Текст книги "Магия Уз и Разума (СИ)"

Автор книги: Дара Мелова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)

– Именно! Но как видишь, мои уши в порядке. А ей не повезло. Это объясняет...

– То, что она Эферем, – тяжело выдохнул Эйшар.

Нат кивнул. Он поковырялся в недрах дивана между подушками и вытащил ещё одну бутылку воды, будто запрятал её там заранее.

Глава 6. Часть 3 «Показалось»

На следующий день, ранним утром я была уже в городе. Мне нужно было в центр, решить пару вопросов до отъезда домой.

На небе не оказалось ни облачка, солнце поднималось, освещая все вокруг. Яркие лучи отражались от стекол городских домов. Небеса казалось приобрели золотистые, розоватые пастельные оттенки, переходящие градиентом в голубой.

Я шла по улице в сторону здания банка. Меня преследовало чувство, что за мной кто-то следит. Я вздрагивала, словно меня тыкали иглами в спину. Это казалось слишком осязаемым, ужасным чувством, от которого пробудилась паника, захватывающая разум. Я ускорила шаг, а затем побежала по влажному асфальту, спотыкаясь о собственные ноги. Мне казалось, я не слышу и не вижу ничего вокруг, пространство сузилось, превратившись в длинный коридор. Сердце стучало прямо в горле. Я оборачивалась так часто, что уже не понимала, куда движусь. Мне казалось, я теряюсь в собственном разуме. Плутала не только на улице, боясь призрачного преследователя, – я запуталась в своих мыслях, которые отзывались там и тут…

Остановило меня вполне живое препятствие. Я попятилась на пару шагов. Голова закружилась, во рту пересохло, а ком в горле никак не сглатывался. Резкая боль отрезвила, и я схватилась за руку, остановившись на месте. А затем жжение отступило, подарив облегчение. Я дышала. Слишком часто, чтобы не вызвать подозрений. Эйшар Элгрин стоял на тротуаре. Как раз на моем пути. Я подняла голову – он хмурился, изучал меня, заметив моё встревоженное состояние и растрёпанный внешний вид. Мои щеки горели от бега по улицам.

В этот момент я была рада его видеть, как никогда.

– Что-то случилось? – он взволновался, но не терял строгости и серьёзности.

Я почувствовала его страх, лёгкие нотки переживаний.

Ещё раз обернулась, а он проследил за тем, куда я смотрю. Прищурился и вздохнул, положил ладонь мне на плечо, поддерживая, чтобы я не упала. По крайней мере мне хотелось думать так. Потому что на самом деле жест был слишком собственническим! Ещё один шаг, стоит ему потянуть меня на себя, и я окажусь в его объятиях. А я отчаянно не хотела вдыхать этот запах… Который доносился до меня, эта пьянящая свежесть, как после летнего дождя…

Я подняла глаза и заметила нужную вывеску банка. Я чудом не сбилась с пути, несмотря на сумятицу.

– Нет. Мне просто показалось… Не важно.

Эйшар мне не поверил, но не стал допытывать.

– Тебе сюда?

– Да.

Он любезно потянул тяжёлую дверь, щёлкнули защитные заклинания, словно сломалась плитка шоколада. Элгрин позволил мне войти в здание первой, пропустив вперёд себя. Внутри вся мебель и стойки из светлого дерева, пол в шахматную клетку, а стекла необычайно тонкие, явно зачарованные от повреждений. Ладонь Эйшара легла на мое плечо, отвлекая от созерцания интерьера, а мужчина остановил меня тут же, развернув к себе. Мы замерли у горшка с пальмовым растением, которое, как я отметила, опустив взгляд, идеально сочеталось с этим шахматным полом. Он заставил меня смотреть на себя, на последнего человека, которого мне хотелось бы видеть так близко. Мы же буквально несколькими часами ранее разошлись после корпоратива.

Элгрин не собирался сдаваться, позволив себе воспользоваться заминкой и моей растерянностью в личных целях, произнес:

– Мы должны поговорить.

– Мы в банке!

– Эйрилин.

Он так строго и проникновенно произнес моё имя, буквально умоляя меня одуматься и услышать его! Мои чувства нашли выход – скопившееся напряжение и паника от пережитого преобразовались в злость и выплеснулись на единственного мага, который смел в этот момент до меня докопаться.

