Текст книги "Добродетель злодейки. Том 1"

Автор книги: Bae Hee Jin

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Даже человек, не разбирающийся в аксессуарах, счел бы его великолепным. Кики вложил немало денег в покупку подвески с кулоном.

– Позвольте мне помочь вам его надеть…

– Хорошо. – Лераджия приподняла свои длинные огненно-красные волосы, обнажив перед Кики нежную белоснежную шею.

При виде такого зрелища Кики нервно сглотнул. Ему едва удалось подавить дикое желание прикоснуться губами к ее гладкой коже.

Еще не время. Кики глубоко вздохнул и надел на шею девушки баснословно дорогое драгоценное украшение.

Когда алый кулон исчез с шеи Лераджии, Кики почувствовал облегчение. К счастью, Джинджер уже не узнает правду!

– О, как вы прекрасны! Принц Изана запросто влюбится в вас на балу, – сказал Кики, не скрывая внутренней радости.

– Ха-ха, что за глупости вы говорите! Благодарю вас за подарок.

Лераджия ласкала его тонкую кисть.

– Теперь навещу Джинджер. Я предложил ей отправиться со мной на бал, но она, должно быть, очень сердится. Она всегда такая. – Кики церемонно поцеловал руку Лераджии. – Увидимся во дворце. Пожалуйста, будьте осторожны.

Лераджия неотрывно смотрела на Кики, который развернулся и направился к двери. Девушка не двигалась с места, пока он не покинул комнату.

Когда Кики удалился, Лераджия выждала некоторое время, после чего вышла из особняка и села в заранее подготовленную карету.

Как только экипаж тронулся с места, девушка сняла подарок Кики и вновь надела подвеску с алым драгоценным камнем.

– Странно, что Кики одержим моим украшением. В таком случае я обязана это сделать.

Еще несколько дней назад она заметила, как Кики ищет ее кулон. И Лераджия до сих пор не понимала, в чем дело. Однако несомненно одно: за подозрительным поведением Кики стоит Джинджер Торте.

Это было предположение Лераджии, но она хорошо знала Джинджер, поэтому сомнений почти не оставалось.

Глава 2. Контратака проигравшего

Когда я села в карету, чтобы отправиться на бал, дверца экипажа резко отворилась. Никто не должен меня сопровождать, верно?

Я с изумлением глядела на юношу, который буквально впихивал себя в карету.

– Кишон Микельсен?

– Ха-ха, Джинджер. Сегодня ты выглядишь особенно красивой.

Человеком, выдавшим банальную фразу, был именно он – Кишон Микельсен. И теперь он осмелился сесть напротив меня! Совсем недавно я любила жениха, а теперь он стал человеком, на которого я не могла смотреть без отвращения.

– Почему ты зде…

Едва я собралась спросить, зачем он пришел, как он быстро приложил палец к моим губам.

– Тсс.

Что он делает? Сжав палец Кики с такой силой, будто собиралась его сломать, я грозно взглянула на наглеца.

– Ай, Джинджер! Ты чего, мне же больно! Я все объясню, только отпусти!

– Что ты делаешь в моей карете? Я велела тебе сопровождать Лераджию.

Кишон смущенно улыбнулся и виновато заморгал. В ответ я еще сильнее сжала его палец. Улыбка мгновенно угасла.

– Ай! Ай! Джинджер, хорошо, я все скажу честно!

– Вот так бы с самого начала.

Я отпустила его палец, и Кишон неуверенно пролепетал:

– Ну, знаешь… я действительно пошел к Лераджии, но она сказала, чтобы я вернулся к тебе. Из уважения к тебе и к твоему статусу, Джинджер! Если кто-нибудь увидит меня вместе с Лераджией, это может повредить твоей репутации. А я все делаю ради тебя.

– То есть ты, мой жених, опять защищаешь Лераджию? Как ты вообще можешь быть таким… – Пораженная его словами, я не смогла закончить фразу и тяжело вздохнула.

Лераджия утверждала, что мой вкус на мужчин ужасен, хотя у нее были такие же пристрастия. Я задумалась. Что я могла найти в этом красивом снаружи и пустом внутри человеке, чтобы захотеть провести с ним всю жизнь? Это же самая абсурдная и тщетная надежда. Ожидать чего-то хорошего от ловеласа Кишона было ужасающим безрассудством и легкомыслием.

