Текст книги "Меж двух миров (СИ)"

Автор книги: Анна Швыркова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

В самом начале Видар громко рычал, впиваясь в ее губы, словно боялся, что ее отберут у него. Сейчас же он лишь слегка урчал от удовольствия.

Лане до дрожи нравились звуки, которые он издавал. Она сама уже тяжело дышала, тихонько постанывая на выдохе. Уже решив, что стоит плюнуть на винганзу и остаться дома, почувствовала, как ее хватают за талию и практически отрывают от Видара. Она успела увидеть только разъяренные звериные глаза, прежде чем Расмус задвинул ее себе за спину и перехватил обезумевшего оборотня.

Дракой это вряд ли можно назвать. Рас был крупнее Видара и, быстро скрутив ему руки за спиной, повалил на жалобно скрипнувший пол.

‒ Успокойся, ‒ от тона Раса разве что иней по полу не пошел. ‒ Никто ее у тебя не забирает, но нам и правда пора выходить.

Прижатый к полу Видар умудрился повернуть шею и не моргая смотрел на Лану. Желтые глаза заполнили все пространство, а из приоткрытого рта виднелись длинные клыки. Он тяжело дышал и будто черпал силы для спокойствия в ней. Постепенно дыхание выровнялось, клыки втянулись, а глаза снова стали человеческими.

‒ Я в порядке, ‒ прохрипел Видар.

Рас медленно отпустил его, поднявшись с пола, отряхнул одежду и протянул Видару руку.

‒ Прости, дружище, но вы очень увлеклись, вообще ни на что не реагируя.

‒ Все хорошо. Я понимаю.

Крепко пожав предложенную руку, Видар притянул Раса для объятий. Они оба дружески хлопнули по спине с такой силой, что Лана начала переживать о целости их позвоночников. Но нет, видимо все в порядке вещей, даже улыбаются.

Видар подошел к ней, сжал в ладони свободную от шеста руку, поцеловал в макушку, глубоко вдохнув, и так же молча направился к двери.

Винганза… А Лана уже успела о ней забыть.

Глава 30

Они втроем шли между домов в сторону гор. Деревня словно вымерла, на улице никого не было, но все это Лана подмечала лишь мельком. Потому что все ее мысли занимали горящие губы, теплая мужская ладонь, крепко держащая ее руку, и чувство будто внутри нее все заполнено пузырьками шампанского.

Игривыми, воздушными и пьянящими.

‒ Красотка, сделай лицо посерьезнее, ‒ прошептал ей на ухо Рас, ‒ выглядишь так, словно идешь на долгожданное свидание, а не на бой.

Лана сосредоточилась на происходящем вокруг. Они почти дошли до поляны, расположенной прямо у подножия гор. Вся деревня уже была здесь. Многие с интересом разглядывали ее, но были и те, кто смотрел с усмешкой, видимо ожидая короткого боя и ее распластанного по земле тела. Именно эти взгляды помогли ей наконец собраться.

Оборотни стояли вокруг пустого пространства, образуя почти идеальный круг размером с небольшой тренировочный зал. Трава еще только начала расти и была невысокой и тонкой, ногам не будет мешаться. Никаких ограждений, скамеек или границ не было. Все стояли и спокойно ждали начала боя.

Алвис с женой был в первых рядах. Недалеко от него стояла Ингрид с Рандольфом, тихо переговариваясь. Лана порадовалась, что в академии научилась прятать свои эмоции, иначе сейчас ее брови переехали бы на затылок.

Платье?! Серьезно? Распущенные и слегка прихваченные у висков волосы? Ингрид настолько глупа или настолько уверена в своей быстрой победе? Хорошо, что додумалась надеть платье до колен, а не до земли.

И неужели нельзя было вырез поскромнее сделать? Лана даже начала переживать, как бы во время схватки все выставляемые достоинства не выскочили наружу на всеобщее обозрение.

Хотя какая разница, это же не ее достоинства.

‒ Что мне нужно делать? ‒ еле слышно прошептала она, чтобы оборотни поблизости не услышали.

