Текст книги "Ненавистник для мамочки (ЛП)"
Автор книги: Дафни Эллиот
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)
– Это было горячо, – ответил он. – Смотреть, как ты с ней разобралась. Я тогда чуть с ума не сошел. И ты мифическая богиня.
Со стоном он запрокинул голову.
– Блядь, я твердею, просто вспоминая тот день.
Он встал и протянул мне руку.
– Пойдем обратно в номер. У меня для тебя еще один сюрприз.
Легко потянув, он поднял меня на ноги. Потом обвил меня руками и почти коснулся губами моего уха.
– И мне нужно как следует поклониться своей богине до нашего ужина.
38
Энцо
Энцо
Когда мы вышли на заднюю террасу, я остановил Делию и повернул ее к себе, чтобы застегнуть ей пуховик.
– Куда мы идем?
Открыв дверь, я вывел ее на террасу и указал туда, где из-за камней поднимались белые полусферы.
– Видишь там? Я забронировал иглу.
У нее расширились глаза.
– Что, прости?
Я взял ее под руку, продел свою руку в ее и потянул к тропинке, ведущей к океану.
– Пойдем, сама увидишь.
Тропинка петляла к утесу, и чем ближе мы подходили, тем сильнее морской воздух обжигал легкие. Несмотря на холод, он бодрил и освежал, будто придавал нам сил, пока мы шли к ряду светящихся шатров в форме иглу.
Когда я назвал свое имя сотруднице в огромной пуховой куртке, та проводила нас к нашему иглу и расстегнула для нас вход.
Внутри было тепло, почти жарко, благодаря большому обогревателю. Там стояли небольшой диван, два уютных кресла и стол. В ведерке со льдом рядом с роскошной сырной и мясной нарезкой, красиво разложенной на столе, охлаждалась бутылка шампанского.
– Приятного вечера, – сказала сотрудница. – Связаться с вашим официантом можно через приложение на телефоне. Мы стараемся подарить гостям уединение и спокойствие.
Когда она застегнула вход снаружи, я помог Делии снять пальто. Положил его на спинку кресла, затем встал у нее за спиной и стал разминать ей плечи, пока она смотрела на широкий вид перед нами. Здесь было тепло и уютно, а полупрозрачные стены открывали невероятный вид на океан, освещенный только лунным сиянием.
– Дух захватывает, – сказала она.
Я обнял ее сзади.
– От тебя тоже. Шампанского?
Мы устроились на диване. Делия прижалась к моему боку, кормила меня изысканным сыром, а мы пили шампанское и говорили обо всем на свете.
– Ладно, теперь твоя очередь, здоровяк. – Она закинула ногу на ногу и положила голову мне на плечо.
Мягкая дорогая мебель и обогреватель, выкрученный почти на полную, делали это место невероятно уютным. Идеальный противовес океану, который бился о скалы где-то внизу.
– Что с тобой не так? Как ты в сорок лет все еще один? Что скрываешь? Товар я уже осмотрела, так что дело не во внешности. – Она постучала пальцем по губам. – Значит, что-то с психикой. Тебя тянет на странную фигню? Фурри? Ролевые игры с пришельцами? У тебя коллекция старинных фарфоровых кукол?
– Моих кукол не трогай, – сказал я, притворно оскорбившись.
Я притянул ее ближе и провел ладонью по ее плечу.
– История самая обычная. Я много работаю, так что на свидания у меня не слишком много времени и сил.
– Никакого осуждения. Ты хорош в своем деле, и я, черт возьми, восхищаюсь тем, как ты им горишь.
Конечно, она поняла. Благодарный за то, что мне не приходится оправдываться, я поцеловал ее в лоб.
– И я люблю свою работу. Ни о чем не жалею. Не провожу дни в мыслях о том, что было бы, если бы…
– Но женщины. На женщин ведь должно находиться время.
Я пожал плечами. Мне совсем не хотелось сворачивать с Делией на эту тему. Потому что в моей голове имела значение только одна женщина. Она.
Все остальные были лишь шумом из прошлого. А она? Когда я смотрел на нее, я видел только свое будущее.
Но я промолчал. Если бы из меня вырвалось хоть что-то похожее на эту мысль, она прорезала бы себе выход из иглу и нырнула головой вперед в ледяной океан, лишь бы сбежать от меня. Мы все еще присматривались друг к другу, узнавали друг друга.
