Текст книги "Любовь на поражение (СИ)"

Автор книги: Анна Ковалева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Глава 10 Я знаю, какой он на самом деле

– Отпусти, придурок! – со всей силы отпихнув Диму, я вырвалась и отскочила в сторону. – Ты что творишь? Совсем чердак потек?

Приступ паники схлынул довольно быстро, и мозги начали соображать нормально. Я припомнила события вчерашнего вечера и то, что произошло утром.

И, кажется, поняла, что происходит.

Орлов действительно сменил тактику. Вместо открытого противостояния решил издеваться надо мной вот таким способом.

Зажимать по углам, делать пошлые намеки, изображать мужской интерес? А потом что?

Чего Дима хочет добиться? Чтобы я поверила, размякла и дала ему повод наслаждаться моей доверчивостью?

Хочет превратить меня во влюбленную дурочку и глумиться над этим?

Или ему хочется посмотреть на то, как я буду пугаться и шарахаться от него? От этого он тащится?

Да, дура я набитая! Чувствовала же подсознательно подвох, но позволила себя заморочить.

Расслабилась, блин.

Решила, что и правда армия Диме на пользу пошла.

Ага, какой там. Горбатого только могила исправит. Как был сволочью, так и остался. Страшно даже подумать, что он в армии делал.

Надеюсь, не покалечил там никого.

– Вик, ты испугалась, что ли? – Орлов поднялся с места, а я отступила. Встала так, чтобы нас разделял письменный стол.

– Не подходи ко мне! Не приближайся!

– Вик, черт, – парень на минуту застыл, будто оценивал ситуацию, а затем выругался и примирительно вытянул вперед ладони. – Я не хотел тебя пугать. Ты меня не так поняла.

– Да, Дим, я тебя совсем не понимаю, – я нервно провела ладонью по лицу и откинула назад нахально лезущие в глаза пряди волос. – У тебя есть всё, о чем можно мечтать в этой жизни. Любящая семья, деньги, развлечения всех видов, почти неограниченные возможности. Так почему ты развлекаешься за мой счет, а? Я давно уехала из твоего дома, но ты всё равно до меня докапываешься. Я что, настолько тебе жить мешаю, что ты прямиком из казармы ко мне заявился? Решил, что хватит с меня спокойной жизни, пора снова по нервяку жить? Даже пару дней выждать не мог, так не терпелось начать измываться?

– Вик, да ёрш твою медь, – в голосе Орлова послышалось рычание. – Ты меня слушала вообще? Я прямым текстом сказал, что капец как сильно запал на тебя. Ты мне нравишься, понятно? Торкает меня от тебя…

– Ну да, – кивнула, – я поняла, что нравлюсь тебе как объект издевок. Нашел удобную игрушку? Девочку для битья?

–ААА, – Дима заорал во всю глотку и со всей дури долбанул ногой о журнальный столик.

Я нервно вздрогнула, а потом схватила телефон и открыла книгу контактов.

Всё, с меня хватит! Пора уже незваному визитеру делать ноги отсюда. И если не хочет сам, ему помогут уйти.

– Дим, уходи. Собирай свои вещи и проваливай. И не приходи сюда больше. Я не хочу тебя видеть в своей квартире.

– Вик, не заводись. Я понимаю, что накуролесил в прошлом, но сейчас всё по-другому. Я не собираюсь тебя обижать. А те слова ты и правда не так поняла. Это была не угроза. Я просто пытался сказать, что пиздец как тебя хочу…

– Угу, с ума ты меня свести хочешь!

– Зай, ты чего такая трудная, а? – глаза Димы буквально заполыхали. – Зачем всё передергиваешь?

– Дима, просто уйди, а? По-хорошему прошу. И давай забудем обо всем, что было. Иначе я позвоню твоей матери и скажу, что ты взялся за старое. И нет, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы с предками. Но ты не оставляешь мне выбора. Я сейчас и правда Лилии Александровне позвоню. Не доводи до этого.

Дима еще с минуту смотрит на меня абсолютно диким взглядом, а потом отворачивается.

Опускает голову вниз, шумно сглатывает, как будто борется сам с собой. Снова выпускает пар на ножке моего несчастного столика.

– Ладно, сейчас уйду. Дай пять минут.

О боги! Неужели! Я выдыхаю с облегчением, пока Димка собирает свои вещи и одевается.

– Проводишь? – хмуро спрашивает, а я лишь головой мотаю. Подходить к Орлову мне не хочется.

– Вик, – кривится он. – Ну совсем монстра-то из меня не делай. Ничего я тебе не сделаю. А дверь закрыть надо. Я не уйду, не убедившись, что ты закрылась на замок.

