Текст книги "Обманщик для мамочки (ЛП)"

Автор книги: Бриттани Николь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Эпилог

Две недели спустя

Беккет

Пронзительный визг, отскакивающий от стен таунхауса, когда я толкаю входную дверь, точно не может быть человеческим.

Дилан мчится впереди нас.

– О боже мой! Кажется, Джуниор рожает!

– Нет, – я качаю головой и тяну жену назад. – Не сегодня. Я тебя люблю, Ливи, но мы не остаемся в этом доме на ночь.

Она смеется.

– Из-за того, что Джуниор рожает?

Финн отталкивается от моей ноги и явно собирается рвануть в гостиную посмотреть, что там происходит, но я подхватываю его за талию, закидываю себе на плечо и начинаю спускаться по крыльцу. Я отлично знаю, чем это закончится, если мы зайдем внутрь. Финн будет рыдать вместе с этим чертовым енотом. Потом убедит меня, что я обязан залезть в камин и помогать принимать роды у этих проклятых животных. Нет уж. Я этого делать не буду. Нет. Даже не обсуждается.

– Босс! – Финн лягается мне в живот.

Я прижимаю его ноги одной рукой и продолжаю идти.

– Финн, вот тебе жизненный урок: нам туда нельзя. Роды – это для женщин.

Медуза шумно втягивает воздух и, топая, проходит мимо меня. Клянусь, я чувствую, как глаза на затылке сейчас вылезут у нее из орбит. Еще немного – и выскочат, напугают меня до чертиков.

Я продолжаю идти.

За мной бежит Винни, а следом Лив с Адди на руках.

– Ты правда не пойдешь внутрь? – шепчет Мишка, когда я закидываю Финна обратно в лимузин и прикладываю палец к губам, призывая к тишине.

Наверное, по моему лицу видно, насколько я серьезен. Ребенок даже не ноет. Просто отодвигается по сиденью и складывает руки на груди, сердито глядя на меня. Ну и ладно. Ради этой семьи я готов почти на все, но принимать роды у выводка енотов – это уже перебор.

– Ливи, мы вернемся утром. Я многого не прошу, но, пожалуйста, не заставляй меня сейчас заходить в этот дом.

Она поджимает губы, будто сдерживает улыбку, но темные глаза пляшут.

– И все это из-за одного енота?

– Беременного енота, Ливи. Чертовски беременного енота в активной фазе родов. Я пас.

Она снова втягивает воздух, все еще борясь со смехом, и протягивает мне Адди.

– Ладно, я тогда забегу, возьму кое-что на ночь.

С Малышкой на одном бедре я вздыхаю и прислоняюсь к лимузину.

– Все в порядке, босс? – спрашивает Чарли, выходя с водительской стороны, чтобы поболтать со мной.

Я киваю, доставая телефон из кармана.

– Мы ночуем в пентхаусе. Дай Лив пару минут собрать вещи.

Дверь таунхауса распахивается, и оттуда вылетает Шейла, таща за собой Кая.

– Можете подбросить нас в отель?

Ее короткие волосы свисают на один глаз, она почти задыхается.

Обеспокоенный, я отталкиваюсь от машины.

– Что там происходит?

Глаза у нее округляются, и она качает головой.

– Зрелище не для слабонервных.

– В отель ехать не обязательно. В пентхаусе полно места, если вы с Каем поделите кровать.

Она кивает.

– Подойдет.

Следом вылетает Медуза, таща за собой близняшек.

– Ни слова, мужчина-ребенок. Мы едем с вами.

Я смеюсь и закатываю глаза.

– То есть даже женщине не место там, где животные рожают?

Она сверлит меня взглядом.

– Я не против учить девочек круговороту жизни, но это ненормально.

Я протягиваю руку в сторону открытой двери лимузина, и она вместе с обеими девочками поспешно забирается внутрь.

Следующей выходит Лив. Лицо у нее раскрасневшееся, через плечо перекинута переполненная сумка, в другой руке сложенный манеж. Она смахивает пряди волос, выбившиеся из пучка.