‒ Начало винганзы объявляет тот, кто ее потребовал, ‒ тихо сказал Рас, склонившись к ней. ‒ Поэтому тебе нужно просто ждать, когда Ингрид подойдет к Алвису и ударит кулаком по груди. Хоть ты и не оборотень, советую так же проявить почтение к вожаку. После этого начало боя уже будет объявлять Алвис.

Лана коротко кивнула ему в благодарность, принимая к сведению. Посмотрела на Ингрид, которая с улыбкой перешептывалась с Рандольфом так, словно они случайно встретились на прогулке и сейчас им очень нужно обсудить последние сплетни о соседях. Лану она демонстративно игнорировала, лишь иногда бросая косые недовольные взгляды на ее руку, которую Видар так и не отпустил.

Время шло…

Алвис хмурился, недобро смотря на Ингрид. Та же, в свою очередь, продолжала мило беседовать. Зрители тоже начали перешептываться. Видар, пыхтя под нос, недовольно озирался по сторонам и порыкивал, когда кто-то удивленно смотрел на их сцепленные руки. Расмус развлекался, делая ставки, причем в пользу Ланы, что ей несказанно льстило, и радостно похрюкивал, когда большинство ставило на Ингрид. Сама же Лана начала скучать, по новой рассматривая поляну и оборотней на ней.

Если это была такая тактика, чтобы запугать ее ожиданием перед неизвестным, то она абсолютно провалилась. Все ее утренние страхи развеялись о сюр, творящийся вокруг, осталось лишь здоровое и адекватное опасение, как и перед любым боем. Разве что удивляло, как все остальные терпят такое пренебрежительное отношение. Ведь Ингрид сейчас не столько пугает Лану, сколько заставляет ждать своих соплеменников.

По ощущениям прошло уже минут пятнадцать, хотя в такой обстановке полного бездействия, казалось, что прошел целый час. Устав стоять, Лана не без труда высвободила руку из захвата и протянула шест Видару. Раз начало откладывается, грех этим не воспользоваться.

Размяв шею, она покрутила плечами и руками. Затем перешла к поворотам корпуса и наклонам, старательно игнорируя возникшую тишину и устремленные на нее взгляды. Краем глаза заметила, что даже Ингрид перестала болтать и в удивлении смотрит на нее.

‒ Что ты делаешь? ‒ недоуменно спросил за всех Видар.

‒ Разминаюсь, ‒ невозмутимо и достаточно громко ответила Лана, так чтобы ее услышали на том конце поляны. ‒ Полезно, знаешь ли, иногда разогреть мышцы и суставы. Особенно перед боем. Но его похоже сегодня уже не будет, так что сейчас чуть позанимаюсь и пойдем все по домам.

Не удержалась и язвительно добавила:

‒ Обедать уже пора.

Лана подтянула колено к груди, в упор смотря на побагровевшую соперницу. Потом притянула пятку к ягодицам. Проделала то же самое с другой ногой, не сводя взгляда с Ингрид.

Видимо ее действия и слова все-таки возымели эффект, и Ингрид, чеканя шаг, с разъяренным лицом направилась к хмурящемуся Алвису. Стукнув кулаком по груди, чуть поклонилась ему. Лана забрала у Видара шест и повторила движения. Вожак кивнул и громко пробасил:

‒ В центр поляны на расстоянии пяти шагов друг от друга.

Обе они вышли в центр и встали напротив. Лицо Ланы ничего не выражало, тогда как у Ингрид просто сочилось довольством и ощущением близкой расплаты. Ее глаза пробежались по рубашке, а ноздри чуть раздувались, и довольство быстро сменилось откровенной ненавистью. Лана усмехнулась уголком губ: почуяла-таки, чем она занималась до боя.

Чуть согнув колени, она взяла шест двумя руками и встала в защитную позицию. Сначала постоит в обороне и посмотрит, что та умеет, а уже потом будет нападать. Еще раз легко размяла плечи напоследок и почувствовала, как от рубашки донесся запах Видара. Он окончательно очистил ее мысли и успокоил, оставив в голове лишь штиль.

‒ Начали! ‒ крикнул Алвис.

