Текст книги "Без шанса на развод (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Я хмыкаю. Мужчины.

– А это мой друг, – произношу спокойно. – Потоп твоих рук дело, я так понимаю. Мелочно и тупо, Лев.

– А как ещё с тобой говорить? Ты же игнорируешь меня!

– Намёк не понял? Тогда скажу прямо. Я тебя видеть не желаю. Оставь меня в покое, пока я не получила судебный запрет на приближение.

– О суде решила вспомнить? Так я тоже могу. Подам иск за то, какой некомпетентный отчёт ты сделала. Раз ты сама не собираешься приходить.

– Власов этого не допустит.

– Власов этот сегмент не регулирует.

– Подашь в суд? Черт.

Я стараюсь состроить гримасу ужаса, но получается скорее насмешливо. Суд это такая мелочь, что я спокойно отмахиваюсь.

Будет лишь поводом при разводе. А я делала всё на совесть, к моей работе не придраться.

Напряжение вибрирует в воздухе. Бьёт по коже разрядами тока. Разрезает нервы, каждый волосок покалывает.

Сейчас я как никогда рада упёртости Сергея. В его присутствии я хоть уверена, что смогу пройти мимо Каминского. Говорить не хочется.

– Развода не будет, Карин, – Льва совсем не смущает присутствие постороннего человека. – Так что можешь отправлять своего друга, – с презрением. – Куда угодно. Тебе ясно?

– Нет, не ясно, – отвечаю честно. – Почему ты настолько уверен, что можешь решать? Это уже патологией попахивает. У тебя нет козырей, Лев. Любой судья даст мне развод моментально, узнав все подробности.

– А что произошло? Ничего.

– Ты прекрасно знаешь, что я видела на даче.

– Разве? Знают трое людей. Ты против двоих… Расклад так себе. Не докажешь.

– Не докажу? Регина…

– Она ещё не говорила с тобой? Я был уверен, что уже. Поэтому и поторопил нашу встречу. Чтобы обсудить варианты и твоё возвращение. Регина меня поддержит.

Я ловлю взгляд Сергея. Он прищуривается, молчаливо уточняет: «Регина? Разве не твою дочь так зовут?»

Не то чтобы я умела читать по глазам, но лицо у мужчины довольно говорящее.

Черт. Я не собиралась это грязное бельё вываливать перед всеми.

Прокашливаюсь, хотя под кожей вибрирует ядовитая дрожь. Ненавижу быть слабой и столь открытой.

Но…

– Регина не станет, – уверенно произношу я.

Это было одно из условий того, что я обещала ей деньги. Она не беспокоит нашу семью, не устраивает больше подстав, исчезает полностью.

Мой телефон вибрирует. Я автоматом лезу проверять. Лишь бы отвлечься на мгновение, перевести дыхание.

Но воздуха не хватает, когда я вижу уведомление от банка. «Исаева Р.» перевела мне крупную сумму денег;

Регина только что вернула мне первый платёж, который я успела совершить. Первая часть «займа» как мы это назвали юридически.

Вернула. Получается…

Лев предложил больше. Подкупил её. И она действительно может свидетельствовать в его пользу. Придумать что угодно.

Глава 34

– Детей он отберёт. Урод.

Каждое слово сопровождается ударом. Я бью по груше. Вибрация отдаёт по телу, разжигая мою злость сильнее.

Дава отличный способ предложил. Представляю на месте груши лицо Льва, и мне даже легче становится. С удовольствием бью, отпускаю эмоции.

Сын договорился снова о пустом зале, никого кроме меня нет. И я могу позволить опустить щиты, выпустить боль наружу.

Сегодня я не плачу. Наоборот, завожусь всё сильнее. Попадись мне Каминский на глаза – я его разорву.

– Обсудить он моё возвращение хочет.

Ноги пружинят, а мышцы ноют от нагрузки. Я забыла, насколько это прекрасно. Чувствовать себя уставшей физически, а не морально.

До рождения Дани я периодически ходила на йогу и пилатес. Времени тогда было больше, я успевала всё и везде.

Я всегда старалась держать себя в форме. Не запускать ситуацию. Быть и умной, и красивой.

А была бы другой – может, Лев давно бы отступил. Или нет. Я вообще бы не попала в подобную ситуацию. Жила бы себе спокойно!

