Текст книги "Карамелька, или Ты попал, жених! (СИ)"

Автор книги: Анна Бахтиярова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)

А ведь идти придется. Она не отстанет. Может, правда, взять Хантера с собой? Убью сразу двух зайцев. Во-первых, корреспондент меня подстрахует. Он это умеет. Во-вторых, мама взбесится, а это неплохо. Впрочем, идея была безумная.

– Тебе нельзя со мной. Нет-нет, я тебя не стесняюсь. Но на презентации будут журналисты. И фотографы. Ты попадешь в газеты вместе со мной. И дотошные… Прости, любопытные корреспонденты попытаются выяснить, что за фрукт разгуливает с наследницей-неудачницей семейства Грушевских. А тебя не существуют. Ни к чем привлекать внимание, в общем.

– Пожалуй, ты права, – согласился Хантер. – У моего попадания на страницы газет могут быть последствия, – он немного помолчал и спросил: – Значит, дело не в бывших ухажерах. И не в приеме. Но что же тебя огорчило, Амелия? Я ведь каждую минуту был с тобой и ничего странного не заметил. Хотя я, правда, дотошный.

Я на мгновение закусила губу, раздумывая, стоит ли признаваться. А потом решила, что нечестно утаивать от Хантера магические странности.

– Не хочу давать тебе ложную надежду, но… – я запнулась.

– У тебя появились идеи, как вернуть меня назад?

– Не совсем. Я кое-что видела. Недоступное остальным. Дважды.

И я рассказала о нитях на веранде и отражении дома Итона в стекле. Хантер, как я и опасалась, оживился.

– Значит, шанс вернуться есть! Нужно идти к веранде и, если нити снова появятся, потянуть!

– Прямо сейчас? – я сделала большие глаза. – И проторчать там весь вечер и ночь?

– Нет, конечно, ночь торчать не нужно, – проговорил Хантер с улыбкой. – Но завтра следует снова туда наведаться.

– Мне могло показаться.

– Или нет. Ты же дочь Серафима. Он путешествовал по мирам. Значит, и у тебя…

– Я не дочь Серафима! – перебила сердито. – А просто… потомок.

– В каком колене? – не удержался от любопытства корреспондент.

– Я – его внучка. У Серафима был роман в моей бабушкой. И в этом мире родился еще один Серафим. Правда, не обладающий магией.

Я тяжко вздохнула и поведала то, что слышала от Габриэля. Может, и не стоило. Но чутье подсказывала, что Хантеру можно доверять. Да и не тот он человек, который побежит рассказывать мою тайну семейству Моро. Особенно, если учесть его отношение к советнику мэра.

– В общем, сработало имя. Хвостатый… в смысле, Нельсон… Он желал перенести дочь Серафима. Бабушка изменила папино имя для окружающих. Но для магического мира оно осталось прежним. Так что я и дочь, и внучка Серафимов.

– Как интересно, – пробормотал Хантер. – Значит, отец не унаследовал способностей Серафима, а ты получили дар через поколение. И похоже, единственная из трех детей. Как причудливо работает магия.

– Я бы предпочла обойтись без этих причуд, – усмехнулась горько. – Жила бы себе и жила спокойно. В родном мире.

– Кто знает, кто знает, – улыбка так и не сходила с лица корреспондента. – Быть может, твое появление изменило некоторые события к лучшему. Разве ты ни на что не повлияла?

– Хм… – я задумалась. – В ночь моего появления на дом Моро напали. Это я перенесла Итона. По сути спасла. Хотя всё вышло само собой.

– Но, получается, без тебя бы Итон погиб.

– Верно. Вот только мы не знаем, жив ли он сейчас. Костяшка не устроила бы сумасшествие на приеме, если бы не злилась на меня.

– Тоже верно. Хотя Итон всё равно бы на ней не женился. Леди Кларисса определенно была девушкой для развлечений, а не для создания семьи. У Моро-младшего появилась бы официальная невеста, а любовница в лучшем случает осталась просто любовницей. И учитывая ее характер, устроила бы что-то мерзкое.

– Пожалуй, – пробормотала я и тоже улыбнулась. Благодарно.

