Текст книги "Меж двух миров (СИ)"
Автор книги: Анна Швыркова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)
Глава 22
Великие боги, ну ничего себе.
Лане невольно вспомнилась старая травница с рынка в нижнем городе. Она одна из немногих, кто собирал и хранил все травы правильно, и единственная у кого их можно было бы купить за приемлемую цену. Поэтому за редкими травами, или когда не было времени собирать их самой Лана ходила к старой Берте. Чтобы не выделяться на бедном рынке она одалживала платья у служанок. Только Берта, едва бросив на нее один острый взгляд, сразу поинтересовалась, что это аристократке понадобилось в нижнем городе? Лана оправдываться не стала, только поинтересовалась, что ее выдало. Из-за смуглой кожи она, наоборот, больше вписывалась в общество трудяг, чем знати.
Стоя сейчас на продовольственном складе оборотней и глядя на такой исключительный образчик мужественности, Лана не могла не вспомнить ответ Берты: “Породу всегда видно”.
Да уж, Лана окинула мужчину взглядом с головы до ног, тут порода так порода. Мужчина был ростом почти с Расмуса, но не такой массивный. Хотя и его мышечная масса внушала уважение, просто была более рельефной. Идеальные пропорции тела, прямо как с картинки по анатомии, над которой вздыхала половина учениц. Черные волосы чуть ниже плеч были собраны лишь у висков и закреплены на затылке, открывая хищное, но прекрасное лицо с яркими зелеными глазами. Если бы самая красивая женщина в империи согрешила с темным богом, то именно такой результат у них бы и получился. Божественно красив.
Лана по достоинству оценила его, но страх перед ним портил все впечатление. Она готова восторгаться им, как и любым смертельно опасным хищником, но исключительно издалека, а не в такой непосредственной близости. Хорошо, что его не было на болоте, когда она попалась оборотням, тогда она бы ни за что не согласилась к ним идти. Да, она чувствовала себя некомфортно и напряженно, постоянно находясь среди недовольных взглядов на нее. Но страх она испытала только сейчас.
‒ Значит это из-за тебя столько разговоров в деревне, ‒ и вроде негромко сказал, но низкий с хрипотцой бас был такой силы, что отдавал вибрацией у нее в груди.
Лана тяжело сглотнула, надеясь, что голос уже вернулся и не опозорит ее хрипом. Только открыла рот, еще даже не зная, что скажет, как подавилась воздухом от прикосновения к спине.
‒ Ивар, ‒ прозвучало у нее над ухом.
От голоса Видара и осознания того, что она не одна стоит перед этим внебрачным сыном бога, Лана с облегчением выдохнула. Тело само предательски шагнуло назад, желая оказаться как можно дальше от опасности. Только ведь вспоминала наставника и его урок, но перед этим оборотнем все вылетело, словно и не было. Она прижалась спиной к Видару и тот вплотную обошел ее, закрывая своим плечом.
Лана испытала такой прилив благодарности к нему, что пообещала больше не ворчать на него за угрюмость и недовольство. Да по сравнению с этим Иваром он просто душка и лапушка. Не ценила она его, не ценила, а похоже стоило. Назначили бы за ней приглядывать вот этого, и ее бы никакие успокоительные отвары не спасли от постоянного стресса и трясущихся рук.
‒ Видар, ‒ пробасил ему в ответ Ивар, наконец переводя препарирующий взгляд от нее.
Оборотень обошел и, и Лана только сейчас заметила, что в каждой руке он держал за край пустые коробки. Поставив их на стеллажи, он отряхнул руки и повернулся снова к ним. Видар все это время стратегически, бочком-бочком, как краб, загораживал ее собой, за что она заранее простила ему все будущие грехи.
Лана только сейчас обратила внимание на искусную вышивку у Ивара вокруг ворота. Когда на тебя смотрит пантера и спрашивает, не ты ли тот самый нарушитель спокойствия в его размеренном мирке, то как-то не до рассматривания того, что есть за пределами хищного взгляда. Угловатый геометрический рисунок зеленого цвета очень красиво смотрелся на светлой льняной рубашке, которая похоже должна быть обязательно у любого уважающего себя оборотня.