Но нет, Каминскому же я нравлюсь. В любовь я больше не верю. А вот в некую одержимость – очень даже.

Я знаю таких мужчин. Только в собственно муже не рассмотрела. Такие любят держать всё под контролем. Любят, когда только по их сценарию, и никак иначе.

Приз не важен, главное сама победа. Добиться желаемого и других под себя подогнуть.

Такие обычно себе выбирают совсем молоденьких девушек, чтобы над ними возвышаться. Проще было контролировать. Но Каминский решил, что ему «трофей» посолиднее нужен.

Я наношу удар за ударом. Вроде по коже луплю, а словно мысли из головы выбиваю. Только нужное остаётся, сухой анализ.

Ладно, может, Лев и любит меня. Какой-то своей особой любовью. Но желание у него одно. Оставить меня рядом.

Он не идиот. Должен понимать, что я не прощу. А какой толк от жены, которая бегает от тебя? Никакого.

Значит, это первый этап. Хорошо. Сначала не допустить развода, после – вернуть меня к себе. И опасаться, что я его отравлю? А я отравлю!

Лев надеется найти любой аргумент, чтобы… Контролировать меня, сломить. С переломанным характером далеко не убежишь.

Раньше он не мог, иначе бы быстро всё закончилось. Поступал, но тихо. Лишь своё самолюбие тешил тем, как тайно надо мной издевался.

В открытую идти не решался. А теперь… Ему нечего терять. Я и так его ненавижу. Вот и пытается крайними методами меня к земле прижать.

Я провожу ладонью по влажному лицу, убираю выбившиеся волоски. Подхватываю бутылку воды, жадно пью.

Если Лев хочет играть грязно, то я тоже так могу.

О, нет, я не буду «выше всего этого». Я не хочу потом всем рассказывать, как чудесно я справилась с ситуацией и разрулила потому, что я вся такая хорошая.

Я выйду с достоинством из этой войны. С высокоподнятой головой.

Но я не буду просто сидеть и смирно ждать, когда всё разрешится.

Если Каминский за столько лет не понял, что со мной не справится, то придётся ему это доказать.

Никогда нельзя сдаваться. Ни за что. Даже если жизнь загнала тебя в угол, бетонные плиты сбросила сверху… Нужно бороться до последнего.

Ведь если сдашься, если позволишь кому-то победить и сломить тебя… То что от тебя самой останется?

А я себя такую очень люблю. И терять не намерена.

– Слушаю, Каринэ, – брат отвечает быстро, с лёгким смешком.

– Я тебя не отвлекаю? – я присаживаюсь на мат. – Я хотела попросить о помощи. Лев тут немного грани переходит.

– Борзеет? Пригрозить ему? – брат знает лишь общую информацию о моём разводе. – Чтобы побыстрее всё подписал?

– Давай пока без этого.

Я не собираюсь Льву уступать, на всё готова. Но это не значит, что я буду всеми принципами жертвовать.

– Уверена? – в голосе Макса слышатся стальные нотки. – Немного прижать, и он на всё согласен будет.

– А после вой поднимет, – я качаю головой. – Нет, я хотела пока к тебе, не как к брату обратиться.

– А как к кому?

– К тому, кто охраной занимается. Мне нужен водитель для Максима. Чтобы отвозил и забирал со школы. Ну и присматривал. За ним и за Даней, когда с ним няня гуляет.

Пока Каминский больше не пытался увидеться с детьми. Что только подтверждает мою догадку. Что на детей, по большому счёту, ему плевать. Просто это отличная точка давления.

Но это для моего спокойствия. Если я буду знать, что дети под защитой – мне легче будет решать остальное.

– Сделаем, – сразу же соглашается брат. – Для тебя?

– Наверное… – я задумываюсь. Вспоминаю шутку про телохранителя. – Да, тоже не помешает. Хотя бы в качестве свидетеля.

– Сегодня же подберу тебе парней. Только, Карин… Ты обращайся сразу, если что. Не нужно всё самой тянуть. Есть те, кто поможет.

– Пока я справляюсь.

Предательство Регины немного подкашивает, но это не неожиданность. Я уже поняла, что от неё можно всего ожидать.

– И последняя просьба, – решаюсь я. – Я нашла детектива, он собирал информацию по Льву и остальным.

– Так. Что-то нашёл?

