Текст книги "Красный зайчик (ЛП)"

Автор книги: Девин Риверс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

– Для человека, который приехал сюда за острыми ощущениями, ты явно не воспользовался ими в полной мере, – сказал Роджер, разглядывая меня и мое весьма откровенное платье. Моя кожа была чистой и без единой отметины. Теперь было совершенно очевидно, что я могла оказаться в руках кого-то гораздо хуже.

Прежде чем я успела поймать себя на этом, я обнаружила, что слегка откидываюсь назад, подальше от его взгляда. Он был из тех, кого бы я обошла за версту, встретив на улице. Крэйвен почувствовал это и обвил мою талию другой рукой, крепко удерживая меня с небрежно-собственническим жестом. Это также заставило меня придвинуться к нему на коленях еще чуть глубже.

– Каждому свое, Роджер, – мягко сказал Крэйвен. – Она пару раз переходила границы. Но пытать людей можно не только болью. – Я побледнела, а Роджер ухмыльнулся.

– Но тогда ты не увидишь, как они истекают кровью, – сказал он со сверкнувшими глазами. У женщины у его ног вырвался тихий, едва слышный всхлип. Он схватил ее за волосы и резко дернул голову назад, заставив ее опрокинуться спиной на диван, на котором он сидел. Он достал из кармана выкидной нож. Я, должно быть, вздрогнула, потому что Крэйвен усилил хватку.

– Не надо, – тихо сказал он, чтобы слышала только я.

Роджер взял лезвие и медленно провел плоской стороной вниз по щеке женщины. Затем он наклонился и слизал слезы с ее лица. Мой желудок скрутило; меня сейчас стошнит.

– Так они тоже становятся мокрыми для тебя, – сказал Роджер, и его взгляд метнулся к Крэйвену. Остальные мужчины наблюдали с напряженным вниманием. – Думаю, все дело в страхе.

Он повернул лезвие к ее коже и медленно провел вниз по шее, оставив тонкую линию крови, прежде чем оттолкнуть ее вперед. Женщина тряслась, крепко вцепившись кулаками в платье, и тихо всхлипывала.

– От боли они напрягаются, если вы понимаете, о чем я, – небрежно добавил он. Я почувствовала, как скрутило желудок, и Крэйвен протянул мне свой напиток. Я не могла даже думать об алкоголе, но дрожащими руками взяла стакан и сделала глоток.

– Изобретательно, – мрачно заметил Крэйвен. Я чувствовала его отвращение, и меня окатило волной облегчения. Он снова начал выписывать круги по моему бедру, и я немного успокоилась, отчасти уверенная, что он не достанет нож позже.

– Это как трахать ее во время месячных, только лучше, – сказал Роджер.

Остальные мужчины смотрели на него с разной степенью восхищения и отвращения. Джонсон застонал, и я обернулась, чтобы увидеть, как он вытащил мокрые пальцы из-под платья женщины и обсосал их.

– Я должен взять тебя, – сказал он ей.

Джонсон сдвинул ее, чтобы расстегнуть штаны, и я с недоверием наблюдала, как он достал свой член прямо на глазах у всех. Он снова притянул ее к своей груди, раздвинул ей ноги по обе стороны от себя, а затем усадил ее бедра на себя. Его глаза закрылись, когда он скользнул внутрь, а глаза женщины остекленели, когда она, казалось, мысленно покинула это место. Ее платье задралось, демонстрируя всем ее киску, насаженную на член этого мужчины. Он так и сидел, взял свой стакан и сделал глоток, словно просто выбрался на обычный вечер коктейлей.

– Спасибо за отличный вид, Джонсон, – сказал Грег, потирая себя через штаны.

– В этом ведь часть веселья, да? Возможность трахать их где угодно. – Он двинул бедрами, несколько раз войдя и выйдя из нее, а затем снова замер внутри. – Иногда просто приятно, когда твой член зарыт поглубже, знаете ли?

Пальцы Крэйвена поползли вверх по моему бедру, медленно выписывая круги все ближе к моей киске. Один из них задел меня, и я вздрогнула.

– Раздвинь ножки для меня, дорогая, – пробормотал он.

Я замешкалась, и он вонзил ногти в мое бедро и больно ущипнул. Я вскрикнула, и все посмотрели в нашу сторону. Я чуть-чуть раздвинула ноги.

