Текст книги "Магия Уз и Разума (СИ)"

Автор книги: Дара Мелова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц)

– Добрый вечер! – Ко мне подошла девушка, в блестках, в шикарном платье кремового цвета. При таком разноцветном освещении в зале платье потрясающе менялось в оттенках, завораживая всех, кто на неё смотрел. Явно дорогая, дизайнерская работа. Возможно, эльфийская.

И я узнала её – Райнара Ианаи, та, что проводила мое собеседование. Вот так встреча!

– Привет! – откликнулась я, делая новый глоток вина

– Приятно видеть тебя сегодня. Как дела? Как настроение?

Я повернулась к ней, приятно улыбнувшись.

– Всё чудесно, стараюсь, кажется, Като мной доволен. Я так думаю… Не знаю. – Я вытерла губы салфеткой, понимая, что меня уносит в откровенность, которую я вряд ли могу себе позволить с Райнарой.

– О, это же хорошо! Като Лайен требовательный и суровый. Если он отзывается о тебе хорошо, то уже не отпустит, – эльфийка подмигнула. – Я давно хотела пообщаться с тобой ближе, но никак не удавалось. – Райнара посмотрела в пол, сжав свои чувственные губы в линию. Признак недовольства и даже скрытой обиды. – Всё же в Башне не все… любят эльфов.

За этой фразой скрывалось что-то, чего я никак не могла понять.

– И много тех… За что?

– У всех свои причины, Эйрилин. Недовольные будут всегда! – Я отметила, как сильно она сжала свой стакан, что по стенке поползла тонкая трещинка. Эти изящные, хрупкие пальчики могли бы сломать руку любому недоброжелателю. – Я стараюсь не обращать внимания на злые взгляды и разговоры за спиной.

– А я просто маг, – сделав большой глоток, отозвалась я.

Внутри меня смешались сочувствие к её проблеме и лёгкое превосходство, когда ты понимаешь, что подобное к тебе не относится и лишний повод для тревог просто отсутствует!

Райнара усмехнулась и мне не понравилось, что скрывалось за этой улыбкой.

– Так не бывает, – пожурила меня эльфийка. – У людей нет способностей и магии, работать с энергиями. Эта наследственность присуща только эльфийской крови. – Она наклонила голову в задумчивости. Её взгляд бегал по мне, оценивая. – А знаешь, ты похожа на эльфийку! Ты могла не заметить, но твои скулы, форма лица, даже уши – уши совсем чуточку, но заострены. Это незначительные детали, к которым ты могла не присматриваться. Но любой эльф их заметит.

Я приложила ладонь к ушам, подумав о них. Да что за бред?! Кто-то из нас сильно пьян!

А потом она продолжила, будто до нее дошло:

– Подожди, ты, выходит, даже не знаешь… – резко замолчала Райнара, закусила губу. А потом махнула рукой, отворачиваясь. – Это не мое дело!

– Если это возможно, – начала я, неуверенная в том, что говорю, – то это было давно. Дальние связи, несколько поколений…

Я помотала головой. Мне никогда не приходило в голову, что я похожа на эльфийку. А комплименты от мужчин не воспринимались мною всерьёз. Я никогда не связывала факт, что я Эферем, с тем, что во всём виноваты эльфийские гены и это их наследственность делает меня «такой особенной». Я думала, что люди тоже так могут, но это редкость!

– Тебе стоит подумать над этим, возможно, тебе откроется нечто интересное! – Райнара подмигнула и стала удаляться: – Ещё увидимся!

Я помахала в ответ.

Слова девушки плотно засели в моей голове! Внутри меня поселилось тревожное чувство, теребящее одну нехорошую мысль, которую я никак не могла понять в этот момент.

Мне это не понравилось! Схватив ближайший бокал, залпом его осушила, чтоб наверняка больше не думать ни о чем.

– Развлекаешься? – хохотнул Нэлл, зачем-то коснувшись моего оголённого плеча. Внутри меня всё вздрогнуло, а по спине пробежала неприятна волна, словно меня окутал холод. Когда он успел ко мне подобраться?

Я активно закивала, дёрнув плечом, намекая, чтобы он убрал свои пальцы. Внутри себя я не обрадовалась, увидев знакомое лицо.

