![](/files/books/160/oblozhka-knigi-shelk-i-par-lp-380895.jpg)
Текст книги "Шелк и пар (ЛП)"
Автор книги: Бек Макмастер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
– Отец? – тихо окликнул Лео.
– Не сейчас.
В кои веки раз тиран пришел в замешательство.
– Как… как такое возможно?
Обычно со временем вампир скрючивался, начинал передвигаться на четвереньках, слеп и общался лишь неподвластным человеческому уху писком. Кейн также не впал в кровавое безумие, коим страдали все достигшие Увядния, хотя аппетит его и возрос.
– Похоже, я эволюционировал, – сообщил герцог. – И достиг конца своего преображения.
– Ты вампир! – воскликнул Мориоч, не в силах сдержать отвращение.
– Именно. – Легчайшая улыбка заиграла на твердых устах Кейна. – В самом буквальном смысле. Я то, чем голубокровные и должны были стать.
Какого черта отец здесь? Большую часть времени Кейн прятался в глубинах своего особняка от солнца, что ужасно жгло ему глаза и опаляло бледную чувствительную кожу.
И чтобы теперь он выбрался на свет… Лео с опаской глянул на письмо, которое Кейн бросил на стол, затем оценил трех стражников в зале. Пистолеты, клинки – а у него при себе лишь тонкий кинжал для пуска крови.
– Объяснись, – холодно и твердо потребовал Линч. – Почему мы не должны расценивать тебя как угрозу?
Кейн развел руки с полупрозрачными – и весьма острыми – ногтями.
– Я вампир, которому удалось сохранить чувства и разум. Что еще вам нужно знать?
– Он совершенно себя контролирует, – подтвердил Лео. Он годами хранил секрет отца, с ужасом ожидая минуты, когда по закону придется звать палача.
На три месяца Кейн уехал в путешествие по Востоку – по крайней мере, именно так заявил герцог. Когда же вернулся, состояние его изменилось до такой степени, что стало ясно: палач не понадобится.
Лео даже пытаться не стал. Кейн сохранял такое здравомыслие, о котором прочим голубокровным на этой стадии и мечтать не приходилось. Он полностью контролировал свою жажду, обходясь услугами Маделайн и купленными на слив-заводах бутылками крови. Много спал, а когда бодрствовал, все равно пребывал в какой-то полудреме, точно кот. Предпочитал сидеть у камина, согревая свою холодную кровь огнем и накинутым на колени покрывалом. О, отец по-прежнему любил игры и дворцовые сплетни, однако теперь его существование стало почти… медитативным.
– Как это произошло? – бесцветным голосом спросил принц-консорт.
Кейн обнажил зубы; клыки его удлинились и заострились.
– Все ответы на Востоке. Это все, что я имею сказать по данному вопросу.
Восток. Родина вируса жажды, строго оберегаемой тайны Белого Двора, правящего Запретным городом. Так оно и оставалось, пока бесстрашный исследователь, сэр Никодемус Бэнкс, не украл их бесценный вирус, не сбежал в Европу и не перезаразил по пути половину аристократии континента.
Каждый двор, от Испании до Англии, платил золотом, лишь бы получить то, что казалось даром – силу, более быстрые рефлексы, задатки к исцелению, определенную неуязвимость… даже иллюзию бессмертия, если пожелаете.
Лишь Италия устояла перед соблазном, объявив зараженных демонами и чудовищами. Церковники разнесли эту позицию по всем доступным странам. Испанская инквизиция отправила своих голубокровных на костер. Французы не менее эффективно послали свою аристократию на плаху. Лишь Россия и Англия удержали позиции, подавив людской класс и создав армию автоматонов для защиты от восстаний.
И если Эшелон еще старался не убивать трэлей, от которых пил кровь, то русские вообще не заботились о благополучии крепостных. В степях жизнь стоит мало.
В зале воцарилось молчание. Принц-консорт выдохнул и распластал ладонь по столу.
– Неожиданный случай. – Тиран остро зыркнул на Лео. – И о нем следовало сообщить.
– Я не имел намерения становиться жертвой какой-то нелепой казни. – Кейн переплел пальцы на животе.
Принц-консорт кивнул, и Лео напрягся. Итак, не это входило в планы тирана. У него на уме было нечто иное. Нечто настолько важное, что затмевало весть, заслуживающую весьма пристального внимания.