– Даже не думай туда заходить.

Я смеюсь, с каждой секундой все больше убеждаясь в правильности своего решения, и киваю Чарли, показывая, что мы почти готовы выезжать.

В дверях появляется Дилан.

– Ребята, вы все пропустите!

Лиам проскальзывает мимо нее.

– Извини, мам. Ты чокнутая, если думаешь, что мы тут останемся. – Он хватает ее за руку, захлопывает дверь и тянет к лимузину.

– Вы все правда боитесь беременного енота? Беременность – это красиво.

Лив закатывает глаза.

– Говорит женщина, которая не была беременна с начала двухтысячных. Поверь, Дил, в том, что сейчас там происходит, нет ничего красивого. Мы вернемся завтра, и ты сможешь нянчиться с ее малышами сколько угодно.

Дилан хмурится и склоняет голову набок.

– А если ей понадобится помощь?

– Вот именно поэтому я туда и не иду, – напоминаю я.

Она смеется и протискивается мимо меня к открытой двери лимузина.

– Справедливо. Последнее, что нужно Джуниор, – это слушать твои вопли, пока она пытается спокойно родить.

Я закатываю глаза. Спокойные роды. Это вообще существует?

Когда Дилан усаживается внутрь, Чарли указывает на машину.

– Ты садишься?

Я качаю головой и захлопываю дверь.

– Не-а. Я поеду впереди с тобой. Моей голове нужна тишина на пару минут, прежде чем я впущу это безумие в свой пентхаус.

Чарли смеется и обходит капот. Я на секунду взбегаю по ступенькам, запираю дверь. Вернувшись к лимузину, разворачиваюсь и смотрю на таунхаус. Праздничные украшения, вывеска Happy V l Day, у которой потерялась еще пара букв, водосток, опасно свисающий с края крыши. Он все еще не идеален, но это дом.

Я сначала поднимаю в пентхаус Медузу, Лив и наших троих детей, потом мы с Финном снова едем вниз за остальной компанией – все сразу не влезли. Когда лифт открывается в холле, дети вырываются из стальной коробки и несутся по открытому пространству гостиной и столовой. Мне приходится задержать дыхание, пока они носятся, орут и прыгают повсюду. Здесь нет защиты от детей и уж точно нет защиты от мам-коммуны, но женщины быстро устраиваются: берут бокалы, открывают холодильник в поисках ужина. Пока все не вышло из-под контроля, я иду к ящику с меню доставки и киваю Лив.

– Прости, милый. Я знаю, это не то, что ты планировал, – говорит она, подходя ближе и обвивая рукой мою талию.

Я притягиваю ее к себе, касаюсь губами ее губ и улыбаюсь.

– Просто скажи, что любишь меня. Мне сразу станет легче.

Она прижимается, ее улыбка озаряет все лицо.

– Я люблю тебя, Босс. Очень.

Впитывая смысл этих слов, я расслабляюсь, держа ее в объятиях. Хаос вокруг продолжается, но я его отключаю. Мне все равно, кто размахивает карандашами возле моих мраморных столешниц и кто прыгает по диванам за десять тысяч долларов. Вазы могут разбиться, бутылки вина, стоящие дороже годовой зарплаты обычного человека, могут исчезнуть, и мне правда все равно.

Мы заказываем еду – каждая семья выбирает из разных ресторанов, кто-то берет сразу из нескольких, – потом все садимся за большой стол и спорим о теме ужина, которую назначила Делия.

Детей мы делим на две комнаты для гигантской ночевки. Диппи Ду, Медуза и Пип занимают гостевую. Я не представляю, как они собираются уместиться на кровати королевского размера, и мне плевать.

После десяти я наконец остаюсь наедине с женой – в своей комнате, в тишине.

– Как думаешь, с Джуниор все в порядке? – спрашивает Лив из главной ванной.