Мне всё больше нравился Хантер. С ним было легко. Он не нервничал по поводу и без оного, рассуждал здраво, предлагал помощь. Приятно, когда рядом такой мужчина. Жаль, что Итон другой. Мне было бы гораздо легче смириться с ролью невесты.

В дверь позвонили.

– Наш ужин, – оповестила я и пошла принимать пиццу.

****

Трапеза прошла преимущественно в молчании. Хантер оценил еду нашего мира. Правда, не поверил, что пиццу можно есть руками. Особенно, когда я взялась за вилку и нож.

– Каждому свое, – поведала я. И велела: – Только не смейся. Я сначала отрезаю и съедаю корочку, а потом всё остальное. Так вкуснее.

– Раз вкуснее, значит, так и положено, – ответил на это корреспондент, попробовал грибную пиццу, издал мычание и на несколько минут оказался потерян для общества. В моем лице.

А дальше… Дальше мы попробовали рулетики с курицей и овощами, а потом сытые и довольные пили чай и делились вкусовыми пристрастиями. Мороженое я пока убрала в холодильник, чтобы достать через пару часов. Мне показалось забавным, что Хантер не фанат шоколада, зато обожает лакомства с карамельной начинкой. Мол, душу продать не готов, но натворить других глупостей запросто.

Я хотела рассказать, что могу отказаться от чего угодно, кроме мороженого, но случилась еще одна странность. Третья за день. И самая безумная.

Прямо сквозь стекло влетели желтеющие листья и… сложились в идеально ровную стрелку, указывающие в сторону прихожей.

– Ого… – выдохнул Хантер, пока я вцеплялась в столешницу, чтобы не грохнуться со стула. Или вместе с ним. – И куда нас приглашают?

– Что-то мне не хочется проверять…

– Амелия, думаю, стоит это сделать, – корреспондент поднялся из-за стола. – Кто-то явно пытается с тобой связаться.

– Хвостатый, кто же еще? – процедила я.

Хотела добавить, что еще в кандидатах Киллиан из детей луны. Но Хантер уже помчался к выходу. Пришлось следовать за ним. Стрелка тоже переместилась. Показала на дверь и прошла сквозь нее.

– Идемте! – вскричал Хантер, будто речь шла о приключении.

Я заскрежетала зубами, но взяла-таки ветровку. Он хочет домой, это понятно. Вдруг удастся переправить только его одного? Я бы с удовольствием осталась в родном мире.

Глава 18. Всё иначе

Перед тем, как закрыть дверь, я с тоской оглядела ту часть квартиры, которая была доступна взору. Вдруг никогда уже сюда не вернусь? Мелькнула мысль, что я не поговорила с Лесей. И с начальником тоже. Даже почту не проверила, а ведь там, наверняка, ответы накопились после моих вчерашних сообщений. Может, задержаться? Или вообще никуда не ходить? Но Хантер уже спускался по лестнице вслед за движущейся стрелкой из листьев. Пришлось спешить за ним.

– Кажется, никто ничего не замечает, – пробормотал корреспондент на улице.

– Стрелка магическая, – я передернула плечами. Тот факт, что прохожие не шарахаются от странного указателя и от нас заодно, меня ни капли не волновал.

– Но я не маг, – возразил Хантер, ускоряя шаг. Вопреки всем увлекательным вещам этого мира, ему не терпелось вернуться в собственный.

– Наверное, стрелка нацелена на иномирцев, – предположила я, стараясь не показать, насколько расстроена.

Не хотелось мне снова оказаться между молотом и наковальней. В смысле, между Вильгельмом Моро, желающим, чтобы я вернула единственному наследнику магию, и фанатичным Киллианом, жаждущим прервать род Моро в отместку за давние грехи. Однако не покидало предчувствие, что всё закончится именно этим. Мне придется оказаться в центре чужого бардака. Или того хуже – превратиться в разменную монету.

– Черти…

Я остановилась вместе со стрелкой, ибо увидела, куда нас довела магическая штуковина.

Нет, не к веранде ресторана, где днем я видела нечто похожее на нити, а к пустой остановочной платформе – современной, из стекла. Таких у нас в городе полно, особенно в центральной части. Вот только эта отличалась от остальных. Под ее крышей не просто мелькали всполохи, напоминающие нити, а висела самая настоящая сеть. Точь-в-точь, как в ратуше на нашей с Итоном помолвке.

