Текст книги "Без шанса на развод (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15

– Что?

Сипну. Голос отказывает. Всё. Финиш. Тушите свет.

И свет действительно гаснет. По крайней мере, я уже больше ничего не вижу. Не вывожу.

Кто бы знал, что последний удар сделает этот мужчина.

Тонким лезвием, в незащищённый участок. Насквозь пронзая.

– Э, ты чего?

Длинные пальцы крепкой хваткой сжимаются на моей талии. Я пытаюсь сказать, чтобы меня не трогали. Нечего всяким сталкерам пугающим так прижиматься.

Но язык становится ватным. Не слушается. Я вообще словно немного сознанием отлетаю.

Накопившийся стресс даёт о себе знать.

– Сразу в обморок? – усмехается мужчина. – Оригинальный побег от ответственности.

– Я же предупреждала. Очень плохая неделя.

Я почти смеюсь. Истерично. Впору делать ставку, что ещё интересного всплывёт.

Нужно ведь в нокаут отправить.

Я напрягаюсь, когда замечаю двух полицейских. Точно, я ведь просила консьержа вызвать их.

Теперь ещё с ними разбираться. Решать вопрос с ложным вызовом. Не буду же я полиции сдавать…

Отца беременной подружки моего сына?

Всевышний! Скажи уже мне, что я того ужасного совершила в жизни. Что надо так наказывать.

– Девушку отпустите, – басит один из них.

У меня почти получается улыбнуться на этот комплимент. Почти. Потому что сталкер не отходит. А полицейские тормозят.

– О, – по струнке вытягиваются. – Не узнали. Так тут…

– Порядок, – внезапно кивает полицейским мой новый знакомый. – У нас тут недоразумение случилось. Звиняйте, парни.

– Если ей плохо, мы можем в больницу сопроводить.

– Я в порядке!

Заявляю уверенно. Наконец нахожу в себе силы отстраниться от мужчины. Без его поддержки шатает, но порядок.

Значит, они знакомы. Не зря мне показалось, что у этого сталкера – военная выправка. Скорее всего, в органах работал.

В прошедшем времени. Точно. Не могу себе полицейские такие дорогие часы позволить. По крайней мере – официально не могут. Чтобы так открыто демонстрировать.

Полиция уезжает, а у меня в голове немного проясняется.

– Ваша дочь беременна от моего сына? – озвучиваю я. – Поэтому вы преследовали Давида.

– Преследование – уголовная статься. Я лишь говорил с ним.

– Принудительно? Ладно. Пожалуй, нам нужно всё обсудить? Потому что я не была в курсе всего этого. И сейчас мало чего понимаю. Мы можем… За домом есть кофейня, пройдёмся?

Мужчина выглядит сбитым с толку. Словно не ожидал от меня сотрудничества. Сделал вывод на основе моих претензий?

Ну, я ведь не знала ничего. Я не понимаю, почему Дава сразу не рассказал. Он для этого работу искал? Хотел сам обеспечивать?

Но тогда почему его преследуют? Отец девочки не выглядит слишком счастливым.

– Это несправедливо, – подмечаю. – Моё имя вы знали заранее. А сами не представились.

– Сергей, – отзывается он. Добавляет с усмешкой: – Михайлович.

– Карина Рустамовна.

Киваю, не обращая внимания на эту шпильку. Во мне включается привычный режим.

Анализ и переговоры.

Подметить детали, договориться.

Не доводить дело до катастрофы. Хотя… Куда ещё хуже?

В кафе мы занимаем дальний столик, чтобы никто не подслушал. Не хочется прерывать столь деликатный разговор.

– Сколько вам нужно? – я перехожу к делу. – Назовите сумму.

– Вы, Карина Рустамовна, можете эти деньги засунуть себе… Кхм, – осекается. Сжимает кулаки. – Купить нас не получится. Давид понесёт ответственность, а не откупиться мамиными деньгами.

– Ответственность? Можете уточнить, наконец.

– В процессе участвовали двое. Не только моя дочь должна отвечать.

– Он и будет… Поверьте, Давид очень ответственный. Вряд ли он просто откреститься.

– Этот сопляк заявил, что ребёнок не его. Кишка тонка ответственность взять. Начал задвигать за тесты и прочую муть.

