Текст книги "Без шанса на развод (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)

Глава 13

– Ну и дела! – фыркает Даяна. – Это… Боже, треш.

Девушка качает головой, подливая мне вино в бокал. Двигает ближе сырную нарезку, внимательно выслушивая.

Я сама не знаю, как решилась сюда приехать. Просто… Потянуло к корням? К семье?

Даяна – двоюродная сестра моего первого мужа. Младше меня на десяток лет и совсем другим воспитанием.

Но она была частым гостем в нашем с Назаром доме. Всё детство у нас пряталась, так как дома было несладко.

Если так посудить… У всех нас проблемы с родителями. Я со своими не общаюсь. Назар урезал встречи и довольно прохладно общался.

Даяна вот тоже оборвала общение после того, как забеременела. Точнее, она просто уехала из дома. А когда оказалась беременной – там уже её родители открестились, назвав «позором».

Восточные порядки они такие.

Хотя от востока у Даяны только имя и неудавшаяся помолвка в двадцать.

Пошла вся в мать полячку. Светловолосая, голубоглазая. Лучик солнца в нашей темноте.

После смерти Назара мы сохранили общение, поддерживали друг друга. И я помогала ей в столице обосноваться, когда Даяна оказалась беременной.

Мы нечасто видимся. Слишком разные жизни. Но встречаемся изредка. Именно к ней я и поехала.

Могу назвать Даяну своей подругой. А мне сейчас очень нужна поддержка подруги.

– Слушай, а давай к шаману пойдём, – предлагает со смехом. – Он порчу на Льва наведёт. И никаких измен больше. Главное, чтобы не перестарался. А то и изменщика тоже не будет…

– Дая! – давлюсь вином.

– А что? Прости. Я просто даже не знаю, что тебе посоветовать. Ситуация ужасная, но моя компетенция – только вино подливать.

– Мне просто нужно было с кем-то это обсудить. Выговориться.

– Ты же знаешь, я всегда рядом. Можешь говорить столько, сколько нужно.

Девушка сжимает мою ладонь, мягко улыбается. Ни слова против не сказала о внезапном визите. Впустила меня, поддержала.

Я проговариваю всю ситуацию для того, чтобы самой разобраться. Взгляд со стороны не помешает, да?

– Я согласна с тобой, – решительно кивает девушка. – Ты не должна в этом копаться. И выслушивать их! Хотят оправдаться? Пусть приносят тебе документы сразу. Какие-то доказательства.

– Я и не лезу, – отмахиваюсь.

– Да ну? Я тебя знаю. Ты всё проанализировать пытаешься. А тут – ты заинтересованное лицо, Кариш. Ты будешь разрываться просто из-за эмоций. Как мне кажется… Они просто облажались.

– Да?

– Да. По каким-то причинам решили завести эту грязную интрижку. А когда их поймали – то начали валить вину на тебя. Но если занимать сторону… Я бы Льва выбрала.

– Что?!

– Прости. Но его версия звучит как-то реальнее, понимаешь? Действительно, нашёл бы себе какую-то содержанку левую. Извини меня, Кариш, но… Регина взрослая девка уже. Девятнадцать скоро. Мозги должны быть. Я в это время уже стажировку проходила. Ты – двух детей тянуть планировала. Если она не знает, что делать – то это её проблема. Она поступила очень тупо.

– Я знаю, просто…

– Просто не хочешь быть как твои родители. Я понимаю. Знаешь, вот хоть я наших родителей не понимаю… Но у них стоит поучиться. Отрезать семейные связи так, чтобы потом ни разу не возвращаться.

– Это ведь неправильно.

– Неправильно, конечно. Но у них получилось и без повода. А у тебя этот повод есть. Регина взрослая. Были проблемы? Обратилась бы. Или хоть сейчас объяснила тебе всё.

Я киваю. Я согласна, всё это понимаю. И приятно услышать собственные мысли из уст Даяны. Что не я одна такая «жестокая».

Разговор с дочерью сильно меня расшатал. Потому что хотелось бы, чтобы… Что?

Шантаж оказался правдой? И тогда хоть один человек из этой парочки не врал мне?

Глупо.