– Что там? – спросил Хантер. Он сеть видеть не мог. Даже мало кому из магов сие доступно.

– Сеть, – проворчала я.

– Ты не хочешь перемещаться, – догадался корреспондент.

– Не то, чтобы не хочу. Просто… – я пыталась подобрать правильные слова. – Неизвестно, что нас ждет по ту сторону. Не факт, что… мне позволят снова… уйти.

– Ты о Вильгельме Моро или детях луны? – уточнил Хантер.

– Обо всех сразу, – усмехнулась я, в очередной раз убедившись в сообразительности этого человека. – Господин Карлайл погиб, и господин Моро-старший договорился с его преемником о мире и сотрудничестве. Но есть кое-кто из их роду-племени, кто был бы не прочь довести до конца дело бывшего главы и… считает, что можно использовать меня. В общем, всё сложно.

Хантер молчал несколько секунд, обдумывая мои слова. А потом выдал:

– Значит, мы останемся здесь. Я не хочу, чтобы ты подвергала себя риску, Амелия.

– Что-о-о? – я вытаращила глаза.

Он серьезно? Или… это уловка?

Но стоило посмотреть на Хантера внимательно, я поняла, что он еще как серьезен. В глазах всё ещё читалась борьба. Он хотел домой. Очень хотел. Но был настоящим мужчиной, готовым забыть о собственных нуждах ради кого-то другого.

– Я останусь здесь, Амелия, – проговорил Хантер с вымученной улыбкой. – Как-нибудь устроюсь. Мне повезло. Ведь твой мир очень интересен. Было бы куда хуже, если бы я застрял в другом месте, где только-только изобрели колесо.

Я посмотрела на него с сочувствием и восхищением. Он еще и шутит. Ради себя самого, но больше ради моего спокойствия. Подумалось, что стоит соглашаться. Я ведь хочу остаться. Очень. С другой стороны, Хантер застрял здесь из-за меня. Несправедливо заставлять его жертвовать собственной привычной жизнью. И кто сказала, что я снова не могу вернуться домой? Риск есть. Хвостатый сейчас старается изо всех сил, а его хозяин может запросто посадить меня под замок. Но я уже доказывала, что со мной, во-первых, шутки плохи, а, во-вторых, я умею преподносить магические сюрпризы.

– Мы поступим правильно, – объявила я и, не дав Хантеру опомниться, вцепилась в него одной рукой, а другой дернула нить из сети.

Пара мгновений в темноте, и мы покатились по ковру. Я врезалась в стену, Хантер в меня. Он тут же вскочил, попытался помочь мне подняться.

– Ты в порядке, Амелия?

А я проигнорировала протянутые руки и уставилась на мага, который нас поджидал.

– Не хвостатый… – констатировала я, во все глаза глядя на Габриэля – бывшего ученика Серафима и моего нынешнего наставника.

– Нет, не он, – усмехнулся маг весело. И тут же стал очень серьезным. – Мое имя Габриэль, – представился он взволнованному Хантеру. – Вы находитесь в моем доме. И сейчас вам обоим лучше оставаться здесь. Обоим. Я всё объясню.

– Значит, стрелка была твоей работой, – протянула я, продолжая сидеть на ковре.

– Да. Нельсон изо всех сил пытался до тебя добраться и выдернуть из родного мира. Снова. Сейчас ему труднее это сделать, ибо ты сама обрела магию. Но это был вопрос времени. Поэтому мне пришлось вмешаться. Прости, Амелия, что заставил покинуть дом, но сейчас тебе лучше не попадаться Вильгельму Моро.

– П-п-почему? – вдоль позвоночника прошла дрожь.

– Он зол и готов спустить на тебя всех собак.

– Моро злится, потому что… с Итоном случилось что-то дурное?

– Да, – не стал отпираться Габриэль.

– Он… – у меня похолодели ноги.

– Жив. Но находится в госпитале. И состояние довольно тяжелое. Итон сильно пострадал, пытаясь остановить леди Клариссу.

Я закрыла лицо ладонями.

– Не-е-ет, – простонала отчаянно. – Это я виновата.

– Неправда! – возмутился Хантер. – Это не ты принесла на прием магическое оружие.