– Я ухожу, решил попрощаться. Еле нашел тебя. Хороших выходных, – он так внимательно смотрел в мои глаза, будто пытался загипнотизировать. – Буду ждать твоего возвращения на работу! – Он немного улыбнулся, а затем наклонился ближе к моему уху. – Като и я будем скучать по тебе, птичка.

Вряд ли ты будешь скучать, Нелл. Что ещё фамильярный тон и глупые прозвища?

Я кивала, чувствуя себя детской игрушкой, у которой голова на пружинке. Только бы ушёл побыстрее! Мне казалось, меня наизнанку вывернет. Потом Нэлл резко переключился с меня на кого-то еще. Его вниманием завладели другие маги, которые крепко жали друг другу руки, улыбались, радостно вели диалог – похоже прощались и собирались расходиться.

Я выдохнула с облегчением, взяла очередной бокал, собралась уходить с бордовой жидкостью, манящей её пригубить, в сторону танцующих.

Меня кто-то толкнул, совершая дикие кульбиты энергичного танца, едва не снеся столик с алкоголем, а я, уворачиваясь, натолкнулась сама на кого-то спиной. Жидкость в бокале расплескалась прямо на пол. Гадство! Обернулась, подняла глаза вверх:

– Простите! – промямлила я, надеясь, что язык ещё вертится, и застыла, понимая, что поторопилась с выводами об отсутствии проблем.

Я столкнулась с Эйшаром, а он даже не возмутился от моей наглости, что я его бесцеремонно толкнула!

– Привет, – я толком не слышала, что он сказал, но прочитала по губам.

Пока мы пялились друг на друга, на мгновение показалось, что меня затягивает в бездонную пропасть, тянет к нему, будит что-то неистовое, то, что спит глубоко внутри. Чётко очерченные губы изогнулись в понимающей усмешке. Я моргнула, пытаясь перестать так долго смотреть в его серые глаза, но они буквально меня затягивали в омут.

Всё, конец, я набралась!

– Привет, – ответила я спустя мгновения, пока до меня доходила информация. Как раз в этот момент возникла пауза и музыка стихла.

В моем состоянии опьянения сложно держать себя в руках и не засматриваться на противоположный пол. А тут еще и вот эта встреча! Страх немного отрезвил, но потом сознание снова заволокло темным, сладким и таким нужным безразличием к прошлому, к будущему, из глубин повсплывали шальные мысли, и я отметила, какой же Элгрин красивый и сексуальный! Нужно бы оторваться от его глаз, перестать рассматривать этого мужчину! Но так сложно. Пауза между нами затягивалась, становилось неловко.

– Не хочешь потанцевать? – он протянул мне свою руку, приглашая пойти за ним.

По спине пробежал табун мурашек от возникших ощущений в теле. Я судорожно выдохнула. Мой бокал был изъят из рук и поставлен туда же, откуда я его взяла, а меня саму повели на танцпол. Я уже не сопротивлялась. Какой смысл, если чертовски интересно, что всё это значит, если я схожу с ума под тяжестью обезоруживающих мыслей, если мне всё равно, после выпитого, что будет потом?

Заиграло что-то сексуальное и драйвовое. Я засомневалась в своей уверенности, но тело уже само двигалось в такт. Именно в этот момент, все внутри обострилось, я поддалась порыву забыться. Я ощутила его манящий запах, напоминающий мне грозовые летние ночи, а затем в нос ударила сладость мяты и древесно-пряные аккорды ветивера. Что за одеколоном он пользуется?

Его движения, касания и запах заставляли забывать в этот момент, что у меня был принцип, что у нас были негласные условия, которые никому не несли счастья. Все это перестало существовать. Я видела только эту улыбку, которую он подарил мне, взгляд, которым смотрел на меня. Эти шикарные длинные волосы, эти хитрые глаза цвета неба, эти руки в закатанных до локтей рукавах и выступающие вены на бледной коже, рубашка, с расстегнутой верхней пуговицей – всё привлекало, и этот запах не мог не соблазнять: аромат, который расслабляет, заставляет дрожать в обществе его обладателя. Просто нечто, сводящее с ума.

