Текст книги "Молчание монстров (ЛП)"

Автор книги: Джей Крауновер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Я выбил несколько запертых дверей, пока не увидел доказательство того, что Ченнинг была там. Её телефон лежал на полу в детской Уинни, а на экране бешено крутились уведомления обо всех моих пропущенных звонках и сообщениях. Я поднял его и вышел в коридор. И был ошеломлён, когда увидел, что помещение выглядит почти так же, как и тогда, когда здесь жили Уиллоу и Арчи.

Я начал звать Ченнинг, открывая все двери, ведущие в разные комнаты. Через пять минут поисков услышал слабый писк и тихий стон, доносившиеся из главной спальни. Эта комната больше всего пострадала во время пожара. Именно здесь предположительно нашли брата и Уиллоу. После трагедии это помещение было полностью закрыто, но как только я открыл дверь, то увидел, насколько всё здесь обжито.

Пара кроссовок лежала под кроватью. Толстовка висела на двери. Повсюду валялись выброшенные упаковки из-под закусок и пустые бутылки из-под напитков. Свет был слабым, но медицинское оборудование давало мягкое свечение. Здесь было бы уютно, если бы не нелепый манекен на большой кровати. Я сразу же узнал все вещи Ченнинг, украденные во время её пребывания в моём жилище.

Пока я преодолевал свой шок от этой мрачной сцены, с пола рядом с кроватью раздался ещё один стон.

– Ченнинг! – я выкрикнул её имя и поспешил к ней. – Ты в порядке?

Она лежала на полу и была совершенно неподвижна. Я не увидел ни крови, ни синяков, но её руки были исцарапаны, а на шее виднелся большой красный след. Я быстро догадался, что её накачали наркотиками.

Я наклонился, чтобы поднять её. В моих руках девушка была вялой, как тряпичная кукла. Её ресницы цвета меди трепетали, и она продолжала издавать звуки боли. Нужно было как можно скорее увести её из этого чёртова дома.

Когда повернулся, чтобы уйти, то заметил кого-то в дверном проёме.

Мне всегда казалось, что я узнаю своего младшего брата при любых обстоятельствах. У нас была особая связь. Я был единственным, кто поддерживал его, когда он уходил и когда вернулся.

Человек, загораживающий мне проход, едва ли походил на человека, не говоря уже о том, чтобы быть похожим на моего добродушного, милого младшего брата. Арчи, возможно, и выжил после убийственных планов моей матери, но цена была слишком высока.

Меня смущали не шрамы от ожогов и не деформированные черты лица. Дело было не в худобе или отсутствующих прядях тёмных волос. Он прошёл через ад и вернулся, и это было легко заметить. Больше всего изменились его глаза. Когда-то они были нежными, мягко-серыми. Цвет более близкий к цвету глаз Алистера, чем к моему. Когда-то они были тёплыми и приветливыми, полными бесконечного оптимизма. Теперь же они стали холодными, почти лишёнными жизни. Они смотрели прямо сквозь меня, не узнавая.

Это были глаза человека, потерявшего всё и готового на что угодно, лишь бы вернуть это. В том числе превратить сестру своей покойной жены в нездоровый заменитель.

– Арчи... – мой голос сорвался, а на глаза навернулись слёзы. Я не знал, что сказать и сомневался, есть ли для этой ситуации подходящие слова.

– Куда ты несёшь мою жену? Я только что её вернул. Отдай её мне. – Слова были невнятными и отрывистыми. Арчи не назвал моего имени в своём сбивчивом требовании. И я подумал, знает ли он вообще, кто я такой.

– Это не Уиллоу. Это её сестра, Ченнинг. Это тётя Уинни. Ты запутался, братишка. Я помогу тебе вспомнить. Я помогу тебе во всём.

Искажённые, бесформенные черты его лица изменились, и Арчи нахмурился, глядя на меня.

– Она моя. Как и Уинни. Ты не можешь их забрать. Мама обещала мне, что я верну свою семью, когда вернусь домой.

Мне захотелось что-нибудь разбить. Эта женщина всегда оказывалась в центре любого дерьмового сценария.

