не взял то, что принадлежало ему, я повернулась в его объятиях. Его брови снова были нахмурены, и хотя его член упирался в меня, а головка уже блестела от свидетельства его желания, его руки все также бережно сжимали мою талию.
– Я не хочу причинить тебе боль, – выдохнул он, большим пальцем скользя под моей грудью.
Я провела рукой по его лицу и приподнялась, чтобы прижаться губами к его губам.
– Единственный способ причинить мне сейчас боль – это если ты остановишься.
Его глаза затрепетали и закрылись, и, прижав ещё один поцелуй к его челюсти, я провела линию по его сердцу, вниз по твёрдым мышцам живота, прежде чем обхватить рукой его обжигающую длину. Моё имя стало молитвой на его губах, когда я провела большим пальцем по щели, и его черные словно полночь глаза распахнулись, когда я поднесла его к губам, слизывая его вкус с кожи.
– Этого ты хочешь, eshara? – почти прорычал он. – Потому что как только я начну, я буду трахать тебя, наполнять тебя, заявлять на тебя права, пока из тебя не будет стекать мое семя и ты не будешь кричать моё имя. Как только я начну, я не смогу остановиться.
С этими словами он перевернул меня на спину, раздвинул мои колени и устроился между ними. Его крылья распахнулись за спиной, и я не могла не восхититься этим зрелищем, им самим, его силой, полностью восстановленной. А затем его рот оказался на мне прежде, чем я успела ответить, ныряя между моих бёдер и пожирая меня, пока я не начала кричать его имя.
Каждый поцелуй, каждое прикосновение, каждое движение его бёдер становилось новой искрой силы между нами, новым укреплением нашей связи, пока наша магия не начала танцевать между нами. Солнечный свет, тени и пламя, сила вселенной, эхом отражающаяся по всей комнате.
Позже, в тишине, мы обменивались ленивыми поцелуями, и впервые за всё своё существование пришло осознание истинного смысла свободы, покоя и вечности.
– Я люблю тебя.
Рен коснулся костяшкой пальца моего подбородка, его глаза сверкали.
– И я люблю тебя, бесконечно.
ЭПИЛОГ
Ренвик
Несколько недель спустя
Рассвет был тихим.
Туман стелился по зелёной траве Инферниса, у кромки леса, окружающего западную границу королевства перед морем Сайвон. В глубине леса стояло дерево, из которого моя мать вырвалась после тысячелетий, проведённых в междумирье. Через несколько дней после битвы, когда всё улеглось и мы с Оралией смогли наконец покинуть наше брачное ложе, Астерия рассказала мне эту историю.
В междумирье она перерезала себе запястья и истекла кровью на это дерево. Её кровь раскрыла пространство внутри ствола, и она прошла сквозь непостижимую тьму, чтобы оказаться по ту сторону. Я понимал о какой тьме она говорит. Тьма, которую и я, и Оралия помнили слишком хорошо.
Прости меня, сын мой, что я не попыталась раньше, снова и снова говорила Астерия.
Но прощать было нечего.
Я спросил её, видела ли она в той тьме другое место, возможно, бога со шрамами и разными глазами. Но она сказала, что там была лишь чернота забвения, а затем узкая полоска света Инферниса, туман, просачивающийся сквозь трещину в дереве и зовущий её наружу вместе с Мораной и Самарой.
Ни Оралия, ни я не знали, как вернуться в Мицельну к Талрону, хотя я часто беспокоился о нём, о боге со шрамами, который всегда стоял рядом со мной во время моих воскрешений. О том, кто так часто опускался на колени рядом, когда я кричал от ярости, ужаса или горя, и шептал мне слова утешения о победе, что рождается через боль.
Я мог лишь надеяться, что когда придёт время и судьбы его мира приведут его к истинной паре, она примет его с открытым сердцем.
Ладонь Оралии скользнула в мою, наши пальцы переплелись. Она сглотнула, и когда я посмотрел на неё, то увидел глаза, полные слёз, щёки, покрасневшие от усилия сдержать их. Её губы дрожали, пока она боролась с рыданием, тяжесть утраты пульсировала в нашей связи.