И я отдалась музыке полностью, обнажая свои желания. Каждое движение бедрами, руками; касание разреза на платье, которое неловко оголяло ноги. Кольца волос, накрученные накануне, пружинили в такт. Воздуха становилось меньше. Я закусывала губу, закрывала глаза. Мне даже показалось, я услышала рык над ухом. Когда я снова посмотрела на Элгрина, то отметила, как взгляд его скользнул по моим губам, подбородку, шее и утонул в вырезе платья. Становилось жарко, но так просто сдаваться не собиралась.

И я знала, что буду танцевать и дальше с ним, пока есть силы. Я уже не спрашивала себя, зачем я это делаю. Просто делала, не собираясь отчитываться перед собой в будущем или думать об Эйрилин завтра, которой может стать стыдно. Потому что завтра я уеду домой, и точно не увижусь с Эйшаром, чтобы посмотреть в его серые глаза и вспыхнуть, как спичка, которой чиркнули о коробок.

А потом зазвучала медленная мелодия, дав шанс на передохну́ть и прижаться ближе к партнеру. Эйшар протянул руку, сцепляя наши пальцы, а вторую положил мне на талию, прижимая ближе к себе.

Гулко стучащее в голове эхо сердечного ритма и резкие вздохи приводили в чувство, заставляя концентрироваться на себе, а не на нём.

Почему мы оба делаем то, чего не должны?

Любопытство раздирало, кажется, нас обоих. Эта игра заводила, пробуждала азарт, не давала соскочить ровно до пика, когда невозможно будет продолжать двигаться, невозможно просто смотреть друг на друга.

– Наигралась? – хрипло произнес он на ухо, прижавшись щекой к моей.

Я аж задрожала. Тело – предатель, особенно отдав власть вязкому туману, который пришёл после изрядной порции выпитого.

– Ещё нет, – прошептала я, поднявшись на мысочки, чтобы произнести это ему на ушко. Даже на небольшом каблуке я доставала ему лишь до подбородка, а без него до плеча. А затем, я, опускаясь обратно на пятки, касаясь каблуками пола, решилась на дерзость – провела носом по его шее, глубоко вдыхая запах, а руки сами потянулись обнимать его.

Я старалась игнорировать тот факт, что на нас могут смотреть. Хотя подумаешь, на него наверняка вешается столько девушек!

– Ты потрясающе поёшь, – произнёс он, заставив меня зардеться.

Мелодия заканчивалась, мне пару раз дали возможность покрутиться, но в основном прижимали к себе.

А потом Эйшар замер, и я почти оступилась из-за резкой остановки. Он изменился в лице, переведя взгляд на мою руку, которую держал в своей ладони. Чувство тревоги захватило меня полностью, отрезвляя разум.

– Эйрилин… – прошептал он, ожидая реакции, глядя в мои глаза с тревогой. Только бы он не произнёс слов, которые всё испортят!

Я медленно перевела взгляд на свою левую руку, боясь увидеть проступившую метку через все мои попытки её заблокировать. К сожалению…

– Дерьмо! – С меня схлынула пелена сладкого забвения, разгоняя всё притяжение между нами. И сквозь мутную толщу в разум стали проникать трезвые адекватные мысли. Я в неподходящей для такого случая одежде!

Сердце бешено забилось в страхе. Я вырвалась из объятий, стала толкаться через всех танцующих, пробивая себе дорогу в уединенное место, коим оказался туалет.

Только, пожалуйста, не ходи за мной! Пожалуйста, оставайся там!

Благо туалет с одиночными помещениями. Я заперлась за дверью, прислонившись на минутку лбом к прохладному лакированному темному дереву, из которого эта дверь была сделана. Пыталась успокоиться, угомонить сердцебиение и мысли. Стало жарко, душно! Пришлось взять себя в руки несмотря на желание биться в истерике.

Что я творю?

Шмыгнув носом, повернулась к зеркалу, включила воду, облокотилась на край раковины и глянула в отражение. На меня смотрела всё та же я, если не брать в расчет затравленный взгляд и выпученные глаза, в которых легко считать панический ужас.

