Текст книги "Меч (ЛП)"

Автор книги: Джейн Джонсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц)

Услышав разговор, Келли пошла на звук. Минуя один лестничный пролёт, она вошла в холл, затем через остроконечную арку в центре попала на широкий балкон. Этот балкон, очевидно, выходил в главный зал замка. Перегнувшись через ограду, девушка увидела в солнечном свете, лившемся из юго-восточных окон шестерых из восьми братьев. Они сидели за восьмиугольным столом, стоявшим посередине комнаты далеко внизу.

Завтракали.

Вернее, заканчивали завтракать. И не удосужились принести завтрак ей! Разозлившись, Келли снова вышла на квадратную, лестницу, идущую по спирали, и, пробежавшись до первого этажа, вошла в главный зал. В данный момент она не отметила ни приятный рисунок отполированных каменных плит под ногами, ни красоту витражных окон на каждом уровне балконных ярусов, ни искусно сделанные колонны и арки. Она была чертовски зла!

Келли протопала по четырём последним ступенькам и вошла в главный зал.

Разговор мгновенно оборвался. Вилки застыли в воздухе. Рты остановились, так и не дожевав последнего куска. Шесть пар глаз, разнящихся по цвету от коричневого до голубого, уставились на неё, глядя, как она шагает к ним по огромному широкому пространству зала. Шестеро красивых мужчин. Никто из них не был виновником её гнева, но на каждом из них можно было отыграться.

Никто из них не двинулся. Никто не заговорил. Все лишь следили за её приближением к столу. Возможно, они вели себя так из-за того, что она переделала шнуровку на платье, которая теперь выгодно подчёркивала её формы. И, вероятно, их особенно привлёк вырез сердечком, которым девушка заменила скучный, высокий, круглый воротник. То, как они пялились, особенно этот рыжий, распалило её гнев сильнее.

Уперев руки в бока, Келли смерила их взглядом, и, воспользовавшись изумлённым молчанием, гневно сказала:

– Сначала вы спасаете меня из огня, потом похищаете из родной вселенной, потом кричите, чтобы я ела, а теперь закрываете меня в комнате и морите голодом? Что, чёрт побери, вы за мужчины?

Морганен проглотил кусок хлеба, который жевал и, толкнув ближайшего из пяти братьев под рёбра, быстро и учтиво поднялся. Остальные поступили так же, с опозданием показав себя джентльменами.

– Мы не собирались морить вас голодом, ─ сказал Морганен, ─ и я не знал, что кто-то запер вас в комнате, миледи.

– Дверь, должно быть, просто заклинило, ─ быстро добавил Коранен, мельком взглянув на своих братьев и пожимая плечами. – Так часто бывает в донжоне и в других частях замка. А иногда и в башнях.

Все ещё не успокоившись, Келли подняла руки и стала загибать пальцы.

– Вы не умеете работать ни в доме, ни на земле, вы скверные джентльмены и ужасные хозяева, ─ вам и в самом деле нужна женщина, чтобы призвать всех к порядку.

Одетый в тёмно-пурпурную тунику Доминор сложил руки на груди и презрительно осведомился:

– И вы считаете, что вы именно такая женщина?

– Ну, так как я здесь единственная, тогда это точно должна быть я, ─ заметила девушка язвительно, и хлопнула рукой по столу. – Ни одна женщина в здравом уме не позволит превратить дом в свинарник. Вы только взгляните на этот стол!

Шестеро братьев посмотрели на стол. Он был завален грязными тарелками и объедками, косточками и кожурой от фруктов, хлебными корками и покрыт всевозможными застарелыми пятнами. На его поверхности красовались круги от бокалов, как будто их хозяева вовсе не позаботились вытереть пролитое, и тёмные пятна от огрызков яблок. Явно видно, что они не убирали тут с прошлого приёма пищи.

Один из них, с волосами более яркими, чем её собственные карамельные локоны, пожав плечами, поднял на неё свои зелёные глаза.

– А что с ним не так?

– Он грязный!

– Мы же ели за ним, ─ сказал самый высокий и мускулистый из братьев низким, грохочущим голосом, его лохматые волосы опускались до середины щек. – Конечно, в данный момент он грязный!