– Я приведу Уинни к тебе, Арчи. Я позабочусь о том, чтобы ты получил всё, что хочешь, но ты не можешь забрать Ченнинг. Она моя. Я сожалею о том, что случилось с Уиллоу, но они не похожи. Не слушай ничего, что обещает наша мать. Она уже давно лжёт нам обоим, – я глубоко вздохнул и прижал Ченнинг к груди. Она всё ещё была вялой и безжизненной, но тихие стоны прекратились, а веки затрепетали. – Мама устроила пожар. Ты помнишь?

Я не был уверен, в каком состоянии находится психика Арчи после пережитой травмы. Лишь надеялся, что при правильном подходе смогу вызвать у него воспоминания.

Прежде чем брат успел ответить, по всему поместью разнёсся приглушенный хлопок. Я хотел убежать, но не решался причинить вред младшему брату.

– Пистолет, – прошептала Ченнинг так тихо, что я едва её услышал.

Сначала я подумал, что она пытается сказать мне, что у Арчи есть пистолет. Я должен был догадаться, что у моего невинного, простодушного младшего брата никогда не хватило бы духу выстрелить в кого-то, каким бы травмированным он ни был. А вот у моей матери сердца не было вообще.

Я убедился в этом, когда она обошла застывшего, ошеломлённого Арчи и направила оружие прямо на меня.

Глава 23

Ченнинг

Мои конечности были будто сделаны из размякших макарон, а голова набита сахарной ватой. Я едва могла держать глаза открытыми и больше не была наедине с жуткой куклой и напавшим на меня человеком. Я не столько видела Вина, сколько чувствовала его. Паника и страх, поднявшиеся на поверхность, когда ко мне вернулась способность осознавать происходящее, были сдержаны ощущением сильных рук, обнимающих меня, и ровным биением сердца под ухом. Я чувствовала, что Вин напряжён и зол, и пыталась прокрутить его слова в своём затуманенном мозгу. Звучало это так, словно он вёл разговор со своим умершим братом. Это настораживало, но не так сильно, как выстрел, эхом прокатившийся по залам огромного поместья. Я прожила в городе достаточно долго, чтобы быть хорошо знакомым с этим звуком.

Я попыталась предупредить Вина, что его спасение вот-вот сорвётся, когда услышала его вопрос:

– Где ты взяла пистолет, мама?

Колетт рассмеялась так, словно Вин только что рассказал лучшую шутку в мире. Никогда не думала, что у этой женщины есть чувство юмора, и оказалась права.

– Если бы ты был более заинтересован в наследии, связанным с твоей фамилией, то знал, что этот пистолет передавался из поколения в поколение, начиная с двадцатых годов прошлого века. Он был подарен твоим дедушке и бабушке наследницей Винчестеров перед смертью. Именно так твой отец придумал твоё имя.

В груди Вина заурчало от недовольства.

– Разве наследница Винчестеров не та женщина, которая потеряла большую часть своей семьи и построила огромный особняк из чувства вины, потому что её вынудили всё души, погибшие от огнестрельного оружия её семьи? – Даже сквозь туман, застилающий мой мозг, я расслышала иронию в его вопросе.

Я пошевелила пальцами и получил слабый отклик. Какой бы анестетик ни закачал в меня похититель, его действие постепенно начало ослабевать. Мне нужно было стать мобильной, чтобы Вину не пришлось сражаться одному против двоих. Без направленного на него пистолета он мог справиться с ними. С оружием в руках у другой стороны было явное преимущество.

– Нет времени на урок истории, Винчестер. Ты всё испортил, не так ли? – Колетт, как всегда, звучала высокомерно и бесчувственно. Казалось, держать любимого наследника под дулом пистолета её ничуть не смущало.

– Я слышал выстрел, мама. В кого ты стреляла? – голос Вина был напряжённым, и я поняла, что он пытается выиграть время. Рокко, несомненно, был уже близко. Вин ждал, когда спаситель будет спасён. – Знаю, у тебя нет ни единого шанса нажать на курок, пока ты стоишь передо мной. Если сделаешь это – рискуешь потерять всё, ради чего так упорно трудилась.

