Текст книги "Второй шанс для Алой Пиявки (СИ)"
Автор книги: Айра Мэйрвелл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
Глава 17
Находка у ущелья изменила все. Беззаботная усталость долгого пути испарилась, сменившись сосредоточенностью. Мы больше не были просто путешественниками, а стали охотниками, ступившими на след опасного зверя, и в то же время – дичью, за которой могла вестись своя, невидимая нам охота.
Слова командира Лэя не были преувеличением. С наступлением сумерек мы превратились в теней. Мы оставили проторенную тропу и двинулись по склону горы, через заросли колючего кустарника и россыпи острых камней. Лошадей вели за собой, обмотав им копыта тканью, чтобы приглушить звук. Разговоры прекратились. Команды отдавались жестами, которые я, благодаря своему острому зрению и наблюдательности, начала понемногу понимать: сжатый кулак – «стоп», два пальца, указывающие вперед – «разведка», круговое движение рукой – «осмотреть периметр».
Ночь в Диких Землях была не похожа на столичную. Она была живой. Абсолютно черной, без привычного света городских огней, но наполненной мириадами звуков: уханьем ночных птиц, шелестом ветра в скалах, далеким воем волков. Каждый из этих звуков заставлял вздрагивать, напрягать слух, пытаясь отличить обычную жизнь леса от замаскированной угрозы.
Бойцы «Черной стражи» двигались в этой враждебной среде с уверенностью хищников. Я видела, как изменились их тела – они стали более собранными, текучими, каждый мускул был напряжен, готов к мгновенному действию. Они ступали бесшумно, их глаза, казалось, видели в абсолютной темноте. Я старалась не отставать, копируя их движения, прислушиваясь к каждому шороху. Мое тело, закаленное неделей пути, уже не ныло от боли. Оно стало инструментом, который я училась контролировать. Моя Ци, холодная и острая, не спала. Она циркулировала под кожей, обостряя мои чувства, делая реакцию быстрее. Я чувствовала холод камней под ногами, движение воздуха на лице, даже едва уловимую вибрацию земли.
Впереди, как призраки, скользили двое разведчиков, включая юркого Фэя. Они то исчезали в темноте, то появлялись снова, докладывая Лэю обстановку жестами. Мы шли несколько часов, сделав лишь одну короткую остановку. Лэй развернул карту, осветив ее на мгновение магическим фонарем, прикрытым плотной тканью.
– Мы здесь, – прошептал он, указывая на узкое ущелье, носившее на карте зловещее название «Глотка Дракона». – Это единственный путь к долине, если мы не хотим делать крюк в три дня через перевал. Они должны были пройти здесь. И они наверняка оставили нам «подарок».
Его слова оказались пророческими. Через час пути Фэй вернулся.
– Мост, – прошептал он. – Старый веревочный мост через пропасть. Перерезаны две из трех несущих веревок. Сделано так, чтобы он рухнул под весом нескольких человек. С другой стороны – никаких следов. Они не стали его переходить. Они обошли ущелье. Это ловушка. Для нас.
Лэй молча кивнул. Значит, культисты не просто знали, что мы идем. Они знали наш предполагаемый маршрут. И они хотели не просто задержать нас, а уничтожить. Тихо, свалив все на несчастный случай.
– Сколько до моста?
– Полкилометра.
– Возвращаемся, – приказал Лэй. – Найдем обходной путь.
Но тут вмешалась я.
– Командир, подождите, – прошептала я.
Он повернулся ко мне, и даже в темноте я почувствовала его раздражение. Оспаривать приказ командира в боевой обстановке было немыслимо.
– Что еще, леди?
– Они хотят, чтобы мы пошли в обход, – сказала я, лихорадочно соображая. – Ловушка на мосту слишком очевидна. Она для дураков. А они знают, что их преследует не отряд деревенского ополчения. Это приманка.
– Что вы предлагаете? – в его голосе прозвучал лед.
