![](/files/books/160/oblozhka-knigi-shelk-i-par-lp-380895.jpg)
Текст книги "Шелк и пар (ЛП)"
Автор книги: Бек Макмастер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)
– Бэрронс, ты спрашиваешь меня, могу ли я прислуживать твоей сестре?
В его глазах было то, что ей казалось, она никогда не увидит.
– Ты знаешь, что делать? Сможешь ей помочь? Если с ней что-то случится… – Лео выругался и провел рукой по золотистым волосам, бросив еще один взгляд на очертания Уайтчепела. – Я вообще не должен был сюда приходить. Последние несколько недель Онории следовало отдыхать, а не волноваться. Если бы я не…
– Из моего скромного опыта, роды в лучшем случае непредсказуемы. Может случиться что угодно. – По крайней мере, так говорилось во всех книгах и трактатах, которые герцогиня штудировала, готовясь к родам у Алексы. Однако Арамина была слегка шокирована. После прошлой ночи и всего, случившегося днем ранее, она думала, что уж к ней-то он обратится за помощью в последнюю очередь.
Доверял ли ей Лео? От этой мысли у Мины перехватило дыхание. Она и не осознавала, как сильно ценила его доверие, пока не потеряла.
Соперники уставились друг на друга.
«Мне жаль». Мина вскинула подбородок.
– Отведи меня к ней, – тихо сказала она. – Я сделаю все, чтобы помочь, хотя на самом деле этого может оказаться недостаточно.
Его напряженные плечи немного расслабились.
– Спасибо.
Мина подняла запястье.
– Ключ?
Бэрронс вытащил его из кармана и, нежно касаясь ее кожи, отомкнул замок. Пальто Лео провоняло дымом, и Мина слегка подалась вперед, балансируя на цыпочках и вдыхая этот запах.
– Если ты убежишь, – пригрозил Бэрронс бархатным голосом, – я тебя поймаю. Неважно, как далеко или быстро, я всегда тебя поймаю.
– А если я не хочу, чтобы ты меня ловил? – осмелилась она спросить, покачиваясь на пятках.
Они встретились взглядами. Его был неумолим. Бэрронс снял наручники. На его скулах ходили желваки, как будто он боролся с сильными эмоциями.
– Тогда следовало воспользоваться случаем с Мориочем. Сейчас уже слишком поздно, герцогиня.
***
Едва Арамина вошла в родильную комнату, как запахи пробудили всю беспомощность, которую герцогиня ощущала, держа Алексу за руку во время тех ужасных родов. Неважно, что Мина сказала Бэрронсу. Она не могла этого сделать.
– Ваша светлость. – Темноволосая женщина повернулась от родильного стула, и на ее лице отразилось облегчение. – Есть ли у вас опыт с трудными родами?
– Трудными?
– Ребенок перевернулся, – ответила женщина. – Он идет не так, как надо. По крайней мере, Долли так говорит. – Она повернулась обратно к светловолосой проститутке, стоящей на коленях между бедрами Онории и ощупывающей ее раздутый живот.
– Что… что ты имеешь ввиду? – тяжело дыша, Онория изо всех сил пыталась сесть. – Эсме, что не так? Что не так с моим ребенком?
– Я не… это… – Эсме не знала, что ответить.
Раздался резкий стук, и дверь распахнулась. Женщина средних лет, в шарфе и выцветшей фиолетовой шляпе, стремительно вошла внутрь. При ней была маленькая медицинская сумка.
– Миссис Парсонс. – Эсме поспешила к новоприбывшей и сжала ее руку. – О, слава богу, им удалось вас найти. Нам сейчас чертовски трудно.
Повитуха, предположила Мина и стала незаметно продвигаться к двери.
– Что ж, кажется, вы в надежных руках…
Миссис Парсонс обвела комнату колючим взглядом.
– Горячей воды, – потребовала она. – И мне понадобятся чистые полотенца и лауданум. Так, позвольте взглянуть.
Мина вместе с Эсме вызвалась добывать необходимое. Что угодно, лишь бы покинуть комнату.
Когда она вернулась, миссис Парсонс уже закончила осмотр и мыла руки.
