![](/files/books/160/oblozhka-knigi-shelk-i-par-lp-380895.jpg)
Текст книги "Шелк и пар (ЛП)"
Автор книги: Бек Макмастер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
Синие глаза зажглись дьявольским блеском.
– И что, мы захватим Башню?
– Сделаем по пути небольшой крюк, ну а потом да, мы отправимся к Башне.
Кинкейд схватил со стола стальную перевязь и, надев ее через голову, закрепил кожаные ремни, держащие железную руку. Ловко пристегнул пару тонких цепочек к гидравлическому устройству на предплечье.
– Долго ж, милая, ждал я этого дня. Не терпится обмыть свой кулак кровью. Голубой такой кровью. – Из согнутых пальцев резко выстрелили острые лезвия.
– Только помни, что некоторые из тех, против кого мы сражаемся, уже на нашей стороне, – предупредила она. – Когда мы выступим, ты будешь подчиняться моим приказам.
Последовала короткая пауза. Губы Кинкейда расплылись в опасной улыбке.
– Конечно. Я ни о чем другом и помыслить не мог.
***
«С ума сойти».
Лео постучал костяшками пальцев по стальному нагруднику стоящего перед ним циклопа. Кинкейд повыше поднял фосфорный фонарь, какими обычно пользовались контрабандисты, и выхватил из темноты десятки… нет, даже сотни громадных фигур, ряды которых тянулись в самый конец огромного, как пещера, ангара, скрытого глубоко под землей. Все как один безликие, с узкими смотровыми прорезями на шее, чтобы человек, управлявший такой махиной, мог видеть, что происходит снаружи. Ростом циклопы фута на три превосходили самый высоченный огнемет, а в качестве орудия сжимали в ручищах громадные огнестрельные пушки.
– Мне все это напоминает одну старую легенду. Я читал, что где-то на Востоке еще с давних времен спрятана целая армия, – чуть слышно произнес Лео.
Мина подошла поближе, коснувшись пальцами локтя гиганта, возле которого замер Бэрронс.
– Ты говоришь про книгу «Путешествия сэра Никодемуса Бэнксана Восток»?
Мало кто из обладавших голубой кровью задумывался, откуда взялась та странная болезнь. Бэнкс писал о странствиях по чужеземным городам, пересказывал истории об императорах Белого двора: прознав про вирус жажды, те выискивали любые упоминания о нем и, в конце концов, желая предстать перед лицом подданных богами, заразились им намеренно.
– Я всегда страдал излишним любопытством, – признался он с усмешкой. – Любил узнавать, как все устроено. Из чего сделано. Где впервые возникло.
Во Франции народные массы расправились с аристократами, имевшими голубую кровь, во времена Революции, испанцы отдали их в руки инквизиции. У Лео вдруг промелькнула мысль: что если и сам он, и остальные носители вируса, живущие здесь, в Лондоне, стоят сейчас на краю гибели. «Дорога перемен ведет в будущее», – вспомнилось ему.
Возможно, англичанам все же удастся проложить собственный путь. Механоиды, люди и голубокровные научатся жить без вражды, пусть у других народов ничего и не вышло.
– Как его включить? – спросил он у Мины.
– Вот здесь, смотри. – Она протянула руку и нажала куда-то на верхней части нагрудника. Глаза ее светились от гордости. Металлический люк со слабым шипением распахнулся, явив скрытую полость с россыпью кнопок и рычагов управления, в которой можно было поместиться стоя.
– Потрясающе. – Лео обошел вокруг железного воина, разглядывая его со всех сторон. – Просто невероятно, как вы усовершенствовали металлогвардейцев.
– Они куда смертоноснее, если в бой их ведет человек, – пояснила Мина. Забравшись внутрь, она влезла в специальные кожухи и продела сапоги в крепления для ног. Пристегнула к бедрам кожаные ремни, крепко их затянула. Нажатием на кнопку запустила парогенераторы: те тут же с шипением ожили, а по корпусу монстра пошла вибрация. Наконец накинула на плечи лямки грудной обвязки и принялась ловко переводить рычаги, отчего одна лапища монстра вытянулась по стойке «смирно», а другая с зажатым в кулаке огнеметом оказалась направлена прямо на Лео.