– Вы кажетесь в здравом уме и трезвой памяти, – заметил принц. – В данном случае я не вижу иного выхода, как освободить вас от ответственности за сокрытие своего положения. Кто за?
Ни герцогиня Казавиан, ни Линч рук не подняли. Остальные же, пусть и нехотя, поддержали принца. В конце концов, выскажись они против, кто б осмелился взять Кейна под стражу?
– Разумеется, я бы желал подробнее узнать о вашей метаморфозе, – прибавил принц с натянутой улыбкой.
Кейн почтительно, хоть и несколько настороженно, склонил голову.
– Мы обсудим это наедине. А теперь объясните, что вы имели в виду, послав мне это письмо?
Лео не мог отвести от него глаз.
– Посмертный секрет, ваша светлость. – Принц-консорт принялся расхаживать туда-сюда, заложив руки на спину. – Полная лжи, обмана… предательства.
– На что вы намекаете, черт вас побери? – рявкнул Кейн.
– На кукушкино яйцо в вашем гнезде, ваша светлость.
Мир застыл. Лео замер как вкопанный, не осмеливаясь поднять взгляд на тирана. Не может быть. Инстинкт требовал удариться в бега, но Лео не мог пошевелиться. В своих кошмарах – а боги свидетели, их было немало, – он отбивался от обвинений, сражался, делал что угодно, но не тупо сидел на месте. Происходящее казалось ему очередным сном, слегка размытым по краям.
Бэрронс видел лишь бледное лицо герцогини, что уставилась на него огромными глазами.
«Ты. Лишь ты об этом знала…» Он сам вручил ей оружие, бросил вызов, осмелится ли она нанести удар… и стоило отвернуться, как Мина его предала. Из всех ударов этот оказался самым сокрушительным. Ведь на миг Лео показалось, что между ними зародилось какое-то хрупкое и робкое чувство.
Хриплый смех Кейна нарушил тишину, а потом оборвался, точно обрезанный бритвой.
– Вы смеете утверждать, будто мой сын ублюдок? Осторожнее с заявлениями, мой принц. Я не дам над собой смеяться. Даже вам.
Раздался громкий шлепок, и что-то проехало по столу по направлению к старому герцогу. Лео наконец обрел власть над своим телом и повернулся на звук. То была папка. Фотографии высыпались из нее и разлетелись по блестящему красному дереву. Снимки Чарли.
Кейн поднял голову и буквально на секунду встретился взглядом с Лео – и тот понял: отец не будет его защищать.
Столько чертовых лет защищать старого ублюдка от мира, хранить чужие тайны. «Не смей так со мной поступать. Я тебя поддерживал. Годами держался на твоей стороне, что бы ты со мной ни делал. Ты… ты единственный отец, которого я знал».
Герцог опустил взгляд, и вот так Лео получил свой ответ. В происходящее просто не верилось. Последний удар окончательно выбил почву у него из-под ног.
Кейн медленно открыл папку.
– Что это?
«Кончено. Все кончено». Лео не мог дышать.
Принц откинулся на спинку своего кресла, впился пальцами в подлокотники и послал Лео злобную улыбку.
– Фотографии сводного брата вашего бастарда, ваша светлость. Он проживает в трущобах. На самом деле, это во многом объясняет, отчего Бэрронс вмешивается в дела, которые его не касаются. – Намек на дуэль Блейла с Викерсом. – Мои люди провели расследование. Мальчика зовут Чарли Тодд, он сын покойного сэра Артемия Тодда, коему вы некогда оказывали покровительство, – напомнил мерзавец притворно сочувственным тоном. – Бэрронс определенно знал правду. Какие еще у него причины столь часто наведываться в трущобы? Более того, в прошлом году он приютил у себя старшую сестру мальчика, мисс Лену Тодд. На самом деле, устроил ей дебют. Зачем, как не дать родственнице шанс на удачную партию? Мне бесконечно жаль подобным образом разоблачать неверность вашей супруги, но я не могу допустить, чтобы ее бастард и далее вмешивался в дела моего двора.
Все уставились на Лео. Старый Мориоч тихо рассмеялся, и звук прошил Бэрронса точно удар кинжала. Кейн медленно закрыл папку.
– Ясно. И что вы намереваетесь сделать с парнем?