– И да, и нет. Мне было полезно, но… Я знаю, что у тебя ресурсов больше. Ну, чтобы человека пробить. Если бы ты мог…

– Могу и сделаю. Где ты сейчас? Я подъеду и обсудим всё нормально. Не нравятся мне эти разговоры по телефону. И твой голос тоже не нравится.

Я пытаюсь поспорить, но это же Макс. С кличкой «Царь». Там власть изначально заложена. И мне самой хочется с братом увидеться. Немного перевести дыхание.

Я знаю, что не одна. Что смогу найти поддержку и помощь. И среди близких, и среди специалистов, которых в жизни встречала.

Просто я привыкла сама. Даже когда рядом кто-то, сама – оно привычнее и надёжнее. Жизнь это только подтверждает.

Мы назначаем встречу через час. Максим заберёт меня прямо от клуба. И я решаю, что могу ещё немного стресс сбросить. А после быстро приведу себя в порядок.

Я наношу новый удар, когда со стороны двери раздаётся знакомый голос:

– Снова неправильно бьёте, Карина Рустамовна. Помочь?

– А вы снова преследуете, Сергей Михайлович?

Я бросаю взгляд на мужчину через плечо. На нём спортивные штаны и майка, открывающая развитую мускулатуру.

Сергей не срамит честь классического военного. Подтянутый и готовый в любую секунду бросится на защиту.

Идя сюда, я понимала, что мы можем встретиться. Допустимый риск. Ведь я предполагала, что мужчина будет на работе в это время.

Видимо, прогуливать ему нравится больше.

Я подбираюсь. Миронов застал две бестактные сцены с мужчинами, от которых я хотела бы избавиться. И если Борис допустимое зло, то Лев…

В общем, мне неловко. Я надеялась, что мы встретимся вечность спустя и всё забудется.

– Снова хочешь руку повредить? – он недовольно хмурится. – Ты кисть слишком сильно выворачиваешь.

– И давно ты там стоишь? – уточняю, опуская руки.

– Меньше минуты, но этого хватило. Ты же себе хуже делаешь.

– Я уже заканчиваю. И ничего не повредила.

– Что ты за человек такой, а? Тебе априори больно от кого-то помощь принимать?

Сергей едва не рявкает. Он за секунду заводится. А я мгновенно встаю в стойку. Если он хочет поругаться без повода, то я достаточно взвинчена.

Отмечаю, что мужчина раздражён, на лице – хищный оскал. Но направлен не на меня, а будто автоматом появляется. Неосознанно, из-за мыслей в голове Сергея.

– Упрямство иногда очень вредно, Карина, – цокает он, останавливаясь рядом. – Ты же сама себе вредишь из принципа. Капризничать по другому поводу можно.

– Я не капризничаю! – вспыхиваю, оправдываюсь… Как девчонка какая-то. Давно себя не чувствовала школьницей, которую отчитывают. – Слушай, я благодарна за всю твою помощь, но…

– Ты отводишь руку слишком далеко. Лопатку потянешь. Нужно всем корпусом двигаться, тогда удар и сильнее, и проще. Когда ты бьёшь так…

Мужчина нагло игнорирует мои слова. Повторяет мой удар, и со стороны это выглядит не очень хорошо. Согласна. Даже в исполнении Сергея.

– То напряжение будет вот тут, – он похлопывает себя по лопатке. – Тебе нужно корпусом работать активно.

– Я так пыталась, – бурчу недовольно. Ещё немного и совсем в капризного подростка превращусь. Не знаю, что со мной. – Но меня тогда закручивает.

Я не гордая идиотка, чтобы отказаться от личного урока. Просто внутри я воспалённый нерв. И эта встреча началась не очень, и прошла – накладывается негативным отпечатком.

Не из-за Сергея, просто…

Мне нужен отдых от всего этого.

– Я должен извиниться, что назвал тебя хабалкой, – делает паузу. – На самом деле ты просто мегера.

– Я не… – я задыхаюсь от возмущения. А после неожиданно начинаю смеяться. – Знаешь ли, ты сегодня не лучше. Пришёл, начал указания раздавать и ворчать. А мегера – я. Я просто защищалась.

– Согласен. Виновен. Дашь помочь?

Сергей поднимает край губ. Его взгляд немного смягчается. И напряжение между нами внезапно лопается. Становится проще.

Я улыбаюсь и киваю, взмахивая рукой. Не знаю, что меняется, но мгновенно мы находим общий язык.

