Текст книги "Добродетель злодейки. Том 1"

Автор книги: Bae Hee Jin

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Хотя я знала, что такого просто не может быть, эта мысль вновь мелькнула у меня в голове.

Наверное, все дело в том, что я прочитала слишком много нереалистичных любовных романов. Ведь в них постоянно происходят фантастические вещи. Например, главная героиня возвращается в прошлое или в ее тело вселяется чужая душа. Но хотя то была догадка безо всяких доказательств, почему-то меня не покидало странное чувство, будто описанные в книге события скоро произойдут.

Дикий роман спутал все мои мысли! Ах, к черту!

Я отбросила досужие тревоги и легла на кровать, уставившись на синие обои. Этот цвет… Я невольно вспомнила волосы Кишона Микельсена.

– Чертов Кики… Чем ты сейчас занимаешься?

А потом мне вспомнился его голос: как Кики нежно звал меня по имени… и как холодно он говорил последний раз… От такого контраста в его поведении мне неизбежно стало горько.

«Что же мне с тобой делать? Какие оправдания ты придумаешь?»

Я крепко зажмурилась, чтобы больше не видеть обои. Синий цвет, напоминавший о женихе, исчез, но перестать думать о Кики я уже не могла.

Даже если то были не самые приятные воспоминания.

Ранним утром следующего дня мне нанес визит Кишон Микельсен собственной персоной.

Я впустила его, и мы довольно неловко сели друг напротив друга. Кики был одет в аккуратно заправленную в брюки рубашку голубого оттенка, которая идеально сочеталась с его волосами. В соответствии с его раскованной натурой пара верхних пуговиц была расстегнута. Все это придавало ему весьма элегантный вид.

Несмотря на секунды стеснения, Кики быстро взял себя в руки. Теперь он хранил невозмутимость, будто ничего не произошло.

Выражение его лица показалось мне безмятежным. Глядя на него, такого спокойного, мне хотелось высказать все, что накопилось у меня на душе, и я с трудом сдерживалась.

Он с достоинством взял чашку, пригубил чая и первым нарушил молчание:

– Джинджер, как ты себя чувствуешь?

От нелепого вопроса я чуть не рассмеялась. Неужели нужно обязательно объяснять, что я чувствую? Мое лицо, вероятно, исказилось до неузнаваемости.

– Мерзко. Вчера было паршиво, а сегодня еще хуже. Будто всю свою прошлую жизнь я провела в собачьей шкуре.

– Джинджер, это слишком грубо. Вряд ли такие слова должна произносить дочь маркиза.

– Послушайте, господин Кишон Микельсен. По-моему, вы что-то серьезно путаете. Если бы вы, мой жених, мне не изменяли, разве я чувствовала бы себя так паршиво?

Кики вместо ответа глубоко вздохнул.

– Джинджер, я пришел, чтобы извиниться перед тобой.

– За что извиниться?

– За то, что меня потянуло к леди Лераджии. Мне очень жаль. Понимаю, звучит как оправдание, но я не хотел причинить тебе боль, когда делал предложение. Я тогда действительно хотел обручиться с тобой… и думал, что ты подходящая для меня женщина…

Мне не хотелось слушать бессвязные речи Кики, и я прервала его:

– Хватит. Говори по делу.

– Кажется, я полюбил леди Лераджию.

– …

Любовь? Я ожидала, что Кики скажет что-то подобное, но, когда и вправду услышала об этом, у меня потемнело в глазах. Вот-вот расплачусь! Я уверяла себя, что не так уж сильно его любила, но вряд ли на свете найдется девушка, которой не было бы грустно услышать от жениха, что он полюбил другую.

– И что ты хочешь делать? – Я изо всех сил старалась быть спокойной, но голос предательски дрожал.

Оставалось надеяться, что Кики ничего не заметил.

– Но я все еще люблю и тебя.

– Что?

– Джинджер… Ты мне не разонравилась.

– Кишон Микельсен, ты совсем с ума сошел? Раз я обо всем молчу, ты думаешь, что со мной можно так обращаться?

– Не пойми меня неправильно. Я и сам сейчас очень растерян.

«Сумасшедший».

Дерзость вертелась у меня на языке, но я промолчала. Что он вообще несет? Что он полюбил двух женщин?