‒ Нравится? ‒ с ухмылкой спросил Ивар. ‒ Сам вышивал.
Удержать предательские брови на месте Лана не сумела, и те довольно резво поползли вверх. И ведь судя по ухмылке не скажешь, издевается или действительно сам сделал. Она уже ничему не удивится.
‒ У тебя яблоки есть?
Вопрос Видар задал, полностью игнорируя фразу оборотня, даже не учитывая, что она не ему предназначалась. Вот в данный момент беспардонность оборотней ей очень и очень нравилась. Хорошо, что хоть кто-то из них двоих помнит, зачем они сюда пришли. Лично Лана уже готова не то что без яблок остаться, но даже еще и пару ценных артефактов отдать, лишь бы убраться отсюда.
Ивар медленно и глубоко сделал вдох через расширенные ноздри, явно напоказ, и улыбнулся настолько хищно, что Лане поплохело. Смотря на Видара, он приподнял одну бровь и издевательски сказал:
‒ Яблочек захотелось, значит.
Она почти прижималась к спине Видара и четко ощущала, что с каждой секундой он становится все напряженнее, хотя куда уж больше. Вот только драки тут еще не хватало. Если бы Лана знала, что яблоки тут такой ценный фрукт, из-за которого даже конфликты на пустом месте вырастают, то держала бы язык за зубами. И ведь не влезешь сейчас с фразой, что это она яблок захотела и из-за нее вся суматоха, вдруг хуже сделает.
‒ Осталась пара ящиков с осени, ‒ весьма мирно сказал Ивар, и все напряжение вокруг них как-то разом сдулось, будто и не было.
Ехидная улыбка и издевательский взгляд, направленный на Видара, никуда не делись, но хоть клыки спрятал и за это спасибо. Ивар ушел в крайний левый ряд, а они с Видаром стояли как памятники самим себе, боясь пошевелиться. Ну она так точно.
Ивар вышел с большим таким ящиком, в одной руке точно не удержишь, полным крупных яблок. Обычно у Ланы от такого зрелища заранее начинается обильное слюноотделение, но сейчас во рту было сухо как в пустыне. Убраться отсюда хотелось больше, чем вожделенный фрукт.
Ящик был торжественно отгружен на крепкий квадратный стол возле двери. Видар достал небольшой мешочек и высыпав содержимое на ладонь, начал перебирать его пальцами. Лане стало интересно и, тихонько выглянув из-за его плеча, она мысленно присвистнула. Выбрав один из изумрудов среди кучки прочих небольших разномастных камней, протянул его Ивару. Тот лишь мельком глянув на камень, бросил его… В банку.
Лана прикрыла глаза на пару секунд и снова открыла, надеясь развидеть все, что сейчас произошло. Среди прочих мелочей, валяющихся на любом столе, заметить ничем не примечательную глиняную банку литра на полтора, можно только если специально приглядываться. А в нее только что закинули неплохой такой изумруд. Не среднего качества, конечно, но хороший, на три золотых потянет, а после огранки и на все пять-шесть. И это с тем учетом, что ящик яблок стоит четыре, ну от силы пять серебряных.
Изумруд за яблоки.
В банку.
Еще раз прикрыв глаза, Лана пообещала себе не удивляться местному ценообразованию. Может у них здесь такая напряженка с продуктами, горы все-таки, что они действительно оценивают такую банальность в один изумруд.
Видар подхватил самый дорогой ящик с яблоками за всю ее жизнь, прошедшую и грядущую, и уже разворачиваясь к двери, буркнул:
‒ Спасибо.
Ивар снова растянул оскал на своем идеальном лице и с шутливым полупоклоном произнес:
‒ Приятного аппетита.
Видар на это скривился, словно у него под носом ведро навоза, а не фруктов. Правила приличия никто не отменял, и Лана тихо поблагодарила, хотя ее “спасибо” было не громче выдоха. Да и последнее пожелание предназначалось не ей, а Видару, что странно. Они тут все явно издеваются над ним, что Алвис, что этот Ивар, и похоже из-за того, что его в няньки навязали потенциально опасному магу. Что странно, Видар от нападок не отбивается, а только как-то вздыхает безнадежно и грустно. Понять бы еще суть этих шуток.