– Отсекать… – напоминает Дая.

– Надо сразу.

Я киваю, соглашаясь. Назар так постоянно говорил. О работе, в большинстве случаев.

Ненадёжные партнёры, убыточные проекты, плохие сотрудники.

Отсекаешь – и дальше живёшь.

Я руководствовалась этим принципом, но сложно, когда это касается собственной семьи. Проще, когда тебя «отсекают».

– А вообще… – задумывается девушка. – Делегируй и не парься, если отпустить не можешь. Детектива какого-то найми. Пусть он последит за Региной и Львом. Хотя бы поймёшь – видятся они или нет. Что происходит.

– Детектива? – я смеюсь. – С камерой и прослушкой?

– Ты знаешь, что прослушка запрещена. И слежка тоже, конечно. Но… Я могу посоветовать тебе одного человека. Он как раз занимается сбором информации.

– У тебя есть знакомый детектив?! Всевышний, откуда?

– Ну… – дёргает плечом. – Нужно было.

– Это связано как-то с твоей тайной беременностью?

– Нет. Другое. Так! Тебе надо номер или нет?

Дая смотрит на меня, уперев руки в боки. Явно переводит тему, а я позволяю это. Задумываюсь.

Это… Неплохой вариант, наверное. Узнать всё «со стороны», как я и хотела. А не возиться в чужой лжи.

Но согласится – это принять решение, что я хочу разобраться. Сама окунусь в это болота, выискивая информацию. Как раз то, чего я хотела избежать…

– Да, – я решительно киваю. – Дай мне детектива.

Как минимум – я могу узнать, что Дава скрывает.

Тихий вечер под трещание радионяни успокаивает меня. Здорово, когда есть с кем поговорить.

Я не могу ведь обсуждать с сыном проблемы. Тем более, когда у него свои секреты есть. Непонятные для меня.

А Даяна – она поддерживает. Сокрушается, сыплет проклятиями на польском.

– Курва же, – качает головой. – Ну правда.

– Правда, – я киваю. – А потом он заявил…

Поджимаю к себе одну ногу, продолжаю рассказывать о жизни. Выплёскиваю всё, что накопилось.

Когда подруга на татарский переходит – я смеюсь. Поддерживаю её ругань на казахском.

Всевышний. Если сосчитать, сколько национальностей намешено в крови моих детей… В жизни древо не нарисуешь.

Дане ещё хуже. Мой малыш вобрал всё, что можно. Мой коктейль. Коктейль Льва, у которого еврейские корни.

– Что? – Дая прерывается, когда я смеяться начинаю.

– Просто представила, сколько языков учить Даньке, – отвечаю честно.

– Ой, не больше, чем всем нам. Самый большой хаос – у меня. И если я выжила, то он тоже справится.

– Ты просто способная девочка.

– Только давай без этого покровительского тона. Я давно не ребёнок.

– Я помню, как ты рыдала и сопли пускала, потому что тебя не пустили к арке на свадьбе.

– Это просто ты старая.

Я притворно ужасаюсь. Бросаю в девушку салфетку. Нахалка!

В общем… Вечер проходит хорошо. Перезагрузкой служит, позволяя мне расслабиться. Второе дыхание открывается.

Мы постепенно уходим на другие темы. Семью обсуждаем, знакомых. Болтаем так, словно моя жизнь не разваливается на части.

Я периодически отвлекаюсь на общение с няней. Убеждаюсь, что та справляется с младшими дебоширами.

– Всё в порядке? – уточняет Дая.

– Да, – я киваю. – Малыш уже спит, всё хорошо. Максим, как всегда, бойкот устроил, что уроки не станет делать. Поеду разбираться.

– Ты меня постоянно восхищаешь, Кариш. То, что решилась усыновить чужого ребёнка…

– Катя была моей подругой. Одной из лучших. Я просто не могла бросить её одну. Тем более что отец ребёнка оказался каким-то мудаком и сбежал…

– Ага.

Даяна фыркает и закатывает глаза. Убирает светлые пряди с лица. Не нравится мне её реакция.

– Что? – подталкиваю к признанию.