– Его объявят незаконнорожденным…
Уничтожен. Его репутация и все, над чем он работал, полетит к чертям. Но хуже того, хуже всего… отец даже не желал на него посмотреть.
– …вот только он не просто без права воспользовался благами вируса, но и солгал двору. Вам, мне, всем. Предпочтения его стали ясны, пока он из раза в раз искажал законы, то чтобы освободить Дьявола Уайтчепела после дуэли, то…
– Во время инцидента со мной и Меркурием? – подсказал новый голос. Линч. – Припоминаю, как Бэрронс выступил в мою поддержку, в то время как вы оставили меня на милость палача. Разумеется, ненамеренно. – Бывший глава ястребов медленно обвел взглядом весь Совет, включая притихшую леди Арамину. – На самом деле, Бэрронс защитил многих из тех, кто ныне сидит в этом зале.
– Вероятно, мне стоит пересмотреть и тот случай, – выплюнул принц-консорт.
– И в свете внезапного исчезновения Гете, останется… всего три советника, не так ли? Как… некстати. – Линч даже не моргнул.
Присутствующие зашевелились, каждый старался не смотреть другому в глаза. Слова Линча напомнили, что тех, кто в прошлом осмелился противостоять принцу, постепенно отсекали.
– Два, – поправил тиран после долгой паузы. – Кейн займет свое место, Бэрронс заменял его лишь во время… недомогания.
Лео наконец заставил себя посмотреть через стол на ту, что сидела напротив, в своих кремовых юбках и расшитом жемчугом корсете. От жгучего предательства застило глаза.
Снимки лежали прямо перед ней. Бледная как снег Арамина смотрела на них. Словно почуяв тяжесть взгляда Бэрронса, она медленно подняла голову и поморщилась.
Он лишь беззвучно рассмеялся. Надо же было так жестоко ошибиться, и всего только раз…
– Лживая сука, – прошептал Лео, зная, что она услышит.
– Так какой вердикт, мой принц? – спросил Мориоч.
– Не будем спешить, – парировал Кейн, медленно барабаня пальцами по столу.
– Придется выносить вопрос на голосование, – отметил Линч. – И вы знаете, на чьей стороне я выступлю.
– Как и я, – прибавил Мэллорин.
«Оври, чтоб тебя». Лео резко выдохнул. Разногласия последнее время развели их порознь, но прежде оба были друзьями. «Я не один». Их голосов не хватит, чтобы его спасти, Линчу и Оври не перевесить весь прочий Совет, но поддержка пролила спасительный бальзам на раны.
Принц снова откинулся в кресле, сложив руки на животе.
– Нет, думаю, голосование излишне. Пусть королева решит.
Лишь она могла обойти Совет, но так редко это делала. Линч выдохнул.
– Хорошо. Изгнание? Ссылка? Что мы…
– Казнь, – перебил принц-консорт.
Лео резко вскинул голову. Неужели?..
– Что скажешь, любовь моя? – Тиран накрыл ладонью безвольно лежащую на столе руку жены. – Грех утаивания правды о своем рождении можно простить, но боюсь, его преступления куда весомее. Он выступал против нас, годами плел интриги, замышлял измену…
– Измену? – потрясенно переспросил Линч.
– Доказательства! – Бэрронс наконец обрел голос и вскочил на ноги. Этого ублюдок на него не повесит.
– Дьявол Уайтчепела…
– Сэр Генри? Тот, кого посвятила в рыцари сама королева? Почему помощь ему во время дуэли может расцениваться как измена?
– Очень просто: он собирается меня свергнуть. Месяцами складирует в трущобах оружие, куда больше, чем нужно для защиты той дыры, а вы постоянно с ним встречаетесь. Или вы будете это отрицать?
Отрицать, по сути, правду? В конце концов, Лео действительно планировал измену.
– Ваше молчание говорит само за себя. – Принц махнул паре гвардейцев. – Арестуйте его. – И посмотрел на жену. – По приказу моей супруги.
Королева тупо смотрела на стол перед собой. Все затаили дыхание. Она не всегда слушалась мужа, но ее отсутствующий взгляд вызвал у Лео мурашки. Принц что-то с ней сделал. Избил или запугал после прошлого инцидента.
Королева дернула головой.
– Д-да.
Нет.
