Текст книги "Ненавистник для мамочки (ЛП)"
Автор книги: Дафни Эллиот
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)
24
Делия
Делия
Из всех благотворительных вечеров во всех городах мира Энцо, мать его, ДиЛука должен был явиться именно на этот.
И у этого мерзавца еще хватило наглости выглядеть чертовски великолепно в безупречном черном костюме. С черной рубашкой и без галстука, между прочим. Какой-то сексуальный модный бунтарь.
Никаких строительных ботинок сегодня не наблюдалось. Нет, он вырядился в костюм Tom Ford, скроенный так безупречно, что подчеркивал все его многочисленные достоинства.
Борода, свежеподстриженная, делала его только еще аппетитнее.
Мысли тут же вернулись к нашей стычке в моей ванной. К его мощной груди, широкой, теплой, покрытой волосами. Волосатая грудь никогда меня не привлекала, но у Энцо она лишь усиливала его мужскую притягательность.
К сожалению, он пришел с парой. Или с парами. Я все еще пыталась понять, что у них там происходит. Большую часть вечера его окружали три женщины. Что, черт возьми, творилось? Он не мог, как нормальный человек, привести одну спутницу?
Я размяла шею и улыбнулась Кайлу, когда он протянул мне новый бокал шампанского. Пока что вечер нельзя было назвать полной потерей времени. Платье было огонь, а то, как у Энцо отвисла челюсть, когда он меня заметил, окупало весь дискомфорт от светской болтовни. Я взяла его в Rent the Runway, потому что бюджет больше не позволял тратиться на вечерние наряды. Вместе с ним заказала еще несколько платьев, куда больше в моем стиле.
Дилан отвергла более скромные варианты, которые нравились мне, и терзала меня без остановки, пока я не согласилась надеть зеленое. Она решила, что нам нужно совпадать по цвету. Эту идею она подхватила у будущей свекрови. Потом Лив удивила нас, пригласив команду стилистов и визажистов. Мы потягивали напитки – органическое вино для Лив, Шейлы и меня; какую-то вишневую «мамозу», которую Кортни смешал для Дилан, – смеялись и вспоминали беззаботные студенческие дни, когда на сборы тратили больше времени, чем на саму вечеринку.
Уже тогда мы были не разлей вода. Большую часть времени проводили вместе в нашей комнате, смотрели реалити-шоу и ели попкорн из микроволновки. Мало что изменилось. Разве что теперь мы собирались на крыше или запирались в кабинете Шейлы, пили вино и обсуждали скабрезные книжки.
Кайл оказался идеальным спутником. Весь вечер он широко улыбался, делал селфи и при необходимости пополнял мой бокал шампанского.
За ужином он вежливо поддерживал разговор, расспрашивал о моих детях и оказался невероятным танцором. Кайл Боско был идеальным материалом для легкой интрижки. В нем сочетались тело качка и энергия дружелюбного золотистого ретривера. Никаких обязательств, никаких рисков. И, судя по рассказам Кортни и Дилан, он был бы не против.
Но, как бы просто все ни выглядело, интрижки я не хотела. И уж точно не хотела его.
Только я больше не понимала, чего хочу. Чувства, годами спавшие где-то глубоко, поднимались на поверхность, а девать их было некуда. В моей жизни не было места влюбленности в подрядчика. Не было ни времени, ни пространства, чтобы разобраться с влечением, от которого я никак не могла отделаться.
– Пойдем танцевать. – Кайл улыбнулся мне так, что, наверное, трусики от такой улыбки падали сами собой раз в две недели.
Я уже подумала отмахнуться, но тут снова увидела Энцо. Он смотрел на меня от бара. И я протянула Кайлу руку. Раз уж этот тип собирался расхаживать тут с целым гаремом женщин, я потанцую с красавчиком-бейсболистом.
Когда он вывел меня на танцпол, оркестр заиграл первые ноты Wonderful Tonight.
Кайл притянул меня ближе и положил руку мне на бедро.
– Я танцую с тобой только потому, что ты одноклубник Кортни, – чопорно сказала я. – Если эта рука сдвинется хоть на сантиметр ближе к моей заднице, я ее сломаю.
Его глаза расширились, и провинившаяся рука поднялась по моей спине на пару сантиметров.