Я мысленно стону, но все же выхожу из своего недо-укрытия и топаю в прихожую за Димой.

Правда, из предосторожности телефон из рук не выпускаю и слишком близко к парню не подхожу.

Мало ли что. С ним всегда как на вулкане. Не знаешь, когда начнется извержение.

Прислоняюсь к стене и молча наблюдаю за тем, как Орлов зашнуровывает берцы. Слишком уж долго он возится для парня, только что вернувшегося из армии.

– Что долго? – внезапно вскидывает голову и сверлит меня своими серо-голубыми глазищами.

Млин, как я могла сказать это вслух???

Хочется дать себе затрещину, но слово не воробей, обратно не залетит. Так что приходится договаривать.

– Долго, говорю, с обувью возишься. Разве не должен солдат одеваться за то время, пока горит спичка?

– Так я и не в казарме сейчас, – с усмешкой парирует и поднимается. – Могу себе позволить одеваться так долго, как хочу.

Уел, засранец.

– Ты, кстати, в субботу к нам приедешь? Мама какой-то вечер организует в честь моего дембеля.

– Я пыталась отмазаться, – закатываю глаза, – но не получилось. Посмотрим, может, скажу в последний момент, что заболела.

– Не надо морозиться из-за меня, Вик, – Дима поджимает губы. – Приезжай. Мы будем рады тебя видеть.

– Я подумаю. Иди уже давай.

– Удачи на экзамене.

Дима еще немного медлит, но потом всё же выходит за порог, а я быстро закрываю дверь на замок и приваливаюсь к ней спиной.

Медленно дышу. Позволяю себе расслабиться.

Чертов Орлов. За несколько часов все мое душевное равновесие к чертям послал.

«Мы будем рады тебя видеть», – передразниваю его.

Нет, я уверена, что Верунчик, Олежка, Лилия Александровна и Артем Алексеевич действительно меня встретят тепло.

А вот сам Дима…

Нет, нельзя ни на грамм верить его словам. Каким он был, таким остался. Всё остальное – спектакль.

Надо было ему в театральный поступать, такой талант пропадает.

Но я уже не маленькая доверчивая дурочка. Так просто ему меня обмануть не получится.

Вздыхаю и на дрожащих ногах отправляюсь в гостиную. Почему-то вспоминаю, как Димка стирал мне пенку с губы, а потом нес на руках.

И как коснулся губами шеи…

О нет! Тут же обрываю себя. И даже специально надавливаю на повреждённую лодыжку, чтобы боль прочистила мозги.

Дима, видимо, считает меня совсем дурой, раз думает, что я поведусь на такие приемчики. По своим девицам судит, которые готовы его ублажать всеми способами после одной лишь улыбки.

Для них он парень-мечта, идеал, красавчик с обложки. В прямом смысле слова завидный жених.

Но я-то знаю, какой он на самом деле. Коварный, жестокий, подлый.

И ни за что не позволю себя одурачить.

Глава 11 Воспоминания. Часть 1

Добрую половину дня я пытаюсь прийти в себя после визита Орлова.

Слишком сильно он меня выбил из душевного равновесия. До дрожащих ног и трясущихся рук довел.

Впрочем, он всегда это умел делать. Безошибочно определял самое больное место и бил по нему с упорством, достойным садиста.

Забравшись с чаем на диван, делаю пару вдохов, закрываю глаза и ускользаю в прошлое.

В самые тяжелые для меня дни.

ФЛЕШБЕК

Известие о смерти родителей я получила от приехавшего почти в полночь капитана полиции.

За месяц до трагедии они купили билеты в театр на довольно успешную, судя по отзывам, комедию. И в тот роковой субботний вечер отправились смотреть спектакль.

Изначально хотели взять меня с собой, но я отвертелась.

Мне больше хотелось поваляться на диване и посмотреть любимый молодежный телесериал про любовь избалованного мажора и простой девчонки, которая волей случая попала в закрытую частную школу.

Да и родителям хотелось дать возможность устроить романтическое свидание.

Кто же знал, что вечер закончится бедой и родители домой уже никогда не вернутся?

Ситуация была до ужаса банальная – скользкая дорога и пьяный водитель. Лобовое столкновение.

Он отделался царапинами, а родители погибли мгновенно. Их машину буквально надвое сложило.

После полученных новостей я впала в такой транс, что даже отвечать на простые вопросы полицейского не могла.

Мне и позвонить-то некому было, потому что из близкой родни у меня были только родители.

И вот так получилось, что, обзванивая контакты с маминого телефона, товарищ капитан и набрал Лилию Александровну.