– Мне не о чем с тобой разговаривать!

– А мне есть о чём, – заявил Эйш.

Я фыркнула, закатив глаза.

– Пять лет тебе было плевать, что изменилось сейчас? – выпалила я, зло прищурив глаза.

– Эйрилин, ты понимаешь, что только что во всем призналась? – с лёгкой усмешкой произнес он, так тихо, словно сам себе. – Ты признала нашу связь.

Мне стало всё равно. Надоело врать. Это ничего не меняло.

Было у него преимущество – моя появившаяся маленькая слабость: от него хорошо пахло, даже слишком. Это выбивало из колеи. Я не могла прервать наш зрительный контакт, вглядываясь в глаза цвета грозового неба. Я не дышала, что совсем на меня не похоже, но это было намного приятнее всех тех волнений, которых я так старалась избежать. Я не пыталась отодвинуть его или оттолкнуть. Хотя и могла.

– Мне многое нужно тебе сказать. Но сначала…

Он поднял мою руку, оголив запястье. Прислонил свой браслет связи к моему и оставил контакт. Теперь он спокойно сможет выходить со мной на связь! Мой выразительный взгляд, полный гнева, не подействовал.

– Так будет лучше, – твердо произнёс маг.

– Это… – Я не могла подобрать приличных слов. – Беспардонно! – процедила я сквозь зубы.

Без спроса лезть в мою жизнь, оставлять свои контакты и открытую связь со мной! Без моего разрешения. Эйш наклонил голову ближе ко мне, сокращая расстояние. Его ладонь обхватила мой локоток крепче, и, потянув за собой, Элгрин отодвинул меня с прохода.

– Беспардонно врезаться в людей на улице, ни капли не раскаиваясь, – он сделал паузу. Не дождавшись моих извинений, продолжил: – Если что-то случится, – маг явно намекал на мое странное поведение на улице, – не бойся сказать мне.

– Конечно. Ведь ты боишься, что со мной что-то случится!

– Разве это плохо? – он, кажется, был сбит с толку. Голос звучал мягко, но встревожено. – Переживать за тебя.

– Тебя интересуешь только ты сам, Элгрин. Если со мной что-то случится, это ударит по тебе, не так ли?

Я высказала это, думая, что он пытается сблизиться со мной из личного интереса. Из заботы о себе. Если пострадаю я, заденет и его. Он переживал не обо мне, а о себе...

Он замер, прищурился и втянул со свистом воздух. Я его задела.

Воспользовавшись заминкой, я выдернула руку и развернулась, чтобы уйти. Меня ждали дела в банке.

– Я не хочу тебя знать, Эйшар.

– Я надеюсь это исправить, – его слова предназначались для меня.

Но я уже развернулась к нему спиной, и не слушала его.

Глава 6. Часть 4 "Перепады"

Уже днём Натаниэль застал друга расхаживающим по кабинету. Он был слишком задумчивым, даже растерянным, прикусывал подушечку большого пальца, глядя в никуда.

– Элгрин! – гаркнул Нат, едва захлопнув за собой дверь.

– М? – Вынырнув из своих размышлений, Эйшар замер и, наконец, обратил внимание на Натаниэля. Тот раздул ноздри, явно пребывая в негодовании.

– Ты вообще спал?

Залегшие тени под глазами выдавали мужчину с головой. Но он хотя бы привёл себя в порядок после праздника, надев свежую рубашку.

– Я не смог уснуть, – сунув руки в карманы, тихо произнёс маг, продолжая рассеянно созерцать вид из окна.

– Ты не был дома.

Эйшар оставил это замечание без ответа, потому что это была чистая правда. Он провёл здесь всё утро, пока не пришлось уехать по личным делам в банк.

Натаниэль что-то говорил, перебирая в руках бумаги, активно жестикулируя, но его голос растворялся. Эйшар не мог его слушать, не мог внимать его словам. Внутри засела тревога, она билась как бешеный зверёк, и события, следующие друг за другом, не помогали её успокоить.