– Ребенок находится в тазовом предлежании, – тихо сказала повитуха вернувшейся паре. – Я пыталась повернуть его, но, честно говоря, мне всегда казалось, что миссис Раттингер недостаточно пропорционально сложена, поэтому я изначально направила ее к врачу-акушеру. Мы надеялись, что ребенок будет не слишком большим, но… я могу ошибаться, точнее увидим в процессе родов, однако…
– Клинически узкий таз? – спросила Мина. Это было довольно распространенным явлением, особенно среди недоедающих женщин или просто худощавых.
– Так считает врач-акушер. – Однако лицо миссис Парсонс не выражало никаких сомнений.
– Однажды я видела такое, – сказала герцогиня. – Сын королевы родился бездыханным, так как было решено, что мать важнее ребенка. – Увидев дитя, Алекса издала слабый крик. «Мой маленький мальчик…», – прошептала она разбившим Мине сердце голосом, прежде чем ребенка забрали. Тогда королева стала кричать и бороться. Мине пришлось держать ее, чтобы врачи могли остановить кровотечение.
– Останься ребенок в правильном положении, я бы попробовала воспользоваться щипцами. Однако на данном этапе выбор небольшой. Нужно послать за врачом-акушером. Кесарево сечение – единственный способ спасти либо мать, либо ребенка, – заключила миссис Парсонс. – Необходимо сделать выбор.
Рот Эсме приоткрылся в беззвучном крике.
– Нет, – прошептала она. – Нет, это ее уничтожит. Разве мы не можем спасти обоих?
– Это рискованная процедура, миссис Дулан, – прямо ответила миссис Парсонс.
– Сейчас невозможно позвать врача, – прошептала Эсме. – Он живет в Кленкервелле.
Мина жестом отозвала миссис Парсонс в сторону.
– Ассистировали ли вы когда-нибудь акушеру при кесаревом?
– Несколько раз. Я иногда помогаю доктору Филлипсу. Он страдает от дрожащего паралича, и иногда его руки не так тверды, как ему того хотелось бы.
– Значит, вам доводилось делать кесарево сечение?
– Дважды. Но не думаете же вы, что я смогу провести такую операцию! Я знаю, что делать, но риски слишком высоки. У нее может случиться внутреннее кровотечение или даже смерть от потери крови, а я – не хирург.
Время рискнуть.
– Что, если бы вы проводили операцию? По крайней мере, вы знаете, где делать надрезы. И что, если я могу гарантировать остановку любого кровотечения?
– Как?
– У меня умеренный уровень вируса жажды, – ответила Мина. – Кровь голубокровного может залечить практически любую рану.
– В процессе заразив роженицу вирусом.
– Да, но Онория уцелеет, как и малыш. Блейд – голубокровный, и я не сомневаюсь, что он предпочел бы видеть свою жену живой, невзирая на изменение…
– Она не заразится, – вдруг перебила их Эсме. Онория задохнулась от очередной схватки, и Долли опустилась на колени у родильного стула, потирая бедняжке руку. – Она привита от вируса жажды.
Конечно. Вакцина, в продвижении которой Бэрронс был особенно заинтересован. Разумеется, он проследил, чтобы его семью привили.
Онория замолчала, тяжело дыша.
– Может не… остановить кровотечение, – прошептала она. – Я не совсем… уверена, как сработает прививка… если ваша кровь смешается с моей. Если это повлияет на исцеление…
Хотя они говорили тихо, очевидно план стал ясен всей комнате. Четыре пары глаз уставились на Онорию.
– Вот и проверим, – решительно сказала Мина. – Есть у кого-нибудь скальпель или лезвие?
***
– Они отступают! – прокричал Блейд.
Десятки мужчин вскинули руки и заревели; звук разлетелся вдоль всей стены. Лео потер лицо рукой, пытаясь убрать немного сажи и грязи.
Пока что попытки Мориоча прорваться в трущобы были отбиты.
– Он покуда не бросает на вас все, что у него есть, – пробормотал Лео, рассматривая упорядоченные ряды автоматонов.
С лица Блейда не сходила улыбка, пока он махал кулаком вместе с остальными бунтовщиками.
– Знаю. – Их глаза встретились, и Дьявол Уайтчепела опустил руку. – Прощупывает наши слабые места.
– Он их найдет. – Лео и сам нашел, осматривая стену. Ту построили более пятидесяти лет назад из того, что смогли достать. В ней имелись определенные места, в которые он бы целился, если бы решил разрушить преграду.
