Текст книги "Жестокость у меня в крови (СИ)"

Автор книги: Анна Рудианова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

33. Валериана

Она вернулась быстрее. Кроме Алессандры с ней приехали Фабрицио, Адриатика и Бартоломео.

Фабрицио не собирался вести свою дочь в эпицентр безумия фамильяров. Но Адриатика вышла на громкие голоса в гостиную и заявила, что чувствует новую силу в городе.

– В Саду новый хозяин. Он гадкий и мерзкий! Злой, чёрный! Он приказал напасть на дом дедушки. Они ищут Богиню, – девочка уверенно посмотрела на отца. Фабрицио чиркнул тростью по полу и выругался.

Спросил, даже не скрывая ненависти при упоминании Богини:

– И откуда же ты знаешь?

– Вот тут сказали, – Одри потрогала своё солнечное сплетение. – А в случае опасности я убежать смогу, – добавила, переведя взгляд чёрных глаз на Валериану. Но тут же получила подзатыльник от матери.

Валериана знала, что её племянница очень необычный ребёнок, но откровения трёхлетней пигалицы как-то выбили из коляски. Пришлось брать всех.

Первой из машины выбежала Алессандра, в ужасе воззрилась на свой родной дом, который бестии умудрились изрядно потрепать: выломали половину стен, выбили все окна. Но Ви Сенты стойко держали оборону, правда, выстрелы звучали уже редко и отчаянно.

Тела изувеченных бестий поднимались почти до половины первого этажа, выстраивая вокруг дома живую преграду. Монстры были ещё живы, но лишены лап или внутренностей, и тихо поскуливали под ве́сом своих сородичей. Твари ползали по телам, добивая друг друга ядом или когтями. Как только бестия умирала, она распадалась облаком чёрного дыма, который улетал в небо, не оставляя даже следа.

А вот человеческая кровь заляпала всю лужайку перед домом.

– Валериана вернулась! – закричал Винченцо, нанизывая на шпагу третью ящерицу на манер шашлыка и махая женщине трофеями. Он был с ног до головы вымазан в крови, алый хвост слипся в сосульку.

Валериана обратила внимание на фигуру Бертиана, защищающего маленькую девочку от длинного слизняка со множеством мелких кобальтовых отростков.

Хуже всего, что бестии отрезали выход на улицу, поэтому дети и женщины не могли выйти из дома, окружённого монстрами. Ви Сенты молча боролись, но прислуга кричала и создавала панику.

По асфальту стегнул поводок Артена. Чёрный кожаный ремень больше подходил для порочных игр, чем для приручения монстров. Но только он мог управлять бестиями.

Рассказывали, что его создал безумный учёный, попытавшийся поселиться в Саду Богини. Богиня сделала из него марионетку, поиграла и выбросила вместе со всеми артефактами.

В руках Алессандры поводок Артена оказался в результате борьбы между кланами. Она выкрала его у Фабрицио из-под носа, окончательно рассорившись со своим будущим мужем.

И несмотря на то, что поводок был желанной добычей для любого жителя Мортена, Аоессандру защищали оба мафиозных клана, по соглашению между Максимилиано и Валерианой, она стала хранительницей артефакта.

К тому же она всё равно бы его не отдала, ей надо было воспитывать дочь и её фамильяра.

Артефакт Артена взвился в небо и затянулся на шее огромного коня, пытающегося пробиться к Ви Сентам. Грива животного пылала огнём, а глаза заволокло мраком. Вместо четырёх ног у него насчитывалось целых восемь конечностей.

Секунда – и голова бестии отделилась от тела. Фамильяр рассеялся.

Алессандра победно вскрикнула и хлестнула следующую тварь.

– Поодиночке их не перебить, – проворчала Валериана, волнуясь всё больше. Количество монстров и не думало уменьшаться. Страшно себе представить, сколько бестий обитало в Саду.

Её собственная лиана ползла по стене к Ви Сентам с явным намерением задушить всех живых. И бывшая хозяйка ничего не могла сделать.

– Если сейчас побежите в Сад Бестий, вам дадут замечательное угощение, обещаю. Честно-честно, – пропищал голосок Адриатики. Валериана фыркнула, но постаралась громко не смеяться. Ни к чему привлекать лишнее внимание к девочке. – А Богиня не будет ругаться. Чесно-чесно. И вкусно!

