Текст книги "Меч (ЛП)"

Автор книги: Джейн Джонсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)

Мигая, чтобы прояснить взгляд, Келли прислушалась и услышала странные звуки со стороны замка. Жужжание, шуршание и даже шипение. Стукнув по сфере со средней силой, Келли подняла её над головой, чтобы осмотреть внешнюю стену позади себя. Живые существа, двигающиеся в ночи, были в основном маленькие и порхающие, но встречались и достаточно большие и быстро бегающие. Мимо, не дальше чем в ярде от неё, проползла змея, заставив девушку молниеносно переместиться ближе к центру нарисованного круга. Она была полосатой, как безвредная подвязочная змея, но Келли не знала, какие змеи водятся в этом мире, и было разумнее поостеречься всех. Бережёного Бог бережёт…

Ей стало жаль змею, вероятно, она будет испепелена, когда доползёт до центра замка. Вдруг что-то чёрное размером с кулак появилось из тени, схватило змею многочисленными конечностями и стало с ней драться, пока извивающаяся рептилия не обмякла. Келли очень постаралась удержаться и не выбежать из круга, когда мекха-как-оно-там-называется поедало змею, словно это была мегамакаронина. Эта тварь прервалась на мгновение, напряглась, и выродила из себя что-то маленькое, чёрное и многоногое, затем новоявленный родитель быстро умчался дальше, исчезнув за гранью светового круга. Его потомство тут же атаковало ближайшего жука, сожрав его с молниеносной быстротой, затем умчалось прочь, подражая покачивающейся походке своей «мамаши». По крайней мере, они оба свернули в сторону в добрых двух футах от круга, где стояла Келли, доказав, что отклоняющее заклинание Сейбера работало.

«Удивительно. Я стою… на другой планете, в другой реальности, или другом измерении с пылающим волшебным шаром, а вокруг меня наложено защитное заклинание, которое меня оберегает. Рядом бегают твари, быстро пожирающие змей и насекомых на своём, правда, принудительном, пути к сожжению. Просто… потрясающе…»

Вокруг творились настоящие чудеса, а она воспринимала всё так спокойно. Относительно. Тень девушки дрожала так же, как и руки, державшие сферу. Она судорожно вздохнула, когда ещё три чёрных твари пробежали мимо. Они были ужасно уродливы и пугающе быстры.

Самая большая из них была размером с её голову, и Келли оцепенела, когда та уставилась на неё; животное явно целенаправленно двинулось к ней, но затем, на расстоянии в два фута, отклонилось от разметки круга. Оно продолжало сверлить её множеством крошечных тёмно-красных глазок, даже обходя по кругу. Остановилось на минуту между девушкой и замком, казалось, задумавшись, а затем, к облегчению Келли, направилось к зданию. Вероятно, его отогнало защитное заклинание Сейбера или совместные заклинания братьев, направленные на всех мерзких существ в доме.

Поток жутких пресмыкающихся, несущихся к замку, превратился в тонкую вереницу. Примерно через полминуты, как она исчезла, вернулся один из братьев, медленно вышагивая по внутреннему двору. Это был тот, с чёрными волосами, они отливали синевой в свете сферы. У мужчины был тот же нос, что и у Сейбера, длинноватый, но не слишком большой, и тот же упрямый подбородок, а его взгляд был хмурым и пренебрежительным. Он мельком взглянул на неё и, не останавливаясь, пошёл дальше.

Как раз он недавно заявлял, что не подхватит её, если девушка упадёт в обморок. Келли ещё не знала его имени, также как и имён большинства братьев. Однако когда этот мужчина проходил через самый освещённый отрезок пути, Келли поняла, что очень долго его не забудет. Его глаза в обрамлении чёрных ресниц и красиво очерченных бровей были столь же темны, как и волосы, а их взгляд был бы просто пугающим, не знай Келли, что он бесконечно сконцентрирован на заклинании. По крайней мере, девушка надеялась, что именно по этой причине он так мрачен.