– Ими трудно управлять? – Он заглянул внутрь, и лицо его оказалось в дюйме от ее бедра. Ноги Мины были стройными, как у танцовщицы или постоянной участницы дуэлей.
Она ответила не сразу.
– Пожалуй, что нет. Они следуют движениям тела. Если я делаю шаг, циклоп его за мной повторяет, но все же операторам придется пройти серьезный инструктаж, прежде чем вступать с ними в бой.
В нем нарастало нетерпение. А разве осталось у них хоть сколько-то времени?
– Пусть лучше их ведут мехи. Они хотя бы понимают, как эти махины устроены. Пока мы сами не научимся с ними справляться, люди Блейда могли бы прокладывать путь.
Мина украдкой глянула на Кинкейда.
– Ты зря себя изводишь, – прошептал Лео с нежностью, проведя ладонью вверх по ноге Мины и сжимая бедро. – Он не замышляет ничего дурного. Если бы хотел, то в твое отсутствие легко бы все провернул. – Бэрронс сделал глубокий вздох. – Мина, ты даже не представляешь, как я тобой восхищаюсь. Построить все эти машины прямо под носом у принца-консорта… Буквально из ничего создать целую армию, причем столь огромную, что она сотрясет Башню из слоновой кости аж до самого основания… Я прежде не встречал таких смелых, таких удивительных женщин.
– Мне помогала королева и не только она…
– Да, но именно ты их всех вдохновила. – Наступив на согнутое колено циклопа, Лео поднялся к ней наверх и, пользуясь ее беспомощным положением, встал к ней вплотную. Погладил по щеке, держась другой рукой, чтоб не упасть. – Почему ты не любишь комплименты?
– Мне слишком часто льстят.
Ну конечно же, ей постоянно говорили о том, как она красива. Лео и раньше не раз наблюдал, как герцогиня отмахивалась от подобных речей. Он обвел пальцами контур ее лица.
– Помню, как увидел тебя впервые. На той дуэли с Питером. Какой же умопомрачительной ты тогда была – безжалостная и отрешенная. Ты ничего вокруг не замечала и действовала невероятно решительно. Мне еще подумалось, что же ждет тебя в будущем. – Он посмотрел на циклопов. – Но ничего подобного я и представить себе не мог.
Вдруг Лео уловил что-то краем глаза. Сбоку мелькнула кожаная кепка, надвинутая низко на лоб пареньку, который как раз юркнул за одного из роботов. Спустившись вниз, чтоб получше разглядеть юнца, Лео чуть слышно выругался. Чарли. Он ведь должен был оставаться в трущобах.
Но только герцог развернулся в сторону брата, Мина схватила его за рукав.
– Не надо, – попросила она и осторожно выглянула из стального панциря.
– Ты знала, что он тут?
– Заметила его буквально минуту назад. Теперь уже ничего не поделаешь. Не отправлять же его назад, и, к тому же, вряд ли он согласится уйти. Пусть остается с нами, здесь ему безопаснее всего.
– Ты не понимаешь.
Вместо ответа она лишь вопросительно подняла бровь.
– Так просвети меня.
Лео предпочел бы молчать. Да и кто захочет говорить о том, чего так сильно стыдится? Но Мина не сводила с него пристального взгляда. Она рисковала, когда решилась обо всем ему рассказать. Должен же он теперь показать, что достоин ее доверия…
– Я не могу допустить, чтобы с ним что-то случилось, – произнес Лео, отвернувшись от нее и сунув руки в карманы. С виду он казался спокойным, но в душе у него… сердце будто накачали свинцом.
– Чарли заразился вирусом жажды по моей вине, – продолжал Бэрронс вполголоса. – Я ненавидел его отца – нашего с ним общего отца. Ненавидел настолько, что испортил вакцину, которую Тодд собирался себе ввести. Я и не думал, что ту же прививку он намерен был вколоть младшему сыну. И тогда Чарли… он ведь чуть не умер, Мина, и все из-за меня.
Она понимала, что испытывает Лео, и взгляд ее сделался мягче. Потом снова стал задумчивым.
– Ты ослеплен чувством вины. Но послушай, Чарли уже не ребенок, а взрослый юноша, и он не сможет усидеть в клетке, в которой ты пытаешься его удержать. Если вы с Блейдом не перестанете его опекать, то рано или поздно он ввяжется во что-нибудь дурное – в какую-нибудь авантюру – просто чтобы избавиться от вашей заботы. И раз это понятно даже мне, значит, все произойдет куда быстрее, чем ты можешь себе представать.