– А в чём проблема сделать тест? То есть… Как женщина, я понимаю, правда. Неприятно, обидно, подло, раз они вместе были… Но раз вы хотите прижать его. То тест эффективнее, чем подростка запугивать.

Сергей оскаливается. Уже прогнозирую его резкий ответ, но нам мешает официантка.

Ставит кофе на столик. Я тут же притягиваю к себе кружку, делаю несколько поспешных глотков.

Кипяток обжигает гортань, а я лишь жалею, что у них тут нет добавок с градусом. Не помешало бы.

– Мы назначали, – цедит Сергей. Так кружку сжимает, что керамика сейчас треснет. – Дважды. И Давид дважды отменял.

– Дважды?

– Сегодня, в пятницу. Я проявил терпение. Но мне если под дулом ружья его придётся вести в лабораторию – я это сделаю.

– О. Это… Моя вина. У меня были небольшие семейные проблемы. Давид был там, чтобы поддержать меня. И я хочу прояснить. Я не предлагала взятку, чтобы вы отстали. Вы сами говорите об ответственности. Делить затраты – часть этой ответственности. Беременность вещь дорогая.

Я даже боюсь вспоминать насколько. Все обследования, витамины, вещи для детей…

Даже без суррогатной матери всё вылилось в приличную сумму. Поэтому я спокойно отношусь к тому, чтобы помочь.

Хотя…

Вначале бы с Давой поговорить. Узнать, что он собственного ребёнка отказывается.

От ребёнка в восемнадцать, Всевышний!

Я должна была быть предостережением, а не паршивым примером!

Почему-то я не сомневаюсь в словах Сергея. Теперь становятся понятны все странные поступки Давида.

И…

Ну Сергей действительно выглядит как рассерженный отец, чью дочь обидели. Напыжился, взглядом молнии метает.

Это я понять могу.

– В деньгах мы не нуждаемся, – гордо отрезает. – Можете козырять своим состоянием в другом месте.

– Сергей, – хмыкаю от его взгляда. – Михайлович. Вы сами себе противоречите. От нашей семьи ничего не нужно, но…

– От вас ничерта не нужно. Должен Давид разбираться с последствиями.

– Полагаю, именно поэтому он устроился на работу. Бегает курьером, чтобы заработать деньги. Хотя и не нуждается. Поэтому он старается. У меня к вам предложение. Завтра встретимся в клинике. Сделают это тест, и тогда будем решать.

– Если он в очередной раз решит прокатить нас…

– Я сама его пристрелю.

Если он вообще выживет после той взбучки, что я ему устрою. Молчал, паршивец! Ни словом не обмолвился.

Это можно было решить куда быстрее и проще. Без преследований и угроз. А Дава захотел самостоятельность показать. Довёл всё до абсурда.

– Принимается, – соглашается Сергей. – Тогда завтра.

– Вот мой номер, – протягиваю мужчине визитку. – Выберите клинику и время, напишите мне.

– Договор. Пойдёмте, я вас провожу. Выглядите вы не очень, снова грохнетесь. Этого допустить я не могу.

– Я сама справлюсь.

– Вот уж вряд ли. Это не предложение, а факт. Я провожу. А вам бы нервишки подлечить, Карина. Рустамовна.

Подлечить?!

Посмотрела бы я на тебя, вояка чертов, как бы ты с подобным справился.

Да я все акции готова поставить на то, что большинство мужчин сломалось бы куда быстрее меня.

Ладно. Ломаться рано пока.

Для начала мне с Давой поговорить надо.

Узнать, что тут происходит.

– И зачем ты в это полезла?

Мгновенно заводится Давид, стоит мне заговорить о произошедшим. Становится хмурым, закрывается.

Дистанцируется, скрещивая руки на груди. Сын выглядит и пристыженным, и злым одновременно.

– Так не делается, – отчитывает меня сын. – Ты меня каким-то додиком выставила, ма. Который прячется. Я сам с этим разберусь. Моя забота.

– Но…

– Нет. У тебя хватает своих проблем. Ещё я на голову буду садиться с этим залётом? Нет.

– Ну, об этом нужно было думать раньше. Ты умело заинтриговал меня. А я случайно докопалась до правды.

– Твои чёртовы гениальные мозги.

Давид вздыхает, мешком падает на кровать. Сын заламывает пальцы, смотря перед собой.

Главная эмоция – стыд. Будто ему стыдно, что я узнала. Что он не смог сам решить проблему. И я оказалась замешанной.