Чёрная туника с длинными рукавами и такие же чёрные брюки делали его лицо и руки практически единственным светлым пятном во мраке ночи. Когда этот человек молча проходил через двор с поднятыми кверху ладонями, в нём ощущалась энергия, подобная надвигающейся буре. Келли подумала, что вероятно, лучше не стоит беспокоить его вопросом, сколько ещё ей придётся здесь ждать. Ночь, безусловно, шла ему. Он отчётливо представлялся Келли с клыками и в чёрном, подбитым красным атласом плаще.

Девушка подавила смешок, так как объект веселья все ещё находился в пределах видимости и слышимости. Прижав светосферу к животу, Келли переминалась с ноги на ногу в прохладном воздухе внутреннего двора. Это было долгое ожидание. Она топала ногами по твердой каменной плите и ждала, когда кто-нибудь возвратится и скажет, что ей уже безопасно перемещаться. Сейчас же только луна да светосфера в руках составляли ей компанию.

Спустя некоторое время, внимание привлекло свечение чуть выше внешней стены. Присмотревшись, Келли поняла, что же это было. Постепенно восходила вторая луна! Меньше первой, она светилась голубоватым светом и была в фазе три четверти. Переводя взгляд с одной луны на другую, девушка не думала больше ни о каких мекхада-как-их-там, которых могли упустить братья. Эти две луны были более завораживающим зрелищем, чем что-то чёрненькое и быстро бегающее. К тому же, от этих тварей её защищала невидимая стена.

Она и правда находилась в другой вселенной. Как говорится, это точно не Канзас. Глядя на сферу, светящуюся как третья, осязаемая луна, Келли Дойл собрала все силы, казалось, смирившись с происходящим.

***

Наконец кто-то додумался открыть окна вверху донжона, чтобы выпустить густой удушливый чёрный дым. Морганен, Доминор и Эванор поддерживали Коранена физической и метафизической энергией, в то время как он концентрировал свою огненную магию. Сейбер, Треван и Вульфер сохраняли шарообразный защитный экран, который удерживал насекомых, но пропускал воздух и дым, исходящие от пылающего белого ядра, созданного Кораненом в центре зала.

Это было жуткое зрелище. Мекхададаки рычали, хватали и пожирали грызунов, змей, насекомых, зажатых внутри экрана, становились всё толще и порождали себе подобных. Через некоторое время там остались лишь одни мутировавшие пожиратели мертвечины.

Жаль, что они просто не сожрут друг друга, думал Сейбер, поддерживая свою четверть защитной сферы. Первоначальная версия «чистильщиков» должна была без достаточного количества еды под рукой размножаться один раз в год. Например, как на поле битвы. Кроме того, продолжительность их жизни составляла всего два года. Эти же твари порождали молодняк всё время, они съедали в десять раз больше собственного веса, их тело становилось размером с мужской кулак, а ноги длинной в руку.

Мекхададак в состоянии сожрать всё, что движется и что улавливает его зрение. Животное атакует прямо на ходу, доверяя своему обонянию, которое с расстояния фута или двух способно определить, съедобное ли это мясо или что-то неудобоваримое, как штора, колыхающаяся на сквозняке. Тот факт, что они сгорали молча, в то время как шипение и вопли всех остальных животных раздавались в тишине, откровенно нервировал. Сейбер, поморщившись, смотрел на сожжение, удерживая свою часть защиты.

«Боги, ненавижу мекхададаков! Хотел бы я знать, какой ублюдок продолжает насылать их на нас. А теперь на острове ещё и женщина, не обладающая волшебством и абсолютно не имеющая понятия, что опасно в этом мире, а что нет».

Ридан, зайдя в залу, кивнул ему, подтвердив, что женщина не вышла из очерченного круга и всё ещё находится в целости и сохранности. Это не особо и беспокоило Сейбера, он просто не мог позволить себе подобной слабости. Было или нет её толкование Проклятия более точным, чем его собственное, мужчина не мог позволить девушке остаться здесь и навлечь предсказанное бедствие на них всех. Он жил в мире, где предсказания истинных прорицателей имели привычку сбываться.

«Я не буду влюбляться в неё. Она совсем не мой тип». Конечно, было бы очень кстати вспомнить, какой именно был этот его тип. Вот что случается с мужчиной после трёх лет вынужденного сексуального воздержания. Она остра на язык, слишком много кричит, и даже одета не должным образом. «Нет, не смей даже думать, что она не одета!»

