Текст книги "Меж двух миров (СИ)"

Автор книги: Анна Швыркова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Глава 24

Лана почти физически ощущала, как от натуги скрипят шестеренки в мозгу. Тот же рост, те же пшеничные волосы, правда собранные в простую косу, а не прическу, те же голубые глаза. Та же длинная шея и царственная осанка, спрятанная под простым серым платьем, украшенным лишь синим вьющимся узором по низу треугольного выреза.

‒ Рада наконец познакомиться с тобой, ‒ ласково улыбнулась женщина.

И-и-и… на этом ее шестеренки окончательно заржавели и встали намертво. Одна единственная, которая еще слабо поскрипывала в попытке сдвинуть все остальные, помогла Лане выдать одну фразу:

‒ Кто вы?

‒ Меня зовут Марианна. С моей сестрой Мариеттой ты уже знакома, ‒ в голубых глазах появились смешинки, ‒ если хочешь, можешь тоже звать меня просто Мари. Только без тетушки, пожалуйста.

‒ Сестрой… ‒ последняя живая шестеренка с громким стуком ударила по остальным и механизм опять закрутился. ‒ Сестрой! Так вы дуалы! ‒ Лана широко раскрыла в удивлении глаза и рот.

Мари лишь улыбнулась на это, ничего не ответив.

‒ Кхм… ‒ раздалось за спиной, ‒ думаю, вам есть о чем поболтать. Мне нужно отойти по делам, к вечеру вернусь. Не выходи из дома одна, дождись меня, хорошо?

Она рассеянно кивнула и где-то на самой границе восприятия услышала, как за Видаром закрылась дверь. Ну надо же ‒ дуалы! Это же такая редкость, они рождаются раз в сто лет, если не больше. И в противоречие всем законам природы и магии их сила не делится пополам на каждого, а наоборот, удваивается. В итоге рождаются два мага, и сила каждого вдвое больше, чем если бы родился один ребенок. А если судить по внешности и поведению, то сестры родились явно в высших сословиях, им и так бы выпала неслабая доля магии. Но теперь хотя бы понятно, как Мари смогла создать копию Ланы перед побегом и почему ее магия так сильно отличалась от обычной. Просто она дуал… они…

‒ Может быть хочешь чаю?

Лана собиралась ответить, но поняла, что все это время так и стояла с открытым ртом. Она резко захлопнула его, щелкнув зубами, и просто кивнула головой, промычав в знак согласия. Чай ей не помешает, поможет собрать мысли в кучу и возможно даже вести нормальный диалог, а не стоять с открытым ртом и блеять как овца. Боги, стыдно-то как. Нужно собраться и просто мило поболтать, как если бы это была обычная женщина, а не загадка, которую большинство ученых до сих пор пытаются разгадать, и все они за возможность изучения дуалов глотки друг другу перегрызут.

Пройдя на кухню, Лана уселась за стол, по привычке держа спину прямо. Хоть это была и не та Мари, но рефлекс держаться так, словно ты на приеме, плотно засел в ней при виде женщины. Мари поставила перед ней чай в огромной кривоватой кружке из обожженной глины, перед собой поставила такую же кривоватую кружку, но другой формы, и развалилась перед ней на стуле.

Лана чуть расслабила спину, поняв, что с этой Мари можно пить чай без блюдца.

‒ Я так рада, что мы можем поболтать, ‒ Мари совсем уж по-простому поставила локоть на стол и подперла подбородок рукой. ‒ Мариетта мне столько о тебе рассказывала.

‒ Рассказывала? Так вы общаетесь?

‒ У нас есть свои методы, ‒ небрежно взмахнула рукой Мари. ‒ Прости, но не могу рассказать.

‒ Ничего, ‒ Лана хмыкнула, ‒ я не в обиде. Учитывая, что я почти год общалась с тетушкой Мари, но только сейчас узнала, что ее на самом деле зовут Мариетта, и к тому же вы дуалы. На фоне этого секрет способа вашего общения с сестрой меркнет.

‒ Ох, она всегда была очень скрытной, не бери на свой счет. И на самом деле мы не дуалы… мы триалы.