– За такими тихо бунтующими и нужен глаз да глаз, – сказал Грег.

– Но их веселее всего ломать, – сказал Крэйвен, все еще сверля меня взглядом.

Крэйвен убрал руку, чтобы взять свой стакан. Он еще не прикоснулся ко мне, поэтому я попыталась сдвинуть ноги, но он покачал головой, и я остановилась. Он сделал глоток и снова протянул стакан мне.

Грег расстегнул штаны и дернул за поводок. – Соси, – скомандовал он.

– Да, сэр, – кротко ответила она. Она не колебалась и, опустившись на колени между его ног, взяла его в рот.

Пальцы Крэйвена снова скользнули по моему бедру, и один из них задел мою киску. Мы встретились взглядами, и его брови поползли вверх, когда он почувствовал, насколько я мокрая. Я почувствовала, как лицо заливает румянец. Его пальцы нашли мой клитор, и я схватила его за руку – автоматическая реакция в попытке остановить его. Без предупреждения он ударил меня тыльной стороной ладони по лицу. Я была в таком шоке, что соскользнула с его коленей на пол. Остальные мужчины рассмеялись, в их глазах читалось одобрение.

– Вот почему я дрессирую их в первый же день, – сказал Грег напряженным голосом, пока женщина громко сосала его член. Крэйвен схватил меня за руку и втянул обратно к себе на колени.

– Только попробуй еще раз оказать мне здесь сопротивление, – прорычал он мне на ухо и снова раздвинул мои ноги.

Мое лицо горело как от пощечины, так и от смущения, и я дрожала от гнева. Я снова напряженно примостилась на его коленях, слегка раздвинув ноги так, как он их поставил. Я пыталась дышать ровно, но злые слезы жгли глаза, и я понимала, что вот-вот снова заплачу. Он допил остатки своего напитка, и его рука снова скользнула вверх по моему бедру. Его пальцы проникли между моих ног, растирая там влагу, прежде чем снова найти мой клитор, и я дернулась на его коленях. Его вторая рука на моей талии притянула меня ближе к нему, и его эрекция уперлась мне в бедро. Джонсон снова начал входить и выходить из женщины на своих коленях и повернулся к Роджеру.

– Эй, Роджер. – Он толкнулся еще раз, а затем замер. – Что у тебя за фишка с кровью? Мне всегда был интересен этот кинк.

– Я наслаждаюсь всеми аспектами искусства. Крики, боль... то, как тело реагирует на боль... Если хочешь, могу показать, – сказал он, и в его глазах блеснул злой огонек. Джонсон, казалось, обдумывал это мгновение, а затем кивнул.

– Подойди и порежь ее, я хочу это почувствовать.

Глаза Роджера потемнели, и он кивнул.

– Только поосторожнее с яйцами, ладно? – со смехом добавил Джонсон.

Роджер усмехнулся и опустился перед ними на колени. Я услышала щелчок выкидного ножа, и женщина у Джонсона на коленях начала вырываться и сопротивляться.

– Нет, нет, пожалуйста... – тяжело дыша, произнесла она.

Она попыталась сдвинуть ноги, но Джонсон заблокировал их по обе стороны от себя. Она не могла пошевелиться. Роджер задрал ее платье чуть выше и приставил лезвие к нижней части ее живота. Рука Крэйвена замерла, пальцы с силой впились мне в пах.

Следующие несколько минут были варварскими. Женщина завизжала, привлекая внимание всего зала, а Джонсон резко вдохнул, когда ее тело свело судорогой от страха и боли от того, что с ней делал Роджер.

– Да, вот так, – проворковал Роджер.

От его тона меня едва не вырвало.

– Боже, как же хорошо, когда она так напрягается, – застонал Джонсон. Казалось, ее крики вкупе с метаниями только подпитывали возбуждение Джонсона, и к тому времени, когда он кончил, все было залито кровью, а по моему лицу текли слезы от ужаса, который я только что увидела.

Крики женщины врезались мне в душу, разрывая меня на части, и когда Роджер наконец встал и вернулся на свое место, я дрожала на коленях Крэйвена, мертвой хваткой вцепившись в подлокотник кресла. Пальцы Крэйвена больно впивались мне в ногу, и я чувствовала его гнев через его прикосновение, хотя внешне он был собран и спокоен. Очевидно, увиденное потрясло его так же, как и меня.