Сосредоточив внимание, он удерживал сферу, пока Коранен, наконец, не погасил пылающее горячее пламя в её центре. В тот самый момент, когда раскалённый добела огонь погас, Коранен упал на подставленные руки троих братьев. Сейбер кивнул, и братья опустили совместно удерживаемый щит. Только мелкие белые хлопья на месте кострища медленно падали на пол. В Пророчестве его называли «Сын, что был Пламенем» и Коранен вполне оправдывал такое имя.

– Я принесу ему еды, – заявил Эванор и направился на кухню.

– Треван, Вульфер, очистите завтра лес за стенами замка. Ридан, следи всю ночь через магический кристалл, не пропустили ли мы чего-нибудь. И ещё, удерживайте щиты на стене до тех пор, пока мы не очистим землю снаружи при дневном свете.

Доминор невесело улыбнулся.

– Предполагаю, потом мы будем убираться в замке? Всё чистить, подметать, смахивать паутину, полировать до блеска, чтобы понравиться нашей гостье?

Услышав это, Сейбер только укрепился в своём решении.

– Нет, если она хочет чистые апартаменты, может убирать их сама. Морганен, сделай всё, чтобы отправить её отсюда как можно быстрее. Ей здесь не место.

Развернувшись, он вышел из большого зала. Когда Сейбер достиг внутреннего двора, женщина Келли из рода Дойлов всё ещё стояла там, неприлично одетая в свои прожжённые широкие шаровары и разорванную, опаленную тунику-сорочку, вместо положенных юбки и блузы или платья. Погруженная в свои мысли, девушка неторопливо перекатывала из руки в руку светосферу, которую кто-то ей принёс. Она выглядела худенькой и была не от мира сего. И всё же гостья была симпатичной. Себе он солгать не мог.

Когда мужчина вышел на свет, Келли подняла голову.

– Сейбер? Всё чисто?

По крайней мере, у неё больше не было истерики.

– Да. Я отведу тебя в твою комнату.

– Ты уверен, что они действительно убрались? – спросила Келли.

– Твои комнаты я очистил лично, – сказал Сейбер, повернувшись на каблуках, и направился обратно в замок.

– Эй!

Остановившись, он оглянулся. Девушка всё ещё стояла в меловом круге и даже не сдвинулась с места. Женщины! Они чертовски своевольны. Особенно эта. Боги, заберите её отсюда побыстрее!

– Что?

Келли плотней сложила руки на груди.

– Знаешь, ты не сказал, что я могу выйти из круга. Ты говорил, что я должна стоять прямо тут, пока ты не разрешишь мне обратного.

Она на самом деле подчиняется? Бровь Сейбера выгнулась от изумления.

– Ты, правда, спрашиваешь моего разрешения на это?

Она нахмурила свои золотисто-медные брови, подняла сверкающую сферу в руке и угрожающе сузила глаза.

– Хочешь получить этим по кочану?

Он вспомнил о её темпераменте фурии, хотя не понял, какое отношение имеет какой-то кочан к угрозе бросить в него светосферу? Правда заключалась в том, что мужчина действительно забыл о её неспособности самостоятельно снять простенькое охранное заклинание. Три года – это долгое время, чтобы жить вдали от тех, кто в той или иной форме не обладал магией. Он щелкнул пальцами.

– Теперь ты можешь двигаться, но если ты ударишь меня этим…

– Да, да, я знаю. Ты сделаешь со мной что-нибудь ужасное, прикуёшь цепью в подземелье или ещё что-то в этом роде, – пробормотала Келли, переступая круг и пробираясь сквозь сорняки, растущие между плитами. – Предупреди меня, если тут будет битое стекло. У меня не было времени заметить его по пути сюда, а вы, парни, однозначно не мальчики с разворота «Домохозяек года».

– Таким способом ты просишь понести тебя? – сердито задал вопрос Сейбер, глядя на неё, как на большую неприятность.

