Текст книги "Карамелька, или Ты попал, жених! (СИ)"

Автор книги: Анна Бахтиярова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

– Ах ты, дрянь! – завопила крыска, топая и едва не всхлипывая.

– Амелия не нарочно! – попытался оправдать меня Итон.

– Вообще-то нарочно, – отчеканила я. – Не хочу, чтобы эта падшая женщина присутствовала на приеме. Это наша помолвка, дорогой. Недоброжелателям и завистникам на нем нечего делать. А нам пора к гостям.

Я взяла шокированного жениха за руку и утянула прочь.

Глава 15. Спутник

Мы вернулись к гостям вовремя. Не прошло и пары минут, как музыка смолкла, и на середину зала выскочил распорядитель приема.

– Настало время главной изюминки нашего вечера! – объявил он, улыбаясь до ушей. – Мы готовы подвести итоги лотереи. Победитель сможет станцевать с невестой, а победительница с женихом!

Со всех сторон полетели аплодисменты, а я с трудом удержалась, чтобы не вцепиться в Итона, да так крепко, чтобы никто не оторвал. Да, я не из пугливых, но перспектива облажаться у всех на глазах пугала до колик. Леди Амелии фон Грушенс полагалось уметь мастерски кружиться в танце. Если отдавлю партнеру ноги, этот промах будут припоминать до конца дней. В высшем обществе всех существующих миров любят смаковать чужие ошибки.

На середину зала тем временем вынесли емкость, похожую на круглый аквариум. Внутри лежали сложенные листы с именами претендентов.

– Сначала леди, – распорядитель продолжал широко улыбаться. И как у него лицо не сводило? Или это дело привычки? – Так-так, – он сунул руку в «аквариум» и пошуршал бумажками. Потом достал одну и радостно прочел: – Леди Лизель Донован!

Я вытаращила глаза.

Жена мэра? Ого…

Она тоже захотела поучаствовать в лотерее? Никто не посмел бы положить лист с ее именем без разрешения. Или… В голове звякнул колокольчик. А ведь распорядитель говорил, что именно леди Лизель велела устроить лотерею. Может, это был выбор без выбора? И распорядитель достал именно ту бумажку, которую должен был?

Но зачем жене мэра жаждать станцевать с Итоном?

Что тут вообще происходит? Я чего-то не знаю?

Народ снова принялся хлопать. Жарче прежнего. Поздравить важную даму жаждали все. А распорядитель уже засунул руку во второй «аквариум», который принесли на смену первому. Он снова пошуршал бумажками. А потом…

Потом прозвучало имя:

– Марк Хантер!

– Да ладно! – вырвалось у меня. К счастью, мой возглас потонул в новой порции аплодисментов, иначе выглядела бы моя реакция странно.

Итон, судя по выражению лица, тоже не пришел в восторг.

– Будь осторожна, – шепнул он, прежде чем мы разделились. – Может, Хантер теперь – твой партнер по ремонтному делу, но он остается недоброжелателем моего отца.

– Ты тоже не слишком расслабляйся, – ответила я зловещим шепотом. – Может, у меня паранойя, но, похоже, у женушки мэра имеются на тебя планы.

– Знаю, – огорошил меня Итон. – И уж точно не переступлю черту. Я – не самоубийца.

На этой отнюдь не веселой и довольно загадочной ноте мы разделились. Итон направился к леди Лизель, успевший выйти на «танцпол», а рядом со мной оказался Хантер. Выглядел он слегка обескураженным.

– Клянусь, я не пытаюсь провернуть некий трюк, леди Амелия, – проговорил он негромко, едва мы встали в необходимую позу. – Отказываться от лотереи странно и неучтиво, когда к тебе подходит распорядитель. Мне и в голову не могло прийти, что окажусь победителем. Но уверяю, для меня – это честь.

– Надеюсь, это не попытка польстить. Представителям вашей профессии свойственно использовать уловки, дабы добиться желаемого.