– Я имею в виду, что его стоит выдраить, посыпать песком и обработать, а не давать объедкам превращаться в тёмные, клейкие пятна, ─ возразила Келли.

Она переступила с ноги на ногу, отодрав при этом один тапочек от такого же отвратительного пятна на полу, на которое она наступила, приблизившись.

– То же самое с этим полом. Я видела столько паутины и пыли только в «Дракуле нужна жена» на канале старого кино!

– Что? – спросил один из них. – И кто?

Келли покачала головой.

– Неважно, если я застряла здесь на пять месяцев, я настаиваю на некотором уровне гигиены и чистоты. И вы будете меня благодарить задолго до того, как я с вами закончу, ─ добавила она, засучивая светло-голубые рукава с серьезным видом. – И сначала мы займёмся…

– Сначала мы займёмся, ─ перебил её Морганен, обойдя вокруг и заставив Келли сесть на ближайший пустой стул, ─ тем, что проследим, чтобы вы были накормлены как надо. Потом же мы отдадим себя в ваше распоряжение на весь день.

Остальные начали шуметь в знак протеста, но при резком взгляде и таком же красноречивом покашливании младшего, они пробормотали что-то себе под нос и снова сели, как только села она.

– Может и слегка остывшая, но еда всё ещё весьма аппетитна, в чём вы скоро убедитесь.

– Разумеется, Ридан был бы счастлив принять вашу благодарность, ─ добавил Морганен, накладывая ей еду в пустую, нетронутую тарелку Сейбера, ─ но он избегает дневного света и готовит только часть завтрака ─ обычно только наблюдает за поднятием хлеба и некоторыми мелочами. Он забирает тарелку с собой в башню, в которую даже нам не позволено входить. Ну, не далее комнаты на уровне парапета. Он, правда, присоединяется к нам во время вечерней трапезы, поэтому мы обычно едим после захода солнца, чтобы он точно показался нам хотя бы раз в день.

– Это тот, темноволосый с чёрными глазами? – поспешила уточнить Келли, думая об угрюмом мужчине, который проходил мимо неё во время чистки от мекха-как-их-там и о той буре едва сдерживаемой энергии, которая нахлынула на неё. Он казался частью ночи.

– Да не сидите, как болваны, представьтесь, ─ сказал Морганен братьям, наливая ей ещё того сладкого зеленоватого фруктового сока, который она пробовала раньше. – Внимание все. Это леди Келли из Дойлов.

– Я не леди, ─ возразила девушка с поспешной честностью.

Это было не совсем правдой: у неё была парочка благородных предков из средневекового общества, которые имели несколько титулов, но сейчас было совсем неподходящее время объяснять разницу между настоящими аристократами и воображаемыми.

– Я – гражданка США, и поэтому имею равные со всеми права. Вот кто я есть относительно положения.

Человек с волосами, словно белое золото, и зелёными кошачьими глазами очаровательно улыбнулся. Этот больше всех глазел на девушку, когда она вошла в зал.

– Ой, но ведь любая женщина, которая противостоит опасностям Сумеречного Острова – благороднейшая и ценнейшая из женщин.

– Опасности? – переспросила Келли, выгнув бровь. – Чёрненькие, крохотные мекха-как-их-там, паутина и клейкие пятна на полу, а также ворчливые мужчины, которые позволили своим манерам кануть в лету за – сколько? – за прошедшие три года?

– Только в последнее время, ─ сухо согласился Морганен, садясь на своё место. – Вы уже вроде как знакомы со мной. Я – Морганен, Маг, и младший из Восьми и тот, кто перенёс вас сюда.

С ним она будет вежливой. Всё-таки ему она обязана жизнью и способностью общаться с хозяевами замка.

– И я снова благодарю вас, Морганен, за своевременное спасение, ─ ответила Келли, вежливо кивнув, радуясь, что кто-то здесь желает быть цивилизованным и разговаривать, а не кричать на неё. Она посмотрела на мужчину, сидевшего слева, с тёмно-каштановыми волосами и голубыми глазами, одетого в фиолетовое. – А вы?