Лана думала, что Ингрид не выдержит и набросится на нее сразу. Но она стала медленной грациозной походкой обходить ее с таким брезгливым выражением лица, словно Лана месяцами не мылась.

‒ Ну и что же ты, магичка, не нападаешь? ‒ елейным голоском пропела Ингрид.

Лана с улыбкой хмыкнула под нос. Ее эта ситуация уже и вправду начала забавлять. Плавно переставляя ноги, поворачиваясь вслед за обходящей ее противницей и не сводя с нее взгляда, она ответила:

‒ Ты хотела винганзу. Ты и нападай первой. ‒ Шаг, еще шаг. ‒ Впрочем если ты передумала, то можешь сдаться. Я с радостью приму твое поражение.

Лана успела упереть ступни в землю и напрячь ноги. Ингрид бросилась на нее с вытянутыми руками, рассчитывая грубой силой отобрать шест. Лана резко ушла в сторону и концом шеста ударила по кисти со средней силой, чтоб не поломать кости, и следом так же слегка ударила под колено.

Отошла на два шага, снова встав в защитную позицию, наблюдая как Ингрид, припав на пострадавшее колено, баюкает руку. Вокруг начали раздаваться шепотки, но Лана не стала оглядываться. Отвлечься во время боя ‒ самая дурацкая затея из всех возможных.

Ингрид, немного придя в себя, повернула голову к Лане. Из искаженного злобой рта выглядывали клыки, а звериные глаза выражали одно единственное желание ‒ убить. Лана поняла, что шутки кончились, сейчас начнется настоящий бой.

Ингрид не заставила себя долго ждать. Бросившись вперед, она бездумно пыталась дотянуться до Ланы. Но каждый раз ее попытки заканчивались, не успев начаться. Сейчас Лана уже била по рукам чуть сильнее, но Ингрид словно обезумела, не ощущая боли и продолжая наступать на нее.

С каждой неудачной попыткой она злилась, все больше не обращая внимания на покрасневшие руки. Выглядела она при этом как сумасшедшая, с горящим взглядом, растрепанными волосами и перекошенным платьем. И да, одна грудь все-таки вывалилась из выреза, но ее это похоже не особо заботило.

Лана, понимая, что если они сейчас продолжат в том же духе, то Ингрид рискует остаться инвалидом, потому что руки у нее выглядели очень плохо. Сильно ударив ее шестом по плечу, так чтобы провернулся корпус, освободила себе место для маневра. Зайдя сбоку, поставила подножку и еще одним легким ударом опрокинула Ингрид на землю.

Быстро отошла подальше и тихо сказала:

‒ У тебя кисти поломаны. Если продолжим, то ты можешь остаться без рук. Сдайся, и все это закончится.

Ингрид, тяжело дыша, лежала на спине. Привстав на локоть, стала поворачиваться на бок, чтобы посмотреть на нее. Лана даже издалека видела, как у нее поломаны тонкие кости ладоней и вывернуты в суставах несколько пальцев. Повернувшись к ней лицом и упираясь искореженными ладонями о землю, оборотница с перекошенным лицом прорычала:

‒ Я убью тебя… ‒ и, брызгая слюной, еще громче добавила: ‒ Уничтожу!

Ингрид начала трансформацию. Платье превратилось в лохмотья, разрываясь на увеличивающемся теле. Рыкнув, она припала к земле для прыжка.

Рефлексы, как всегда, сработали быстрее нее. Лана по привычке выплеснула заряд магии к рукам, позабыв, что ими она держит оружие. Затрещав и завибрировав от напряжения, шест начал впитывать в себя магию, заполняя сначала ромбический узор по центру и распространяясь дальше. Слепящий электрически-синий свет быстро заполнил все и стал еще ярче.

Лана все же отвлеклась от боя. Еще и в такой неподходящий момент. Подняв голову от шеста, она увидела, как в полете к ней приближается мощное тело с безумным желтым взглядом и оскаленной пастью, полной острых клыков.

Лана даже не успела ничего предпринять, как от светящегося шеста произошел импульс такой силы, что летящую Ингрид отбросило назад. Второй импульс воздвиг вокруг нее защитный купол.

