Текст книги "Пленница разбойников (ЛП)"

Автор книги: Джейд Р. Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Я прикусываю губу, обдумывая его слова.

Да, хочется мне закричать. Да, трудно! Потому что мы незнакомцы, и с какой стати вы вдруг решили осыпать меня подарками, делить со мной еду и вино, пустили жить в этот дом и позволяете просто находиться здесь без какого-либо скрытого мотива?

Но я ничего этого не кричу. Я вообще молчу.

Вместо этого я вспоминаю отца. Все, чему он меня учил, те редкие крупицы мудрости, которые я успела перенять у него до того, как его вырвали из моей жизни.

– В этом мире ничего не дается даром, – тихо говорю я. – Ничего.

От выражения их лиц у меня едва не разрывается сердце. Такое чувство, будто я лично оскорбила матерей каждого из них, да еще и плюнула им в лицо в придачу.

– Ты правда так думаешь? – спрашивает Роб.

– Я…

Конечно, я так думаю.

Это же логично.

Но… действительно ли я до сих пор в это верю? Я слышала эту фразу столько раз, думала об этом так часто, что даже ни разу не задумывалась, правда ли это. И верю ли в это я сама.

– Брось, Мэриан, – мягко говорит Тук. – Мир устроен не только по закону джунглей. Уж поверь мне на слово.

При этих словах Уилл издает смешок, который тут же подавляет. Вместо этого он тепло улыбается мне:

– Ты уже обжигалась раньше. После такого тяжело снова начать верить, уж поверь мне на слово.

– Есть такое, – соглашаюсь я.

– В этом мире еще остались щедрые люди, Мэриан, – произносит Роб. – И все, чего мы хотим, – это доказать тебе это. – Он делает шаг вперед и заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос. – Но ты должна позволить нам это сделать.

Я не знаю, что ответить, да мне, в общем-то, и не дают такой возможности.

– Какая же тут, черт возьми, напряженная атмосфера, – ворчит Уилл, поднимаясь на ноги. – У меня от вас скоро язва разовьется.

– У тебя вечно язва развивается, – парирует Тук.

Роб убирает руку и резко кивает парням.

– Знаете что? Вы правы. Нам всем нужно выпустить пар. – Его взгляд снова перемещается на меня. – И тебе в том числе, красавица.

Я неловко прячу руки в карманы.

– Ну, наверное. – Я приподнимаю бровь. – И что ты предлагаешь?

– Ты когда-нибудь стреляла из арбалета? – Роб расплывается в улыбке.



– Так, стой ровно, не дергайся, плавнее.

Роб усмехается, перехватывая мои руки и помогая принять правильную стойку.

– Это тебе не дедовский старый лук со стрелами, лады? У этой крошки убойная сила, будь здоров. – Он слегка задирает голову и кричит в дальний конец стрельбища, откуда как раз возвращаются Тук и Уилл с новой порцией выпивки: – Парни! На вашем месте я бы пригнулся.

– Ха-ха-ха, – сухо отзываюсь я.

– Я серьезно. Ну, почти. – Роб отступает на шаг, давая мне простор. – Такой арбалет – не просто оружие. Это произведение искусства, инструмент ювелирной точности. Он не для трусов, которым проще поливать все вокруг свинцом. Он элегантен. – На его губах снова играет самодовольная усмешка. – А в руках кого-то вроде меня – смертельно опасен.

Я закатываю глаза. Предплечья уже начинают ныть от тяжести этого… оружия? Механизма? Я даже не знаю, как это правильно назвать.

– Можно мы уже закончим с теорией и перейдем к делу? Я тут сейчас мышцу потяну.

Эта штуковина чертовски тяжелая, и я готова поспорить, что со стороны выгляжу полнейшей идиоткой. К тому же мишень сейчас кажется намного дальше, чем когда я впервые увидела ее при свете дня. Это, вкупе с подступающими сумерками, изрядно осложняет обзор.

Но в то же время вокруг потрясающе красиво. Воздух теплый, но не душный, а небо окрасилось в яркий, почти лавандовый оттенок, на фоне которого четко вырисовываются макушки сосен. В кои-то веки лес не кажется зловещим и пугающим. Он просто… красивый. Спокойный. Безопасный.

Хотя, возможно, это как-то связано с внушительным орудием убийства у меня в руках.