– У меня были одни долгие отношения. С женщиной по имени Изабелла Роуз.
– Прости. – Она резко выпрямилась и повернулась ко мне лицом. – Та самая Изабелла Роуз с четвертого канала? Невероятно красивая ведущая прогноза погоды?
Я кивнул и потянул ее обратно к себе.
– Метеоролог. Но да. Мы встречались три года. Потом съехались.
– И… – Ее брови взлетели вверх.
– И она ушла от меня. Сказала, что я слишком много работаю. Что уделяю ей мало внимания. Через несколько месяцев я узнал, что она изменяла мне с миллиардером из мира технологий. С тем парнем, который придумал приложение, способное определить любую песню по радио.
В глазах Делии вспыхнула жажда убийства, а челюсть напряглась.
– Я с ним встречалась. Он мудак. А эта жуткая сука… Больше никогда не буду смотреть ее прогнозы.
Я рассмеялся. Обожал ее огонь.
– Все в порядке, принцесса. Мы не были созданы друг для друга. И она была права. Я работал слишком много. Я не находил для нее времени, потому что, если честно, не хотел. Тогда я не позволял себе слишком глубоко об этом думать. Она все закончила четыре года назад, и с тех пор я один.
– Твоя мать явно не в восторге от твоего холостяцкого статуса. – Она хитро улыбнулась. – Она привела тебе на гала-вечер сразу три кандидатки.
Я громко рассмеялся и поцеловал ее в макушку.
– Вся моя семья одержима идеей меня женить. Но они меня не понимают. Мои родители – исключение. Те самые безумцы, которые вместе целую вечность и до сих пор как-то справляются. Они постоянно орут друг на друга. Почти каждый день я не понимаю, как, черт возьми, им может нравиться такая жизнь, но они правда любят друг друга.
– Это так мило. – Она снова откинулась затылком на мою руку. – Брак моих родителей был катастрофой из пренебрежения, жестокости и лжи.
Я крепко сжал ее в объятиях.
– Мне жаль.
– Все нормально. – Она шумно выдохнула. – Но я так рада, что у тебя перед глазами был пример получше.
– Мои родители любили растить нас, строить бизнес вместе. Их союз всегда был крепче некуда. Мне хочется думать, что они желают этого и мне – любви и партнерства. Но, скорее всего, они просто хотят, чтобы следующее поколение ДиЛука продолжило семейное дело.
– Но они не могут заставить тебя быть тем, кем ты не являешься. Если ты не создан для семейной жизни, это нормально. Ты сам выбираешь свой путь.
От этих слов у меня по спине пробежал холодок. Потому что я начинал подозревать: возможно, я как раз создан для семейной жизни. То, чего я никогда раньше не хотел, теперь казалось тем, без чего я не смогу жить.
– Верно. Но в последнее время все изменилось. Я уже не тот парень, каким был десять лет назад. Черт, даже пять лет назад. Я рад, что в молодости не позволил семье втолкнуть меня в жизнь, к которой я не был готов. Но теперь я хочу другого.
– Я горжусь тобой. – Она мягко улыбнулась. – Ты меняешься.
Я поднял бокал.
– За перемены. И пусть впереди у нас будет еще много нового, что стоит попробовать.
Она наклонилась и поцеловала меня. Неожиданно, но чертовски приятно.
– Прости. – Отстранившись, она пожала плечом. – Мне просто очень захотелось тебя поцеловать.
– Принцесса, никогда не извиняйся. Я хочу постоянно чувствовать твои губы на себе.
Тогда ее мягкая улыбка стала мечтательной. Боже, какая же она красивая. В такие мгновения было трудно не раствориться в ней, в нас, и не начать верить в «навсегда».
Она отправила в рот оливку и склонила голову набок.
– Как думаешь, что подтолкнуло тебя к этим переменам?
– Ты, – вырвалось у меня.
– Ой, да ладно. – Она рассмеялась и хлопнула меня по бедру. – Я, конечно, горячая штучка, но не настолько. К тому же у меня вагон проблем. Не говоря уже о моей блистательной личности.
– Принцесса. – Я взял ее за руку. – Ты себя недооцениваешь. Ты не горячая. Ты – термоядерная реакция.
Она нахмурилась и всмотрелась в мое лицо.