– Знаю, – я опустила руки и горько усмехнулась. – Но я поставила костяшку на маскараде в глупое положение перед всеми. Да, конечно, она первая начала, да и полет на балконе был случайностью. И всё же я поспособствовала тому, чтобы она свихнулась и…

Я не договорила. До боли закусила нижнюю губу, чтобы не разреветься в голос.

Хантер только вздохнул, догадавшись, что сейчас любые слова утешения бесполезны.

– Что с леди Клариссой? – спросил он Габриэля.

– Ее никто больше не видел и, подозреваю, не увидит.

– Думаете, она… – корреспондент побледнел.

– Уже не с нами. Вильгельм Моро скор на расправу без суда и следствия. Особенно, если дело касается его лично. Итон – отцовское разочарование. Однако других детей нет, а Итон не обзавелся потомством. Моро-старший отчаянно боится, что род прервется. Поэтому, господин Хантер, – маг с сочувствием посмотрел на корреспондента, – вам пока следует затаиться. В глазах безумного советника мэра – вы сообщник Амелии.

– Серьезно? – усмехнулся тот.

– Кому, как ни вам, знать, что творит этот маг. Вы не первый год под него копаете. Не можете не понимать, что он наказывает и тех, кого определяет в неприятели, и их близких.

– Близких… – повторил Хантер эхом. – Мой брат! Он…

– Ваш единственный родственник, – закончил фразу Габриэль. – Джон в безопасности, не беспокойтесь. Как и его невеста. Они оба под охраной моих друзей магов. Ни Вильгельм Моро, ни его прихвостень Нельсон до них не доберутся.

– Спасибо, – поблагодарил Хантер Габриэля.

А я посмотрела на учителя хмуро.

– Вы уверены, что я для Моро – враг? – спросила, поднимаясь, наконец, с ковра. – Они выдернули меня в этот мир с определенной целью. Насколько я понимаю, Итону нет смысла обзаводиться потомством, то бишь одаривать папеньку внуками, пока он не решит одну проблему. И именно для этого требовалась я.

– Какая еще проблема? – насторожился Хантер.

Я тяжко вздохнула. Не хотелось сдавать бедного Итона. Особенно тому, как только что было сказано, кто копает под его папеньку.

За меня ответил Габриэль.

– Дети луны прокляли сына врага, и Итон утратил магию. Нельсон уверен, что вернуть ее поможет женитьба на дочери Серафима.

– Вот только Амелия ему не дочь, а внучка, – констатировал мой спутник.

– Вижу, вы многое знаете, господин Хантер, – маг приподнял одну бровь, что сделало его молодое лицо еще интереснее.

– Когда оказываешься в одной лодке, приходится делиться секретами, – пояснила я.

– Понимаю, – кивнул Габриэль. – Но нет, Амелия, Вильгельм Моро больше не рассматривает тебя, как средство решения проблем. Он считает, что ты заодно с детьми луны.

– Но это неправда! – возмутилась я.

– На маскараде была зафиксирована остановка времени. А вчера удалось, наконец, установить, кто это сделал. И с кем нарушитель общался.

Я так грязно выругалась. Да так, что Хантер вытаращил глаза, не ожидая от меня подобного. Габриэль и внимания на мои перлы не обратил.

– Ничего не хочешь рассказать, Амелия?

Я развела руками.

– Ладно! Да, Киллиан приходил ко мне. Но я с ним не сотрудничаю. И с Карлайлом не сотрудничала тоже, – я подарила яростный взгляд Хантеру, который уже не раз заводил со мной разговор о покойном лидере детей луны. – Они выходили на меня – это правда. Но я не собиралась помогать вредить Моро. Особенно Итону. Он вообще не в ответе за старые грехи отца. Слабак, конечно. Но очень талантливый гончар.

– Кто? – Хантер вытаращил глаза.

– Ты же копаешь под Моро-старшего, – припечатала я. – И не знаешь, что у младшего свое дело? Он создает глиняную посуду. Очень красивую. А его друг Роб занимается продажей. Развозит по точкам и всё такое. Я помогала им с рекламой. Давала советы. В общем, я не хотела, чтобы Итон пострадал. Да и помогать устранить Моро-старшего не желала. Я не сообщница убийц.