– Справедливо, – хмыкает Роб и делает глоток пива, указывая на арбалет. – Вот эти детали по бокам – плечи, по сути, мускулы этого зверя. Они накапливают всю энергию, которая высвободится, когда ты нажмешь на спуск. Дальше идет тетива, – он тычет пальцем, – она толкает болт. Ну и спусковой крючок – место, где происходит магия. Теперь просто…

– Смотри в прицел и пали, – рапортую я. – И никогда ни на кого его не наставляй.

– В точку, – одобряюще говорит он, а затем повышает голос: – Если только эти придурки сами не лезут под стрелы!

– Уходим мы, уходим! – кричит в ответ Тук с другого конца площадки, и они с Уиллом поспешно ретируются на безопасное расстояние за пределы маркированных дорожек.

– Твой выход, красавица. – Роб шутливо козыряет мне. – Остальные, ложись!

Я вскидываю арбалет как могу, пытаясь вспомнить его наставления, но мне и не приходится напрягать память. Ловкими, уверенными движениями Роб касается моих рук, показывая, где нужно давить, как держать плечо на одном уровне и куда смотреть. Этого оказывается достаточно.

Я задерживаю дыхание и…

Дзынь.

Стрела срывается с места и с глухим стуком вонзается в мишень.

Не в яблочко, конечно. Строго говоря, даже не в саму круглую разметку, а скорее в самый край деревянного щита.

И тем не менее, она прочно там засела. Прямое попадание.

– Ни хрена себе, – бормочет Уилл у нас за спиной.

– Да, детка! – восторженно вопит Роб. – Она сделала это, парни!

– Я в ней и не сомневался, – Тук буквально сияет.

– Охренеть, – шепчу я. – Я реально попала. Попала в эту… штуку. – Я прижимаю ладонь ко лбу. Чувствую себя глупо и хмельно, словно ребенок, который только что выбил максимальный балл в каком-нибудь автомате со скейтболом. Но это чертовски будоражит. – Простите. Растеряла все слова. Я просто в шоке, честно.

– Поверь, мы тоже, – тянет Уилл, но полуулыбка на его лице выглядит скорее подначивающей, чем насмешливой.

– Говори за себя, – отрезает Роб. Он прищуривает один глаз, глядя на меня, и указывает пальцем: – Я с самого начала видел, что в ней скрывается истинная охотница.

– Сто пудов, – соглашается Тук. – У нее отличный глазомер. Эй, за это надо выпить! – Он поднимает бутылку, и Уилл с Робом подхватывают тост.

Я опускаю арбалет на землю, понимаю, что мне нечем чокнуться, и на чистом импульсе выхватываю бутылку прямо из рук Уилла, делая из нее огромный глоток.

У Роба округляются глаза. Тук со смехом давится пивом. А я победоносно ухмыляюсь, уворачиваясь от Уилла, который тут же пытается поймать меня.

– Что за… ладно, очень смешно, гаечка. А ну верни.

– Оу, тебе нужна эта бутылочка? – Я дразняще покачиваю пивом, склонив голову набок. Губы Уилла сжимаются в суровую линию, но он едва сдерживает улыбку, готовую вот-вот прорваться наружу.

Тогда я показываю ему язык и делаю еще один глоток.

– Сначала поймай!

Может, все дело в силе, которую чувствуешь, пуская тяжелую стрелу точно в цель. Может, это остатки адреналина после разборки у Джимми. Черт, да может, это просто пара глотков лагера ударили в голову. Но почему-то мне сейчас безумно легко и весело.

Я отскакиваю в самый последний момент, когда Уилл снова делает выпад в мою сторону.

– Черт бы тебя побрал, – ругается он, но в его глазах пляшут озорные огоньки.

– Маленькая лисичка, – улыбается Роб. – На редкость шустрая.

– Еще бы, – заявляю я и ныряю за спину Тука, ища защиты. Тот с готовностью подыгрывает мне, выпячивая грудь колесом, будто и правда надежно прячет меня от чужих глаз.

– Назад! – командует он притворно-властным тоном. – Я защищу вас, миледи!