Лео открыл было рот. И не нашелся, что возразить. Почесал покрытую щетиной щеку. «Вот проклятье».
– Так что, по-твоему, нам лучше взять его с собой?
– Если Чарли пойдет с нами, то поведет одного из циклопов. Мы сможем за ним присматривать. Хотя, надеюсь, он все-таки уяснит, что должен четко слушать наши приказы, иначе я прикажу бросить его в камеру для свихнувшихся мехов.
– Ладно, согласен. – И все же, глянув в дальний конец ангара, Лео невольно стиснул зубы. – Дай мне пару минут, а то, боюсь, сорвусь и наговорю ему лишнего.
– Конечно. Тогда помоги мне пока пристегнуть все остальное. Там нарисовано как правильно.
Следующие минуты прошли спокойно. Мина показывала кнопки и рычаги и рассказывала, за что они отвечают. Лео внимательно слушал ее и совсем позабыл про Чарли. По крайней мере, старался о нем не думать.
Он поймал на себе ее выжидательный взгляд.
– За что ты так сильно ненавидел отца? – спросила Мина.
Лео медлил с ответом. Он принялся поправлять ей пряжки на обвязке. Затянув каждую покрепче, проверил, хорошо ли ремни держатся на плечах. И вот, наконец, обнял Мину за талию и заглянул в глаза. Лео будто бы предстояло вскрыть старую рану, на долгие годы ставшую источником болезненных переживаний, отравлявших его изнутри, точно инфекция, которую давно пора вылечить.
– Пожалуй, «ненависть» – слишком сильное слово. Наверное, мне просто хотелось, чтобы Тодд стал для меня тем, кем он быть никак не мог. – Слова царапали ему горло, словно лезвие бритвы. – Тодд даже не пытался делать вид, будто я что-то для него значу.
– Ты надеялся, что однажды он назовет тебя сыном?
– Я еще в детстве узнал, что герцог мне не отец. Он объявил об этом в мой шестой день рождения прямо с утра. – Не самый приятный подарок для ребенка. – Скажем так, Кейн всегда держался со мной довольно холодно и строго. А Тодда я помнил еще с тех времен, когда тот работал под его покровительством. Ученый был обходительным, увлеченным и просто невероятно умным. Конечно же, он представлялся мне идеальным отцом, таким, о каком можно лишь мечтать. Лет в тринадцать Кейн как-то предложил поехать с ним к Тодду. Сказал, что покажет мне современные научные разработки, якобы это полезно для учебы.
Мина уже догадалась, чего герцог хотел на самом деле.
– Ты должен был узнать, что за человек твой настоящий отец.
Лео ничего не возразил ей в ответ. Голос его сделался глуше.
– Я больше не переживал, что Кейн жесток со мной, ведь я знал: он мне никто. Мой-то родной отец совсем другой, по крайней мере, я так думал. И вот начал раз в неделю брать у Тодда уроки. Он был одержим поиском лекарства от вируса жажды, как и его новый покровитель, Викерс. Ну а я мечтал заслужить одобрение отца. Возможно, тебе это покажется забавным, но Тодд был одним из первых гуманистов в Лондоне. Стоял самых у истоков.
– Знаю, – произнесла она с заминкой. – Как раз ему и принадлежала идея создания циклопов. Он всегда представлялся мне гением, как да Винчи.
– Ты серьезно? – удивился Лео. – Тодд прекрасно разбирался в механике, но ведь… – Он провел рукой по стальному боку гиганта. Бэрронсу казалось невозможным, что человек, способный создать столь совершенную машину, в жизни мог вести себя, как бездушный мерзавец.
– Так что произошло?
– Наступил мой четырнадцатый день рождения, и Кейн направил в Герцогский совет ходатайство о проведении для меня церемонии превращения в голубокровного.
Важнейшее событие для отпрыска любого аристократического семейства. Лишь самые достойные могли пройти ритуал заражения вирусом жажды на празднествах в честь своего пятнадцатилетия.
– Ну а сам я в то время, как заведенный, повторял слова Тодда о гуманизме, отчаянно надеясь заслужить хоть толику его уважения.