Бестии заинтересовались, принюхались, переглянулись.

– И много новой свежей крови и семян, – Одри прикрыла глаза, задумавшись, и добавила: – И даже польют.

Монстры стояли и глазели на девочку. В тишине раздалось отчётливое чавканье. Змея Бертиана доедала конечность нерасторопного несчастного.

– Поясни им, что нужно идти домой, – шепнула Алессандра.

И её дочь радостно выкрикнула:

– Домой! Идите домой! В Сад! Все в САД!

Бестии зашевелились и, как ни странно, развернулись и засеменили в сторону от дома Ви Сентов. Израненные монстры, покоцанные лианы и мхи тоже с шипением поползли прочь.

У Валерианы от удивления дёрнулся левый глаз.

– А так можно было? – спросила она у девочки. – Бестии же не понимают человеческую речь…

– Почему? Вы же им приказываете, значит – понимают. Просто им надо предложить что-то поинтереснее, чем драка, – Адриатика ткнула пальцем в сторону особняка Ви Сентов. Мимо как раз проползали два крокодила, один без левой задней лапы, второй без хвоста. Фабрицио заслонил дочь и вскинул кольт, чтобы застрелить обоих, но девочка покачала головой:

– Ну па! Ты ток хуже делаешь. Они унюхают кровь и опять полезут убивать. Пусть ползут.

– А что будет, когда они не обнаружат угощения в саду? – спросила Валериана, ведя прицелом след за змеёй Бертиана, но не спуская курок.

Адриатика задумалась.

– Жопа будет! – выдала уверенно.

– Одри, не смей говорить плохие слова! – строгим тоном побранил дочь Фабрицио. – Иначе останешься без сладкого.

– Я же только что спасла дядю Винченцо, Артуро, Бертиана и дедушку. Можно чуть-чуть мороженки? – ребёнок сложил большой и указательный пальцы вместе, показывая, насколько маленькой может быть порция.

Валериана рассмеялась, почему-то на глаза навернулись слёзы.

– Проверьте выживших и помогите им, – приказала охране и качнула головой в сторону дома. Олеандр кивнул, принимая приказ, и направился внутрь разрушенного здания.

Из дома навстречу людям Де Лотов вышли Бертиан и Винченцо, оба заляпанные кровью. Олеандр обогнул их, не удостоив взгляда.

Бертиан издали выкрикнул спасителям:

– Поклянись, что это не ты затеяла!

Сразу стало понятно, что обращается он к Валериане. Его синие глаза, за эту ночь ставшие тусклее и старше лет на десять, не отрывались от её ладони, всё ещё сжимающей пистолет.

– Если бы я хотела тебя убить, просто пустила бы тебе пулю в лоб, – Валериана не собиралась оправдываться, но чувство вины скребло душу.

Если Доминик убил Богиню и натравил фамильяров на Ви Сентов, глава Де Лотов частично виновата в этом. Не так она собиралась уничтожить своих соперников. Только честный бой заслуживает победы.

Винченцо первым дошёл до Валерианы, неожиданно наклонился, обнял её и прижал к себе:

– Спасибо, что спасли наш дом. Мы ваши должники, – сказал, не обращая внимания на брата.

– Это не я. Это Адриатика… – Валериана улыбнулась, но договрить не успела.

Бертиан схватил Винченцо за плечо и отшвырнул от неё, нагнулся к Валериане ближе, чем того позволяли любые нормы приличия, опёрся руками на коляску и капая кровью на платье, прорычал ей в губы:

– Ты лживая сука! Спланировала это, чтобы убить отца и уничтожить нас!

Валериана почувствовала, как что-то изменилось. Наследник Ви Сентов выглядел по-другому. Или запах смерти, или пережитый бой сделали его как будто сильнее. Он засветился силой изнутри, даже без фамильяра подчиняя себе. Одним взглядом. Это был бушующий океан в синеве глаз. Он был совершенно безумен.

С ним нельзя сейчас разговаривать, он утопит даже не выслушав, как неуправляемая стихия смывает города.

Валериана облизала пересохшие губы и попыталась смягчить конфликт:

– Алесса расскажет тебе всё позже. Сейчас ты под влиянием адреналина боя и паники. И не отвечаешь за свои слова. Я прощаю те…

– Я убью тебя! – руки Бертиана сомкнулись на шее Валерианы и потянули вверх. Шквал обрёл цель и направление.