– Выбирай, – решилась я. – Либо меня, либо эту стерву Лераджию.

– Джинджер! Это слишком грубо, – повторил он.

– Выбирай! Прямо сейчас! – потребовала я, сорвавшись на крик.

Кики, избегая моего взгляда, пробормотал:

– Я…

В тот же миг дверь гостиной резко распахнулась, и в комнату поспешно вошла Сара.

Кики опять безжалостно прервали.

– Леди Джинджер!

Я сердито посмотрела на горничную. Черт! Почему именно сейчас?

– Сара! Не видишь, у меня гость? Как ты можешь врываться так бесцеремонно!

– Простите… Очень срочное дело! Госпожа ищет леди Джинджер!

– Мама? Почему? Что-то случилось?

– Король скончался.

– Что? Король… скончался? Король Астор?!

Вместо ответа Сара несколько раз быстро кивнула.

Не может быть. Я знала, что здоровье короля Астора ухудшалось, но чтобы так внезапно…

А в голове уже всплыли строки из книги:

«Но в тот день, когда король Астор был сражен болезнью и испустил последний вздох, тяжелые двери башни Тампль наконец отворились».

Башня Тампль. Принц, который долгое время был заточен в ней…

Словно по волшебству, откуда-то раздался громкий колокольный звон. Я подошла к открытому окну гостиной. Звон стал еще четче. Неподалеку от особняка звонил колокол. На самой вершине башни Тампль, одиноко стоящей неподалеку от королевского дворца. Громкий колокольный звон знаменовал открытие башни. И сегодня я впервые я услышала этот гулкий звук.

Изана. Неужели загадочный принц, находившийся в неволе долгие годы, собирался покинуть Тампль? Я невольно представила, как Изана выходит в мир из самых глубин башни. Темные волосы блестят в лучах солнца, а пронзительные черные глаза рассматривают собравшихся. Он медленно читает мысли каждого, с кем встречается взглядом…

Психологическое состояние Изаны в романе было просто ужасным. Мальчика бросил отец, которому он доверял больше всех на свете, еще до того, как у него успело сформироваться собственное «я». Причина для него не имела значения, важен был сам факт того, что его оставили.

В тот день, когда устрашенный отец запер сына в башне, Изана впервые испытал ненависть. Сначала она была направлена на отца, но по мере взросления кое-что изменилось. Принц осознал, почему отец заключил его в Тампль.

Глаза, которые против его воли читали мысли, стоило лишь встретиться с кем-то взглядом. Изана понял: в них и заключалась причина несчастий в его жизни. Он считал странную способность проклятием. Но он не мог вечно игнорировать дар, поэтому занялся самообразованием. Он прочитал больше книг, чем кто-либо, и исследовал свой уникальный талант.

Он ждал своего часа. Ждал день, когда умрет престарелый отец. Единственный человек, знавший о его способности.

Он мечтал все изменить, чтобы навсегда забыть о днях, проведенных в заточении. И с помощью своего рокового дара избавиться от другого ужасного проклятия – одиночества.

– Джинджер? Ты в порядке? У тебя нездоровый вид.

Кики незаметно подошел ко мне, пока я стояла у окна с отрешенным выражением лица. Я наконец перестала думать об Изане из книги.

– Кики, звонит колокол башни Тампль.

– Да. Я тоже слышу. Ты ведь знаешь, что это означает?

– Конечно.

– Неужто заточенный принц действительно реален?

Сама не зная почему, я ответила, ни минуты не сомневаясь:

– Я верю, что он существует. Иначе колокол бы не звонил.

За спиной раздался взволнованный голос Сары:

– Леди Джинджер!

– Кики, давай продолжим разговор позже. Сейчас мне нужно проведать маму.

– Хорошо. Но я приду снова.

Кики улыбнулся и попытался поцеловать меня в лоб. Для нас как для помолвленной пары подобные нежности были вполне естественным проявлением близости, но только до того момента, как он начал изменять мне с Лераджией.

Я изо всей силы наступила Кики на ботинок. Его лицо незамедлительно исказилось от боли. Кики тихо застонал.

– Даже не думай прикасаться своим грязным ртом к моему лбу. То, что ты все еще любишь меня, не означает, что ты прощен.