– И ты хотел отказаться?
– Я и сам тогда не знал, чего хотел, но все же понимал, что Тодд начнет презирать меня, если я стану голубокровным.
Удивительная прозорливость.
– Разумеется, ходатайство о ритуале одобрили. Перед лицом всего мира я все же оставался сыном Кейна. И избежать сей участи не мог, разве что… Тодд как раз работал над созданием вакцины. Он обещал, что она убережет меня от превращения в «монстра».
Лео нестерпимо было видеть сочувствие в ее глазах.
– Ничего не вышло, – проговорил он резким тоном. – Вакцину не успели проверить, и в ближайшие недели у меня появились признаки заражения. Я прекратил бывать у Тодда, а Кейн помог мне скрыть, что я успел заразиться еще до официальной церемонии.
– И Тодд от тебя отвернулся.
– Можно и так сказать.
Но оказалось, что худшее еще впереди.
– Кейн счел нужным вручить мне копии с дневников Тодда, где тот вел подробные записи о своих экспериментах и, среди прочих, над Субъектом 13, на котором испытал пятый образец вакцины. Мне хватило сообразительности сопоставить указанные там даты. Получилось, что вот так он обозначил меня. «Субъект 13 – хотя и здоровый молодой человек – проявляет симптомы заражения. Пятый образец непригоден. Я намерен и впредь искать добровольцев для участия в испытаниях, пока мои попытки не увенчаются успехом», – процитировал Лео по памяти. – Тодд задумал проверить тот препарат на мне, поскольку не решался продолжать эксперименты на глазах у Викерса. Его патрону не нужна была прививка против вируса, он мечтал о лекарстве.
– И когда Тодд все-таки создал действующую вакцину, ты ее уничтожил, так и не дав никому ею воспользоваться.
– Око за око, – произнес он чуть слышно. – После церемонии заражения, я по-прежнему бывал у него и наблюдал за его работой. Тодд презирал тех, в кого теперь превратился и я, но обращался со мной так же, как прежде. И тогда… я понял, как он ко мне относился. Мне кажется, мое, скажем так, «обучение» просто тешило его самолюбие: он видел во мне благодарного слушателя, который ловил его каждое слово, а я так и не признался, что был в курсе тех экспериментов над собой. Просто ждал, пока он наконец создаст эффективную вакцину.
К тому времени Тодд успел испробовать ее на Онории и Лене. Я никогда не говорил с ними на эту тему, но если бы он и правда дорожил дочерьми, то не стал бы подвергать их подобному риску. Онория считалась его любимицей, но Тодд все равно сначала сделал прививку ей, а не себе. Когда же наконец он решился уколоться сам… Я подменил флакон.
– Я тебя не виню. Похоже, Тодд оказался чудовищем. Раз уж герцог Кейн на его фоне выглядит героем…
– Никакой он не герой, – поспешно вставил Лео. – Да и я тоже. Я ужасно… Я был противен сам себе. И только спустя четыре года, когда увидел у себя на пороге Онорию, наконец-то узнал, насколько страшные последствия имел мой поступок. Из-за собственного эгоизма я чуть не погубил сводного брата. Мне ведь и в голову не пришло, что Тодд собирался дать вакцину кому-то еще.
Лео проглотил комок в горле, его слегка мутило.
– Тяжело, когда смотришься в зеркало, а тебе неприятен тот, кого ты там видишь. Или того хуже, когда в ответ на тебя глядит твой отец. И один, и другой.
– Намного тяжелей себе в этом признаться, – возразила Мина, – или пытаться изменить свою жизнь. – Чуть заметный кивок. – Если бы Чарли не заразился по твоей вине, ты не был бы таким как сейчас. До сих пор возмущался и злился бы на отца, которого едва знал, а о последствиях и не ведал. Может даже… благодаря той пережитой боли, ты смог стать лучше.
Ему едва хватало самообладания. Лео отвел глаза, сглотнув горечь во рту. И все же он и правда заново обрел ту часть себя, которую, казалось, потерял. Бэрронс как за якорь уцепился за ее слова, ведь отчаянье подчас накатывало волнами и чуть не сбивало с ног… Боже, давно ли это было? Всего-то пару дней назад?