Может дело в том, что Сергей ни намёком не напоминает про то, что случилось. Полностью сосредоточен на моём обучении.

Мужчина на своём примере показывает, как нужно становиться. Комментирует, направляя меня. А я сдаюсь, повторяю. Признаю его мастерство.

– Могу я…

Сергей указывает на мою сжатую ладонь, и я киваю. Сергей мягко прикасается к моей руке. Отточенными движениями разворачивает её, надавливает.

У него холодные пальцы, чуть шероховатые из-за мозолей. Разгорячённая кожа реагирует на ледяное прикосновение вспышками игл.

Сергей накрывает мои пальцы своими, сжимает в кулак. Как гончар из глины лепит правильный зажим. А после ведёт руку, показывая, как именно нужно наносить удар.

Когда я пробую сама, то понимаю, что Сергей прав. Конечно он прав. У него опыт космический. И удары теперь получаются лучше.

Не намного сильнее, но при этом легче идёт. Нет той усталости в мышцах, которая возникала при замахе.

– Уже лучше, – скупо хвалит.

Но если переводить ворчание Сергея… Я молодец, я хорошо стараюсь.

Мужчина молчит с минуту, смотрит на меня. И снова его лицо приобретает то недовольное выражение.

Словно он думает о ком-то, кому бы сам врезал.

– Но… – со свистом выдыхает воздух. – Я бы посоветовал на курсы походить. Я знаю несколько хороших мест, если ты хочешь научиться.

– Я не настолько в боксе заинтересована.

– Не по боксу, Карин. По самообороне. Для женщин. Там лучше научат, как защищаться, чем ты сама. Но в идеале… Просто найди охрану, если беспокоишься.

– Беспокоюсь?

Я хлопаю ресницами. Мой любимый мозг упускает какую-то важную ниточку. Она ускользает, пока я не связываю всё воедино.

Ахаю, когда понимаю, что Сергей всё неправильно понял. Он решил, что я опасаюсь Каминского и поэтому занимаюсь. Для своей защиты. И тогда другие пазлы тоже находят свои места.

– Погоди, – я встряхиваю головой. – Ты такой злой был… Потому что решил, что я в опасности? И не хочу нормально учиться? Мне не нужна защита.

– Я видел твоего мужа. И не похоже, чтобы вы мирно общались.

– Когда я доберусь до Льва… Защита понадобится ему самому.

Потому что, если этот ублюдок снова выбросит что-то подобное…

Ууу, нет, самозащита мне не понадобится. Только какой-то лом потяжелее. Моё ангельское терпение на пределе.

– Я сюда хожу для успокоения, – объясняю я. – Выпустить пар, или скоро убивать начну. Я уверена, что мне ничего не угрожает.

– Ты своего мужа видела?

– Угу, дважды, – ёрничаю. – На свадьбе и вот с тобой.

– Он не выглядит дружелюбным, Карин. Я в полиции долго работал, я умею людей читать. По его роже видно, что он хочет до конца давить.

– Знаешь, я тоже привыкла считать, что анализирую людей легко. Но вот этого раньше во Льве не замечала.

– Иногда так бывает, – соглашается Сергей. – Когда любишь – ты по-другому на людей смотришь. А после трезвеешь. Но просто не рискуй.

– Не буду. Просто к твоему сведению, я уже договорилась о телохранителе. Чтобы ко мне не подходили. Не хочу лишних разговоров.

– Умница.

Сергей одобрительно улыбается, а мне хочется глаза закатить. Просто назло, просто для чего-то.

Настолько нетипичная реакция, что я сама себе удивляюсь. Может, у меня просто ПМС на носу? Поэтому так непонятно реагирую на всё сказанное?

Но искренняя и тёплая похвала отбивается в голове.

Я ухожу собираться, чтобы не опоздать навстречу к брату. Со вздохом переделываю хвост. Исправить причёску не получится. Да и зачем? Макс меня и не такой видел.

Не для него же стараться.

Я успеваю почти вовремя, но меня перехватывают у выхода. Сергей уже ждёт меня там.

– Тебе, – он протягивает мне папку. – Подарок на… Какой-либо праздник.

– Это… – я просматриваю бумаги. Цепляюсь за имя. – Ты такой следак.

– Да, это то, что мои знакомые могли достать по твоему мужу. Более глубоко копнули, чем я вначале просил. Вдруг понадобится.