– Без проблем. Руки мне вообще-то нужны для работы, так что буду вести себя прилично.
– Вот и хорошо. – Я коротко кивнула. – Рада, что мы поняли друг друга.
– Я просто пришел хорошо провести время. И хотя ты, похоже, немного на взводе, я не против. Мне нравятся нервные женщины.
– Просто заткнись и танцуй, Кайл.
– Да, мэм.
Но он оказался болтуном. И, хотя вел меня уверенно и умело, рот держать закрытым не мог.
– Есть какая-то причина, почему ты все время смотришь на того парня у бара? Он тебе денег должен?
– Нет.
– Кровная вражда?
Я отстранилась и подняла одну бровь.
– Что? В межсезонье я много смотрю тру-крайм.
Я покачала головой и позволила ему повернуть меня так, чтобы Энцо больше не было видно.
– Он мой подрядчик, и я его ненавижу.
– Жаль, потому что он идет сюда.
Резко вдохнув, я отпустила руку Кайла и развернулась. И чуть не врезалась прямо в широкую грудь Энцо. Черт, костюм был просто невероятный.
– Можно украсть танец? – спросил он у Кайла, будто я была какой-то вещью, которую передают из рук в руки.
– Нет, – сказала я.
В ту же секунду Кайл сказал:
– Да.
– Проваливай, Энцо.
Кивнув Кайлу, он взял меня за руку и притянул вплотную к себе.
– Просто потанцуй со мной, принцесса, – прошептал он мне на ухо, и от его хриплого голоса по спине побежали мурашки.
Мне следовало послать его на хрен. Следовало оттолкнуть. Но жар его ладони на моей спине немного растопил ярость. В его одеколоне, должно быть, содержался какой-то токсин, нарушающий работу моего мозга, потому что вместо того, чтобы разнести его в клочья, я позволила ему мной командовать. И, может, даже немного получила от этого удовольствие.
Так что мы танцевали. Я молчала, потому что боялась выкинуть какую-нибудь идиотскую штуку. Например, спросить, можно ли лизнуть его в шею. Он пах до чертиков хорошо, был теплым и сильным. Мне не полагалось это любить. Не полагалось жаждать такого прикосновения.
Но каждый раз, когда он оказывался рядом, чувство, будто мне не хватает чего-то важного, становилось сильнее. Завтра я снова могла начать с этим бороться. Может, всего на минуту я позволю себе это прочувствовать. Что бы это ни было. Потому что я, черт возьми, понятия не имела, что происходит.
Одна песня перетекла во вторую, потом в третью. Я чувствовала, как напряжение нарастает. Что это? Нам нужно остановиться. Я же не могла всю ночь покачиваться в его объятиях. Хотя... могла?
Очевидно, он оказывал глубочайшее влияние на мои умственные способности. Я винила смокинг и эту чертову бороду. Мне хотелось потереться об нее щекой.
Наше поцелуйное безумие в душе оказалось слишком коротким, чтобы я как следует поняла, как она ощущается на коже. Я заставила себя оглядеться, отчаянно ища что-нибудь, что выдернет меня из этого похотливого тумана. Слишком давно я не баловала себя тем, что Шейла любила называть «заботой о себе». И, очевидно, сегодня мне придется поставить это в приоритет, потому что я опасно близко подобралась к публичному позору.
– Эй. – Я нарушила наше молчание и кивнула в сторону бара. – Кажется, наши спутники нашли общий язык.
Он проследил за моим взглядом туда, где Кайл болтал с одной из женщин, сидевших раньше рядом с Энцо.
Он покачал головой.
– Сара не моя спутница. Мать притащила ее сюда под ложным предлогом. И она спортивный репортер, так что неудивительно, что Боско ей интересен.
– Погоди. Ты знаешь имена женщин из своего гарема? А я думала, им присваивают номера.
Он коротко рассмеялся.
– Это оскорбительный и устаревший термин. И потом, откуда тебе знать? Может, я полиаморен. Невежливо высмеивать чужой образ жизни, даже если он тебе не близок.
Вот черт. В этом городе жили самые разные люди с самыми разными взглядами на отношения. Черт, какая же я предвзятая.
– Прости, – сказала я, поморщившись. – Я не знала.
Он улыбнулся.