В конце концов все сводится к тому, что мы просто валимся на траву, допиваем пиво и щуримся, пытаясь разглядеть друг друга в сгущающейся темноте. Тук заманивает нас обратно в дом обещанием устроить барбекю, и это плавно перетекает в новый раунд выпивки и настоящее пиршество: нежнейшая рваная свинина, копченые колбаски и домашний кукурузный хлеб – настолько вкусный, что можно подумать, будто его испекла чья-то бабушка, а не этот взъерошенный, загорелый, очаровательный всезнайка.

Под конец Роб развлекает нас историей о том, как они с Уиллом однажды застряли на крыше какого-то роскошного отеля в Луисвилле, а Уилл то и дело перебивает его, поправляя каждую деталь.

– И вот я пытаюсь вскрыть замок своей кредитной картой…

– Моей кредитной картой, – поправляет его Уилл, тыча в Роба горлышком бутылки.

Роб усмехается.

– Да конечно, прошу тебя. – Он поворачивается ко мне: – Мэриан, поверь, карта была моя. Мне нужна была нормальная металлическая карточка, а не какая-то грошовая пластмасса.

– Охотно верю, – заявляю я и строю Уиллу ехидную гримасу, когда тот начинает возмущаться.

– Короче, – вмешивается Тук, выступая в роли миротворца. – Я этой истории еще не слышал. И вот ты ковыряешься в замке…

– Ну да, – подхватывает Роб. – В нас к тому моменту сидело уже бог знает сколько порций «Мятного джулепа», я сижу на карачках, пытаясь расшевелить эту хреновину своим «Амексом», и тут…

– И тут дверь открывается, и нас застукивает хостес из бара, – заканчивает за него Уилл. – И смотрит на нас так, будто мы лунатики.

– Но я спас положение! – настаивает Роб.

– Это как? Протянул ей карту и сказал: «Да, и повторите еще по одной, пожалуйста»? – фыркает Уилл. – Уверен, она ничего не заподозрила. Вообще не сочла тебя странным.

Роб смеется.

– И не сочла, не переживай. Я с ней потом прекрасно все уладил, если ты вдруг забыл.

В глазах Уилла пробегает тень. Тук неловко покашливает. Я ерзаю на стуле. Это первый раз, когда кто-то из них намекает на какие-то… романтические интрижки. Если, конечно, можно назвать романтикой то, что звучит как обычный перепихон с барменшей.

В груди шевелится неприятное, сосущее чувство недовольства, но я поспешно подавляю его в зародыше.

С какой стати меня это вообще задевает?

Я начинаю ковырять пальцем край этикетки на бутылке пива. Серьезно, Мэриан, возьми себя в руки. Роб, Уилл, Тук – да черт, даже Эл-Джей – все они молодые, горячие парни. Они чертовски хороши собой, свободны и при деньгах. Разумеется, они щелкают девчонок как орешки, стоит им только пальцем пошевелить. Было бы странно, будь иначе.

И тут, как назло, меня накрывает дикий зевок.

– Вот видишь? – Уилл указывает на меня пальцем. – Ты нагнал на нее скуку.

Я качаю головой.

– Нет-нет, дело не в этом. Просто…

И я снова сладко зеваю.

– Она, должно быть, выжата как лимон, – заступается Тук. – Тяжелый день выдался.

Тут мне остается только кивнуть:

– И не говори.

– Это точно. – Роб потягивается, его футболка слегка задирается, обнажая полоску темных волос чуть выше пояса джинсов, которую я изо всех сил стараюсь не замечать. – Мы с Уиллом тут все приберем. Тук, почему бы тебе не уложить нашу красавицу в постель?

Лицо Тука мгновенно становится пунцовым, как лава:

– Я…

Уилл взрывается хохотом. Роб закатывает глаза:

– В смысле, проводи ее до комнаты. Помни о правилах.

Я уже успела уронить голову на сложенные на столе руки, так что последнюю фразу слышу лишь краем уха.

– М-м?

– Ничего, – отзывается Уилл. – Тук тебя проводит.

Я киваю:

– Ладушки.

Кое-как поднявшись, я плетусь за Туком к лестнице и коридору, ведущему к моей комнате. Оказавшись у двери, я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него – этого милого, замечательного парня, который, кажется, до сих пор немного смущен тем, что ему доверили роль моего конвоира до опочивальни. Он вылитый золотистый ретривер… только в теле модели, рекламирующей нижнее белье.