Моя голова откинулась в сторону, и я увидела, как Колетт похлопывает по худому плечу мужчину, который втащил меня в спальню.

– У меня всегда было два сына. Конечно, я хотела, чтобы ты был послушным и женился на подходящей девушке. Хотела, чтобы ты подарил мне качественного внука, который со временем занял бы твоё место. Но ты всегда был трудным и упрямым, а Уинни, на мой взгляд, слишком похожа на свою мать. С твоим братом гораздо легче иметь дело. Как думаешь, почему я заботилась о нём всё это время? Это было вызвано необходимостью.

Колетт полностью вошла в комнату и оттеснила за спину молчаливого мужчину, который всё ещё навязчиво пялился на меня.

– Если рассчитываешь, что твоя служба безопасности отважно примчится на помощь, то, боюсь, это невозможно. Я столкнулась с Рокко. Он сейчас недееспособен и не сможет спасти тебя или предупредить остальных членов команды о том, что возникла проблема.

У меня по коже побежали мурашки, словно в меня одновременно вонзились тысячи иголок. Колетт была воплощением зла. До сих пор было шокирующе слышать, какой коварной и подлой она могла быть. Можно ли вообще называть матерью человека, который сохраняет жизнь своему ребёнку только ради запасного варианта? Как могла Колетт рассматривать свою плоть и кровь не более чем инструмент для размножения? Это было отвратительно на многих уровнях.

Я повернула голову и встретилась взглядом с Вином. Он обнял меня крепче и кивнул, когда я пробормотала:

– Это Арчи? – Я была озадачена. Как он выжил в огне, а моя сестра – нет?

– Мама… – Вин сделал паузу, глубоко вздохнул и изменил обращение к сумасшедшей женщине, державшей его на мушке. – Колетт. Как ты собираешься это объяснить? Там, где ты замешана, трупов становится всё больше и больше. И даже у Холлидеев нет силы, способной воскрешать мёртвых. Люди начнут задавать вопросы о пожаре. Когда они это сделают, все скелеты в этом поместье начнут выпадать один за другим.

Я дёрнула Вина за рукав и попыталась заставить его посмотреть на кислородный баллон у кровати. Лёжа на полу, я запуталась в трубках. Если баллон был открыт, то неизвестно, как долго газ просачивался в комнату. Если Колетт выстрелит из старинного пистолета, есть вероятность, что вся комната взорвётся. Я настолько обрела чувствительность в руках, чтобы с беспокойством сжимать ткань рукава Вина. Я нервничала. Нам нужно было срочно найти выход из этой комнаты, из этого дома безумия.

– Никто не утруждает себя поисками истины, когда в дело вовлечены нужные люди и достаточно денег. Не секрет, что мисс Харви ненавидит нашу семью. Люди склонны считать, что она вышла за тебя замуж, чтобы отомстить. Как только мисс Харви влилась в твою жизнь, то придумала план убийства-самоубийства, который печально оборвал ваши жизни. Твой начальник службы безопасности попытался вмешаться. Он погиб как герой, пытаясь защитить генерального директора «Холлидей инкорпорейтед». Я найду тебе замену, пока твой брат не сделает мне подходящего наследника, – улыбка, появившаяся на лице пожилой женщины, была маниакальной. Она говорила об убийстве так, словно это была не более чем плата за ведение бизнеса. – Никто за пределами дома даже не узнает, что Арчи выжил в пожаре. У этой семьи есть история появления внебрачных детей. До тех пор пока я буду признавать отпрыска своим внуком, весь остальной мир ничего не узнает.

Вин насмешливо хмыкнул.

– Дай угадаю. Ты обещала назначить Конрада временным генеральным директором, пока не закончится это безумие. Вот почему он так долго соглашался быть твоим лакеем?

– Он хорошо выполняет указания. Жаль, что его семья не приложила больше усилий. Конрад мог бы добиться больших успехов при должной мотивации и поддержке, – Колетт бросила на Вина взгляд, полный отвращения. – Не понимаю, почему меня прокляли такими непослушными детьми.