Жозетта стояла в круге душ, готовых к вознесению, с выражением разрывающей сердце надежды на лице. Услышав о гибели Элестора, она была безутешна, снова умоляя позволить ей испить из реки Аталь, чтобы избавиться от бесконечной боли. Она кричала свои мольбы каждому, кто был готов слушать, пока наконец не приняла свою судьбу и не решилась вознестись, чтобы в ином мире воссоединиться с Элестором и начать заново.
Я не мог представить, какой должна быть эта боль, спустя столетия вспомнить бога, которого ты любила лишь для того, чтобы его снова забрали у тебя. Моя жизнь простиралась за пределы самого времени, но я не был уверен, что когда-либо испытывал подобную агонию, и надеялся, что никогда не испытаю.
Она больше не плакала. Жозетта просто стояла, опустив руки вдоль тела, и вглядывалась в туман над собой, словно Элестор уже ждал её по ту сторону. Кто знает. Возможно, так и было. Но подобные вещи лежали за пределами меня и мира, которым мы правили.
Я не знал, что ждёт за гранью смерти.
В воздухе гудела магия, и моя сила поднялась к самой коже. Через связь я чувствовал, как сила Оралии отзывалась так же. Слова были не нужны. Этот ритуал не требовал наставлений, пышности или церемоний. Ему нужен был лишь свидетель, и этот груз должен был лечь на мои плечи.
Но я был не один. Плечо Оралии прижалось к моему, и всё внутри меня выдохнуло. Мы были вместе, как бы часто по ночам она ни просыпалась с криком, протягивая ко мне руки или цепляющаяся в простыни.
Время было единственным бальзамом, который я мог предложить, хотя и этого казалось недостаточно.
Венец из луны и звезд вспыхнул, когда первая душа начала вознесение, их магия устремилась ярким белым светом в небо. Затем ещё одна и ещё, пока не возникло искушение прикрыть глаза от сияния. Мы были свидетелями для тех, кто начинал заново.
А когда вся магия вернулась в мир и свет померк, мы с Оралией ещё несколько минут стояли и вдыхали прохладный утренний воздух.
– Что ты хочешь делать теперь? – тихо спросила она, повернувшись ко мне с улыбкой на губах.
Я обхватил её лицо ладонью и поцеловал в лоб.
– Жить.
ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА
Не могу поверить, что наше путешествие с Реном и Оралией наконец-то закончилось! Я написала «Руины» еще в сентябре 2022 года, и сейчас оказаться здесь – просто мечта. Спасибо, что присоединились ко мне в этом путешествии.
У меня есть и другие захватывающие книги на горизонте! Если вы хотите быть в курсе моих будущих книг (включая пикантный вампирский роман, который скоро выйдет), вы можете следить за мной в социальных сетях (@gillianeliza) или подписаться на мою рассылку наwww.gillianelizawest.com. У меня также есть Patreon, где я делюсь эксклюзивными закулисными моментами, артами, бонусными главами и многим другим. www.patreon.com/GillianElizaWest.
В любом случае, от всего сердца благодарю вас за прочтение.
Целую, Джиллиан
ЯЗЫК ИНФЕРНИСА
Myhn Ardren (m-YN ar-DREN) | Мой король
Myhn Lathira (m-YN la-THEER-ah) | Моя королева
Eshara (eh-SHAH-rah) | любимый(ая), жизненная сила
Maelith (MAY-lith) | Мать (официально)
Thurath (THUH-rath) | Мертвый, смерть
Lathira na Thurath (la-THEER-ah n-AH THUH-rath) | Королева мертвых
Naturhum Rhyonath | «Твоя расплата».