– Я предпочитаю всегда оставаться джентльменом, а, если и использую некие, как вы выразились, уловки, стараюсь, чтобы это не причинило никому вреда.

Хантер произнес всё это с мягкой улыбкой, а я вдруг сообразила, что мы уже не стоим, а танцуем. Партнер легко вел меня, а мои ноги пока справлялись, действуя на автопилоте. Я даже забыла, что на нас все глазеют. Все гости без исключения!

– Как вам прием, леди Амелия? – продолжил корреспондент светскую беседу, отвлекая меня от чужих взглядов.

– Скучный, – отозвалась я и задала свой вопрос: – Почему вы здесь?

– Задание редакции.

– Вы же ненавидите Вильгельма Моро.

– А вам этот маг по душе?

– Вы всегда уходите от ответа, господин Хантер?

– Только, когда речь об очень скользких личностях. А ваш будущий свекор – не просто из таких персон. Он много кому фору даст. Но уверен, вы и сами это знаете. Говорят, вас видели в ресторане с Рональдом Карлайлом за несколько часов до его загадочной гибели.

– Кто говорит? – ужаснулась я вместо того, чтобы сделать вид, что ни с каким Карлайлом знакома не была, и вообще знать не знаю, кто это. Еще и чуть не споткнулась от неожиданности. Но Хантер был опытным танцором, не позволил мне стать посмешищем. И удержал, и продолжил вести в танце.

– У меня много информаторов, леди Амелия. И один из них…

Видимо, корреспондент хотел сказать, что тот работал в ресторане или следил за Карлайлом во время визита в столицу. Но не успел меня просветить, ибо со всех сторон раздались испуганные возгласы, и мы резко остановились.

– Ты, правда, думала, что победила, глупая корова?! – раздался женский голос. Злющий и звенящий.

– Да вы издеваетесь, – пробормотала я, обнаружив в нескольких метрах «костяшку». В смысле, бывшую любовницу Итона – Клариссу, с которой схлестнулась на маскарадной вечеринке.

Белокурая истеричка стояла с перекошенным от ненависти лицом и держала в руках… странный предмет. Некий переливающийся шар на подставке с длинной ручкой. Я понятия не имела, что это за штука. Но судя по волнению пятящихся в стороны гостей, сей предмет представлял серьезную опасность.

Первым ожил Итон.

– Кларисса, что ты творишь? – он шагнул к бывшей подружке, оказавшись между ней и нами с Хантером. Женушка мэра предпочла ретироваться бочком от греха.

– Делаю то, что должна! – завопила костяшка, а глаза сверкнули так, что я осознала: она окончательно слетела с катушек. И пойдет до конца. – Ты бросил меня ради этой коровы! На нее даже смотреть противно! На боках жир так и выпирает, а ноги, будто два огромных бревна! И ты согласен ложиться с ней в постель, потому что у нее происхождение лучше?! Я целый год делала всё, что ты хотел, а ты! Ты!

– Кларисса, послушай…

– Она втоптала меня в грязь на вечеринке! – продолжала кричать блондиночка. – Опозорила так, что передо мной теперь все двери закрыты! Но я прошла сюда! Ваша охрана разбежалась при виде моей игрушки, – она кивнула она переливающийся шар. – Твоя корова за всё заплатит.

– Тебя посадят, Кларисса, если не остановишься, – использовал Итон важный аргумент.

Но костяшка усмехнулась.

– Плевать. Зато твоя невестушка обуглится.

А дальше случилось всё и сразу.

В глазах обезумевшей костяшки сверкнуло пламя. Шар на подставке подпрыгнул. Итон попытался его перехватить, вцепившись в ручку подставки. По-джентельменски повел себя и Хантер. Выскочил вперед, закрыв меня от шара. А я… Я сделала то ли нечто очень важное, то ли огромную глупость. На автопилоте вскинула руку и… магией вырвала нить из сети под потолком. Потянула ее, понятия не имея, что именно делать дальше. А главное, как. Только подумать успела, что неплохо было бы отсюда убраться.