Я просто не могу удержаться. Подавшись вперед, я быстро чмокаю его в щеку.

Как я и предсказывала, у Тука округляются глаза. Он слегка приоткрывает рот от шока, а я в душе искренне наслаждаюсь тем, каким робким и застенчивым он выглядит в этот момент.

– Спасибо, – говорю я. – Ценю доставку до дома.

– Я… да не за что. – Тук сглатывает и мягко улыбается. – Спокойной ночи, Мэриан. Добрых снов.

Уже ложась на подушку, я ловлю себя на мысли, что это первый раз за целую вечность, когда кто-то действительно искренне пожелал мне спокойной ночи.

Глава пятнадцатая



Когда я просыпаюсь, птицы уже вовсю щебечут, и сквозь шторы пробивается яркий солнечный луч, наискосок пересекающий постель, а снизу доносится отчетливый запах кофе и приглушенные голоса.

Я сладко потягиваюсь, еще немного нежась в уютной постели. Экран смартфона показывает 10:08 – так поздно я не вставала, наверное, вообще никогда в жизни. В доме у дяди Джона мне приходилось вставать не позже полседьмого утра и вовсю шуровать на кухне: разбивать яйца и жарить бекон на завтрак нам обоим. Возможность просыпаться, когда вздумается? О такой свободе я раньше даже не мечтала… но теперь, когда она у меня появилась, устоять перед ней стало просто невозможно.

Я натягиваю очередной наряд от Джека – футболку с принтом Джонни Кэша и джинсовые шорты, которые дизайнеры явно со знанием дела художественно порвали, а не просто искромсали ножницами, – и спускаюсь по лестнице, подавляя ребяческое желание съехать по перилам в самом конце.

Я ловлю себя на мысли, что у меня отличное настроение. Такого со мной не случалось уже очень давно.

– Ты абсолютно, неизлечимо, целиком и полностью идиот.

Уилл стоит, крепко скрестив руки на груди, и сверху вниз буравит взглядом Роба, который вальяжно закинул ноги на кухонный стол и завел руки за голову.

– Серьезно? – отзывается Роб. – Ну, расскажи мне то, чего я еще не знаю.

Я замираю в дверном проеме.

– Я… не вовремя? Что-то прервала?

– У этих парней всегда есть что прерывать, – Тук незаметно подкрадывается ко мне с другой стороны кухонного острова. – Как спалось, Мэриан?

Я киваю.

– Как в сказке. – Я перевожу взгляд с Уилла на Роба, которые и впрямь напоминают двух баранов на мосту. – И что тут у вас происходит?

– Это долгая история, – Тук тяжело вздыхает.

– Да нет, – бесцеремонно вмешивается Уилл. – История как раз короткая, потому что он никуда не едет. Мы никуда не едем. И точка.

– Да брось ты, Скарлет, – хмыкает Роб. – Где твой дух авантюризма?

– Его на корню задушил здравый смысл, – отрезает Уилл. – А он мне четко говорит, что эта идея – бред сивой кобылы. Ты нас всех толкаешь прямо в пасть ко льву.

– Как будто мы с парой-тройкой львов не справимся? – парирует Роб. – Да и вообще, львы? Серьезно? По-моему, ты слишком высокого мнения об этих парнях в бежевой форме.

Я наливаю себе чашку кофе и устраиваюсь в сторонке, наблюдая за сценой.

– Да что стряслось-то? – заговорщически шепчу я Туку. – Мне не хватает контекста.

Тук кривится.

– В общем…

– Не вздумай, – Уилл резко поворачивается к Туку. – Даже не начинай. Вообще неважно, что происходит, потому что. Этого. Не. Будет.

– Эй, – протестую я. – Я вообще-то имею полное право знать, почему мои соседи по дому лаются с самого утра, разве нет?

Я впервые вслух назвала их соседями по дому. Сама даже не замечала, что думаю о них в таком ключе, пока слова не сорвались с губ. Но… что есть, то есть. И, похоже, никто из них не против.

Уилл обреченно вздыхает и опускает плечи.

– Ладно, – сдается он. – Объясни ей. Она сразу поймет, почему я прав.

Тук улыбается.