Стараясь не бежать к двери галопом, а идти спокойно, Лана пошла на выход, радуясь, что за ней преградой стоит Видар. Чем больше они удалялись от склада, тем свободнее ей дышалось и нервы постепенно успокаивались. Она не могла объяснить такую яркую реакцию на Ивара, но порадовалась, что не все оборотни такие как он. А вот кое-что другое из произошедшего могла уточнить, заодно и отвлечься.
‒ Видар, почему ты за яблоки отдал изумруд? Это неоправданно дорого, даже не разумно. Почему Ивар установил такую высокую оплату?
‒ Это не Ивар установил цену. Он только контролирует процесс.
Ответ озадачил еще больше. Тогда кому может быть выгодно назначать такие цены?
Видар, словно подслушал, ответил на ее мысленный вопрос:
‒ Цену устанавливают адаманты.
Лана споткнулась и чуть не пропахала носом землю, но успела устоять. Видар на ее реакцию усмехнулся и продолжил.
‒ Алвис же тебе рассказал, что мы с ними торгуем. И в курсе, что они завышают цены.
‒ Ну не на столько же?! ‒ не удержала возгласа Лана.
Видар посерьезнел и без каких-либо эмоцией произнес:
‒ Выбора у нас все равно нет. Или так, или жить на одной дичи и рыбе.
Она замолчала, не найдя ответа. Адамантская империя, конечно, нашла нехилый такой клад в лице оборотней, но наглеть до такой степени? С другой стороны и оборотней понять можно. Если у них этих драгоценностей навалом, все-таки Сафрийские горы считаются самыми богатыми во всем мире, то смысл над ними трястись? Алмазы и сапфиры с голоду грызть не очень вкусно и питательно. А с другой стороны ‒ изумруд за яблоки!
Кстати о них. Лана скосила взгляд на ящик и сцапала одно из яблок, еще с самого склада соблазняющее ее своим румяным боком. Очистив его магией, со стоном вгрызлась в яблоко. Сочное и сладкое, все как она любит. Видар на ее действия как-то особенно трагично вдохнул и перекосился весь.
‒ Ну и почему ты так лицо скривил? ‒ спросила Лана, похрустывая. ‒ Не любишь яблоки?
‒ Теперь люблю, ‒ сказал так тихо, что она едва разобрала, и сразу же добавил: ‒ Давай пройдемся по периметру деревни, покажу тебе все.
Яблоки примирили ее с действительностью, а если Видар собирается еще и ящик с собой все время таскать, то такая экскурсия ей определенно нравится.
После того как они полдня ходили из одной стороны в другую, Лана могла уверенно заключить, что деревня устроена крайне разумно. Склады были максимально близко расположены к деревне, чтобы не идти далеко за продуктами. А вот к мастерским пришлось идти, строили их специально подальше, чтобы не шуметь возле домов. Река проходила за огородными террасами. Когда нужно было полить поля, к ней подводили желоба, по которым вода доходила до системы, а после сквозь небольшие отверстия снизу имитирующие дождь. И тропинки! Везде были проложены каменные тропинки. После такого даже в мыслях не возникает называть оборотней дикарями.
Потратили они на экскурсию почти весь день. Можно было бы быстрее, но Видар оказался хорошим экскурсоводом и интересно рассказывал обо всем вокруг, даже вспоминая смешные случаи на том или ином месте. Ящик он так и таскал с собой даже ни разу не пожаловавшись на неудобство. Лана предложила дойти до его дома и оставить ящик, но он на это только махнул рукой. К тому же она весьма успешно временами облегчала его ношу.
Оборотни, попадавшиеся у них на пути или работающие в мастерских, провожали их взглядами, но долго не рассматривали. Видимо новость о том, что в деревне маг, уже обошла всех и как на диковинку на Лану не пялились. Ну разве что чуть-чуть.