– Давай ты просто объяснишь мне всё, – я усаживаюсь на кровать. – Ладно? И я не вмешиваюсь. А… Помогаю? Ты мне, а я тебе.

– Помогать должны мужчины. Я теперь главный мужчина, раз Лев ган… Гад такой.

– А матери – детям. Давай, не оттягивай, выкладывай всё.

– Ма, да там мутная история.

Давид падает на спину. Гипнотизирует потолок. Я же прислоняюсь к его рабочему столу. Терпеливо жду.

– Мы встречались зимой, – признаётся Дава. – Когда я на каникулы приезжал. Ничего серьёзного, так, пару свиданий.

– А потом ты с ней расстался и уехал на учёбу?

– Она меня кинула. Но да. Разошлись, и всё. А тут внезапно всплывает, что она беременна. Якобы от меня. Ты не подумай, Лерка… Она нормальная. Хорошая. Но мы расстались, она могла с кем угодно быть. А крайним сделать меня. Тупорылого мажора, который жизнь прожигает и деньгами сорит.

– Определение Сергея?

– Не-а. Её.

Я мысленно присвистываю. Судя по всему, девочка не из робкого десятка. Не станет молчать, если её доведут.

– Я хочу этот тест, – решительно заявляет сын. – Без него – помогать не стану. Разве я мудак? Что хочу убедиться.

– Нет, пожалуй, – я тяжело вздыхаю. – Ты имеешь на это право. Как и она имеет право обидеться. Это не очень приятные обвинения. Я бы твоему отцу мозги вынесла за такие подозрения.

– Ну я буду потом прощение просить и вымаливать, все дела. Но а если она с кем-то была? Если… Я же не дебил, я защитой пользовался. Могло, конечно, подвести, но… Ты поняла.

– Поняла.

Я улыбаюсь, видя, как щёки сына начинают краснеть. Он за фырканьем пытается скрыть смущение.

Я пока своих чувств не понимаю. Игнорирую факт, что я могу стать бабушкой. В тридцать восемь.

Пиз…

– Вот поэтому я и не уверен. Мы расстались, а тут – сюрприз. Я ж не отказываюсь! Буду помогать, участвовать, делать что-то.

– Работу поэтому просил?

– Ну не у тебя же денег на пелёнки просить!

– Пелёнками сейчас никто не пользуется, Дав.

– Ты видела цены на памперсы? А мою зарплату курьера? Ток на пелёнки и хватит.

Я посмеиваюсь. Давид бурчит так же, как и его отец. Насколько дорого обходятся деньги.

– А я думал, что презервативы дорогие, – вздыхал он тогда.

Я очень долго смеялась.

А теперь подобно вздыхает Давид.

Я не любила первого мужа. Но люблю то, что он стал отцом Давида. За несколько лет смог взрастить в нём стержень.

Сын тупит, как многие из нас. Но при этом… Старается быть хорошим человеком.

– В общем, я не отказываюсь, – хмурится. – Но я не хочу… Мне восемнадцать, ма, я как-то детей не хочу. Совсем! Но при этом думаю. И… Ну, я же буду своего малого любить?

– Конечно!

– Вот я боюсь. Что полюблю, а он не моим окажется. Не в деньгах же проблема, которые я потрачу. Так что я хочу тест. Но всё не сходилось. Сделаем тест, а там видно будет.

– Я думаю, мы мо…

– Нет!

Решительно заявляет, спрыгивая с кровати. Смотрит на меня серьёзно, недовольным взглядом пронзает.

Грозным мужчиной выглядит.

– Нет. Не мы, – цедит. – Я, мам. Моя ответственность. Я буду разбираться, как содержать ребёнка и Леру. Как выкрутиться.

– Ты учишься.

– Надо будет – брошу. Брошу, не спорь. Но я не буду перекладывать ответственность на чьи-то ещё плечи. Это моя ноша. Договорились?

– Договорились.

Решение бросить университет такое глупое. И убиваться на нескольких работах, когда деньги какие-никакие есть…

Но это решение сына. Я должна его поддержать. Поэтому не спорю, а киваю на всё. Лишь договариваюсь, что пойду с ним.

Во-первых, чуйка работает, что Сергей там тоже будет. А это уже неравные условия. Во-вторых, мне ведь любопытно посмотреть на эту девушку.