Он до сих пор видел перед собой испуганные глаза Эйрилин, а в них страх и паника. Она не заметила его – на пустой улице! – потому что не видела – не видела, ибо оглядывалась назад и по сторонам так часто, что забывала смотреть вперёд. Её дыхание было учащенным, щёки горели – она бежала. От кого?

Эйшар не знал, как оказался в этой ловушке абсолютного незнания, что делать дальше. Как защитить её? Эйрилин не желала его подпускать, не желала его знать, и её выбор был оправдан.

Он не хотел думать, что могло бы случиться, если бы он по странной случайности не оказался на её пути. Дёрнув плечом, маг осознал, что мог бы лишиться всего.

Эйшар сглотнул.

Почему Эйрилин так тянулась к нему на танцполе и не желала прекращать эту игру?

Что же между ними происходит?

Голос Натаниэля прорезался сквозь толщу мыслей, наконец, позволив вынырнуть из тьмы.

– Так что ты думаешь по поводу заключения по тёмной магии?

– Что? – голос Эйшара звучал отстраненно.

– Нам прислали его неделю назад. Я положил перед твоим носом.

Элгрин громко вздохнул, подошёл к столу и стал просматривать всё, что на нём лежало. Хаос в мыслях – хаос вокруг, особенно на рабочем месте.

Что-то внутри него ломалось, да так звонко, что это невозможно было игнорировать. Лёд таял, а вместе с ним проходили и неприятные мысли, чувства, образы, не дающие жить как раньше.

– Так ты что-нибудь решил…

– Я не успел их просмотреть! – раздраженно рыкнул маг.

Он не мог их даже найти.

Эйшар устало вздохнул, облокотившись на стол, приложил ладонь ко лбу. Он не мог думать ни о чем, кроме Эйрилин. И о том, что сегодня случилось. Он боялся. По-настоящему. Боялся, что уже завтра с ней может случиться что-то непоправимое, и кто знает, что они с ней сделают, во что ее превратят – в послушную куклу, открывающую порталы, или игрушку для утех?

Воздух загустел, потяжелел, температура в комнате словно поднялась. Магические лампы мигнули на нескольких этажах.

– Ого! – Натаниэль даже замер.

Таких резких перепадов настроения он не видел у Эйшара давненько. В последний раз он мог припомнить подобное, когда они были еще зелеными юнцами – выпускниками, и проходили вступительные испытания, чтобы попасть на службу. С тех пор Эйш не терял контроль, а если в воздухе и ощущалась его магия, то это была демонстрация силы, намек окружающим о его положении.

Затрещали искры от поднимающейся волны магического напряжения. Оно ощущалось кожей. Лёгкий бесконтрольный всплеск силы исчез так же быстро, как и начался – Эйш взял себя в руки.

Натаниэль сложил руки на груди и смерил друга суровым взглядом. Его мрачное лицо могло напугать даже бесстрашную Корнелию. Чего-то подобного маг ветра ждал не одну неделю. И вот результат! Но он тактично оставил эти мысли при себе, глядя с тревогой на друга.

– Кажется, я зашиваюсь, – признался Эйшар с тихим стоном.

– И давно ты это понял? – усмехнулся Нат, двинувшись к окну, чтобы открыть высокую прямоугольную форточку под самым потолком.

– Издеваешься? – потянул Элгрин.

– Нет, – ровно ответил друг, покачав головой и по-доброму ухмыльнулся. – Просто давно не слышал от тебя таких слов.

Не слышал признания в том, что он человек и слабости ему не чужды. Очень давно. Несколько лет точно. И что-то было тому причиной. Или кто-то…

– Как ты с этим справляешься? – с надеждой спросил Эйшар, плюхнувшись на диван. Утром Корнелия разобрала его от бумажного завала, который устраивал Натаниэль на протяжении недели.

– Развлекаюсь? – Натаниэль озвучил первое, что пришло ему в голову.

С развлечением было сложнее. Эйш уже устроил себе такой вечер, который не закончился ничем хорошим. Однако ласковую, пусть и пьяную Эйрилин забыть сложнее, чем ему думалось. Он провёл ладонью по лицу и отгоняя образы девушки в его объятиях.

– Отпуск? – предложил маг ветра, задумчиво глядя в панорамное окно.

– Мне не нужен отпуск!