Они подошли к дому, когда сумерки уже опустились, и Видар, просто толкнув дверь плечом, вошел внутрь.
‒ Ты что дверь не закрываешь?
‒ Нет.
‒ А если кто-то проберется в дом? И украдет что-нибудь?
Видар обернулся к Лане и укоризненно на нее посмотрел.
‒ Не забывай, что ты не у себя дома. Мы не воруем друг у друга, поэтому и дверь закрывать нам ни к чему. Если кому-то что-то нужно, мы предоставляем ему это просто так или обмениваемся тем, что изготавливаем сами.
‒ И чем же занимаешься ты?
‒ Я изготавливаю мебель.
Он скрылся с ящиком в кладовке, а она так и стояла, замерев возле входа.
Лана представила его в той светлой рубашке с завернутыми рукавами, стоящего за рабочим столом и вытачивающего станком какую-нибудь ножку стула. Как мышцы перекатываются на его руках и плечах от каждого движения. Пара коричневых локонов, из зачесанных назад волос, падает ему на лоб. Пахнет свежей древесиной и дубовой корой с орехами. В окна льется солнечный свет, освещая лучами мелкие пылинки в воздухе и капли пота на лице мужчины. Они, переливаясь, стекают с висков, ниже к шее…
Лана встряхнула головой, отбрасывая наваждение. Глупо хлопая глазами, она пыталась понять, что это сейчас такое было.
Видар вышел из кладовки, отряхивая руки, и ее взгляд сам приклеился к ним. В голове снова возникла картинка его работы и голых рук. Лана покраснела и отвела взгляд.
‒ Уже поздно. Сейчас быстро поедим и спать.
Будучи день в отключке и проснувшись сегодня утром в постели, она не задавалась вопросом, где все это время спал Видар. Вторая спальня в доме не появилась, и как они будут решать это сегодня, она не представляла. Почувствовав, как дыхание перехватывает, хрипло сказала:
‒ И как же мы будем спать?
Глава 23
‒ Ты будешь спать в спальне, ‒ сказал Видар, доставая из холодильного ящика остатки куриной лапши.
‒ А где будешь спать ты? ‒ предприняла еще одну попытку Лана.
Видар поставил кастрюлю на плиту, следом набрал чайник и пристроил рядом. Дальше пошла методичная нарезка овощей и хлеба, которая как будто испытывала ее терпение. Когда чайник вскипел, суп начал разливаться по тарелкам, а она решила, что ответа уже не дождется, Видар, не поворачиваясь к ней, сказал:
‒ За меня не беспокойся.
И вот вроде ответил, а ситуация не прояснилась.
Ели молча. После того, как она доела, Видар забрал у нее тарелку, наотрез отказавшись от помощи. Снова повернувшись к ней спиной, намывая посуду, лишь кивнул в сторону спальни:
‒ Иди ложись.
Решив не стоять над душой, Лана захватила рюкзак и, прикрыв дверь спальни, обнаружила, что замок на ней за день не вырос. Видар все еще мыл посуду, поэтому она быстро достала свою самую закрытую пижаму, состоящую из штанов и рубашки с коротким рукавом. Быстро переодевшись в синий хлопок с мелким белым цветочком, она залезла на кровать, скрестив ноги, и уставилась на дверь.
Вскоре вода на кухне выключилась, что-то за стеной поскрипело, зашуршало и стихло. Лана напряглась в ожидании, когда откроется дверь. Вот только секунды шли, складываясь в минуты, а заходить к ней никто не спешил. Устав ждать, она на цыпочках подошла к двери и, приложив к дереву ухо, прислушалась. Тихо как в склепе. Входную дверь она точно не слышала, значит Видар где-то за стенкой.
Рука сама потянулась к дверной ручке и замерла, почти коснувшись ее. Она смотрела на свои пальцы, зависшие в миллиметре от касания, а в голове крутился вопрос: зачем оно ей? Если Видар уступил ей свою спальню, то это его осознанное решение. Если бы не хотел, то нашел бы кучу вариантов куда ее сплавить, начиная с матраса на полу в углу кухни и заканчивая каморкой в зале собраний. Лана отодвинула от ручки ладонь и сжала ее в кулак. Где и как будет спать Видар, ее не должно волновать.