Джонсон застонал и отодвинул в сторону обмякшую, едва находящуюся в сознании женщину, когда подошли двое официантов и протянули ему полотенце, чтобы он мог вытереться. Мгновение спустя охранник утащил его женщину прочь.

– Кажется, я нашел новый кинк, парни! – воскликнул Джонсон, опрокидывая стакан окровавленной рукой. Мужчины рассмеялись, а Роджер посмотрел на меня своим темным, зловещим взглядом.

– Не хочешь попробовать? – спросил он Крэйвена. – Эта выглядит так, будто умеет кричать.

Я замерла, и из горла вырвался сдавленный звук. Я не могла дышать. Крэйвен сжал руку на моем бедре, и я едва не расплакалась от облегчения, когда увидела, как он качает головой.

– Я предпочитаю другие крики, – сказал Крэйвен едва ли цивилизованным тоном. Он покрутил стакан в руках, пока они с Роджером сверлили друг друга взглядами, затем залпом допил остатки и перевел внимание обратно на меня. Его пальцы скользнули между моих ног и нашли клитор. Он начал медленно массировать его круговыми движениями, и мне стоило огромных усилий не шевелиться и не отталкивать его руку. После того, что я только что увидела, мне не хотелось, чтобы ко мне кто-то прикасался. Когда его пальцы проникли в меня, во мне вспыхнул гнев – я хотела убить их всех. Другая рука Крэйвена предупреждающе сжалась на моем бедре, почувствовав мой гнев, и я мельком встретилась с ним взглядом. Огонь в его глазах был тлеющей бурей, таящей в себе угрозу, которую было невозможно не заметить.

За это время Грег успел кончить от минета своей женщины, и теперь она снова сидела у его ног, выглядя потрясенной от того, что ей пришлось стать свидетельницей только что произошедшего. Мне все еще было трудно дышать. Грудь сдавило от паники, мне нужно было уйти от них подальше. Хотя бы на мгновение.

– Мне нужно в уборную, – прошептала я.

Крэйвен посмотрел на меня; должно быть, я была такой же белой, как и чувствовала себя, потому что он кивнул и махнул рукой в сторону двери в глубине зала. Я поспешила в туалет и зашла в одну из кабинок. Дверей там не было, но я склонилась над унитазом, и меня рвало до тех пор, пока не начались сухие спазмы. Я сползла на кафельный пол и рыдала, задыхаясь. Я не могла перестать дрожать. Зеркал здесь не было, и я была этому рада, потому что не хотела видеть, как я выгляжу. Я чувствовала себя призраком. Мне будут сниться кошмары о том, что случилось с женщиной Джонсона. В конце концов я поднялась, чувствуя слабость и липкий пот. Умывшись у раковины, я сделала глубокий вдох и вернулась к Крэйвену. К тому времени, как я подошла к нему, я уже оцепенела от шока. Он протянул руку, снова притянул меня к себе на колени и раздвинул мне ноги.

– Так и будешь сидеть там и трахать свою сучку пальцами, как будто мы в старшей школе, Крэйвен? – с усмешкой спросил Грег.

– Ты просто хочешь снова увидеть ее киску, – парировал Крэйвен.

– Абсолютно. Выглядит так, словно она невероятная на вкус.

– Так и есть. И сколько ты готов за это дать? – Я замерла. Глаза Грега загорелись, и он посмотрел на меня.

– Пятьсот тысяч за то, чтобы попробовать ее, – сказал он.

– Шестьсот, и у тебя будет пять минут. Я даже сделаю ее мокрой для тебя.

– По рукам.

Сердце ушло в пятки, и я ахнула в знак протеста, когда Крэйвен придвинул меня глубже к себе на колени и раздвинул мои ноги. Платье задралось до самого верха, выставляя меня напоказ перед всем залом. Я напряглась, и он прорычал мне на ухо, пока моя голова покоилась на его плече:

– Без фокусов, или я накажу тебя позже, – выдохнул он.