– Да просто все шептались, что это за мудак, – вздыхает подруга. – Он женат был. Был роман на стороне, когда Катя забеременела – свалил. Вот и вся история. То есть мудак, конечно. Но… Это ведь риск, когда с женатым связываешься.

– Ты что-то путаешь. Катя встречалась с каким-то иностранцем и…

– Может и путаю. Но слушай, об этом многие говорили. Знакомые. Не прямо, но обсуждали, конечно. Просто… Не все с радостью будут общаться с той, кто может мужа увести.

– Увести нельзя, только если сам захочет.

– Я знаю, Кариш. Уж я-то знаю. Но…

Девушка пожимает плечами. Пытается увести тему, но я стопорюсь. Не могу собраться. Зудит что-то в голове.

Маленький червячок сомнения изворачивается, пожирая моё самообладание. Сглатываю, прогоняя плохие мысли.

Я никогда не видела мужчину, с которым встречалась моя подруга. Только рассказы слышала. Имя она называла. Точно.

Тигран? Тигром своим называла.

И действительно – многие знакомые как-то прекратили с ней общение. Из-за чего только мы со Львом готовы были усыновить её ребёнка.

Со Львом…

У которого Катя работала. Я сама посоветовала её, когда у мужа появилась вакансия, и…

Я оттягиваю воротник свитера. Воздуха не хватает, сердце в груди навылет работает.

Нет.

Вот тут – точно нет. Я себя накручиваю.

Но мозги уже работают. Анализируют всё, что было. Каждую деталь. Каждый момент, который теперь в другом свете предстаёт.

Как Катя старалась, чтобы я не увидела её ухажёра.

Как Лев легко согласился усыновить чужого ребёнка, без раздумий. Как своего принял.

Своего?

– А ты знаешь – с кем она встречалась? – резко вскидываю взгляд на Даяну. Если она знала…

– Нет. Мы же не подруги были, – отмахивается. – Насколько я знаю – никто не в курсе был. Она ото всех скрывала. А что? Погоди! Ты думаешь…

– Нет. Да? Я не знаю.

Я делала сыну тест ДНК, проверяла, сомневаясь. Но младшему.

А Максиму…

Там ли я подставу искала?

Тигран – тигр.

Отсылка на моего Льва?

– Я поеду, – произношу рвано, поднимаясь. – Мне надо…

– Кариш, я не думаю… – с сомнением тянет Даяна. – Ох. Я должна была тебя отвлечь, а сама накрутила ещё больше.

– Всё отлично.

Я вру. Ничего не отлично! У меня маленькие атомные бомбы в голове взрываются. Выжигают всё.

Шрапнелью внутренности пробивают.

Я кое-как вызываю себе трезвого водителя. Долго стою на улице, вглядываясь в тёмное небо.

Они работали вместе, были общие проекты. Задерживались на работе. Но я ничего не подозревала…

Мой муж и моя подруга! Тем более что я тоже часто присутствовала, занималась аналитикой для Каминского.

Не было предпосылок.

И всё же…

Система сбоит, раз за разом выдавая один результат. Возможно. Это возможно и высоковероятно.

Что на самом деле – отец Максима это мой муж.

И он принял ребёнка от любовницы. Заставил меня его воспитывать, не рассказал правды. Насмехался…

Я кусаю губу, сдерживая эмоции. Пока водитель везёт меня домой – я медленно умираю.

Нервы закручиваются до предела, тело бьёт мелкой дрожью. Шатает из стороны в сторону.

Веду плечами, начиная замерзать. В груди растёт айсберг, протыкая меня насквозь.

Когда я выхожу из машины – я уже представляю, что скажет мне тест ДНК. Какую ужасную правду откроет.

Кое-как я добираюсь до подъезда. Молюсь, лишь бы ничего больше не случилось. Пережить эту ночь без новых ударов судьбы. Пожалуйста.

Я не выдержу. Какой бы сильной не была – одно прикосновение, и я развалюсь. Больше не смогу.

– Карина Рустамовна, – окликает меня консьерж. – Погодите.

– Да? – безэмоционально произношу я.

– К вам тут пришли…

– Я же просила всех гостей разворачивать. Я не хочу… Список у вас есть кого пропускать можно. Простите, я спешу. Выпроводите.