Напоследок, раз уж все равно встала, Лана натянула между косяком и дверью сигнальную нить. Накладывать полноценную защиту, чтобы дверь нельзя было открыть, долго и затратно, а в сон и так уже клонит. К тому же сигналка призвана не защищать, а скорее предупредить о вторжении и визжит такой дурниной, что даже глухие могут от страха заиками остаться. Тут главное привыкнуть и помнить, что это сигналка, а не трепетная барышня, впервые увидевшая мышь и решившая своим визгом устроить несчастному животному разрыв сердца. Лана специально оставила такой душераздирающий крик, хотя его можно заменить чем угодно. Просто мягкий перезвон колокольчиков или соловьиное пение как-то не очень способствует экстренному подъему.
После установки сигналки Лана быстро успокоилась, что незаметно к ней не подобраться, и уснула почти мгновенно, даром что до этого больше суток проспала. И судя по тому, что она не подскакивала от визга сигналки, ночью к ней никто не пытался пробраться.
С утра Видар как раз начал сооружать завтрак, когда она вышла. Хорошо, что хоть кто-то из них умеет готовить, иначе умерли бы с голоду. Ее потолок в кулинарии – вымытое яблоко и бутерброд. Никто не станет учить аристократку у плиты стоять, вот и ее не учили. Только сейчас Лане придется справляться самой и личного повара она с собой не прихватила, а умение готовить – жизненно необходимый навык.
Поэтому она ненавязчиво прилипла к занятому Видару и исподтишка подглядывала, как он разбивает яйца на омлет. Оборотень поручил ей нарезать овощи и зелень, не подавая вида, что замечает ее изучающий взгляд. Наоборот, стал делать все еще более медленно и размеренно, но так что это не походило на явную демонстрацию готовки, а скорее на ленное настроение.
После завтрака пришел Ларс, под предлогом поболтать со скуки, но по факту попросту следить за ней, а Видар ушел по делам. Лана решила заняться пластиной, и под постоянными вопросами Ларса дело шло весело. А когда она стала по проекции слепка кости прямо там в воздухе гнуть пластину под нужную форму, тот и вовсе ахал и охал как деревенский мальчишка, впервые увидевший имперский цирк. Лана хоть и усмехалась на это, но ей было приятно, все-таки подобная установка ей тоже не даром обошлась. Стоила она, конечно, не как медицинская сфера, но и не копейки.
Обедом их покормил Видар, пахнущий древесными опилками, и снова ушел. К ужину вернулся, с трудом выгнав Ларса, который задавал порой почти детские вопросы и, казалось, хотел знать все на свете. После еды Лана попробовала снова заняться пластиной, вот только с Видаром такой легкости в общении как с Ларсом у нее не вышло. И работа шла медленнее. Трудно сконцентрироваться, когда на тебя не отрываясь смотрят два грозовых облака.
Спать она решила лечь пораньше, ну или точнее спрятаться за дверью спальни от изучающего взгляда. Уточнений сегодня не было, а значит данная комната на оставшиеся дни считается ее территорией. Снова навесив сигналку и переодевшись в любимую пижаму, Лана устроилась на кровати и, так и не дождавшись вторжения, уснула.
Дальше дни потекли своим чередом. Иногда дневную смену охраны, то ли ее, то ли от нее, она так и не поняла, нес Расмус или Видар. Иногда снова приходил Ларс и заваливал ее вопросами, как и Рас. Один Видар предпочитал молча ее разглядывать, изредка задавая вопросы по делу и, как по ней, слишком трепетно относясь к ее питанию. В готовке, кстати, она уже выросла с нарезки овощей до мариновки мяса, а дня два назад Видар доверил ей яичницу пожарить на завтрак. Лана последний раз так нервничала на втором курсе на экзамене по травологии. Нет, предмет интересный и необходимый, но профессором был самодур, влегкую заваливающий из-за неправильного ударения в произношении какого-нибудь далекого от медицины экзотического фикуса. А если уж ты при описании растения вместо весенне-зеленого оттенка написал светло-нефритовый… у-у-у.