Я перестала сопротивляться. Его руки скользнули вверх по обеим моим ногам, раскрывая мою киску перед залом. Я закрыла глаза, не желая видеть реакцию мужчин. Я почувствовала, как пальцы Крэйвена скользнули внутрь меня, а затем размазали мою влагу по клитору.

– Иисусе, она уже довольно мокрая, – услышала я голос Грега.

– Просто подожди, – выдохнул Крэйвен.

Я чувствовала его твердый член, упирающийся мне в спину. Его пальцы играли с моим клитором, пока я не смогла сдержать стон, и мои ноги не дернулись. Я попыталась свести их, но одна из его рук скользнула вверх и схватила меня за шею. Он сжал пальцы.

– Что я сказал? – прошептал он.

Он медленно ласкал меня пальцами, пока я не стала настолько мокрой, что почувствовала, как капаю ему на колени. Я дрожала под его руками, мое дыхание было рваным. Он остановился, и я тихо простонала в знак протеста. Он усмехнулся.

– Прямо сейчас ты не кончишь. Не на глазах у всех этих людей. Они за это не платили, – сказал он мне на ухо, обращаясь только ко мне.

– Ладно, Грег, – сказал он спустя мгновение. – Пять минут. Никаких порезов и порчи моей собственности.

Я увидела, как появился Грег и опустился на колени между моих ног. Его руки заскользили вверх по моим бедрам, и я напряглась. Руки Крэйвена удерживали мои бедра раздвинутыми по обе стороны от Грега, широко раскрывая меня и фиксируя на месте. Грег застонал, и я почувствовала на себе его дыхание.

– Ты везучий, богатый ублюдок, – сказал он Крэйвену.

А затем его язык коснулся меня, и я резко вдохнула. Он был куда менее умелым, чем Крэйвен. Но он делал это для себя, а не для меня. Его пальцы проникли в меня, грубо исследуя, и я поморщилась. Дыхание Крэйвена на моей шее заставило меня вздрогнуть, и я знала, что он внимательно следит за Грегом. Пальцы Грега толкнулись глубоко, из моих губ вырвался тихий звук боли, и я дернулась в руках Крэйвена. Я гневно посмотрела на Грега сверху вниз. Ему это понравилось, но когда он поднял глаза, я увидела, как он бросил взгляд на Крэйвена и, видимо, увидел там что-то зловещее, потому что грубость прекратилась. Наконец он отстранился с одурманенным выражением лица, а затем вернулся на свое место, облизывая пальцы.

– Теперь я понимаю, почему ты отвалил такие деньжищи, – сказал Грег.

Я обмякла в руках Крэйвена с облегчением от того, что все закончилось, хотя мне не понравилось, как на меня смотрел Роджер. Он выглядел голодным, и я знала, что не до моей киски. Он жаждал крови. Когда я неуверенно попыталась свести ноги, Крэйвен позволил мне сдвинуть их над его коленями, и мы оба выпрямились в кресле.

– Джентльмены! – у бара появился Купер. – Сегодня лес будет открыт для редкого ночного мероприятия, если кто-то хочет принять участие. Красная комната тоже будет открыта для тех, кто предпочитает групповые игры, может, поделитесь немного своей добычей? А ужин подадут в столовой через десять минут.

Он исчез, и мужчины начали расходиться туда, где проходил ужин. Охранники медленно собрали женщин и вывели их из коктейль-бара. Крэйвен встал, и я соскользнула с его колен.

– До скорого, – сказал он и подмигнул мне, прежде чем вразвалочку удалиться вместе с остальными мужчинами. Я не знала, что это значит, но не успела спросить, как увидела направляющегося ко мне Сэла.

– А вот и мой маленький зайчик, – сказал Сэл, хватая меня за руку. Я отшатнулась от него, посмотрев туда, где скрылся Крэйвен, но мужчин уже не было.

– Он здесь не для того, чтобы спасать тебя, – насмешливо бросил Сэл. Подошел Тэнк, и вместе они вывели меня из коктейль-бара. Я знала, что он прав. Никто не собирался спасать меня здесь. Я была сама по себе и понятия не имела, как сбежать.