– Может, потому что ты пыталась убить их отца за то, что он посмел полюбить кого-то, кто не был тобой? – слова Вина были холодными, как Арктика.

Колетт спланировала всё идеально. Вин дрожал от гнева, обнимая меня, а мужчина, которого он назвал своим братом, казалось, застыл на месте. Повреждения Арчи были довольно ужасными. Однако, когда наши глаза встретились, я поняла, что внутренние повреждения ещё хуже. Я не могла представить, каково это – восстать из мёртвых и осознать, что потерял всех, кого любил. Мне было интересно, был бы он таким же уступчивым, если бы понял, что таким его сделала собственная мать.

Я попыталась показать взглядом, что Вин должен опустить меня на землю, чтобы в полной мере противостоять матери. Чем дольше они яростно спорили, тем опаснее становилась ситуация. Если в воздух просочится горючий газ и вспыхнет хотя бы крошечная искра, мы все окажемся обречены сгореть в огненном инферно, а список жертв, связанных с проклятым поместьем Холлидеев, станет ещё длиннее.

Вин сжал мою руку, чтобы я не шевелилась, и проигнорировал мои безмолвные мольбы. Он обратился к младшему брату с вопросом:

– Арчи, ты помнишь, что случилось в ночь пожара?

Тот наклонил голову, словно пытаясь осмыслить вопрос. Колетт протянула руку и взяла за руку своего младшего сыны.

– Иди в детскую и жди свою дочь. Мама всё устроит. Помнишь, кто заботился о тебе, когда никого не было рядом?

– Никого не было потому что никто не знал, что ты выжил после пожара, Арчи. Она тот человек, который причинил тебе боль. Она убила твою жену.

Я была ошеломлена. Я всегда знала, что Колетт причастна к смерти моей сестры, но то, что сказал Вин, звучало так, будто она самолично убила Уиллоу. Не было никакого несчастного случая. Это была сфабрикованная трагедия. Моя сестра всё это время была козлом отпущения. Когда ко мне полностью вернётся чувствительность, я собиралась разорвать Колетт Холлидей на куски. Я бы отомстила, если бы выжила после надвигающегося взрыва.

– Моя жена? – Приглушенные слова было трудно разобрать. Трясущийся палец, направленный в мою сторону, было гораздо легче расшифровать. – Уиллоу.

Я снова попыталась заставить Вина опустить меня на землю, но его внимание было полностью сосредоточено на брате.

– Это не Уиллоу. Это Ченнинг. Уиллоу больше нет, потому что мама убила её. Она устроила пожар, но спасла только тебя. Помнишь, Арчи?

– Хватит! – рявкнула Колетт и угрожающе направилась к Вину. Казалось нереальным, что всё это происходит в одном из самых известных колониальных поместий в стране. Предполагалось, что образ жизни богатых и знаменитых должен быть выше такого обыденного дела, как убийство. Хотя, конечно, логично: чем больше у тебя есть, тем больше ты можешь потерять. И тем менее этичным и рациональным становилось желание сохранить всё это.

Вин неохотно опустил меня на землю, чтобы я не была лёгкой мишенью, прижатой к его груди. Ноги были слишком слабы, чтобы выдержать мой вес. Я опустилась на пол и заметила, что нахожусь рядом с камином. Молча я стала ощупывать карниз, думая, что в очаге может быть ещё один потайной вход. Нам нужно было выбираться из комнаты, а пройти через Колетт с оружием не представлялось возможным. Женщина прекрасно спланировала нашу гибель. Мы не могли её перехитрить. И хотя Вин определённо мог одолеть её, помещение было достаточно маленьким, чтобы существовала реальная опасность, что случайный выстрел заденет меня или его брата. К тому же Вин не был знаком с грубой силой. Его жизнь до сих пор была слишком мягкой. Если нам удастся пережить это, я собиралась заставить его научиться постоять за себя в рукопашной схватке. Для миллиардера это был бесполезный навык, но такой раздражающий человек, как Вин Холлидей, должен им обладать.