– Это мой способ спросить, нет ли там стекла, чтобы избежать порезов на чертовых ногах! – огрызнулась она. – Не думаю, что тебе стоит переживать по поводу Пророчества, Мистер Сердитый. Ни одна женщина в здравом уме не запала бы на такую угрюмую задницу, как ты! – С этими словами девушка прошагала мимо него по направлению к замку в поисках двери. Вдруг издала резкое «ой» и стала прыгать на одной ноге. – Вот невезуха, чёрт побери!

– Что это? Стекло? – он мгновенно метнулся в её сторону. Не думал, что разбитые стёкла были разбросаны так далеко во дворе. Хотя, конечно, некоторые из окон замка разбились давно, ни один из братьев со времени их приезда не починил ничего кроме жизненно необходимых вещей.

– Нет, это колючка чертополоха! Вы ужасно паршивые домохозяйки! – она позволяла ему поддерживать себя, поскольку в одной руке держала светосферу, а другой доставала колючку из пальца, ловко закинув пятку одной ноги на бедро другой.

– Я не собираюсь пропалывать весь этот чёртов двор, только чтобы удовлетворить твои требования, – выпалил он в ответ, нарочно добавив резкости в свой тон. Келли поставила ногу и похромала вперёд, демонстративно игнорируя его. Фыркнув, мужчина поднял её и забросил на плечо. – Чем быстрее я верну тебя, тем быстрее от тебя избавлюсь!

– Ну, почему бы тебе тогда не побежать? – саркастически спросила она, сжав зубы от боли из-за ушибов на всём теле. Ссадины были везде, но, неужели, обязательно было закидывать её на плечо лицом вниз и снова задеть те, что на животе?

К сожалению, Сейбер воспринял сказанное всерьёз. К тому времени, как они поднялись в её комнату, Келли из-за этой болезненной пробежки едва могла дышать. Мужчина сбросил её на кровать, и она, зажмурив глаза, скрючилась, обхватив руками живот. Сейбер глянул на неё, поворачиваясь, чтобы уйти. Девушка лежала на боку, снова закусив нижнюю губу, светосфера, лежащая рядом, освещала её лицо.

– Что, ради Джинги, теперь не так?

– Я съязвила по поводу бега, ты, идиот, – выдавила она. – После того, как на меня упала балка и Бог знает что ещё, и после твоего радушного приёма, думаешь, мне хотелось получить новые болючие синяки?

Разрываясь между раздражением за такую отповедь и злостью за своё сочувствие, Сейбер еще раз окинул её хмурым взглядом, повернулся и вышел, хлопнув дверью.

Когда живот перестал болеть настолько, что дыхание восстановилось, Келли сползла с кровати и пошла кругом, постукивая по прозрачным светильникам. Теперь-то она знала, как их включать. Вскоре в комнате было достаточно светло, чтобы не пропустить никаких насекомых и жуков ─ пожирателей. Сейбер с братьями тщательно поработали. Ничего не шевелилось, кроме неё самой и паутины, колышущейся на сквозняке. Правда, здесь было не очень чисто, а кое-где глубоко въелась грязь…. Но выбирать не приходилось.

Кроме того, на сундуке у двери под крышкой, Келли обнаружила блюдо с целой кучей еды. Столовых приборов там не оказалось, но была кружка, наполненная чем-то, похожим по консистенции и пахнущим как стаут^[6], и тарелка с выложенными варёными овощами, раскромсанным мясом и половиной буханки восхитительного, ароматно поджаренного и намазанного чесночным маслом хлеба. Цельная пшеница, плюс рожь и овёс – определила она по виду и запаху.

Прошмыгнув в ванную комнату, Келли вымыла руки, помахала ими в воздухе, чтобы высушить, и вернулась к еде. К счастью, в обществе средневековья она научилась изящно есть руками. Нехватка столовых приборов скорее раздражала, чем была насущной проблемой.

Травы и специи, которые использовались при приготовлении, придавали простой еде необычный вкус. Мясо по вкусу напоминало утку, которую она ела однажды на Рождество несколько лет назад, когда ещё были живы родители, и было приправлено вкусным сладким базиликом, и ещё чем-то острым, наподобие перца. И, хотя обычно она не любила пиво и эль, стаут Сейбера имел ореховый привкус и вызывал приятные ощущения, когда она потягивала его.