А уже в следующий миг покатилась по ковру. Причем не в одиночку. Рядом кубарем еще кто-то летел. Я сразу не разобрала, кто именно. Лишь вспышкой молнии мелькнула мысль: лишь бы это оказалась не костяшка вместе с опасной штуковиной. Но я едва успела ее додумать. Врезалась в диван.

– Откуда здесь мебель вообще? – пробормотала, пытаясь оглядеться в темноте. Свет отчего-то погас. Или… – Вот, черти! – до меня дошло, что я вовсе не в бальном зале ратуши. А где-то еще. Моя магия снова откликнулась на желание сбежать, как когда-то в родовом гнезде Моро после нападения ниндзя.

– Где это мы? – осведомился мужской голос.

– Хантер?

– Амелия, вы целы?

– Да. Но… Ого!

Моя попытка рассмотреть предметы вокруг возымела успех. Глаза начали потихоньку привыкать к темноте, и голова пошла кругом, ибо я узнала и диван, и очертания шкафа, и даже занавески на темном нынче окне. Это был зал! В смысле, зал моей квартиры!

Это что, нить так сработала?! Усилила мой дар, как недавно настойка Итона?

Похоже на то…

Но вопрос: надолго ли мы тут?..

– Амелия, вы куда? – насторожился переместившийся со мной за компанию Хантер, когда я вскочила и рванула в сторону двери.

– Никуда, – отозвалась я, нащупав на стене выключатель. – Так-то лучше, – проворчала, когда в комнате зажегся свет, осветив всё вокруг. – Надо… выдохнуть, – заметила я и плюхнулась на диван.

Мыслей в голове, впрочем, было не так уж и много.

Помимо сроков пребывания дома, волновало состояние Итона. Она ведь пытался отнять у обезумившей костяшки жуткий шар. Мог и покалечиться. Если не хуже. А еще беспокоило присутствие Хантера. Вдруг я переместилась насовсем? Оно, конечно, замечательно. Но что в таком случае делать с корреспондентом из другого мира? Здесь-то я магией не владею от слова «совсем». Отправить его восвояси не получится при всём желании.

– Амелия, вы чересчур спокойны для леди, оказавшейся в чужом доме, – напомнил Хантер о своем существовании. Он встал с ковра и принялся осматриваться. – Нам бы не помешало найти выход и покинуть сие жилище, пока нас не обнаружили владельцы и… Погодите, – он резко остановился, уставившись на стол. – Это что – иномирная техника? – он указал пальцем на мой ноут.

– Нет. Здесь эта техника вовсе не иномирная, а местная, – отозвалась я и поправила прядку волос, выбившуюся из прически по время катания по полу. – Называется ноутбук. И не паникуйте насчет владельцев жилья. Нас никто не выгонит. Это мой дом. В смысле, квартира.

Рот Хантера приоткрылся от удивления.

– То есть, мы в другом мире? – спросил он хрипло.

– Ага. В моем, – подтвердила я и добавила, наблюдая, как корреспондент понесся к окну: – Черт. Есть хочется. Странно. Знаете, обычно я не страдаю повышением аппетита на нервной почве. Тем более, совсем недавно был ужин. Может, дело в магии? Всё-таки я переместила нас в другой мир. Наверное, много энергии потратила. Ладно, приятно поговорить самой с собой, – усмехнулась я, сообразив, что Хантер меня совсем не слушает. Прильнул к стеклу, как ребенок, и вглядывался в темную улицу.

Я покачала головой и потопала на кухню.

– Вот, зараза…

Холодильник был отключен и пуст. Кто-то позаботился, чтобы он не работал вхолостую в пустой квартире. Еще и от оставшихся продуктов избавился, чтобы не портились. Вряд ли мама или сестра. Не царское это дело. Скорее, отправили кого-то из домработниц.