– Доминор, Мастер, третий среди нас. И я служу только самому себе. Пусть остальные помогают тебе, ─ добавил он с холодным презрением. – Я же не склонюсь по желанию Чужеземки.

Глава 8

Келли окинула взглядом стол, наблюдая за реакцией братьев на слова Доминора. Её решимость отстаивать своё мнение только сильнее укрепилась после того, как она поняла, что большинство присутствующих согласны с ним. Только Морганен, кажется, одобрял её присутствие здесь, он даже слегка кивнул ей. Видя его поощрение, девушка поняла, что он не согласен со словами брата. Ободренная его молчаливой поддержкой Келли резким взмахом руки молниеносно ошарашила мужчину, сидящего рядом. Никакой инструктор не научил бы подобному ─ она исполнила знаменитый приём бабули Дойл, вцепившись мёртвой хваткой в ухо Доминора.

─ Ай! Отпусти, женщина! – завопил тот.

Келли сжала крепче и встала, возвышаясь над ним только потому, что мужчина сидел.

– Привыкай, неудачник. Там, откуда я родом, ─ добавила она, лишь слегка преувеличив, ─ ни один мужчина не осмелится обращаться к женщине в такой оскорбительной и снисходительной манере. Если я говорю, что ты будешь скрести пол своей любимой зубной щеткой, значит, ты будешь это делать. Женщины всегда были хранительницами культуры, и ради всех богов моего и этого миров, ты станешь вежливым! – Келли снова дёрнула его за ухо, не обращая внимания на безуспешные попытки стряхнуть её руку, и посмотрела на остальных. – А у вас есть проблемы с подобающим поведением в моём присутствии?

─ Отпусти моё ухо, женщина, или я обращу тебя в жабу! – потребовал Доминор, сверля девушку взглядом.

Келли за ухо стащила его с кресла, притянув перекошенное лицо мага поближе к своему.

– Ты когда-нибудь слышал слово «пожалуйста»? Или «спасибо», или фразу «не будете ли вы так любезны»? Меня уже тошнит от того, что на меня орут незрелые мужчины-переростки, ─ крикнула она.

Ослабив хватку, девушка отпустила его, и он снова оказался в кресле, потирая освобожденное ухо. Уперев руки в боки, Келли взглянула на остальных братьев.

– Я торжественно клянусь, что следующий мужчина, который повысит на меня голос, или будет угрожать, или просто станет вести себя неуважительно, будет есть грязь!

─ Интересно, а как ты собираешься заставить меня вести себя, как тебе хочется? Особенно когда я обращу тебя в жабу ─ в твоё настоящее обличье, женщина? – прорычал Доминор, поднявшись и, в свою очередь, нависнув над ней.

─ А вот так! – резко подхватив юбки, девушка сделала выпад ногой в тапочке. Но ударила не мужчину, а стул позади него, затем ─ тот, что находился за ней, освобождая себе место для манёвра. И прежде чем перевёрнутая мебель перестала громыхать, Келли схватила мужчину за руку, завернула её ему за спину и сбила того с ног. Затем ногой почти без усилий прижала его лицо к полу.

─ Ой! Чёрт тебя дери, женщина!

Чуть двинув ногой, она прижала его лицо примерно к тому липкому пятну, на которое наступила всего несколько минут назад.

– Ты чувствуешь эту грязь на полу? Тебе она нравится? – продолжала возмущаться Келли, как ни странно, почти получая удовольствие от возможности показать свои гнев и недовольство происходящим.─ Мои поздравления, Доминор! Ты только что вызвался очистить его!

Несмотря на колотящееся сердце и осознание того, что маг и в самом деле мог обратить её в жабу, девушка обнаружила, что ошеломлённые лица братьев крайне забавляют. Ей всё-таки удалось взять эту ситуацию под контроль. Да, Дойлы не тратят понапрасну тактическое преимущество.