Пища уже остыла, но была очень вкусной. Тем не менее, осилить всё это было ей не под силу, поэтому ничего не оставалось, как закрыть крышку. За последнее время желудок слишком уменьшился, чтобы переварить такое несметное количество еды. Келли мудро не стала столько есть, чтобы не вызвать тошноту. Она всегда сможет поесть снова, еда под чашей, которую Сейбер приспособил под крышку, никуда не денется. Хотя нужно будет обязательно спросить его о заклинании «хранения в холодильнике».

Осторожно проверив каждый уголок и все укромные местечки, Келли снова воспользовалась освежающей комнатой. Успокоившись, она умылась, за неимением зубной щётки протёрла зубы тщательно промытым кусочком ткани, и легла спать. И даже крошечный клопик не помешал бы ей сейчас вытянуться на немного комковатой перине.

Ей не удавалось заснуть даже при одной светосфере, горящей в пол силы. Конечно, она спала полночи перед пожаром и ещё полдня после прибытия сюда, но этого было недостаточно, чтобы преодолеть изнурённость, недоедание и теперешнее пресыщенное состояние. Мысль о возвращающихся жутких ползучих тварях вынуждала её рыжую головку бодрствовать, бодрствовать, и ещё раз бодрствовать.

Сдавшись через час или два, (в этой вселенной не хватало не только технологий, но и часов) Келли встала, нашла в ванной засохший от старости кусок мыла и тряпку, которая напоминала остатки махрового полотенца. Там было даже ведро и ощетинившаяся жёсткая щётка, торчащая из─ под слива раковины. Заплетя волосы и спрятав их под импровизированным платком, начала чистить сидячую ванну.

Генеральная уборка поможет стереть в памяти мысли о нападении кое-чего, пожиравшего «змей подвязок», как спагетти, а также прибавит ей решимости прикоснуться к предметам вокруг. Это было по-Дойловски, так или иначе противостоять невзгодам окружающего мира, отложившимся в воспоминаниях, и прекращать их любым доступным способом. Не говоря уже о том, что по натуре она была очень требовательна ко всему, что составляло её окружение. Келли не боялась грязи. Просто негативно к ней относилась.

Таким образом, она выскребала плохие воспоминания, заменяя их довольно тщательно вычищенной ванной. Она надеялась устать настолько сильно, чтобы уснуть и не думать о чёрных многоногих тварях, сердитом мужчине, накладывающем заклинания, петлях, грабителях, письмах с угрозами и обрушившейся на неё, пылающей потолочной балке.

Глава 5

Когда Сейбер принёс девушке завтрак, её кровать оказалась пустой. Комнату ярко освещали расставленные по периметру световые шары, хотя в окнах, выходивших на восток, уже светало. Постель была смята с одной стороны, подтверждая, что она поднялась сразу же, как только он удалился. Подумав, что Келли в ванной, мужчина положил поднос с завтраком и подхватил предыдущий, чтобы убрать. Но тут же опустил его обратно и заглянул под импровизированную крышку, так как поднос был почти таким же тяжелым, как только что принесенный.

Его подозрения оправдались. Она не съела и половины вчерашнего ужина. Только бог знает, по какой идиотской причине эта глупая женщина до смерти морила себя голодом. В раздражении, подойдя к ванной, Сейбер, помедлив, тихонько постучал. Ответа не последовало, а дверь сама приоткрылась.

Он просунул голову внутрь. Пусто. Поразительно чисто по сравнению с другими заброшенными комнатами замка … но пусто. Если её нет в спальне и ванной, притом, что прошлым вечером она без разрешения не двигалась с места, значит, что-то определённо случилось.

Или девушка всё-таки не подчинилась приказу и отправилась исследовать замок. Эта миниатюрная незнакомка на самом деле оказалась упрямой ведьмой с характером, соответствующим цвету её волос. Похоже, темперамент рыжеволосых был одинаковым во всех мирах.