– Я не понимаю эту отсылку.
– Спроси близняшек. Это связано с частицами водорода, которые горят при ста пятидесяти миллионах градусов Цельсия.
Из нее вырвался легкий звонкий смешок.
– Ты такой зануда.
Я подмигнул ей.
– Я подтягиваю физику. Мне надо впечатлить двух маленьких гениев.
То, как она уткнулась носом мне в шею, разогрело кровь. Черт, ее нежность действовала как наркотик. Чертовски затягивала.
– Ты для них герой, знаешь? – сказала она. – После Boston Dynamics ты не можешь сделать ничего плохого.
– Они потрясающие. Эти девочки изменят мир. Я организую им экскурсии куда угодно, лишь бы это случилось.
– Ха. Удачи. На девятый день рождения они хотят только одного – попасть в Большой адронный коллайдер ЦЕРН в Швейцарии.
– Сделано. – Я усмехнулся. – Правда, сначала мне придется пройти пару онлайн-курсов по ускорению частиц, но к нужному моменту я буду готов.
– Ты серьезно, да? – Она широко распахнула глаза и изучала меня так, будто ее искренне удивляло, что я готов стараться ради счастья ее детей.
Этот взгляд ударил под дых. Пора было сделать шаг вперед и все ей прояснить. Если все, что я смогу получить от нее, – это флирт и секс на обеденных свиданиях до конца времен, я справлюсь. Но я хотел гораздо большего, если она позволит. Поэтому я глубоко вдохнул и мысленно взмолился, чтобы она не сбежала с криком, когда я скажу все прямо.
– Можно я буду с тобой честен?
Она сжала мою руку.
– Я всегда хочу полной честности.
Я кивнул. Ладно. Пан или пропал.
– Я всегда любил свою работу. Чаще всего я только о ней и думал. И долгое время был этим совершенно доволен.
Я вдохнул и собрал всю смелость, чтобы произнести следующие слова.
– Но потом я встретил тебя. И впервые мои мысли зацепились за что-то кроме работы. За что-то, что интересует меня, волнует меня куда сильнее, чем моя работа.
Она снова сжала мою руку, но ничего не ответила. Зато и не отпрянула с ужасом на лице, так что я продолжил.
– Поэтому я привез тебя сюда. Ты для меня особенная. Между нами все только начинается, и да, мы пока присматриваемся друг к другу. Но мне сорок. Я прожил достаточно, чтобы понимать, как редко встречается такая связь. Так что я просто выложу все как есть.
– Что? – тихо спросила она, вглядываясь в мое лицо. – Чего ты от меня хочешь?
– В итоге? Всего. – Я сглотнул ком, грозивший меня задушить. – Но сейчас? Я хочу, чтобы у нас все было по-настоящему. Серьезные отношения. Чтобы мы соединили наши жизни и вместе посмотрели, к чему это приведет.
Ее улыбка дрогнула, и она опустила взгляд на колени.
– Я не знаю, что сказать. У меня никогда не было серьезных взрослых отношений. А как мать… Я понятия не имею, с чего вообще начинать, чтобы их построить.
– Разберемся вместе. Сделаем по-своему. Ты мне очень нравишься, и я надеюсь, что я нравлюсь тебе. По крайней мере, тебе нравится заниматься со мной сексом, верно? Так почему бы не попробовать?
Ее щеки порозовели.
– Ты мне тоже нравишься.
Я притянул ее ближе и едва коснулся губами ее губ.
– Кто бы мог подумать? Легендарная мужененавистница Делия Мастерс ко мне неравнодушна?
– Не зазнавайся, – огрызнулась она, но не отстранилась. – Моя кухня все еще не закончена.
Я поцеловал ее снова, на этот раз настойчивее.
– Еще пару недель. А потом я больше не твой подрядчик. Просто твой мужчина.
Вцепившись в мой воротник, она забралась на меня и оседлала мои бедра, а потом запустила пальцы мне в волосы. Вот так, нависая надо мной в лунном свете, она выглядела невероятно. И она была моей.
Она была моим человеком. С ней было непросто, но я был к ней готов.
Она наклонилась и завладела моим ртом. И не отпускала. Целовала меня так, что выбила весь воздух из легких, пока мне не показалось, что я сейчас отключусь. Наконец она отстранилась и со всей силы ударила меня кулаком в плечо.