15

КЭЙЛИН

Я возвращалась в лес. Крэйвен явно хотел снова за мной поохотиться. Сэл стянул с меня платье, и я осталась стоять в темноте, дрожа от холода. Затем подошел Тэнк и нажал кнопку на моем ошейнике, отчего я засветилась, как рождественская елка – ошейник вспыхнул золотым светом. С этой штукой, кричащей о моем местоположении в темноте, спрятаться будет невозможно.

– Кажется, это нечестно, – проворчала я.

– Ничто из этого и не должно быть честным, – рассмеялся Тэнк.

Сэл открыл дверь и, шлепнув меня по заднице, вытолкнул в лес.

– Беги быстрее, маленький зайчик, – насмешливо бросил он, прежде чем дверь захлопнулась. Я была просто рада, что в этот раз они меня не тронули. Оглядевшись, я пошла между деревьями в поисках укрытия. Купер подошел к созданию этого леса стратегически. Здесь было не так уж много мест, где можно было бы надежно спрятаться, и через несколько минут я окончательно и бесповоротно замерзла. Прошло, наверное, около часа, прежде чем я кого-то увидела или услышала, и когда это случилось, я замерла, осторожно оглядываясь. Поблизости послышалось хлюпанье носом, и, посмотрев по сторонам, я заметила мягкое свечение сквозь кусты. Я подошла ближе и присела на корточки. Это была женщина Джонсона.

– Ты в порядке?

– Как... как ты вообще можешь такое спрашивать? – прошипела она.

Ее речь была едва связной. Она дрожала еще сильнее, чем я.

– Мне так жаль, – прошептала я, чувствуя слезы на глазах. – Хотела бы я хоть чем-то помочь.

– Ты ничего не можешь сделать. Никто из нас ничего не может сделать.

– Как долго ты здесь?

– Три месяца, – ответила она.

– Здесь всегда так?

– Иногда попадаются нормальные. Как тебе... но это редкость.

Мое сердце упало.

– Тебе лучше уйти. Он придет...

Я услышала шорох в кустах и не стала задерживаться, чтобы узнать, кто это. Женщина была права: никто из нас ничего не мог сделать.

Через пару минут я сбавила шаг, чтобы отдышаться, но кто-то схватил меня и дернул назад. Сначала я подумала, что это Крэйвен, но потом чья-то рука обвилась вокруг моей головы, закрыв мне рот, и я почувствовала холодный укус стали на шее.

– Мне было грустно, когда Крэйвен сказал, что мне нельзя с тобой поиграть, – мягко произнес Роджер мне на ухо.

Меня охватил ужас, и я попыталась вырваться, но он лишь глубже вдавил лезвие мне в шею, и я почувствовала жжение от пореза.

– У тебя красивая кожа, – сказал он мне на ухо.

Я чувствовала, как его член упирается в меня через штаны, пока он вел лезвием вниз по моей шее, и кончик ножа заиграл с моим соском. Я старалась не шевелиться, но грудь вздымалась в попытках выровнять дыхание. Он провел плоской стороной ножа по изгибу моей груди, а затем, резко повернув его, глубоко вонзил нож мне в кожу. Я закричала ему в руку, боль пронзила тело, а по животу потекла кровь. Он со стоном втянул воздух, словно вдыхая мои страдания.

Нож скользнул вниз по животу, и его плоская сторона подразнила мою киску. Я зарыдала ему в ладонь и задрожала, когда что-то надавило на меня, и я поняла, что он проталкивает рукоятку ножа внутрь меня. Он не был нежным.

Он вытащил ее и поднес к губам.

– Боже, какая ты вкусная, – выдохнул он.

Он выбил у меня почву из-под ног, и я упала на колени. Он наклонился и вонзил пальцы в порез, который только что сделал на моей груди. Я дернулась от боли и снова закричала ему в ладонь, пытаясь вырваться из его хватки. Он поднес окровавленные пальцы к губам и со стоном слизал кровь. Меня трясло, паника сбила дыхание. Я царапала его руку на своем рту, но он уклонялся от моих хаотичных движений.

– Жаль, что я не сделал на тебя ставку. Я бы так много хотел с тобой сделать. – Я гневно дернулась в протесте, тяжело дыша ему в ладонь.