Я опираюсь на столешницу, скрестив ноги, и смотрю, как она умывается. Я уже улыбаюсь.

– Уверен, ей нравится быть наедине со своими малышами.

Лив тихо мычит.

– Наверное.

– Мне нравится видеть тебя в моей ванной.

Она улыбается.

– Беккет, ты не заговоришь меня так, чтобы я переехала в твой пентхаус. Я же сказала – мы с девочками идем комплектом.

– Знаю. Мы будем жить с ними, пока они не найдут своих идеальных мужчин.

Она смеется и вытирает лицо полотенцем.

– Ха. Ты правда думаешь, что Делия когда-нибудь остепенится и станет жить с мужчиной?

Я пожимаю плечами.

– В жизни и не такое бывало.

Глаза Лив озорно сверкают.

– Например, я вышла замуж за своего босса.

Я хватаю ее за бедра, притягиваю к себе и опускаюсь губами к любимому месту на ее шее. Кусаю – у нее срывается стон.

– Это была судьба, Ливи.

Она вздыхает, играя с волосами у меня на затылке, проводя пальцами так, что мне хочется оставаться так часами.

– Но здесь красиво, – тихо говорит она. – Если Дрейк сдержит слово и будет забирать детей через выходные, может, мы будем приезжать сюда, когда детей нет. Ну, отдохнуть от хаоса.

У меня подпрыгивает сердце. Мысль о сорока восьми часах наедине с женой слишком хороша, чтобы быть правдой.

– Правда? – спрашиваю я, выдавая всю надежду во взгляде.

Лив прикусывает губу и кивает.

– Может, и детей иногда будем привозить сюда? Ты же говорил, у тебя есть бассейн.

Я сжимаю ее в объятиях.

– Боже, как я тебя люблю.

– Мы можем иметь все, Беккет. Безумный хаос таунхауса и тихие моменты только для нас. Я хочу дать тебе все, что ты заслуживаешь.

Она все еще не понимает. Она – все, что мне нужно. Не уверен, что она когда-нибудь по-настоящему осознает глубину моей одержимости, но это ничего. Я позволю ей «загладить вину», если это значит больше таких ночей с ней наедине.

– Дашь мне то, что я заслуживаю, прямо сейчас? – поддразниваю я, утягивая ее в спальню.

– Только если ты сможешь быть тихим. После истории со змеей в подвале мы оба знаем, как ты умеешь визжать.

Я бросаюсь вперед, мягко укладываю ее на кровать и прижимаю к матрасу.

– Вопрос в том, сможешь ли ты быть тихой, Ливи. Потому что мы оба помним, какой громкой ты была в прошлый раз, когда я держал тебя так. Мне пришлось заткнуть тебе рот, чтобы ты не шумела.

Я прижимаюсь к ней, вырывая из ее груди стон. Ей хватает пары секунд, чтобы стянуть с меня брюки, а мне – чтобы раздеть ее догола. Потом я вхожу в нее, наконец возвращаясь в единственный дом, который для меня важен. Дело не в месте, не в деньгах и не в бедствиях вокруг нас. Дело в этом. В тихих мгновениях с моей женой, когда мы становимся одним целым. Когда я вижу женщину, которую не видит никто. Когда она только моя.

– Боже, как это приятно, – шепчет она.

– Мне всегда хорошо, когда я внутри тебя, – отвечаю я, двигаясь медленно, смакуя каждое движение.

– Сильнее, – просит она.

С порочной улыбкой я хватаюсь за изголовье и ускоряюсь, вбивая бедра.

Кровать поскрипывает.

– Ты же обещал быть тихим, – дразнит она.

– Ничего не могу поделать, мой огромный член производит столько шума.

Мы смеемся, и я опускаюсь на предплечья, целую ее медленно, улыбаясь, пока мы занимаемся любовью. Да, это не самый жесткий секс в нашей жизни и уж точно не самый извращенный, но смеяться с ней, будучи в ней… черт, это лучший секс в моей жизни.

Потому что это она.

Конец