– Я предлагаю подумать, как думают они. Они знают, что мы найдем ловушку на мосту. Они знают, что мы начнем искать обходной путь. А какой самый логичный обходной путь? Я взяла у него из рук карту, хотя почти не видела линий в темноте. Я знала ее наизусть.
– Вот, – я ткнула пальцем в точку на карте. – Узкая тропа по склону ущелья. Примерно в полукилометре от моста. Она старая, едва заметная, но она есть. Любой опытный следопыт выберет ее, чтобы сэкономить время. И именно там нас будет ждать настоящая засада.
В отряде повисла тишина. Я слышала только собственное дыхание. Я, женщина, аристократка, только что поставила под сомнение решение боевого командира и предложила свою, ничем не подкрепленную теорию.
– Это лишь ваши догадки, леди, – холодно произнес Лэй.
– Это не догадки. Это логика, – возразила я. – И история. В «Трактате о горных войнах» генерала Фэна описана точно такая же тактика. «Двойная ловушка». Простая и очевидная угроза, чтобы направить противника по заранее подготовленному смертельному коридору. «Дети Пепла» изучают древние тексты. Они умны.
Я видела силуэт Лэя в темноте. Он стоял неподвижно, обдумывая мои слова. Я знала, что на кону сейчас не только наши жизни, но и мой авторитет. Если я ошибаюсь, я навсегда останусь для них пустой болтушкой.
– Фэй, Шань, – наконец сказал он. – Возьмите с собой еще двоих. Проверьте тропу. Бесшумно. Если там засада – не вступать в бой. Просто оцените их численность и расположение. Возвращайтесь через час. Остальные – рассредоточиться, занять оборону. Ждем.
Это была маленькая победа. Он не поверил мне до конца. Но он и не отмахнулся и решил проверить.
Следующий час был самым мучительным. Мы сидели в полной тишине, затаившись среди камней, вслушиваясь в каждый шорох. Я чувствовала на себе взгляды гвардейцев. Они не были враждебными, они оценивали меня. Я сидела, сжимая в руках подаренные генералом иглы, и молилась всем богам, которых знала из обоих миров, чтобы я оказалась права.
Разведчики вернулись даже раньше. Они появились из темноты, как призраки. Лицо Фэя было бледным даже в лунном свете.
– Вы были правы, леди, – сказал он, обращаясь ко мне, а не к командиру. И в этом обращении было больше уважения, чем во всех поклонах придворных. – Они там. Человек двадцать. С арбалетами. Засели в скалах по обе стороны тропы. Идеальное место для бойни. Мы бы и шагу не ступили.
Лэй молча посмотрел на меня. Я не увидела в его глазах извинения или благодарности. Я увидела нечто большее. Признание. Он подозвал к себе Фэя, и они начали что-то тихо обсуждать, глядя на карту.
Ко мне подошел Шань, тот самый гвардеец, что поделился со мной водой.
– Как вы узнали? – спросил он шепотом.
– Я много читала, – ответила я, повторяя свою стандартную фразу. Он покачал головой.
– Я тоже много чего читал. Но одно дело – читать, и совсем другое – чувствовать. Вы… вы чувствуете опасность, да? Как зверь.
Я посмотрела на него и ничего не ответила. Но он был прав. Это была не только логика. Это была и моя Ци, которая гудела от напряжения, предупреждая об угрозе. Это были мои инстинкты, обостренные до предела. Я действительно начинала чувствовать этот мир, его скрытые течения и смертоносные водовороты.
Лэй подозвал меня.
– У нас есть план. Мы не пойдем по тропе. Мы поднимемся выше, по скалам, и обойдем их сверху. Это займет больше времени и будет сложнее, но мы окажемся у них над головами. Устроим им свой собственный «смертельный коридор».
Он посмотрел на меня.
– Вы хорошо лазаете по скалам, леди?
– Сейчас узнаем, командир, – ответила я.