Latska (lat-SHKA) | маленький(ая)
Kalimayah (kah-lee-my-UH) | красивый(ая)
Cahrdren (kar-dh-ren) | Принц
СПИСОК
ПЕРСОНАЖЕЙ
ВЕЧНЫЕ БОГИ
Ренвик| Бог мертвых, брат Тифона и сын Дэймона и Астерии
Тифон| Бог Солнца, брат Ренвика и сын Дэймона и Делии
Гораций| Бог Суда, сын Калии
Астерия| Бог Космоса, Мать Рена
Дэймон| Бог Творения, Отец Ренвика и Тифона
Самара| Богиня кошмаров
Белинай| Богиня морей
Кайлия| Богиня Любви
Морана| Богиня Ночи
Харлина| Богиня Времени
Делия| Богиня Молодости
Петра| Богиня Пророчеств, Мать Торна
Гунтар| Бог войны/насилия
Шенин| Бог вина
Каэмон| Бог Удовольствия
Брио| Бог музыки
Феликс| Бог удачи
Катон| Бог Мудрости
Талрон| Бог Смерти запертый в человеческом мире
БОГИ
Оралия| Богиня Жизни, дочь Перегрин и Зефиус
Кастон| Бог Истины, сын Тифона
Торн| Бог исцеления, сын Петры и Катона
Элестор| Бог бурь
Меркруцио| Бог путешественников и воров
Зейн| Бог Огня, сын Белинай
ПОЛУБОГИ
Драйстен| Одаренный Тифоном, страж Оралии, брат Димитрия
Холлис| Пользуется популярностью у Тифона и его правой руки
Ильяна| Садовник в Эфере
ДУШИ
Сидеро
Димитрий, брат Драйстена
Жозетта
Лана
Джеспер
БЛАГОДАРНОСТИ
Прежде всего я хочу поблагодарить ВАС за то, что вы взяли в руки эту книгу и последовали за Оралией и Реном в завершение их путешествия.
Спасибо моему мужу Дэну за твою бесконечную поддержку, иногда полезные советы (ты становишься лучше!) и веру в мои способности, даже когда я сама не всегда в них верю. Я так сильно тебя люблю и так благодарна, что могу прожить эту жизнь с тобой.
Энджи. Я сказала это в «Руинах» и скажу это здесь снова – спасибо кажется недостаточным. Ты была со мной на каждом шагу, читая каждое слово, написанное мной о Рене и Оралии, и подталкивая нас быть лучше, чем мы можем быть. Я так сильно тебя люблю.
Фарре, без тебя эта книга никогда бы не появилась. Спасибо тебе за то, что ты всегда подбадриваешь меня делать перерывы, даже если я этого не делаю, и за то, что ты всегда веришь в меня. Я люблю тебя!
Моему брату Крису. Мы идем по трудному пути, но мы преодолеем его вместе. Люблю тебя.
Моему художнику обложки KD и моему создателю карт/дизайнеру интерьеров Трэвису – ваши невероятные художественные навыки вдохнули жизнь в эту серию. Я невероятно благодарна, что вы в моей команде и помогаете этому ребенку появиться на свет.
Моим редакторам Элеанор и Джен, спасибо за то, что превратили этот беспорядок в нечто читабельное. Я так боялась, что я еще недостаточно сильный писатель, чтобы это вытянуть, и благодаря вам всем, я думаю, что у меня это получилось.
Спасибо моим бета-ридерам этой серии: Лорен, Дэни, Брук, Брит, Джесси и Рэйчел.
Моему личному помощнику Энн Мари, спасибо за то, что собираешь осколки, которые я неуклюже оставляю, за твою бесконечную организацию и постоянный позитив. Знание того, что ты была рядом со мной в моей команде, чтобы помочь мне, если все зашло слишком далеко, помогало мне оставаться в здравом уме.
Моим подписчикам на Patreon я хочу выразить благодарность за вашу постоянную поддержку, которая позволяет мне продолжать заниматься любимым делом и делиться с вами этими историями.
Спасибо фандому Драмионы за то, что поверили в меня, когда я была просто случайным человеком с идеей для мрачного фанфика, и продолжаете поддерживать меня до сих пор. Мне кажется, что я буду говорить это вечно, но от всего сердца спасибо.
ОБ АВТОРЕ
Джиллиан Элиза Уэст живет в Остине, штат Техас, со своим мужем. Со страстью к мифологии, которая провела ее по всему миру (несмотря на ее страх летать), она стремится наполнить свои собственные истории похожим видом чуда и магии. Ее первым набегом на писательскую деятельность для аудитории стал фанфик, что позволило ей отточить свои навыки рассказчика. Когда она не работает над своей дебютной дилогией, вы можете найти Джиллиан, прижимающейся к своей собаке Уолтеру и книге или ее любимому фанфику.