Я едва не совершила роковую ошибку!

– Как ты вообще мог?.. Ладно, оставим это. Значит, Лераджия по своей доброте решила вернуть тебя мне? И ты, как пес, сорвавшийся с цепи, явился сюда?

– Эй, Джинджер. Пес, сорвавшийся с цепи… звучит жестко, ты не находишь? Я и в самом деле хотел прийти к тебе. Я ведь твой жених, – с гордостью произнес Кишон.

Я лишилась дара речи. О чем он думает? Возможно, он даже не считает измену грехом. Для такого повесы, как он, иметь романы, вероятно, столь же естественно, как для меня дышать. И осознав это, я наконец поняла: он ничем не лучше отбросов общества.

– Кишон Микельсен, ты и впрямь рехнулся? Твои мысли совершенно непостижимы. Не смей больше со мной разговаривать. – Сложив руки на груди и закрыв глаза, я решила, что общаться с ним – пустая трата времени.

Несмотря на его ворчание, я проигнорировала Кики, и в итоге он действительно умолк.

Хм, кажется, мне пора разорвать помолвку. Надо навестить его отца, герцога Микельсена.

Если Кишон боится его и трусит, я лично выступлю перед герцогом, не запятнаю себя и не упаду лицом в грязь.

Тем не менее внезапное появление Кишона принесло мне головную боль. Я начала тревожиться по поводу Лераджии. Если верить его словам, Кики отправился к ней, а затем вернулся ко мне. Бесспорно, он видел ее бальный наряд и украшения.

Надела ли Лераджия подвеску с алым кулоном? Наверное, нет, поэтому Кишон так спокоен?

Получается, что независимо от того, подлинный ли у меня кулон или фальшивый, на шее Лераджии сейчас точно нет никаких подвесок – ни настоящих, ни поддельных? Отлично. Такой расклад меня вполне устраивает и придает уверенности.

Мое настроение улучшилось, и я принялась мурлыкать какую-то мелодию себе под нос. Кишон, подхватив мое настроение, присоединился ко мне. Вот глупец!

В бальном зале уже собралось довольно много людей. Атмосфера была радостной – праздник в честь коронации монарха. Не знаю, как Изана за последние две недели убедил аристократов, но, как и сказала мать, все были очарованы Его Величеством. Странные слухи давно утихли.

Главный герой всегда опаздывает. Праздник начался, но Изана пока не появился. В зале звучала прекрасная музыка, и, невзирая на отсутствие коронованной особы, гости веселились и танцевали.

Больше всех наслаждался Кишон Микельсен. Он вовсю отплясывал в центре зала: юноша был изящен и неутомим, а на его лице было столь серьезное выражение, что окружающие могли бы подумать, что главный герой на празднике именно он.

Я лишь покачала головой.

– Действительно, впечатляет до слез.

Мое замечание было иронично, однако юные аристократки восхищенно поглядывали на Кики. Ну еще бы, ведь его танцевальные способности известны во всем королевстве. Хотя раньше я тоже была очарована его умением, теперь это не вызывало во мне никаких эмоций.

Просто танцует – и все.

Но почему-то мне не давала покоя ситуация с Лераджией, которой до сих пор не было в зале. Кстати, втайне я надеялась, что она не явится вовсе.

Кроме того, сюжет книги вновь вклинился в реальность. В дальнем конце галереи, опоясывающей зал, показались мужчины. Среди людей в униформе был один одетый скромнее других. Он носил простую одежду без каких-либо украшений, но именно он выделялся. Никто не сказал мне, кто он, но я с первого взгляда поняла – это Изана.

Тем временем мужчины уже спускались по лестнице. Когда они подошли ближе, я смогла разглядеть Изану еще лучше. Высокий, возможно… выше среднего роста. И очень стройный. Кожа его была бледной, поскольку он давно не видел солнечного света. Густые черные волосы касались лба, он с легкостью привычно проводил по ним рукой, отчего челка мягко падала назад, обнажая глубокие черные глаза.

Эти глаза казались бездонными.

Когда он наконец остановился, вокруг повисла тишина. Я задержала дыхание и завороженно наблюдала за Изаной. Он же чересчур красив, разве нет?