Следующие несколько часов были адом. Мы карабкались по почти отвесным скалам, цепляясь за крошечные уступы, рискуя сорваться в пропасть от одного неверного движения. Гвардейцы двигались с поразительной ловкостью, помогая друг другу. Мне помогал Шань. Его сильная рука не раз ловила меня, когда мои ноги соскальзывали с мокрого камня. Я стирала пальцы в кровь, мои легкие горели от недостатка воздуха, но я лезла. Лезла вверх, ведомая упрямством и злым азартом.
Мы вышли на позицию перед рассветом. Под нами, метрах в пятидесяти, лежала та самая тропа. Мы видели их. Два десятка темных фигур, затаившихся среди камней, как скорпионы. Они ждали нас, не подозревая, что смерть уже нависла над ними.
– Работаем тихо, – прошептал Лэй своим людям. – В первую очередь – арбалетчиков. Никто не должен уйти.
Гвардейцы достали свои короткие бесшумные арбалеты. Я тоже приготовила свои иглы. Моей целью были двое, засевшие на уступе чуть в стороне. Они были слишком далеко для арбалетного выстрела из неудобной позиции, но идеально подходили для моей магии.
Сигнал был подан беззвучно – легким движением руки командира. И ночь взорвалась тихой, безжалостной смертью. Я услышала лишь свист арбалетных болтов и короткие, сдавленные вскрики. Я действовала на автомате. Вскинула руку, посылая две иглы в полет. Я видела, как они, тускло блеснув в лунном свете, вошли точно в шеи двум культистам на уступе. Они рухнули, даже не поняв, что их убило.
Через десять секунд все было кончено. Засада была уничтожена, не сделав ни единого выстрела.
Мы спустились вниз. Гвардейцы быстро обыскивали тела. Лэй подошел ко мне.
– Хорошая работа, – сказал он. Это была высшая похвала, на которую он был способен. Он посмотрел на двух культистов, убитых мной. – Ваша меткость впечатляет.
– Это не меткость, – ответила я, глядя на свои дрожащие руки. – Это просто… физика.
Он не стал расспрашивать, подошел к одному из тел и перевернул его. На лице убитого застыла маска ужаса. Но что-то другое привлекло мое внимание. Татуировка на его запястье. Не знак «Детей Пепла». Другой, более сложный узор.
– Я видел такие раньше, – сказал Лэй, нахмурившись. – Это клеймо «Клинков Тени». Элитные наемники. Самые дорогие и самые безжалостные убийцы на всем континенте.
Теперь все стало еще хуже. «Дети Пепла» не просто фанатики. У них были деньги. Огромные деньги, чтобы нанимать лучших из лучших.
– Это значит, – тихо сказала я, – что чем ближе мы к Долине, тем сильнее будет охрана. Они не пошлют против нас больше таких дилетантов.
Лэй кивнул, его лицо стало еще мрачнее.
– Идемте. Нужно убираться отсюда до рассвета.
Мы двинулись дальше, оставив за спиной два десятка трупов. Мы выиграли бой, но я понимала, что это лишь прелюдия. Настоящее испытание ждало нас впереди, в Долине Шепчущих Столпов. И теперь я знала, что нас там будут ждать не просто фанатики. Нас будут ждать профессиональные убийцы. И они не допустят тех ошибок, что совершили эти.
Я посмотрела на свои руки. На них не было крови. Но я чувствовала ее. Чувствовала ее липкий, соленый вкус на губах. В эту ночь я впервые убила осознанно. И я поняла, что Шань был прав. Я действительно начинала чувствовать этот мир, как зверь. И чтобы выжить в нем, мне придется стать самой опасной хищницей в этих горах.
Глава 18
Рассвет после бойни в ущелье был обманчиво прекрасен. Холодное горное солнце заливало скалы золотом, смывая ночные тени, но не могло смыть въевшийся в память запах крови. Мы покинули место засады еще до того, как первые лучи коснулись вершин, оставив за спиной два десятка тел на растерзание стервятникам. Это было жестоко, но необходимо. Мы не могли позволить себе тратить время на погребение врагов, рискуя оставить следы, которые могли бы навести на наш след.