У Мелании чай пошел носом. Подавившись, она, пытаясь поставить кружку на стол, опрокинула ее, и чай начал со стола заливать ей юбку. Прикрыв рот одной рукой, она пыталась откашляться. Марианна с милой улыбкой словно ничего не происходит, протянула ей белоснежный платок. Схватив его, Лана стала кашлять уже в него и пытаться незаметно стереть чай, вытекающий из носа. Мари, все так же безмятежно улыбаясь, взяла ее опрокинутую кружку, взмахом руки очистила и стол, и юбку и принялась снова разливать чай. Хотя для нее действительно все было как обычно, это для Ланы сейчас рушатся основы мироздания.

‒ Это невозможно, ‒ просипела Лана и еще раз откашлялась. ‒ Такого слова и понятия не существует.

‒ До нас может и не существовало, ‒ пожала плечами Мари, ‒ но, родившись, мы с сестрами его создали.

‒ Сестрами? Так вас ‒ трое?

‒ Да, средняя Марисса не сидит на одном месте. Может когда-нибудь ты с ней встретишься, но вряд ли. Она неуловима как ветер. Я, кстати, младшая, если тебе интересно, ‒ стрельнула глазками в нее Мари.

‒ Даже если я с ней встречусь, то вряд ли смогу отличить и подумаю на одну из вас.

Лана старалась поддерживать диалог так, будто ничего не случилось, задавливая мысль о невозможном подальше. Она обдумает это после, иначе рискует поставить себя совсем уж в неловкое положение.

‒ О-о-о, поверь мне! Ее ты ни с кем не перепутаешь, если увидишь, ‒ Мари многозначительно подняла брови.

Перед ней снова оказалась кружка с чаем, но Лана не спешила брать ее в руки, хотя промочить горло хотелось. Неизвестно какие еще секреты сегодня ей откроются, поэтому нужно подгадывать и пить чай, когда Мари молчит.

‒ Могу я, ‒ Лана откашлялась, ‒ задать вопрос?

‒ Конечно! Спрашивай. Я с радостью отвечу, ‒ Мари замялась, ‒ но пойми меня правильно, есть вопросы, на которые я не смогу дать ответ.

Она замолчала в ожидании, и Лана отхлебнула чай, пока была возможность.

‒ Как вы оказались здесь? И почему живете с сестрами раздельно?

Улыбка Марианны погасла, лицо сделалось строгим и серьезным.

‒ Это один из тех вопросов, на которые я могу ответить лишь частично. Дело в том, что наши судьбы неразрывно связаны с судьбой всех оборотней. Ты наверняка в курсе, как к ним относятся в империи. ‒ Лана кивнула. ‒ И, думаю, согласишься с тем, что подобное отношение к ним предвзято, особенно увидев их уклад жизни и познакомившись с ними поближе. Мы с сестрами решили посвятить жизнь тому, чтобы примирить враждующие стороны. Поэтому я живу здесь с ними. Мариетта живет среди магов, отслеживает настроение среди них. А Марисса мотается по всему миру в поисках решений и союзников. Оборотни ничем не хуже нас, думаю ты согласишься, что в чем-то даже превосходят. Просто они другие и из-за этого их боятся, ненавидят и не понимают. Мы многое можем друг другу дать, жаль, что император этого не понимает. Как было бы прекрасно, если бы оборотни и маги вместе жили, строили города, учились в академиях и влюблялись…

Мари мечтательно смотрела на потолок, обняв кружку, а Лана поняла, что не пить чай, пока говорит Мари, было очень разумным решением.

‒ Учились в академиях? Зачем им учиться в академиях? ‒ она задала эти вопросы Мари, хотя уже и сама поняла ответ, только сейчас сложив хотя бы часть пазлов из той коробки, что у нее накопилась за это время.

Марианна перевела лукавый взгляд на нее, и мечтательная улыбка стала шире:

‒ Не обратила внимания, да? Ничего страшного, ты маг и привыкла к подобному. Но если вспомнить самые основы, то будут ли работать, скажем, маг-светильники у человека, не обладающего магией? Или отопительные кристаллы?

‒ Или очищающий кристалл в туалете… ‒ пробормотала Лана.

‒ Да, или он. Все оборотни обладают магией. В большей или меньшей степени, но все. Правда только в человеческом обличии. Уровень у них, конечно, не высокий, максимум третий, но чаще второй. Там и знания больше интуитивные, а уровень развития, как у ваших магов подростков, но все же он есть. Я смогла создать многие кристаллы и научила их ими пользоваться, но, к сожалению, не могу обучить большему, моя магия слишком отличается от стандартной. Может у тебя возникнет желание их научить? Хотя бы основам. У них небольшой резерв магии.