– Да вы издеваетесь! – возмутилась я, открыв дверцы шкафа, где раньше хранились крупы и печенье. Там тоже были лишь пустые полки.

– Это кухня? Какая-то она маленькая…

Я нервно подпрыгнула, не заметив, как Хантер появился за спиной. И выругалась, потому что ударила руку.

– Уж какая есть, – прошипела сердито. – Та-ак, сидите в гостиной, а я… схожу в душ и переоденусь. А потом наведаюсь в магазин за продуктами. А соседнем доме есть круглосуточный.

– Я с вами! – объявил корреспондент, выпятив грудь.

– В душ? – мои глаза округлились.

– Нет, конечно, – щеки Хантера порозовели. – За продуктами. Леди нельзя разгуливать одной по ночам.

Я посмотрела на кухонные часы в виде домика. Стрелки показывали пятнадцать минут десятого.

– Формально сейчас не ночь, а только поздний вечер и… Хорошо-хорошо, сходите со мной, – согласилась я, сообразив, что «рыцарь» не отстанет. Он, судя по сосредоточенному выражению лица, как раз готовился выплеснуть порцию аргументов. – Одежда у вас, конечно, странная. Но, если кто будет пялиться, скажем, что увлекаетесь косплеем.

– Чем?

– Не берите в голову, – отмахнулась я и рванула к шкафу за чистой одеждой. Нынешнее платье точно не подходило для выхода. И вообще очень хотелось его снять и облачиться во что-то удобное. А еще голову помыть не мешало, дабы избавиться от обильно вылитых на волосы средств для укладки другого мира.

Надо ли говорить, что я поставила рекорд скорости по принятию душа и мытью головы?

Не то, чтобы торопилась. Просто опасалась, как бы нас не затянуло назад. А предстать перед всеми без одежды и в пене как-то не улыбалось. Хотя… без пены, пожалуй, было бы еще хуже. Впрочем, обошлось. Я закончила водные процедуры без приключений, облачилась в джинсы и футболку, высушила волосы феном.

– Та-ак, что тут у нас? – проворчала я, проверяя заначку.

Стопочка купюр никуда не делась. Как и банковские карты. Телефон-то остался в доме Итона, расплачиваться на кассе придется по старинке. Находка меня порадовала. Значит, родственники избавились только от продуктов. Больше ничего не тронули. Уже хорошо. Надо бы с ними связаться. Наверное. Может, там никто особенно и не горюет. Но лучше обозначить свое существование. В смысле, жива-здорова, помирать не собираюсь, и квартира, по-прежнему, моя. Как и всё имущество в ней. Даже если я снова исчезну, пусть будут в курсе, что трогать тут ничего нельзя.

– На выход, – велела я корреспонденту и накинула в прихожей ветровку.

Мы вышли в подъезд, я повернула ключ в замке, как вдруг открылась дверь по соседству.

– Ой… – выдала старушка, гордо носившая довольно редкое имя Руфь. Она меня недолюбливала. Жаловалась, что, сталкиваясь со мной на лестнице, вынуждена прижиматься к стене, хотя делала это из раза в раз я, чтобы освободить недовольной бабке побольше пространства. – А родня говорит, ты пропала без вести, – выдала она с нотками разочарования в голосе. – Племянница хочет поближе переехать. Мы думали, может, твою квартиру на продажу выставят.

– Не выставят, – отрезала я. – Спасибо за заботу.

– А это что за фрукт? – кивнула она на Хантера.

– Персик. Очень сочный экзотический фрукт, – я усмехнулась и подтолкнула обалдевшего Хантера к лестнице, чтоб не стоял, как пень, а спускался, пока беспардонная бабка еще чего не брякнула. За ней не заржавеет.