– Джинджер…

– Провожать не буду. Уходи сам. Мне пора. – Прежде чем Кики успел что-либо сказать, я опередила его и вышла из гостиной, пытаясь нагнать Сару. Мы молча следовали по длинному коридору под колокольный звон, который ни на секунду не умолкал. Колокол звонил без устали, словно старался наверстать упущенное за долгие годы тишины. Только когда мы вошли в комнату матери, звон наконец смолк.

– Сара, ты свободна.

Горничная кивнула, вернулась в коридор и закрыла за собой дверь.

– Мама, Сара сказала, что вы меня искали.

Мама сидела на диване перед столом. Она была недвижима как статуя.

Наконец мама жестом пригласила меня сесть рядом. Видимо, услышав о кончине короля, она сразу переоделась – на ней было строгое темное платье.

На бледном лице ясно читалась неутихающая скорбь. Она сидела, глубоко откинувшись на спинку дивана, и тонкими пальцами тихонько массировала виски. Пока что она не проронила ни единого слова. Возможно, у нее просто не было на это сил.

Кончина короля Астора, несомненно, стала для нее большим ударом. Мама уважала монарха и всегда восхищалась им. Он очень помог ей несколько лет назад, когда умер мой отец и она осталась одна.

Я первой заговорила с погруженной в печаль мамой:

– Я слышала, король Астор скончался.

– Джинджер… Да, говорят, он умер. Я верила, что он не из тех, кто внезапно умирает, – пробормотала мама и опустила руку, которой массировала висок, на колени.

Я схватила ее худую ладонь.

– Мама. Все люди смертны. Не горюйте так сильно.

– Да. Все смертны, но все равно, когда кто-то умирает, это очень грустно. Джинджер, мне придется на некоторое время уехать во дворец. Ты, наверное, слышала, как звонил колокол башни Тампль. Ты знаешь, что это означает?

– Башню открывают?

– Именно так, Джинджер. Из башни, вероятно, выйдет он. А может, уже вышел.

– Он?.. Вы имеете в виду принца… Изану?

Мама кивнула. Я предполагала, что она могла позвать меня из-за принца.

– Ты его никогда не видела, а вот мне довелось с ним столкнуться давным-давно, когда он был совсем маленьким. Еще до того, как принца заключили в башню Тампль. Это очень старое воспоминание, но его пристальный взгляд я не могу забыть до сих пор.

– И почему же?

– Ну, как сказать… Он был не детский. Встретив этот темный взгляд, я решила, что принц читает все мои мысли и знает мои затаенные чувства. Ничего подобного я никогда в жизни не испытывала.

Удивительная способность читать мысли другого при встрече взглядами. Это тайный дар Изаны, описанный в книге. Неужели мама действительно все почувствовала?

Мама продолжила рассказ:

– Иногда мне было интересно, каким вырос принц Изана. Ведь с тех пор, как его заточили в башне, его никто не видел. По слухам, он умер, но сегодня, услышав звон колокола, я точно осознаю, что он жив. Человек с таким взглядом не мог так просто отойти в мир иной. И у меня плохое предчувствие…

Мама крепко сжала мою руку. Я молчала.

– Джинджер, пока меня не будет дома, береги себя. Ничего не говори о башне и никого не слушай. Когда я вернусь, сообщу тебе все, что увидела и узнала. Хорошо?

– Да, мама, – ответила я с мягкой улыбкой. – Но и вы тоже будьте осторожны. А я буду в порядке.

Мама кивнула, прежде чем медленно подняться. Затем нежно поцеловала меня в лоб и направилась к двери. Подол ее черного платья стелился по полу. Я не отводила от нее взгляд, пока она не скрылась из виду.

Мама вернулась из дворца только спустя две недели. Теперь она выглядела гораздо бодрее, чем до отъезда. На ее лице можно было заметить признаки былого оживления. Однако я не знала, радоваться этому или нет.

Мне хотелось о многом ее расспросить. Что происходило во дворце, в который две недели никого не впускали и не выпускали, действительно ли она встретила принца Изану?

Об Изане продолжали сплетничать, например, что принц из башни одержим дьяволом или что на него, наоборот, снизошло благословение. В основном это были беспочвенные домыслы сомнительного происхождения, поэтому я, как и велела мама, им не верила.