– Спасибо. Это очень своевременный подарок. Ты даже не представляешь насколько.

– Догадываюсь. И там визитка. Это мой экстренный номер. Остальные телефоны я могу где-то оставить, но этот ношу с собой. На связи всегда. Если муж перейдёт черту…

– Я же с защитой теперь, не забыл? А ещё меня тренер хвалил, бью я тоже хорошо.

– Пусть его лучше полиция примет. Для суда это будет хорошим аргументом.

Я задумываюсь, что теперь должна Сергею слишком много. А идей, как отплатить, совершенно нет.

Вряд ли мужчине вообще нужная какая-то плата, но… Я не привыкла просто принимать помощь. Любые отношения должны быть двусторонними.

Прижимаю к себе папку и прощаюсь, заметив машину брата на парковке. Ещё раз благодарю Сергея, пусть слов и недостаточно.

– Просто береги себя, Карина.

Глава 35

– И давно ты с ментами якшаешься, Каринэ?

Макс даже не пытается голос понизить. Задаёт вопрос в полную силу, выйдя из машины.

Я оборачиваюсь и… Конечно же, Сергей стоит на крыльце. И прекрасно слышит сказанное, хотя виду не подаёт.

Только усмехается в качестве приветствия.

– Ты свои замашки оставь для работы, – отчитываю я брата, целую в колючую щеку. – И не бурчи так, это мой сват будущий.

– Да? – Макс хмыкает недоверчиво. – Не повезло мне.

– Ну, тебя же я терплю и ничего, жива.

– Меня ты обожаешь.

Макс подмигивает, открывая для меня дверь. Я усмехаюсь – его жена научила манером немного. Вообще, Макс с ней поменялся заметно. Намного спокойнее стал, счастливее.

Я усаживаюсь в прогретый салон. Крепко прижимаю к себе папку, борясь с желанием изучить каждую бумажку до дыр.

Вряд ли бы Сергей дал мне какую-то информацию, если бы она не была полезной. Значит, что-то накопал. И это…

Тревожит. Чего я не знала о муже? Почему не замечала?

Неужели Сергей прав? Можно настолько сильно любить кого-то, что закроешь глаза на все красные огоньки.

– Поделишься хорошими новостями? – Макс заводит машину. – Ты сейчас звучишь намного радостнее, чем по телефону.

– Пока не знаю, – я пожимаю плечами. – Может успокоилась. А ещё мне подарок сделали. Тут информация на Льва, но я не успела изучить.

– Ладно, может мент в друзьях и не такое плохое решение.

Я фыркаю, пристёгиваясь. Макс от своих привычек не отказывается, но не мне судить. У каждого своя жизнь.

Мы приезжаем в ресторан. Я не переживаю из-за своего внешнего вида. В частности, из-за того, что обладаю прекрасно способности.

Я чувствую себя уверенной даже в растрёпанном виде после тренировки. Почему в самом зале уверенность ненадолго пропала – загадка. Но меня не смущает, если выгляжу не идеально.

А ещё этот ресторан принадлежит жене одного из друзей Макса. Поэтому здесь всегда есть и отдельные комнаты для нас, и хорошее обслуживание.

– А теперь выкладывай, – просит Макс, когда официант уходит. – Что у тебя происходит? Если нужна охрана, то всё явно плохо.

– Нормально, – я делаю глоток воды, выкраивая немного времени. – Но я хочу перестраховаться. Мне очень не нравится то, что происходит сейчас. И всплывают новые факты… Я чувствую себя глупо.

– Потому что…

– Потому что доверяла Льву. Во всём. Я верила, что он никогда не сделает больно…

– Он тебя тронул?!

Брат едва из-за стола не подскакивает. Тянется к телефону, будто сейчас готов подписать Каминскому смертный приговор.

Я качаю головой, успокаивающе касаюсь ладони Макса. Удерживаю его на месте, пока он ничего не натворил.

– Морально больно, – объясняю я. – И перешёл грань моего доверия. Несколько раз. А узнаю я об этом только сейчас.

– Например?

– Отец Максима… Это давний друг Каминского. А ещё… Ещё он отец Дани, как оказалось.

– Не понял.

Брат хмурится, и я через силу рассказываю всё, что знаю. Выдавливаю из себя слова, прячась за бокалом с водой.