– Извиняться не за что. Я не по этой части. – Он притянул меня ближе и наклонился так, что его дыхание коснулось моей мочки. – Потому что если что-то мое, оно только мое. Я, блядь, не делюсь. Никогда.
По спине пробежал холодок.
Черт, меня это завело. А поскольку под этим платьем на мне не было лифчика, об этом, вероятно, уже знала вся вечеринка.
Сколько мы торчали на танцполе? На нас смотрели? Сердце колотилось о ребра, дыхание сбилось, а вопросы метались в голове один за другим.
Так что я закрыла глаза и заставила себя глубоко вдохнуть. Задержала дыхание, пока в легких не защипало, а потом выдохнула. Наверное, я все это надумала.
Но тут краем глаза я увидела Дилан. Она сидела за нашим столом, положив босые ноги на стул, и безумно ухмылялась мне. Ах, черт. Не надумала.
Она наверняка снимала видео и отправляла его остальным мамочкам. Мне этого до конца жизни не забудут.
Делия Мастерс, ненавистница мужчин олимпийского уровня, запала на горячего подрядчика с низким голосом и более-менее приличными танцевальными навыками.
– Мне официально скучно, и я умираю с голоду, – объявил он. Слова прозвучали небрежно, но смотрел он на меня с мягкой тревогой, будто почувствовал мою панику. Он отступил и протянул мне руку. – Хочешь кусок пиццы? Я знаю одно место.
– Мы только что ужинали.
Он похлопал себя по плоскому животу.
– Я растущий мальчик, а морской язык еще никого не насыщал. Пойдем, принцесса. Вид у тебя такой, будто кусок пиццы с пепперони тебе не помешает.
Я развела руки и посмотрела на себя.
– Я не могу есть в этом платье.
Энцо шагнул ближе, наклонился и заставил меня встретиться с ним взглядом.
– В этом платье ты могла бы завоевать мир.
Хотела ли я уйти с ним? Было поздно, и мой лимит общения с людьми иссяк. Больше всего на свете мне хотелось снять эти чертовы туфли. Но я почти ничего не съела. В основном потому, что была слишком занята тем, что следила за Энцо и мучительно пыталась поддерживать светскую беседу с каждым, кто ко мне подходил.
Дилан и Кортни уже видели, как мы танцуем, так что какой вред от того, что я быстро перекушу с ним перед тем, как поехать домой? Это ничего не значит.
– Ладно, – сказала я. – Но вообще-то я больше люблю с колбасками.
Он поднял бровь.
– Конечно, любишь.
– Это так вкусно. – Я ухватила еще один кусок с колбасками и грибами.
Он улыбнулся, и у глаз появились эти его морщинки.
– Я знал, что светская болтовня с богачами разжигает в тебе зверский голод. По глазам видел. Ты уже возьмешь мое пальто? Ты все еще дрожишь.
Я покачала головой. Как истинный джентльмен, Энцо уже несколько раз предлагал мне свое шерстяное выходное пальто. Из феминистских принципов я упорно отказывалась. Единственное нарядное черное пальто, которое у меня было, оказалось тонким и до жалости неподходящим для конца января в Бостоне. Его пальто, плотное и роскошное, выглядело дорогим и теплым. И, наверное, пахло им. Поэтому оно было опасным и абсолютно запретным.
Мы сидели на столе для пикника. Между нами лежала коробка с пиццей, а перед нами открывался вид на гавань. Как и обещал, Энцо привел меня в потрясающую крошечную пиццерию, о которой знали только свои. Когда пицца была готова, мы дошли до здания суда имени Моакли, чтобы посмотреть на лодки в гавани. Огни моста Тобина подсвечивали небо над нами.
– Вот за что я люблю Бостон, – сказала я, подбирая ноги под длинную юбку, чтобы согреться. – Времена года, зима, прогресс и технологии. И при этом история.
Я махнула рукой за спину.
– Бостонское чаепитие случилось вон там.
– Значит, ты бостонская девчонка?
Я фыркнула.
– С самого начала. Уильям Ф. Мастерс прибыл сюда на «Мейфлауэр». В моих венах шестнадцать поколений массачусетской крови.
– Массачусетской, значит?
Я пожала плечами.
– Мне не стыдно.