– Благодарю всех, что пришли на бал. – Голос короля разорвал тишину и эхом отразился от стен. – Прошу прощения за опоздание. Как вы, вероятно, знаете, мое имя Изана. – Он не сказал ничего лишнего и был краток, однако его речь потрясла присутствующих.

Похоже, даже лаконичный комментарий Изаны мог повлиять на окружающих.

Изана улыбнулся одними уголками губ и развернулся в другую сторону, после чего занял почетное место в бальном зале, глядя на знать сверху вниз.

Как только он сел, музыка заиграла вновь.

Я, будто околдованная, двинулась к нему. Я смотрела на Изану во все глаза, а в моей груди разливалось тепло. Вскоре оно превратилось в настоящий жар, который становился все сильнее. Щеки начало щипать. А это не к добру! Я поняла, что покраснела. В голове зазвучал тревожный звоночек. Тепло предвещало опасность и одновременно сулило что-то новое. Любовь? Любовь с первого взгляда? Да, ощущения загадочные. Почему я чувствую себя так? Сердце учащенно забилось, словно я упала с высоты. Сердце, которое так долго отдыхало после предательства Кики, старалось нагнать упущенное.

Я положила руку на грудь, но продолжала смотреть на Изану, не в силах отвести взгляд. Как странно. Возможно, я и правда влюбилась в него с первого взгляда? Мое сердце будто мне не принадлежало. Интересно, Джинджер Торт из книги тоже влюбилась в Изану, увидев его впервые на балу…

Я вздрогнула.

Реальность четко повторяла сюжет романа. Изана сидел на почетном месте и взирал на всех аристократов, оценивая каждого. Возможно, он хотел прочесть их мысли. Неужели он способен на это? И вот его взгляд скользнул и остановился на мне. Когда я встретилась глазами с Изаной, я уверенно улыбнулась. На мне была подвеска Лераджии, что придало мне смелости. Я улыбалась, глядя на Изану в упор. И чем дольше я смотрела на него, тем больше думала об одном и том же.

«Этот подлец… так хорош собой».

Пока я улыбалась, его глаза широко распахнулись, а ресницы дрогнули. Все происходило точь-в-точь как и в романе, когда Изана увидел Лераджию.

Широко раскрытые глаза. Вот знак тела, который нельзя утаить. Волнение. Изана пристально смотрел на меня, не скрывая беспокойства, еще несколько секунд, прежде чем отвел взгляд в сторону.

Он что, действительно не смог прочитать мои мысли и растерялся?

Изана… ты ведь и правда способен читать мысли, как в романе? Раньше мне такая гипотеза казалась абсурдной, но со временем я все сильнее склонялась к этому мнению. Да, теперь я начинаю верить, будто реальность движется вслед за сюжетом книги. Когда я думала об этом, я не могла не почувствовать, как мои плечи покрываются мурашками.

Я ликовала. Причиной моего счастья была всего одна деталь: реальность начала расходиться с книгой.

Чертов кулон Лераджии размером с кулак, который находился в моем нижнем белье, причинял мне некоторые неудобства, но оно того стоило.

Боже, какое многообещающее начало. Может, теперь я стану главной героиней в истории страстной любви Изаны и Лераджии?

Кажется, стоит перечитать роман?

Я вспомнила, что несколько недель назад так и не дочитала книгу до конца. Прекратила, не желая вдаваться в подробности романа Лераджии и Изаны, но в связи с обстоятельствами я должна узнать финал истории. Что ж, теперь я обязательно дочитаю.

Я наблюдала за Изаной, но его взгляд больше меня не искал. Неужто Изана перенервничал?

– Хм.

Надо сказать, что в книге Изана смотрел на Лераджию, пытаясь понять, почему ее мысли недоступны для него. Случайность ли это или что-то необычное? Поскольку в романе Изана продолжал смотреть ей в глаза, Лераджия решила, что он заинтересован в ней. Умелая манипуляторша, она одарила его игривой улыбкой.

Хотя это было частью ее игры, для Изаны уловка Лераджии стала поводом задаться вопросом: «Этой девушке… что-то известно?»

Он запутался. Да… именно так все и описывалось.

Но почему Изана на меня теперь не смотрит? Я сплоховала?

Внезапно я услышала знакомый голос:

– Джинджер, вот ты где!