Дальше события развивались вполне штатно. До магазина дошли быстро, хотя Хантер только и делал, что глазел по сторонам. Наши миры не сказать, чтоб сильно отличались. Дома у корреспондента тоже ездили автомобили, пусть и попроще, чем наши. Одежда была вполне современной по местным меркам. Вот высотных домов было поменьше. Да и вообще не наблюдалось такой скученности, как здесь.

– Столько всего сразу продается! – восхитился Хантер, пока мы бродили вдоль прилавков.

– Да, много всего в одном месте, – согласилась я. – Для удобства.

В этом тоже заключалось различие миров. Там, откуда мы прибыли, существовало четкое разделение: булочные, мясные и молочные лавки, места, где продавались бытовые средства и так далее.

Я решила не закупать много продуктов. Взяла по пачке макарон и сосисок, чтобы долго не возиться с ужином. А еще упаковку яиц, чтобы пожарить утром, а заодно банку кофе, сливки, творог и хлеб. Если не переместимся до завтрашнего обеда, закажу новую порцию продуктов. А сейчас нет смысла забивать холодильник и шкафы.

На подходе к кассе, я кинула в тележку еще и пачку печений. Как же без десерта-то?

– На первый взгляд, ваш мир не слишком отличается, – проговорил Хантер. Он нес пакет с продуктами и привлекал внимание немногочисленных прохожих фраком. – Но здесь… темнее.

– Сейчас поздний вечер, не забыли?

– Дело не в темноте, а в ее… хм… насыщенности.

– Я не замечала, что ваша темнота светлее.

– Может, потому что вы – маг, и вам легче адаптироваться.

– Возможно, – ответила я, чтобы не продолжать этот разговор. Но смена темы мне понравилась еще меньше.

– Какие у вас планы, Амелия? – спросил корреспондент.

– Планы… – я усмехнулась, открывая дверь подъезда. – Понятия не имею. В смысле, всё будет зависеть от того, когда нас затянет обратно и затянет ли вообще. Здесь нет магии. Вообще нет. Так что я бессильна.

Хантер остановился, как вкопанный, и уставился на меня растерянно.

– То есть, существует риск остаться здесь навсегда?

– Ну… – я мысленно себя обругала. Вот, бестолочь. Стоило выждать, а не расписывать ему перспективы прямо сейчас. Только паникующего мужика рядом не хватало.

– Амелия? – Хантер продолжал взирать вопросительно.

Но я мышкой прошмыгнула в подъезд (насколько это, конечно, было возможно при моей комплекции) и направилась к лестнице. Всегда поднималась пешком на четвертый этаж, считая, что это не худшая на свете физическая нагрузка. А лифт – для слабаков. Жила бы на пятнадцатом, пользовалась, конечно. Но я гораздо ниже.

– У вас нет ответа, так? – спросил Хантер, поднимающийся следом с пакетом

– Я не специалист по магическим перемещениям, – отозвалась я негромко. Не хотелось, чтобы этот разговор услышал кто-то из соседей. А то решат, что свихнулась. Это не очень хорошее дополнение к исчезновению. – До недавнего времени я вообще не подозревала, что существуют другие миры и волшебство. Несколько дней назад меня уже затягивало домой. Не спрашивайте, как именно это случилось. Не моя тайна. Но тогда я думала, что сплю. И продлилось сие недолго. Я вообще не поняла бы, что это был не сон, если б потом в кармане не обнаружила свой телефон. Я сунула его туда, когда «спала». В общем, меня быстро затянуло назад. Но нынче мы еще здесь. И я понятия не имею, сколько это продлится. Узнаем опытным путем.

– Ясно, – протянул корреспондент.

Я не видела его реакции. Глаз-то на спине нет. Но когда мы вошли в квартиру, Хантер выглядел, как обычно. И не скажешь, что огорошили новостью о возможном прощании с родным миром навсегда. Наверное, работа закалила. Или в целом характер достался не хлипкий.