– Отведите его в Тауэр на казнь, – улыбнулся принц и погладил лицо жены, игнорируя ее дрожь. – Пусть голову выставят на стене.
Казнь.
Бэрронса грубо схватили и силком поставили на колени. В зале разразился хаос, герцоги перекрикивались, но Лео видел только два лица. Кейна, что приоткрыл рот вроде как от потрясения, и герцогини, будь она проклята, что обогнула стол, направляясь к королеве.
В груди Бэрронса всколыхнулся голод, ярость. Не так. Принц-консорт его переиграл – и весьма недурно. Похоже, следил за трущобами, за самим Лео. Разумеется. Следовало догадаться. Тиран мечтал обрести власть над Советом и теперь выступил против всех тех, кто представлял ему угрозу.
– В письме вы сказали, что пощадите его, если я не стану ничего отрицать, – подал голос Кейн, глядя на принца, своего союзника.
Тот даже не повернулся к старому герцогу, слишком упиваясь победой над Лео.
– Я передумал.
Впервые в жизни Лео выпустил на свободу своих демонов, и мир внезапно обрел резкость во всей своей кровавой красе.
Оба стража полетели на пол. Бэрронс ухватил акры шелка, рывком привлек Мину спиной к себе и приставил к ее шее кинжал.
Зал замер. Арамина с шумом втянула воздух. Лео чувствовал, как сердце грохочет у нее в груди.
– Убейте его! – рявкнул принц-консорт.
– Нет! – закричала королева. Она наконец встала; лицо правительницы обрело осмысленное выражение. – Он ее ранит.
– Ничего, она исцелится.
– Не от этого, – пообещал Лео, пятясь, чтобы держать всех в поле зрения. Но стоило фразе сорваться с губ, как алая пелена спала с глаз. «Нет, не ее», – прошептала тьма в его груди.
Бэрронс выдохнул. Нельзя позволить врагам заметить его слабость.
– Не идите за нами, – бросил он и миновал тяжелые кованые двери, таща за собой герцогиню. – Иначе клянусь, я убью ее.
Глава 11
– Что ты делаешь? – Бэрронс тащил упирающуюся Мину за собой вниз по лестнице. – Куда меня ведешь?
У Мины перехватило дух. Перед глазами стояли проклятые фотографии – те же, что Гоу передал ей два дня назад. Но она сожгла снимки. Как, черт побери, принц-консорт завладел ими и понял то же, что и она?
Гоу. Он уже много лет служил ей и был одним из немногих, кому она доверяла поиск нужных ей сведений. Скромный и неприметный, Гоу никогда не просил больше, чем было положено.
Соколы не просто убийцы, но еще и шпионы. Вполне можно себе представить, что принц-консорт попытался внедрить своих людей в каждый дом. Да, она отбирала потенциальных работников очень тщательно, но что, если соглядатай перешел к ней по наследству от отца, который ему доверял? Арамина не допрашивала давно нанятых людей.
Гоу в роли шпиона представлялся на своем месте, так что это вполне могло оказаться правдой.
Она это сделала. Бросила Бэрронса на съедение львам так беспечно, словно специально, и, судя по жесткому взгляду, Лео никогда ей этого не простит.
Бэрронс дернул ее в сторону и нагнулся через перила винтовой лестницы в центре Башни из слоновой кости.
– Проклятье, – выругался он себе под нос, взглянув наверх. Судя по топоту и голосам, за ними гналась по меньшей мере дюжина ледяных гвардейцев, и еще больше поджидали внизу. Где-то прозвонил колокол, объявляя тревогу.
Бэрронс оказался в ловушке.
Или нет? У Мины шумело в ушах, пока она смотрела на его волевой подбородок и щегольскую серьгу с рубином в ухе. Она могла бы вытащить его. Если бы осмелилась.
«Цель оправдывает средства», – прозвучал в голове шепот королевы.
Но не такие. Только не он. Закусив губу, Мина решила не заострять внимание на прожигающем душу волнении. Она в долгу перед Бэрронсом за его помощь с Соколами два дня назад, как и королева. Только и всего.
Схватив Бэрронса за рукав, Мина указала вниз, но с тем же успехом могла голыми руками попытаться сдвинуть с места памятник.
– Я знаю другой выход… о котором мало кому известно.
– С чего мне верить, что ты не попытаешься заманить меня в ловушку?