Но с яичницей она справилась, на практике все оказалось не так уж страшно. Примерно, как зелья варить. Правильное соблюдение нужных пропорций компонентов в сочетании с необходимой температурой и временем жарки.
В один из дней закончился нагревающий кристалл, а это была как раз смена Видара. Когда он предложил Лане составить ему компанию на прогулке, она радостно согласилась. Ну да, ну да, и кристалл зарядить надо, и ее одну без присмотра не оставишь, но ей и самой хотелось посмотреть, как оборотни решают эту проблему, поэтому она сделала вид, что так и надо. Они вышли за пределы деревни и направились к одному из неприметных сарайчиков среди прочих мастерских.
С одной стороны примерно чего-то такого Лана и ожидала, а с другой увидеть здесь аппарат Бланха, пусть и трехсотлетней давности, занявший в длину всю заднюю стенку, все равно неожиданно. Ну серьезно, она как будто посетила музей старинных артефактов и изобретений. Вот емкость для сырого энерго-кристалла, рычаг, регулирующий включение и степень мощности, сам преобразователь, направляющий вал под стеклянной оболочкой, стабилизатор энергетического выхода и, наконец, небольшая закрытая емкость для бытового кристалла. Аппарат уже давно доработали и усовершенствовали, так как эта модель имела потери при работе до сорока процентов.
Лана не особо интересовалась кристаллической промышленностью, и процесс представляла лишь теоретически. Она знала в общих чертах о фермах, перерабатывающих цехах и то, что эти кристаллы в природе аккумулируют свободную энергию. И похоже сейчас у нее будет возможность увидеть весь процесс вживую.
Видар, видно, что не в первый раз проделывающий подобное, уверенно закрепил бытовой кристалл и закрыл емкость. Подошел к одному из ящиков и, открыв крышку, стал перекладывать содержимое с характерным стеклянно-хрустальным звоном. Лана вспомнила потрепанный сундук с драгоценными самоцветами и, пообещав себе не удивляться, шагнула поближе. Угу, сваленные в кучу призматические прозрачные кристаллы, по форме напоминающие толстые карандаши, которые Видар отодвигал рукой то в одну, то в другую сторону, словно это ненужные бутылки. И пусть она знала, что разбить подобный кристалл очень сложно, но хрустальный перезвон натягивал нервы в ожидании, что вот-вот и парочка расколется.
Пока Видар искал нужный ему по размеру кристалл, Лана решила поднапрячь память. Энерго-кристаллы росли только в определенных месторождениях, и за их нахождение положена финансовая благодарность, хотя в нынешнее время найти незарегистрированную ферму невозможно. Все они уже давно найдены и стоят под строжайшим учетом. Большую часть времени, пока растут кристаллы, ферму не трогают и просто охраняют примерно так же, как и сокровищницу. Даже если случайно найти утерянные небольшие кристаллы, их придется сдать в специальный перерабатывающий цех. Толку от них для большинства все равно никакого, только маги высшей категории способны вытягивать из кристаллов сырую энергию и преобразовывать самостоятельно без помощи аппарата.
На заре открытия залежи вычищали до дна и тогда ферма погибала. Подсадка кристаллов в другое место или даже на старое очищенное месторождение результатов не давала. Причины этого до сих пор не ясны, но живые месторождения после этого стали охранять и не разрабатывать полностью. Когда кристаллы вырастают достаточной длины, их собирают, обязательно оставляя при этом часть основания друзы для роста следующих кристаллов. При переработке в цехах энергию вытягивают из кристалла, направляя в специальные объемные емкости, которые после продают в мастерские для зарядки бытовых кристаллов или прочих нужд. Сам кристалл при этом разрушается до состояния пыли, которую аккуратно рассыпают над фермой для “удобрения” и ускорения роста.