Атмосфера в отряде неуловимо изменилась. Исчезла последняя тень снисходительности по отношению ко мне. Молчание гвардейцев стало другим. Если раньше это было молчание профессионалов, игнорирующих помеху, то теперь это было молчание воинов, признавших в своих рядах нового, непонятного, но, без сомнения, эффективного бойца. Когда мы делали короткий привал, чтобы сменить повязки на копытах лошадей, командир Лэй подошел ко мне. Он не смотрел на меня, его взгляд был устремлен на тропу впереди.
– Генерал не говорил мне, что ваши… таланты включают в себя тактическое планирование, – сказал он ровным голосом, в котором, однако, слышались новые нотки.
– Генерал много о чем не говорит, командир, – ответила я, проверяя крепление седельных сумок. – Он предпочитает, чтобы люди сами показывали, на что способны. Или на что не способны.
– Вы спасли нам жизнь. Всем нам, – он все-таки повернулся и посмотрел мне в глаза. Его взгляд был прямым и честным. – Мои люди этого не забудут. И я тоже. Но это также значит, что враг теперь будет охотиться на вас с удвоенной силой. Вы – не просто обуза, которую нужно охранять. Вы – угроза, которую нужно устранить в первую очередь.
Я кивнула, принимая его слова как суровую, но необходимую правду.
– Я понимаю.
– Нет, – он покачал головой. – Вы не понимаете. Вы не знаете, кто такие «Клинки Тени». Это не просто наемники. Это культ. Культ эффективности. Для них проваленное задание – это не просто потеря денег. Это оскорбление их профессиональной чести. Они не отступят и пришлют других. Лучших. Они будут учиться на ошибках своих предшественников. Они не попадутся в ту же ловушку дважды.
Его слова заставили холодок пробежать по моей спине. Я поняла, что наша победа в ущелье была лишь началом эскалации. Мы не отпугнули врага, а разозлили его.
Мы отправились в путь. Двигались медленно, постоянно меняя маршрут. Фэй и Шань, наши лучшие разведчики, уходили далеко вперед, возвращаясь с донесениями, которые становились все более тревожными. Мы находили следы. Не следы преследования, нет, следы присутствия. Свежее кострище, где огонь был потушен особым образом, чтобы не оставлять дыма. Сломанная ветка на дереве – условный знак, который Лэй опознал как один из сигналов наемников. Однажды мы нашли труп горного козла, убитого одним-единственным, идеально точным ударом тонкого клинка в сердце. «Они тренируются, – мрачно пояснил Лэй. – Поддерживают форму».
Враг был рядом. Невидимый, безмолвный, он шел параллельным курсом, наблюдая, изучая нас, выжидая удобного момента для удара. Это действовало на нервы хуже открытого боя. Напряжение висело в воздухе, заставляя каждого вздрагивать от малейшего шороха.
Именно в этой гнетущей атмосфере я начала по-настоящему понимать своих спутников. «Черная стража» не была безликой машиной для убийств. Каждый из них был личностью, со своей историей, вытравленной на лице морщинами и шрамами. Шань, молчаливый и надежный, оказался сыном кузнеца, который в юности сам ковал мечи, прежде чем взять один из них в руки. Он разбирался в металлах лучше любого алхимика, и вечерами, когда мы чистили оружие, он давал мне бесценные советы по уходу за моими новыми иглами. Фэй, юркий и быстрый, был сиротой из столичных трущоб, которого генерал лично спас от голодной смерти и воспитал как своего верного воина. Он умел читать следы, как я читала книги, и подражать голосам десятка разных птиц, используя это умение для подачи сигналов.
Я стала частью их молчаливого братства. Они делились со мной едой, поправляли мое снаряжение, учили меня вязать узлы, которые не развяжутся даже в бурю. А я делилась с ними тем, что умела. Я показала им, как находить съедобные коренья, о которых знала из книг. Я научила их делать из определенных трав мазь, которая снимала боль в натертых седлом мышцах. Я читала им по ночам звезды, рассказывая древние легенды о созвездиях, которые помогали не сбиться с пути. Мои знания, которые в столице были лишь элегантным развлечением, здесь, в диких землях, обрели реальную, жизненно важную ценность.