Лана прокашлялась и быстро отпила немного чая. Она поняла, что эта Мари, как и ее сестра из Бросвена, умело и тонко увела ее от вопроса их раздельного проживания и причин, по которым они на это пошли. Вроде бы ответила, а вроде бы и нет. Но у Ланы возникла еще одна мысль, которая неприятным молоточком билась в голове и просила подтверждения.

‒ Вы сказали, что у вас есть способ общаться с Мариеттой. ‒ Женщина кивнула. ‒ Я хочу знать, сообщала ли она вам о моем побеге? И случайно не с вашей ли подачи оборотни встретили меня у болота?

Ответа сразу не последовало, и Мари просто сидела и смотрела на нее, раздумывая, стоит ли отвечать. Хотя такая реакция уже была ответом на ее вопрос.

‒ Да, все так, ‒ наконец ответила женщина.

‒ А мой отец? Его смерть тоже была частью вашего грандиозного плана?

‒ Нет. ‒ В этот раз ответ последовал незамедлительно. ‒ К этому печальному событию мы не имеем отношения. Просто все сложилось подобным образом, и мы этим воспользовались. К тому же твоя помощь действительно была нужна здесь.

‒ Хотите сказать, что имея такую силу, не двойную даже ‒ тройную, вы не могли залечить ногу несчастного парня?

‒ Нет, не могла. Моя сила имеет определенную специфику, и скорее всего я бы только осложнила ситуацию. Здесь была нужна помощь мага, имеющего определенные знания. И я не стану скрывать свою радость, что именно ты оказалась здесь и сумела помочь.

‒ Почему?

‒ Потому что не только маги предвзяты к оборотням. Ко мне все привыкли и давно считают своей. Оборотням тоже не помешает увидеть, что не все маги одинаковы и ненавидят их.

Они смотрели друг на друга в повисшей тишине. Неприятно чувствовать себя пешкой в чужой игре.

‒ Спасибо за чай. И за ответы. Но я, пожалуй, пойду.

Лана резко поставила чай на стол и встала, громко скрипнув стулом по полу. Она направилась к выходу и резкими рваными движениями попыталась надеть куртку, не попадая в рукава, от чего злилась еще сильнее.

‒ Мне очень жаль, что твоего отца не стало, но пожалуйста, Мелания, не руби с горяча…

‒ Стоп! ‒ Лана замерла, выставив вперед руку. ‒ Я очень прошу вас не называть меня полным именем. Для всех здесь я ‒ Милана Блекхорт. Вряд ли оборотни обрадуются тому, что у них гостит дочь мага, с которым были постоянные стычки и от чьих команд гибли их соплеменники.

Да где же этот проклятый второй рукав?

‒ Твой отец не был врагом оборотней.

‒ Ага, конечно, они встречались на границе и играли в карты, рассказывая друг другу байки…

‒ Тревис был нашим союзником, и благодаря ему удалось избежать кровопролития. Именно благодаря ему между магами и оборотнями не развязалась настоящая война.

Лана замерла на секунду. Эта информация ее ненадолго оглушила. Ее отец был военным, и она понимала, что у него есть тайны, в которые ей не стоит лезть. Но эта тайна оказалась уж слишком неожиданной. Тревис Хеллворт, генерал-полковник имперской армии, отправленный в отдаленное поселение Бросвен для защиты границ от оборотней, оказался двойным агентом. Выйдя из ступора, Лана плюнула на потерянный рукав и стала обуваться.

‒ А сами оборотни в курсе, что он не был им врагом?

Молчание стало ей ответом.

‒ В таком случае я все же попрошу вас обращаться ко мне либо Лана, либо Милана. Иначе, боюсь, все ваши великолепные планы так и не смогут осуществиться, после того как меня раздерут на сувениры.

Она схватила рюкзак и направилась к двери. Уже на пороге Мари ее окликнула:

‒ Лана, останься пожалуйста и подожди Видара. Тебе и правда пока не стоит ходить одной.

‒ Я могу за себя постоять, ‒ сквозь зубы сказала Лана и про себя добавила: “Благодаря отцу”.