Закрыв дверь, Сейбер снова внимательно оглядел комнату и, наконец, заметил её. Она лежала около кровати, прямо на частично оттёртом от многолетней грязи полу, невинно свернувшись калачиком рядом с ведром грязной воды, щёткой и влажной тряпкой. Эта женщина могла оказаться той, кто по предсказанию принесёт гибель его народу. Сейчас же она выглядела как выброшенная рваная полосатая тряпка с морковного цвета мочалкой на конце.

Сейбер вернулся в туалетную комнату и снова осмотрелся. Помещение было вычищено от пола до потолка. Обветшалые от времени бархатные шторы, и иссохшие льняные занавески были влажными, словно их выстирали и снова повесили сушиться. Нигде ни пылинки, ни паутины, даже на потолке. Капли воды тихо падали в вычищенную до блеска раковину, только в сливе не хватало пробки. В остальном, комната сияла почти девственной чистотой, будто подверглась нашествию служанок, которым платили за каждое отчищенное пятнышко грязи. Даже окна были отмыты так тщательно, что стёкла блестели в свете наступающего утра.

Стены, дверь, потребное место, даже потолок – всё блестело. Учитывая степень запущенности, для наведения порядка без помощи магии здесь потребовалось затратить немало усилий. Наверняка эта генеральная уборка стоила этой малахольной значительного физического труда. Причём ужин она даже наполовину не съела.

Вконец рассердившись, Сейбер протопал к крепко спящей женщине. Нахмурившись, он присел на корточки, намереваясь встряхнуть её и хорошенько отругать за глупое поведение. Но в последний момент остановился.

Сквозь дыры в одежде Сейбер увидел множество синяков, на которые Келли жаловалась ранее. На её веснушчатой коже они выглядели тёмными пятнами. Он мог даже разглядеть часть из них под тонкой, изношенной почти до прозрачности материей странных одежд. Возможно, многие появились там из-за него. Пока он удерживал её во время их препирательств. Или прошлой ночью, когда нёс её как мешок с мукой, грубо перекинув через плечо.

Второй причиной, остановившей его, было то, что она спала настолько спокойно и обессилено, что даже не обращала внимания на свет, отражавшийся от чистых досок паркета. Ей было уютно даже на твёрдом полу. Или, может, она не ощущала дискомфорта по причине изнеможения. Заметные тени под мирно опущенными веками подтверждали усталость девушки.

Стараясь не разбудить, Сейбер осторожно поднял Келли и перенёс на кровать. Он приложил немало усилий, чтобы не пялиться на мягкий изгиб её груди, непристойно оголившейся там, где в рубашке была прожжена дырка. Рубашка задралась выше, чем следовало. Натянув на спящую одеяло, он порылся в памяти, пытаясь припомнить, есть ли где в замке женская одежда.

Может, в одной из комнат наверху? Или в какой-нибудь спальне, которую они не так тщательно проверяли, когда избавлялись от монстров… Убедившись, что оба подноса плотно закрыты, и погасив светосферы, чтобы сберечь магию, он оставил девушку отдыхать. А сам отправился искать для неё какую-нибудь, менее вызывающую одежду взамен той, которая выглядела готовой порваться от одного неосторожного взгляда.

Если он правильно помнил, в западном крыле должна находиться комната для шитья. Там оставались ткани, завезенные в прошлый раз с материка вместе с партией товаров. Сейбер, как и остальные братья, знал самые посредственные заклинания для пошива одежды. Исключение составлял лишь Эванор. Но сметать на скорую руку простое платье не такое уж и трудное дело. Если он не сможет обнаружить ничего готового, то найдёт достаточное количество целой, прочной ткани для женской одежды.

Только он всё же надеялся, что сумеет найти что-нибудь уже сшитое.

***

─ Во имя Джинги, женщина! Что ты делаешь?!

Резкий окрик заставил Келли подпрыгнуть. Вода, которую она использовала для ополаскивания жёсткой щетки, расплескалась во все стороны. С колотящимся сердцем девушка следила за Сейбером, который швырнул на пол узел с одеждой. Одна из его щёк была измазана грязью. Мужчина ринулся к ней, и она быстро вскочила на ноги, на всякий случай, одёргивая верх своей пижамы. Его безрассудный гнев заставлял нервничать, так как она понятия не имела, что его разозлило на этот раз. При этом он приближался, а Келли отступила на шаг, и снова одёрнув верх пижамы, твёрдо посмотрела ему в лицо.