– Господи, Энцо. Ты сказал, что эти выходные будут про отдых и жаркий гостиничный секс, а теперь притащил сюда все эти чувства. Какого хрена?
Я сдвинулся так, чтобы моя эрекция прижалась к ее жару.
– Прости, принцесса. Я не играю в игры и не притворяюсь. Хочешь уехать? Если да, я отвезу тебя домой.
Она надула губы.
– Нет. Я все еще хочу свои спа-процедуры.
– А жаркий гостиничный секс?
– Разумеется.
39
Делия
Делия
Энцо расстарался на славу. Этот люкс был за гранью роскоши – приятная перемена после довоенного дома без ремонта. Огромная кровать королевского размера, заваленная подушками, выходила окнами на океанские утесы. А сдержанная сине-серая гамма только усиливала ощущение побережья.
Поместье было чистым наслаждением. От потрясающей еды и шампанского до парного массажа, меняющего жизнь. Напряжение и стресс, мои постоянные спутники, медленно таяли.
И за все это нужно было благодарить этого большого, широкоплечего мужчину.
Пока он сидел на диване, мне в голову пришла идея. Я тут же стянула с себя футболку и выскользнула из нарядных спортивных брюк. У Шейлы был безупречный вкус в удобной одежде, и этот комплект она подарила мне на Рождество. Он и правда был чертовски удобнее брючного костюма.
– Что ты делаешь? – спросил он, окинув меня взглядом с ног до головы и приподняв брови.
Закусив губу, я медленно двинулась к нему.
– Я просто подумала… – Шла я медленно, нарочито неторопливо. – Как я тебе благодарна. Знаю, я сопротивлялась этой поездке на два дня, но мне стало… – Я остановилась перед ним и попыталась подобрать точное слово для того, что со мной происходило. – Легче? Наверное? Просто лучше.
Он похлопал по подушке рядом с собой, и я свернулась у него под боком.
– Думаю, я так привыкла к давлению, что забываю, как сильно оно на меня влияет, – сказала я. – Оно копится и копится, но так медленно, что я не замечаю, насколько мне тяжело.
Он притянул меня ближе и поцеловал в макушку.
– Я рядом, – сказал он. – Для всего, что тебе понадобится. В любой момент.
Я улыбнулась, глядя на его красивое лицо. Я ему верила. Мы познакомились меньше двух месяцев назад, но он уже доказал мне, что держит слово. Он был честным и надежным. И показывал мне это понемногу, каждый день.
Ощущение было страннейшее. Доверие. Быть с ним открытой и настоящей так, как я бывала только с Дилан, Лив и Шейлой. Рядом с Энцо мне не нужно было прятаться за фасадом совершенства. Не нужно было сглаживать трудности и скрывать свои недостатки.
Так долго я мирилась с жизнью в одиночестве. С такой жизнью, где не придется рисковать сердцем. Я никогда не думала, что окажусь здесь. Доверие было местом, которое я даже на карте вряд ли смогла бы найти. И все же мы были здесь, смотрели на океан и позволяли себе быть уязвимыми друг перед другом. И это было так чертовски сексуально.
Вот уж действительно пугающие пристрастия. Честность и надежность? В этом мире не было ничего страшнее, чем отдать свое сердце в руки мужчине.
– Думаю, – сказала я, садясь на него верхом и наслаждаясь тем, как его руки тут же заскользили по моему телу, – прямо сейчас мне нужно немного отвлечься.
Прижавшись губами к его губам, а грудью к его груди, я долго впитывала жар его сильного тела. Потом скользнула вниз и опустилась на колени.
Надо мной его темные глаза расширились от удивления. Эта реакция только усилила мое желание сделать ему приятно. Я потянулась к его молнии, и без всяких подсказок он приподнял бедра, давая мне больше свободы. Когда я стащила джинсы с его бедер, забрав заодно и трусы, его твердый член вырвался наружу.
Обхватив его правой рукой, я наклонилась и поцеловала головку.
– Господи, женщина. Ты пытаешься довести меня до сердечного приступа? – Он застонал, опустив лицо, наполовину скрытое тенью.
Я пожала плечами.
– Нет. Просто показываю тебе свою благодарность.
На этот раз, наклонившись к нему, я провела языком, и его голова с приятным глухим стуком откинулась назад. Этот большой мужественный мужчина таял у меня в руках.