─ Видишь, мне вовсе не нужна магия, чтобы выбить из тебя дурь… Но ты вынужден использовать её, чтобы сравняться со мной. И знаешь что, Доминор? – добавила она, обращаясь к мужчине, прижатому ногой. – Мне нравится, что этот факт застрял у тебя как кость в горле. Тот факт, что я могу заставить тебя есть грязь, не используя магию в качестве подкрепления. Да, и впредь я бы не стала угрожать превратить меня в нечто, не входившее в Господний и природный замысел с самого начала, господин, ─ елейным голосом продолжила Келли, заломив руку ещё сильнее так, что у мужчины перехватило дыхание. – Видишь ли, в любой форме, в которую ты задумаешь меня превратить, всё равно останусь Я, и темнейшие силы ада не сравнятся с женщиной, выведенной из себя каким-то глупым идиотом! – ещё один рывок, и он заворчал от боли. – Теперь ты заткнёшься и будешь слушать меня? Или нужно скрутить твоё тело в узел своими чужеродными знаниями и суперпространственными приёмами?

Он что-то пробормотал.

─ Прости, ты что-то сказал? – спросила Келли, немного сильнее дёрнув его руку, едва ли не вывихнув её. Она – таки получила нужные результаты.

─ Перемирие!

─ Я не слышала слова «пожалуйста», а я категорически требую таких цивилизованных слов, как «пожалуйста», припоминаешь? – спросила она сладким голоском, в то время как все братья застыли в удивлении, видя, как второго по силе брата, из присутствующих за столом, так легко прижали к полу.

─ Перемирие… пожалуйста.

Это было произнесено сквозь сжатые зубы, но, тем не менее, это было «пожалуйста». Келли отпустила его, отступила, пригладила юбки и поставила свой стул на место, пока молодой человек поднимался на ноги. Один брат выбыл, на очереди остальные. Доминор отряхивая одежду, хмуро поглядывал на девушку.

─ Кто-то ещё желает оспорить моё право на вежливое обращение, пока я нахожусь в этом доме? Нет? Прекрасно. Не кричите на меня, не угрожайте мне, обращайтесь со мной почтительно, как положено джентльменам, как с равной. Или я дам новое определение понятию «Священный ужас».

Снова сев, девушка взяла вилку, находившуюся перед ней.

─ Вообще-то со мной просто поладить: обращайтесь со мной хорошо, и я воздам вам тем же. Это так просто.

─ Мне всё-таки надо было обратить тебя в жабу, ─ проворчал Доминор, садясь на своё место.

Морганен предупреждающе глянул на него, но третий из братьев лишь долго рассматривал единственную женщину в доме. Затем спросил озадаченно:

─ Как вам удалось так уложить меня? Вы же весите вполовину меньше меня.

─ Как я уже говорила, это приём из моего мира. Как только вы снова будете вести себя зло или грубо по отношению ко мне, я с радостью опять продемонстрирую, как этот, так и несколько других болезненных приёмов, ─ любезно заявила Келли. – Но только если вы поведёте себя невежливо.

Доминор ещё мгновение смотрел на неё. – Слава Кате, она не моя Суженая…─ пробормотал он, отводя взгляд.

Зеленоглазый брат с медными волосами поперхнулся от смеха, чуть не расплескав сок. Прищурившись, Келли взглянула на него.

– Вы хотели вежливо представиться?

Тот снова поперхнулся, и мужчина, сидевший рядом с ним, Эванор, начал похлопывать его по спине.

– Эм-м, да. Пожалуйста. И, э-э, спасибо вам, ой, и не будете ли вы так любезны…

При последних словах зеленые глаза зажглись весельем, и очаровательная улыбка озарила его лицо. Вовсе не впечатлённая представлением, Келли закатила глаза.

– Тогда, пожалуйста, назовитесь?

– Треван, Кот, пятый сын из семьи, в прошлом владеющей графством Корвис, ныне живущей на Сумеречном острове. И для меня в радость доставлять вам удовольствие, миледи, ─ добавил он словно мурлыча. Вообще-то звук был довольно соблазнительным. Келли сталкивалась в своей жизни с обходительными красавцами и теперь осталась равнодушной к его стараниям. Он был симпатичным, но стиль его поведения казался слишком изощренным на её вкус.

─ Ага. Благодарю вас за любезное и вежливое приветствие, – ответила Келли, а потом посмотрела на Эванора. – Я знаю, что вас зовут Эванор…

─ Эванор, Песня, ─ подтвердил он, заводя за красиво вылепленное ухо прядь светлых волос.