– Да, но… У меня рука не поднимается. А, вот она.

Я разворачиваюсь. Не понимаю, кого ещё принесли ко мне черти. Какой новый удар будет?

Хороший. Чёткий. Отменный удар.

Под дых и в нокаут.

До замершего крика под рёбрами и темноты в глазах.

Потому что ко мне двигается молодая девушка. Которая обнимает свой выпирающий живот.

Видимо…

Очередная беременная любовница моего мужа.

Глава 14

Это было бы даже смешно, если бы сознание не разрывало на кусочки. Я цепенею. Сдвинуться не могу.

Разум тут же подбирает другие варианты. Адекватные, приемлемые. Но всё разбивается о глухую стену.

У меня больше нет сил быть разумной.

– Простите.

Голос у неё тихий и дрожащий. Как будто ожидает, что я её сейчас ударю. Но потом понимаю, что девушка обращается к консьержу.

– А ещё никто не вернулся? – уточняет. – Мне нужно поговорить. И Каминский…

– Я Каминская.

Я не знаю, где нахожу в себе силы для ответа. Правда, не знаю. Просто это вырывается из меня. Энергия, не позволяющая пасовать.

Я столько всего пережила. Что мне выдержать ещё один удар?

Девушка картинно приоткрывает рот. Внимательно рассматривает меня. И это взгляд я знаю прекрасно.

Таким молоденькие девушки, вроде любовницы моего мужа, оценивают соперницу. Подмечают детали, сравнивают себя с другой. Не могут скрыть улыбку, увидев то, что лучше.

Не молоденькие, как я, делают это куда изящнее и незаметнее. Опыт, чтоб его.

Девушка едва ли старше моей Реги. Может, на год или два? Растерянная, уставшая, но всё равно красивая.

Мы все красивые в двадцать, да? Я была.

Она поглаживает выпирающий живот. Скорее несознательно, чем пытаясь уколоть меня этим.

Наши переглядки длятся не больше нескольких секунд. После этого девице хватает совести отвести взгляд первой. Отступает.

– Я… Я не с вами хотела поговорить, – запинается. – Мне… Знаете, это не важно. Извините за беспокойство, до свидания.

– Почему? – мне даже забавно становится. – Что-то не так? Ты так долго ждала, можем поболтать.

– Нет, я пойду.

Довольно быстро для беременной направляется на выход. Смотрю ей вслед несколько секунд, приподняв брови.

Надо же. У некоторых хватает совести, чтобы не вступать в конфронтацию с женой любовника. Хотя…

Может и не знала. Но мне плевать. Всевышний, так сильно плевать в эту секунду. На всё.

Я разворачиваюсь. Кое-как поднимаюсь на лифте. Дико жалею, что вино уже выветрилось.

В квартире меня накрывает шумом. Даня плачет, Максим что-то выкрикивает. Няня рядом, уточняет нужна ли ещё.

А я…

Может, я ужасная мать. Но сейчас я не могу. Просто не вывожу.

– Да, останьтесь, – обращаюсь к няне. Оборачиваюсь к Максиму: – Всё потом обсудим.

– Но там в школе…

– Потом.

Добираюсь до своей спальни, на ходу сбрасываю обувь. Закрываюсь, даже умудряюсь дойти к кровати.

Но сползаю вниз, на пол. Притягиваю к себе колени, обнимаю их дрожащими руками.

И…

Ломаюсь. Ломаюсь. Ломаюсь.

Мне кажется, я слышу, как разламываются кости внутри меня. Остриями пронзают вены, режут нервы.

Ведь иначе почему так больно?

Агония пульсирует в каждой клеточки моего тела. Боль такая сильная, что выть хочется.

Из-за всего, что навалилось. Регина. Муж. Макс! Та девушка…

Зажав рот ладонями, глушу всхлипы. Содрогаюсь всем телом, желудок скручивает спазмами.

Я не хочу, не хочу, не хочу!

Ни знать, ни слышать, ни участвовать.

Я хочу вырезать из себя всё произошедшее. Отсечь, как и советовала Даяна. Просто избавиться от того яда, который теперь кипит в моей крови.