Они с мамой как раз разговаривали утром.

Невзирая на поздний час, она сорвалась и приехала ко мне вместе с мужем. Собственно, и дальнейшие муки ада она прошла вместе со мной: опознание тел в морге, церемонию прощания.

Орловы сами организовали похороны и помогли мне не сломаться, не бросили в беде.

Поскольку мне едва исполнилось шестнадцать, нужно было оформлять попечительство, и Лидия Александровна оформила документы на себя.

Были, конечно, еще папины и мамины друзья, но никто из них брать за меня ответственность не желал. У всех были свои семьи и свои проблемы.

Первые дни после похорон я жила в своей квартире под присмотром Лилии Александровны, а потом она меня перевезла к себе домой.

Я не противилась переезду. Понимала, что ее дома ждут собственные дети, которым очень нужна мама.

А одну меня бы никто не оставил. Да и с ума от горя я бы сошла, если бы осталась одна в квартире.

Большой дом в поселке Графьино встретил меня утешающими объятиями Артема Алексеевича и пристальными взглядами трех пар детских глаз.

Десятилетняя Вера, пятнадцатилетний Олег и почти семнадцатилетний Дима смотрели на меня во все глаза.

Особенно врезался в память именно Димин взгляд. Он сразу приковал мое внимание, разорвал мутную пелену горя, окутавшую меня с головой.

Он был какой-то резкий, напряженный, чересчур серьезный. Буквально пронизывающий насквозь.

И если двое младших детей приняли меня легко и охотно, то Дима с первых дней показал характер.

Верунчик была само очарование. Она с поистине детской непосредственностью отказалась от десерта в мою пользу. И подарила мне своего любимого плюшевого кроша.

Сказала, что она уже слишком взрослая для того, чтобы спать с игрушкой, а мне он поможет чувствовать себя уютнее в новой спальне.

Олег просто протянул руку дружбы и старался меня развеселить как мог. Всегда старался составить мне компанию, звал поиграть в настолку или видеоигры. Даже в карты играть научил.

И видно было, что делал он это не из-под родительской палки. Просто сам по себе был хорошим, добрым парнем. Очень эмпатичным по натуре.

А вот Дима меня сторонился. Дичился, можно сказать. Здоровался всегда сквозь зубы, а чаще всего просто молча кивал.

А еще постоянно провожал своим странным взглядом. Настороженно так, напряженно смотрел мне вслед.

Иногда мне казалось, что он за мной следит. Не знаю, может, не доверяет, думает, что я могу что-то украсть.

По крайней мере, других объяснений я придумать этим взглядам не могла.

А сама я… Я отчаянно стеснялась парня и, видя его холодное отношение ко мне, старалась не навязываться и не приставать с разговорами.

Но довольно часто исподтишка посматривала на него, да. Все же Дима был красив, и волей неволей, но эффектная внешность притягивала взгляд.

Мне было любопытно, чем дышит парень, и почему так невзлюбил меня. Но спрашивать, само собой, я не решалась.

В общем, первые месяцы все шло относительно нормально. Я справлялась со своим горем, приходила в себя, возвращалась к учебе и почти нормальной жизни.

Дима сохранял холодный нейтралитет, держась от меня на расстоянии и не заводя разговоры.

Я про себя называла его Каем – мальчиком с холодным сердцем. Потому что именно его Димка мне и напоминал. И внешностью. И характером.

Всё изменилось после нашей летней поездки на море. Орловы в начале июля улетели на острова, ну и меня взяли с собой.

Лилия Александровна делала всё, чтобы я не чувствовала себя чужой и ненужной. Для нее документы о попечительстве не были чистой формальностью.

Она приняла меня душой и сердцем. И старалась, чтобы я чувствовала себя частью семьи.

Жаль, что Дима начал сводить на нет ее старания.

Наша первая стычка произошла на отдыхе.

Я выскочила из своей комнаты в одном купальнике, надеясь пойти поплавать, но у самой лестницы столкнулась с Димой.

Не успев вовремя остановиться, буквально врезалась носом в его грудь и инстинктивно уцепилась за плечо, чтобы не упасть.

– Извини, – смущенно пробормотала.

А Орлов окинул меня внимательным взглядом и буквально взорвался в припадке злости:

– Смотри, куда идешь, недотепа, – обжег меня яростным взглядом, грубо отпихнул в сторону и бегом выбежал из дома.

А я еще пару минут ошалело смотрела ему вслед.

Тогда я не придала этому значения. Решила, что парень не в настроении, а я попала под горячую руку.

Но нет, такими вспышками ярости Дима стал встречать меня постоянно. Изо дня в день.