Без предупреждения Арчи схватил мать сзади, его тонкие руки сжали её, чтобы дотянуться до пистолета.

– Огонь. Горячий. Жгучий. Уиллоу спит. Почему она не просыпается? Где Уинни? – Вопросы были беспорядочными, а его безжизненные глаза вдруг засветились местью. – Она хотела уйти. Ты не позволила ей!

– Отпусти меня! Будь хорошим мальчиком, Арчи. – Женщина бешено размахивала пистолетом, пока эти двое боролись.

Пока они отвлеклись, я схватила Вина за руку и потянула изо всех своих ограниченных сил.

– Открой этот проход! Быстрее! – Я указала на баллон с кислородом. – Если он открыт, а пушка выстрелит, мы все умрём.

Вин сообразил гораздо быстрее, чем я. Опустился и помог мне поднять тяжёлый мраморный очаг. Он легко открылся, что свидетельствовало о частом использовании. Колетт кричала, как банши, и требовала, чтобы младший сын отпустил её. Арчи не мог вести длительную борьбу. Поэтому ему пришлось обездвижить меня теми же препаратами, которые использовала его мать, чтобы сделать его послушным. Неудивительно, что Арчи бродил по дому своего детства в темноте. Он не был призраком. Он искал его.

– Я убью то, что осталось от твоей семьи, Арчи! Веди себя хорошо! Почему вы, глупые мальчишки, всегда нарушаете мои планы? Без меня эта семья была бы никем.

Как только показалась щель в полу, Вин пропихнул моё неповоротливое тело в тёмное отверстие. Я потянулась к его руке, пытаясь утянуть его за собой. Его суровые глаза смотрели на меня с сожалением, а линия его рта была сурово сжата.

– Я не могу снова оставить брата. Иди в безопасное место и жди меня, – Вин сжал мою руку и попытался выпрямиться, но я продолжала крепко держать его.

– Сейчас не время строить из себя героя. Одно неверное движение, и никто не выберется из этого проклятого дома.

Он поцеловал мои пальцы и отцепил их от своей руки.

– Я пропустил все остальные моменты, когда должен был быть героем, Ченнинг. И не могу снова подвести своего младшего брата.

Я заспорила, когда он начал закрывать потайной вход, но Вин проигнорировал мои мольбы и пробормотал:

– Может, и к лучшему, чтобы фамилия Холлидей исчезла навсегда. Уинни всегда была больше похожа на Харви.

Мне хотелось закричать и выбраться из безопасности подземной лестницы, но наркотик, всё ещё текущий по моим венам, тормозил мои действия. Я попыталась подползти к нему. Это не помогло. Вин, казалось, был полон решимости отгородить меня от бойни, разворачивающейся в нескольких футах от него.

Внезапно к этому присоединился новый голос. Я не была достаточно знакома с помощником Вина, чтобы узнать его по одному лишь звуку. Только когда Вин назвал имя Конрада и велел ему опустить ещё один пистолет, я поняла, что ситуация приняла худший оборот. Я попыталась доползти до верха лестницы, но это получалось медленно.

– Конрад, эта комната заполнена горючим газом. Если кто-нибудь выстрелит, мы все умрём. – Я услышала, как он выдохнул длинный, медленный вздох. – Если мы с матерью и заслуживаем такого конца, то мой брат – нет. У него украли половину жизни. Он нездоров. Тебе нужно отпустить его.

– Я не обязан ничего делать. У меня есть пистолет, который я забрал у Рокко. Поделом ему за то, что всегда считал себя лучше меня. Клянусь, богатые люди такие некомпетентные. Вы все думаете, что неприкасаемы. На самом деле вы такие чертовски хрупкие. Как только что-то идёт не так, вы готовы сжечь весь мир дотла, вместо того чтобы придумать компромиссное решение. Хватит с меня этого дерьма.

К тому времени, как мне удалось заглянуть в проём, обстановка в комнате резко изменилась. Мать Вина теперь направляла пистолет на его помощника, крича, что он помешал её плану. Если бы на месте происшествия нашлись лишние пули, то было бы сложнее списать всё на убийство-самоубийство. Вин спрятал младшего брата за спину. Оружие по-прежнему было направлено в центр груди Вина, но угрожающий изменился.