– Нужен, нужен. Хочешь перегореть?! – Выплюнул Натаниэль и как-то нехорошо взглянул на своего друга. Они оба знали, что это значит – ослабеть настолько, что тело не вынесет больше нагрузок, и любая магическая атака может стать последней, лишить его резерва на долгие годы. Сделать калекой. Эйшар представил это и сглотнул. Серые глаза взглянули на Натаниэля с волнением. – А еще хуже, если превратишься в безумца…

– Мне…

Он не мог повторить свои слова про то, что ему не нужен отпуск.

– О, тебе просто необходимо сменить обстановку! – решительно вступил в спор Нат. – Просто отпуск ты потратишь на работу. Как на счёт совместить приятное с полезным?

И замолчал. Как назло!

– Ну? – подтолкнул к ответу Эйш, чувствуя, что не выдержит этой игры в «угадай чужую мысль».

– Командировка, – произнёс маг ветра, хитро улыбнувшись. Из груди Эйшара вырвался обречённый вздох. – Но вернёмся к главному. Так вот... – друг подошёл и развернул перед ним документ. – Исследования прислали нам заключение. У нас есть совпадение.

– Прыгуны... – устало выдохнул Эйшар.

– Да. Те самые портальщики, которые умудряются нарушать введённые правила на перемещение. Они спокойно пользуются своими силами, открывают переходы, Эйшар, несмотря на закрытые границы в столице. И магический запрет перемещаться в городе им не помеха.

Никто не может, а они могут. Напрашивается вопрос: как?

– Темная магия пологов, которые возводили на местах открытия проходов в Межмирье и... Остаточная магия в воздухе после «прыгунов» практически идентична.

– Хочешь сказать, мы имеем дело с одним источником? – Эйшар поднял задумчивый взгляд. – Темной магией, которую до этого никто не знал?

Натаниэль развел руками. Ответа у него не было, но это стоило обдумать.

– Как думаешь, они заодно? – отложив заключение в сторону, спросил Элгрин. – Связаны в одну группу с непонятными целями, между делом балуются и открывают проходы в Межмирье. Нарушают порядок, держат города в страхе, пускают слухи.

– А если у них другие цели? – пожал плечам Натаниэль.

– У кого? У прыгунов? – скептично посмотрел Элгрин и поднял одну бровь.

– Да. Что, если они не поддерживают отношения с нашими любителями Межмирья, чтоб им Стражей в любовники! – На этих словах Эйшар даже ухмыльнулся, что было крайне редким явлением. – И никак не связаны с ними. Если у них схожий магический след... Может они тоже жертвы. Или что-то знают.

– Что ты предлагаешь? – уже серьезным тоном поинтересовался Эйш.

– Достать и допросить прыгуна.

– И где ты его возьмёшь? Отлавливать будешь? Капканы расставишь по всем подворотням города? Ты знаешь, сколько людей нужно, чтобы поймать хоть одного прыгуна? А это не просто прыгун! Они нарушают правила и знают о своих привилегиях. А теперь скажи, как нам поймать скрытного, бдительного портальщика, да ещё и с магией неизвестного типа, которая может кого-то покалечить?

– Нам нужен хоть один! – заявил Натаниэль.

– Я не дам согласие на такие масштабные действия. Магистериум будет не рад. Другие идеи есть? У тебя есть открытые каналы связи? Есть чем подкупить, заинтересовать хоть одного такого?

Натаниэль забурчал себе под нос.

– Тогда вынесем эту тему на рассмотрение с нашими. Возможно, они смогут помочь.

Глава 7. Часть 1 «Дом, семья... Судьба»

Дорога домой заняла целый день. Прямых рейсов не было, поэтому пришлось сменить два экспресса – на первом добралась до Ренси, а на другом напрямую до Анарка. Из-за существенной разницы во времени мой день продлился – выехав утром, проделав долгий путь, я отмотала время назад. Сейчас в столице был вечер, а в Анарке только близилось к обеду! За окном – хмурый пейзаж, напоминавший о подступающих столичных морозах, резво сменялся на осенний, теплый, золотистый.