Он лишь усмехнулся моим попыткам вырваться и легко провел кончиком ножа вниз по моей шее, дразня, пока не добрался до плеча, а затем снова вонзил его мне в кожу. Я слышала, как мои крики умирают в его ладони, и пыталась отстраниться, дрожа от боли и не в силах сделать полный вдох. Мое тяжелое дыхание и всхлипывания были единственными звуками, когда я почувствовала, что он замер у меня за спиной, словно что-то услышал.

– Поиграем позже, любовь моя, – сказал он и поцеловал меня в шею, прежде чем убрать руки и исчезнуть. Я обессиленно рухнула у дерева, дрожа и плача.

Я услышала чьи-то шаги и напряглась от страха, но через мгновение увидела, как из-за деревьев появился Крэйвен. Когда он увидел меня и состояние, в котором я находилась, гнев на его лице был настолько пугающим, что я вжалась спиной в ствол, когда он надвинулся на меня. Он опустился передо мной на колени, схватил за лицо и грубо притянул к себе.

– Кто тебя трогал? – потребовал он. – Это был Роджер?

– Д-да, – выдохнула я.

Он оскалил зубы, прежде чем отпустить меня и исчезнуть среди деревьев. Вскоре после этого появились двое незнакомых мне охранников и подняли меня на ноги. Я была рада, что это не Сэл и Тэнк. Не думаю, что я бы с ними справилась. Охранники вывели меня из леса и отвели прямиком в номер Крэйвена. Когда они закрыли дверь, я осталась одна и расплакалась так сильно, что сползла на пол. Я была грязной, в крови, и не могла сделать полный вдох без ощущения, что грудь сейчас разорвется. Я смутно осознавала, что у меня паническая атака, но никак не могла вспомнить, как с ней справиться.

Спустя несколько минут я наконец-то начала брать дыхание под контроль, когда дверь с грохотом распахнулась, снова ввергнув меня в панику. Крэйвен разъяренно ворвался в комнату, и я попятилась назад, когда он направился ко мне. Он был похож на самого дьявола с его растрепанными волосами и брызгами крови на рубашке и лице. В его глазах читалось какое-то безумие и хаос.

Он продолжал наступать, и я с силой впечаталась спиной в стену: отступать было некуда. Я поспешно поднялась на ноги, дрожа. Он остановился передо мной, я заскулила и сжалась, когда он поднял руку, но он лишь взял меня за подбородок и повернул мое лицо к себе. Его взгляд окинул порезы, оставленные Роджером на моей груди и плече, и ярость буквально захлестнула его. Он тяжело дышал, и я слышала, как он пытается взять себя в руки.

– Он больше к тебе не притронется, – произнес он убийственным голосом, и мускул на его челюсти дернулся, когда он встретился с моим широко распахнутым, паническим взглядом. Я чувствовала себя раненым животным, загнанным в угол чуть менее безумным хищником.

– Откуда... откуда ты знаешь? – пролепетала я; дыхание перехватило.

– Я преподал ему урок о том, что бывает, когда трогают мою собственность, – прорычал он.

Мой взгляд метнулся к крови на его рубашке и обратно к его лицу. Он отпустил мой подбородок и резко развернулся, чтобы направиться в ванную, на ходу стягивая рубашку. – А если он окажется настолько тупым, чтобы снова к тебе прикоснуться, я его убью, – бросил он через плечо.

Я обмякла у стены, лишившись сил после того, как напор его гнева исчез. Я услышала шум воды в душе, а затем он вернулся, без рубашки, и решительно направился ко мне. Я снова вжалась в стену, но он схватил меня за руку и потянул в ванную. Он осторожно подтолкнул меня под душ, затем снял остатки одежды и зашел следом.

Я стояла в стороне, дрожа и обхватив себя руками, пока он смывал кровь с лица под струями воды. Казалось, это действие его немного успокоило, и когда он повернулся ко мне, его глаза растеряли часть ярости, но не стали менее пронзительными. Он затащил меня под воду, и я зашипела, когда брызги попали на порезы, обжигая кожу, пока смывалась кровь. Он взял мочалку и начал осторожно их промакивать. Я дернулась и выругалась, пытаясь оттолкнуть его руку и злобно глядя на него. Боль заставила мой гнев вспыхнуть с новой силой.

– Больно, – процедила я.

– Будет еще больнее, если занесешь инфекцию, – раздраженно ответил он.

Я попыталась выхватить мочалку. – Отдай мне.