Он словно задался целью превратить мою жизнь в ад.

При родителях, конечно, еще как-то держал себя в руках, а в их отсутствие на меня сыпались издевки, оскорбления и смешки.

Он мог толкнуть меня, проходя мимо. Якобы случайно пролить напиток мне на блузку, обсмеять мой внешний вид.

Отдельный кошмар был, когда к нему приезжали друзья. Потому что и при них он меня унижал.

– О, Димон, – в первый раз спросил кто-то из парней. – А что это за красотка у вас тут появилась? Еще одна сестра твоя, что ли?

– С дуба рухнул? – огрызнулся Орлов. – Какая еще сестра? Это моей маман подопечная. Мать подобрала на улице, из жалости приютила, вот и приходится терпеть теперь эту приживалку.

И это еще были не самые плохие слова, брошенные в мой адрес. Были и похлеще.

Мне было до ужаса обидно, ведь я ничем этого не заслужила. Можно подумать, я хотела остаться круглой сиротой в шестнадцать лет.

Правда, объяснять Диме это было бесполезно. Поэтому я начала сторониться и его, и его приятелей.

Которые, все как один, буквально слюнявили меня взглядами. Один даже приставать пытался, но получил разок по яйцам – и отстал.

В таком диком напряге прошел целый год.

А потом случился выпускной. Несмотря на разницу в возрасте в год, мы с Димой выпустились вместе. Только из разных школ.

Я из обычной средней, Димка из элитной частной гимназии.

И уж не знаю, как так получилось, но торжественные линейки развели по датам.

И в итоге Лилия Александровна с мужем побывали и на моей линейке, и на последнем звонке старшего сына.

Мне было это очень важно. Не хотелось быть одной в такой момент.

Но в конце я все равно не выдержала и разрыдалась на груди попечительницы. А потом попросила отвезти меня на кладбище.

Да, я сознательно отказалась от гуляния вместе с классом. Желания не было никакого.

Зато хотелось поехать к родителям, которые не дожили до этого праздничного дня. Хотелось поговорить с ними, показать свой аттестат. Пусть и самый обычный, без отличия, но все же.

Мне это было нужно. И я это сделала.

И уже потом с чистой совестью отправилась вместе с Лилией Александровной в ресторан.

Глава 12 Воспоминания. Часть 2

Через дней десять после торжественной линейки Димы в доме Орловых состоялось праздничное сборище.

Весь его класс собрался и весело проводил время на заднем дворе. Ребята развлекались, смеялись, дурачились в бассейне.

Я же предпочла уединиться в гостиной и играть с Верой и Олегом. Так мне было спокойнее.

Лилия Александровна пыталась подтолкнуть меня провести время с ребятами на улице, но я уперлась рогом.

– Я там как пятое колесо буду. Зачем влезать в коллектив?

В ответ мама Димы лишь покачала головой, но давить не стала. И я вполне хорошо провела время вдали от Орлова и его сотоварищей.

А потом… Потом был кошмар.

Я поднялась к себе в спальню, уже вся сонная, быстро почистила зубы, переоделась и нырнула в постель.

И тут моя рука наткнулась на нечто холодное, чешуйчатое и ползающее.

Естественно, я заорала и выбежала в коридор в одной сорочке. А на мой крик сбежались почти все оставшиеся на ночь.

Лилия Александровна с перепуганными глазами, Артем Алексеевич в одних пижамных штанах, сонная Верочка, Олег и Дима, оба в одних трусах.

Ну и гости подтянулись, конечно.

– Вика, – Лилия Александровна подошла и обхватила меня за плечи. – Девочка, что случилось?

– Там змея… – еле выдавила я из себя. —Кто-то подкинул мне в постель змею…

– Боже, Тёма! Разберись!

Артем Алексеевич рванул в спальню, а ровно через две минуты вышел, держа в руках змею, подозрительно похожую на гадюку.

Я взвизгнула от страха, зажмурилась и уткнулась в плечо Лилии Александровне.

– Тише, Вик, не бойся, – отец Димы был предельно спокоен. – Это гадюковый уж, он не опасен.

– Дорогой, ты уверен?

– Да, Лиль. Посмотри на глаза и форму головы. Это уж. Хоть по расцветке и очень похож на гадюку.

Я всхлипнула и ничего не ответила. Уж или не уж, но перепугалась я насмерть и отлипнуть от плеча Лилии не могла.

Через пару минут уж перекочевал в руки охраннику, а Артем Алексеевич рыкнул на собравшихся:

– Ну и кто такой умный это сделал, а? Все уже здоровые, мать вашу, лбы. Неужели непонятно, что такие шутки до добра не доведут? Кто это сделал, я вас спрашиваю? Смелости хватит признаться? Или только исподтишка гадить можете?