– Хорошо. Ну, насколько я понял, Роб прознал про одно очень статусное мероприятие, где соберется вся шлейф-элита и лучшие люди округа Шервуд…

– Тук, Тук, Тук, – Роб недовольно качает качает головой и садится прямо. – Ты явно недооцениваешь масштаб. – Он переводит взгляд на меня: – Мэриан, ты когда-нибудь слышала о «Клубе охоты на лис»?

Несмотря на тепло, царящее на кухне, у меня по спине пробегает ощутимый холодок. Я внутренне подбираюсь.

– Да. Наслышана.

– О, прекрасно. Значит, объяснять его значимость тебе не нужно. – Если Роб и замечает мою реакцию, то никак это не показывает.

Я качаю головой:

– Вообще не нужно.

– А я вот о нем почти ничего не знаю, – вставляет Тук. – Чувствую себя обделенным.

Я немного смягчаюсь и поясняю:

– Это охотничий клуб. Ну, по крайней мере, официально. На самом же деле это просто притон для местных богатеев Шервуда, где они собираются, чтобы попить бурбон, покурить сигары и провернуть… всякие мутные делишки. – Я слегка встряхиваю головой, прогоняя нахлынувшие мысли. – Я не была там с самого детства. Но мой дядя… – Я сглатываю. – Ну, точнее, не совсем дядя. Мой опекун.

– Тот самый, который подписывал бумаги, – уточняет Роб.

Я не отпираюсь:

– Да. Он там… завсегдатай, если можно так выразиться.

– Понятно, – кивает Тук. – Что-то вроде загородного гольф-клуба.

– Только вместо гольфа они ради забавы убивают невинных животных, – добавляю я. – А в остальном – да, то же самое.

– Ты недооцениваешь этих невинных животных, Мэриан, – у Роба азартно блестят глаза. – Я сильно сомневаюсь, что они хоть раз в жизни реально поймали хотя бы одну лису.

– Я бы на это не ставил, – бормочет Уилл.

Роб громко хлопает в ладоши:

– Короче, суть в чем. В эти выходные там намечается грандиозный благотворительный гала-вечер. Выпивка, танцы, слепой аукцион, фонтаны из шампанского – вся программа по высшему разряду.

Я киваю.

– В их стиле. И в чем… собственно, загвоздка?

– Загвоздка в том, – встревает Уилл, – что Роба туда никто не приглашал. Но он почему-то решил, что явиться туда без приглашения – отличная мысль.

– Так, погоди минуту, – протестует Роб. – У Локсли вообще-то бессрочное приглашение на любые мероприятия в «Клубе охоты на лис». Наша семья, между прочим, стояла у истоков этого клуба.

– И ты думаешь, это тебя спасет? – фыркает Уилл. – Да брось. Как только тебя там кто-нибудь узнает – и неважно, будет там шериф или нет, – тебе крышка.

– Но в этом-то и вся соль! – победоносно улыбается Роб. – Они меня не узнают.

Уилл картинно закатывает глаза:

– Ты же не серьезно.

– А почему они не должны тебя узнать? – спрашиваю я Роба. Потому что – ну, без обид, конечно, – но он двухметровый рыжий парень с очень приметным вирджинским говором. Может, у меня просто включился какой-то внутренний «Робо-радар», но я бы засекла его за милю.

Глаза Роба вспыхивают предвкушением:

– Это будет бал-маскарад.

Тук расплывается в улыбке:

– О, а вот это звучит весело!

– И ты думаешь, этого достаточно? – Уилл полностью игнорирует Тука. – Думаешь, паршивая картонная маска скроет тебя от людей, которые тебя целенаправленно ищут?

– Конечно, одной маски мало, – соглашается Роб. – Но они к тому же будут пьяны в стельку. А это сильно облегчает задачу.

Уилл в полном отчаянии всплескивает руками.

– К тому же, я просто не могу позволить всем этим побрякушкам тихо перекочевать из карманов одних богатых козлов к другим, – добавляет Роб. – Это нанесло бы непоправимый удар по моей репутации.

– Да уж, а я не собираюсь так рисковать только ради того, чтобы потешить твое эго, – огрызается Уилл.

– Но дело ведь не только в его эго, – подает голос Тук. – Правда ведь, Роб?

Роб кивает, и его лицо мгновенно становится серьезным.