– Ну так-то у меня тоже есть туз в рукаве. – Блейд указал на пылающий огонь в других частях города. – У них не выйдет грохнуть все силы на нас. Возможно, энтого хватит, чтобы покончить с Мориочем.
Лео рассматривал золотистые вспышки, освещающие ночь. Судя по всему, их было три.
– Или они отправят туда троянскую кавалерию и сокрушат восставшую толпу, а затем сразят вас при помощи огнеметов. Я сойду им и мертвым. Все, что требуется – это сжечь нас дотла.
– Угу. – Взгляд Блейда потемнел. – Вот только я нужон им живым, чтоб прилюдно казнить меня и доказать раз и навсегда, что я мертв.
Убить легенду.
– Возможно. – Лео снова осмотрел пожарища, отмечая, где они находятся. – От Уилла по-прежнему нет вестей?
Блейд помрачнел. Он тоже посмотрел на огни, особенно на западе, возле дома посла вервульфенов.
– Он доберется сюды, када сможет, и все его ребята вместе с ним.
Ни один из них не озвучил другой вариант: армия принца-консорта нанесет там особенно мощный удар, зная, что Уилл, скорее всего, придет на помощь Блейду с десятками недавно освобожденных соплеменников. Даже один вервульфен в ярости берсерка мог перебить половину армии.
В голове Лео вспыхнул образ лица Лены. Его хохотушка-сестра, так он всегда думал о ней; девушка, которая улыбается, даже когда для этого нет причины. Лена жила, чтобы делать других счастливыми. Прятала свою боль, чтобы никого не тревожить. Лео прекрасно это понимал, несмотря на различие в их методах. Его собственная боль скрывалась за безразличием.
Сейчас у него ныло сердце. Вот почему они так долго планировали свое наступление. Люди умрут, и ни он, ни Блейд, ни Линч, ни Гаррет не захотят увидеть среди погибших знакомые лица. Если Лена и была где-то там, то именно рядом с мужем: одновременно самое опасное и безопасное место на данный момент.
«Она уцелеет. Уилл скорее умрет, чем позволит чему-либо с ней случиться». Но в голове Лео слова звучали не так уверенно. Война была жестокой, бесчеловечной и неумолимой. Люди умирали. И не имело большого значения, пришел их срок или нет.
– Блейд! – Тонкий голос прорвался сквозь смех и рев мужчин на стене.
Наверх, точно кошка, вскарабкалась бледная Ларк. Блейд мгновенно подобрался.
– Онория?
– Она рожает, – нервно ответила Ларк. – Герцогиня сказала, те надо прийти.
– Но ей еще не время, – выпалил Блейд, с перекошенным от паники лицом. Он повернулся к Лео. – Она ведь была в порядке? Када ты ее видел последний раз?
Лео судорожно попытался придумать, что сказать, и Блейд это понял.
– Онор не хотела тебя отвлекать, – признался Бэрронс.
– Черт побери.
Ларк внезапно вся сжалась.
– Они мя не пускали, но… кажись, там все не очень хорошо. Я слышала, как она кричала.
Если Блейд раньше был бледный, то теперь стал просто как полотно. Лео подхватил его, поддерживая.
– Спокойно.
– Я не могу уйти, – прошептал Блейд, оглядываясь по сторонам. – Мне надоть оборонять стену. Ежели нас захватят, то сожгут, и у нее не будет шанса спастись.
Лео вскинул подбородок, привлекая внимание Рипа. Зарево от огня подсвечивало жестокое лицо великана. Он хлопнул кого-то по спине, а затем вразвалочку подошел ближе. Вопреки небрежной походке, вокруг его глаз залегли тревожные морщины.
– Иди и позаботься о ней, – сказал Бэрронс. – Рип и я будем держать оборону. В ближайшее время ничего не произойдет. Еще нет. Мориоч играет в кошки-мышки.
С ощутимым облегчением Блейд схватил и сжал Лео руку.
– Спасибо.
Глава 15
Расхаживая у двери, Мина почувствовала, как по коже побежали мурашки.
«Похоже, я больше не одна».
Наверху лестницы появился Дьявол Уайтчепела, бледный как смерть и с глазами чернее, чем глубины ада. От прежнего насмешливого джентльмена не осталось ни следа, ему на смену пришел хищник, напряженный и жаждущий крови. Готовый отстаивать каждый дюйм того места, что считает своим.