И третье… Мне нужно договориться о ещё одном тесте на отцовство. Неофициальном, вне записей.

И узнать, наконец – чей Максим сын.

Глава 16

– Ты хочешь сделать тест на отцовство?

Растерянно уточняет Вера. Она – подруга моего брата. Точнее, жена его лучшего друга. А ещё Вера владеет частной клиникой. И часто идёт на уступки.

Тест для Дани я делала не тут. Воспользовалась ближайшей клиникой, лишь бы поскорее получить результат.

Но теперь решила именно у неё делать. Для безопасности и уверенности. Хотелось бы меньше вопросов. И гарантии, что результат точно не всплывёт где-то в ненужный момент.

Я пыталась придумать, что буду делать, если результат покажет совпадение. Если Максим будет…

В груди режет тупой болью. Я так и не придумала. Не смогла решить. Это всё кажется нереальным и надуманным.

Не может мой сын – быть биологическим сыном Льва.

Просто не может!

– Вы ведь делаете такие тесты? – уточняю у Веры.

– Конечно, – гордо вздёргивает подбородок, поправляя рыжие волосы. – Мы всё делаем. Но… А что конкретно тебе нужно?

– Тест между, – сглатываю, с трудом продолжаю. – Между Даней и Максом. На общего отца.

Вера удивлённо выпучивает глаза на меня. Хлопает ресницами, губы поджимает в тонкую полоску.

Её брови улетают к волосам, а я внутреннее напрягаюсь. Готовлюсь отбивать новые неприятные вопросы.

– Ясно, – медленно произносит Вера. – Да, сделаем.

Вот за это я обожаю эту девушки. Никаких личных уточнений. Сразу к делу, принимая странные желания клиента.

Вера из тех, у кого деловая хватка и сильный стержень. С ней приятно сотрудничать.

– Нам нужен будет образец слюны, – Вера что-то проверяет в компьютере. – Конечно, можно и с другими образцами… Но тогда точность результата ниже. Гарантии мы не даём.

– Ошибочно положительный или ошибочно отрицательный? – уточняю я.

– Отрицательный. Но… Разве ты тогда не будешь терзать себя сомнениями?

Буду. Я уже терзаюсь, и легче мне не станет. Но раз решила делать тест, то уже полный и достоверный. Зачем играть в полсилы?

Единственная проблема – Максим. Я не знаю, как ему объяснить, для чего мне эта проверка. Поэтому я захватила с собой волосы с расчёски.

Но раз нужна слюна…

– Я что-то придумаю, – обещаю, поднимаясь. – Тогда попрошу няню привезти их с Даней.

– Я думала, они уже тут.

– Не хотела толпы и шума.

– Толпы? – хмурится Вера.

– У меня тут другой тест на отцовство. Более стандартный.

Я предупредила Сергея, что в этой клиники у меня связи. Сразу, как только он выбрал место для теста.

Мужчину это не остановило. Мне же лучше. Я предпочитаю тишину и конфиденциальность. Вера это может гарантировать.

Я направляюсь по длинному коридору в холл. Каблуки стучат по полу в такт моему сердцу. Волнение искрит под кожей.

– Вопросы со мной обсуждайте, – долетает до меня голос Давида. – К моей матери не лезьте.

– Она сама решила узнать, – спокойно отрезает Сергей.

– И что? У вас претензии ко мне. Отлично. У меня есть косяки, признаю. Но не смейте втягивать мою мать в наширазборки. Это ясно?

– Ты мне не дерзи, пацан.

– Я говорю с вами как мужчина с мужчиной. Непричастных, а тем более женщин, не тянут в такое. Только те, у кого кишка тонка.

– Слышишь ты…

– Здравствуйте.

Я вмешиваюсь, да. Хотя обещала этого не делать. Но я не хочу доводить всё до скандала.

Разборок хватит и после теста, каким бы результат ни был. Так что лучше хоть сейчас сохранить относительный мир.

Да и что мне делать? Стоять в сторонке и подслушивать? Ещё хуже.

– А где Лера? – уточняю.

– Сейчас подойдёт, – отмахивается Дава. – Она отошла в уборную. Ей не очень хорошо.

Я с интересом поглядываю в сторону нужного направления. С интересом ожидаю появления этой Леры.

Не могу не признать – мне интересно на неё посмотреть. Узнать, кто станет матерью моего внука.