– Но ты ничего не рассказала. О Киллиане. Верно? – маг смотрел так, что у меня внутренности переворачивались. По крайней мере, так казалось.

– Нет, не рассказала. Я не знала, что делать, и кому доверять. И вообще… – я потерла пальцами виски. – Карлайл дал мне два месяца на раздумье. Сказал, что либо я помогу, либо отправлюсь в небытие вместе с Моро. А потом он умер. Я думала, всё кончено, однако явился Киллиан. Их новый лидер хочет сотрудничать с Моро и забыть былое. Но он сам… Киллиан жаждет закончить дело Карлайла. Вот. Знаю, глупо было прятать голову в песок, и надеяться, что всё разрешится само собой. Но я оказалась в ловушке.

– Киллиан что-то обещал?

– Да. Говорил, что сможет вернуть меня домой. Хотя я не очень в это верила.

– И правильно. Этот маг не способен перемещаться между мирами. Детей луны, у которых осталась эта способность, можно по пальцами пересчитать.

– Так и думала, что он – плут, – мои пальцы невольно сделали движение, будто откручивают паразиту голову.

– Однако Киллиан способен причинить вред, – заметил Габриэль. – Поэтому…

Он не договорил, а я спросила строго:

– Какой у тебя план? И почему ты готов рисковать, помогая мне? Одно дело – скрыть детали моего происхождения. Другое – идти против Вильгельма Моро в открытую.

Габриэль, казалось, удивился вопросу.

– Разве не ясно? Амелия, ты – потомок моего великого учителя. Я не могу допустить, чтобы ты пострадала, а тем более погибла от рук безумного старика Моро. Да и вендетта Киллиана – не повод делать из тебя разменную монету.

Звучало убедительно, но ответ меня не успокоил. Ведь Габриэль пропустил первую часть вопроса. О плане. Случайно? Вряд ли. Скорее, намеренно проигнорировал.

Я этого просто так оставлять не собиралась.

– Не подумай, что я не благодарна. Очень благодарна. И Моро-старший, и Киллиан пугают меня до чертиков. В смысле, очень сильно пугают. И всё же, что ты намерен делать дальше?

– Отправить тебя домой. Но под особенной защитой. Такой, чтобы никто не мог вернуть назад против воли. Нас с тобой ждет кропотливая работа. Магическая. Защита ставится вдвоем. Нужны мои умения и твоя энергия. Потребуется неделя, не меньше. А потом… Потом ты сможешь жить спокойно в родном мире.

– А что насчет Хантера? И Джона с невестой? Им придется скрываться, пока жив Вильгельм Моро?

– Скорее всего, – не стал отпираться Габриэль.

– Годами?

– Думаю, времени пройдет гораздо меньше. Если столкнуть Моро и Киллиана.

– Что-о-о? – я схватилась за голову. – Хотите стать сообщником убийцы?

– Нет. Лишь приблизить неизбежное.

– А как же Итон? Его тоже преподнесете Киллиану на блюдечке?

– Итон Моро и без того в тяжелом состоянии, Амелия. Помните?

– Но…

– Нет, я не намерен добивать навязанного тебе жениха. И помогать его добивать тоже. У меня есть план, уверяю. Сделаю так, что все останутся довольны. Кроме тех, кто заслужил наказания за грехи.

– Но…

– Тебе нужно отдохнуть, Амелия. И набраться сил. Завтра нам предстоит немало магической работы. Познакомься, это Бернадетт – моя помощница. Она тоже маг. Проводит тебя и Хантера в ваши комнаты.

От стены отделилась молодая женщина, которую до этого момента ни я, ни Хантер не замечали. Корреспондент аж подпрыгнул, когда та появилась. Внешностью Бернадетт обладала совершенно непримечательной. Волосы темно-русые, собраны в пучок, черты лица расплывчатые. Попросят такую описать, даже не сможешь ни за что зацепиться. Впрочем, может, потому Габриэль и нанял ее в помощницы. Неприметность в тайных делах – вещь как раз очень удобная.

Я решила, что утро вечера мудренее, и отправилась за Бернадетт. Раз завтра у нас с Габриэлем кропотливая совместная работа, успею обсудить всё, что меня тревожит. А сейчас стоило отдохнуть. День был длинным. Не верилось, что со встречи с мамой и братом прошли считанные часы.