Из спальни донесся приглушенный крик боли. Внимание Блейда переместилось, и на миг его лицо исказилось в гримасе. Он снова переменился – уже не голубокровный, не хищник, а просто мужчина, слушающий крики своей жены и совершенно не способный ей помочь.
– Ларк сказала, ребенок на подходе, – начал Блейд, отчего-то без малейшего намека на обычный говор.
Он подошел ближе, и Мина глубоко вздохнула.
– Все не слишком удачно. Ребенок в тазовом предлежании, и повитуха, похоже, считает, что Онория слишком изящная и вряд ли успешно справится сама. Так или иначе, если не достать дитя в ближайшее время…
Блейд впился в Мину черными глазами, а потом провел дрожащей ладонью по губам.
– Нет. Нет, не может быть.
Мина осторожно коснулась его руки. Он напрягся.
– Мы попробуем сделать ей кесарево. Миссис Парсонс уже проводила подобную операцию и…
– Вырезать ребенка из чрева? А как же сама Онория? Как…
– Мы залечим ее раны с помощью моей крови. Это существенно снизит риск образования шрамов и заражения. Я уже проверила, не воспрепятствует ли ее вакцинация заживляющим свойствам вируса жажды. Все нормально.
Блейд выглядел растерянным.
– А другого пути нет?
– Среди нас нет профессиональных акушеров, и сейчас их не найти. Придется рискнуть – или проиграть.
Блейд снова провел рукой по губам, смотря в никуда.
– И ты ждешь моего согласия?
– Согласия, – подтвердила Мина, – и помощи. Твоей жене сейчас очень страшно. Как ученый она слишком хорошо понимает риски такой беременности. Знаю, мужчины обычно не присутствуют на родах, но если ты побудешь рядом… подержишь Онор за руку, поговоришь с ней, успокоишь…
– Я это сделаю.
Слава богу. Мина не до конца понимала характер отношений между Онорией и ее супругом, но похоже, он очень любил жену – до такой степени, что превозмог инстинктивный мужской страх перед родами.
– Идем, – велел Блейд, – пока я сам не сорвался.
– Стой. – Мина схватила его за руку. – Как там сражение?
В ныне зеленых глазах Блейда мелькнуло что-то опасное.
– Не боись, принцесса, тя вряд ли спасут. Бэрронс с Рипом держат стены. Мориоч пока играется с нами в кошки-мышки.
Услышав его прежний говор, Мина задышала свободнее. Когда внутренний демон Блейда прорывался наружу, атмосфера становилась слишком напряженной. Опасной.
– Бэрронс, – повторила Мина, вспомнив далекие всполохи огня и звуки выстрелов. Он наверняка на передовой. На миг герцогине стало нехорошо.
– Да чтоб меня… – пробормотал Блейд. – Бэрронс?..
Легкий румянец окрасил ее щеки. Мина выпрямилась.
– Не понимаю, о чем ты. Идем. И вымой руки. От тебя несет кровью и дымом.
***
– Ну вот опять, – пробормотал Рип.
– Сколько еще атак выдержат стены? – спросил Лео. Мориоч пока не задействовал огнеметы – определенно боялся неконтролируемого пожара. Проверял, не сумеет ли сломить трущобы силами одних только металлогвардейцев.
Рип пожал плечами.
– Эти стены всегда были скорее символом. Их строили не затем, чтоб останавливать армии.
«Значит, судя по звукам, осталось недолго».
– Надо перенести сражения на улицы. Остановить врага, пока он не нанес критический удар.
– Да они ж размажут нас о нашу же стену, – указал Рип.
– Нет, если возьмем их в тиски.
Оба посмотрели друг на друга. Пламя отразилось в зеленых глазах гиганта, а лицо приняло задумчивое выражение.
– Мы двинем через Нижний город. Нападем сзади, да так, что нас до поры и не заметят.
– Лучше останься, возглавь людей с этой стороны. – Лео вздохнул. – Кто еще может повести вторую группу?
Рип уставился на него.
– Сам знаешь, кто.
Боже.
– Они за мной не пойдут. Это люди Блейда, а не мои.