– Ладно, делай сама, – огрызнулся он.

Я нахмурилась и начала осторожно промакивать порез на груди. Мои руки дрожали, но мне удалось смыть кровь с тела, а затем я попыталась извернуться, чтобы увидеть рану на плече. Невозможность рассмотреть ее приводила меня в бешенство; я тяжело выдохнула ругательство, закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы не взорваться. Я чувствовала, что Крэйвен наблюдает за мной, и от этого злилась еще больше. Злая слеза скатилась по лицу, и я была рада, что мы стоим под водой, и он этого не заметит. Я рискнула взглянуть на Крэйвена, и увидела, что он хмуро смотрит на меня. Не говоря ни слова, он протянул руку за мочалкой, и я угрюмо вложила ее ему в ладонь, поворачиваясь к нему плечом.

– Упрямая женщина, – пробормотал Крэйвен.

Он осторожно промыл порез, пока я сверлила взглядом стену. Когда он закончил, я потянулась за шампунем, но он выхватил его у меня из рук.

– Попробуй сделать это со своим плечом. Посмотрим, далеко ли ты уедешь, – раздраженно сказал он.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он развернул меня к себе спиной и начал намыливать мне голову. Мои эмоции были в полном беспорядке. Они метались от сильнейшего гнева к боли, а затем к мыслям о том, насколько абсурдной была моя нынешняя ситуация. Крэйвен, человек, который напал на меня, сейчас мыл мне волосы. Я с неохотой почувствовала, как расслабляюсь, пока его пальцы массировали мою голову, хотя и знала, что за эту доброту позже придется заплатить. Я знала, что он делал это не по доброте душевной.

И действительно, как только вся пена была смыта с моих волос, он сильнее сжал мои волосы и решительно направил меня к кафельной стене. Он раздвинул мне ноги коленом, и его член прижался ко мне. Без единого слова он впечатал мое лицо в холодный кафель и скользнул внутрь.

Он сделал несколько медленных толчков, а затем вошел в меня глубоко, одновременно подняв свободную руку и с силой вдавив два пальца в порез на моей груди. Я напряглась от боли, чего он и добивался, потому что все мое тело сжалось вокруг него. Из моих губ вырвался вздох, и гнев снова вскипел во мне.

Как он смеет возмущаться тем, что сделал Роджер, а теперь наживаться на этом?

Он не то чтобы застонал, но я услышала, как у него перехватило дыхание, и попыталась отстраниться от его руки. Он крепче прижал мое лицо к кафелю и жестче вонзился в меня, вбивая меня в стену. Я снова задергалась, уперев руки в кафель возле лица. Он зарычал на мои протесты, и его зубы вонзились в порез на моем плече. Я злобно выругалась и дернулась в его руках, но он начал трахать меня еще жестче, прижимая к стене. Его губы скользнули к моему уху.

– Что я говорил о сопротивлении? – тяжело дыша, произнес он, прихватив зубами мое ухо.

Я закипала от ярости под ним. – Мудак, – прорычала я.

Он снова вдавил пальцы в порез на моей груди, но я заставила каждую клеточку своего тела замолчать. Я не напряглась, не вырывалась, я не дала ему никакой реакции.

Он сделал это снова, и я опять заставила себя не реагировать. Боль кричала внутри меня, но гнев был сильнее; я сжала руки в кулаки и зарычала на него, роняя злые слезы. Он сделал еще пару толчков, затем его рука покинула мою грудь и опустилась на плечо. Я вскрикнула, но лишь сильнее стиснула зубы, когда боль захлестнула меня изнутри; только благодаря чистой силе воли и ярости я позволила ей выйти наружу единственной реакцией – очередным ругательством в его адрес.

– Пошел. Ты. – выдохнула я.

Он замер внутри меня, прижавшись телом к моему, а затем, к моему удивлению, тихо рассмеялся. Он нежно убрал волосы с моей шеи и поцеловал меня рядом с порезом на плече.

– Упрямая женщина, – снова произнес он, прижавшись губами к моей коже, и я почувствовала его улыбку. Я была в полном замешательстве: казалось, он надеялся, что я смогу противостоять боли. Он потянулся, взял мои кулаки и прижал их к кафелю выше моей головы. – Не убирай руки.