Валериана захрипела, отбиваясь, со всех сторон возобновились крики.

Грянул выстрел.

34. Бертиан

– Да какого ж пня ты, сука, решил меня убить? – Бертиан обернулся к Фабрицио и сплюнул на траву сгусток крови. Хорошо хоть при этом отпустил Валериану.

Она осела в кресле, схватилась за шею и сдавленно глотала воздух ртом. На бледной коже остались два кровавых отпечатка.

Фабрицио Де Лот взвёл курок, наставил пистолет на Бертиана и спокойным тоном предупредил:

– В следующий раз пуля попадёт в сердце.

Наследник Ви Сентов прижал руку к уху. На месте идеальной, как у всех Ви Сентов, ушной раковины нащупался обрывок хряща и вязкая кровь. Фабрицио отстрелил ему нижний кончик уха.

– Ещё раз прикоснёшься к моей сестре, и на одного Ви Сента станет меньше, – добавил Риц.

– Ты слепой? Она убила моего отца! – рявкнул Бертиан, отступая на шаг.

– Бертиан, это ты тупой, как беспозвоночный глист! Она привезла нас сюда, чтобы остановить бойню! Почему Винченцо сразу понял, а тебе втирать в четыре рта приходится?! – заорала Алессандра, подошла к брату и ударила его плечу.

Слабый, почти дружественный удар произвёл на Бертиана странное действие. Он скукожился и пошатнулся, чуть не упав на коляску Валерианы. Протёр ладонями глаза и покачал головой.

Всё смешалось внутри.

Дочь он нашёл быстро: она, как и ожидалось, пряталась в комнате с коллекцией фамильяров. Пойманные части бестий метались в попытках пробить банки и стёкла. Хаотичный стук и бешеное шипение смешались в какофонию и скрежет. Клементина выползла из-под стола и запрыгнула на руки к отцу. Но отнести её на второй этаж Бертиан не успел.

Морщинистая морда просунулась в окно и клацнула клювом у его плеча. Перепончатые крылья хлопали по стенам. Новая бестия билась в рамуокно, стараясь попасть внутрь, но была слишком велика. Голова пролезла, а вот туловище застряло, спасибо строителям за узкие оконные проёмы! По стенам пошли трещины, птеродактиль вцепился когтями в камни и старался пробить дыру пошире. Удар стулом помог бестии понять, что тут ей не рады. Морда раскаркалась и влетела в дом ниже этажом. Крики и хаотичные выстрелы свидетельствовали, что птеродактилю удалось пробить защиту дома, и Бертиан поспешил на помощь вниз.

И увидел, как ненасытная птица хватает Максимилиано Ви Сента и откусывает ему половину головы.

Дон Ви Сент упал на пол, заливая кровавым месивом пол.

Пока Себ и Эльдо стояли и заворожённо смотрели на происходящее, Бертиан вскинул ружьё и прострелил птеродактилю сердце. Почти сразу бестия рассеялась чёрным дымом, но успела заглотнуть добычу.

Бертиан подошёл к телу отца и опустился на колени. Не верилось. Как бы страстно он ни желал этого, в произошедшее не верилось. Не так должен был погибнуть Максимилиано Ви Сент.

Бертиан считал, что Дону надлежит умирать на специально подготовленном ложе, окружённым наследниками, оглашающим завещание, уставшим от жизни.

Но быть разорванным огромной крылатой ящерицей, скажем прямо, не самая романтичная смерть в мире.

И был только один человек, кому выгодна эта смерть.

Валериана Де Лот.

Поэтому, увидев её во дворе дома, он бросился на блондинку и постарался придушить.

– Ничего уже не понимаю, – Бертиан уставился на Валериану. Идеальное платье и причёска. Безупречна, словно приехала на званый вечер, а не на поле боя. Лишь пара волосинок выбилась из плена красных камелий. Да отпечатки его рук на её коже.

– У нас появился новый враг, Бертиан. Хватит кусаться, – Валериана протянула ему руку. Без перчатки тонкая маленькая ладошка выглядела совсем кукольной. – Предлагаю перемирие.

Бертиан ответил настороженным пожатием. Но отпускать руку Валерианы не спешил.

Во-первых, потому что у неё были очень нежные пальчики. Приятные, словно шкура свежеубитой бестии.