Лана, замерев, рассматривала сквозь щит неподвижное нагое тело Ингрид, вернувшиеся к человеческому облику. Вокруг стояла мертвая тишина, резко сменившись шумом и суетой. Толпа двинулась к ним, но шест в ее руке продолжал угрожающе гудеть и сверкать, а щит вокруг нее стал шире.

‒ Не подходите! ‒ громко крикнула она, и все в опаске замерли.

Удерживая оружие двумя руками, Лана попыталась успокоить его и успокоиться самой. Шест, чувствуя угрозу вокруг, нехотя, но подчинялся. Понемногу магия сходила на нет, защитный купол истончался, а сияние затухало.

Когда все закончилось, Лана рассмотрела шест. Само дерево осталось черным, но весь узор стал серебристо-белым. От ее прикосновений и под ладонями он чуть подсвечивался.

Глубоко дыша, с широко раскрытыми от шока глазами, она осмотрелась, впрочем, никого перед собой не видя. Она никогда даже не задумывалась, что станет обладательницей подобного оружия.

Жители деревни стояли вокруг нее и с опаской перешептывались. Не зная, что ей делать, Лана огляделась в поисках Алвиса. Видимо, тот увидел растерянность в ее глазах и взял все в свои руки.

‒ Победа за Миланой!

В этот раз ее даже не покоробило от вымышленного имени. Алвис подошел к ней первым и спросил:

‒ Ты можешь помочь ей?

Лана скривилась, глядя на Ингрид. У нее не было никакого желания помогать тому, кто сам создал себе проблемы и травмы.

Хотя разве у других ее пациентов было иначе, если это не несчастный случай? Все по большей части сами виноваты в своих проблемах и болячках.

Она нехотя кивнула и подошла к бессознательной девушке. Положив шест рядом, наклонилась над ней и задумалась. Желание не накладывать медицинский сон и сделать все наживую боролось с лекарской этикой и совестью. Последняя победила, и Лана накинула на девушку сон. Быстро вправила все пальцы и слегка залечила основные переломы.

Подумала немного и не без злорадного удовольствия наложила фиксационный гель, который достала из невесть откуда взявшегося рюкзака, наверное, Рас его захватил.

Если большие пальцы не пострадали, то обычно их оставляют свободными, чтобы человек хоть как-то мог обслуживать себя. Прижать ложку к остальным пальцам в фиксирующей оболочке, одеться или же наоборот, самостоятельно снять белье для похода в туалет. Но тут и большие пальцы были поломаны, так что с чистой совестью Лана замуровала и их, переместив поближе к другим пальцам, чтобы даже зазора не было. Излишне потраченного геля ей было не жалко, когда она вылепляла из кисти одну сплошную варежку. Проделала то же самое со второй рукой.

И задала срок на месяц!

Насколько Лана поняла, друзей у Ингрид почти не было. Желающих помогать ей и ухаживать вряд ли много найдется, разве что из жалости. Без рук жить очень трудно, ни поесть, ни помыться, ни в туалет сходить без посторонней помощи. Пусть этот месяц станет для нее уроком, может под конец какие мысли умные появятся. А если нет, то тут и на год бессмысленно ставить.

‒ Переломы я немного залечила. Шина будет стоять месяц, раньше снять не получится.

‒ Спасибо, Лана, ‒ сказал Алвис и тепло улыбнулся. ‒ Рад, что с тобой все в порядке. Но я хотел бы обсудить произошедшее.

‒ Да, хорошо. Мне самой не помешает еще раз все осмыслить.

‒ Лана! Ты такая умничка! ‒ тут же подбежала Эстер, оттесняя остальных, и стала ворковать вокруг нее. ‒ Ты так здорово и красиво дралась! Где ты этому научилась? Это было впечатляюще! А сложно научиться подобному? Хотя, конечно, сложно, о чем я говорю…

Эстер с восторгом засыпала ее вопросами, не ожидая от нее ответов или же отвечая самостоятельно. Лана ее радости не испытывала. Это не то, что боем, даже простой дракой назвать сложно. Даже с учетом превосходящих сил у Ингрид, все это было похоже на избиение младенца, а в этом ничего впечатляющего нет. На ней самой-то ни царапины.