Меня окликнула мама. Обернувшись, я увидела ее.

Мама сияла.

– Мама? Когда вы пришли?

– Я была здесь с самого начала, а ты даже не заметила меня. Кстати, Джинджер, как тебе Изана? Ведь я была права?

– Он красивее, чем я ожидала. По слухам, он долго был в башне, и я думала… что он будет выглядеть… немного болезненно.

– Логично. До встречи с Его Величеством я думала примерно так же, как и ты. Но раз мы об этом говорим, ты должна подойти к нему. Я рассказывала ему о тебе, он заинтригован. Если бы не твоя помолвка…

– Чертова помолвка разрушает все планы?

– Да, та самая проклятая помолвка! Кики, кажется, поглощен танцами. Очевидно, на него нельзя положиться. Если бы не твое упрямое желание выйти за него, я бы давно отвергла такого кандидата.

«Мама… почему вы не настояли?»

Но я сдержалась. Беспокоить маму из-за поступков Кики мне совершенно не хотелось.

– Давайте подойдем к Изане, мама.

Она кивнула и направилась вперед.

Чем ближе я подходила, тем чаще билось мое сердце. Кровь приливала к лицу, несомненно, я вновь покраснела. Я дважды прокашлялась с надеждой унять сердцебиение, но, увы, пока ничего не помогало.

Сердце колотилось сильнее, а ладони стали влажными от пота.

Я приблизилась к Изане и невольно задержала дыхание.

В глубине души я надеялась, что в глазах Изаны появится тот самый блеск, которой возник, когда он впервые посмотрел на меня.

– Ваше Величество, это моя дочь, Джинджер Торте, – мама представила меня Изане.

Я постаралась улыбнуться как можно учтивее и сделала шажок. Затем склонила голову в знак приветствия.

– Ваше Величество, рада вас видеть. Меня зовут Джинджер Торте.

Спустя несколько секунд я подняла голову и встретилась взглядом с Изаной.

Наверняка он смотрел на меня, когда я держала голову опущенной. От его взгляда я почувствовала себя неловко, будто он действительно читал мои мысли и видел меня насквозь. И тут я невольно вспомнила слова мамы, сказанные несколько дней назад.

«Ну, как сказать… Это точно не взгляд ребенка. Когда я встретилась взглядом с его темными глазами, мне показалось, что он читает все мои мысли и знает мои затаенные чувства. У меня появилось очень странное ощущение, которого я никогда в жизни не испытывала».

А на днях мама упомянула, что в глазах взрослого Изаны была мягкость.

Но лично я ничего подобного в нем не почувствовала. То, что я ощутила, можно скорее описать как напряжение. Мне вдруг подумалось, что я переживаю тот же непривычный опыт, что и мама в прошлом, когда она встретилась с маленьким Изаной.

Изана молча смотрел на меня несколько секунд. И вот его губы дрогнули. Что он сейчас скажет? Я даже не могла предположить.

– Имбирь?

«Имбирь»? Я правильно расслышала? Это слово совсем не сочеталось с напряжением, которое от него исходило, да и с красивым лицом Его Величества оно не вязалось. Не сдержавшись, я невольно хмыкнула.

– Хорошее имя. Звучит здорово, – произнес Изана совершенно искренне.

Однако был ли это сарказм или он говорил на полном серьезе, я так и не поняла.

Но почему именно «имбирь»?

«Имбирь» – словечко, которое я больше всего ненавижу.

Не знаю, о чем думали мои родители, назвав меня Джинджер, но как раз поэтому в детстве меня часто дразнили. Я терпеть не могу любое сравнение себя с этим корявым и созвучным с моим именем растением! Я даже не притрагиваюсь к блюдам с имбирем.

Когда же слово прозвучало из уст Изаны, мое бешено колотящееся сердце вдруг затихло. Я почувствовала, как мои пылающие щеки начали остывать, однако отвращение к имбирю резко возросло.

– Не «имбирь», а Джинджер Торте, Ваше Величество, – уточнила я.

Но Изана опять взялся за свое:

– Леди, разве имя Джинджер и «имбирь» – не одно и то же?

Он что, серьезно? Он точно издевается надо мной. Моя улыбка медленно угасла, кровь вновь быстро побежала по телу, но на сей раз не от любви, а от гнева.