С каждым моим словом Макс заводится всё сильнее. В его глазах молнии полыхают, а цель одна – сжечь Каминского.

– Вот урод, – бросает зло. – Это ни в какие ворота не лезет. Нет, я с моей Мирой тоже как мудак себя вёл, виноват. Но чтоб настолько… Он же адекватным казался.

– То-то же и оно. И я тоже думала… Я себя с ним такой счастливой чувствовала. Уверенной в будущем. Он же… Был со мной милым, нежным. Будто другой человек. А теперь я начинаю думать о другом.

– Что?

– Вот эта любимая девичья штука. Со мной он поменяется, со мной он будет другим… Что если настоящий Лев – это суровый и прущий как танк бизнесмен, не считающийся с другими. А со мной он притворялся.

– Все десять лет? Не думаю, Карин. Но знаешь, как говорят? Чтоб проверить любимого – разведись с ним. Тогда всё «гэ» и полезет. Вот сейчас всплывает то, что в другой ситуации ты бы не заметила. Обращала внимание на хорошее, игнорировала недостатки. Их просто незаметно было за всей любовью. А когда любовь прошла… Начинаешь видеть всё в ином свете.

Брат другими словами повторяет то, что говорил Сергей. Подтверждает давнюю народную мудрость.

Любовь и зла, и слепа.

Просто Лев был… Строгим, ворчливым, суровым… Забавным в неумении танцевать, нежным в этих тяжёлых вздохах, когда помогал мне застегнуть платье.

Он был моим.

И любовь мою выжег всего одним разом. Одной сценой на даче, которую мне больше не забыть.

Мне больно, но… Я не могу сказать, что всё ещё люблю мужчину. Это эхо старых чувств. Наверное, в коей мере я даже благодарна Льву.

За то, как в грязи утопил мою любовь. Как не оставил мучиться с чувствами, а на корню их вырвал.

Дальше мне будет проще.

– Можно? – Макс тянется к папке. – Я гляну, что на твоего мужа нашли?

– Глянь, – я соглашаюсь. – Ты ведь всё равно будешь доставать информацию. И вряд ли удержишься от того, чтобы всё прочитать.

– Всё равно спасибо за доверие. Так… Так, – произносит серьёзнее, теряя улыбку. – Что твой мент пьёт?

– Во-первых, прекращай его так называть. Его зовут Сергей. И он не мой. Это во-вторых. И… Я без понятия. А что? Там ересь?

– Там то, что явно стоит очень хорошей коллекционной бутылки.

Я перегибаюсь через стол, выдёргиваю документы из рук брата. Если Макс решил в загадки поиграть, то потерял свой шанс на информацию.

Я первой прочитаю.

Вновь просматриваю документы, но теперь читаю более внимательно. На первых страницах то, что известно всем. Открытые фирмы, зарегистрированная недвижимость…

А вот дальше кое-что интереснее. На полях пометки от руки, что из общего доступа это убиралось давно. Но осталось в архивах.

На Льва заявляли в полицию. Ещё до нашего знакомства, какая-то девушка. Это не пошло в суд, недостаточно доказательств было.

Но незнакомка обвиняла мужчину в психологическом насилии. Манипуляции, подрыв самооценки, изоляция от знакомых…

Такое действительно сложно доказать. Но этого достаточно мне, чтобы подтвердить мои домыслы. Каминский действительно отличный манипулятор.

А дальше в папке ещё больше информации.

Я изучаю всё жадно. Одного понять не могу – почему этого не было заметно раньше. Нельзя подобное скрыть.

Либо Каминского кто-то пытается просто окончательно закопать… Либо Лев искусно умеет играть. Манипуляторы этим славятся.

Потому что мой муж и так достаточно ублюдских поступков совершил. Его никак не оправдать. Тут не нужны лишние поводы, чтобы уйти.

Достаточно было лишь увиденного на дачи. Лев и моя дочь… Ух, до сих пор тошнит от той картины.

Всё остальное – вскрывшиеся инфекции. Когда ты идёшь горло проверить, а выплывает миллион скрытых болезней. Так и со Львом произошло.

Вскрывшийся нарыв, полный отвратительного гноя.

Мой муж – гнилой человек.

Мой главный провал как аналитика.

Я перечитываю старые обвинения. Каминский тогда был моложе, мог не знать, как себя вести? Как манипулировать правильно?