Я спустилась на нужной станции, огляделась, отметив, что людей вокруг не так уж много. Глубоко вдохнула – здесь пахло иначе. Свежо, легко, чем-то степным и осенним: яблоками и пожухлой листвой. Погода на удивление стояла солнечная, но серые тучи летели по небу, обещая в скором времени сильный ливень. Осень. Я действительно вернулась в осень. Но здесь это ощущалось иначе, нежели в столице.

На выходе со станции меня ждала одинокая фигура высокого худого мужчины в черном пальто и в шляпе. Управляющий нашего дома или, как некоторые любят называть, – дворецкий. Я везла за собой чемодан, громыхая колесиками по брусчатке. Внутри все нервно трепетало на радостях.

– Миледи Эйрилин, с прибытием. Рад вашему визиту! – на лице мужчины расцвела приветливая улыбка.

– Я тоже рада, Леонард, – я искренне улыбнулась. – И я не...

Миледи.

Он знал, что я начну упрямиться и отнекиваться, поэтому перебил меня, по-доброму глядя мне в глаза.

– Мне приятно звать вас миледи. К тому же вас так давно не было – думаю, у меня есть маленькая привилегия.

Я увидела его теплую, но хитрую ухмылку и не смогла сдержаться. Леонард искренне радовался моему возвращению. Приятно, когда тебя встречают, ждут.

– Ладно! Будь по-твоему! – отмахнулась я.

Сколько себя помню, даже в детстве он всегда делал акцент на моё положение, всегда звал меня миледи или госпожа. Это льстит. Особенно, когда ты отвыкаешь от этого за годы учебы в Академии и переезда в столицу.

Я ехала в машине на заднем сиденье, любуясь скучным пейзажем за окном. Но несмотря на однотипность мелькающих деревьев, утопающих в золотой осени, которая здесь только-только началась, эти земли были мне родными.

Наша семья жила в пригороде Анарка. Там, где начинались частные территории с домами, где жили владельцы своих садов, целых хозяйств.

Сезонные земли считаются важным краем Креима по выращиванию различных культур, поэтому были спрятаны под специальный купол, в пределах которого решено продлевать или сокращать сезоны – магия и не на такое способна. Здесь не существовало такого понятия как определённая сезонность. Нас, жителей этих краёв, заранее предупреждали, что зима начнется раньше на пару месяцев или лето будет длиться до полугода. Даже эта золотая осень может затянуться на долгие месяцы, прежде чем выпадет первый снег. Всё настолько отлажено, что земли не истощаются, а урожая всегда в достатке, чтобы накормить страну и даже торговать.

Поездка до дома заняла немного времени. И вот показались кованые ворота, знакомые с детства деревья, по которым я лазила, мелькнула между зелёных крон красная черепичная крыша двухэтажного дома. Правда, по размерам, его можно считать за целый особняк! Перед домом была маленькая лужайка. Чувствовалось, что за нею тщательно ухаживают. Под окнами стояли почти пустые цветочные клумбы.

Я не ощутила, что вернулась домой, пока наконец не вышла из машины, пока не поднялась по ступенькам на крыльцо, пока не оказалась в объятиях своих родных.

– Эрин! – звонкий мальчишеский голос раздался на весь холл.

Мой младший брат с сестрой летели по лестнице вниз встречать меня. Им уже по десять. Двойняшки были так похожи друг на друга, что я бы сказала, что они скорее близнецы. Каштановые волосы, как и у меня. У Риса карие глаза, у сестры голубые. Очаровательные улыбки, ямочки на щеках. Милейшие до невозможности создания, пока не начинают ругаться и орать. Клементина родилась чуть раньше, что иногда задевало Морриса, как единственного мальчика – наследника семьи. Будь его воля, он бы и со мной местами поменялся, так сильно ему хотелось стать старше, взрослее и быть похожим на отца.

– Как я скучала! – Я буквально поймала брата, когда он, зацепившись впопыхах за ковер, поехал носом вперёд. Ловкости и внимательности стоило подучиться! А потом обняла сестру. У нас началась игра, кто кого задушит в объятиях.

– Миледи, позвольте мне войти, – мягко намекнул Леонард, что прямо под дверью сидеть с двумя детьми в обнимку – идея плохая.