‒ …теперь вам с Видаром уж точно мешать не будут! Это так необычно и волнующе! У нас, знаешь ли, это первый раз, когда девушки дерутся из-за мужчины и…

‒ Так, стоп! ‒ прервала ее Лана. ‒ Что ты имеешь в виду?

‒ Ну как же! ‒ удивленно посмотрела на нее Эстер. ‒ Винганзу у нас обычно мужчины устраивают, когда женщину поделить не могут, хоть и изначально винганза не ради этого создавалась. И тут всем было понятно, что Ингрид не хочет тебе Видара уступать, вот вы и сцепились.

Лана судорожно сглотнула. Так вот значит, как все вокруг это видели. Почувствовав затылком прожигающий взгляд, она медленно обернулась и сразу нашла в толпе Видара. Тот смотрел на нее с бурей чувств во взгляде. Радость, облегчение и ярче всего ‒ обжигающее желание.

Было так странно не только чувствовать и замечать в движениях и взглядах, что мужчина тебя хочет, но и знать это абсолютно точно. Интересное и возбуждающее чувство, быть желанной женщиной для мужчины, который совершенно не скрывает свои намерения.

Обзор на оборотня резко перегородили молодые девушки, помогавшие с лечением Эмиля. Они так громко щебетали, перебивая друг друга, что Лана не знала, на ком остановить внимание.

‒ Ты так здорово дралась!

‒ Можешь меня тоже научить?

‒ И меня!

‒ За Ингрид не переживай, ее давно пора было проучить.

‒ Ага, а то зазналась совсем. Ей полезно будет.

‒ А тяжело шестом крутить?

‒ Ты же слабее оборотня. Как тебе удалось победить?

Девушки наконец замолчали, ожидая от нее ответа с блестящими от возбуждения глазами.

Лана, растерявшись от такого напора не придумала ничего умнее, чем сказать:

‒ Разминка.

Глава 31

‒ И что это было? ‒ с нажимом произнес Алвис.

Лана сидела на стуле, с интересом рассматривая внутренности кружки с чаем, не поднимая глаз.

Алвис с женой, несколько его советников, Расмус и Видар проводили ее в одну из комнат зала собраний. После обеда, прошедшего в тишине, вожак задал интересующий всех вопрос, вот только ответ на него был слишком сложным.

Маленькие чаинки в чашке не собирались ей помогать и подсказывать, поэтому, дав себе еще пару секунд, чтобы собраться с духом, Лана подняла глаза на вожака.

‒ Это ламан, ‒ хрипло ответила Лана.

Увидев, что никакой реакции не последовало, чуть прокашлявшись, она продолжила уже увереннее.

‒ Хотя правильно говорить ламмаан, но с течением времени упростили до ламана. С мертвого языка сомулу оно означает напарник. Очень редкий вид оружия. Условия для его создания практически невыполнимы.

Лана перевела взгляд на шест, стоящий в углу. Серебристый узор ярко выделялся на черном дереве. Все оборотни сидели на безопасном расстоянии от оружия, из-за чего перед шестом образовалось пустое полукруглое пространство.

‒ Что за условия? ‒ продолжил допрос Алвис.

‒ Первое, это между мастером и владельцем будущего ламана должны быть крепкие узы, ‒ сказала она и почувствовала, как щеки начали теплеть. ‒ Это может быть крепкая дружба, семейные связи или же… кхм… другие сильные чувства.

Не выдержав напряжения, опустила взгляд на носки ботинок. Ну не смогла она произнести слово “любовь” и что? Это ведь все равно что косвенно признать перед всеми, что они влюблены друг в друга, когда сами еще не разобрались в себе. Хоть доказательство и стояло в углу, сверкая узором, ей все равно было трудно в это поверить.

‒ Второе условие, что при создании оружия мастер будет всецело поглощен процессом. Не есть, не спать, и постоянно думать о владельце. Обычно на этом моменте в ламан так же вкладывают определенное желание, для чего оно предназначено.