Наконец я посмотрела на свою левую руку. Даже с ужасно тусклым жёлтым освещением я видела каждую проступившую белую линию на коже, словно никаких иллюзий и не существовало. Все старания напрасны! Хотелось биться головой о стену! Это никогда не кончится? Как только думаешь, что находишь возможное решение, всё ломается и тебя снова тянет в пучину, где, кажется, нет выхода!

Я потратила изрядное количество времени, создав простую хрупкую иллюзию, но её легко сломать и обнаружить, если кому-то придёт в голову коснуться моей руки. И вот почему метка на таком видном месте?

Раздался стук в дверь, заставивший вздрогнуть и напрячься.

– Ты в порядке? – послышался знакомый баритон, в котором я расслышала тревожные нотки.

Я выключила воду, замерла, глядя в зеркало, прислушиваясь к звукам за дверью. Он переминался с ноги на ногу, но не уходил. Гадство!

– Да, я в норме! – выкрикнула я, шмыгнув носом, понимая, что голос хрипит от напряжения.

Я не спешила открывать дверь и выходить к нему навстречу. Эмоции шли вверх по нарастающей, раздирая меня изнутри.

– Я могу чем-то помочь?

Хотелось засмеяться! Громко, цинично, но смех застрял где-то в горле. Ты, Элгрин, уже помог всем, чем хотел. Ещё пять лет назад помог, как минимум появился в моей судьбе, привязал к себе, а потом послал к чертям. Выкинул из жизни, не успев и узнать моего имени, словно я мелкий котенок, которому место на помойке.

– Нет! – Повисла пауза, я прислушивалась к звукам в надежде, что он перестанет подпирать дверь в туалет и наконец покинет это место. Но Эйшар никуда не спешил, и я начинала злиться. – Ты так и будешь стоять под дверью в женский туалет?

– Да, пока не буду уверен, что с тобой всё хорошо.

Я выдохнула и застонала от его упёртости. Ну как он не понимает, что делает только хуже?

– Со мной всё хорошо. Уходи!

– Когда выйдешь, тогда и уйду.

– Что тебе нужно? – гаркнула я, схватившись за металлическую дугообразную ручку, желая распахнуть дверь так резко, чтобы задеть его любопытный нос. Молчание с той стороны взяло своё, я открыла дверь из темного дерева, выглянув из туалета.

– Я хочу тебе помочь, – заявил Эйшар спокойным голосом, проговаривая каждое слово как можно чётче. Кажется, Элгрин тоже достаточно пьян, чтобы бояться, что язык начнёт заплетаться и подведёт носителя.

Он стоял, прислонившись плечом к стене.

– Надень.

Я опустила взгляд к его протянутой руке, которая из-за маленького расстояния между нами, почти касалась моего живота. Он предлагал мне свой предмет одежды, который был очень кстати! Я опасно прищурилась, недолго смерила протянутую «руку помощи» и, подняв взгляд, стала смотреть и выискивать подвох. Эйшар даже немного растерялся, но всего на секунду, видимо, из-за алкоголя позволил треснуть своей завсегдашней невозмутимости.

– Ты хочешь, чтобы я уехала отсюда в твоём пиджаке? А потом вернула его?

Как на меня будут смотреть? Одно дело танцевать, другое покидать праздник с предметом мужского гардероба на плечах!

А был ли у меня выбор?

Главное – никаких прикосновений к Эйшару! Я аккуратно перехватила его черный стильный пиджак, явно купленный не для работы, а для мероприятия. Ткань на ощупь была плотной и приятной.

– Можешь не возвращать, – холодно отозвался он, натягивая себе привычное безэмоциональное выражение лица. Но я заметила как он помрачнел, словно я задела его своим гонором. Будто я вела себя как неблагодарная дрянь! Я смотрела на него, приоткрыв рот и хмурясь, не веря своим глазам. Так, значит?

Хлопнув дверью перед его носом, я осталась наедине с собой и пиджаком, который всё же надела, затем вытащила длинные волосы из-за ворота, позволив им рассыпаться по плечам.

Теперь его запах окружал меня, заставляя внутри все сжиматься. Я глубоко вздохнула, закрыла глаза и позволила себе эту женскую слабость.