Перебегая из тени в тень, десятки мехов обступали стальных циклопов и забирались внутрь. Лео наблюдал за ними, но мысли его бродили где-то далеко.
И в самом деле, разве он лишился чего-то важного? В памяти возникло лицо Кейна. Тут совершено не о чем горевать. А вот то, что он приобрел, попав сюда, поистине ценно. Его истинное наследие. Вовсе не имущество, которым он прежде владел, и не старые знакомые, что теперь даже не вспоминали о нем, а его собственные дела. А еще Мина. Она стала ему дороже всего на свете.
Он взял ее руку и поднес к губам.
– Спасибо тебе.
И почти ее отпустил, но Мина потянулась к щеке Лео и, обхватив ладонью, нежно провела по коже большим пальцем. Глаза герцогини глядели ласково и задумчиво.
– Порой просто зло берет, как подумаю, сколько всего на меня навалилось. Но ведь тогда… Как бы сложилась моя жизнь, не случись со мной всех этих бед? Я бы вряд ли сблизилась с королевой. А сама, скорее всего, сейчас была бы связана контрактом трэли, и… – она понизила голос почти до шепота, – никогда бы не узнала тебя.
Слова любимой потрясли Лео до глубины души. Не ослышался ли он?
– Ты же хотела избавиться от меня.
Сказано небрежным тоном, но в ожидании ответа внутри все будто стянуло в узел. Они еще не говорили о будущем.
– Раньше так и было.
Ее глаза ярко сияли.
– А теперь?
– Я пока не уверена, – прошептала она с болью в голосе, напряженно вглядываясь в его лицо. Как и раньше, Мина колебалась, сомневалась. – Все казалось проще, когда я не знала тебя так близко… И принц-консорт не пытался тебя уничтожить. Тогда я вряд ли позволила бы тебе себя соблазнить. Ну а теперь… – Она глубоко вздохнула. – Когда все, наконец, закончится, я хочу, чтобы ты стал моим постоянным любовником.
Нет же, этого мало. Слишком мало. Бэрронс жаждал обладать ею, остаться с ней навсегда, и если Мина никак не решится впустить его в свою жизнь, то этот шаг он сделает сам.
– Когда все закончится, – проговорил Лео чуть слышно, поднявшись на согнутое колено циклопа так, что оказался в дюйме от ее лица, – я попрошу тебя стать моей женой.
Она потрясенно вздохнула, отчего и у него самого перехватило дыхание.
– Лео…
Обхватив ладонью шею Мины, он привлек ее губы к своим, пробуя их сладость на вкус, покрывая их поцелуями, нежными, ненасытными и все более страстными. Лео вновь обрел себя, перестал страшиться за будущее и сомневаться в сделанном выборе… Слова вырвались у него неожиданно, но прозвучали столь верно, что отдавались болью где-то внутри.
Теперь он знал, чего хочет.
Быть с ней. Всегда. Из темных глубин плоти пробуждался настойчивый голод, охвативший всю его душу. Чуть отстранившись, Лео обхватил ее щеки ладонями и заглянул ей в глаза.
– Хочу, чтоб ты стала моей, Мина.
На шее у нее учащенно забилась жилка, как у маленького зверька. Она прикусила пересохшие губы.
– Если бы мир вокруг нас был иным, я бы ответила «да».
Лео слишком давил на нее. Еще немного, и она ускользнет.
Он отступил назад, отпуская рукав стального доспеха.
– Так давай изменим мир вместе.
Глава 23
Лена натянула на голову свои очки с фосфорными линзами и, жуя губу, вглядывалась в темноту. Незыблемое присутствие за спиной Уила, положившего одну руку ей на бедро, согревало. Вервульфен был ее островком спокойствия, его работа заключалась исключительно в том, чтобы обеспечить Лене защиту в этой опасной миссии.
Сидя на крыше и разглядывая толпу металлогвардейцев, Лена возилась с частотой на контрольном устройстве, которое ей дал Лео. Несколько ранее внесенных изменений превратили панель управления в прибор, что усиливал волны, которые управляют автоматами. Лена пыталась изменить частоту, вот только металлогвардейцы, казалось, реагировали на какую-то аналогичную длинную волну.
– Ну же, пожалуйста, работай, – прошептала она, глядя на Блейда, который сидел высоко на стенах трущоб.