Нет! Никаких внуков, хотя бы до сорока.

Матерью ребёнка моего сына. Вот на такой компромисс я ещё согласна. Мой максимум, который я сейчас готова принять.

А ещё… Я не могу отделаться от маленькой пульсирующей надежды. Лера могла приходить к нам вчера? Она та блондинка с животом?

Логическая цепочка выстраивается. Она пришла, хотела встречи. А следом за ней появился и злой отец.

И тогда… Тогда я придумала лишнее. Совсем мужа в ублюдка превратила. И никто от него ребёнка не ждёт.

– Очередной побег? – ехидничает Сергей, когда Давид отходит позвонить. – Сейчас срочный вызов и всё?

– А вам бы этого хотелось? – парирую я. – Проще сливать яд?

– Я исхожу из статистики. Статистика говорит, что ваш сын обожает бегать от ответственности. Прикрываясь мелочами. Или вы уже за него договорились, чтобы тест испортили?

– Вы сами выбрали эту клинику.

– А это проверка на честность, Карина Рустамовна. Я знаю, какой результат будет. Если на бумажке напишут другой…

– А это, Сергей Михайлович, попытка заранее обвинить в неугодном результате.

Я парирую, скрещивая руки на груди. Бросаю взгляд на поворот, за которым скрылся сын. Жду его возвращения.

Если честно, решать чужие проблемы мне нравится куда больше, чем свои. Тут получается быть сильной и сохранять чистый рассудок.

Проблема, которую нужно решить. Беда, с которой помочь. Всё просто и понятно.

А с моим хаосом… Там эмоции и боль. С болью невозможно что-то сделать, только игнорировать.

Пока мы ждём я как раз связываюсь с няней. Называю ей номер машины, которая должна приехать. Пока они по пробкам доберутся – со старшим я разберусь.

– Да-да, – машинально киваю. – Максима тоже берите. Ничего страшного, если Даня поспит меньше. Потом доспит. Хорошо, жду.

– Это ваши младшие? – любопытничает Сергей. – Сколько их у вас всего?

– Четверо. Этого вы не узнали?

– Узнал. Немного запутался в количестве.

– Вот этого не надо. Размер моей семьи – моё личное дело. Оскорблять – себе дороже.

– Согласен. Неуместный комментарий. Звиняйте.

Я кошусь на мужчину. Извинения посредственные, но… Хотя бы что-то, не так ли?

От подобного упёртого мужлана – не всегда и такого дождёшься. У служителей закона есть противнейшая черта. Они привыкли считать себя всегда правыми.

– Я признаю косяк, – хмыкает он. – Но действительно не до конца понял. Без наездов, факт. Но раз нам придётся породниться…

Сергей немного кривится. Будто подобная мысль причиняет ему боль.

Кажется, не одна я тут не до конца приняла реальность. Вряд ли Сергею в сорок хотелось становиться дедушкой.

Или сколько ему там лет?

– Леры долго нет, – я хмурюсь. – Ей не стало плохо? Может, стоит её проверить?

– Не надо, – рядом оказывается Дава. – Вот моя Лера.

Я усмехаюсь на это «моя», хотя сам сын и не замечает оговорки. Интересненько.

Разворачиваюсь, желая скорее увидеть девушку. Вчерашняя или нет?

И замираю.

– Она искала тебя?

Выдыхаю, скрещивая руки на груди. Рассматривая знакомую незнакомку. Выдыхаю.

Словно острый булыжник перестаёт одной гранью давить на лёгкие. Получается чуть отпустить ситуацию.

– Искала? – шипит сын, на грани слышимости. – Ты её видела?

– Она просила Каминского.

– Длинная история. Потом.

Я киваю. Потом. Да когда угодно. Моя жизнь, сделав смертельную петлю, вновь выезжает на прямую дорогу.

Светловолосая девушка одёргивает свитер, неспешно двигается к нам. В этот раз смотрит вниз, не сканирует меня взглядом.

Хм.

Вчера она рассматривала меня как конкуренту. Мне ведь не показалось? Такое не кажется. Но не понимаю, зачем тогда мать своего парня рассматривать.

Вроде Леру сын окрестил «нормальной». Такая не примет взрослую женщину за пассию молодого парня.

Тогда в чём дело?