– Правда. – Он бросает на меня нерешительный взгляд. – Из этой ночи мы можем извлечь огромную пользу. Все богатство и власть Шервуда соберутся в одном месте. Вы видели, что они выставили на этот благотворительный аукцион? – Он начинает загибать пальцы: – Бриллиантовые украшения. Редкие монеты. Старинные часы.

– Вы хотите все это украсть, – выпаливаю я на одном дыхании.

На кухне воцаряется затяжное молчание.

– Да, – наконец признается Роб и вздыхает. – Наверное, нет смысла подбирать красивые слова. Мы воры, Мэриан. Так что да, план именно такой. По крайней мере, его часть.

О как.

Столько секретности, конспирации и недомолвок ради самого банального, скучного уголовного ремесла.

Я чувствую легкое разочарование… если не брать в расчет тот факт, что провернуть настоящее ограбление, да еще и в «Клубе охоты на лис», звучит как невероятно, почти самоубийственно сложная задача.

И еще один момент…

– Но это же благотворительный аукцион, – замечаю я. – Получается, вы украдете деньги, которые должны пойти на благотворительность.

Уилл от этих слов коротко усмехается.

– Ну уж вряд ли.

Я злобно зыркаю на него.

– Что ты имеешь в виду?

Уилл тяжело вздыхает:

– При всей запредельной тупости этой затеи, – он бросает испепеляющий взгляд на Роба, – глупо отрицать, что в данном случае мы окажемся на стороне справедливости… пусть и в обход закона.

Я недоуменно хмурюсь.

– Уилл хочет сказать, – поясняет Роб, – что так называемая благотворительность «Клуба охоты на лис»… весьма сомнительна. Напомни-ка им, Тук.

Тук согласно кивает.

– О да. Без вариантов. Раз уж к этому приложил руку шериф, то там чистой воды наперстничество. Деньги переводятся в один фонд, который принадлежит другому фонду, а тот по кусочкам распределяет кэш по мелким подставным конторкам… – Он неопределенно крутит пальцами в воздухе и пожимает плечами: – Короче, они дробят сумму на такие крошечные части, что отследить бумажный след становится геморроем. А потом эти фонды заключают эксклюзивные контракты с «нужными» местными фирмами, – он изображает пальцами воздушные кавычки, – и вуаля…

– И в итоге все деньги возвращаются прямиком к ним же в карманы, – заканчиваю я за него.

Все абсолютно логично. Стандартная бюрократическая схема, как раз в духе дяди Джона. Официально они все такие добродетельные, а сами потихоньку отщипывают сверху, пока от суммы ничего не останется.

И все же у меня в голове кое-что не укладывается.

– То есть вы просто прете у них шмотки, сбываете их перекупщикам и забираете бабки себе?

Роб коротко хохочет:

– Мэриан, я спрошу тебя еще раз: неужели по мне незаметно, что я не нуждаюсь в деньгах?

Я оглядываю огромную кухню с дорогой начищенной техникой и четырехметровыми потолками.

– Ну, вообще-то заметно.

– Мы находим этим деньгам правильное применение, – говорит Уилл.

– Мы крадем у богатых, – Роб изображает руками, будто хватает что-то невидимое в воздухе слева от себя, – и отдаем бедным. – И он мысленно передает добычу кому-то невидимому справа.

Я не удерживаюсь и иронично выгибаю бровь.

– Серьезно? И все эти похищенные побрякушки, монеты и драгоценности вы потом просто везете в южную часть города и раздаете тамошним беспризорникам прямо на улице?

Уилл прыскает со смеху. Роб тяжело вздыхает. Но Тук лишь улыбается и охотно вступает в разговор:

– Вовсе нет. В этом-то и вся фишка. У нас налажена целая сеть для сбыта ювелирки, коллекционных вещей и антиквариата. Мы находим правильных покупателей и получаем чистый, неотслеживаемый кэш. Не только плохие парни умеют в серую бухгалтерию. – Он гордо выпрямляется и выпячивает грудь. – Это в основном моя забота.

– И мы все тобой очень гордимся, – лениво тянет Уилл. Тук мгновенно заливается краской.

Я тоже улыбаюсь. Пусть вся эта история оказалась лишена шпионской романтики, теперь я хотя бы знаю правду, и мне становится немного спокойнее.