– Потому что я не знаю, что ты сделаешь со мной, если тебя загонят в угол, – парировала она, глядя ему в глаза и отчаянно желая, чтобы он ей поверил. – И я никогда не хотела… этого.
На секунду он изменился в лице – теперь оно выражало не гнев или ярость, а горе. И Мина снова почувствовала себя так же, как в ту секунду, когда принц-консорт произнес роковые слова, а Бэрронс поднял голову и понял: все, за что он сражался, потеряно.
С колотящимся сердцем Мина ослабила хватку и прошептала:
– Я допустила ошибку. Это моя вина. Позволь мне хоть как-то ее загладить.
И Лео хотелось ей поверить. Она видела в его глазах это желание человека, которому отчаянно нужен хоть один союзник. Но затем он вновь ожесточился.
– Если снова предашь, обещаю: ты умрешь раньше меня. Понимаешь?
Она с трудом кивнула, сглатывая комок в горле.
– Что ж, веди.
***
Идти было некуда. Вся его собственность будет под угрозой, включая дома друзей и трэлей.
Некуда… Хотя есть одно место, куда принц-консорт сунуться не посмеет.
Уайтчепел.
Потайной туннель вывел их к Вороньей башне. Одна из четырех меньших, расположенных вокруг Башни из слоновой кости, Воронья получила свое название из-за облюбовавших ее вершину птиц.
Выглянув из-за каменных ворот, Лео увидел десятки ледяных гвардейцев, бегущих в оплот Совета. Никто не заметил, как он и герцогиня нырнули в маленькую гостиную с зеркалом, за которым скрывался потайной ход.
– Отпусти меня, – прошептала Мина. – Клянусь, я не стану поднимать шум.
Он потащил ее за собой в тень королевских конюшен.
– Полчаса назад твое слово потеряло для меня всякую ценность. Кроме того, мне по-прежнему необходим заложник.
Лео обвел взглядом стены и главные ворота башни.
– В одиночку ты мог бы перелезть стену, но для меня это невозможно. Только не в этом. – Она указала на свои пышные кремовые юбки, а потом дерзко подняла на него глаза. – Ни за что!
Для преодоления стен нужны руки, а значит, нести герцогиню не выйдет.
– В таком случае хорошо, что мы не будем перелезать.
Схватив Арамину за запястье, Бэрронс поволок ее в конюшню. Длинный коридор с низким потолком блестел медью и звенел тишиной необитаемого места.
– Ты с ума сошел, – ахнула герцогиня, догадавшись, что у него на уме.
– Не совсем.
Никто не побеспокоился закрыть главные ворота, без сомнения, полагая, что Бэрронс не выберется из башни. Их охраняли шестеро гвардейцев, вооруженных пиками и электрошокерами, умеющими останавливать голубокровных.
Но на конюшню они не смотрели.
Подталкивая герцогиню перед собой, Бэрронс взобрался на огромного троянского коня, которого выбрал за тишину хода. Сотни лошадей неподвижно стояли в конюшне, блестя медными шкурами. В высоту они достигали восьми футов, а копыта размером с суповую тарелку каждое были выкованы из прочной стали.
– Ты хоть раз ездил на таком? – прошипела герцогиня, цепляясь за его руку, обхватившую ее талию.
– Однажды, – ответил он, вставляя ноги в выемки по обе стороны от седла. Паровой конь шагнул вперед, отзываясь на понукание.
В основном механизмами управляли с помощью небольших раций, но они также годились для езды верхом. Бэрронс давил ногами на нажимные плиты, пока медный боевой конь не вышел из стойла. Зверь выдул пар из ноздрей, когда наездник взял поводья. Котел уже раскочегарился, и спина коня нагрелась.
– Однажды?
– Мне было любопытно. Готова?
– Нет! Бэрронс, не надо. Мне нужно остаться здесь. Ты не понимаешь, что делаешь. Я уже достаточно тебе помогла…
Лео снова сжал бедра, и конь вздыбился на мощных задних ногах. Хм, не так все и сложно. Герцогиня взвизгнула, цепляясь за рукав Бэрронса. И тут Лео наклонился вперед, отпустил поводья, и механический конь сорвался в бешеный галоп.