У всех братьев были прямые носы, высокие скулы и лбы, твёрдые челюсти, красиво очерченные брови, и небольшие, превосходно подходящие для щипков ушки… не исключая старшего брата.

«Перестань думать об этом громадном деревенщине, ─ приказала себе Келли, слегка поморщившись. ─ Обрати внимание на остальных: вот твои хозяева на долгое время. Возмутительно долгое время».

Эванор продолжил с мягкой улыбкой.

─ Я – младший близнец Доминора, и четвёртый из Сыновей Судьбы. Если вам нужна моя помощь, только пропойте моё имя, ─ именно пропойте, а не просто произнесите, ─ и, услышав, я отвечу, где бы на острове ни находился.

– Похоже на хитрый трюк, ─ сказала Келли.

Он криво ухмыльнулся, опустив голову в лёгком поклоне.

– Я скорее похож на глашатая в этом доме. Ничего удивительного, ведь звук и песня всегда были моей сферой. У меня нет возражений по поводу помощи в уборке замка, если вы, как женщина, поделитесь своим опытом, указав нам, с чего начать. Я просто не мог сделать всё сам и честно признаюсь, даже не видел смысла прилагать усилия. Я лишь иногда прибирался в хозяйских спальнях. Теперь в присутствии женщины я признаю, что немного стыжусь наших хозяйственных способностей, ─ сознался Эванор более искренно, чем хотелось бы его братьям. – Боюсь, что мы на самом деле утратили некоторые навыки цивилизации за эти три года. Так что вы вольны указывать мне, что делать, а я заставлю работать также и братьев. С чего посоветуете начать?

─ Пыль, паутина, полы, ─ немедленно перечислила Келли. – Кухню и этот стол следует отмыть дочиста, все «освежающие комнаты», как вы их называете, нужно вымыть сверху донизу, и потом гобелены, окна, и другие поверхности. Постельное бельё следует выстирать, а из подушек выбить пыль. Каждую деревянную поверхность следует присыпать песком и обработать. Все занавески нуждаются в стирке и штопке, а лучше ─ замене, все заклинивающиеся двери и окна необходимо обработать так, чтобы они открывались гладко, петли и ручки смазать, а всю мебель отполировать. Также нужно прополоть дворы, как каменные плиты, так и садовые клумбы; разросшиеся травяные лужайки следует аккуратно подстричь, кусты и виноградные лозы подрезать, чтобы они больше не походили на джунгли, ─ как видите, многое необходимо сделать, чтобы это место стало пригодным для жилья и, надеюсь, приятным.

─ И вы полагаете, что мы охотно сделаем всё это ради вас? – проворчал Доминор со своего места.

─ Я уже блестяще справилась с довольно мрачной комнатой, в которую меня поместил ваш старший брат, ─ заявила Келли. – И напоминаю вам, что не владею магией, чтобы иметь возможность ускорить процесс уборки. Вы все слишком долго жили по-холостяцки, что более чем заметно, ─ не похоже, что она убедила их всех. Воодушевления от сказанного также не наблюдалось. Она вздохнула и, стиснув зубы, улыбнулась.

─ Давайте поступим так… если я должна оставаться здесь ещё пять месяцев прежде, чем Морганен сможет отослать меня домой, как вы считаете, будет лучше: пару недель уборки, с вашей помощью или целых пять месяцев моего постоянного ворчания о том, насколько этот замок грязный? ─ Что, даже никаких возражений нет? Я вижу, вы, наконец, проявляете какую-то степень разумности. Ладно, кто следующий? – спросила Келли, решительно глядя на молодого человека с тёмно-каштановыми волосами.

Следующий из мужчин представился, как только её взгляд остановился на нём.

─ Я Коранен, старший близнец Морганена. Известный как Пламя, ─ добавил он в той же манере, что и другие. – Седьмой в семье и, так или иначе, связан со всеми формами огня. Это я вылечил ваши ожоги, когда вы только появились. Вы были сильно обожжены в нескольких местах, в особенности ноги снизу до колен, но я смог всё исправить; несколько оставшихся на вашей коже пятнышек должны пройти через пару дней, так что не переживайте насчёт шрамов.