– Мам, ты мне нужна! – настойчиво стучится Максим. – Ну мам, я хочу…

– Сейчас!

Кричу в ответ, возвращая контроль над своим голосом. Ни капли не дрожит, чтобы никто не услышал.

Медленно поднимаюсь. Меня шатает, бьёт мелкой дрожью. С трудом заставляю себя переодеться в домашний спортивный костюм.

Собираю волосы в хвост, стираю расплывшийся макияж. Лишь после этого выхожу к детям.

Как профессиональный преступник – не оставив ни единого следа от своей истерики.

Всё прекрасно, двигаемся дальше.

– Привет, мой хороший, – я забираю успокоившегося Даню себе. – И тебе, – оставляю поцелуй на щеке Максима. – Я немного устала и очень занята.

– Я знаю, но я хочу погулять. Можно? Я пойду к другу в приставку играть. Колька, он в соседнем подъезде живёт. Ты знаешь. Можно?

– Можно.

Пока сын собирается – я гипнотизирую его взглядом. Не могу отвернуться. Ищу любые сходства.

Он похож на Льва? Нет? Возможно то, что я себе надумала или начинаю сходить с ума?

Самый простой способ я уже знаю. В клинику и делать очередной тест ДНК. Может, со временем, даже скидку там получу.

Но…

Завтра. Не сейчас. Сейчас я трусливо выбираю прожить ещё один день в неведении.

Потому что срабатывает интуиция, которая нашёптывает, что истинный ответ я знаю. Действительно знаю.

Максим в дверях сталкивается с Давой. Старший сын выглядит растерянным и немного не в себе.

Зло сдёргивает куртку, едва не швыряет свой портфель. Кажется, первый день на работе прошёл не очень хорошо.

– Что такое? – я удобнее перехватываю Даню. Тяжёлый он стал. Не позволяю дёрнуть меня за хвост. – Если…

– Порядок, ма, – сын натягивает широкую улыбку. – Просто устал. Не парься. А ты как? Вся серая…

– Сложный день. Ты ужинать будешь?

– Давай доставку закажем? Мне лень думать о готовке. И тебе, кажется, тоже.

Я соглашаюсь. И всё равно прошу няню пока не уходить. Я не уверена, что у меня не случится ещё одна мини истерика.

Лучше окончательно успокоиться.

Я укладываю Даню в кроватку, сама ищу его любимую игрушку, когда раздаётся звонок мобильного.

– Карина Рустамовна, простите, – вздыхает консьерж. – Вы просили не беспокоить, но тут…

– Очередной гость?

– Нет. Произошёл инцидент. Ваш сын сказал, что не нужно вызывать полицию. Но…

– Что уже случилось? Можно конкретнее?

– Как я понял, какой-то мужчина преследовал его на улице. У них была ссора. Не драка, но довольно активное выяснение отношений. После этого ваш сын поднялся домой. А этот мужчина – всё ещё на улице. Будто поджидает кого-то. Может, мне всё же стоит вызвать полицию?

Я выхожу на кухню, откуда открывается вид во двор. С высоты сказать сложно, конечно. Но я вижу силуэт темноволосого мужчины.

Этого достаточно, чтобы мозг сложит всё воедино. Тот самый мужчина, который преследовал моего сына в участке. Теперь добрался до дома.

– Да, пожалуйста, – произношу решительно. – Полиция не помешает.

А сама хватаю пальто, на ходу застёгиваю ботинки. Как же меня всё это достало! Задолбали! Вывели!

С меня хватит!

Во мне лишь усиливается желание положить всему этому конец. Убить кого-то, если это даст мне покой!

И жертву я уже выбрала.

Я узнаю у этого мужчины, зачем он мою семью преследует. А после этого прикопаю его в месте, которое никто не найдёт.

– Что тебе нужно?!

Я вылетаю во двор гарпией. Готова рвать. У меня внутри вулкан эмоций, а лавой сожжёт этого мужчину.

Незнакомец смотрит на меня, как на чокнутую. С интересом и недоумением.

У него по-мужски грубые черты лица, а стоит сжать челюсть – как острием прорастают.