Лана отпила немного чая, промочить пересохшее горло, и продолжила.

‒ Третье условие самое сложное, и именно из-за него ламаны столь редки. В момент смертельной опасности нужно довериться оружию и влить в него свою магию. И либо ламан ее примет и защитит вас, либо вы покойник.

Она обвела взглядом присутствующих. Все молча обдумывали полученную информацию.

‒ Ты сказала, что условия создания почти невыполнимы, ‒ произнес один из советников и махнул рукой на шест, ‒ но оружие перед нами. Получается, что оно возникло из-за стечения обстоятельств?

‒ Получается, что так. ‒ Выпрямившись на стуле, Лана решила пояснить: ‒ Дело не в том, что условия совсем уж невыполнимы. Представьте, что вы тот самый мастер и ваш лучший друг просит вас создать для него ламан. Вы, казалось бы, без остановки создавали оружие, но в момент опасности ритуал не сработал, и ваш друг погиб. Может быть, он не до конца доверился оружию, а может быть вы отвлеклись в процессе. Это уже не важно, потому что в любом случае мастер будет винить себя в смерти близкого. Брать на себя такой груз никому не хочется, поэтому мастера почти всегда отказывают в создании ламана.

Советник кивнул, принимая ответ.

‒ Ламаном может стать любое оружие? ‒ спросил еще один.

‒ Теоретически ‒ да. Но чаще все-таки используют древесину из-за скорости обработки и создания. Шест, лук, копье без стального наконечника или простая дубина. Так меньше шансов отвлечься из-за банальной усталости. Для создания стальных или металлических изделий требуется гораздо больше времени. Наличие узора, кстати тоже играет свою роль, он помогает восприятию и усвоению магии. В зале ламанов центрального музея почти все оружие деревянное, из стального только два кинжала, одна секира и одна боевая коса.

‒ Зал ламанов?

‒ Да, там собраны почти все известные ламаны. После смерти владельца оружие тоже умирает. Впрочем, так считалось раньше. Лет семьсот назад один из луков среагировал на подошедшего к нему мужчину. Позже выяснилось, что он являлся потомком бастарда предыдущего владельца. В целях изучения ему передали оружие. Ламан реагировал на мужчину как на законного владельца и остался с ним до конца жизни. После его смерти лук вернули в музей и приводили уже его потомков, но он не реагировал. Причины, почему так произошло, до сих пор не ясны. Считается, что после слияния ламан перенимает черты своего хозяина, а со временем даже обретает собственное сознание.

Повисшую в комнате тишину можно было резать на куски.

‒ Мда уж, ‒ Алвис устало потер шею. ‒ Лана, ответь, пожалуйста, честно. Наличие такого магического оружия в деревне нам чем-нибудь грозит?

Лана удивилась такому вопросу.

‒ Ну, если я не буду бегать по деревне, размахивая шестом направо и налево, то нет, ‒ попыталась отшутиться она, но похоже ее юмор не оценили.

‒ Ты еще сказала, что в момент создания в оружие вкладывается определенное намерение. Какое в твоем? ‒ с легкой угрозой спросил один из присутствующих мужчин.

‒ Я не могу сказать точно, только догадываюсь. За детальным ответом вам следует обратиться к Видару.

Лана с облегчением перевела стрелки на оборотня. Она уже немного устала от этого допроса и лекций по истории создания оружия.

Чуть повернув голову, посмотрела на Видара. Ощущения ее не обманули, он сидел сбоку чуть поодаль и все время, не отрываясь, смотрел на нее расширенными зрачками.

‒ Видар, что скажешь? О чем ты думал в процессе создания? ‒ спросил Алвис.

‒ Я думал о том, что боюсь потерять ее, ‒ ответил оборотень, смотря ей в глаза. ‒ Что, создав это оружие, могу хоть как-то защитить ее. О том, чтобы она победила. Что бы была жива, невредима и здорова.