Мама, увидев меня впервые за долгое время, крепко обняла и сказала:

– О, моя дочь Джинджер! Пока меня не было, ничего не случилось?

– Нет, ничего.

За эти две недели в моей жизни не было особых изменений. Кики каждый день наносил мне визит и просил прощения, но то были лишь пустые извинения. Он постоянно твердил, как любит Лераджию. Его наглое поведение и самоуверенность привели к тому, что мои чувства к нему почти угасли.

Мне больше не было грустно от его измены. Мягкая улыбка Кики иногда по-прежнему тревожила мое сердце, но это длилось недолго. Меня даже не волновало, встречается он с Лераджией или нет.

Конечно, это не означало, что моя глубокая неприязнь к стерве Лераджии исчезла. Злость на нее из-за того, что она намеренно увела моего мужчину, не утихала. Меня постоянно преследовала мысль о том, что однажды я отомщу сопернице тем же способом.

– Джинджер, у тебя какое-то странное выражение лица, с тобой все хорошо?

Похоже, от мыслей о противной физиономии Лераджии я выглядела напряженно. За эти две недели Лераджия ни разу не показывалась мне на глаза. Возможно, она как ни в чем не бывало развлекалась с Кики, который выпрашивал у меня прощения.

– Ничего не случилось. А как вы, мама? Как там, во дворце?

На самом деле я хотела спросить: «А как принц, который был заточен в башне Тампль?» – но не решилась.

Однако мама вдруг с воодушевлением призналась:

– Я встретила принца Изану.

– Расскажите о нем, пожалуйста.

– Джинджер, только не удивляйся. Он действительно…

– Он?..

Мама глубоко вздохнула и продолжила:

– Он потрясающий человек. Честно говоря, я его боялась. Боялась снова встретиться с тем жутким взглядом. Но так странно… никакого леденящего душу ощущения я не испытала. Он смотрел на нас по-доброму. Скорбя о кончине отца, он просил у нас совета. Его мудрые слова и забота просто поразительны. Трудно поверить, что он был заточен в башне долгие годы. – Мама задумчиво посмотрела куда-то вдаль.

Наверное, вспоминала встречу с Изаной.

– И он станет королем?

– Конечно! Кроме него, стать королем некому. Весь свет так считает. Им очарованы. Он сделал знати выгодное предложение и быстро укрепил свое влияние. Изана будто читает мысли окружающих и действует вопреки слухам. Он знает, что нужно каждому аристократу, каковы их тайные намерения. Наверное, король не просто так держал его в башне Тампль. Возможно, в заточении его тайно готовили к трону.

Фраза мамы про чтение мыслей застряла в моей голове. Неужели он и впрямь обладает этим даром? Если роман основан на реальных событиях… Это была совершенно нелепая идея, но почему-то моя вера продолжала расти.

Мама внезапно схватила меня за руку.

– Джинджер, на следующей неделе состоится коронация принца Изаны. Он сказал, что устроит пышный бал. Мы приглашены на праздник. Когда ты увидишь принца Изану, сможешь почувствовать то же, что и я.

– Мама… вы сейчас сказали про бал?

– Да. А что? Что-то не так?

Первый бал, который принц Изана устраивает после того, как стал королем…

Согласно сюжету романа, в тот день мы с Лераджией должны влюбиться в принца с первого взгляда.

– Поэтому я думаю, что разрывать нашу помолвку пока преждевременно.

– Угу.

– Может быть, со временем ты мне снова понравишься.

– Угу. Ладно.

– То, что меня потянуло к леди Лераджии… Это мимолетное увлечение, такое бывает у каждого мужчины. Знаешь, нас ведь иногда тянет к загадочным женщинам…

– Правда?

– Джинджер, ты меня вообще слушаешь?

– Наверное. Теперь я точно понимаю, что ты, Кики, сейчас несешь какой-то бред.

На мой равнодушный ответ Кики сердито выкрикнул мое имя:

– Джинджер!

Неужели я опять сболтнула что-то не то? Любая женщина, услышав слова Кики, сочла бы, что он говорит ужасную чушь.