─ Оттираю пол! На что ещё это похоже?

─ На то, что ты сотрёшь свою кожу до костей, чёрт возьми!

Беспокойство, сквозившее в этом полурёве, заставило её моргнуть. Он заботился о ней? «Этот огромный болван беспокоится обо мне?» ─ с удивлением подумала Келли. Он схватил девушку за руку, задев синяки, отчего она вздрогнула. Мужчина тоже дёрнулся, а потом быстро подхватил её на руки.

Когда Сейбер зашагал прочь от ведра и грязной мыльной лужи на полу, она прикусила нижнюю губу, но совершенно не из-за его хватки. На сей раз, его сильные руки держали гостью на удивление нежно. Она старалась не улыбаться. «Боже мой, этот огромный мужик и правда заботится обо мне!»

Как мило со стороны раздражительного, сверхтребовательного мачо.

Он посадил девушку на стул у письменного стола перед двумя подносами с едой, и сдёрнул крышки с обоих. Она уже успела съесть часть еды, оставшейся от прошлого ужина и немного яиц и картофеля с луком, поджаренных кем-то на завтрак. На утреннем подносе так же было достаточно ржаного хлеба, в этот раз намазанного толстым слоем масла. Кружку доверху наполнял какой-то свежевыжатый кисло-сладкий оранжевый сок, точно не апельсиновый, половину которого она выпила почти час назад, когда проснулась. Как раз тогда до Келли дошло, что кто-то принёс новую еду, и каким-то образом она снова оказалась в кровати, укрытая одеялом. Ей никак не удавалось вспомнить ни того, кто принёс ей поесть, ни того, кто перенёс на постель.

Единственное объяснение – Сейбер. Это его рук дело.

Сейбер со звоном опустил серебряные крышки на стол рядом с подносами. По крайней мере, она съела немного чёртовой еды с тех пор, как он её принёс. Однако, по его мнению, этого было далеко не достаточно.

─ Ешь!

Моргнув, Келли подняла на него взгляд своих аквамариновых глаз.

─ Я уже ела. Около часа назад.

─ Съешь всё! – уточнил он, ткнув грязным пальцем в сторону тарелки с завтраком.

─ Я ещё не проголодалась!

─ Ты съела слишком мало, чтобы быть сытой! – рявкнул мужчина.

─ Я вообще мало ем, так что мне достаточно! И я не желаю набивать желудок, чтобы потом блевать, ─ добавила она, снова. – Ты не заставишь того, кто голодал около года, съесть обед из четырнадцати блюд. Для первого дня еды вполне достаточно.

─ Значит ты идиотка, если морила себя голодом!

Ах, так! Келли вскочила со стула, воинственно подняв подбородок и сверкнув глазами, отплатила ему той же монетой. Очень громким криком.

─ У меня не было выбора, ты, кретин-переросток! Суеверные ослы пытались разрушить мой маленький бизнес. Я разрывалась между ними и обязанностью платить по закладной на дом и магазин, чтобы не потерять их. Счастье, что я вообще могла позволить себе какие-то продукты! И половину из них я выращивала сама на крошечном заднем дворе!

Уменьшенная, совершенно нестрашная версия его собственного рёва в исполнении собеседницы заставила Сейбера моргнуть. Однако через миг он пришёл в себя и вцепился в стул.

─ Сядь! И ешь!

─ Я не домыла пол! – рявкнула та в ответ, уперши руки в боки и тряхнув волосами.

Сейбер, было, испугался, что от этого движения пижама задерётся слишком высоко, что подвергнет испытанию его самоконтроль…но, оказалось, девушка нашла выход – обмотала тканью грудь под пижамой. Озадачено почесав затылок, Сейбер обвёл комнату широким жестом.

─ Почему, во имя Джинги, ты убиралась ночью?

─ Потому что я не могла уснуть! – выпалила она, скрестив руки над грудью.