– Ладно, хорошо, – говорю я. – Значит, вы просто раздаете наличку.

– И снова мимо, – в этот раз отвечает Уилл. – Люди не любят подачки.

– Особенно у нас, в округе Шервуд, – подхватывает Роб. – Ты ведь сама знаешь, какой тут менталитет. Слишком бедны, чтобы покрасить дом, но слишком горды, чтобы принять помощь.

– Что-что? – Уилл удивленно косится на него. Роб недовольно хмурится.

– Это поговорка моей бабушки. Неважно.

– Вечно ты со своими деревенскими присказками, – вздыхает Уилл. – Короче, нет, раздавать наличку – дохлый номер. Мы пробовали, люди отказываются. Поэтому мы… немного обходим систему с другой стороны. – Он подается вперед, ко мне. – Быстрый вопрос, Мэриан: что в округе Шервуд сильнее всего бьет по карману обычных жителей?

Мне приходится задуматься, но ненадолго. Я сразу вспоминаю мисс Донован и старика Макаллистера, а еще Джимми из магазина автозапчастей – то единственное, на что они вечно жаловались.

– Налоги, – отвечаю я. – Они тут просто астрономические.

– В точку, – Уилл расплывается в улыбке. – Вот мы и берем этот кэш и, по сути, организовали систему… лазеек для скрытой оплаты.

– Это просто пушка, – вмешивается Тук. – Я создал целую сеть подставных банковских счетов, которые подключены напрямую к базе налогового оценщика округа, и…

– Тук, – стонет Уилл. – Не утомляй девушку техническими бреднями.

Я сжимаю губы, изо всех сил стараясь не улыбнуться.

– Звучит сложно, – вежливо говорю я. – Но круто. То есть вы просто втихаря гасите чужие долги?

– По сути, да, – Роб разводит руками. – Слушай, это выглядит не особо романтично, но это реально работает. Это то, чем мы можем помочь. А Шервуду сейчас помощь жизненно необходима. Так что… этим мы и занимаемся.

Я медленно киваю.

– Понятно. Значит, вы просто постоянно куда-то вламываетесь? И у вас есть всякие там альпинистские тросы, стеклорезы и прочие штуковины в духе фильма «Миссия невыполнима»?

Все молчат. Уилл и Тук синхронно переводят взгляд на Роба.

– Ну… не совсем, – отвечает он. – Методы не так важны, Мэриан. Честно говоря, чем меньше ты знаешь о том, как именно мы это делаем, тем лучше для тебя. – Он многозначительно смотрит сначала на Тука, затем на Уилла.

– Скажем так, – берет слово Уилл после недолгой паузы, – мы немного отличаемся от обычных, банальных домушников.

Я шумно выдыхаю. Не совсем то объяснение, на которое я рассчитывала, но, с другой стороны, он прав. Если в будущем мне придется прикидываться дурочкой перед полицией, лучше и впрямь оставаться в неведении.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Кажется, я… поняла. – Я делаю приличный глоток остывшего эспрессо. – Теперь ясно, почему шериф вас так ненавидит. И мой дядя.

– Ты имеешь в виду людей, чье благосостояние строится на том, чтобы обдирать обычных работяг до нитки? – Роб усмехается. – Ну да, они от нас явно не в восторге.

– Любой их враг – мой друг, – бормочу я. – Но… – Я тру лоб. – Ладно, все это очень благородно, конечно, но… зачем? В смысле, зачем вам это нужно? Зачем так корячиться? У вас же явно есть семейные деньги. Вас эти проблемы вообще никак не касаются.

Роб делает глубокий вдох и отвечает:

– Семья Локсли живет в Шервуде еще со времен Джеймстауна, Мэриан. Это наш дом. Этот лес, эта земля, люди – все это имеет для нас значение. Для меня. Мои предки когда-то приплыли в Америку в поисках лучшей жизни, чтобы сбежать от тирании и подобного дерьма. И я не могу просто сидеть и смотреть, как все это дерьмо повторяется здесь снова.

Я обвожу взглядом комнату.

– Ну а вы двое?

– Нам тут дают бесплатное жилье и еду, – лениво тянет Уилл. Роб в шутку замахивается на него кулаком, но Уилл с улыбкой уворачивается. – Да нет, если серьезно, то… нас просто кое-что связывает, я думаю.

