Текст книги "Тайный принц, или Студентка на замену (СИ)"

Автор книги: Анна Бахтиярова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Я замолчала, и повисла тягостная тишина. Эдгар Джонс о чем-то сосредоточенно раздумывал, поглаживая острый подбородок. Остальные не смели открывать рты. Даже Фредерик Ровэль. Он смотрел перед собой невидящим взглядом, но подозрительным не казался. Я не сомневалась, что ректор не глупый мужик, и если б реально захотел прикончить надоевшую до скрипа на зубах женушку, придумал бы безопасный способ. А не такой, что все будут стоять на ушах. Яд бы использовал, например, редкий, который сложно обнаружить. Иль отправил бы в путешествие и нанял разбойников, чтобы прибили по дороге, изобразив ограбление. Ну, или в Гильдию обратился с просьбой об устранении на худой конец. Наши убийцы сработали бы так, что никто бы ничего не заподозрил.

К Эдгару Джонсу подошел помощник и шепнул, но так, что все услышали:

– Она прибыла.

– Пусть войдет.

Кем бы ни была упомянутая «она», Джонс не счел нужным общаться с ней наедине.

Когда эта женщина грациозной, уверенной походкой вошла в зал, я с трудом сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Вонзила ногти в ладони, не понимая, какого черта тут происходит. Это ловушка? Для меня?!

– Для тех, кто не знаком с этой дамой... – Эдгар Джонс усмехнулся. – Камилла Кларксон – руководитель Гильдии перевоплощенцев.

Кое-кто их педагогов охнул. Ректор даже бровью не повел. Как, впрочем, и сама леди Камилла. Разумеется, она меня заметила, но даже вида не подала, что мы знакомы.

– Может, объясните, зачем меня пригласили? – спросила холодно.

– Объясню, – кивнул сыщик. – Три часа назад гномы, убиравшиеся в Академии, обнаружили в одном из залов тело профессора Иоланты Ровэль – супруги ректора. Смерть женщины была насильственной. Ее убили ножом в спину. А на лбу... На лбу оставили метку. Вырезали ножом. Догадываетесь, какую?

На лице леди Камиллы не дрогнул ни единый мускул.

– Знак Гильдии, я полагаю.

– Именно, – подтвердил Эдвард Джонс.

По моей спине прошел холодок. Знак Гильдии – меч и веер – оставляли исключительно в тех случаях, когда хотели указать на свою причастность. И то больше в давние времена. Нынче наши «работники» старались не оставлять следов.

– Что вы на это скажете, леди Камилла? – поинтересовался сыщик.

Та небрежно повела плечами.

– Только то, что некто пытается запутать следствие. Гильдия уже больше года не принимает заказы на убийства. Согласно нашему с вами договору.

Я скрыла удивление, хотя оно и было велико.

У руководства Гильдии договор с Сыскным ведомством?! Ну и дела!

С какого перепуга, интересно?

– То есть, леди Камилла, вы можете поклясться, что в Академии Ровэль в последнее время (и в настоящее тоже) не находился никто из ваших людей или магов?

Мурашки снова вышли на старт. Но я не дрогнула. Леди Камилле не с руки выдавать меня. Заказчица слишком высокопоставленная. Скандал будет основательный. Да и убийство на меня повесят. А это точно Гильдии ни к чему, раз есть упомянутый договор.

– Меня бы позабавило ваше предложение, Эдгар, если бы я не знала, что вы чертовски умны, – протянула моя начальница с усмешкой. – Но вы прекрасно знаете, что я связана магической клятвой и не вправе выдавать местоположение работников. Я не могу сделать, что вы просите, независимо от того, присутствует ли здесь кто-то из наших или нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я бы поаплодировала ей, будь у меня такая возможность. Отлично выкрутилась. И не придерешься. Клятва – есть клятва. Тем более, магическая.

Лицо Эдгара Джонса осталось непробиваемым. Хотя сыщика основательно щелкнули по носу.

– Надеюсь, знак на лбу леди Ровэль окажется провокацией, – проговорил он. – Иначе, леди Камилла, у вас будут серьезные проблемы. Нарушение договор – это не лучше нарушения магической клятвы. Гарантирую. А теперь будьте так любезны подождать в соседнем зале, пока я тут закончу. Я хотел бы обсудить с вами еще один вопрос. Наедине.