Устав от беготни без лифчика, Келли перевязала свою полную грудь полоской ткани, которую оторвала от одного из старых полотенец, висевших рядом с ванной. Но дыра всё ещё заставляла нервничать. Когда она найдёт иголку с ниткой и не такую истрёпанную, как её подпаленная пижама, материю, сразу смастерит себе нечто более приличное. Даже если ей придётся сделать это из бархатных штор, отчаянно нуждавшихся в стирке.

─ Мне не спалось из-за грязи в ванной комнате, из головы не шла паутина и эти мекха-как-их-там, ползающие вокруг, ─ добавила она в свою защиту. – Поэтому я вычистила там всё от пола и до потолка. Потом мне пришлось снова отмывать пол от потёков. Следующее, что я помню ─ как скребла пол в спальне. В общем, я всего лишь пыталась создать нормальные условия для жизни.

─ Ты, чёрт возьми, слишком худая для такой тяжелой работы! Сядь и съешь что-нибудь, пока замертво не свалилась к моим ногам!

─ Поверь, упасть к твоим ногам – последнее, что я собираюсь сделать, ─ возразила Келли, но, тем не менее, плюхнулась на мягкую подушку стула. На этот раз, по крайней мере, к подносу прилагалась вилка, и ей не придётся есть руками. Сейбер стоял рядом, сложив руки на груди поверх светло-голубой рубашки, и следил своими серебристыми глазами за каждым кусочком, который она клала в рот.

─ Может, ты перестанешь стоять у меня над душой?

─ Ты явно не в состоянии сама о себе позаботиться. Я буду стоять здесь, пока всё до последней крошки не будет съедено.

─ Развлекайся, ─ насмешливо ответила она. Пять минут спустя Келли снова наелась досыта и встала из-за стола с намерением вернуться к мытью полов. На плечо опустилась тяжелая рука и снова толкнула её вниз на стул. Девушка закатила глаза.

─ Нельзя ли поосторожнее?

─ Всё до крошки! – предупреждающе рыкнул он.

─ Я уже наелась! – возразила она, сверкая глазами. – И вообще была сыта до этого! У меня просто практически нет аппетита из-за того, что я месяцами не ела досыта!

Он снова скрестил руки на груди, поигрывая мускулами в типично мужской манере.

─ Я не могу сидеть здесь весь день! И не буду, ─ добавила она решительно, снова вставая, мужчина же опять толкнул её вниз. Приземлившись в очередной раз на расшитую подушку, она вцепилась в его руку. – Прекрати! Мне не хватало синяков ещё и на заднице.

Когда гостья опять рывком поднялась, Сейбер убрал руку и впился в неё взглядом:

─ Сядь, женщина!

─ У меня нет никакого желания сидеть! – Она тряхнула волосами и снова упёрлась руками в бёдра.

Раздраженно сверкнув глазами, он схватил её поперек туловища и потащил к кровати.

─ Эй! – она стукнула его кулаком по плечу, требуя, чтобы тот поставил её на ноги.

─ Если тебе не сидится на стуле, тогда будешь лежать в постели!

Келли живо перекатилась на другой край.

─ Успокойся!

Притопывая ногой по чистому полу, она сердито уставилась на него с другой стороны кровати:

─ Перестань указывать мне, что делать! И перестань кричать на меня!

─ Или ты сама ляжешь в эту кровать, или я заставлю тебя заклинанием!

Аквамариновые глаза сузились до сверкающих щёлок, а бледные, покрытые веснушками щёки залил гневный румянец.

Келли запрыгнула на матрас и поднялась во весь рост, возвышаясь над ним:

─ Ты не посмеешь!

─ Не испытывай снова моего терпения, женщина! – заявил он, начиная с рыка и переходя на рёв. – Ляг в кровать немедленно!

─ Знаешь, эта комната была построена так, чтобы заглушать большинство звуков между ней и залом главной башни, ─ сухо вставил замечание третий голос, заставив их обоих повернуться к дверному проёму, выходящему на лестницу. Там, непринуждённо прислонившись к косяку, стоял белокурый кареглазый младший брат, пристально разглядывая присутствующих. ─ Вас же слышно вплоть до кухни. Даже мои лёгкие, скорее всего, не способны на подобную громкость.