Но меня отпускает. Это не сильно спасает ситуацию, но хоть немного лучше? Можно жить дальше.

По крайней мере, утешаю себя тем, что беременная любовница мужа не будет ошиваться рядом.

– Здравствуйте, – произносит тихо, но уверенно.

– Здравствуй, – киваю ей. – Ну… Вы готовы?

Я отправляю детей в нужном направлении. Сама усаживаюсь на диванчик в холле. Прошу администратора принести мне кофе.

Следить, как там всё пройдёт – не моя задача. Давид большой мальчик, он справится.

Я вообще сюда приехала для успокоения своих нервов. Что не станет Сергей третировать моего сына. Ну, и для того, чтобы про ДНК договориться.

Теперь вот жду, когда приедет няня с младшими.

– Не сбежал, поразительно, – хмыкает Сергей, падая рядом. – Видимо, ваша работа?

– Имейте каплю уважения. В конце концов – он отец вашего внука. Судя по всему. Но судить лучше по результатам.

– Интересный подход. Вы бы так же спокойно отреагировали, если бы вас обвинили в подобной лжи?

– Если бы это оказался бывший парень, которому я сообщила спустя несколько месяцев? Возможно. Я не говорю, что Дава прав. Но… Окажись бывшая на вашем пороге с объявлением о беременности – вы бы в ЗАГС побежали?

Произношу, а после бросаю взгляд на руку мужчины. Проверяю, нет ли кольца на пальце.

Учитывая, что вокруг коршуном кружил только отец Леры, я допустила, что он холост. Но…

Нет, палец пустой. И белой полоски тоже нет, что свидетельствует о том, что кольцо мужчина снял не вчера.

Хорошо. Для меня, как для него – это его дело. Просто мой аргумент не сыграл бы, будь он двадцать лет в браке.

– Возможно, – уклончиво отвечает Сергей. – Но Лера моя дочь. Защищать её – моя основная обязанность. У вас ведь тоже есть дочь? Не стали бы на её сторону?

– Возможно, – пародирую тон мужчины. – Вы достаточно много узнали обо мне. Не считаете, что было бы справедливо рассказать о себе?

– Нет.

Я жду каких-либо пояснений, но Сергей просто молчит. Считает, что этого достаточно для ответа.

Ну а мне – не достаточно!

– Вы всегда такой упёртый? – я склоняю голову. Про себя добавляю «мужлан».

– Да, – такой же короткий ответ.

– Ну, как хотите.

Я дёргаю плечом. Начинаю раздражаться без повода. Просто вся эта неопределённость выводит меня из себя.

Не только того, что касается Сергея и его дочери. Это больше проблемы Давида, меня лишь по касательной задело.

Но в общем – количество неизвестного зашкаливает. Летит с горы снежным комом, сбивая меня с ног.

Я могу узнать через службу безопасности. Но не хочу в очередной раз злоупотреблять возможностями. Давид мне сам расскажет.

Нет – так нет.

У меня хватает проблем.

Я тянусь за телефоном. Пишу сообщение по номеру, который мне дала Даяна. Пусть детектив со всем разбирается.

– Миронов, сорок три года. Бывший полицейский, в отставке, – декларирует сухо. – Майор. Это чтобы проще было меня описывать.

– Простите? – я хмурюсь.

– Вы, очевидно, решили проверить меня. Ожидаемо. Немного упрощаю работу.

– Я не…

– Я номер узнал, кому вы пишите. Не подписан, но у меня хорошая память на цифры. Знаю его.

– Да? Хороший детектив?

– Нормальный. Бывают лучше, бывают хуже.

– Как и майоры.

Бурчу себе под нос, всё-таки отправляя сообщение. Поворачиваю экран так, чтобы мужчина больше не видел написанного.

Это не вежливо – вот так подглядывать!

На мой комментарий мужчина никак не реагирует, лишь усмехается. А я решаю прояснить:

– Это не для вас. У меня есть другие заботы. А копать информацию на вас, Сергей, нет нужды. Покажет тест отцовство – тогда, думаю, и так познакомимся. Нет – тогда зачем мне знать больше?

– Резонно. И зачем…

– Нет. Нет, нет, нет.

Шепчу, сползая по спинке дивана ниже. Словно смогу спрятаться за плечом Сергея так, что меня не заметят.

Есть шанс, что Лев пройдёт мимо, а не устроит очередные разборки?