Я не спешила, дразнила его, едва касалась губами чувствительной кожи и наслаждалась ощущением его в своих ладонях. В молодости я терпеть не могла минеты. Мне это казалось унизительным, и меня бесило, что большинство мужчин воспринимают их как должное.
Но сейчас? Меня накрыл прилив силы, а по венам разлилось возбуждение. То, как его тело напрягалось и вздрагивало, наполняло меня эйфорией.
Я скользнула ртом вниз по его длине, обхватывая ствол рукой, и взяла в рот куда больше, чем считала возможным. Снова медленно двинулась по нему губами, лаская языком снизу, а второй рукой обхватила его яйца.
– Блядь, – прорычал он. – Посмотри на меня, Делия.
Я подчинилась и встретилась с ним взглядом. Видела, как расширяются его зрачки от этой откровенной картины. Меня стремительно уносило. Я так возбудилась, что пришлось сжать бедра. Поэтому я ускорилась, чередуя движения языка, губ и руки.
Он запустил ладонь мне в волосы – мягко, но властно, как награду за хорошую работу. Я застонала от того, как напряглись его бедра.
– Боже, какая ты красивая. Такая сильная, когда стоишь передо мной на коленях. Каждый раз думаю, что сексуальнее уже некуда. Черт, как же хорошо.
Его слова стали бессвязными, пока я двигала рукой и брала его в рот так глубоко, как могла. Его бедра дернулись навстречу, выдавая, насколько он близко.
А я хотела этого. Хотела, чтобы ему было хорошо. Чтобы он почувствовал хотя бы частицу того желания, удовольствия и благодарности, которые дарил мне.
Он толкнулся мне в рот, его движения стали резкими и неровными.
– Можно? – спросил он, и в его лице было столько искренности и почти благоговейного изумления.
Я кивнула, не останавливаясь и не отводя от него глаз.
Этого оказалось достаточно. Мгновение спустя он сорвался, пульсируя у меня во рту. Я проглотила его, не сбавляя темпа, чтобы продлить его удовольствие, наслаждаясь каждой секундой. С выражением чистого экстаза он выдохнул последнее ругательство и откинулся назад, мягко поглаживая мои волосы.
Я откинулась назад и вытерла губы. Такой окрыленной я не чувствовала себя уже много лет. И еще меня распирало от гордости.
Энцо не дал мне долго наслаждаться своим достижением. Через пару ударов сердца он дернул меня к себе на колени, обхватил руками и уткнулся лицом мне в грудь.
– Блядь, – прошептал он. – Никогда в жизни не испытывал ничего подобного.
Я поерзала у него на коленях.
– Мне тоже понравилось.
– Не сомневаюсь. И я отчаянно хочу тебя трахнуть. Но мне нужна минута.
Тихо мурлыкнув, я прижала его к себе крепче.
– Я не против.
– А я против. Так что тебе придется сесть мне на лицо и ездить на моем языке, пока у меня снова не встанет. И ты кончишь минимум три раза, прежде чем я тебя трахну. Потому что, Делия, после такой разминки я собираюсь не останавливаться всю ночь.
40
Энцо
Энцо
Энцо:Мне нужна услуга.
Делия:Сексуального характера?
Энцо:К сожалению, нет.
Делия:Выкладывай. У меня не весь день свободен.
Энцо:Моя мать с меня не слезает. Амара рассказала ей о тебе, и теперь она пилит меня, чтобы я привел тебя на воскресный ужин.
Делия:Воскресный ужин?
Энцо:Да. Отказ не принимается. То есть я тебя прикрою, если не захочешь идти, но она может отлупить меня скалкой за неповиновение.
Делия:Я бы заплатила хорошие деньги, чтобы на это посмотреть.
Энцо:Тогда пойдем со мной. Познакомишься с моей чокнутой семейкой, а тебя насильно накормят углеводами и сыром.
Делия:Ну, если так ставить вопрос…
Энцо:Я тебя не заслуживаю, принцесса.
Делия:Да, я знаю .
Энцо:Как насчет того, чтобы всю ночь сидеть у меня на лице?В качестве компенсации.
Делия:Я думала, мы и так собирались этим заняться.