– Да, конечно. – Я отпустила двойняшек, поднялась с колен и отошла подальше, глядя, как мужчина затаскивает мой чемодан и какие-то покупки в дом. Перед тем как меня встретить, он явно ездил по городу со списком в руках, который ему вручила мама…

…Которая уже вышла встречать меня.

– Рада, что ты нашла для нас время! – с укором произнесла она, стоя на последней ступеньке лестницы и демонстративно вздёрнув подбородок в ожидании моего ответа. Её руки, тонкие и изящные, словно фарфоровые, сложены на груди. Сама она одета в изящное домашнее платье зелёного цвета. Её длинные густые волосы, которые я унаследовала от неё, наспех заколоты на затылке.

Мама всё ещё злилась на мои нарушенные обещания – я собиралась вернуться сразу после выпуска, а вместо этого поехала в столицу, ничего ни с кем не обсудив. И до сих пор не знаю, правильным ли было это решение. Я выпрямилась. Я понимала её, но обсуждать каждый свой шаг и свои решения с родителями я не собиралась. Ей нужно с этим смириться.

– И вот, я тут. Как только выдалась возможность, я приехала.

– Мы договаривались на другое, – продолжила она, приближаясь к нам с двойняшками, которые отступили и внимательно следили за нашей беседой. – У нас были планы. Тебя здесь ждали, а ты поехала зачем-то в эту глушь...

Меня здесь ждали. Интересно, это она о нашей семье или кто-то ещё меня ждёт, кроме родных?

Столица Креима – глушь! Мне показалось, у меня уши в трубочку свернутся. Я тут же закрылась от нависшей, словно цунами, волны негодования, осуждения, которая неслась на меня, желая утопить. Столько эмоций смешивались с моими, подминали под себя, затаптывали меня саму. Я тряхнула головой и глубоко вдохнула. Стало легче.

– Я тебя тоже люблю, мам. А где отец?

– Он в городе, решает важные вопросы. Вечером приедет, и мы устроим ужин. Совсем как раньше!

Я закрыла глаза. Я хотела праздничный ужин! Но мне не хотелось, чтобы он был испорчен претензиями. Или неожиданными гостями. Зная свою матушку, с неё станется!

Кли и Рис убежали, оставив меня одну. Леонард намекнул, что стоять в верхней одежде в доме – плохая привычка. А я никак не могла взять себя в руки. Я утопала в непобедимой тоске. Я медленно снимала с себя пальто. Почему мама так редко была мной довольна? Почему ей бы просто не порадоваться моему приезду? Это угнетало, словно на душе лежал камень, который постоянно давил и сковывал. Может поэтому я даже не подумала обсудить своё решение о переезде в столицу и предложенном варианте с семьёй? Мама бы нашла возможность отговорить меня. Но в этом случае я бы так и не встретила Эйшара.

Она ушла в гостиную, а я проследила за её статной невысокой фигурой.

Я почти почувствовала её боль по ушедшим временам. Ностальгия. Она разъедала нас обеих. Раньше всё было не так остро. Мама радовалась моим каникулам, почти всегда мне улыбалась. А теперь я ощущала себя чужой. Мама будто молча обвиняла меня в том, что я её бросила.

– Миледи Эйрилин, я отнёс ваши вещи в комнату, – голос Леонарда звучал глухо. Я кивнула в ответ.

Лестница на второй этаж. Восточное крыло. Два поворота. Под ногами бордовый ковёр, стены выкрашены в странный бежевый оттенок, небольшие фонарики свисали на тонкой цепочке с потолка и в милых белых кашпо ютились растения, свесившие вниз свои стебли с листочками.

Я вошла в свою комнату, вдохнув свежий запах апельсиновых корок. Мне их вечно оставляли на комоде и на косметическом столике. Я всю жизнь ненавидела этот запах, но прямо сейчас он показался мне слишком нужным. Аромат дома, уюта, ощущение безопасности. Я выдохнула так, будто с моей души свалился камень. Моя комната стала оберегом от зла, от моих внутренних переживаний. Напряжение медленно покидало мое тело.