Слетев со ступенек, она пошла в сторону деревни. Найдя наконец второй рукав, просунула руку, но куртку застегивать не стала. Она шла мимо домов и чувствовала, как ее провожают взглядами. По большей части любопытными, но были и негативные. Она о них не думала, в голове и без этого крутилось слишком много мыслей. Мило они с Мари побеседовали, ничего не скажешь. Дуалы, которые на самом деле оказались триалами, их подковерные игры для всеобщего блага и счастья, отец, который, как оказалось, тоже в этом участвовал…

Она дошла до площади, где стоял дом собраний, и чуть притормозила, пытаясь вспомнить куда идти. Кажется эта тропа, но не точно. Плюнув, Лана пошла к ней, в крайнем случае спросит. Пройдя несколько домов, поняла, что оказалась на границе деревни, но дом Видара не увидела. Идя вдоль границы, она надеялась увидеть знакомое крыльцо, на котором они в обнимку сидели.

Сумерки начали сгущаться, и она решила пройти к ближайшему дому и спросить дорогу, как у нее за спиной раздался женский, но очень недружелюбный голос:

‒ Ну привет, маленькая магичка.

Глава 25

Обернувшись, она увидела перед собой девушку. Лана не была низкой, унаследовав от отца довольно высокий рост, но девушка перед ней была почти на полголовы выше. В ней вообще всего было много. Много зелени в кошачьих глазах, много блеска в волосах цвета красного дерева, много сияющей ровной кожи. Огромные опахала, которые у обычных людей ресницами называются, губы нежно-розовые, аккуратный чуть вздернутый нос. Лана опустила взгляд в треугольный вырез светло-зеленого платья, оценив, что и там всего много. Гораздо больше, чем у нее самой, хотя она на фигуру никогда не жаловалась.

Что удивительно, несмотря на излишества, все в девушке было гармонично и прекрасно и не вызывало даже мысли о вульгарности. Вот были бы губы поярче или вырез поглубже, и грань пристойности была бы пройдена, но нет. Особа перед ней выглядела прилично, пусть и балансируя на тонкой грани. Она была сказочно красива, и будь Лана художником, ни за что бы не смогла пройти мимо такой красоты и не запечатлеть ее в веках.

Но все портило недовольно-надменное выражение лица и взгляд, словно девушка не могла решить, порубить Лану на мелкие кусочки или крупные.

‒ Темного вечера. Чем могу помочь? ‒ вежливо и нейтрально отозвалась Лана.

‒ Ты очень поможешь, если сейчас же покинешь нашу деревню и больше никогда здесь не появишься, ‒ нежным ядом разлилась девушка.

‒ Боюсь, это невозможно. Что-то еще?

Лана отвечала ей с абсолютным спокойствием на лице и с садистским удовольствием наблюдала, как девушка перед ней начинает закипать. Понятно же, что ее шли запугивать, ожидая другой реакции. Вот только ее мысли все еще находились в домике Мари и перебирали, и перебирали все слова и откровения. Но даже если бы голова не была забита, бояться она в любом случае не собиралась.

‒ Тогда свали из дома Видара. Он мой!

Ах, вот в чем дело.

‒ Боюсь, это тоже невозможно, ‒ до тошноты вежливо произнесла Лана. ‒ Если на этом все, то я пойду. Приятного вечера.

Лана уже начала разворачиваться, когда девушка грубо схватила ее за руку и резко дернула на себя.

‒ Слушай ты… ‒ лицо перед ней исказилось злостью, но договорить девушка не успела.

За долю секунды ярость разлилась по венам Ланы. Свободной рукой она резко и сильно ударила в солнечное сплетение кулаком. Затем сразу же удар голенью под колено, девушка охнула и согнула ногу от боли, ослабив при этом хватку. Лана крутанула рукой, освобождая ее и перехватывая руку девушки, вывернула локоть за спину, опрокидывая тело на землю. Поставив колено между лопаток, одной рукой фиксируя локоть, а другой прижимая голову, она медленно наклонилась к тихо стонущей девушке.

‒ Слушать сейчас будешь ты, ‒ невозмутимым тоном, но чуть понизив голос, прошептала Лана ей на ухо, ‒ я терпеть не могу, когда меня трогают, и уж тем более нагло хватают за руки. Поэтому в первый и последний раз предупреждаю: тронешь меня еще раз ‒ и твоим нахальным ручкам не поздоровится.