Я пожала плечами, ведь я ни в чем перед ним не провинилась.

– Может, просто назовешь меня Имбирь? Даже это не будет таким уж безумным.

Мое имя, созвучное со словом «имбирь», в детстве часто становилось поводом для насмешек.

Но когда я повзрослела, никто больше не пытался обращаться ко мне так.

– Джинджер! Конечно, я знаю, что виноват. Но ты слишком жестока. Я ежедневно прихожу сюда просить у тебя прощения, почему же ты не принимаешь мои извинения?

– Кишон Микельсен, может, просто разорвем помолвку?

– Нельзя. Если мой отец узнает, он этого так не оставит.

Ага. Так вот в чем истинная причина твоих бесконечных извинений.

Если наша помолвка будет расторгнута, твой отец, герцог, наверняка накажет тебя. Поэтому ты решил извиниться передо мной хотя бы для вида, чтобы сохранить репутацию. Вот как. Как же все банально.

Но было кое-что еще, что мешало мне выслушать Кики. В голову постоянно лез принц Изана. Мысли о незнакомом мужчине, лица которого я даже не видела, не давали мне покоя. Я сгорала от любопытства.

А если он действительно умеет читать мысли людей, как в книге?

Неужто он и вправду заинтересуется на балу Лераджией, потому что не сможет прочесть ее мысли? Значит ли это, что Лераджии, которой мало было увести у меня Кики, достанется еще и любовь Изаны?

Это был бы поистине наихудший сценарий моей жизни.

Я не могла спокойно смотреть, как она получает все.

Как же будет приятно лишить ее мужчины, которого она страстно полюбит. Вот бы заставить Лераджию почувствовать ту же горечь предательства, что я испытала из-за Кики.

В голове мелькнула идея.

– Кики, ты действительно хочешь, чтобы я тебя простила? – сказала я, пристально глядя в его голубые глаза.

– Конечно, Джинджер! Я буду очень рад, если ты так поступишь, – ответил он и мягко улыбнулся.

– Хорошо. Выполни одну мою просьбу, тогда я тебя прощу.

– Просьбу? Какую?

– Кики, ты видел алый кулон, который обожает Лераджия?

Когда я спросила об этом, Кики потер свой гладкий подбородок, на котором не было ни щетинки.

– Алый кулон… Да. Вероятно, я видел его несколько раз.

– Принеси его мне.

– Что?

Он, похоже, не понял мою просьбу и несколько раз медленно моргнул большими глазами.

Я одарила его улыбкой.

– Укради ее кулон и принеси мне. У тебя есть ровно три дня. И тогда я тебя прощу.

Волшебный кулон, блокирующий способность Изаны.

Если бы не чертов магический кулон Лераджии, ее мысли можно было бы прочитать! Разумеется, я не верила целиком и полностью, что сюжет романа превратится в реальность, но это была своего рода подстраховка. Что ж, подготовка заранее не повредит.

Я пытливо взглянула на Кики.

От моей неожиданной просьбы он пребывал в полном замешательстве.

Кишон Микельсен. Лераджия Атланта. Вы даже не представляете, что я собираюсь сделать. Я едва сдержала желание рассмеяться в голос.

Кики заявился ко мне ровно через три дня. Было около восьми часов вечера.

Как и было ему велено, он уложился в срок.

Волосы Кики были растрепаны от ветра, а рубашка помята. Кики впервые выглядел столь небрежно.

Мы сели за стол, и я налила ему чаю. Он выглядел напряженным, и, стоило мне налить чай, как он тотчас осушил чашку до дна. Я кокетливо скрестила ноги и посмотрела на него высокомерным взглядом, невольно подражая Лераджии.

– Где кулон?

– Джинджер, может, передумаешь? Я сделаю для тебя все. Правда. И я могу купить тебе самое дорогое ожерелье.

Не смог украсть? Я прищурилась и взглянула на него. Конечно, я предполагала, что в итоге он не украдет кулон Лераджии. Кики был ничем не примечательным мужчиной, за исключением его привлекательной внешности, умения обращаться с женщинами и танцевальных навыков, которые покоряли высший свет на балах.

Ему не хватало смелости, чтобы что-то выкрасть тайно. Я не возлагала больших надежд. Я знала, что он трус, но надеялась, что, возможно, у него все-таки могло получиться принести мне алый кулон.