Был ли выбор? Можно было бы отказаться, послать его со своей идеей, порочащей мою репутацию. Жаль, что про неё я вспомнила так поздно! Но если кто-то узнает про рисунок, если иллюзия спадет, если кто-то догадается? Стоит это риска? Выбора действительно не было. Усмирив недовольство, но всё ещё ощущая напряжение, которое чересчур быстро заменило между нами страсть, от которой словно не осталось ни следа, ни искорки, я тихо вышла из туалета, остановившись в шаге от Эйшара.

– Отлично, – всё так же холодно произнёс маг, оглядев меня с ног до головы, убедившись, что я выгляжу достойно и его задумка удалась. Да, этот бесформенный объёмный черный пиджак смотрелся с моим платьем удивительно симпатично. Но, несмотря на маску холодного безразличия, интерес и зажегшийся огонёк в своих глазах Эйшар скрыть не мог, даже если бы постарался. Я ещё сильнее раздула ноздри, впившись в него колким взглядом, который он мастерски игнорировал.

От переживаний, сжав края пиджака в ладонях, я осмотрела одну руку в объёмных рукавах, потом другую. Подумав, что в принципе сойдёт для окончания вечера, на котором я успела натворить достаточно.

Нужно срочно ехать домой!

– Ладно, пойдем, провожу, – произнес он.

Я согласилась, и мы вернулись в зал. Но танцевать отказалась, настроения не было, сил тоже. Хотелось домой и поскорее. Пока я набивала рот виноградинками напоследок, Эйшар с кем-то общался. Я приводила свои чувства в порядок, но те никак не желали находить успокоение.

Я положила ладони на плотную ткань, которой застелили все столики, облокотившись на стол, повесила голову. Я считала удары сердца и прислушивалась к голосу разума. Я корила себя за свои танцы, за выпитый алкоголь, за свою симпатию к Эйшару, которая не давала иногда спать, за то, что дала ему это понять, – потому что ничего не изменится ни сегодня, ни завтра, – за то, что забыла, чем это всё может обернуться!

– Эйрилин. – Я вздрогнула, вынырнув из омута и темноты обратно в реальность, в зал, опустевший наполовину. – Идём, – прозвучало где-то рядом, совершенно будничным тоном.

Я старалась не думать о том, что выдала этой ночью себя с головой и у него есть повод снова допытываться.

Безумие, которому я отдалась, имело свою плату. Не потому ли всё так обернулось, что я обещала себе быть осторожной, а вместо этого наплевала на свои же правила и принципы?

Музыка все отдалялась, затихая, оставаясь позади вместе с весельем. Мы двигались уверенно на выход, чему я несказанно была рада. Кто-то провожал меня любопытным взглядом, пока я шла по коридору на три шага позади Эйшара. Не ясно было, это внимание из-за моего внешнего вида, из-за присутствия мага во главе нашей процессии и меня как спутницы или из-за моего выступления?

Элгрин помог надеть пальто. Мы не смели нарушать горделивого молчания друг перед другом, да и разговоры были абсолютно не нужны.

На улице было очень морозно, выдыхаемый воздух превращался в клубы пара. Я вся сжалась, стоя на крыльце и глядя, как Эйшар где-то скрылся.

Только бы он не собрался подвозить меня! Только не эта глупая идея, как в прошлый раз, когда он решил подловить меня на разговор!

Машина подъехала, а он открыл дверь, чтобы я в неё села. Я сделала несколько стремительных шагов вперёд, надеясь, что Элгрин не задумал поехать со мной! На моем лице было написано, как я раздражена, он не мог этого не понимать.

Прежде чем расстаться, возможно, навсегда – я так лелеяла эту мысль, приправленную стыдом, – решила задать последний на сегодня вопрос:

– Почему ты это делаешь? – с вызовом спросила я, развернувшись на месте. Эйшар держал ладонь на двери машины, вытянув руку. Между нами не было и шага, и я снова вдыхала нотки ветивера и мяты – его парфюма.

– Потому что я должен, – сухо ответил он, не глядя мне в глаза. Я кивнула и села в такси. – Доброй ночи.