Келли покачала головой.

– Я просто рада, что жива и невредима. Розовые пятнышки – несерьезная проблема. Кстати, благодарю. С вашей стороны это было очень мило и добросердечно. Теперь вы, Морганен…

─ Маг, ─ подтвердил он, улыбаясь ей. – Сильнейший из всех восьми, магически одарённый, хоть и самый младший. После того, как вы заставили моего брата «есть грязь» как вы выразились, совершенно отказываюсь превращать вас в жабу. Или позволять это кому-то другому, ─ добавил он, красноречиво посмотрев на старших братьев прежде, чем снова перевёл взгляд на Келли. – То, что вы проделали с Домом, выглядело довольно… неприятно. Так что я лучше вообще не стану испытывать свои тайные силы против ваших необычайных способностей.

─ Это и задумывалось, как нечто некомфортное, ─ она искоса посмотрела на сердитого Доминора, сидящего с недовольной гримасой. – Вот именно это я имею в виду, джентльмены. Вы слишком долго жили без женщин. Большинство из нас предпочитают уважение и вежливость угрозам и запугиванию. Помните об этом, пока ваша глупая ссылка не закончится. И ещё, между моим и вашим миром есть много общего, чтобы я могла утверждать, что остальной мир также не станет любезно принимать надменных задир, если вы когда-нибудь покинете этот остров. Или у вас появятся еще посетители. – Она посмотрела направо, мимо пустого места на единственного незнакомого брата. – Я знаю, что Ридан избегает света, и я уже довольно хорошо знакома с Сейбером. Так что вы должно быть…

─ Вулфер, ─ громко представился мужчина. Он был высокого роста, широкоплечий и мускулистый.

Оттенок его волос был чем-то средним между тёмно-коричневыми волосами Доминора и светло-коричневыми Морганена. Они спадали непокорными локонами и казались гуще, чем у всех остальных, за исключением светло-рыжих кудрей Тревана. Глаза мужчины были янтарно-золотыми и очень напоминали волчьи, что не удивительно, зная его прозвище. Он ей даже улыбнулся по-волчьи, поигрывая тонким, плетеным браслетом вокруг левого запястья, похожим на переплетение ленты и волос.

Представившись, мужчина добавил:

─ Волк. Близнец Сейбера. Полагаю, леди Келли, вы как раз ему в пару, ─ золотые глаза мужчины слегка блеснули весельем. – Послушать ваши перепалки будет крайне интересно.

Она прищурила аквамариновые глаза.

– Вы пытаетесь свести нас? Потому что мне уже надоело иметь дело с этим надменным, глупым, вечно орущим… о, лучше просто не говорить о нём, верно? – предложила она, закрывая тему, чтобы сохранить спокойствие и не растерять мыслей из-за раздражающего, но, чёрт побери, слишком привлекательного и ворчливого мужчины.

─ Морганен сообщил мне, что пройдёт не меньше пяти месяцев, прежде чем он сможет отослать меня назад в мою вселенную. И, так как я единственная женщина на острове, нам нужно установить несколько основных правил на время моего пребывания здесь.

─ Правил? – переспросил Доминор, подняв коричневую бровь. – А разве вы не о правилах разглагольствовали до сих пор?

Она смочила горло, глотнув сока.

– Во-первых, я не собираюсь ни к кому из вас прыгать в постель. Включая вас, Треван, так что можете выключить свое обаяние: я не впечатлена им. Если кто-то из вас попытается меня изнасиловать, я отрежу обидчику орган, запихну в банку и поставлю на полку где-нибудь в той милой комнате над этим залом, которая, как я полагаю, будет моими апартаментами на время пребывания здесь. Я даже могу забрать его с собой, когда отправлюсь назад домой. Это правило номер один, ─ проговорила она решительно.

Когда она это сказала, Эванор подавился соком. Вулфер – куском хлеба с джемом. Остальные заморгали. Прокашлявшись, первым пришел в себя Эванор.