Ледяные гвардейцы даже повернуться не успели: троянский конь вихрем пронесся сквозь их ряды, затоптав кого-то на пути. Кто-то протрубил в рог, но беглецы уже миновали ворота и поскакали по оживленной улице близ Темзы. При виде чудовищной махины люди с криками разбегались.
– Кавалерия! – завопил кто-то. – Они выпускают кавалерию!
Возникла суматоха – все пытались убраться с пути.
Бэрронс этого не планировал. Даже здесь, в центре города, толпа боялась огромного металлического коня и того, что обычно символизировало его появление. Когда выпускали кавалерию, принц-консорт плевать хотел, что не все, кого она растопчет, – смутьяны. Извозчики ныряли в переулки, одна телега врезалась в омнибус, и кучер грязно выругался, пытаясь поскорее убрать свой транспорт с дороги, тем самым избежав, как он полагал, верной смерти.
Веревка на телеге лопнула, и на мостовую скатились шесть винных бочонков, два из которых тут же раскололись, обагрив брусчатку кларетом, а еще четыре покатились прямо под копыта механического коня.
Герцогиня закричала, закрывая рукой глаза.
– Держись! – Лео наклонился, пытаясь понять, как заставить коня прыгнуть.
– Бэрронс!
Огромное копыто пробило бочонок. Конь, не дрогнув, пошел дальше, оставив ободья и доски за собой. Лео позволил себе один раз оглянуться, а затем пришпорил зверя.
***
Линч выглянул в окно, чтобы посмотреть на творящийся на улице хаос. Десятки ледяных гвардейцев выбегали из башни, а улицы заполонили орущие люди. Линч не улыбнулся, пусть ему и хотелось.
– Хотите сказать, он сбежал? – завопил принц-консорт на принесшего новость гонца. – Как, черт побери, он умудрился выбраться из башни, не попавшись никому на глаза? А потом еще и миновать ворота?
– Я н-не совсем уверен, ваше…
– Линч! – рявкнул принц-консорт. – Разыщите его! Я хочу…
Бывший Мастер скрестил руки на груди, поворачиваясь к тирану.
– Мой принц, вы забыли о том, что сами же сказали: присоединившись к Эшелону, я больше не смогу быть Ночным ястребом. Герцогам не подобает решать такие задачи.
Их взгляды скрестились. Принц-консорт даже оскалился, но потом оглядел всех присутствующих, скользнул по Мэллорину и Кейну и остановился.
– Кейн?
Тот поднял бледную голову и уставился на принца водянистыми глазами.
– Герцогам не подобает решать такие задачи, – прошептал Кейн, глядя принцу в глаза.
Он впервые пошел наперекор своему союзнику. Линч затаил дыхание. Альянсу конец?
– Да не надо его искать, – с гаденькой улыбочкой подал голос Мориоч, и все замолчали. – Есть только одно место, куда он мог пойти: трущобы, мой принц.
Все еще бледный, принц-консорт провел пальцами по спинке стула. Он упорно отводил взгляд от Кейна.
– Хотите доказательства измены? Что ж, давайте дадим Блейду шанс доказать свою преданность. Мориоч, поручаю вам командование Ледяной гвардией и легионами металлогвардейцев. Скажите Блейду, что у него двенадцать часов на поимку Бэрронса.
– А если он его не схватит? – поинтересовался Мориоч, глаза которого заблестели в злорадном предвкушении.
– Тогда сожгите их всех, – рявкнул принц-консорт, направляясь к двери. – Превратите трущобы в пепелище.
Глава 12
– Кто там?
Лео плавно остановил коня, чьи копыта весело цокали по мостовой. Наверху ворот Рэткэтчер темнела фигура, прислонившаяся к угрожающего вида пушке.
– Расслабься, Денди, – окликнул напарника Чарли, спрыгивая с ворот. – Он из наших.
Младший Тодд отряхнулся и выпрямился. Ростом паренек вымахал уже почти с Лео, но был значительно стройнее.
– Бэрронс, – ухмыльнулся он. – Гляжу, ты спер троянского коня.
Появление Чарли стало еще одним ударом. Улыбка паренька померкла, когда Лео ничего не ответил.
Годами Бэрронс старался по возможности избегать сводного брата, зная, что парень в курсе, кто заразил его вирусом жажды. Да, не лучший факт в биографии Лео. Он намеренно подменил вакцину, которую отец мальчика – и его собственный отец – собирался вколоть себе. Но Лео не знал, что сэр Артемий Тодд хотел сделать укол и своему младшему сыну.