«Спокойствие, Джинджер, глубоко вдохни и выдохни».

Я посмотрела прямо ему в глаза, пытаясь собраться.

«Еще раз назовешь меня имбирем – и я превращу твое лицо в имбирь!»

Вот какая мысль внезапно пронеслась у меня в голове. Стоило мне об этом подумать, как я заметила, что на его лице появилась едва заметная усмешка.

Только не говорите, что он сдерживает смех!

– Ваше Величество? У вас все в порядке? – тихо спросила я.

Изана спустя несколько секунд беспрерывного откашливания наконец ответил:

– Все хорошо. Просто задумался, как может выглядеть имбирное лицо.

– Что?

Он неразборчиво пробормотал что-то себе под нос. Затем, не сдерживая озорную усмешку, продолжил:

– Конечно, леди Джинджер совсем не похожа на имбирь.

Хм, имбирное лицо? У меня на миг мелькнуло воспоминание о ребятах, которые в детстве беспрестанно меня дразнили, и о том, как я их била так, что их физиономии действительно напоминали корявый имбирь. Ничего особенного, однако они выглядели немного… побитыми.

Когда я на мгновение погрузилась в давние воспоминания, Изана начал тихо смеяться. Звук его смеха разрушил холодную строгость, которая ощущалась в его глазах все это время.

– Ваше Величество?

– Ваш рассказ про имбирь произвел на меня глубокое впечатление.

«Рассказ про имбирь? Когда я вообще говорила ему об этом? Как-то подозрительно».

Почему-то меня охватила сильнейшая тревога, словно разговор начал идти совсем в другом направлении.

Едва я собралась спросить, о какой именно истории про имбирь идет речь, двери бального зала плавно отворились. И вот, когда они почти полностью открылись, кто-то вошел внутрь.

Это была Лераджия в кремовом платье, которое идеально подчеркивало ее светлую кожу. Длинные огненно-рыжие волосы струились по плечам и спине при каждом ее шаге, словно уже пустились в пляс. На изящной шее красовалась подвеска с алым кулоном.

Но ведь кулон был надежно спрятан у меня под юбкой!

Я покосилась на Изану, но не могла понять, какие именно эмоции он испытывает.

– Джинджер Торте, подними голову и посмотри мне в глаза.

Значит, у меня на бедре – фальшивка! Если наши взгляды встретятся, он может прочитать мои мысли. Я поклялась себе, что не буду ничего думать. Пусть мой разум будет чист, как белый лист. Если я не смогу достичь такого состояния, то надо хотя бы поразмышлять о погоде. Так, хорошо. Успокаивая себя, я медленно поднимала голову.

Я вновь встретились с Изаной глазами. Как и обещала себе, я начала думать о погоде.

«Небо чистое, погода сегодня замечательная. Но в такие дни моя душа всегда бывает на грани.

Именно в тот час, когда я узнала, что Кики изменяет, погода была хорошей. Кстати, тогда мне хотелось вместе с ним пойти на пикник.

Но какой там пикник, это просто мечты глупой девочки. Нет, это совсем не то, о чем мне надо думать».

– Леди Джинджер.

– Да, Изана… Чего тебе?..

– Ты… Ты… – Изана оборвал себя на полуслове.

Не знаю, что именно он хотел сказать, но теперь он выглядел слишком серьезным. Спустя долю секунды моя обычно непоколебимая мать встала на колени перед Изаной.

– Ваше Величество, простите мою дочь за ее недостатки. Это полностью моя вина как матери, – пробормотала она.

Я мельком взглянула на нее. Из-за меня мама вынуждена просить прощения, мне действительно было стыдно.

Я тоже опустилась на колени.

Пока мы с матерью вымаливали прощение у Изаны, аристократы вокруг начали внимательнее присматриваться к нам. Приятная музыка продолжала звучать, но шепот становился все громче.

Видя неловкую ситуацию, Изана как-то нехотя обратился к нам:

– Встаньте обе.

Мы выпрямились и поднялись, подчиняясь Изане. Я старалась не смотреть ему в глаза, ведь, если наши взгляды снова пересекутся, я не могла предсказать, какие мысли меня посетят.

– Сегодня хороший день, поэтому вы прощены. Но если ты еще раз осмелишься проявлять подобное неуважение, я превращу твое лицо в настоящий имбирь.