Я посмотрела на него через окно, и мы наконец встретились взглядами. Никакой теплоты, ничего, что я видела этой ночью – только холод, о который можно пораниться. Позволив себе последнюю слабость в угоду любопытству, я опустила щиты, чтобы меня наконец окатило его эмоциями. И я не ошиблась в предположениях – Эйшар ощущал негодование, незнакомую боль, тоску и жгучее желание – и всё это из-за меня. Я шмыгнула носом, провожая его фигуру, которая стояла, пока мы не завернули за угол.

Глава 6. Часть 2 «Рассвет»

Эйшар не мог после случившегося на празднике просто поехать домой. Поэтому он вернулся в офис с намерением освежить голову, загрузив её работой, а не танцами с Эйрилин.

Он находился один в кабинете.

Один. Наедине с собой. Тишина. Вязкая, оглушительная. Он слышал только гул в голове, вызванный изрядным количеством выпитого алкоголя, и прислушивался к размеренному биению своего сердца.

Эйшар поднимался с места, делал несколько больших шагов – включал и выключал свет в кабинете по нескольку раз. Между ночным мраком и светом ламп, он предпочёл остаться во тьме, разглядывая разбросанные предметы на рабочем столе. Лучше не становилось, он не мог избавиться от тревоги. Не мог найти покоя. Это состояние было таким острым, безумно неудобным. Эйшар Элгрин не мог вспомнить, когда последний раз его заботило что-то так же сильно.

Он просидел во мраке несколько часов, раз за разом закрывая глаза и прогоняя мысли об Эйрилин. Совершенно разные… Некоторые мысли, которые лезли в его голову были не самого приличного целомудренного содержания.

Если бы она была здесь...

Эйш представлял, как повернёт Эйрилин к себе спиной, проведёт по изгибам горячего тела, облаченного в шёлковое платье перламутрового цвета, и со страстью сожмет тонкую талию. Он помнил, что ткань была на ощупь нежная и приятная, но ему хотелось бы коснуться оголенной кожи.

Только сначала... ему придётся избавиться от одной детали. Он представлял, как подцепит за ворот свой пиджак, позволит ему соскользнуть и упасть вниз, а она обернётся, закроет глаза и задержит дыхание, позволив ему продолжить ласку. Его пальцы пройдутся вверх по её спине, очерчивая позвонки до шеи, которую он бы покрыл поцелуями – лёгкими, медленными, игривыми. Эйш хотел бы провести по её голым плечам пальцами, невесомо касаясь кожи, словно крыльев бабочки, затем по её рукам и в конце переплести пальцы вместе всего на мгновение, чтобы наклонить Эйрилин вперёд и поставить её ладони на стол. Она поймёт намек и обернётся через плечо, чтобы попытаться его поцеловать, потому что его лицо так близко.

Как бы он хотел, чтобы эта ночь продолжилась здесь. Он хотел её. Коснуться стройных бёдер, задрать её платье вверх, собирая на талии, коснуться края тонких трусиков. Обязательно кружевных. Эйш позволит им соскользнуть вниз, по ногам девушки, отмечая, как она качнёт бедрами ему навстречу...

Коснётся её…

Эйшар устало потёр лицо ладонями.

Раз. Она шепчет ему на ухо, обжигая своим дыханием. Два. Её зелёные глаза. Он помнит, как она смотрела на него, как двигалась, как тянулась к нему. Эйшар нервно облизнул губу. Его рука тянется к ремню, он желает найти утешение в быстрой разрядке, щелкнуть застежку и...

А в следующий миг он судорожно выдыхает, потому что перед глазами стоит другая картина – Эйрилин протягивает руку Стражу, её взгляд пуст. Её нет. А позади неё, подталкивая и не давая отступить, полуэльфы, с гадкими улыбками и пустыми глазницами.

Невыносимо.

Над городом занимался рассвет.

Ему нужно было выпить. Снова. Потому что алкоголь, выпитый на празднике уже успел выветриться из его головы и тела.

Поднявшись с места, он вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь, и проследовал по коридору. Замер у белой двери, не решаясь войти. Ему стоило поехать домой, в конце концов! Положив ладонь на ручку, Эйшар обнаружил, обнаружил, что кабинет Натаниэля был открыт. Это не удивляло, но создавало ощущение чего-то неправильного. Это не его дело, но в кабинете много важных документов и оставлять его открытым – безответственно. Однако объяснение нашлось довольно быстро.