– Нихто из парней воевать не обучен, – настаивал Рип. – Они знают улицы, как устраивать засады, как драться, как убивать… А ты смышленый малый в тактике. Смекаешь, как Мориоч думает, как работают металлогвардейцы… Тебе-то и надо, что выбрать пару ребят да передавать через них приказы. Дай им понять, что мы заодно.
Лео почувствовал какую-то странную уязвимость. Он же привык командовать, держать все в своих руках. Так почему вдруг сейчас засомневался?
«Три дня назад ты бы колебаться не стал».
Бэрронс зажмурился. Куда подевался прежний Лео, с его уверенностью, напором? Станет ли он снова тем человеком?
– Я это сделаю. – Лео дал своей сестре и Блейду слишком много обещаний – а на это ремесло его хотя бы натаскивали. С беззвучным смешком Бэрронс вознес молитву небу и мысленно поблагодарил Кейна, что научил искусству войны.
– Славно. Тебе понадобятся люди. Дровосек, Дэллоуэй, Хиггинс и Чарли станут твоими помощниками. – Рип поднял руку. – Не спорь. Моя затея, мне и решать. Я подберу тебе остальных ребят. – Медленная жесткая улыбка растянула губы здоровяка. – Пора окрасить металл кровью.
***
В комнате воняло хлороформом.
Едва соображающая Онория мотала головой, а Эсме прижимала ткань ко рту и носу роженицы. Блейд сидел рядом с женой, держа ту за руку, и не сводил почерневших глаз с живота бедняжки.
Когда Мина предложила операцию – зная процесс в теории, но не на практике, – то и представить себе не могла, что придется пробиваться сквозь столько слоев плоти. Миссис Парсонс действовала ловко и сноровисто, орудуя одновременно скальпелем, ножницами и парой зажимов. Обеззаразив по заветам доктора Листера кожу пациентки и собственные руки, повитуха принялась за дело.
Мины хватило на пару минут, после чего она отвернулась и тяжело сглотнула. Онория издала слабый стон; ее ресницы трепетали.
– Все хорошо, любимая, – прошептал Блейд ей на ухо. – Я здеся. Я тя держу.
– Ребенок? – невнятно спросила Онор.
– Он в порядке. – Блейд отвернулся от ее умоляющего взгляда и потрепал жену по руке. – Ничо с вами не случится.
Голова Онории мотнулась, бедняжка снова потеряла сознание.
– Какой у тебя уровень вируса? – спросила Мина Блейда, чтобы отвлечь их всех.
– Где-то процентов сорок восемь.
Выше, чем у нее. А чем больше уровень, тем сильнее заживляющие способности.
– Может, нам тогда использовать твою кровь. У меня только тридцать шесть.
– Если сработает, – вмешалась Эсме, – только представьте себе последствия. Родовспоможение станет куда безопаснее, если мы гарантируем быстрое заживление и обеззараживание.
Именно инфекции зачастую становились причиной материнской смертности, и судя по смягчившемуся лицу Эсме, она об этом знала не понаслышке.
– Их придется сперва прививать.
– Дамы, пожалуйста, сосредоточьтесь, – позвала миссис Парсонс. – Ваша светлость, не подержите зажимы?
Мина постаралась не думать о том, что перед ней тело живого человека. Отгородившись от процедуры, она просто следовала указаниям повитухи, подавала различные металлические инструменты и передвигала части обмякшего туловища, пока Парсонс продолжала быстро резать. Наконец на свет появилась пара ножек внутри тонкого студенистого пузыря. Это было самое захватывающее и отвратительное зрелище в жизни Мины. Она только ахнуть успела.
Влажный чавкающий звук, с которым дитя выскользнуло из чрева матери, также оказался полной неожиданностью. Мина протянула мягкие пеленки, и ей вручили маленькое, слабо извивающееся тельце. Миссис Парсонс очистила личико ребенка от остатков пузыря и сунула малышу палец в горло, чтобы впустить воздух. Сперва дитя что-то булькнуло, а потом, словно пробив невидимую преграду, разразилось криком. Да таким, что Мина аж подпрыгнула.
– Это девочка! – с явным облегчением провозгласила раскрасневшаяся и взмокшая миссис Парсонс.
– Девочка? – дрожащим голосом переспросил Блейд. – У меня дочь?
Мина быстро укутала ребенка и развернула его к отцу.
– Взгляни на нее.