– Ужин будет готов минут через… двадцать, – оповестила я. Покосилась на корреспондента недовольно. Мне не понравилось, что он проследовал за мной на кухню. Я никогда не любила наблюдателей во время готовки. Впрочем, сейчас от меня особых умений не требовалось. Макароны с сосисками – куда уж проще?

– Способ вашего перемещения сегодня – тоже секрет? – спросил Хантер, следя за каждым моим движением.

– Нет. Я испугалась шара в руках костяшки и дернула нить.

– Что-что? – его глаза округлились.

Пришлось перефразировать.

– Костяшка – это Кларисса. Нить была из сети под потолком. Да, я ее вижу. Я же – потомок Серафима и… Вот, черт! Вам же не полается этого знать.

– Того самого Серафима? – взгляд корреспондента стал окончательно обалдевшим.

– Так, давайте-ка мы поедим, и вы забудете, что я сказала. Это долгая история. И точно не предназначена для общественности. В смысле, не стоит сообщать ее читателям, если мы вернемся в ваш мир. Потому что… всё сложно. А я не обязана становиться разменной монетой в вашей вендетте против Вильгельма Моро. Лучше расскажите, что за шар был в руках костяшки? Я волнуюсь, как бы Итон не пострадал.

– Надеюсь, что нет, – проговорил Хантер, чуть хмурясь. – Хотя штука впрямь опасная. Называется уничтожитель. Их использовали раньше – во время войн, которые не ведутся уже около полувека. Я теряюсь в догадках, где леди Кларисса обзавелась уничтожителем. Говорят, на складах они еще хранятся. На всякий случай. Они же созданы сильными магами, и срок годности у них едва ли не вечный. Но абы кому подобное оружие не достать.

– Однако костяшка достала.

– Целеустремленная леди.

– Ее бы энергию да в мирных целях. Это поговорка такая. В нашем мире.

– Хорошая поговорка, – Хантер улыбнулся уголками губ. – Что касается вашего родства с Серафимом, не волнуйтесь. Я не стану использовать упомянутый факт. И вообще я не хочу причинять вам вред. У меня претензии к господину Моро, а не к вам.

– Есть личные причины ненавидеть советника мэра? – задала я довольно провокационный вопрос.

– Нет. Я просто делаю свою работу. Вильгельм Моро – мерзавец. По многим катком прошелся во имя собственной выгоды. Ему пора оставить пост и перестать отравлять другим жизни. Вот и всё.

– Не поспоришь, – усмехнулась я, раскладывая ужин по тарелкам. – Я тоже не в восторге от потенциального свекра.

– Поэтому встречались с господином Карлайлом?

– Нет. Та встреча не была моей инициативой, – отрезала я. – А теперь давайте просто поедим. Я ужасно устала.

– Хорошо, – кивнул корреспондент и сел за стол.

…Мы поужинали в молчании. Затем Хантер отправился в ванную. Мужская одежда в моей квартире не водилась. Но я вручила ему свой халат. Велела не стесняться и устраиваться после водных процедур на диване, куда я положила чистое пастельное белье и одеяло. Подушки там и так лежали. Сама же уединилась в спальне. Спать хотелось неимоверное. Но прежде, чем отправиться в царство Морфея, я залезла в соцсеть. Обнаружила море сообщений от коллег, родственников, Леси и еще пары приятельниц.

– Нужна легенда… – пробормотала я. А затем немного подумала и разослала сообщения нескольким адресатам.

Мол, простите дуру набитую. Уехала с возлюбленным в путешествие, потеряла телефон, и вообще я же отправляла сообщение накануне отъезда. Неужели, не получили? Досада какая. Наверное, глюк случился очень невовремя. Но ничего. Жива-здорова. Переживать за меня не стоит.

Закончив, я тяжко вздохнула. Утром получу вал ответных сообщений.

Но то будет утром.

Сейчас следовало выспаться. Неважно, проснусь я завтра тут или в другом мире, день предстоит «веселый» …