Отпустив девушку, Лана отошла от нее, спокойно отряхнула юбку и пошла в сторону дома, где на крыльце стояла женщина и наблюдала за ними. Лана спиной ощутила угрозу и, не раздумывая, возвела вокруг себя ледяной щит. Он не был самым сильным при защите, но его несомненным плюсом была почти абсолютная невидимость. Только приглядевшись, можно было понять, что смотришь словно через тонкую корку льда, слегка искажающую видимость.

И еще большим плюсом было то, что при соприкосновении со щитом на коже остаются ледяные ожоги.

Услышав за спиной крик боли, переросший в громкий скулеж, Лана не останавливаясь и не оборачиваясь, сказала:

‒ Я предупреждала.

Подойдя к женщине на крыльце, сжимающей на груди платок и смотрящей на нее испуганными глазами, Лана постаралась мило улыбнуться и вежливо спросила:

‒ Любезная, не подскажете, где дом Видара?

‒ Ч-через два дома от моего.

‒ Спасибо большое. Хорошего вечера.

Дойдя до нужного крыльца и не увидев света в доме, она с облегчением выдохнула. Хорошо, значит Видар еще не вернулся. Пройдя в дом и сняв верхнюю одежду, она направилась в кладовку. Как же хочется яблок. Это был слишком долгий и насыщенный день, и ей просто необходимо сейчас же вгрызться в сочный хрустящий бок.

Выходя из кладовки, она снова уткнулась носом в вырез рубашки, пахнущей дубом и орехами.

‒ Где ты была? ‒ прозвучал злой голос над головой.

‒ Гуляла, ‒ недовольно ответила Лана.

‒ В смысле гуляла?! Я же просил тебя дождаться моего прихода у ведьмы!

Видар глубоко вдохнул и его лицо моментально исказилось, словно он за раз съел целый лимон. Выбросив из рук Ланы яблоко на пол, он схватил ее ладони и притянул к лицу. Да что ж за день такой, что ее все хватают! Она уже собиралась разразиться гневной тирадой, когда Видар начал обнюхивать ее пальцы, касаясь при этом ладонью губами. Все слова застряли в горле, и Лана притихла, наблюдая как его нос обводит пальцы, согревая теплым дыханием.

‒ Почему от тебя пахнет Ингрид?

Волшебство момента разрушилось разъедающим ее изнутри чувством, которое она никогда не ощущала и не могла его назвать.

‒ Значит, так зовут это прекрасное и милое создание, ‒ язвительно ответила Лана, вырывая руки и поднимая яблоко с пола. ‒ Будь так любезен, успокой свою ненаглядную, иначе рискуешь выцеловывать ее обгоревшие пальчики.

Она прошла к раковине, чтобы помыть яблоко, но глаза застилала красная пелена и внутренности горели огнем. Она не могла понять свои ощущения, как вдруг ее осенило.

Это была ревность. Она ревновала Видара к другой женщине. Более красивой, статной и фигуристой, чем она. От осознания Лана замерла над раковиной, разглядывая несчастный фрукт с помятым боком.

‒ Она не… ‒ начал Видар, но его перебила хлопнувшая входная дверь.

На пороге стоял оборотень и с неприязнью смотрел на Лану.

‒ Ее требуют в зал собраний. Немедленно.

Лана вздохнула, с грустью посмотрела на побитое яблоко и, вымыв руки, пошла одеваться. Похоже Ингрид решила не оставлять их стычку между ними, и сейчас Лане придется отчитываться перед вожаком. Страха не было, она вообще ни капли не переживала и спокойно вышла на улицу в сопровождении двух оборотней.

В зале советов собралась, пожалуй, вся деревня за представлением. Мда, маловато у них тут развлечений. Театр что ли открыть? Или может кафе?

Лана сразу прошла на пустующую середину зала. Алвис и еще несколько мужчин стояли перед столом.

Плачущую Ингрид прижимал к себе и успокаивал тот самый оборотень, что истерил по поводу присутствия Ланы в деревне и возмущался, что она ими командует при оперировании Эмиля. Девушка без остановки рыдала на его плече. Если Лана все же решит организовать тут театр, то ее она точно возьмет на главную роль. Даже столичные примадонны не отыгрывают так хорошо.

Она стояла посреди пустого пространства, скрестив руки, и ждала, когда же ее начнут обвинять. Похоже вид у нее был слишком гордый для раскаяния, и тишина затягивалась. Лана нетерпеливо подняла одну бровь, и голос подал оборотень, обнимающий Ингрид. Надо бы узнать его имя.