Еще один слабый крик прорезал воздух. Густые темные волосы малышки прилипли к головке, а покрасневшее лицо было все в морщинах. Блейд уставился на дочь, как будто Мина только что предложила показать ему луну.
– Ты только посмотри на нее, – прошептал он, дотронувшись до торчащего из-под одеяла крохотного дрожащего кулачка. – Онор, послушай, дорогая. Она такая красивая. Прямо как ты.
– Думаю, нам лучше подождать, пока мы не зашьем ее обратно, – предложила Мина. – Эсме?
Та отдала пропитанную хлороформом ткань Долли и осторожно забрала ребенка из рук Мины.
– Привет, красавица. Я пока ее обмою.
– Дай мне свою руку, – сказала Мина Блейду.
Она набрала его кровь в один из шприцев Онории и залила рану, которую миссис Парсонс поспешно зажала. Прошло несколько минут, но потом появился первый тонкий слой мембраны, и Мина выдохнула.
– Сработало, – радостно заявила она.
– Ты не знала наверняка? – остро глянул на нее Блейд.
– Риск всегда есть. – В такой момент было сложно смотреть ему в глаза.
В течение еще получаса миссис Парсонс накладывала шелковые стежки на внешний разрез живота. Область вокруг раны была красной и опухшей, но до сих пор казалось, что поспешно зашитые края срастались. Убрав ткань с лица Онории, Мина приготовила смесь лауданума на случай, если он понадобится, когда роженица придет в себя.
Вскоре веки Онории сонно затрепетали. Волосы прилипли к мокрому лбу бедняжки, и Блейд осторожно их смахнул. Помогая миссис Парсонс с уборкой, Мина поневоле украдкой посматривала на новоявленных родителей.
Вот тебе и Дьявол Уайтчепела во всей красе. Мина подавила улыбку и пошла отвечать на стук в дверь. Эсме лучезарно улыбнулась ей, внося ребенка, только что вымытого и уже более симпатичного.
– Как она? – спросила домоправительница.
– Приняла немного лауданума, но рана, похоже, заживает как надо. – Невероятно. От разреза почти не осталось ни следа.
– Как мы назовем малышку? – поинтересовалась Эсме, подходя к кровати.
– Эммалин, – прошептала Онория, дрожащей рукой коснувшись головки дочери. – Она такая крошка.
– Эммалин Грейс, – повторил Блейд. Эсме вручила ему девочку, и он придвинулся ближе к Онории. Блейд тяжело сглотнул.
Эсме с Миной переглянулись. Герцогиня еще никогда не чувствовала такого удовлетворения, хотя в глубине души и понимала, что в этой семье она лишь сторонний наблюдатель.
Глава 16
– Отходим! – заорал Лео, маша строю людей позади себя. Здоровяк, которого Рип назвал Дэллоуэем, сложил ладони рупором и громовым голосом повторил команду, отчего близстоящие парни поморщились.
Лео посмотрел на крыши и подал два сигнала, которым его научил Рип. Дюжины ребят возникли из теней, неся сети. Сделанные из плотно сплетенных металлических нитей, те были тяжелыми, и для их перетаскивания требовалось двое мужчин, но когда сети взмыли в воздух и упали на толпу металлогвардейцев, теснивших Лео и его отряд, их назначение стало очевидным.
Взвод принца-консорта рухнул, неуклюже барахтаясь на земле.
Остальная часть отряда Бэрронса решительно двинулась к врагу, вооружившись короткими тяжелыми дубинками – похоже, излюбленным оружием ребят из трущоб. Лео проинструктировал их целиться в заднюю часть шлемов, где находился контрольный чип, и в колени, чтобы разрушить суставы. Все, что угодно, лишь бы вывести механизмы из строя.
– Огнемет! – взревел Хиггинс, вылетая из ближайшего переулка. Пламя вырвалось следом и задело рукав бойца. Хиггинс закричал и упал на землю, полыхая как спичка, зажженная от сухого трута. Зеленоватое пламя лизало его кожу и одежду.
Теперь бедняге было уже ничем не помочь. Лео стиснул зубы и поманил своих людей с дороги. Глянул на Чарли, и тот показал, что готов. Лео вскарабкался на крышу позади брата, пытаясь не отставать. Как голубокровные оба двигались быстрее, чем простые смертные – да и исцелялись тоже.