– Роб у нас знатный собиратель потерянных мальчишек, – Тук тоже улыбается. – Так что теперь у нас включился стайный инстинкт, деваться некуда.

– И Эл-Джей тоже с нами, – добавляет Уилл. – Он ни за что вслух не признается, но мы – его семья.

– Мы все здесь одна семья, – поправляет его Роб. – И ты теперь тоже в нее входишь, Мэриан.

Я послушно киваю. Мне не хочется этого признавать, но…

– Для меня все это звучит логично, – говорю я. – Так в чем… конкретно сейчас проблема?

– Вот в этом-то и загвоздка, – Уилл мгновенно подхватывает прерванный спор и снова переключается на Роба, но при этом указывает пальцем на меня. – Что нам делать с ней?

– А что со мной? – горячо возмущаюсь я, недовольно скрестив руки на груди. Уилл бросает на меня виноватый взгляд и снова поворачивается к Робу.

– Мы не можем просто оставить ее здесь одну, – говорит Уилл. – Это небезопасно. И даже не вздумай утверждать, что сможешь провернуть все это в одиночку, Роб, потому что у тебя ничего не выйдет. Нам понадобятся абсолютно все силы.

Тук нерешительно переминается с ноги на ногу:

– Он прав, Роб. Это… неоправданно рискованно, даже для тебя.

Я с размаху ставлю кофейную чашку на стол и вскидываю руки:

– Мне не нужны неприятности. Никаких сложностей, вообще ничего. Мне вчерашнего дня хватило с головой.

– Никто не просит тебя лезть на рожон, Мэриан, – Роб вздыхает и запускает пятерню в волосы. – Но ты прав, Скарлет. Оставлять ее здесь одну без присмотра нельзя. Твоя система безопасности хороша, но не волшебна.

Тук смеется. Уилл остается серьезным.

– Вот видишь, в чем проблема, – констатирует Уилл. – План неосуществим.

– Все осуществимо.

Голос раздается из коридора, и в дверном проеме появляется массивная фигура.

Это Эл-Джей.

– Мы возьмем ее с собой. – Он уверенно шагает в комнату с абсолютно серьезным, но спокойным видом, садится за стол и сцепляет пальцы в замок. – Она наденет маску, как и все остальные. И мы ни на секунду не выпустим ее из виду. Вчетвером мы сможем обеспечить ей полную безопасность.

Я судорожно сглатываю. Мне хочется подать голос, выразить протест или, наоборот, согласиться, но я сама еще не определилась со своим мнением. Хочется просто подождать и посмотреть, чем все закончится.

– Скарлет, – рычит Эл-Джей. – Твои опасения вполне понятны, но завязывай уже грызть ногти от страха. Мы знаем свое дело, и второго такого шанса у нас не будет. Там все соберутся как беззащитные утки на пруду. Нельзя просто так взять и упустить такую возможность. – Он переводит тяжелый взгляд на Роба: – А ты, Роб, полный кретин, если думаешь, что сможешь провернуть это в одиночку и без последствий. Тебе нужны мы все, и ты сам это прекрасно знаешь.

Роб и Уилл переглядываются, затем смотрят на Тука, а после – на меня.

– Я подпишусь на это, только если Мэриан сама скажет «да», – наконец говорит Уилл. – Исключительно с ее согласия.

Роб кивает:

– Поддерживаю.

Четыре пары глаз выжидающе уставились на меня. Я снова беру в руки чашку и прижимаю ее к себе, словно щит. От одной мысли о том, что мне придется переступить порог «Клуба охоты на лис» с его прокуренными портьерами и душными бальными залами, у меня перехватывает дыхание.

Особенно с учетом того, что дядя Джон совершенно точно будет там. И шериф тоже.

Но мне не хочется вставать у парней на пути. Только не в том случае, если они действительно собираются сделать то, о чем говорят. Не если они собираются помочь людям.

И… я ничего не могу с собой поделать. Я больше не та робкая, забитая Мэриан, какой была раньше. Теперь я девушка, которая удирала от копов и стреляла из арбалета.

Мне хочется этого приключения.

– Думаю, я в деле, – говорю я и оглядываю свой домашний прикид. – Но мне совершенно нечего надеть.

Роб весело смеется:

– Не переживай. Об этом мы позаботимся.