«Имбирное лицо…»

Слово «имбирь» все еще звучало неприятно и отвратительно, однако в тот момент я могла лишь ответить:

– Спасибо за ваше великодушие.

Когда мы отошли в сторону, а затем удалились на значительное расстояние, мать заговорила со мной. Ее лицо было бледнее бумаги.

– Джинджер! У тебя вообще есть голова на плечах? Как ты могла, дочка? Знаешь ли ты, как я волновалась? Тебе просто повезло, что он проявил милосердие…

– Простите, мама. У меня была своя причина, но я не могу объяснить ее вам сейчас. Однако обещаю, что впредь больше не повторю ошибки.

Я еле успокоила взвинченную мать, усадила ее за стол и сразу же начала искать проклятых Кики и Лераджию. К счастью, ярко-красные волосы Лераджии были заметны. Девушка приветствовала знакомых аристократов. Ситуация оставалась напряженной: в любой момент она могла посмотреть на Изану.

Когда я увидела, как на ее шее сверкает кулон, меня накрыла волна паники. Чертов Кики, что же ты натворил? Эти мысли мигом перенесли меня к тем моментам, когда мои взгляды пересекались с Изаной.

И думала я следующее: «Этот парень… очарователен». А потом в голове всплыла его фраза про неуважение и про то, что мое лицо может стать настоящим имбирем.

Мог ли он слышать мои мысли?

Что, если он действительно услышал, как я мысленно насмехалась над ним? Нет, пока рано делать поспешные выводы. Не паникуй, Джинджер Торте. Это же невозможно, чтобы Изана, как герой романа, мог обладать таким даром. Это всего лишь фэнтези.

Я убеждала себя в этом, но неприятный холодный пот уже покрывал всю мою спину.

Внезапно я вспомнила его слова.

«Ваш рассказ про имбирь произвел на меня глубокое впечатление».

– О нет… Нет…

Неужели он слышал мои мысли? Меня охватило плохое предчувствие. Как всегда, оно не подводило. Я была в ужасе и вытерла взмокший лоб рукавом бального платья.

Мне нужно поговорить с Кики и быстро во всем разобраться. Хотя и так ясно, что он натворил. Подлец наверняка дал мне подделку. Несомненно, он обманул меня. Все казалось слишком простым, чтобы быть правдой.

Я не могла позволить Лераджии оставаться с кулоном. Следовало отобрать у нее подвеску, но, увы, это невозможно: она явно насторожена и целенаправленно держит дистанцию. Единственным, кто мог взять у нее подвеску, был Кишон Микельсен. Мой план примитивен: использовать парня, чтобы либо забрать кулон, либо заменить его на подделку. В сжатые сроки мне нужно что-то сделать. Может, Лераджия уже обменялась взглядами с Изаной. Например, их взоры по какой-либо причине пересеклись, и…

Надо сказать, что в романе Изана считал это совпадением… и продолжал смотреть ей в глаза.

Так почему бы не сделать совпадение действительно случайным? Если кулона не будет, он решит, что его способности временно не сработали.

Мне нужно найти Кики. Это оказалось несложно. Он находился в центре зала и демонстрировал свои танцевальные умения. Я быстро направилась к нему и наступила на его блестящие туфли, не жалея сил.

– Кишон Микельсен! – воскликнула я.

Кики наконец остановился.

– Джинджер! Что ты делаешь? – Он схватился за свою обувь, пытаясь унять боль.

Я холодно улыбнулась и, помня о посторонних, взяла его под руку.

– Не люблю шум. Просто молчи и иди за мной. Даже вздох – и тебе не поздоровится.

Я была сурова, и он тотчас замолчал, последовав за мной безо всяких проволочек.

Очутившись на безлюдной террасе, я перестала держать Кики за руку и резко отшагнула в сторону.

– Кишон Микельсен. Если ты еще раз солжешь мне, я тебя не пощажу. Отвечай честно.

– Ха… Джинджер, что опять случилось? Почему такое страшное лицо?

– Лераджия пришла на бал с алым кулоном на шее.

– Что это имеет общего со мной… Что? Она с алым кулоном? – Кики часто заморгал от шока.

– Я не говорю дважды. Ты обманул меня и дал подделку, верно?