– Мне это в тебе нравится. – Он снова улыбнулся так, что у глаз появились морщинки. – Ты не прячешься от того, кто ты есть. Такая искренность редко встречается.
В голове взвыли сирены, и звучали они подозрительно похоже на девчонок-подростков. Я ему нравлюсь! Я ему нравлюсь! Раздражает. Вот почему я не связывалась с мужчинами. Они буквально уничтожали клетки мозга.
– У меня нет времени притворяться, – объяснила я. – У меня и так слишком много всего, и вся энергия уходит на то, чтобы день за днем удерживать все в воздухе. У меня нет времени скрывать не самые приятные стороны своей личности. И желания тоже нет.
– По-моему, в тебе много приятного, принцесса. – Его взгляд потемнел и прошелся по мне сверху вниз.
Несмотря на лютый холод, внизу живота вспыхнул жар и разлился по всему телу. Его внимание было таким приятным. Мне захотелось узнать его ближе. И самой раскрыться перед ним. Очевидно, у меня случался какой-то психоз. Но черт, как же хорошо это ощущалось.
– Те женщины, с которыми тебя свела мать. Миниатюрные брюнетки. Твой типаж, да? – Кирпичик за кирпичиком я снова возводила стену между нами. Одну из многих, которые выстроила за эти годы, чтобы защититься.
Я не в его вкусе, сказала я себе. Я недостаточно хороша для такого мужчины, как он. Это не по-настоящему. Возьми себя в руки, Делия. Ты устала, тебе одиноко, и ты хватаешься за соломинку.
– Нет, – сказал он. – Не мой типаж. Как говорится, джентльмены предпочитают блондинок.
– Нет, – возразила я. – Они предпочитают безвольных дур с большими сиськами и без собственного мнения.
Он наклонился ближе.
– Только не этот джентльмен. Мне нравятся огненные блондинки. Умные, дерзкие и с яйцами побольше, чем у большинства мужчин.
– Звучит отлично, – сказала я, расправляя плечи и глядя прямо перед собой. Я совершенно не понимала, что делаю. Я правда пыталась с ним флиртовать? Или ссориться? И то и другое? В моем тупом мозгу бушевала какая-то химическая реакция, и я теряла контроль.
Он покачал головой и передвинул коробку с пиццей на другую сторону. Потом подвинулся так близко, что наши плечи соприкоснулись.
Он собирался обнять меня? Снова поцеловать?
Но потом он меня по-настоящему ошеломил. Взял за руку. Я застыла, не зная, как ответить на такой простой и при этом огромный жест.
Мы соединились. И это ощущалось как что-то важное.
У меня было столько вопросов. Но вместо этого я замолчала и посмотрела на гавань.
Годами я плыла против течения. Сражалась на всех фронтах за себя и свою семью. И хотя мне отчаянно хотелось понять, что все это значит, я решила пока отодвинуть тревоги в сторону. Просто погреться в этом маленьком мгновении.
Так мы и сидели, держась за руки и глядя на воду.
В конце концов он снял пальто и накинул мне на плечи.
И я позволила.
25
Энцо
Энцо
Мне следовало быть дома. Следовало разбираться с квартальными финансовыми отчетами, которые прислал Оуэн. Следовало заниматься кучей дел.
Но вместо этого я входил в дом из коричневого песчаника.
Формально я был здесь, чтобы окончательно решить вопрос с плиткой для кухни. Демонтаж мы уже закончили, водопровод и электрику перенесли. Через несколько дней должны были начать устанавливать шкафы, так что нужно было сделать финальный заказ. Делия все колебалась, но пора было выбрать. Иначе мы рисковали сорвать сроки.
Ага. Вот зачем я пришел. Исключительно по работе.
И, может, совсем немного я сам тосковал по этому месту. Среди хаоса, игрушек на всех поверхностях, странных смузи и уморительных людей оно начинало казаться домом.
Мне приходилось напоминать себе, что я здесь не живу. Это не мои люди. Да, это семья, но я всего лишь парень, которого наняли починить дом.
Мой психотерапевт пришла бы от этого в восторг, но шутка была за ней. Я слишком занят, чтобы записаться на прием. К тому же находиться здесь начинало казаться терапией.
Каждая минута в этом доме раскрывала во мне что-то новое. Давала пищу для размышлений.