Натаниэль лежал на одном из двух синих низеньких диванчиков, поставленных в середине помещения. Ноги, закинутые на подлокотник, свисали с него – маг был длиннее самих диванов. Один ботинок был развязан и грозился упасть на пол. Эйшар хмыкнул.

– Что ты тут делаешь? – сонным голосом полюбопытствовал Натаниэль у друга, пока тот доставал из шкафа бокал и припрятанный алкоголь.

Звякнув стеклянной пробкой, закрывающей горлышко графина, маг плеснул себе виски на четверть стакана. В нос ударил запах солода.

– А ты?

– Ну, – уклончиво произнёс маг ветра, – домой мне не хотелось.

Натаниэль, увидев, как его друг пьёт алкоголь, поморщился и закрыл глаза, чтобы не видеть то, что наводило на мысли о выпитом за целый вечер и побуждало желудок вывернуться наизнанку.

Отпив из стакана, Эйш сделал пару шагов вперёд, остановившись в середине кабинета. Он любовался рассветом. Суровые тучи местами расступились, а через эти прорехи попадал солнечный свет, окрашивая их в розовые и оранжевые цвета.

– Красивый вид.

– Угу, – буркнул маг ветра, пытаясь встать. Эйшар поставил стакан на подлокотник, протянул руку, помогая другу подняться, а затем похлопал его по плечу. Натаниэль позеленел и скупо улыбнулся такой поддержке.

– Спасибо, – произнес Элгрин, подняв бокал, давая понять, за что он благодарит.

– Не понимаю…

…Как ты можешь это пить – вот что он хотел сказать. И скрылся за дверью в личный туалет.

– Мне сейчас это нужно, – Эйшар махнул рукой и ушёл к себе.

Темнота кабинета, нарушаемая занимающимся рассветом – серыми тенями, которые прогоняли сумеречную тьму, – давила на мага. Залпом осушив бокал с толстым дном, он поставил его на низкий журнальный столик.

Спустя долгих двадцать минут ему опостылело одиночество, и он решительным шагом преодолел расстояние до белой двери, ведущей в кабинет друга. Документы он держал под мышкой.

– Я у тебя поработаю, – заявил маг, осматривая пространство, освещённое солнцем, постепенно выглядывающим из-за толстых тучек.

Ответом было благородное молчание заснувшего друга.

Себе Эйшар не изменял – за столом было удобнее, а здесь не так одиноко. Однако мысли не собирались сдаваться на милость порядку и подчиняться своему хозяину. Каждая новая мысль уводила его всё дальше в дебри.

Тексты плыли перед глазами. Он перечитывал одно и то же по нескольку раз, но сосредоточенность разваливалась.

Он чувствовал себя до ужаса глупым. Он жалел, что не уехал домой.

Смог бы он уснуть в своей постели? Вероятно, нет. Смотреть в потолок или во мрак комнаты, на объятую тьмой мебель и всё ещё думать об Эйрилин. Прокручивать в голове сегодняшний вечер, а затем представлять, как она оказывается в ловушке, в руках их врага, и, возможно, умирает как мальчишка – в собственном кошмаре. Снова и снова. Что хуже?

Даже расслабленность в теле и лёгкий алкогольный туман, заполнивший его голову, не спасали от абсолютного хаоса, который его захватил.

Эйш громко стукнул по столу ладонью.

Задремавший на диванчике с бутылкой минералки в руках Натаниэль подпрыгнул, выдернутый из сна резким звуком. Он долго фокусировал зрение. Эйшар же пристально смерил его тяжёлым взглядом.

– Не смотри так. Я приведу себя в порядок! Схожу в аптеку, как только они откроются.

Эйш потёр переносицу.

– Почему ты вообще здесь? – вдруг вырвалось у него с легким недовольством.

Этот же вопрос он мог задать себе. Но ответа у него не было.

Он перестал себя узнавать. Его редко что-то тревожило, да еще и так сильно. И сейчас маг не знал куда себя деть, как скрыться и угомонить такой ворох мыслей, поднимающий в душе целую бурю.

– Соберусь с силами… – пробубнил маг ветра, выпив половину бутылки. – А ты? Ты себя видел вообще?