Энцо: 😜
Ком в горле перекрыл мне дыхание. Это ужасная идея. Нет. Кошмарная, катастрофическая идея.
Зачем, черт возьми, я попросил ее приехать?
Как только я услышал машину на подъездной дорожке, то бросился к двери. Мне отчаянно хотелось сказать ей, чтобы она разворачивалась и не оглядывалась. Но потом она вышла из минивэна – в черном платье, черном пальто, на головокружительных каблуках, с гладким хвостом и широкой улыбкой.
На улице было ниже нуля, а я стоял без пальто, но был почти уверен, что рубашка с воротником уже промокла от пота. Этот ужин мне точно не пережить.
– Я принесла подарки, – сказала она, поднимая букет цветов. – Надеюсь, ничего страшного.
Я поцеловал ее в висок.
– Ты идеальна. Надеюсь, ты голодная. Мама обидится, если ты не съешь еды на неделю вперед.
Она похлопала меня по руке.
– Вчера на ужин Шейла приготовила рыбу на гриле и салат из водорослей. Поверь, я умираю от голода.
– Нам нужен сигнал. Чтобы я мог перекинуть тебя через плечо и вынести отсюда, когда понадобится.
Она привстала на цыпочки и поцеловала меня в щеку, покрытую щетиной.
– Как насчет такого? Если я оближу губы, мы встречаемся в ближайшем чулане и набрасываемся друг на друга?
Она лукаво подмигнула, и у меня едва не подкосились ноги.
– Я серьезно, Делия, – сказал я, оглушенный странной смесью желания и ужаса. – Ты еще можешь развернуться.
Она посмотрела на меня снизу вверх, и ее голубые глаза засверкали.
– Назад дороги нет, Энцо. Давай сделаем это.
Всякая надежда на то, что моя семья поведет себя хоть сколько-нибудь спокойно, исчезла в тот миг, когда я повернулся, чтобы повести ее в дом. Все до единого, кроме отца, подглядывали через стеклянные вставки в двери.
– Добро пожаловать, – сказала мама, выходя на крыльцо, когда я злобно уставился на нее.
Делия протянула руку.
– Очень рада познакомиться, миссис ДиЛука.
Мама проигнорировала ее руку и шагнула прямо в ее личное пространство.
– Иди сюда. В нашей семье обнимаются.
– Мам, впусти ее внутрь. На улице холодно.
Не обращая на меня внимания, мама похлопала Делию по щеке.
– Ты такая худенькая. Ничего. Мы это исправим. Заходи, поешь пасты.
Она потянула Делию за руку, мимо нонны и моих любопытных сестер, прямиком на кухню.
Я поспешил за ними, забрал у Делии пальто и встал между ней и как можно большим числом кружащих вокруг шакалов. Сам виноват. Я не приводил женщину домой со времен Изабеллы. Но думал, они хотя бы возьмут себя в руки.
Она не экспонат в зоопарке.
Мама знакомила ее со всеми и называла «девушкой Энцо». Формально верно, но от этого мне становилось еще неуютнее.
С того самого момента, как Делия согласилась попробовать по-настоящему, у меня только росло давление.
Потому что она мне нравилась. Больше чем нравилась.
И я отчаянно надеялся, что она выдержит мою семью. Они были важны для меня и во многом сделали меня тем, кто я есть. Блядь, как же мне не хотелось, чтобы они спугнули ее своим полным безумием. Но такой вариант был вполне возможен.
Первой до нее добралась Джианна. Она поцеловала Делию в щеку, одновременно качая на бедре плачущего малыша.
– Где ты купила то зеленое платье для гала-вечера Сети помощи в кризисных ситуациях? Ты была в лифчике? Я родила четверых, так что не уверена, что сейчас могу ходить без него.
– Господи, – сказал я, обхватывая Делию за плечи, чтобы увести ее.
Но далеко мы не ушли. Подкралась Виола, пожала Делии руку с профессиональной вежливостью и поправила очки на носу.
– Я о тебе ничего не слышала, – сказала она и бросила на меня сердитый взгляд. – Мой брат держал тебя только для себя. Налить тебе бокал вина? Расскажи мне свой последний сон.
– Отстаньте, – сказал я им обеим. – Где Амара?
Она обещала прийти пораньше и прикрывать меня.
Обе сестры пожали плечами, а Виола забрала из рук Делии бутылку вина и цветы. Но когда они отступили, перед нами оказалась нонна.