Мои отношения с командиром Лэем тоже перешли на новый уровень. Он перестал отдавать мне приказы. Он начал советоваться. Вечерами, склонившись над картой, мы вместе планировали маршрут на следующий день.
– Здесь узкий проход, – говорил он, указывая на точку на карте. – Идеальное место для засады. Но если мы пойдем в обход через плато, мы потеряем полдня и будем как на ладони.
– А что, если мы разделимся? – предложила я. – Основной отряд пойдет по плато, отвлекая на себя внимание. А небольшой отряд из трех-четырех человек, включая меня, проскользнет через ущелье под прикрытием этого маневра. Мы можем провести разведку и ударить им в тыл, если они действительно устроят засаду.
Он слушал меня внимательно, взвешивая каждое слово. Иногда он соглашался, иногда отвергал мои предложения, но всегда объяснял почему. «Слишком рискованно», «не хватит людей», «это не наш стиль ведения боя». Я училась у него военной тактике не по книгам, а на практике. А он, как мне казалось, учился у меня смотреть на ситуацию под другим углом, выходить за рамки привычных уставов.
Однажды ночью мы наткнулись на нечто, что заставило даже этих закаленных ветеранов похолодеть. Фэй нашел пещеру, скрытую за водопадом. Вход в нее был замаскирован, но не идеально, кто-то торопился. Внутри мы нашли следы лагеря. Но не боевого, а исследовательского. На грубом столе лежали инструменты, похожие на те, что были в подземелье. А на стенах… на стенах были рисунки. Десятки рисунков, сделанных углем. Это были копии символов из дневника астронома. И среди них – десятки вариаций той самой спирали. «Пожирателя».
– Они не просто ищут «Печать», – прошептала я, проводя пальцами по холодному камню. – Они пытаются ее расшифровать. Они пытаются понять, как она работает, еще до того, как найдут ее.
Но самое страшное было в дальней части пещеры. Там, в импровизированной клетке из толстых жердей, мы нашли тела. Три тела. Это были местные горцы-охотники. Их не просто убили, судя по следам на полу и странным приборам, над ними ставили опыты. Пытались воздействовать на них какой-то энергией.
– Они пытаются понять, как «Сердце Империи» влияет на живых существ, – сказал Лэй голосом, ставшим глухим от ярости. – Они готовятся. Они хотят не просто использовать оружие, а хотят научиться им управлять.
Мы похоронили охотников под грудой камней, прочитав над ними короткую солдатскую молитву. В тот вечер у костра никто не проронил ни слова. Все понимали, что мы имеем дело не просто с наемниками и фанатиками. Мы имеем дело с чудовищами, для которых человеческая жизнь не стоила ничего.
На следующее утро, когда мы уже собирались в путь, я заметила нечто странное на одном из камней у входа в пещеру. Это была царапина. Не случайная. Идеально ровная, глубокая линия, которую мог оставить только клинок высочайшего качества. И рядом – крошечный, едва заметный знак. Я подозвала Лэя. Он присел на корточки, долго разглядывал знак, а потом выругался сквозь зубы.
– Я знаю этот знак. Это метка их лидера. Человека по прозвищу «Призрак». Самый опасный из «Клинков Тени». Говорят, он появляется и исчезает, как дым, а его меч не оставляет раненых. Если он здесь… значит, они очень близко к цели. И они перестали прятаться.
– Что это значит? – спросила я.
– Это значит, что они оставили нам послание. Они знают, кто мы, и знают, что мы идем по их следу. И они нас не боятся. Они смеются над нами. Это вызов.
Он посмотрел в ту сторону, куда вела тропа. В сторону Долины.
– Он ждет нас там, – произнес Лэй. – Он хочет встретиться с нами лицом к лицу.
Напряжение, которое висело в воздухе последние дни, обрело форму. У нашего безмолвного врага появилось имя. «Призрак». И он ждал нас в Долине Шепчущих Столпов.