Нет смысла преследовать огнемет. Трущобники разбежались, отвлекая огромный автомат, что с лязгом вылетел из переулка, держа пушку наготове. А Лео высмотрел троицу металлогвардейцев, которые тщательно охраняли оператора. Мужчина крутил диски и щелкал переключателями, чтобы огнемет поворачивался вслед за парнями Бэрронса.
Чарли пересек переулок, приземлился на крыше напротив и пригнулся. Оператор и бровью не повел.
Все случилось молниеносно. Чарли опрокинул одного из металлогвардейцев на остальных, и Лео воспользовался возможностью, чтобы схватить оператора и вонзить нож ему меж ребер. Человек забулькал и задергался в руках Бэрронса, а потом резко обмяк. Лео подержал его еще секунду, а затем отшвырнул, забрав пульт из ослабевших пальцев.
Чарли пнул одного из металлогвардейцев под колено.
– Не повреди их, – рявкнул Лео. Он повернул диск и выжидающе посмотрел на автоматы.
Один резко выбросил руку прямо в сторону Бэрронса. Тот едва успел увернуться.
– Дай сюда, – сказал Чарли, забирая устройство из рук брата. Затем отошел в сторону и принялся возиться с переключателями. Несколько секунд – и беспомощных рывков – спустя, один металлогвардеец прошагал к стене и врезал по ней. Проулок наполнился пылью. Автомат повторил действие снова и снова.
– Этот ряд рычагов управляет этим дроном, – сообщил Чарли и принялся осваивать следующий. Металлогвардеец позади Лео качнулся вперед, и голубокровному пришлось уклоняться. – Прости, – пробормотал Чарли и поправил настройки. Второй автомат выпрямился и последовал примеру первого. – А теперь главный. – Глаза Чарли блеснули, и он занялся огнеметом.
Парнишка спалил всего одно здание, прежде чем разобрался, какие кнопки не надо нажимать.
Чарли запрыгнул огнемету на плечи, свесил ноги на грудь и оперся локтями на шлем, вовсю орудуя прибором.
– Ларк ни за что не поверит, – ухмыльнулся Тодд. – Но, пошел! – Одно движение пальцев, и огнемет помчался вперед. Чарли повел его в гущу боя, увлекая следом и пару перекованных металлогвардейцев.
– Смотрите, чтоб мальчишка не пострадал, – рявкнул Лео паре своих людей. Те развернулись и потрусили за Чарли.
Глава 17
На сей раз никто за ней не следил.
Мина попросила какую-нибудь одежду на смену грязной, и Эсме снабдила ее старой рубахой, коротким пиджаком и брюками из запасов Чарли.
– Прости, пожалуйста, – повинилась домоправительница. – Ты куда выше нас с Онорией. Боюсь, прямо сейчас больше ничего не подобрать. А уж потом я пошлю…
– Все отлично, – перебила Мина, едва сдерживая радость. Затем вымылась, споро переоделась и чуть приоткрыла дверь. Никто поблизости не ошивался.
Приметив, что Блейд, пока отмывался сам, небрежно бросил свое пальто и кобуру на спинке стула, герцогиня умыкнула их и его нож вдобавок. Пара пистолетов оказалась тяжелее, чем она привыкла, патроны содержали смесь химикатов, которые взрывались при столкновении с целью. Такое оружие абы где не использовали, оно было предназначено для убийства. «Молния» могла в клочья разнести половину туловища человека.
Идеально.
Долгую напряженную минуту Мина спускалась на кухню и проверяла, нет ли там Эсме. Домоправительницы не было видно, но наверху послышались голоса, и герцогиня узнала характерный кокни Блейда. Если он обнаружит пропажу пальто и пистолетов…
Пора.
Проскользнув в дверь, Мина кивнула паре проституток, что нарезали бинты для раненых. Голос Эсме прокатился по двору: она приказала какому-то парню помочь колоть дрова. Натянув кепку на глаза – и свои приметные волосы, – Мина повернулась в другую сторону.
На востоке шумел бой: именно туда Мориоч бросил свои войска. Мина же, напротив, углубилась в трущобы. Ей придется сделать огромный крюк – пройти через весь Уайтчепел, а затем на выходе повернуть обратно к Башне из слоновой кости.