Еще до того, как я успела договорить, Кики в умоляющем жесте схватил меня за руки. Он понял, что его ложь раскрыта, и принялся причитать, чуть ли не плача. Впрочем, это не вызывало у меня ни капли жалости.

– Джинджер! Я… я не хотел тебя обманывать. Просто… достать настоящее украшение было невозможно…

– Замолчи. Мне не нужны твои дурацкие оправдания. Из-за тебя я оказалась в ужасной ситуации. Есть только один способ, чтобы ты получил мое прощение. Живо ступай к Лераджии и обменяй подделку, которую ты дал мне, на настоящий кулон. Даю тебе ровно тридцать минут. Делай все что хочешь, но выполни мой приказ! Иначе я пообщаюсь с твоим отцом, которого ты боишься больше всего на свете, и скажу ему, что хочу разорвать нашу помолвку.

«„Ваш сын Кишон невыносимо ветреный“. Что ты будешь делать, если я скажу это герцогу? Тебя изобьют до потери пульса».

Отец Кики был иногда крайне недоволен нравом отпрыска.

Кики крепче ухватился за мою руку, глядя на меня покрасневшими глазами. Он мог вот-вот заплакать.

– Джинджер! Только не это! Прошу тебя, пожалей меня. Если ты скажешь такое… меня могут вычеркнуть из родословной.

– Ты обменяешь или нет?

– Ладно, я заменю. – Он поколебался всего пару секунд, но в итоге сдался.

– На минуту отвернись.

– Что?

– Давай быстрее!

Когда я раздраженно прикрикнула, Кики подчинился.

– Не смотри, пока я не скажу, что можно.

– Хорошо.

Я приподняла платье и вытащила из-под нижней юбки спрятанный мешочек. Открыв его и вытряхнув содержимое на ладонь, я достала реплику, которая выглядела в точности как подвеска с алым кулоном.

– Теперь можешь обернуться.

Я протянула ему ладонь.

– Тридцать минут и ни секундой больше. И если ты снова попытаешься меня обмануть, я это так не оставлю. Ты думаешь, что я не смогу отличить подделку от настоящего украшения? Сегодня я окончательно поняла: фальшивка отличается по блеску.

Я повертела вещицу в руке, чтобы свет играл на ограненном камне. Подвеска действительно красиво блестела, отражая свет, но это было несравнимо с тем, как сиял кулон Лераджии.

Его блеск был более глубоким и насыщенным, поэтому никаких сомнений в подлинности, конечно же, не оставалось. Ювелирное изделие Лераджии не выходило у меня из головы.

Кики тяжело вздохнул и кивнул. На его лице было написано, что он никогда не был серьезнее, чем сейчас. Он некоторое время рассматривал кулон, а потом с недоумением спросил:

– Но, Джинджер, почему я должен так поступить?

– Не пытайся узнать! Это для твоего же блага.

Состояние Кики

Какое-то время Кики паниковал. Это был не первый раз, когда его охватывало это чувство. Например, когда отец узнавал о его возмутительном поведении, Кики часто впадал в панику. Но сегодня душевная тяжесть, которую он испытывал, была весьма значительной. Кики безнадежно смотрел вслед Джинджер, которая, раздраженно озвучив свой вердикт, скрылась из виду.

Даже спустя некоторое время он не мог сдвинуться с места. Кики нервно сжимал и разжимал кулак, в котором был кулон, и вздыхал. Как же подменить им настоящую подвеску Лераджии? От безысходности все поплыло перед глазами. Он не мог понять, почему Лераджия, носившая его подарок, снова надела прежнее украшение.

Поведение Лераджии было неясным, но поведение Джинджер поставило его в тупик. Почему она одержима кулоном Лераджии? «Женский мир, сколько ни сталкивайся с ним, совершенно непостижим», – подумал Кики.

Пока он размышлял, минуты сменяли друг друга. Кики мысленно сравнивал риски двух вариантов. Первый – подменить кулон Лераджии. Если удастся провернуть это с помощью уловки, все обойдется, но можно и попасться. Ущерб в случае такого провала – разочарование Лераджии. Второй – не суметь подменить украшение. Тогда ущербом будут не только взрывные причитания и упреки Джинджер, но и наверняка взбучка от отца. Его могли и правда вычеркнуть из реестра рода герцогов. При этой мысли Кики побледнел как полотно.