Во-вторых, пока он держал её, Валериана не могла взять пистолет.

Эти мысли успокаивали и согревали Бертиана невероятным образом. Кроткая милая Валериана ему нравилась, в отличие от холодной железной стервы. Вопрос лишь в том, какое из её лиц настоящее.

Ненависть начала спадать, а дыхание восстанавливаться.

– Вообще-то, у нас и так мир. Уже четыре года, – Винченцо с кряхтением поднялся и подвинул брата, перехватил женское запястье и поцеловал. Пробормотал тихо, только для Валерианы: – Если бы мы знали, что вырастет из семян, подаренных Богиней, завели бы себе вместо бестий попугайчиков или золотых рыбок. От них хоть польза есть. Их можно скормить коту.

– У тебя нет кота, – женщина вырвала руку и спрятала на коленях в складках юбки.

– Так я соседскому.

Валериана рассмеялась и предложила срывающимся голосом:

– Если никто не против, приглашаю вас в резиденцию Де Лотов. На время восстановления вашей усадьбы.

Выходящие из дома Ви Сенты услышали и зашуршали, переговариваясь.

– Вы всё, конечно, можете остаться. Но здание наполовину разрушено, детям необходимо помыться и поесть, а вам отдохнуть. Я никого силой не заставляю, но очень надеюсь, что безумие бестий не заразно, и прошу не вызывать фамильяров до тех пор, пока не выясним причину произошедшего.

– Я с радостью приму ваше предложение, – Винченцо сверкнул глазами, которые сейчас были насыщенного синего цвета.

– А я вот, пожалуй, воздержусь, – Бертиан выпрямился в полный рост, за ним стали собираться оставшиеся Ви Сенты.

Фейли – вторая жена Максимилиано, Джеронимо и Эльдорадо с жёной и детьми, Себастиан, Женевьева, трое младших: Тито, Райко, Маринетта. Все слуги выстроились рядышком. Теодор, муж Женевьевы, баюкал обрубок руки и старался не показывать виду, что ему больно. Но самое главное: все дети были на месте. И вроде бы не пострадали. Только младший кричал не переставая. Сестра взяла брата за руку и прижала к себе, крик мальчика перешёл в заикание.

Последней вышли Лилиана с Клементиной. И Бертиану стало немного стыдно за то, что позабыл про Дес Фл'эр. Его любовница выглядела изрядно помятой, от платья остались лишь лоскутки.

Алессандра возвела глаза к небу и зло процедила:

– И когда ты стал таким вредным, Берт? Тебе же помощь предлагают. Под мою ответственность: ни один Ви Сент не пострадает в доме Де Лотов. Валериана не такая уж и страшная. Смелее, брат.

К Бертиану подошла дочь и взяла его за руку. Клементина никогда и ничего не боялась. Вот и сейчас она посмотрела на него синими глазами и кивнула, принимая любое решение отца.

А у Бертиана в голове пылала паника. Ответственность за судьбу клана казалась страшнее пуль и бестий Сада. Горло сводило от перспективы сделать неправильный выбор.

Но его семья нуждалась в передышке. А без крыши над головой быстро силы не восстановишь.

– Хорошо, мы примем твоё предложение. Но лишь на короткий срок, до тех пор, пока не вернём контроль над бестиями, – проговорил через силу, переступая через себя и гордость.

О, его спасла женщина! О, ему придётся переехать к ней в дом!

Он теперь Дон клана, у которого даже крыши над головой нет.

Выбежавший из развалин Олеандр Ди Ланмар поклонился Валериане и рапортовал, что там никого не осталось. Из живых.

– А где Артуро? – пронзил тьму ночи тоненький голосок Клементины.

35. Артуро

Артуро рванул к двери, как только первые бестии показались на горизонте, но холодная, будто камень, рука остановила, схватив за подтяжку. И голос с хрипотцой, которая рождала мурашки от пупка до затылка, тихо шепнул:

– Нельзя вызывать Феникса, он подчиняется Черноволосому.

– Почему? – Артуро с ужасом почувствовал, что не может контролировать своё тело. Близость Богини распыляла его, разжигала тягучее желание внизу живота и пульсировала, сводя все мысли к одной.

– В нём моя кровь. И у него доступ к «Доминанту».

– Я спрячу тебя, – Артуро обернулся и обнял женщину.