Волна за волной автоматоны разворачивались к стене; то была самая масштабная атака из всех, что имели место ранее. Мрачное выражение лица Блейда можно было разглядеть даже с такого расстояния. Стенам не выдержать такого штурма, и, судя по виду первого ряда металлогвардейцев, Мориоч послал огнеметы, чтобы сжечь трущобы дотла.
От образов, вспыхнувших в голове, Лену бросило в пот. Беспомощная Онория лежит с ее племянницей в постели… пока огонь перепрыгивает с дома на дом. Лачуги теснятся так близко друг к другу, что огнеметам довольно попасть в самый первый дом, даже не придется задействовать полную мощь.
– Все получится, – пробормотал Уилл, высматривая признаки хоть малейшей угрозы.
Его безоговорочная уверенность в способностях жены заставила сердце Лены биться чаще. Глубоко вздохнув, она увидела, как Мориоч поднял руку.
– Сжечь их! – прокричал он и дал отмашку. Более четырехсот металлогвардейцев дружно загремели железными сапогами по булыжникам.
Пришло время узнать, работает ли ее устройство.
***
Блейд напрягся и взметнул руку вверх, увидев, как по указанию Мориоча стражи города выступили вперед единым фронтом. Огнеметы, окруженные рядовыми металлогвардейцами,
вышли на первый план, их изрыгающие пламя пушки целились в стены.
Казалось, Мориоча ничуть не беспокоили ни крах легенды, ни создание Блейду ореола мученика. Он просто хотел уничтожить трущобы. Господи, стены едва держатся, им не отразить тяжелую артиллерию. Где, черт возьми, Лео и герцогиня? Онор… У Блейда перехватило дыхание, паника холодной спиралью сковала тело. В памяти всплыл образ мирного личика спящей дочери. Ради двух человек он готов был отдать жизнь, если это потребуется для их безопасности. «Прости, любимая», – прошептал Блейд в ночь, зная, что Онория никогда не простит, если он не вернется к ней домой, если не сдержит обещаний, которые дал, когда уходил от нее, усердно стараясь при этом не заплакать.
Живот скрутило. Блейд уже собирался призвать своих людей, как вдруг…
Один за другим металлогвардейцы начали сходить с ума. Рука Блейда зависла на полпути.
– Стойте! – взревел он.
Демон жажды затаился глубоко внутри, и Блейду приходилось довольствоваться лишь слегка улучшенным зрением. Никогда прежде он не боялся до такой степени, что не получалось разбудить вирус.
– Твою ж мать, – ахнул Рип.
Пламя струей прыснуло в воздух – то огнемет начал кружить, поливая греческим огнем своих соплеменников. Несколько металлогвардейцев просто брякнулись на землю, а те, что стояли позади, тяжело навалились на них сверху. Хаос. Чистый, славный хаос.
– Получилось, – недоверчиво сказал Блейд, глядя на близлежащую крышу, где Лена корпела над
своим устройством.
– Только вблизи. – Рип указал на дальнюю сторону стены, где металлогвардейцы неумолимо наступали на трущобы.
– Мне сойдет все, на что расщедрится госпожа Удача, – зло парировал Блейд.
Тьма наконец овладела им, зрение по краям заволокла красная пелена. Не осталось никакого страха. Только неистовое желание причинить как можно больше вреда, прежде чем стражи города достигнут стен.
На этот раз, когда он поднял руку, сомнений не было:
– На улицы, парни! И цельтесь в суставы!
Стена содрогнулась от рева; люди перемахнули через нее с помощью крюков, а затем ринулись в бой.
Глава 24
Огромная бряцающая броня, что буквально обволокла тело Лео, оказалась не такой-то уж сложной в управлении, однако ему все равно пришлось с полчаса походить в ней по улицам, чтобы разобраться что к чему.
А вот Чарли, разумеется, обращался с циклопами так, будто сам же их и построил. Парнишка от души поразвлекся, заставляя громадины бегать по стенам или выполнять сальто назад.
Но вот Мина впереди вскинула руку – вернее, металлический кулак автомата.
– Идет сражение! – крикнула она. – Кинкейд, займись восточным направлением. Мы ударим по ним с юга. Раздавим их о стены!