– Садись, нонна, – мягко сказал я.
Она меня проигнорировала. С решительным видом шагнула к Делии. Даже в лучшие годы ее рост был около ста пятидесяти сантиметров, так что сейчас она едва доставала Делии до груди.
– Наклонись, – сказала она.
Делия посмотрела на меня, ожидая перевода.
– Она хочет рассмотреть тебя поближе.
Выглядя лишь слегка настороженной, Делия наклонилась так низко, что они с Нонной оказались глаза в глаза.
Нонна взяла ее лицо в ладони и внимательно изучила.
– Красавица. Элегантная.
Я выдохнул. Ладно, это было лучше, чем я ожидал.
Похлопав Делию по щеке, нонна перешла на английский и улыбнулась мне.
– Худая, но бедра хорошие. Рожать удобно.
Я чуть не подавился собственным языком.
– Нонна!
Она пожала плечами и приподняла бровь.
– Что? У ДиЛука рождаются крупные дети.
Я обнял Делию за плечи и притянул к себе. Слава богу, в ответ на нелепый комментарий нонны она хохотала до слез. А я тем временем мечтал, чтобы прямо на кухне разверзлась адская пасть и проглотила меня целиком.
– Прости, – сказал я, крепче сжимая ее плечи. – Нонне восемьдесят семь. Она немного выжила из ума.
– Лжец.
Нонна назвала меня лжецом и зашаркала обратно к столу.
– У меня ум острый, как чертов гвоздь. Все благодаря судоку.
Я встретился взглядом с Делией и молча умолял ее не бросать меня и не переставать со мной разговаривать. Моя семья – это слишком. А сегодня они, похоже, решили выложиться на полную.
Но напряжение сняла именно мама. Кто бы мог подумать.
– Энцо, помоги мне отнести блюда на стол.
Она подняла одно и направилась в столовую.
– Ты любишь равиоли? – спросила она через плечо.
Кивнув, Делия взяла поднос с телятиной и пошла за моей матерью.
После молитвы Делия занялась тарелкой и громко нахваливала каждое блюдо. Мама сидела во главе стола и суетилась вокруг моих племянников. Те притащили за стол Nintendo Switch и не слишком скрытно пытались играть вместо того, чтобы есть.
– Энцо сказал, что у тебя есть дети, – сказала она, накладывая еду в тарелки мальчиков. – Надо было привести их с собой. Нам так повезло: у нас уже шестеро внуков.
Она бросила на меня взгляд.
Делия улыбнулась и принялась рассказывать забавные истории о близнецах, а потом достала телефон, чтобы показать фотографии. Этого хватило, чтобы разговор потек сам собой. Через пару минут Джианна и Виола уже обменивались с Делией безумными историями о детях.
Чудесным образом все вели себя в основном прилично. По крайней мере, по меркам ДиЛука.
– А ты юрист? – мама улыбнулась. – Я сразу поняла, когда увидела, как вы танцуете на гала-вечере. Повернулась к Амаре и… кстати, где она, черт возьми?
– Она написала. Сказала, что на работе что-то случилось, – сказала Виола, нарезая еду младшему.
Когда мама посмотрела на меня, я засунул в рот огромный кусок равиоли и кивнул. Понятия не имел, чем сегодня занималась Амара, но прикрытие сдавать не собирался.
– Так вот, я увидела тебя и сразу поняла. Сказала мужу: «Бог услышал наши молитвы. Энцо женится на этой!»
Сердце у меня дернулось. Черт. Делия вот-вот с криком выбежит отсюда.
– Мам, пожалуйста, хватит. Мы только начали встречаться.
Она пожала плечами и поджала губы.
– Я твоя мать, и это мой дом. Я весь день горбатилась, чтобы вас накормить. Тебе нравятся эти равиоли?
Она ткнула вилкой в воздух, указывая на мою тарелку.
– Я сделала их вручную. На машинке для пасты с ручкой, которую твой дед привез со старой родины.
О боже, началось чувство вины.
– Делия не обиделась.
Мама обвела той же вилкой круг в воздухе.
– Понимаешь, дорогая, – сказала она Делии, – он не приводит девушек домой. Он даже на свидания не ходит. Даже когда я из кожи вон лезу, чтобы его с кем-нибудь познакомить.