Несмотря на то, что я была возмущена похищением, я протянула руку и ухватилась за низ спортивных штанов Арчи. И тянула до тех пор, пока он не отреагировал. К счастью, парень был знаком с потайными ходами, поэтому заставить его спуститься в безопасное место под ядовитым особняком оказалось проще, чем любая другая часть спасательной операции.

Колетт спорила с человеком, которого наняла, чтобы шпионить большую часть жизни Вина. Они кричали о том, кто ответственен за все великие достижения Холлидеев, забывая о том, что Холлидей, который на самом деле выполнял работу, находился прямо на линии огня. Как только Арчи полностью скрылся из виду. Я шёпотом крикнула, что пора отступать, но Вин отказался меня слушать.

– Разве не ты только что сказал мне, что никогда не станешь генеральным директором, Конрад? Разве ты не планировал занять моё место с тех пор, как моя мать впервые обратилась к тебе? – Вин покачал головой, но в конце концов отступил назад, ближе к проёму. Он был слишком далеко, чтобы я схватила его, не раскрыв себя. Я сделала мысленную пометку хорошенько отчитать его за излишний героизм. Я понимала, что он сожалеет о том, как прожил свою жизнь до сих пор, но поймать пулю – не лучший способ искупить вину.

– Тебе никогда не следовало возглавлять «Холлидей инкорпорейтед». Ты считаешь это бременем, относишься к компании как к скучному и ненужному делу, в то время как она спасательный круг для многих. Это не твоя мечта, она для тебя ничего не стоит. Ты стремился стать музыкантом и уже много лет плачешь о том, что мать заставляет тебя бросить скрипку. Ты жалок, Вин. Ты никогда не ценил ничего из того, что имеешь. Колетт должна была прикончить тебя, а не твоего отца. Он хотя бы играл свою роль без жалоб.

Я ахнула, никак не ожидая узнать, что за многочисленными убийствами стоит Колетт, когда отправилась на поиски приключений в этот проклятый дом. Брак с Вином открыл мне правду, о которой я даже не подозревала.

Леди Холлидей была убийцей.

– Хватит! – рявкнула Колетт и направила пистолет на сына.

Вин стоял неподвижно, вне пределов досягаемости.

В отчаянии я посмотрела на младшего Холлидея.

– Ты хочешь, чтобы твой брат умер?

Во впалых глазах, казалось, мелькнуло какое-то осознание.

– Твоя мать убьёт его. Так же, как убила твою жену и твоего отца. А когда покончит с Вином, то придёт за твоей дочерью.

Я не знала, понял ли Арчи хоть одно моё слово, но он склонил голову и внимательно наблюдал за мной. Вместо того чтобы выглядеть устрашающе, он выглядел потерянным и одиноким.

– Он бы спас тебя, Арчи. Если бы знал, что с тобой происходит, он был бы рядом. Твоя мать держала это в секрете. Сейчас Вин готов умереть за тебя, чтобы компенсировать всё, что упустил. Ты хочешь позволить своей матери и дальше отнимать у тебя семью?

– Уиллоу?

– Я не Уиллоу! – закричала я в страшном разочаровании. – Но знаю, что сестра хотела бы, чтобы ты помог мне спасти Вина. Ты понимаешь?

Неизвестно, понял ли Арчи мои слова, но в следующую секунду раздался сильный взрыв, и мир запылал. Меня с силой толкнули вниз по тёмной лестнице, когда Арчи внезапно выскочил из прохода. Я покатилась кувырком по лестнице до самой поляны, которая, судя по звукам, находилась недалеко от моря. Я была слаба, и удар по голове оказался слишком сильным для моего восстанавливающегося тела. Краем глаза я заметила едва заметную тень, но не могла понять, кто это – Арчи, Вин или кто-то с оружием в руках.

Последней мыслью перед тем, как я во второй раз за день потеряла сознание, было то, что я приложила руку к падению Холлидеев.

«Уиллоу бы мной гордилась».