Натаниэль задавался одним вопросом: какого дикого ветра его друг вообще работал в такую рань? К тому же после праздника!

Он тяжело и шумно вздохнул, потянулся вперед и сел, уперев локти в колени и уставившись в пол. Он широко зевнул, прикрыв рот рукой, решительно поднялся с диванчика, похрустел спиной и суставами, сделал лёгкую разминку.

– А что не так? – нарочито вежливо спросил Эйш, переплетя пальцы вместе и склонив голову.

– Ты сам не свой в последнее время, – ровным голосом заметил друг.

Эйшар ему ничего не ответил, проигнорировав высказывание.

– Так, что у тебя там? – раздраженно бросил Натаниэль, приблизившись к столу, за которым расположился его друг.

Попытки удариться в работу после веселой ночи магу ветра казались смехотворными – он оценил желание Эйшара снова окунуться в дела и забыться в процессе. Единственный повод – выходной, который можно было бы провести где угодно, только не в Башне, уткнувшись в документы и расследования, но Эйшар выбрал этот сценарий, как привычный ему. Работа была спасением, работа была его погибелью.

– Тебе домой надо, Нат.

Из уст Эйшара это звучало так же смешно, но маг ветра не улыбнулся. Им обоим нужно было выбрать дом, отдых, сон, а не это.

– Я беспокоюсь за тебя, – Натаниэль редко произносил подобные слова. Он сурово смотрел на друга. Он проглотил все фразы, вызванные мыслями, относительно того, что прекрасно знает Эйшара от и до, ещё со времён их учебы в Академии, и Натаниэль никогда так не боялся за него, как сейчас.

Эйшар не нашел, что ответить и, опустив взгляд, сделал вид, что погрузился в бумаги. Натаниэль разозлился.

– Я может и помят, но соображаю! Как она появилась...

– Что?

Этот нарочито мягкий тон и острый, осторожный взгляд были подарены Нату – намёк, что тот ходит по грани и лезет куда не следует.

Маг ветра указал на раскрытые папки, сведения, листки, лежащие на темном столе, которые не давали покоя Элгрину.

– Ты переживаешь, что она могла заинтересовать их? Станет следующей? Думаешь, есть причины для беспокойства?

Это было очевидно, но он спрашивал, чтобы услышать правду от Эйшара, а не мусолить догадки в своей голове.

Маг ветра выпил ещё воды, затем наклонился над столом, повернув лицом к себе документы, над которыми всё утро чах его друг.

– Она не полуэльф, Эйшар. Её родители обычные маги.

Элгрин задумчиво молчал, уткнувшись взглядом в стол, касаясь губами сложенных вместе пальцев.

– Правда, поженились незадолго до её рождения, – отметил Эйшар, глядя в сводки.

– Ну это, думаю, не наше дело, верно?

– Хочешь сказать, я ищу подвох там, где его нет? – Сколько же надежды плескалось в его серых глазах.

– Возможно.

И его можно было понять: девчонка вступила в контакт с врагом. В дополнение: парень мёртв, они не вытащили из него ровным счётом ничего. Нельзя точно сказать, что Эйрилин Андрас ничего не грозит. Каждому из них было чего опасаться, преследуя врага, которого в лицо не знал никто. Призрачная тень. Даже несмотря на то, что они вышли победителями, партия ещё не разыграна полностью. Их не загнали в ловушку только по случайности, благодаря Вартану.

Страх.

Эйшар боялся. Ничего удивительно – после всего, что произошло, он имел полное право бояться за Эйрилин.

Натаниэль понимал. Никто не хочет оказаться на месте жертв, никто из них не хочет, чтобы их «коллега» попала в лапы врага, никто не хочет повторных инцидентов, но они настолько далеки от разгадки, что все, что остаётся, – это искать ответы дальше.

Однако был ли смысл кормить свою тревогу причинами, которых нет?

– Да. Но... Уши и магия... – не унимался Эйшар.

Натаниэль развел руками, продолжая жадно пить из бутылки, пока её содержимое не закончилось.

– С тем же успехом могло повезти и мне!

– Да, я помню, твой прадед эльф, который не сильно переживал за наличие лишних отпрысков.