Он чеканил каждое слово, не стесняясь остальных и того, что они подумают о таких откровениях. Всматриваясь внутрь нее и каждой фразой доказывая, что все сказанное ‒ истина. Говорил с таким чувством и отдачей, что даже если бы в углу не стоял шест, который одним своим существованием говорит о многом, она все равно бы ему поверила. Они смотрели друг на друга, и вся остальная комната погрузилась в туман, все люди исчезли. Весь мир. Остались только они.

Волшебство момента опять испортил Рас.

‒ Красотка, я правильно понимаю, что с этим шестом ты теперь непобедима?

Лана разорвала зрительный контакт с Видаром и, осмотревшись, покраснела. Все оборотни в комнате с интересом наблюдали за ней и Видаром. Тот не переставал ее разглядывать, чем смущал еще больше.

Самым счастливым в комнате был Расмус. Он радостно улыбался, время от времени довольно потирая набитые карманы.

‒ Возможно, ‒ уклончиво ответила Лана.

‒ Да не тушуйся, красотка! Ты хоть представляешь, какие перспективы открываются? Можно на ярмарке выставлять тебя перед самыми сильными оборотнями, собирать ставки и наблюдать, как ты раскидываешь их словно котят!

Рас мечтательно разглядывал потолок, неосознанно потирая карман. Лана чуть развеселилась и улыбнулась.

‒ Я не стану драться на потеху публике и ради наживы. Особенно если результат заранее известен. Это нечестно.

‒ Какая нажива, что ты?! Только честные ставки! ‒ театрально возмутился Рас, приложив руки к груди. ‒ Кстати, чуть не забыл. Твоя доля.

И бросил в сторону нее набитый мешочек размером с ее кулак. Лана машинально его поймала и, не сдержав любопытства, заглянула внутрь. Под завязку забит небольшими драгоценными камнями.

Лана подняла на него широко раскрытые глаза, на что Рас, усмехнувшись, подмигнул ей.

‒ Только подумай: это малая часть того, что мы можем заработать.

‒ Нет уж, спасибо. Мне одного раза хватило, ‒ тяжело добавила она.

‒ Все, хватит, ‒ спокойно сказал Алвис. ‒ Развели тут балаган.

И вроде строго сказал, но чувствовалось, что не сердится всерьез. Больше стращает как добрый дядюшка, чтобы порядок соблюдали.

‒ У кого-то еще есть вопросы касательно возникшей ситуации? ‒ Алвис замолчал в ожидании и продолжил: ‒ Раз так, то расходимся.

Пока никто не ушел, Лана решила, что не лишним будет добавить еще немного информации об оружии, которая только сейчас всплыла в ее памяти.

‒ Есть еще кое-что, что вам нужно знать, ‒ Лана замялась, скручивая пальцы на руках, ‒ я думаю, что никому не стоит дотрагиваться до ламана.

После ее слов все в комнате повернулись в сторону стоящего в углу шеста и напряглись так, будто он сейчас подпрыгнет и начнет всех по голове бить.

‒ Они не очень любят, когда к ним прикасается кто-то помимо хозяина, и могут по-разному реагировать. Я как-то читала, что они способны самостоятельно выдавать такие разряды магии, что доходило до потери сознания и даже травм.

‒ Хорошо, мы тебя услышали, ‒ ответил за всех вожак.

‒ Я бы хотел попробовать, ‒ тут же сказал один из мужчин, сделав шаг к шесту.

Ламан стал светиться ярче, угрожающе завибрировав, и оборотень растерял свой пыл.

‒ Может не надо, ‒ просяще сказала Лана.

‒ Кхм, да, пожалуй, не стоит, ‒ попятился назад оборотень.

‒ Может Видар попробует? ‒ выдал идею Рас. ‒ Он же создатель.

Все перевели взгляд с шеста на Видара. Тот подумал немного и, пожав плечами, сказал:

‒ Давайте попробуем.

‒ Только аккуратно, пожалуйста, ‒ тихо прошептала Лана.

Оборотень, проходя мимо нее, тепло улыбнулся. Лана поняла, что беспокоится и переживает за него.

Видар аккуратно приближался к шесту, словно тот был ядовитой гадюкой. Узор чуть засветился, но вибрации не было. Видар медленно протянул руку вперед. Свечение возрастало. Оставшиеся считанные сантиметры он преодолел резким рывком и коснулся дерева. Все охнули и напряглись.