– Нет. Без кулона это не имеет никакого смысла.

– Хм, не знаю, правильно ли я поступил… – И Кики осторожно достал что-то из кармана.

Ого, а он действительно сделал это? Я посмотрела на вещицу в его руке. Украшение с алым камнем. Подвеска так и сверкала.

– Кулон! Ты украл его, Кики!.. – Впервые за долгое время в моем голосе появились ласковые нотки.

Кики в ответ слабо улыбнулся и пожал плечами.

– Нечем хвастаться, но ты не представляешь, как я намучился. Я ненадолго отправил леди Лераджию в сад и искал украшение в ее комнате. И что ты думаешь, шкатулка, где наверняка хранился кулон, была заперта.

– Да. Неужели?

Рассеянно его слушая, я выхватила добычу из руки Кики. Ощутив гладкую текстуру сверкающего камня кончиками пальцев, я будто завладела всем миром. Но если присмотреться, украшение выглядело слишком обычным, чтобы быть подвеской с таинственной силой.

Я рассматривала ограненный камень под разными углами, подобно оценщику.

А Кики продолжал говорить:

– У меня не было выбора, кроме как на следующий день найти такую же шкатулку и подменить ее. Естественно, я положил туда подделку. Как думаешь? Меня не раскроют?

– Возможно…

– Джинджер! Ты меня слушаешь или нет! – Кики, возмущенный моим небрежным ответом, накричал на меня.

Тем не менее я не хотела хвалить Кики и говорить ему, что он хорошо справился. Вместо этого я встала и положила кулон в пустой ящик стола.

Заперев ящик на ключ, я снова села на стул.

– Кики, я слышала только вполуха.

Кики на мгновение усмехнулся моему слишком честному ответу. Было ясно, что его чувства задеты от того, что я не оценила его труд.

– Ха… Джинджер. Зачем тебе вообще алый кулон?

– Ну… Подойди поближе.

Я жестом подозвала его. Кики наивно подчинился, склонился ко мне и подставил ухо.

– Это секрет, – прошептала я.

– Джинджер!

– Тебе не нужно знать. Почему я должна рассказывать тебе о своих замыслах? Ты мой жених, но я не хочу вдаваться в подробности, – парировала я, перефразируя слова Кики, которые он сказал мне в комнате Лераджии.

Лицо Кики исказилось. Я же, напротив, почувствовала облегчение.

– Ладно. Тогда ты меня теперь прощаешь?

– Хм, в какой-то степени.

Я солгала. Я не могла простить Кики только из-за того, что он принес мне кулон. Разве так легко забыть его проступок? А ведь он закрутил роман именно с Лераджией, даже не с какой-то другой дамой! Тем более, он до сих пор с ней видится.

С самого начала к этой проблеме неприменима концепция прощения. Кики не заслуживал снисхождения и был всего лишь мужчиной, который уже не являлся частью моей жизни.

Он, не зная моих мыслей, беспечно ответил:

– Слава богу, я хотя бы немного прощен. Джинджер, ты же не собираешься надевать кулон перед встречей с леди Лераджией?

– Кики, ты думаешь, что я настолько глупа? Я не буду этого делать. Мне просто нужен кулон. И вовсе не обязательно его носить.

Кики не мог понять мои намерения и вопросительно смотрел на меня.

Я проигнорировала его взгляд и сказала:

– Кики, есть еще кое-что, о чем я хотела бы попросить.

– Что теперь? Я сделаю что угодно, если смогу заслужить твое доверие окончательно.

– Ты приглашен на бал, который устраивает принц Изана через два дня? Иди на торжество в компании Лераджии.

– Что? Но почему… с леди Лераджией? Разве я не должен сопровождать тебя?

– Ты должен прийти именно с Лераджией. Вы двое будете вместе, а я встречусь с вами перед бальным залом.

– Почему? Почему, объясни мне?

«Почему?»

Я попросила его сделать это на тот случай, если кулон Лераджии, который отдал мне Кики, окажется ненастоящим.

Поразмыслив, я пришла к выводу, что вероятность того, что он поддельный, довольно высока. Во-первых, я не могла поверить, что трусливый Кики так храбро украл кулон. Возможно, он заказал подделку и повел себя как настоящий хитрец.