Естественно, никто не признался. Гробовая тишина была ответом хозяину дома. Я же немного успокоилась и, наконец, осмелилась поднять голову.

Мне признаний было не нужно. И так было понятно, что Дима вышел на новый уровень.

И нет, сдавать я его не собиралась. Просто поймала его взгляд и прошептала одними губами «за что»?

Дима же почему-то скривился, как от зубной боли, покачал головой, помедлил и сделал то, чего я от него никак не ожидала.

– Это сделал я, – громом среди ночной тишины дома прозвучало признание.

– Дима? – вскрикнула Лилия Александровна, крепче прижав меня к себе. – Как ты мог?

– Да уж, сын, не ожидал от тебя. – прорычал Орлов-старший. – Живо натягивай штаны и в кабинет ко мне. Две минуты на все про всё. А вы все живо по комнатам.

В итоге Дима с отцом отправился в кабинет, а меня Лилия Александровна принялась на кухне отпаивать чаем.

Олег уложил спать сестрёнку и присоединился к нам.

– Прости, – выдохнул он, присев рядом. – Мой брат – просто придурок.

– Олеж, не выражайся, – поморщилась Лилия Александровна, – но, Вик, ты и правда прости. Я в полном шоке. Не могу поверить, что Димка мог такое сделать. Мы его не так воспитывали.

– Мне было страшно, – призналась я.– Я не знала, что там уж. Подумала, что гадюка… Или еще что-то ядовитое.

– Да любой бы пересрался на твоем месте.

– Олег! Я тебе сейчас рот с мылом вымою!

– Угу, мне рот с мылом ни за что. А Димке все с рук сойдет?

– Дима свое получит. Не переживай. И не кипятись, не нервируй Вику еще больше. Викуль, девочка моя, ты как?

– Не знаю. И я… не знаю, как теперь там спать буду…

Мне и правда жутко не хотелось спать в своей комнате. А свободные спальни были заняты гостями.

Но выход все же был найден. Было решено, что я лягу в спальне Олега, а он в моей. А потом видно будет.

***

С того злополучного вечера обстановка в доме Орловых накалилась до предела. После выволочки, устроенной отцом, Дима озлобился еще больше.

И теперь злился не только на меня, но и на отца с матерью.

Они заставили его извиниться передо мной за выходку со змеей, но эти извинения больше походили на ругательства.

Дима буквально выплюнул их мне в лицо и свалил из дома, громко хлопнув дверью.

В честь окончания школы родители презентовали ему квартиру, и он демонстративно собрал вещи и уехал туда.

А я после пережитого стресса начала заикаться. Целую неделю это длилось, пока не сошло на нет.

Ну и врач помог, к которому меня отвезла Лилия Александровна. У нее самой после той ночи в волосах появилась пара седых волосков.

Отсутствие Димы благотворно сказалось на моем самочувствии, но я все же твердо решила: пора мне начинать жить отдельно.

Всё-таки поступаю на первый курс, квартира родительская осталась, так чего ради мне дальше жить в Графьино?

Пора уже привыкать к взрослой жизни.

Так будет лучше всем. И мне, и Орловым.

Дима перебесится, увидит, что я съехала и помирится с родными. Ведь неспроста все эти его выходки.

Он явно добивался того, чтобы я съехала из особняка. Господи, хорошо хоть ужа притащил, а не гадюку настоящую.

Нет, оставаться тут и дальше мне решительно нельзя.

Все эти выводы я выдала Лилии Александровне, но она всё равно до последнего не хотела меня отпускать.

Обещала мне, что Дима и пикнуть в мою сторону больше не посмеет и не обидит, но я все равно стояла на своем.

В итоге сошлись на том, что Лилия Александровна делает ремонт, полностью облагораживает жилье, а я потом переезжаю.

Ну и под присмотром буду хотя бы первый год.

Лето пролетело быстро, и я всё же поступила, хоть и на платное отделение. Было до жути обидно, но что поделать.

За лето как раз квартиру отремонтировали, и в середине сентября я наконец-то вернулась в свое жилье.

Было немного грустно, ведь там не осталось ничего от папы и мамы. Ну, кроме памятных вещей и альбомов, конечно.

Но все же это мой дом. Родительский очаг. И частичка моей души всегда будет гореть в нем.

Все лето мы с Димой почти не виделись. Он торчал то у себя на квартире, то еще непонятно где.

А в сентябре его внезапно принесло ко мне в квартиру…