Мы двинулись дальше, зная, что в конце пути нас ждет не просто схватка за древний артефакт. Нас ждет поединок с легендарным убийцей, который считал себя непобедимым.
На следующий день мы вышли на перевал, и увидели Долину Шепчущих Столпов.
Она раскинулась под нами, огромное, туманное ущелье, из дна которого в небо тянулись сотни каменных игл. Каменные столпы были настолько высокими, что их вершины терялись в облаках. Ветер, гулявший между ними, рождал странный, протяжный звук, похожий на шепот тысяч голосов. Это было величественное и одновременно жуткое зрелище.
– Око Мира, – прошептала я, вспомнив слова из дневника астронома.
– Что? – переспросил Лэй.
– Легенда гласит, что один из этих столпов – полый внутри. И на самой его вершине есть отверстие, через которое в определенный день свет звезд может достичь самого дна долины, – я смотрела на это творение природы, и мое сердце сжималось от дурного предчувствия. – Нам нужно найти этот столп. «Печать Сдерживания» должна быть там.
Мы начали спуск. Тропа была узкой и опасной. Шепот столпов становился все громче, он проникал в голову, вызывая необъяснимую тревогу. Казалось, эти древние камни действительно что-то говорят. Предупреждают. Или заманивают.
Мы были на последнем этапе нашего пути. Мы вошли в логово врага. И я знала, что отсюда живыми выберутся не все. Вопрос был лишь в том, кто останется лежать среди этих вечных камней, слушая их бесконечный, тоскливый шепот.
Глава 19
Спуск в Долину Шепчущих Столпов был похож на погружение в холодную, темную воду. С каждым шагом вниз мир наверху – мир солнца, неба и привычных звуков – отдалялся, становился нереальным. Воздух здесь был другим. Тяжелым, застывшим, с запахом влажных камней, гниющей листвой и чем-то еще, едва уловимым и тревожным.
Но самым страшным был шепот. Это был не просто звук ветра, гуляющего между каменными гигантами. Это было нечто более осмысленное. Он проникал не в уши, а прямо в череп, в самые потаенные уголки сознания. Я слышала в нем отголоски голосов из моей прошлой жизни: разочарованный вздох профессора, смех школьных подруг, встревоженный голос мамы. Иногда он сменялся обрывками фраз из этой жизни: презрительное шипение придворных дам, ледяной приказ генерала Цзинь Вэя, предсмертный хрип культиста из архива.
Я видела, как тяжело это дается остальным. Даже закаленные бойцы «Черной стражи» двигались с напряженными, сведенными желваками. Один из них, молодой парень, постоянно оглядывался, словно кто-то звал его по имени. Командир Лэй то и дело тер переносицу, пытаясь избавиться от наваждения. Я же боролась с шепотом по-своему. Я сосредоточилась на своей Ци, представила ее в виде гладкого, холодного кокона из стали, который окутывает мой разум, не пропуская внутрь ядовитые звуки. Это требовало огромной концентрации, но это работало. Шепот не исчез, но он превратился в фоновый шум, в назойливое жужжание мухи.
Когда мы достигли дна долины, нас окружил каменный лес. Сотни столпов, гладких, отполированных ветрами тысячелетий, устремлялись в небо, заслоняя его. Здесь, на дне, царил вечный сумрак. Задача казалась невыполнимой. Как найти один-единственный полый столп среди этого лабиринта?
– На то чтобы обыскать каждый из них уйдут недели, – констатировал Лэй, оглядывая каменные джунгли. Его голос звучал глухо, тонул в вязком воздухе. – У нас нет столько времени. У вас есть идеи, леди?
Все взгляды обратились ко мне. Я снова стала их единственной надеждой в этой сюрреалистичной ловушке. Достала из-за пазухи дневник астронома. Я знала, что ответ должен быть в нем, но не в словах, а между строк. «Ее свет снова прольется на землю через единственное окно – Око Мира». Свет. Ключевое слово. Но здесь не было света.