Сталкер высокий и крупный, я это ещё возле участка заметила. Особенно когда подбирается, плечи расправляет.

Но меня этим не испугать. Аристократическая девочка, как меня брат называет, всё детство с пацанами бегала. Вишню рвала, выслушивала матерные истории рыбака, с обрыва прыгала быстрее друзей.

– Значит так, – первой иду в наступление. – Если я ещё раз услышу, что ты рядом с моим сыном ошиваешься – я пойду писаться заявление в полицию. Понятно?!

– Теперь ясно, в кого сопляк такой хабалистый.

– Это я хабалка?! Слышишь…

Я осекаюсь. Вспоминаю, что в спортивном костюме, с претензиями и грубым обращением на «ты». Ладно, претензия справедливая.

Представляю реакцию моих знакомых, которые бы узнали, что воспитанную Каминскую так назвали. Усмехаюсь.

– Это мне впору писать заяву, – скалится мужчина. От гнева дышать чаще начинает. – И я напишу. Прятаться за юбкой у него не получится.

– Хорошо, – я выдыхаю. – Мы не с того начали. Во-первых, Давид не прячется. Но я не позволю преследовать моего сына, ясно?! Во-вторых, – произношу с нажимом, не позволяя мужчине вмешаться. – Какая причина вашего преследования? Озвучьте, будьте любезны.

– Надо же. Как про заявления сказал, так сразу на «вы». Чудеса.

Усмехается, выгибая бровь. Скрещивает руки на груди, возвышаясь надо мной. Только сильнее злиться начинаю.

Вот вроде симпатичный мужчина, а сразу чувствуется – мудак!

Жаль, что этого я во Льве не почувствовала сразу.

– Послушайте, уважаемый, – намекаю, что как раз таки уважения у меня меньше всего. – У меня была о-о-очень плохая неделя. Вы либо объясняетесь со мной, либо с полицией. Я не собираюсь играть в угадайку. Хотите что-то от моего сына – со мной обсуждайте. Я за него отвечаю.

– За его прыжки по койкам – тоже вы отвечаете?

– Уж не думаю, что вас касается личная жизнь Давида. Или вы из зависти за ним бегаете?

Отпускаю шпильку, показательно осматривая мужчину. Рано ещё ему молодым завидовать, вроде сам не сильно старше сорока.

– Касается, – цедит грозно. – Если она моей дочери касается!

– Вашей дочери сколько? – тут же уточняю.

– Восемнадцать.

– Взрослая. Голова на плечах есть – сама пусть разбирается. Или, если хочется – сами следите за своей дочкой.

– Интересная политика. Уж не думал, что Карина Каминская из тех, кто: «если не захочет, то кобель не вскочит».

Я игнорирую то, что он моё имя знает. Произносит так, словно понимает моё положение в обществе. Этот факт смазывается.

В висках стучит от намёка, что именно произошло. Сцепив зубы, не позволяю этой мысли мелькнуть в сознания.

Я может и разочарована в своей семье, но сына знаю! Он никогда бы не сделал чего-то против воли девушки. Не навредил.

– Вы не… Дава бы никогда никого не обидел! – я завожусь. – Он не стал бы какую-то девушку принуждать… Это ересь!

– Я этого и не говорил. Но занятно, что вы именно об этом подумали.

– Тогда к чему был ваш комментарий?!

– К тому, что вы сына под юбкой прячете. А как я – так девочка сама пусть отвечает.

– Когда я буду за вашей дочерью бегать – тогда и включайтесь. А если у них какие-то неприятности, то пусть сами разбираются.

Я тру лицо, надавливая пальцами на глаза. Успокаиваюсь немного.

Всё не так страшно, как я представляла. Не какой-то сталкер, бандит или участник очередной таинственной схемы.

Просто обеспокоенный отец, который опекает сверх меры. Всё нормально, у меня такой же был. Что не помешало мне забеременеть рано, но…

Со встревоженным отцом я точно смогу справиться. Это наименьшая из моих проблем.

В конце концов, я к этому готовилась.

У меня три сына.

Так что ничего страшного мне не скажут.

– Хорошо уже разобрались, – плюётся ядом. – Одна с животом, а второй – в кусты.