Видар нашел достаточно крупный кристалл и положил его в удлиненную емкость, плотно закрыв крышку. Долго не думая, потянул за рычаг. Преобразователь тут же низко загудел, а вал под стеклом раскалился добела, пропуская через себя чистую энергию. Лана почувствовала, как воздух в комнате потяжелел, по коже будто пробегали мелкие разряды молний, даря двойственные ощущения. Хотелось одновременно и потереть кожу, чтобы убрать это чувство, и в то же время впитывать его, боясь пошевелиться, чтоб не спугнуть.
Она посмотрела на Видара и прыснула со смеху. Волосы у него ежиком торчали во все стороны. И судя по тому, как он улыбается, глядя на нее, на ее голове та же картина.
‒ Это всегда так? ‒ спросила Лана, проведя рукой над своими волосами.
‒ Угу, ‒ Видар продолжал с улыбкой смотреть на нее, ‒ правда последние года эффект стал сильнее. Аппарат старый и потери уже равны, если не превышают переработанную энергию.
Лана тоже об этом подумала, удивительно как это старье в принципе не развалилось и способно хотя бы половину от кристалла переработать. Но ощущения потрясающие, как будто стоишь посреди грозы и в тебя вот-вот молния ударит.
Гул стал затихать вместе со светом от раскаленного вала. Когда повисла тишина, Видар вернул рычаг в обратное положение, достал бытовой кристалл и вытряхнул пыль в стоящий тут же бак. Пока он убирал за собой, Лана еще чуть приблизилась к ящику с энерго-кристаллами и чуть нахмурилась. Какая-то мысль вертелась на краю сознания, постоянно ускользая, и она никак не могла поймать ее за хвост. Что ж, теперь она знает, как оборотни решают вопрос с зарядкой бытовых кристаллов. Но вместо удовлетворения от полученного ответа, у нее наоборот было ощущение, что появился еще один пазлик из общей картины, которую она пока не видит.
‒ Милана, ‒ позвал ее Видар и хорошо, что он стоял к ней полубоком и не видел, как она скривилась, ‒ мы иногда гостим друг у друга в деревнях, и сегодня вернулась одна… прости, но магом ее назвать у меня язык не поворачивается. В общем эта ведьма снова вернулась к нам, и не хочешь ли ты с ней познакомиться? Мне вечером нужно будет отойти, а с ней я тебя могу оставить абсолютно спокойно.
Лана не знала, какой вопрос озвучивать первым и выпалила все разом:
‒ В смысле гостите друг у друга? Эта деревня не единственная? И какая еще ведьма? У вас тут живет маг? Женщина?
И не дожидаясь ответов на вопросы, тут же воскликнула:
‒ Конечно я хочу с ней познакомиться! ‒ и задала действительно важный вопрос: ‒ Почему ты мне сразу не сказал?
‒ Смысл говорить, если ее здесь не было, ‒ невозмутимо привел железный аргумент Видар и решил ответить на другие вопросы: ‒ Всего здесь три деревни. А по поводу ведьмы, ну-у, она не то, чтобы маг… да и не ведьма, это просто многие ее так называют, ‒ Видар нахмурил брови. ‒ Если честно, я вообще не представляю, кто она. Живет с нами, сколько себя помню.
Оборотень взял Лану за руку и повел в сторону деревни, а она шла, не сопротивляясь, оглушенная такими новостями. Даже ее ладонь в горячей руке оборотня не смущала. Тут живет еще один маг, к тому же женщина, и Лана с радостью познакомится с ней и послушает ее историю. Они подошли к деревянному дому, стоящему на отшибе деревни. Видар постучал в дверь и тут же, не дожидаясь ответа, распахнул ее и вошел внутрь. Лана одернула его:
‒ Ты в курсе, что невежливо так вваливаться в чужой дом, когда тебя не пригласили, даже если ты постучал?
Вместо ответа Видара прозвучал мягкий женский голос из комнаты:
‒ У оборотней свои представления о частной собственности и личном пространстве.
Вскоре вышла и сама обладательница голоса. Мелания тряхнула головой, но женщина никуда не исчезла и черты лица не изменились. Лана внимательно осмотрела ее с ног до головы, и еще раз, но видение не хотело рассеиваться, и она в шоке воскликнула:
‒ Тетушка Мари!?