‒ Ты напала на Ингрид. Она прибежала к нам в слезах и с обожженными руками. Ты хоть представляешь, какое наказание тебя ждет за нападение на оборотня? ‒ строго сказал он, но за словами чувствовалось сочащееся из него довольство.

‒ Как вас зовут? ‒ спокойно спросила Лана.

Лицо оборотня слегка перекосило от того, что она ни его, ни предполагаемой кары не боится.

‒ Рандольф, ‒ нехотя ответил оборотень.

‒ У вас, Рандольф, ненависть к магам совсем мозги отшибла или как?

Все звуки в зале словно взяли и выключили рубильником. Даже Ингрид перестала рыдать и подняла на нее широко распахнутые глаза. Рандольф смотрел на нее с нескрываемой ненавистью, но ей было плевать. В душе стоял абсолютный штиль и равнодушие ко всему. После сегодняшних откровений в доме Мари ей на всё плевать с высокой колокольни.

У нее не было никакого желания затягивать этот фарс, и она снова взяла слово:

‒ Как вы себе это представляете? Вот я иду, слегка заплутав среди домов, встречаю эту девушку и тут же начинаю ее избивать, видя при этом впервые в жизни?

Тишина была ей ответом, и она уже начала раздражаться.

‒ У меня есть личный разговор к вашему вожаку, поэтому давайте не будем тратить ничье время. Я расскажу, как все было, и на этом закончим.

И она рассказала. В мельчайших подробностях, слово в слово, тщательно описывая, как она скрутила Ингрид, что прошептала ей на ухо, как та бросилась на нее со спины и обожглась о щит. Сама Ингрид смотрела на нее, поджав губы. Похоже не ожидала, что она так подробно все опишет. Лана вообще не понимала, на какой итог представления она рассчитывала, но явно не на этот.

‒ И с какой стати мы должны верить тебе, а не Ингрид?

Этот Рандольф уже однозначно начинает бесить ее своей тупостью. Она открыла рот, чтобы высказать все, что думает об его умственных способностях, как сбоку тихий голос произнес:

‒ Она говорит правду.

Все оглянулись, и Лана увидела ту самую женщину, сжимавшую платок и подсказавшую ей дорогу.

‒ Ты защищаешь мага, а не своего соплеменника?! ‒ прорычал на сжавшуюся от этого женщину Рандольф.

Ну все! Терпения у нее много, но даже оно может закончиться.

‒ А вы тут значит судите не по справедливости, а просто разделяете всех на своего или чужого?! ‒ прокричала Лана, уже не сдерживаясь. ‒ Лучше бы вместо того, чтобы обвинять тех, кто от вас отличается, воспитывали получше своих “соплеменников”, ‒ выплюнула это слово Лана, ‒ потому что не будь у меня защиты из магии, то лежала бы я сейчас с разодранной спиной у вас на краю деревни. Чему вы, Рандольф, думаю бы несказанно обрадовались и вряд ли стали бы наказывать Ингрид. Похоже нападать со спины у оборотней считается очень благородным.

Тишина уже в сотый раз повисла в воздухе, и в ней все отчетливо услышали шипение Ингрид.

‒ Ах ты дрянь…

Лана ненадолго закатила глаза и перевела взгляд на вожака:

‒ Алвис, пожалуйста, у меня и правда есть к вам разговор.

Тот кивнул, собираясь вынести свое решение. Лана ни капли не сомневалась в этом мужчине, пусть и знакома с ним чуть больше недели, и знала, что он рассудит по уму, но его перебил истеричный крик Ингрид:

‒ Я требую винганзу!

Весь зал тут же заполнился шумом и гамом. К Лане подбежали Видар и Ларс. Скоро подошел и Рас, тоже встав рядом.

Видар наклонился к ней и зарычал в ухо:

‒ Не смей соглашаться.

Ясно. С этой стороны разъяснений не ждать. Отвернувшись от него, Лана спросила:

‒ Ларс, что такое винганза?

‒ Поединок, где оскорбленный смывает свое унижение кровью того, кто его обидел. Ведется до первой крови или пока противник не сдастся. Винганзу часто используют мужчины для своих разборок, я впервые вижу, что женщина бросает вызов женщине, хотя это и не запрещено. Отказаться от винганзы значит прослыть трусом, не способным отвечать за свои поступки, слова и действия.