Половина мехов с бряцаньем ушла за Кинкейдом, а Лео с Миной остались с отрядом Блейда и полусотней автоматов. Лео двинулся вперед, переставляя ноги циклопа. Поршни с шипением двигались под ним, шаги звоном отдавались по брусчатке, бедра ныли от напряжения.
– Впереди Мориоч, – сообщила Мина, чьи темные глаза виднелись в узких прорезях брони.
– Он мой, – заявил Лео, с мрачным удовольствием предвкушая, как вытянется лицо мерзавца, когда сам Бэрронс ударит по его войскам из переулка.
– Только не вздумай умереть, – предупредила Мина.
Уловив в ее тоне волнение, Лео заставил себя улыбнуться.
– Разве не я должен был это сказать?
– Так и знала, – закатила глаза герцогиня.
Бэрронс пожал плечами, ощутив, как в них впились ремни. Вес брони буквально давил. Со спины, где располагался двигатель, кожу обдавало жаром.
– Стараюсь не злить женщин, которые имеют возможность поджарить меня заживо. Да и логика подсказывает, что ты в таких делах разбираешься получше моего.
Мина смерила его долгим задумчивым взглядом.
– Тогда прикрывай мне спину. – Уступка, которую Лео заслужил тем, что не стал отговаривать герцогиню от боя.
– Как всегда, – отозвался он, повернул рычаг и привел циклопа в движение.
Пока его отряд маршировал к стенам, Лео видел пламя, что заливало дома по ту сторону. Огнеметы сошли с ума, кидались на своих же металлогвардейцев, а жители трущоб упрямо держали оборону. Посреди дюжины гвардейцев стояла золотая карета. На крышу ее взгромоздился Мориоч и уже оттуда выкрикивал приказы. Несколько операторов яростно крутили рычажки на пультах, пытаясь совладать с механизмами.
Лео сосредоточился на одном только герцоге. Пробиваясь через волну металлогвардейцев, снес несколько штук ударами громадных кулаков циклопа. Однако сладить с махиной было непросто, враги окружали со всех сторон. Лео стиснул зубы и вывернул рычаги. Внезапно в поле зрения возникла здоровенная стальная нога – и врезала одному из гвардейцев по голове. В прорезях соседнего циклопа мелькнули глаза Чарли – Бэрронс мог поклясться, что паршивец ухмылялся.
И вот циклопы обрушились на гвардейцев Эшелона. Пламя хлынуло на площадь, хотя обе стороны старались им не злоупотреблять. Греческий огонь пылал как адское зарево и печально славился тем, что совершенно не поддавался контролю.
Завидев волну циклопов, Мориоч завопил. Бледное лицо исказил ужас. Лео махнул своим не отставать и уперся плечом в бок экипажа, стараясь тот опрокинуть.
Отряд подхватил инициативу командира, и карета опасно зашаталась из стороны в сторону. Мориоч танцевал на вершине, стараясь удержать равновесие. Затем экипаж на миг завис на грани… и с оглушительным грохотом опрокинулся навзничь. Герцог покатился по безжизненным телам своих же металлогвардейцев.
Выступив вперед, Лео схватил мерзавца за горло, поднял так, что герцог заболтал ногами в воздухе, а сам нажал кнопку шлема. Тот с шипением открылся. Пар всколыхнул волосы на висках.
– Сюрприз, – заявил Лео Мориочу.
– Бэрронс! – Герцог стиснул зубы и попытался вырваться. – Ах ты подлый змей! – Выхватил откуда-то кинжал, но Лео ударом стального кулака выбил оружие. Герцог завопил от боли. – Что ты устроил? – взвыл он, оглядывая бойню безумным взглядом.
– Не я, ваша светлость.
Мина с лязгом встала рядом и открыла свой шлем. Мориоч выпучил глаза.
– Это все затеяла я, – заявила она и уточнила у Бэрронса: – Убьешь его?
– Нетушки, – вмешался Блейд, выходя из пелены дыма с парой кинжалов в руках. – Он мой. Поставь его. Хоть дам гаду сразиться напоследок.
– А это разумно? – спросила Мина.
– Я ж не убийца какой, – парировал Блейд и сосредоточился на Мориоче. – Так че ты там говорил о моей жене?