─ Леди, я уверяю вас, что насилие вовсе не приходило нам на ум. Тени наших родителей встали бы из могилы и сделали с нами то же самое!

─ Ну, значит, мне не нужно будет повторять это много раз, ─ натянуто ответила она, испытывая некую неуверенность в отношении того, говорил ли он буквально или фигурально в этой пропитанной магией реальности.

Она думала, было, спросить, но потом откинула эту мысль. Сияющие шары света, переводческие зелья, невидимые стены, нарисованные мелом, которые удерживали ужасных мекха-пожирателей – на данный момент этого довольно. Призраки родителей, поднимающиеся из могилы ради мести, – с этим слишком сложно справиться.

─ Следующее правило: никто не запирает меня в комнате или в темнице, или где-либо ещё. Я этого не люблю.

─ Вам придётся поговорить с Сейбером, ─ заявил Коранен. – Но никто из нас не возражает. Да?

─ Говори за себя, – пробормотал Доминор.

Келли ударила его по руке, и он взглянул на неё, однако отвёл взгляд, когда девушка красноречиво изогнула бровь и посмотрела на пол. Он пробормотал себе под нос что-то насчёт того, чтобы превратить её пальцы в тонкие перья. Не обращая внимания на его ворчание, девушка продолжила:

─ Третье правило: я не принимаю подачек. Так что, если кому-то из вас нужно что-то залатать или перешить, вы желаете добавить вышивку в одежду или подрезать её, я сделаю это для вас в обмен на комнату и стол. И если кто-то соблаговолит показать мне, как готовятся эти блюда, половина из которых мне незнакома, я охотно могла бы помогать готовить. Только помогать, а не делать всё сама. И, разумеется, я буду помогать с уборкой. Я бы помогала и в саду, но там слишком много незнакомых мне растений. Мне будет сложно отличить сорняк от чего-то нужного, поэтому сейчас я могу только хозяйничать по дому. Теперь правило номер четыре…

─ Келли! Келлииии! – Наверху послышался топот, судя по всему, кричавший направлялся в зал.

– Эванор, она пропала! – Высоко над головой, на самом верхнем из трёх балконных ярусов с перил свесилось тело, чтобы крикнуть сверху вниз. Увидев девушку, Сейбер застыл.

– Ты! – выдохнул он.

─ Четвёртое правило состоит в том, что мне не нравится, когда люди постоянно на меня кричат! ─ закатывая глаза, заявила Келли, повысив голос и подняв голову так, чтобы фраза достигла ушей одного конкретного крикуна. – Если только у вас нет чертовски веской причины, вы будете говорить тише! Я уверена, что ваша мать давным-давно пояснила вам всем огромную разницу между тем, как говорить «в помещении» и на свежем воздухе? – добавила она, снова заговорив обычным, насмешливо-любезным тоном, так как тёмно-блондинистая голова над ними исчезла, и снова раздалось топанье.

– Значит, если вы меня не предупреждаете об опасности или не пытаетесь добиться моего внимания по важному поводу, прошу, не кричите.

─ Я могу быть довольно приветливой, если со мной обращаться так же, ─ продолжила Келли, ─ но не тогда, когда на меня постоянно кричат. Я рыжая, а потому довольно вспыльчивая, и предупреждаю, что могу показать свой невыносимый характер во всей красе.

Правило номер пять гласит, что я оставляю за собой право устанавливать другие правила, пока мы сотрудничаем, в случае, если на то возникнет необходимость. До настоящей минуты я смогла просто превосходно контролировать свой темперамент, по крайней мере, пока. И это несмотря на то, что оказалась замкнутой в комнате, и мне было отказано в еде. Вы согласны со всем или мне стать злобной мегерой?

В ответ все более-менее единодушно кивнули и согласно пробормотали. Треван высказался за остальных, встав и принявшись убирать со стола.

– Я так думаю, леди Келли… если только вы понимаете, что никто из нас не говорит за Сейбера и Ридана. Могу сказать с достаточной уверенностью, что мой близнец, Ридан, будет вести себя пристойно в вашем присутствии. Только, когда его часы будут совпадать с вашими, и если вы оставите его в покое в остальное время и не станете покушаться на его жилище. Но никто из нас не говорит за Сейбера. Верно, Вулфер?