Герцогиня повернулась к спутнику, когда тот не ответил, и ее хрупкое тело в его руках показалось таким податливым. Лео прочистил горло.
– Чарли. – Сказать больше было нечего. Действительность снова навалилась на плечи тяжким бременем.
– Эй, парни, – донесся из темноты голос Блейда, а вскоре на свет вышел и он сам. За ним следовала огромная фигура Рипа. – Хорош тут болтаться, а ну живо за работу.
Трое прежде невидимых мальчишек затопали по крышам. На их куртках были выжжены клейма в виде скрещенных кинжалов – знак принадлежности к банде Блейда, «Жнецам».
– Ля на ентих. – Блейд зашагал вперед: руки в карманах длинного кожаного плаща, на лице написано любопытство. Перехватив поводья коня, он смерил взглядом герцогиню. – Гретна вона там. – И кивнул на север.
Удивительно, что Лео умудрился не расклеиться во время побега, но знакомые виды Уайтчепела, Блейд, Чарли и остальные люди подействовали на него как удар под дых, напомнив о кошмаре и обо всем, что он потерял.
– Они знают, – прохрипел он, и внезапно трущобы показались не такими уж заманчивыми, как раньше. Проклятье, о чем он вообще думал? От принца-консорта негде спрятаться, просто негде.
Блейд прищурился, раздумывая, что бы Лео мог иметь в виду.
– Не стоило мне приезжать сюда. – Бэрронс попробовал заставить лошадь попятиться. – Извините. О чем я только думал.
– Да те и податься-то боле некуда. – Блейд выхватил у него поводья, принуждая коня стоять смирно, потом смерил взглядом герцогиню. – Опасная заложница.
– Обстоятельства. Блейд, ты не понимаешь. – Хотя сам Лео начинал понимать. – Я спровоцировал его начать войну. Сам знаешь, чего он хочет. Воспользуется этим, чтобы…
– Не здеся, – рявкнул Блейд. – В Логово. Щас же.
– Мне не стоило…
Блейд выхватил герцогиню из рук Лео облаком белых юбок.
– И снова здрасте, принцесса. – Он перебросил ее Рипу, который ловко поймал ценную ношу. – Позаботься, чтоб не сбежала. Пригодится еще.
– Бэрронс! – воскликнула герцогиня, цепляясь рукой за шею великана и сверкая глазами.
Лео прищурился.
Блейд хлопнул его по колену.
– Не вынуждай мя и тя забрасывать на плечо – эт неприлично.
Полдюжины людей Блейда наблюдали за сценой, переулками проследив за незваными гостями. Чарли ухмыльнулся Лео, прислонившись к стойке ворот и скрестив руки на груди, словно подначивая его бросить Блейду вызов.
Бэрронсу не хватило духу на возражения. Он потер переносицу, вздохнул, потом перекинул ногу через спину коня и, покачнувшись, спешился.
– Дурак ты, Блейд.
– Мы всегда знали, что до этого дойдет, – тихо ответил тот. – Причина не в те, ты лишь повод. Кроме того, Онор мне шею свернет, если допущу, чтобы ты начал благородничать и совершил какую-нибудь глупость, например, пожертвовал собой.
Перебросив поводья Чарли, Блейд заговорил громче:
– Оповестите всех, кого можете, парни. В трущобах теперь военное положение. Женщин и детей из домов не выпускать, все мужчины пусть выходят на стены. – Блейд обнял Лео за плечи и повел в сторону Логова. – И держите ухо востро! Увидите какую бледную немочь – сразу докладывайте мне.
***
По мере приближения к Логову от безмятежности Блейда не осталось и следа. Раздав приказы всем встречным по пути, он завел Лео в дом и запер за ним дверь. Рип уже был внутри: герцогиня яростно извивалась у него на руках, а металлический протез заглушал ее крики.
– Как они узнали? – спросил Блейд.
– Я доверился кое-кому ненадежному. – Лео хмуро посмотрел на герцогиню.
– С красотками всегда надо держать ухо востро, – хохотнул Блейд. – Ни в жисть бы не подумал, что тебе вскружит башку Снежная королева.