Например, мое прежнее заявление, что отцовство меня не интересует. Я прожил сорок лет, ни разу не почувствовав тяги к детям, несмотря на постоянные попытки моей семьи заставить меня подарить наследника строительной империи ДиЛука.
А теперь? Теперь все спуталось.
Я вошел через парадную дверь, где пространство освещала новая люстра, и снял ботинки.
– Красавчик! – крикнула Винни, подбегая ко мне. – Ты не видел мою блокфлейту? Я нигде не могу ее найти.
Я взъерошил ей волосы.
– В игровой смотрела? Финн там строил какое-то сооружение.
– Поможешь поискать? – Она потянула меня за руку, и на лице у нее было такое несчастное выражение.
– Конечно. Только сначала уберу вещи.
Она умчалась, а я направился в столовую. По пути мне встретилась Лив. Она держала Адди на вытянутых руках и морщила нос. Через миг после того, как они прошли мимо, я понял почему. Черт, эта болотная жижа и правда произвела на малышку сокрушительный эффект.
Я почти дошел до столовой, когда рядом появились Кай и Финн.
– У тебя же есть приложение DoorDash? – Кай оглянулся через плечо на пустой дверной проем. – Думаешь, мы могли бы заказать ужин?
– А что сказала твоя мама? – Я уже попадался на это раньше, когда меня втянули в огромный заказ дизайнерского печенья. Мамы тогда мне за это устроили. Куча сахара перед сном – категорическое нет. Принято к сведению.
– Она на арене с Роуэн. Оставила нам в кладовой английские маффины из спельты с подсолнечной пастой.
Финн закивал, как болванчик, и скривился.
– Маффины тети Шей на вкус как земля. Пожалуйста, можно мы лучше закажем куриные палочки?
– Простите, ребята, – сказал я и сочувственно улыбнулся. – Может, сначала спросим у других взрослых?
– Ты один из наших взрослых. Ты теперь живешь здесь, значит, должен нас кормить, когда мы голодные, – сказал Финн и состроил умилительную, умоляющую рожицу.
– Ладно, идите узнайте, чего хотят остальные дети. Кай, составишь список?
Они умчались бегом, и голубая пачка Финна подпрыгивала на каждом шагу.
У меня не хватило духу исправить их предположение, будто я здесь живу. Меня даже немного тронуло, что Финн назвал меня одним из своих взрослых. Но я понимал, что привязываться нельзя.
К тому же куриные палочки звучали потрясающе. Мамы, наверное, мне устроят, но я умирал с голоду, а подсолнечная паста на вкус как понос.
Изучив каркас будущей кухонной планировки, я направился в гостиную, где дети валялись на всех поверхностях.
– Бро, можно твой зарядник? – спросил Лиам, дернув шеей по-странному, как подростки делают, чтобы убрать волосы с лица. – Близнецы опять спрятали мой.
Я опустился на диван, расстегнул рюкзак и протянул ему зарядник. Он кивнул и вернулся в угол, где работал за ноутбуком.
– Чиппи, сыграем в шахматы? – спросила Колетт, выскочив передо мной. Ее нарядные светлые косички подпрыгнули.
– Домашку сделала?
Она выставила бедро с дерзостью, в которой Делия читалась полностью.
– Конечно.
– Ладно. Одну партию. Но сначала мне нужна твоя помощь.
Фиби оживилась. Она сидела на другом конце дивана и читала то, что, клянусь, было энциклопедией. Услышав меня, она подвинулась ближе.
– Вот в чем проблема, – сказал я и изложил им дилемму с плиткой. Маленькие улыбки, которые появлялись у них, пока мы перебирали возможные решения, немного сжимали мне сердце. Они точно были дочерьми Делии: серьезные, вдумчивые и чертовски озорные. Я их обожал.
Когда мы сузили варианты и решили воплотить тот, который казался лучшим, награда пришла почти сразу.
– Какой пароль от вай-фая? – крикнула Делия со второго этажа.
Близнецы посмотрели на меня с одинаково ликующими лицами.