Она лежала на кровати, чуть прикрыв глаза, и не могла пошевелиться. Ткани срослись, но на шее алел шрам. Он блестел свежей кровью и светился, словно тлеющие угли в камине. Приковывал взгляд. Но даже это увечье возбуждало Артуро. Неземная женщина перед ним вызывала благоговение и восхищение не красотой, а невероятной живучестью и совершенством. Ви Сент накрыл её простыней, боясь повредить, пока будет одевать.

За окном послышались выстрелы и крики.

– Себя спасай дурень, – хрипло сказало совершенство. Алые губы произнесли что-то ещё, но парень присел возле кровати и спросил:

– Если ты погибнешь, кто спасёт Мортен?

– Но твоя семья…

– Ой, они этих бестий в два счёта по асфальту раскатают! – отмахнулся Артуро, взял женщину на руки и выскочил в окно. Голова кружилась, ладони тряслись. Невероятная слабость навалилась на весь его организм и придавила к земле.

У него оставался только один вариант, где можно спрятаться.

* * *

В склепе царили тьма и тишина, сюда не долетали звуки, и только свежие алые цветы на могилах говорили о том, что это место не забыто. Артуро стянул с себя кофту, сбил в ком и положил на неё голову Богини. Сама женщина была завёрнута в простыню.

– Не додумался вторую взять, прости, – пробормотал, смущённо почесав подбородок. И вечно он всё портит. – Ну, отдыхай, восстанавливайся. Я быстро к своим смотаюсь и вернусь, – Артуро кашлянул.

Он волновался за семью. И немного за Феникса.

– Ты так в них неуверен? – Богиня усмехнулась. – Считаешь их слабее себя?

– Ни в коем случае! Берт любого за пояс заткнёт, раскрутит и отшвырнёт, просто… там мелкие…

– Они обойдутся без тебя. А мне нужна ещё кровь, я восстановлюсь и убью его.

– Когда я вернусь…

– Сейчас.

– Но…

Богиня приподнялась, показывая на рану на шее, из которой потекли тонкие струйки крови.

– Без тебя я умру. Я впервые за три сотни лет вышла из Сада.

– Боишься?

– Не за себя, за людей. Я могу не сдержать голод, слишком ослаблен разум, – её белоснежные клыки удлинились.

Артуро прокашлялся:

– Как ты допустила такое?

– Какое?

– Что тебя убили!

– Я тоже иногда бываю неправа.

– Нет, бессмертное существо, такое как ты, не имеет права ошибаться, – Артуро сел на землю, прислонился спиной к каменной стене, уложил себе на колени голову Богини и протянул запястье к её губам.

Он понял, что женщина перед ним тоже в шоке от того, что произошло.

– Может, я не настолько идеальна? – Богиня посмотрела ему в глаза и, не разрывая контакта, укусила.

Артуро почувствовал ужасную боль, затем эйфорию и головокружение. Сердце забилось быстрее.

– Мне, видимо, плевать на это… – Он ощущал, как кровь перетекает в Богиню из его вен, и чувствовал помимо острой боли касание мягкого языка и холодные пальцы на своей коже.

Тьма вокруг давила тишиной и дыханием.

Парень шумно сглотнул слюну, в брюках не осталось места, затылок Богини давил на его бёдра. Правая рука Артуро зарылась в чёрные волосы и прижала женщину ближе.

Он почувствовал, как тонкие пальцы расстёгивают пуговицы на его штанах и достают возбуждённую плоть, сжимают и нежно поглаживают, царапая ногтями.

Холодные подушечки пальцев оставляли ощутимые вмятины, от которых наверняка появятся синяки. Это было больно и странно, как и то, что Богиня пила его кровь и не собиралась останавливаться.

Первым порывом было прекратить это, остановить. Она слишком слаба. И в то же время, она может убить его! Голова Артуро кружилась всё сильнее. Она же Богиня, а он – никто.

– Одна ты не справишься с ним. Позволь помочь! – Артуро попытался отнять руку или остановить её действия, но Богиня прищурилась, и чёрные угли её глаз запретили ему двигаться. С новым выдохом изо рта парня вырвалось облако пара.

Сам Артуро не ощущал холода. Наоборот, всё его тело горело, пульсировало, разрывалось. В глазах плясали белые звёзды, мигая в такт его сердцебиению.