Вот дерьмо. Ее уже понесло. Я опустил подбородок и поморщился. Если она разгонялась, остановить ее было невозможно.
– Он только работает, работает, работает. Нет времени на любовь. Нет времени создать семью. Ничего, кроме работы. Пустая жизнь, – выговаривала она, потрясая в мою сторону ломтиком хлеба.
Я получал разные варианты этой лекции почти каждое воскресенье всю свою взрослую жизнь. Но впервые в истории кто-то осмелился перебить мою мать.
Рядом со мной Делия положила вилку и прочистила горло.
– При всем уважении, миссис ДиЛука, Энцо действительно очень много работает. Но слишком это или нет, решать ему. Я знаю его всего пару месяцев, но с первого дня восхищаюсь тем, как он справляется со своими обязанностями и распоряжается временем. Он находит время для друзей, тренировок и благотворительности.
Мама резко вдохнула.
– И, – продолжила Делия с идеальной осанкой и приторно-сладким голосом, – я поражена тем, как многого он добился. Он без конца говорит об отце и деде, обо всем, чего они достигли, пока стояли у руля.
Она кивнула моему отцу и нонне.
– Но кампус «GeneSphere»? Здание музея Милларда? Очевидно, что он вывел семейный бизнес на совершенно новый уровень.
– Это правда, – сказал отец, наконец вступая в разговор. – Он проделал чертовски хорошую работу.
– Спасибо, пап.
Мне пришлось заставить себя не тереть ноющую грудь. Похвала отца выпадала редко.
Мама сложила пальцы домиком и прищурилась на Делию, а я приготовился к удару. Потом она приподняла подбородок и сказала, ни к кому конкретно не обращаясь:
– Эта мне нравится. Слава богу. Энцо нужна сильная женщина.
Она повернулась к нонне.
– У нее есть стержень.
– И бедра, – пробормотала нонна в свою телятину.
Я выдохнул, даже не заметив, что все это время задерживал дыхание, и сжал бедро Делии. Черт. Она понятия не имела, какое испытание только что прошла.
Остаток ужина прошел мирно. Делия задавала вопросы каждому члену семьи, играла с моими племянницами и позволила маме подробно объяснить технику приготовления равиоли.
И я пришел к паре важных выводов.
Во-первых, Делия была куда умнее, чем я когда-либо буду.
А во-вторых. Я влюбился в нее по уши.
– Твоя семья не такая уж страшная. От твоей мамы точно исходит мощное «не связывайтесь с моей семьей», но я это уважаю.
Мы свернулись калачиком на моем диване перед камином. После семейного ужина я уговорил ее заехать ко мне на бокал перед сном, а уже потом возвращаться в особняк.
Мне хотелось еще немного времени с ней. Подержать ее в объятиях и убедиться, что она настоящая. И моя.
– Ты потрясающая, – я уткнулся носом в ее шею. – Я хочу тебя. Настолько долго, насколько ты меня выдержишь.
Она хихикнула.
– Ты говорил это в прошлые выходные. А я сказала хорошо. Пока мы не торопимся и следим, чтобы близнецам было спокойно.
– Правда? Ты будешь моей?
Она фыркнула.
– На такое заявление я должна бы обидеться.
– Но ты не обиделась.
Я крепче сжал ее в объятиях.
– Втайне тебе это нравится. Ты же хочешь быть моей девочкой, правда, Делия?
Она закрыла лицо руками и опустила подбородок.
– Не девочкой, – сказала она, выглядывая между пальцами. – Я хочу быть твоей женщиной.
Она глубоко вдохнула и выдохнула, будто эти слова дались ей нелегко.
– Только не говори другим мамам. Они мне этого до конца жизни не забудут.
Я пересадил ее к себе на колени и запустил пальцы под край ее платья.
– Это будет наш секрет, – сказал я, проводя рукой по нежной коже ее бедра. – Я твой должник после того, как ты сегодня выдержала мою семью.
– Ты шутишь? Ты несколько недель спал на раскладушке. А мои дети засовывали тебе в нос детали конструктора.
– И это было куда менее болезненно, чем комментарии нонны о твоем теле.
– Она смешная. Я почти не знала своих бабушек и дедушек. Кроме родителей, тетя Луиза была моей единственной семьей. Я скучаю по ней. Старики уморительные.