Если фальшивка идеальна по форме, я не смогу узнать, настоящий кулон или нет.

Во-вторых, Лераджия ни за что бы не стала так небрежно хранить свою драгоценность. Вдруг она заранее придумала какой-то трюк и спрятала кулон в другом месте?

Зная хитрюгу Лераджию, такое вполне могло произойти.

Значит, если этот кулон окажется подделкой, то, отправив Кики к Лераджии, я смогу все уладить.

Если Кики на самом деле не крал магическую вещицу, он наверняка станет активно отговаривать Лераджию от похода на бал со злосчастным украшением в качестве аксессуара. Ведь он не должен допустить, чтобы я узнала правду о подделке. И таким образом, на шее у Лераджии на момент встречи с Изаной не будет алого кулона.

Какой идеальный план.

Я довольно улыбнулась.

– Хе-хе.

Кики как-то странно поглядел на меня, когда вместо ответа я захихикала.

– Просто сделай, как я говорю. Тебе ведь тоже неплохо пойти с Лераджией? Ты же ее любишь, Кишон Микельсен.

– Джинджер, ты до сих пор очень злишься на меня?

– Нет, не очень. Но я действительно разозлюсь, если ты не пойдешь с Лераджией.

– Боже мой! – Кики приложил руку ко лбу и сделал серьезную мину. Однако даже если он и состроил такую кислую физиономию, у меня не было ни малейшего желания объяснять ему истинную причину моей просьбы.

Два дня спустя. Шесть часов вечера, час до начала бала

Закончив наряжаться, я посмотрела на себя в напольное зеркало. Я была довольна тем, как выглядела в любимом платье, с макияжем, которому уделила гораздо больше внимания, чем обычно.

Я достала кулон Лераджии, который бережно хранила в ящике стола. Он по-прежнему ярко сверкал. Я положила его в маленький мешочек. Затем приподняла юбку и осторожно заправила мешочек в нижнее белье. Конечно, я ощущала дискомфорт. Но это самое подходящее место, ничего не поделаешь.

Я плотно зафиксировала положение мешочка и разгладила юбку ладонями. Теперь все приготовления к балу принца Изаны были завершены. Я улыбнулась и еще раз нанесла красную помаду на слегка побледневшие губы.

Потом представила, что на шее Лераджии ничего нет, и вышла из комнаты. Моя поступь была необыкновенно легкой.

Вероятность того, что сюжет романа впишется в реальный бал, крайне мала. Но сейчас и это уже неважно. Один только факт того, что я владею алым кулоном, заставлял меня чувствовать, что я нанесла сопернице непоправимый удар.

Это было началом контратаки проигравшего.

Обстоятельства Кики

Когда Кики рассказал о своих обстоятельствах, Лераджия расхохоталась.

Кики был смущен необъяснимым смехом.

– Леди, могу я спросить, чему вы радуетесь?

Что забавного в том, чтобы идти вместе на бал, который устраивает принц Изана?

Кики невольно почесал затылок.

– Кики, я смеюсь не над тобой, не пойми меня неправильно. Просто ситуация очень нелепа, – фыркнула Лераджия с ироний.

Она прикрыла рот своей худой, как веточка, рукой и еще некоторое время смеялась.

Вскоре она затихла и опустила ладонь.

– Кики, твое предложение неприемлемо.

– Что? Почему? Если проблема в Джинджер, она определенно разрешила нам вместе пойти на бал.

– Хм.

В тот момент, когда Лераджия не смогла легко принять решение и задумалась, Кики шагнул вперед. Его глаза сверкали, словно он сделал выбор.

Кики непринужденно обнял Лераджию. Ее хрупкая талия полностью поместилась в руках Кики. Он притянул Лераджию к себе, и она не ощутила никакой неловкости.

Он находился настолько близко, что его дыхание слегка овевало ее кожу, и с томным взглядом, который так любят женщины, пристально посмотрел на Лераджию.

– И я тоже хочу пойти с тобой. – Он даже обратился к ней на «ты».

– Хм…

Кики восхитился собой. Он подумал, что нет ничего более совершенного, чем сочетание его глаз, напоминающих синее море, и изумительного бархатного тембра голоса.