Комната была достаточно большой. Размером со всю мою квартиру, которую я снимала в Шеите. Здесь с лихвой помещалась большая двуспальная кровать с балдахином – часть моего безумного подросткового прошлого, надо будет его убрать, – большой шкаф-гардеробная, в котором висела какая-то одежда, косметический столик с зеркалом и пуфом, а также комод. Большое окно было закрыто плотными шторами. Вся мебель из темного тяжёлого дерева. Комната в теплых, но странных оттенках бордового, черного и коричневого.

Разобрала вещи, полежала на мягком постельном шелковом белье. Я немного скучала по этому удобству и роскоши, которых намеренно избегала в столице. Там я была другой, совершенно другой девушкой. А здесь, в родном городе, я чувствовала статус нашей семьи. Знала, кто я и какая на мне лежит ответственность. Что, получив образование, став взрослой, вернувшись обратно, даже на неделю, я так же обязана соответствовать положению своей семьи.

Мама с папой старались на благо Анарка. Фамилию Андрас здесь знали многие. Отца почитали и уважали, он помогал городу с проектами по развитию. У него было право голоса, была власть. Мама не отставала – открыла галерею и школу магического развития для самых юных.

Эта ответственность, эта власть распространялась и на меня. И что с ней делать, я не знала. Если бы я вернулась сюда, домой, меня бы непременно приобщили к какой-то общественной деятельности на благо города. Хотела ли я этого?

Я приняла ванну, немного отдохнула.

Раздался стук. И я поняла, что еще не успела поставить необходимый полог тишины.

– Эйрилин, милая, можно тебя?

– Да, мам? – Я отворила дверь, но матушка не стала входить. На её голове уже красовалась высокая прическа, в ушах серьги с камнями, ресницы накрашены, на губах помада. Она куда-то собралась!

– Красивые, – я потянулась к её серьгам, хотела потрогать. Невольно высвободила магию, коснувшись ей украшения.

– Эйрилин! – одернула она меня.

– Прости, я забыла.

Украшения были зачарованы от чужого воздействия. И я могла разрушить их тонкое плетение.

Мне тут же пришла в голову мысль, что я могла бы попробовать сделать такие же. Я вполне справилась бы с этим... Не знаю как, но я интуитивно понимала, как всё устроено, пусть данная магия не была моим профилем.

Я как заворожённая смотрела на камни.

– Эйрилин? – голос мамы был громким.

– Да? – я вынырнула из мыслей и посмотрела ей в глаза. Голубые – как у типичного мага ветра. Глаза не мои. От нее я унаследовала волосы, нос и линию губ.

– Милая, погуляй с братом и сестрой. Съездите в город. Я вынуждена уйти, но вечером мы увидимся за ужином. Вас отвезет Леонард.

Стоило ожидать чего-то такого.

– Ладно.

– Оденься прилично! – наказала она и удалилась.

Я поджала губы, закрыла дверь и закатила глаза. Я знала, что мама не позволит мне даже выйти из дома в том, в чем я хожу в повседневной жизни в столице или на работу. Пусть одежда и внешний вид были достаточно простыми, но всегда аккуратными. Здесь же приходилось извращаться. Вот и ещё одна причина, почему я не вернулась домой.

Морочить голову не хотелось, поэтому просто выбрала серое кашемировое платье длиной до середины бедра, с воротником и длинным рукавом. Оно чётко сидело по фигуре. А сверху чёрное пальто, с красивой золотой брошью. И сапоги.

Я спустилась, вышла в холл, собирая по дороге сумку.

– Я надеюсь, вы готовы? – спрашивала на ходу своих младших.

– Да! – ответила Клементина, уже одетая по погоде, вскакивая с софы.

– Гляжу на твои банты и думаю, что сегодня праздник!

– Да, так и есть – ты приехала! Я скучала! – Она обняла меня.

– Я тоже! Я стараюсь, милая, приезжаю, как могу. – Погладила сестру по её светлой макушке, осторожно, чтобы не испортить такие чудные, собранные мамой два хвостика. – Где брат?

– Сейчас, – ответила девочка и убежала в другую сторону дома. Вскоре они оба вернулись, обутые и одетые.

Мы вышли во двор, прошли по дорожке, помахали маме с улицы – она провожала нас, глядя в окно. Даже не ответив детям, даже не улыбнувшись. На душе легче не становилось.