Ларс замялся и просяще посмотрел на нее:

‒ Лана, тебе не стоит соглашаться. Ты не оборотень и никто не будет стыдить тебя, если откажешься. Ингрид поступила очень подло, и все уже поняли, что правда в твоих словах. В винганзе нет никакого смысла, просто она бесится, что не получилось задеть тебя. Это все понимают. Пожалуйста, не соглашайся.

Она подумала немного и поняла, что он прав. Посмотрела в сторону беснующейся Ингрид, и в голове возникла картинка, как она тесно прижимается к Видару всем тем, чего у нее много, и тянется за поцелуем. Ревность тут же подняла шипящую змеиную голову и угрожающе затрясла погремушкой на хвосте.

‒ А поединки проводятся в зверином обличии?

‒ Да, ‒ ответил Ларс.

‒ Не смей, ‒ зарычал вместе с ним Видар.

‒ А в человеческом обличии Ингрид будет сильнее меня?

‒ Да.

‒ Лана, не смей, ‒ Видар схватил ее за руку.

Она зло обернулась на него, все еще видя перед собой воображаемую картинку, как он целуется с Ингрид, и пустила разряд ему в ладонь. Оборотень от неожиданности зашипел, отдернув руку, а она, высвободившись, пошла в сторону своего будущего противника.

‒ … она оскорбила и унизила меня, я требую винганзы! ‒ истерила Ингрид в лицо Алвису, пытающемуся ее успокоить.

‒ Оставила бы этот маленький инцидент между нами, тогда и позориться бы перед всеми не пришлось, ‒ сказала Лана, и народ перед ней расступился, показывая растрепанную, с красным лицом Ингрид.

‒ Мне объяснили, что такое винганза… ‒ Лана сделала многозначительную паузу. ‒ Я согласна, но поскольку не являюсь оборотнем, то у меня будет ряд условий.

Покрасневшие глаза Ингрид зажглись торжеством.

‒ Во-первых, драться будем в человеческом обличии, так честнее.

‒ Идет, ‒ согласилась девушка.

‒ Во-вторых, ты сильнее меня, поэтому прошу себе оружие. Никаких кинжалов или мечей, простой деревянный шест меня вполне устроит.

‒ Пф-ф, согласна. Я тебя и в человеческом обличии и даже с палкой уложу.

‒ В-третьих, если вдруг во время битвы ты обернешься, тогда и я буду в ответ применять магию.

Вот тут Ингрид засомневалась и начала кусать губы. Видимо воспоминания о горящих ладонях еще свежи. Лана смотрела на нее и с уверенностью могла сказать, в какой конкретно момент ту посетила мысль, что она разделается с противницей быстро и до оборота не дойдет. Ее губы растянулись в оскале, показывая клыки.

‒ Я согласна на все условия.

‒ Отлично! ‒ Лана повернулась к Алвису, который был явно недоволен ситуацией. ‒ Нам нужно как-то скрепить договор?

‒ Учитывая, сколько народу были свидетелями, этого не требуется.

‒ Хорошо, ‒ Лана снова повернулась к противнице. ‒ Когда встречаемся?

Ингрид слегка растерялась, не ожидая такого рвения, но быстро взяла себя в руки.

‒ Через два дня в полдень на поляне.

‒ Договорились, ‒ она не стала спрашивать, что за поляна, наверняка ее туда отведут.

‒ Ты хотела поговорить, пройдем в соседнюю комнату, ‒ Алвис жестом позвал ее за собой.

Проходя мимо Ингрид, которая довольно улыбалась, глядя на нее, Лана держала безразличную маску на лице. Она улыбалась и смеялась про себя. Это было легче легкого, обвела ее вокруг пальца как ребенка, даже неловко как-то было. Эх, Ингрид, Ингрид, не училась ты много лет среди самых отпетых интриганок и даже не смогла ничего заподозрить. А Лана выторговала себе лучшие условия ‒ у нее даже шест будет в качестве оружия. По поводу того, что девушка сильнее нее, она тоже не переживала. Наставник тоже превосходил ее по массе и навыкам, поэтому драться с сильным противником ей не впервой.

Лана все же позволила себе чуть усмехнуться уголком губ. Зря Ингрид так простодушно согласилась на шест. Грубая сила никогда не могла победить отточенные навыки.