– Вот ваша спальня, леди Амелия, – Бернадетт открыла дверь комнаты на втором этаже. – Я перенесла кое-что из вашей одежды. Она в шкафу.

– В смысле, перенесли? – не поняла я.

– Из дома Итона Моро. Это одна из моих способностей – проникать, куда угодно. Даже несмотря на защиту. Располагайтесь, леди. Господин Хантер, ваша комната дальше по коридору. Пойдемте, не будем задерживать леди Амелию.

Хантер пожелал мне спокойной ночи и послушно потопал за магичкой, а я закрыла за собой дверь. Наверное, следовало поблагодарить Бернадетт за гардеробчик. Новый-то достать было бы непросто, учитывая особенности моей фигуры. Но мне отчего-то крайне не понравилась ее способность.

Оставшись одна, я провела ревизию. К спальне примыкала ванная, кровать была широкой и мягкой, а в шкафу, действительно висела одежда, купленная в лавке леди Алессандры. Не вся, но не меньше половины точно. Особенно порадовало, что Бернадетт перенесла оба брючных костюма. Я собралась, было, раздеться и завалиться спать. Даже мыться сил не осталось. Но сначала решила попить воды. На окне стояли и полный графин, и стакан. Но случился казус. Стоило взять графин в руки, как тот выскользнул и закончил жизнь по полу. Видно, сказалась моя усталость.

– Какая прелесть, – проворчала я, раздумывая, как поступить. Оставить всё так или позвать кого-то на помощь?

От жажды до утра я, конечно, не умру. Но вдруг кто-то из слуг зайдет сюда, не заметит осколки и поранится?

Выругавшись под нос, я вышла в коридор, надеясь, что долго искать помощника не придется. Подошла к лестнице, сделала несколько шагов по ступенькам, покрытым светло-серым ковром, и резко остановилась. А потом и вовсе села, вцепившись в перекладины.

Внизу кое-кто был.

Габриэль и Бернадетт. И эти двое обсуждали меня.

– Не нравится мне всё это, – говорила помощница мага. – Мы можем оказаться в крайне непростом положении.

– Я знаю, что делаю, – отвечал маг. – Награда будет высока.

– А проигрыш сокрушительным, если ты не справишься.

– Справлюсь.

– Но ты не сказал Амелии правду, когда она спросила, почему ты вмешался.

– Есть вещи, которые ей не стоит знать.

– Тайное часто становится явным, Габриэль.

– Не в нашем случае, – отрезал маг. – Я не собираюсь ничего рассказывать Амелии. А ты?

– Я не пойду против тебя.

– А больше рассказывать и некому. Других осведомленных не существует.

Габриэль не посчитал нужным продолжать разговор. Ушел. Бернадетт сердито фыркнула ему вслед.

– Упрямец, – протянула разочарованно. – Хотя чему я удивляюсь? Кровь – есть кровь.

И тоже удалилась. Судя по всему – прочь из дома.

А я так и осталась сидеть на лестнице. Еще на несколько минут.

Не знаю точно, сколько прошло времени. Наверное, не так уж и много. Ибо мои пальцы, вцепившиеся в перекладины, не успели устать. В голове гудело. Я чувствовала себя обиженной и преданной. Да что же такое?! Все вокруг пытаются использовать! Все, кому ни лень. Габриэль решил вмешаться вовсе не из-за благодарности моему деду. У него свои цели. Но какие? Я так боялась стать разменной монетой в разборках Моро-старшего и детей луны. А теперь рискую превратиться в орудие сильного мага, учившегося у самого Серафима. Где вообще гарантия, что завтрашние занятия с Габриэлем призваны меня защитить? Я ни черта не знаю о магии. Он может проделать, что угодно под вымышленным предлогом, а я ничего не пойму, пока не станет поздно.

И как поступить?

Уж точно не идти покорно на заклание.

– Хантер? Хантер, ты где?

Я ходила по дальней части коридора второго этажа и стучала во все двери подряд.

– Амелия, что-то случилось? – корреспондент, наконец, обнаружился. Открыл дверь и уставился на меня с тревогой.