Леонард обещал забрать нас через пару часов в центре города, у фонтанов, которые так жадно и отчаянно просил Моррис.

– Сходим к фонтанам! – твердо сказала я, чтобы он перестал ныть в своей привычной манере. Я помогла им выбраться, и мы помахали Леонарду на прощание.

Я слушала, как они проводили лето в мое отсутствие, как учились, какие предметы им даются и что родители заставляют их заниматься! Я уже и забыла, какие мои брат с сестрой общительные и своеобразные.

Анарк был красив.

Куда ни глянь – глаз повсюду натыкался на добротные многоэтажные светлые дома, дымящие трубы. Некоторые здания были отделаны мрамором. Попадались и другие, выстроенные из кирпича или покрашенные в холодные темные тона. Мы гуляли по чистым, мощённым светлым камнем улицам. Нам встречались горожане, одетые сообразно их вкусам. Кто-то был в пальто вроде моего, прекрасно защищавшим от редких порывов холодного ветра. Некоторые женщины почему-то следовали эльфийской моде, предпочитая обтягивающие юбки, разрезы, приталенные туники, кружева, множество ярких акцентов, изящных украшений. Общая неторопливость горожан умиротворяла. В центре никто никуда не спешил.

Отсюда не увидеть, но если подняться на смотровой холм, то можно разглядеть, где город заканчивается – полоску бескрайнего водного простора. Море. Ветер приносил оттуда запах морской соли. Едва уловимый. Но в основном пахло яблоками, пожухлой листвой и сыростью.

Улица шла под уклон.

Когда мы вышли к торговой площади, широкой и многолюдной, нас окружили ароматы: кожаных изделий, воска, металла, жареного мяса, пряных напитков – имбиря, лимона и корицы, а также кофе и ванили.

– Куда пойдем? – спросила я младших, которые взяли меня за руки с обеих сторон. Мы заняли всю пешую зону, мешая прохожим, но мне было тепло и уютно держать эти маленькие ладошки.

– К фонтанам! – возмутился брат, намекая, что я его совсем не слушала.

– Мы обязательно пойдем к фонтанам, они будут в конце нашей прогулки. Леонард нас заберёт там.

– Тогда хочу, чтобы прогулка скорее кончилась! – воскликнул брат. Я улавливала его легкое раздражение. Такой серьёзный, но такой еще ребенок!

– Какой ты гадкий, – буркнула Кли и прижалась ко мне, как детёныш к маме.

Я почувствовала, как Моррис отцепился от моей руки и схватил сестру, а затем её дёрнул.

– В чем дело? – поинтересовалась я, остановившись.

– Ни в чем, – ответил мой брат, глядя мне в глаза. Врун. У него был какой-то секрет, которого я была не достойна. Я отвернулась и продолжила путь, уже без них, потому что Рис заставил Кли оставить меня и взять его за руку. Они шли за мной, о чем-то шушукаясь.

– Ещё есть пожелания? Куда пойдём? – спросила я погромче, не глядя на них, чтобы напомнить о своем существовании.

– Хочу булочку с корицей. Мама никогда не разрешает их покупать! А там они очень вкусные!

– Никогда? – переспросила я, обдумывая, что это совсем не походило на маму. Уж что-что, а эта кондитерская была её любимой! От чего она не откажется, так это от свежих булочек, хлеба и тортов, которые привозили по её заказу нам домой – с раннего утра!

– Никогда! – повторил Рис, хмурясь и не отрывая своих карих глаз от меня. Он цеплялся за сестру, которой явно было неловко. Она опустила глаза.

– Мор, зачем ты мне врёшь? – покосилась я на брата, тот аж вытянул голову и сжался. – Я чувствую твою ложь. Забыл? Я эмпат.

Моррис насупился и отвернулся.

– И часто ты врёшь?

– Бывает, – ответила за него Кли. – Чтобы получить желаемое, Мор готов на всё! – Говорят, патологические вруны никогда не меняются и вылечить это нельзя!

– Рис, – обратилась я к младшему брату напуганному словами сестры. Я присела. – Что заставило тебя мне соврать? Я бы отвела тебя в кондитерскую, и мы купили бы что-то вкусное. Да сходим куда хочешь!