Он схватил меня за бедра и снова скользнул внутрь, трахая меня до тех пор, пока не содрогнулся, с перехваченным дыханием изливаясь в меня. Он вышел из меня, и я резко развернулась, замахнувшись, чтобы влепить ему пощечину. Я была так зла, что мне просто хотелось ударить хоть что-нибудь... кого-нибудь. Он перехватил мое запястье до того, как я успела нанести удар, и его глаза сузились.

– Мне казалось, ты говорил, что я могу бить тебя столько, сколько захочу, – прорычала я, глубоко дыша в попытке успокоиться. В его глазах промелькнуло что-то близкое к веселью, но тут же исчезло, а губы искривились в смертоносной ухмылке.

– Если хочешь, чтобы все стало жестче, дорогая, тебе нужно только попросить.

Я попыталась вырвать руку, но он усилил хватку, шагнул ко мне и снова впечатал меня в стену, прижав мое запястье над головой. Его вторая рука скользнула между моих ног, мягко массируя клитор круговыми движениями. У меня перехватило дыхание, когда электрическое удовольствие пронзило меня насквозь, и я не смогла сдержать сорвавшийся с губ тихий скулеж.

– Ты мокрая, – констатировал он, и я знала, что он имел в виду не душ или его сперму. Я злобно посмотрела на него и попыталась поднять вторую руку, но он одарил меня таким взглядом, от которого меня обдало холодом страха. Мне следовало помнить, что я играю с огнем, но гнев делал меня безрассудной.

– Если ты меня ударишь, я не дам тебе кончить, – сказал он. Он погрузил два пальца в меня, согнув их под идеальным углом. Моя голова откинулась назад, губы приоткрылись.

– Выбор за тобой, – сказал он, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. В его голосе отчетливо слышалась угроза, а напряжение в его теле не предвещало мне ничего хорошего, если бы я довела дело до конца и ударила его. Я должна была знать, что к этому прилагаются условия. С ним ничего не давалось просто так. Мой гнев снова попытался вырваться наружу, но то, что он делал своими пальцами, быстро заставило меня передумать, и даже сама эта мысль выводила меня из себя. Я должна бороться изо всех сил, чтобы вырваться, но вместо этого я прижата к стене, меня насилуют, а я получаю от этого удовольствие. Меня захлестнула волна стыда, но тут пальцы Крэйвена нашли ту самую точку, и из головы вылетели все мысли до единой.

– Подними вторую руку, – скомандовал он. Мой взгляд метнулся к его глазам: я раздумывала, не бросить ли ему вызов, но сейчас я была тяжело дышащим месивом, и он это знал. Я чувствовала, как он поддразнивает меня, подводя к краю, и внезапно испугалась, что он не даст мне сорваться. Я медленно подняла руку к первой, и он перехватил ее. Боль от раны на плече на мгновение пронзила мое удовольствие, и из моих губ вырвался тихий всхлип.

– Умница, – пробормотал он с усмешкой. Он чуть изменил положение пальцев, и я ахнула, извиваясь под ним и зажмурив глаза. – Должен ли я позволить тебе кончить?

Из моих губ вырвался скулеж, и я открыла глаза. Край стремительно приближался ко мне, но его пальцы начали замедляться, оттаскивая меня назад.

– Пожалуйста... – Я ненавидела себя за то, что умоляла, но хоть я и чувствовала, как горит мое лицо, жар между ног отключил все остатки разума.

– Я не уверен, что ты этого заслуживаешь, Кэйлин, – мрачно поддразнил он, его губы все еще были в миллиметрах от моих. Он чувствовал каждый мой судорожный вздох и слышал каждый звук. Плечо пульсировало, и я попыталась опустить руку, чтобы хоть немного облегчить боль, но его хватка была как железная.

Он тихо рассмеялся. – Плечо болит, дорогая? Из-за этого ты так течешь для меня?

Я попыталась помотать головой, но он снова ускорил движение пальцев, и я прерывисто задышала прямо в его губы.

– Пожалуйста... пожалуйста, Крэйвен, – к этому моменту я почти рыдала. – О боже, – простонала я. Мое тело было переполнено энергией, и я медленно теряла связь с реальностью, пока он поднимал меня все выше.