Любому очевидно, что ущерб от второго варианта гораздо сильнее. Хорошо. Решено. Нужно подменить украшение Лераджии на реплику.

Кики лихорадочно соображал: сначала нужно как-то снять подвеску с шеи Лераджии, а потом незаметно подменить.

«Ты сможешь, Кишон Микельсен».

Кики сделал глубокий вдох, собираясь с силами. Дрожащей рукой сунул фальшивку в рукав, чтобы можно было быстро достать подвеску в любой момент.

Юноша без труда нашел Лераджию. Затем сглотнул слюну и подошел к ней. Самым заметным в облике Лераджии был, конечно же, алый кулон, излучающий загадочное сияние.

На первый взгляд подделка выглядела точь-в-точь как оригинал, но если присмотреться, то, как и говорила Джинджер, сияние оказалось несколько иным. Даже если удастся подменить кулон, Лераджия рано или поздно заметит, что подвеска ненастоящая.

Кики застыл как вкопанный. Он чувствовал себя очень усталым. Однако выбора у него не было, поэтому Кики с наигранной улыбкой прошептал Лераджии на ухо:

– Леди, мне нужно вам кое-что сказать. Не пройдете ли вы на террасу?

Лераджия изумленно посмотрела на него, но все же кивнула. Кики продолжал улыбаться. Похоже, дело шло на удивление гладко.

Очутившись на террасе, где он только что был с Джинджер, Кики первым заговорил с Лераджией:

– Леди, я беспокоился, что вы опаздываете.

– О, Кики! Представляете, у кареты сломалось колесо. Наверное, стоило поехать вместе с вами.

– Д-да, вы правы. Но почему вы сняли мой подарок? Это очень обидно, – заметил Кики как бы невзначай и надулся.

Девушка виновато ответила Кики:

– Украшение, которое вы мне преподнесли, невероятно изысканно, но слова дедушки постоянно всплывали в памяти, и мне пришлось сменить ваш подарок на кулон. Мне жаль. Но я обязательно надену его, когда встречусь с вами в следующий раз.

– Ваш дедушка? Если это не будет невежливо, леди, могу я спросить, что сказал ваш дедушка?

– Он говорил, чтобы я всегда надевала подвеску в важные дни. А еще дедушка утверждал, что камень защитит меня от опасностей. – И Лераджия нежно коснулась кулона кончиками пальцев.

Ощутив гладкую прохладную грань драгоценного камня, Лераджия вдруг затосковала по давно умершему родственнику. Когда она прикасалась к этой вещице, ей казалось, будто дедушка рядом. Она долго молча перебирала подвеску пальцами. Вспомнив дедушку, она горько улыбнулась.

Увидев такую Лераджию, Кики растерялся еще больше. Она так дорожит кулоном! Как же его украсть?

– Леди, возможно, я недостоин встречаться с вами…

«Я собирался украсть подвеску, которой вы дорожите, чтобы спасти себя. И я до сих пор гадаю, как мне выкрутиться».

Кики впал в ступор и вздохнул еще глубже.

Лераджия подняла взгляд от подвески и пристально посмотрела Кики в глаза.

– Кики, что вы такое говорите! – произнесла она серьезным тоном и взяла юношу за руку.

Лераджия ласково погладила тыльную сторону его ладони, надеясь, что Кики вновь обретет душевное спокойствие.

– Неправильно так унижать себя.

– Леди Лераджия…

«Если ты узнаешь, что я задумал украсть кулон, ты разочаруешься во мне и многое поймешь».

Кики приуныл, его печаль возросла.

– Кики. Вы очень плохо выглядите. Что-то случилось с Джинджер? Расскажите мне. Возможно, я смогу вам помочь, господин Кики.

«Леди, простите меня. Я трусливый человек, поэтому, зная, что огорчу вас, я все же должен подменить ваш кулон. Иначе меня убьет Джинджер или мой отец».

Кики мысленно извинился перед ней, а вслух уклончиво ответил:

– Ничего не случилось. Леди, могу я разок взглянуть вблизи на кулон, которым вы дорожите? Он настолько прекрасен, что я хотел бы подержать его в руках и рассмотреть повнимательнее.