Узор стал мигать, словно не зная, что ему делать, ударить или успокоиться. Оборотень кончиками пальцев осторожно провел вниз по узору, и свечение стало угасать. Решившись, Видар осторожно взял шест и притянул к себе. Обхватил второй рукой, так же сначала аккуратно проведя пальцами. Узор чуть подсвечивался под ладонями так, как когда его держала Лана.

Все с облегчением выдохнули, радуясь, что не придется ловить отброшенного к стене оборотня.

‒ Интересные ощущения, ‒ пробормотал себе под нос Видар и посмотрел на Лану.

Зрачки занимали почти всю радужку и чуть пульсировали, то сужаясь, то расширяясь. Держа шест одной рукой, второй он почти невесомо погладил узор. Лана тихо вздохнула, почувствовав щекотку вдоль позвоночника. Видар ласково гладил шест, и по ее спине расходились волны тепла. Она опустила глаза в пол, чтобы не транслировать приятные эмоции и ощущения на всех оборотней в комнате. Было такое чувство, будто это сам Видар гладит ее по обнаженной спине, а все вокруг с интересом наблюдают за этим не моргая, боясь пропустить что-нибудь интересное. Лана облизнула губы, страшась поднять взгляд. Ей казалось, что оборотни в комнате по одним только красным щекам поймут все, что с ней сейчас творится.

‒ Я чувствую твою магию… ‒ шептал оборотень.

В одно мгновение она оказалось прижатой к стене и судорожно осмотрелась. В комнате никого не было.

‒ Все ушли, ‒ удивленно сказала Лана, не понимая, в какой момент они остались одни.

‒ И правильно сделали, ‒ сказал, нависая над ней, Видар, ‒ ты слишком сладко пахнешь яблоками, чтобы я оставался спокойным, зная, что они тоже это чувствуют.

‒ Яблоками? ‒ удивилась Лана.

‒ Да, ты пахнешь яблоками и луговыми цветами, ‒ он заправил ей локон за ухо. ‒ И когда возбуждаешься, запах становится сильнее и ярче.

У Ланы даже уши покраснели, но взгляда она не отвела.

‒ То есть все это почувствовали и вышли?

‒ Да. Тебе не стоит этого смущаться, ‒ и он самодовольно улыбнулся, показав кончики клыков. ‒ Ты же отвоевала меня на винганзе ‒ имеешь право.

Лана ударила его кулаком в грудь, и оборотень рассмеялся. Потом спрятал лицо у нее на шее и еле слышно пробормотал, прижимая еще крепче к себе и стене:

‒ Я так за тебя испугался…

Лана обняла его в ответ за талию, и какое-то время они просто стояли. Подняв голову, Видар смотрел ей в глаза, и она ждала, что сейчас он ее поцелует. И он поцеловал.

В лоб.

Она не сумела скрыть разочарованный выдох, и оборотень вымученно улыбнулся.

‒ Не сейчас и не здесь. Нам нужно идти, а я не смогу сдержаться.

Лана кивнула в ответ, поражаясь такой простоте. Для нее так открыто выражать свои чувства и желания было все еще непривычно. Но со стороны оборотня это подкупало.

Видар кивнул в сторону шеста, стоящего у стены, про который Лана уже благополучно забыла. Взяв ее за свободную руку, повел к выходу. Она уже была готова к большему, но сделать шаг первой вряд ли решится.

Пусть это будет на оборотне.

Который исчез на остаток дня появившись лишь к ужину. Накормив ее и проследив, что Лана не останется голодной, снова испарился, оставив ее наедине с чашкой остывшего чая и грустными мыслями.

Вот вроде бы и малодушное облегчение пришло, что не сегодня, и в тоже время затаенная обида, что снова не сегодня. Лана заглянула в чашку с холодным чаем и пробубнила:

– Все-таки больше обидно.

Чаинки на дне, качнувшись от легкого движения руки, укоризненно закивали на нерешительность одного конкретного оборотня. Ну хоть тут они ее поддержали.