– Какого черта тут происходит? – раздался голос сверху, и на лестницу вышла закутанная в шаль Онория. – Это леди Казавиан? – выпучила она глаза. – Ты похитил герцогиню, Блейд? С ума сошел?
– Это не я, любимая. – Блейд поставил ногу на ступеньку и ткнул пальцем через плечо. – Это твой братец решил, что ему стало скучно жить, и подался в пираты или чо-то вроде того.
«Братец», – беззвучно повторила она.
– Блейд…
– Все нормально, – подал голос Лео, поднимаясь по лестнице. – Больше нет смысла скрывать правду. Принц-консорт час назад разоблачил меня перед всеми. – Поравнявшись с Онорией, он остановился. – Они в курсе, что я бастард.
Взгляд темных глаз сестры потеплел.
– И?
– Принц-консорт хочет насадить мою голову на пику.
Онория ахнула и посмотрела на Блейда.
– Нет. Я им не позволю…
– Все путем, милая. – Блейд стиснул ее руку. – Он отсюда никуда не денется. Принц-консорт хочет его голову? Тада ему придется иметь дело со мной.
Онория обняла Лео теплыми руками. Он в изумлении отшатнулся. Большой живот мешал ей прижаться к брату, но это ее не остановило. А потом плечи Онор затряслись, и Лео понял, что сестра плачет.
Он никогда прежде не видел слез Онории, которая была сделана из более прочного теста, чем многие мужчины.
Блейд повел плечами и незаметно махнул рукой, одними губами шепча:
– Ребенок.
– Мы не допустим, чтобы ты пострадал, – заявила Онория, поднимая голову и вытирая слезы тыльной стороной ладони. – Обещаю.
Лео потрясла сама мысль о том, что сестра намеревается его защищать.
– Онор… – Он понятия не имел, что говорить. И тут вдруг до него дошло. Герцог не поддержал своего бастарда. Только Линч и Мэллорин выступили в его защиту. Но это…
Его сестра. Он обнял ее и коснулся подбородком макушки, кожей чувствуя тепло. Закрыл глаза и на несколько секунд расслабился. Он чертовски устал и чувствовал себя одиноким, словно еще не осознал истинный масштаб последствий сегодняшнего дня.
Ему так этого не хватало. Кого-то, кому не все равно, кто встанет бок о бок с ним, даже если это развяжет войну.
Беременный живот Онории, однако, был жестоким напоминанием. У всего есть последствия. Лео усвоил это из-за Чарли. Открыв глаза, Бэрронс увидел, что Блейд смотрит прямо на него.
– Я не могу остаться.
– Что? – Онория подняла голову.
– Трущобы недостаточно защищены. – Лео не мог набраться смелости посмотреть ей в глаза: это бы его сломило. – И ваших запасов оружия тоже мало. Пока что. Принц-консорт бросит на вас все силы, что у него есть. Пятьдесят лет назад вы вышвырнули Эшелон из трущоб, и они усвоили урок. Больше люди принца не станут недооценивать тебя и твоих подручных. Я не могу остаться. Не могу дать ему повод развязать войну. – Блейд остался невозмутим. – Проклятье, да посмотри же на нее. Она может начать рожать в любую секунду!
– Думаешь, я не в курсе? – Впервые самообладание Блейда дало трещину.
– Так это правда, – прошептала герцогиня Казавиан. – Вы замышляете свергнуть принца-консорта.
Блейд стрельнул в нее таким тяжелым взглядом, что Лео поспешил встать между ним и Араминой. Ноги сами несли его, мысли за ними не успевали.
Это заметили все. Блейд обменялся с Онорией взглядами, смысла которых Лео не уловил.
– Возможно, утро вечера мудренее? – предложила сестра. – Каким бы ни стало решение, одно ясно как день: герцогиню пока отпускать нельзя.
– Но и здеся ее держать необязательно.
Слова прозвучали убийственно ласково. Угроза. Лео напрягся.
– Я ее в это втянул, и я же вытащу. Живой и невредимой.
Блейд окинул его долгим взглядом.
– Она уже один раз всадила нож тебе в спину, ты забыл?
– Нет. – «И никогда не забуду». – Но она моя заложница. Не ваша.
– Лады. Онор, отведи их в комнаты, пусть отдохнут. Я пока схожу проверю парней. Посмотрим, куды будет первый шаг принца-консорта, а там решим, чё делать.