«Ты не сможешь устоять после всего этого, верно? Скажи скорее, что согласна».

Кики улыбнулся.

Лераджия приподняла уголки губ, глядя на него. Вскоре ее яркие губы разомкнулись. Кики с напряженным выражением лица ждал положительного ответа.

– Неприемлемо.

– Что?

Глаза Кики округлились. Какая неожиданность!

Лераджия, не изменившись в лице, продолжила:

– Хотя мы испытываем симпатию друг к другу, Кики, для всех ты мужчина Джинджер. Конечно, мы не будем вместе заходить в бальный зал. Нас же увидят.

– Леди… – Кики попытался сказать что-то еще, но Лераджия быстро остановила его.

Она осторожно приложила указательный палец к губам Кики.

– Тсс… – И добавила: – На самом деле мне все равно, если кто-то увидит нас вдвоем. В светском обществе и так много разговоров о моих отношениях с мужчинами. Обо мне сплетничают еще с тех пор, как я только начала посещать балы и приемы. Но ты другой, Кики, – проговорила она фамильярно. – Я не хочу, чтобы о тебе – сыне герцога – распускали скандальные слухи.

Ее прозрачные алые глаза мгновенно увлажнились. Кики был чрезмерно тронут словами Лераджии.

«Скромный девичий образ, который никогда не найти у Джинджер с ее грубым характером. Как тут не влюбиться!»

– Леди, если бы я встретил вас раньше, чем Джинджер…

– Тсс! – Лераджия опять приложила указательный палец ко рту Кики. – Не говори так. Это ничего не меняет.

– Леди Лераджия…

– Давай пойдем отдельно. Тебе следует сопроводить Джинджер.

Кики не смог ответить и отпустил ее талию, которую крепко обнимал.

Это большая проблема. Пойти вместе с ним она не согласилась… и… Кики издал долгий стон и посмотрел на сияющий кулон Лераджии. Вещица, которую Джинджер просила украсть, красовалась на шее Лераджии. Хотя Кики определенно отдал ее Джинджер два дня назад, но все же… Кулон переливался оттенками красного в такт движениям хозяйки, а сияние, исходящее от него, казалось загадочным и манящим. Это не ускользнуло от Кики. Глядя на переливы камня, юноша невольно закусил нижнюю губу.

Ведь Кики не смог украсть подвеску Лераджии, как и ожидала Джинджер. Конечно, он пытался взять кулон тайком, но, будучи не самым отважным храбрецом, не сумел совершить такой поступок.

И он не мог вернуться к Джинджер с пустыми руками. Увы, Кики предчувствовал, что, если он не украдет и не отдаст ей кулон, его отношения с Джинджер действительно навсегда прервутся.

По этой причине он придумал, как добыть весьма схожее украшение и отдать его Джинджер. Для сына герцога это было нетрудно. Таким образом, вещица, попавшая к Джинджер, являлась копией, созданной в кратчайшие сроки личным ювелиром его матери.

И это была отличная подделка, никого бы никогда не разоблачили, если бы Лераджия не надела настоящий кулон.

Джинджер удалось обмануть, когда она увидела изящное ювелирное изделие. Кики думал, что теперь все решено.

Но возникла проблема. Лераджия собиралась надеть подвеску с алым кулоном на бал, на котором – какое совпадение – должна присутствовать и Джинджер. Кики решил, что небеса явно не на его стороне. Надо как-нибудь выкрутиться и надавить на Лераджию – ведь он не ожидал, что ситуация сложится подобным образом.

Однако Кики предусмотрел решение на тот случай, если Лераджия действительно наденет кулон на бал. Его мозги не зря работали без передышки несколько дней.

– Лераджия, пожалуйста, примите это вместо того, чтобы идти вместе.

– И что же?

– Подарок для вас.

Кики достал из внутреннего кармана пиджака футляр. Юноша ловко открыл крышку. На бархатной подложке покоился кулон синего цвета, гораздо более яркий, чем тот, который носила Лераджия.

– Пожалуйста, наденьте его сегодня на бал. Я выбрал его, думая о вас.

– О, Кики! – искренне восхитилась Лераджия и взяла украшение.