Мгновение спустя Делия ворвалась в гостиную в шортах и футболке Гарвардской школы права с дыркой под мышкой. Волосы у нее все еще были собраны в хвост, но несколько прядей выбились и очаровательно обрамляли лицо. Черт, как же мне нравилось ловить ее в такие моменты. Когда она не была чопорной, правильной и собранной до последней детали. Когда ее ноги были босыми, а не втиснутыми в туфли на восьмисантиметровых каблуках. Не то чтобы мне не нравилось, как эти каблуки подчеркивали ее ноги и задницу, но в таком домашнем виде она казалась живее.
– Кто сменил пароль? – Она переводила взгляд с одного на другого, метая молнии. – Какой он? Мне работать надо. Преступники добровольно в тюрьму не идут.
Лив подняла глаза от пазла, который собирала с Финном.
– Энцо попросил близнецов сменить его, – сказала она, одарив подругу милой улыбкой.
Делия резко повернула голову, и я поклясться мог, что из ее глаз в меня полетели огненные шары.
– Что ты сделал?
– Мам. – Голос Фиби звучал непривычно успокаивающе. Недавно я научился их различать. Хотя обе были дерзкими и резкими, она оказалась более язвительной близняшкой. – Тебе нужно решить, какую плитку выбрать для фартука.
– Какого черта? – Она уперла кулаки в бедра и изогнула бровь, глядя на меня.
Усмехнувшись, я откинулся назад и скрестил руки на груди.
– Ты манипулятивный псих, – прорычала она.
– Не знаю, – задумчиво протянула Лив. – Вообще-то это гениально. Он привлек детей.
– Командная работа, – сказал я, слегка толкнув Фиби рядом с собой.
– Разве не этого мы хотели? – спросила Лив. – Разве не поэтому мы съехались? Чтобы действовать вместе?
Делия закатила глаза.
– Да, но не против меня.
– Мы едины, – сказала Фиби. – Нам нужно закончить кухню.
– Ага, – пропела Колетт. – Выбери плитку. Тогда получишь пароль.
Делия посмотрела на одну дочь, потом на другую, затем на Лив и остальных детей. Все молча наблюдали за нашей схваткой. У меня было чувство, что мало кто осмеливался противостоять тете Делии и доживал до рассказа об этом.
– Хороший ход, – сказала она, снова повернулась ко мне и пригвоздила фирменным взглядом. – Я выберу плитку прямо сейчас. Но это… – она ткнула пальцем в меня, потом себе в грудь, – еще не конец.
И тут она резко развернулась. Хвост взметнулся, а сама она затопала обратно наверх.
– Ты такой храбрый, – сказал Кай, подходя ко мне и протягивая кулак. – Теперь можно заказать куриные палочки?
– Я вас прикрою, мелкий, – сказал я, доставая телефон из кармана. – Сейчас оформлю заказ.
После этого мои планы быстро поработать полетели к чертям. Делия снова появилась, спрятавшись за нейтральной маской, и мы обсудили варианты плитки. Когда решение было принято, Колетт потащила меня к шахматной доске, которую уже расставила. Одна партия, которую я обещал, превратилась в три, потом в четыре, пока мы ждали еду. Ужин подали на бумажных тарелках в гостиной. Я сидел на полу, скрестив ноги, окруженный детьми, и макал куриные палочки в соус барбекю.
Беккет ворвался вихрем после поздней встречи. За считаные минуты убрал остатки нашего ужина и разложил по местам все игрушки, а потом подхватил Адди и унес ее наверх купаться. Когда последний ребенок отправился спать, мне следовало поехать домой. Я уже написал Флавии насчет заказа плитки, так что цель была выполнена. Финансовые отчеты все еще ждали моего внимания, а мне до отчаяния был нужен душ. В бороде у меня засох кетчуп, потому что Аделин сочла необходимым «нарисовать» мне лицо.
Но вместо этого я обнаружил себя за столом в столовой. Ноутбук был открыт, а я уже готовился устроиться здесь на ночь. На улице холодно, моя квартира на другом конце города. К тому же шкафы должны привезти завтра с самого утра, так что остаться было вполне разумно.
– Знаешь, – сказала Лив, остановившись в дверях. – Ты здесь отлично вписываешься.
Я пожал плечами.
– Просто делаю свою работу.
Она посмотрела на меня тем самым материнским взглядом, который говорил: «Со мной это не прокатит».
– Мы оба знаем, что это полная чушь. Но твой секрет со мной в безопасности.