– Нужно убираться отсюда, – я втолкнула его в комнату и вошла сама. Затем выглянула назад в коридор, чтобы убедиться, что нас никто не видел, и повернула ключ в замке. Да действия были не очень продуманными, но, когда вокруг всё в очередной раз трещит по швам, как-то не до логики.

– Убираться? – переспросил Хантер. – Разве Габриэль – не твой друг?

– Похоже, нет.

И я пересказала случайно подслушанный разговор.

– Драгоценный учитель скрывает нечто очень важное и намерен меня использовать. Кто знает, было ли хоть что-то в его словах правдой.

Хантер заговорил не сразу. Прошелся несколько раз туда-сюда по комнате, пытаясь проанализировать услышанное.

– Зная Вильгельма Моро, я склонен думать, что Габриэль не соврал, говоря, что тот тебя разыскивает, чтобы отомстить за сговор с детьми луны и травмы сына. Но вот намерения мага… Раз ты потомок Серафима, потенциально можешь обладать некими силами, в которых заинтересован твой учитель.

– Нужно бежать.

– Нет, Амелия, это будет ошибкой. Для нас обоих.

– Но…

– Здесь ты скрыта и от Моро, и от Киллиана, – напомнил Хантер. – А снаружи станешь легкой добычей. Думаешь, маг из детей луны не обладает поисковой магией? А твои приметы, наверняка, знают все стражи порядка столицы. Проверят метку и всё. Тут же доставят к Вильгельму Моро. А я… Даже если опустить тот факт, что советник мэра и до меня мечтает добраться, есть и другая проблема. Габриэль сказал, что спрятал Джона и его невесту. Они в его руках. Я не могу действовать против мага открыто.

– Вот зараза… – прошипела я. Точно! Габриэль «позаботился» о брате Хантера. – И что делать? Притворяться и ждать.

– Притворяться, наблюдать и действовать по обстоятельствам, – корреспондент взял меня за руки. – Амелия, я понимаю, как тебе непросто. Но ты не одна. Мы во всем разберемся. Обещаю. Главное, не совершай необдуманных поступков под влиянием эмоций, хорошо?

– Хорошо…

На кого-то другого я бы обиделась за эти слова. Но Хантер сказал их как-то правильно, без гадкого подтекста.

– Иди спать. А я схожу на разведку.

– Наружу? – изумилась я.

– Верно.

– Но ты же сам сказал, что это может быть опасно.

– Я умею прятаться. Работа научила. Необходимо выяснить, что в словах Габриэля правда, а что – нет. И об Итоне Моро, и о моем брате.

– Я пойду с тобой.

– Исключено. Амелия, я не могу позволить тебе рисковать, – Хантер продолжал сжимать мои ладони, и мне нравилось тепло его рук. А еще… взгляд, в котором промелькнула неожиданная забота. – Здесь ты пока в безопасности. Габриэлю что-то от тебя нужно. Он не причинит вред, пока не получит желаемое. А снаружи слишком опасно.

– Но ты туда идешь.

– Я говорил: у меня богатый опыт.

– Но я могу помочь. Или опасаешься, что помешаю?

– Нет. Я знаю, что ты девушка предприимчивая и сообразительная. Но в одиночку действовать легче, особенно, когда знаешь все переулки и закоулки. Я управлюсь до утра. Уйду и вернусь незамеченным. Обещаю.

– Хорошо, – смирилась я.

Хантер прав. Без меня ему будет проще. И всё же мне было страшно. Вдруг попадется Вильгельму Моро или Киллиану? Сам же сказал о поисковой магии. Да и мне очень не хотелось остаться без него, как бы эгоистично это ни звучало.

– Всё будет замечательно, – пробормотала я, вернувшись в отведенную мне спальню. Но сердце пронзила та-акая тоска, что хоть вой. – Хочу домой, – прохныкала я, сжимая кулаки так, что ладони заболели от впившихся в них ногтей.

Желание сбылось. Но лишь на мгновенье. Стены спальни замерцали, и я увидела очертания комнаты, служившей и залом, и рабочим местом. Но она тут же растворилась. Силенок для полноценного перемещения явно не хватало.

– Ждать и наблюдать, – пробормотала я еще одну мантру.

А что еще остается?