***
Сажа и пепел заполонили воздух, дома все еще пылали. Большинство операторов погибли или попали в плен. Металлогвардейцы либо стояли недвижимыми рядами, либо валялись на площади.
Люди победили, хотя в одиночку бы не справились. Да, один циклоп стоил четырех гвардейцев, но тут повстанцев было существенно меньше, да и потренироваться они толком не успели. Лишь благодаря сочетанию циклопов и устройства Лены удалось добиться успеха.
Лео так и не закрыл шлем, вдыхая горячий дымный воздух. Всяко лучше, чем гонять собственное дыхание внутри металлической коробки.
– По самым грубым подсчетам, где-то восемь сотен гвардейцев, – сообщил он. – То есть львиная доля сил Эшелона.
Небольшая группа собралась на военный совет прямо на поверженной карете Мориоча: Блейд, Рип, Уилл, Лена, Кинкейд и герцогиня.
– У них еще остался почетный караул, – ответила Мина, разглядывая карту, которую кто-то принес из трущоб. Герцогиня ткнула пальцем в самый центр. – Да и стены Башни из слоновой кости неприступны. Никому не удавалось их покорить. Внутрь не проникнуть, да и наверняка после нашего побега все лазейки тоже запечатали.
– Так че, попрем на ворота? – нахмурился Блейд. – Разнесем их на куски?
– Как грубо и прямолинейно. – Мина подняла голову, и ее глаза вспыхнули. – Только половину людей положим. На стенах стоят пушки. Тебе и ста футов не пройти. – Она кивнула в сторону стен трущоб. – Только на сей раз мы окажемся в положении Мориоча.
– Тогда что ты предлагаешь? – спросила Лена.
– Нам надо больше действующих циклопов. Мы призвали анклавы Кинкейда, но автоматы нам тайком строят еще на трех фабриках.
– Все б ниче, милая, тока людей у нас больше нету, все здесь, – напомнил Блейд.
Лео открыл нагрудную пластину циклопа и выпутался из ремней. Кожу омыл горячий, но хотя бы свежий воздух. В некотором роде, ветерок.
– Мина связалась с сэром Гидеоном Скоттом. Предположительно, он разослал весть среди гуманистов и теперь снаряжает их в анклавах.
– Пушечное мясо. – Кинкейд почесал загрубевшую челюсть. – Пошлем их первыми, отвлечь Ледяную гвардию на стенах.
– Нет, – отрезала Мина, – ни к чему нам бессмысленные смерти. Вот, – указала она на точку на карте. – Вот то, что нам нужно.
– Гильдия Ночных ястребов. – Лео забрался на карету и вгляделся в карту. – Целая армия голубокровных.
Мина благодарно глянула на Бэрронса.
– План таков: двигаемся на Башню из слоновой кости, отвлекаем внимание. Отряд поведет Блейд. Возьми с собой Кинкейда и мехов. Другая группа нападет на Ледяную гвардию, что удерживает ястребов, а затем уже сами ястребы идут в анклавы Моргейт и Крипплгейт – они ближе всего к Гильдии. Берут там циклопов и бьют по Башне с юга.
– Их может повести Уилл, – пробормотал Лео, однако вервульфен нахмурился.
– Если думаешь, будто я…
– Нам нужно, чтобы ты их повел, – твердо перебил Блейд. – Знаю, тебе больше по душе держаться со мной рядом, но это война, парень. Нужен тот, кому доверяем мы и за кем пойдут ястребы. Тащи их в анклавы, снаряжайтесь циклопами и выступайте. Встретимся у Башни.
Уилл заколебался. До того как стать посланником вервульфенов, он был правой рукой Блейда. Лео видел, что хозяин Уайтчепела прав, а вот Уилл боролся с инстинктом, требовавшим защищать господина.
– Я тоже пойду, – вызвалась Лена.
Внимание вервульфена тут же переключилось.
– Черта с два. Это война, Лена. Ты должна быть рядом с сестрой.
– А с циклопами ты как думаешь управиться? – с милой улыбкой уточнила она. – Когда Розалинда пыталась меня завербовать, то показала принципы управления. А у тебя времени разбираться нет. Верно, герцогиня?
– Каждая секунда на счету, – ответила Мина.
– Вдобавок я знаю, как работает эта штука, – прибавила Лена, демонстрируя свой прибор. – Там ведь будут металлогвардейцы.