Вторым порывом было устроить Богиню удобнее, но пошевелиться Артуро не смог. Он почти не чувствовал своё тело, чем больше Богиня забирала у него крови, тем мягче он становился, пока полностью не расслабился, отдавая себя в распоряжение бессмертной.

Боль, разбавленная ядом Богини, и знание, что она собственноручно ласкает его, опьянили разум. Тонкая грань между реальностью и снами стёрлась.

Артуро дёрнул Богиню за волосы, вызывая очередной недовольный взгляд. Но согнул колени, одновременно наклонился и впился в разгневанный рот, надавливая своими губами на её клыки и разрывая кожу. Почувствовав кровь, Богиня не стала отказываться от поцелуя. Но и руку не убрала с его члена, продолжая ласкать его всё быстрее и жёстче.

Брала всё больше и больше.

Она раздвинула его губы, заставляя выгнуться и повторять за её танцем внутри его рта, пытаться поймать вёрткий язык, слизывающий кровь, залечивающий раны. Момент сказочной эйфории и снова пронзающая боль, уже в верхней губе.

Два ряда острых зубов Богини пугали до дрожи в коленных чашечках, но Артуро не замечал ни клыков, ни своего ужаса, ни сомнений. В голове было кристально пусто. Ничего, кроме ликования.

Парень тихо вскрикнул, когда когти Бессмертной впились в нежную кожу головки члена. Эта боль добила его, и белая густая жидкость выплеснулась из тела Артуро, пачкая штаны, пол склепа и волосы Богини.

На несколько мгновений парень потерял сознание, истощённый голодом бессмертной. Яркие, насыщенные виде́ния промелькнули в его голове: долгие прогулки под луной об руку с желанной женщиной, тихие вечера у камина, нежные объятия…

Придя в себя, он потёр глаза, не понимая, как оказался в склепе. Не понимая, что это не сон. Не понимая, почему не может пошевелиться, а всё его тело будто стёкло к полу.

Богиня всё ещё сидела рядом, она целовала его и произнесла ему в губы:

– А если кто-то из твоей семьи умрёт, ты будешь меня любить?

– Я возненавижу тебя, – обессилено прошептал Артуро, а женщина рассмеялась. Хрипло и совсем невесело.

Артуро не заметил, как решился, и его свободная рука забралась под простыню и скользнула к груди Богини. Дрожащие пальцы нащупали твёрдый сосок, несмело прикоснулись, обводя круг. Движение вышло дёрганным и глупым. Конечности плохо слушались парня.

Артуро был готов к любым последствиям: Богиня могла откусить ему голову, руку или, что ещё хуже, член. Могла прогнать, рассмеяться, возмутиться, не заметить. Она существо не из этого мира, недосягаемая, великая, а кто он?

Изгой в собственной семье?

Ничего не добившийся молокосос?

Кожа женщины оставалась всё такой же холодной. Но дыхание участилось, а глаза, бывшие непроглядно чёрными, начали слегка светиться алым.

– Я давно забыла, что такое любовь и ненависть, Артуро, – произнесли её губы. Она накрыла его ладонь своей и направила ниже, вдоль впалого живота. – Не надейся стать для меня равным.

«Никогда об этом не думал», – мог бы ответить Артуро, если бы был в состоянии говорить. В его голове стоял туман, сознание лёгким и невесомым облаком скакало в розовом небе, глупая улыбка перекосила лицо.

Всё происходящее казалось ему нереальным, волшебным, пугающим, но прекрасным.

– Ты умрёшь, и я забуду о тебе, как о тысяче других, – пригрозила Богиня.

Парень почувствовал, что по его щекам текут слёзы. Она позволит ему быть рядом, пока он не умрёт. Надо будет только уточнить: имелась в виду самостоятельная смерть или принудительная?

– И откуда только такие берутся? – усмехнулась бессмертная Богиня.

«Таких больше нет», – хотел бы сказать Артуро, но прекрасно знал, что таких, как он – тысячи.

Парень собрал все силы, чтобы быть решительным и не разочаровать Богиню:

– Мне хватит того времени, что ты мне дашь. Даже через тысячелетия будешь вспоминать обо мне с... радостью, – он проглотил слово «любовь». – Я постараюсь избавить тебя от скуки…

Заливистый смех прервался влажным причмокиванием. Богиня вгрызлась в шею Артуро, и парень потерял опять сознание.