– Мне нужно подняться выше, – сказала я. – Мне нужно видеть небо. И мне нужен компас.
Лэй без слов протянул мне маленький, искусно сделанный компас. Вместе с Шанем, самым опытным скалолазом, мы начали подъем на один из самых низких столпов, выбрав тот, что стоял немного на отшибе, открывая обзор на небо. Подъем был опасным, но после ночного восхождения в ущелье он казался легкой прогулкой.
С вершины столпа долина предстала передо мной как гигантская каменная карта. Я открыла дневник на странице с рисунком звездного неба. Я знала, что «блуждающая звезда», Пожиратель, была нематериальна, ее нельзя было увидеть днем. Но астроном отметил ее положение относительно других, всем известных созвездий. Я сопоставила древнюю карту с положением солнца, с тенями, которые отбрасывали столпы. Мой мозг работал как хронометр, просчитывая углы, азимуты, склонения. Знания Алисы-астронома-любителя накладывались на интуицию Лиюэ, усиленную магией этого мира.
И я поняла.
– Все не так просто, – прошептала я, обращаясь больше к себе, чем к Шаню. – Точно… это линза. Астрономический инструмент. Столп должен стоять под определенным углом к траектории движения Пожирателя. Он должен быть ориентирован не по сторонам света, а по звездной карте.
Я достала из сумки уголек и на плоском камне начала чертить. Я нарисовала карту созвездий, как их видел древний астроном. Затем, используя компас и положение солнца, я определила примерное положение Пожирателя на дневном небе. И от этой воображаемой точки я провела линию на землю. Эта линия пересекала долину в северо-западной ее части.
– Он там, – я показала Шаню на группу из пяти столпов, стоящих плотно друг к другу. – Один из них. Тот, чья тень в полдень будет самой короткой.
Мы спустились. Я объяснила свою теорию Лэю. Он выслушал меня молча, его лицо было непроницаемым. Я видела в его глазах сомнение – доверять свою жизнь и жизни своих людей древней астрологии было рискованно. Но другого плана у нас не было.
– Хорошо, – произнес он. – Двигаемся в северо-западный сектор. Фэй, ты идешь первым. Остальные – за мной. Леди, вы в центре.
Мы двинулись через лабиринт. Шепот становился все громче, навязчивее. Теперь он не просто напоминал о прошлом, он начал угрожать. «Вы все здесь умрете», – шелестел ветер. «Он ждет тебя», – скрипел камень под ногами.
Мы почти добрались до цели, когда Фэй, шедший впереди, резко замер и вскинул руку, и мы застыли. Он указал на землю. На влажном мху виднелся след, тонкая, почти невидимая линия, словно кто-то прочертил по земле острием меча. Это была метка. Метка «Призрака».
И в этот момент ловушка захлопнулась.
Это не было похоже на засаду в ущелье. Не было ни криков, ни арбалетных болтов. Из-за столпов с четырех сторон одновременно, абсолютно бесшумно, выступили восемь фигур. Они были одеты в черные, облегающие одежды, их лица были скрыты масками из темного металла, отполированными до зеркального блеска, в которых искаженно отражался сумрачный свет долины. В руках они держали парные короткие мечи, тонкие и изогнутые, как когти. «Клинки Тени».
Мой отряд среагировал мгновенно. Гвардейцы образовали круг, выставив мечи. Я оказалась в центре этого живого бастиона, спиной к спине с Лэем.
– Восемь против одиннадцати, – тихо сказал он. – Неплохие шансы.
– Они не нападут все сразу, – прошептала я, чувствуя, как холод растекается по моим венам. – Это разведка боем, они хотят оценить нас.
Наемники не спешили. Они медленно двигались по кругу, как стая волков, окружающая оленя. Их движения были плавными, и вдруг один из них, тот, что стоял прямо перед Лэем, исчез. Он просто сделал неуловимое движение и растворился в тени столпа
Лэй выругался. Но тут же один из гвардейцев справа от него вскрикнул и пошатнулся. Из его плеча торчала рукоять метательного ножа, а на том месте, где он стоял, из тени материализовался тот самый наемник.