Нервы гудели. Находясь так далеко от города, Мина чувствовала себя отчасти бессильной. А пока с Алексой могло случиться что угодно. В тот момент, когда королева тупо согласилась на казнь Бэрронса, это была не та Александра, которую знала герцогиня.
Нужно вернуться, узнать, что случилось с подругой, и защитить ее, если потребуется. Если королева сдалась, когда они уже так близко…
Нет, Мина не позволит подобному случиться.
Даже если придется бросить Бэрронса и предоставить ему в одиночку разгребать последствия?
– Сосредоточься, – прошептала себе Мина, ныряя в тень между бочками. Бэрронс тут ни при чем. Королева – вот ее главная забота. Не мужчина, которого Мина только что начала понимать и узнавать.
А вдруг Блейд и Бэрронс были теми самыми союзниками, которых она и королева так отчаянно искали? Что, если их вмешательство окажется решающим, рискни Мина им открыться?
Кровь и проклятье. Она не могла позволить себе колебаться. Они не упомянули, кого захотят видеть у власти после того, как поднимется восстание – и если оно увенчается успехом. И каждая секунда сомнений Мины была секундой, когда королева могла поддаться все возрастающему отчаянию.
Итак, решение принято. Она нужна Александре.
Остановившись в переулке, Мина выглянула из-за угла. Между домами тянулись веревки для белья – правда, сейчас пустые. Почти жуткая тишина эхом отзывалась в этой части трущоб, на улицах царила тьма. Ни единой искры жизни, ни смеха, ни едва уловимого стука человеческих сердец. Блейд без сомнения призвал на стену всех, кого смог.
Мина оценила ситуацию. Здесь почти никого, большая часть сил Блейда сражается против Мориоча. Голубокровному тут проскользнуть – легче легкого.
Отчего-то стало не по себе.
Вроде бы ни единого движения, ни дыхания, ни шепотка – но Мина не могла отделаться от ощущения, что рядом кто-то есть.
Металл чиркнул по вымощенным булыжником улицам. Послышался размеренный стук. Что за дьявол?
Осторожно выглянув, Мина увидела крошечную тень. Какое-то приспособление неторопливо шагало по улице, размахивая металлическими руками; именно его ноги производили шум, что привлек внимание Мины. Заводной солдатик? Игрушка?
Подул ветер, принеся с собой запах дыма… и еще чего-то. Того, с чем герцогиня была хорошо знакома благодаря работе с гуманистами.
Тротил.
Крайне взрывоопасное вещество.
Мина прищурилась и оценивающе посмотрела на марширующий часовой механизм. Круглое пузатое тело вполне могло вместить в себя заряд, достаточный для подрыва целого дома.
Проклятье. Мориоч отвечал за оборонную промышленность, всегда. В то время как она и остальные члены совета занимались чем-то иным – строительством, заключением торговых соглашений, – Мориоч принимал непосредственное участие в создании легионов огнеметов и металлогвардейцев.
Зачем еще сидеть возле трущоб, бросая мелкие группы бойцов на стены то тут, то там, словно проверяя защиту? Мориоч по натуре не был осторожным человеком – конечно, планировать он умел, – но когда дело доходило до нападения, действовал прямо и эффективно. Акула, готовая ко всему.
Герцог не опасался Блейда. Он просто ждал успеха другого рода штурма, который разрушит самое сердце трущоб.
Маленький заводной солдатик с тиканьем шагал прямо к Логову. Металлогвардейцы управлялись с помощью радиочастот, и операторы были вынуждены постоянно находиться в пределах двухсот футов от назначенных им автоматов. Если заводной солдат работал по тем же принципам, его управляющий должен быть где-то рядом.
Мина не могла рискнуть дотронуться до механизма из опасения, что тот взорвется, а вот оператор… О да. Оператор – другое дело.
***
– Вышло даже легче, чем мы ожидали, – заметил Лео, глядя на разбитый строй внизу и вытирая со лба кровь. Шальная пуля чиркнула, пока он карабкался на стену.
Рип хлопнул герцога по руке и притянул в медвежьи объятия.
– Отлично сработано. Словно через мясорубку их прогнали. – Зеленые глаза великана осмотрели улицы. – Хотя неясно, че он силы-то придерживает.
– Затевает чего-то, – донесся голос Блейда прямо из темноты за спиной.