Крупный мужчина поднял руки, словно защищаясь.

– Это его судьба, не моя! Признаюсь, что в основном разделяю мнение Доминора, ─ добавил он, глядя на неё, а кончиками пальцев продолжая нежно касаться плетения, опутывающего его левое запястье, что казалось странным для этого самого крупного и физически сильного из братьев. Келли задумалась, что означало для него это плетение, но он снова заговорил, привлекая её внимание:

─ Я не так уж охотно следую за другими, будь-то женщина или мужчина. Мы терпим верховенство нашего брата, так как он старший и глава семьи. И я мирюсь с нечастыми вспышками темперамента Морганена, так как уважаю его силу. Но я в основном сам себе господин. Я же Волк.

─ Тогда считайте меня альфа-самкой стаи, если вы уж так настроены на волчье, ─ твёрдо заявила Келли. Коранен поднялся и стал помогать Тревану.

─ Я – единственная женщина здесь, но если бы было иначе, всё равно я могу и буду самой злобной сучкой в округе.

Вулфер заворчал, взял чашку, не согласившись, но и не возразив в ответ на её заявление.

Доминор, глядя на неё, нахмурился.

– А сколько вам лет?

─ Двадцать семь. Я привыкла сама управлять своей жизнью, ─ добавила она. – Это единственный способ для Дойлов переживать.

─ Переживать что? – нахмурившись, спросил Сейбер, входя в главный зал и успев услышать только её последние слова.

─ Жизненные несчастья, ─ не задумываясь, ответила Келли.

Все, включая её саму, застыли.

─ Вот оно! – воскликнул Треван, указав на неё одной рукой, удерживая другой груду тарелок. – Она – Несчастье! Она и есть Беда! Бог знает, что никто в Катане не поможет нам пережить её, поэтому очевидно, что нам придётся самим с этим справляться!

Несколько братьев подавили смешки, остальные только моргнули в изумлении и шоке от такой возможности.

─ О, ха-ха, просто обхохочешься, ─ ответила Келли, невольно поморщившись. Позади неё напрягся Сейбер.

– Если вы, и правда хотите знать, как пережить «Бедствие Келли», приспосабливайтесь или отправляйтесь в море! Как старшая женщина Сумеречного Острова, я собираюсь управлять вами, пока это место не станет соответствовать моим жизненным стандартам. Женским стандартам, джентльмены, а не стандартам кучки необузданных, ленивых холостяков. Это место больше не будет покрыто грязью ваших собственных «идеалов», ─ решительно заявила она, глядя на мужчин за столом. – У вас есть полчаса, чтобы заняться своими делами, а потом вернуться сюда за указаниями по уборке.

─ Ты отправишься назад в свою комнату! Ты не будешь командовать моими братьями!

Келли устроила омлет между двух кусочков сыра и двух кусочков поджаренного тёмного хлеба.

─ Вулфер, прошу, будьте любезны, сообщите своему близнецу, что я отказываюсь слушать того, кто на меня кричит. Четвёртое правило, знаете ли.

─ Что? Вставай! Ты возвращаешься в свою комнату! – он навис над её креслом, чтобы схватить за руку и заставить встать.

─ Правило номер шесть! – заявила Келли, пытаясь быстро доесть бутерброд с омлетом и сыром и, конечно, не собираясь повиноваться. – Никто не хватает меня за руку. Исключение: спасение моей жизни! Никто не будет грубо хватать меня за руку и куда-то тащить. Вулфер, скажите этому грубияну отпустить меня! – добавила она, крепко вцепившись в подлокотник кресла свободной рукой, стараясь при этом ещё и удерживать в руке, которую сжимал Сейбер, бутерброд.

─ Сейбер, леди Келли требует, чтобы я передал её желание: отпусти…

─ Я слышал! – Сейбер так неожиданно отпустил руку гостьи, что она снова грохнулась в кресло. Для такой хрупкой девушки, она была довольно сильной. Или, скорее, очень целеустремлённой. Одной рукой мужчина ударил по столу, а другой схватился за спинку её кресла, снова нависая над ней.