Начался бой. Наемники использовали тени и рельеф с невероятным мастерством. Они появлялись из ниоткуда, наносили быстрый, точный удар и снова исчезали, не давая нанести ответный. «Черная стража» была элитой, но они привыкли сражаться в строю, плечом к плечу. Здесь же их строй был бесполезен. Враг разделял их, пытаясь убить по одному.
– Не разрывать круг! – кричал Лэй, отбивая выпад одного из наемников, но было уже поздно. Еще двое гвардейцев были ранены. Они сражались яростно, но их враги были как призраки. Они не шли напролом, а наносили десятки мелких порезов, изматывая, обескровливая, играя со своей жертвой.
Я поняла, что должна вмешаться. Я не могла сражаться на мечах против них, но я могла сделать то, чего они не ожидали. Я закрыла глаза, отключаясь от хаоса боя, и сконцентрировалась на своей Ци. Я почувствовала, как она течет по моим венам, холодная и острая. Я высвободила все пять игл, которые Лэй дал мне, они легли мне на ладонь, и я почувствовала, как они завибрировали, входя в резонанс с моей энергией.
Я открыла глаза. Я видела не людей, а потоки движения. Видела траектории их выпадов, их уклонений. Один из наемников, самый быстрый, снова растворился в тени, чтобы появиться за спиной Шаня, но я видела его. Я видела не его тело, а энергию в воздухе, которую он оставлял за собой.
Я выпустила все пять игл веером в ту точку, где он должен был появиться.
Раздался удивленный, полный боли вскрик. Наемник материализовался из тени, а пять стальных игл торчали из его груди, образуя идеальную дугу. Он посмотрел на них с недоумением, а потом рухнул замертво.
На поле боя на долю секунды воцарилась тишина. Оставшиеся семеро наемников замерли, глядя на своего павшего товарища, а потом на меня. В их зеркальных масках я видела свое собственное отражение – бледное, с горящими от напряжения глазами. Я нарушила их план, внесла в их идеальное уравнение хаотичную, непредсказуемую переменную.
И тогда я услышала голос в своей голове.
«Интересно».
Один из наемников, стоявший до этого в тени самого дальнего столпа, сделал шаг вперед. Он ничем не отличался от остальных, но я почувствовала, что от него исходила аура силы и абсолютного спокойствия. Это был он. «Призрак».
Он не стал вынимать оружие, медленно поднял руку и поманил меня пальцем. Это был не вызов на бой. Это было приглашение.
Остальные наемники, как по команде, отступили и растворились в тенях, унося с собой тела своих раненых. Они оставили нас, оставили своего мертвого товарища.
Мы остались одни. Мой отряд, тяжело дыша, собирался вокруг меня. Трое были ранены, к счастью, не смертельно.
– Что… что это было? – прохрипел Фэй, зажимая рану на руке.
– Это было послание, – ответила я, не сводя глаз с того места, где стоял «Призрак». – Он не хотел нас убивать, он хотел посмотреть на нас. На меня.
Лэй подошел к телу убитого мной наемника. Он присел и снял с него маску. Под ней оказалось молодое, почти мальчишеское лицо, искаженное предсмертной гримасой.
– Он не просто смотрел, – сказал Лэй, поднимая что-то с земли. – Он оставил это.
Он протянул мне руку. На его ладони лежал маленький, вырезанный из черного обсидиана диск. На нем был выгравирован тот самый символ. Спираль с точкой в центре.
– Это же…
– Да, – кивнул Лэй. – Похоже, «Призрак» решил помочь нам в поисках. Он либо издевается над нами, либо… либо он хочет, чтобы мы нашли «Печать».
Я смотрела на черный диск в моей руке. Он был холодным, как лед. Я поняла, что ловушка, в которую мы попали, была куда сложнее, чем я думала. Нас не просто хотели убить. Нас вели. Направляли, как марионеток, в самый центр лабиринта.
И теперь у меня в руках был ключ. Ключ, который дал мне сам враг.