Со мной он ведь совсем другим был. Да, оглядываясь в прошлое… Я могу заметить моменты, в которых он ограничивал.

Легко, постепенно. Просто я не из тех женщин, которых можно в четыре стены загнать и принудить к чему-то. За десять лет у Каминского мало чего получилось.

Но получилось.

Вспоминаю, как раньше я Максима всегда одёргивала, чтобы не болтал слишком много при посторонних. Потому что он выдумывать любит, а слухи…

Слухи меня мало интересовали до брака с Каминским. Но он ведь не простой мужчина, нужно оглядываться.

Первый муж к этому относился намного проще. Во многом собственной семье наперекор пошёл.

И водитель… Я отказывалась от этого постоянно, меня бодрило самой водить машину. Но Каминский аккуратно поднимал эту тему раз за разом.

Продавил, когда появился Даня. Тогда я просто не успевала всё, была довольно уставшей. Согласилась.

И таких примеров – есть много. Но все они мелкие, незаметные в море других поступков. А с микроскопом изучишь… И страшно становится.

– Ты в порядке? – брат замечает что-то на моём лице, обеспокоенно всматривается. – Карин…

– Да, – я натянуто улыбаюсь, поспешно киваю. – Просто обдумывала. Ну… Полезно знать, с кем десять лет прожила, да?

– Моё предложение его в подворотне встретить – всё ещё актуально. Чисто для удовольствия.

– Для удовольствия я грушу бью. А ты – не лезь. Я серьёзно, Макс. Мне нужна другая помощь. Ты привык решать проблемы по-своему, но я хочу это закончить правильно.

– Правильно? После всего, что Каминский натворил?

– Я не должна опускаться на его уровень, чтобы победить.

Это совсем не то, что я думала совсем недавно. Я готова. Я буду. Драться грязно и подло, если понадобится.

Но с подобной информацией… Всё может закончиться намного быстрее и проще.

Я прикрываю тыл со всех сторон. Охрана для детей и меня. Информация для развода.

Регина на стороне Льва меня раздражает, но это не критично. Адвокат разберётся, я не сомневаюсь. А я своих союзников собираю.

Борис хотел встречи, поэтому я соглашаюсь. Ожидаю… Всего, на самом деле. И подставы, и шантажа, и намёка на цену.

Детектив находит мне информацию, что бизнес Тигиринского идёт не так хорошо, как раньше. Несколько провальных проектов.

Теперь я понимаю, почему Борис разговаривал с Каминским. Тот разговор, который подслушала Регина. Попытка получить деньги.

Тигиринский умён, его бизнес не тонет. Но лишняя помощь не помешала бы, чтобы укрепиться и не падать.

– Я готов выступить, – произносит Борис. – Подтвердить всё. Но взамен попрошу кое-что. Ты можешь отказаться.

– И ты выступишь на стороне Льва, – я хмыкаю, медленно делаю глоток кофе. – Занятно.

– Нет, не выступлю. И то, что могу сказать – скажу на суде. Независимо от твоего решения. Я сказал, что прошу, а не требую, Карина. И я готов заплатить, не вопрос. И учитывая твой декрет, понимаю нехватку времени… Был бы признателен, если бы ты нашла время для работы.

Я говорила, что Тигиринский умён, да? А он такой. Он отлично понимает, что инвестиция – это временное решение, если ничего не поменять в самой фирме.

Поэтому вся его просьба – это сделать анализ для его фирмы. Найти другое направление, просчитать риски и доходы.

Всё это с посылом, что я ничего не обязана. Мол, мужчина и так поможет. А вот если я захочу помочь в ответ…

Но этим Борис загоняет меня в рамки благодарности.

Конечно, я бы могла отказаться. Вроде как он это поймёт. Но с его попытками помочь – это будет так некрасиво.

Я говорила, что мне плевать на красоту?

Я не благопристойная принцесса, с которой птички поют. Я ведьма королевской крови, которая всё снесёт на своём пути.

– Посмотрим.

Я пожимаю плечами. Всё будет зависеть от времени и исхода суда. Если развод будет тянуться много месяцев – мне будет не до работы.

Если не найду чем заняться ночью, после того как детей уложу – посмотрю. Большего я Борису не обещаю.

Но его устраивают и такие условия.

А я…

Я готовлюсь к судебному заседанию. С нетерпением жду приближающуюся дату. И даже представить не могу, что там будет.