– Хорошо, – кивнула моя начальница с видом, будто делает сыщику великое одолжение.

– Ваше Высочество, – он повернулся ко мне. – Вы пока свободны. Возвращайтесь к себе и постарайтесь не вступать более в конфликты с педагогами. Это неприемлемо для любого студента независимо от происхождения.

– Учту на будущее, – проговорила я и быстрым шагом покинула зал.

Голова шла кругом. Убийство под боком было совершенно лишним. А уж учитывая метку, подавно! Возможно, леди Камилла права, и это попытка пустить сыщиков по ложному следу. Но оставалась и другая вероятность. Да, подозреваемых хоть отбавляй. Начиная с молодых мужчин, которых мегера принуждала к отношениям, и заканчивая Вайлет Гресс с Тильдой Пратт. И всё же, одним выстрелом (точнее, одним ножом) могли убить двух зайцев: избавиться от Иоланты Ровэль и навредить Гильдии. Или... лично мне. Эдмунд Росс жаждал мести. Он не мог знать наверняка, что я состою в упомянутой организации. Но мог догадываться. Конечно, он тот еще вояка. Но с другой стороны, на мегеру напали сзади. Воткнули нож в спину. А это не поступок храбреца.

– Не торопись сбегать.

Я резко обернулась, готовясь к обороне, и чуть за сердце не схватилась.

Передо мной стояла леди Камилла. Только не совсем настоящая. Просвечивающая.

– Это магическая способность? – спросила я, облизнув сухие губы.

– Да. Тайная. На самом деле я в янтарном зале. Жду встречи с Эдгаром Джонсом. Зайди куда-нибудь. Нам не стоит разговаривать в коридоре.

Я быстро огляделась и выбрала незапертую аудиторию, в которой обычно проходили занятия для всего первого курса. Сейчас она пустовала и казалась еще огромнее.

– Убеди меня, что ты не причастна к смерти чокнутой жены ректора, – потребовала начальница, а взгляд стал убийственный.

– Не имею. Я не сумасшедшая. И не самоубийца. К тому же, у меня иной профиль.

Леди Камилла усмехнулась.

– Тоже верно. Однако у вас вышел конфликт.

Я криво усмехнулась.

Да уж, повезло, так повезло.

– Проще сказать, с кем у этой мегеры не было конфликта. Она тащила в койку всех красивых мужиков подряд, а коли те сопротивлялись, выживала из Академии. А сама сходила с ума от ревности из-за любовниц мужа. Двух я точно знаю. Это Тильда Пратт и Вайлет Гресс. С последний они как раз ссорились. Мегера ударила Вайлет по лицу, и та грозилась ей это припомнить. Убийство произошло через несколько минут. Есть, конечно, еще и сам ректор. Но на него бы я не стала ставить. Уж точно не большие деньги. Он вроде умный мужик. Придумал бы более изящный способ избавиться от жены.

Леди Камилла помолчала, оценивая мои слова. Потом спросила:

– Что думаешь о знаке Гильдии на лбу убитой?

– То же самое, что и вы. Хотя... – я помялась. – Не уверена, что это зацепка, но... Я столкнулась здесь с Эдмундом Россом. Вряд ли вы его помните. Я с ним пересекалась в прошлом году. Меня наняла...

– Бабушка его дурочки-невесты, – перебила начальница. – Я помню это задание. Нанимательница была очень довольна твоей работой, мы тогда получили весьма щедрое вознаграждение. Стало быть, он тебя узнал.

– Конечно. Из-за меня сорвалась его свадьба, и он лишился внушительного состояния. Он чертовски зол. Обещал отомстить. Я поставила его на место. Временно. Однако... Я бы не сбрасывала его со счетов. Тем более, за ним теперь стоит кто-то влиятельный. Не знаю, кто именно. Мне пока удалось выяснить лишь то, что след ведёт в Каталию.

Брови леди Камиллы сошлись в одну линию.

– Мы займемся Эдмундом Россом и его благодетелем, – пообещала она. – А тебе стоит быть осторожнее, девочка. Стычки с педагогами совершенно ни к чему, учитывая твоё задание.

– Знаю. И прошу прощения, леди Камилла. Я делаю всё, чтобы не выходить из образа. Ссора с леди Ровэль была самообороной. Она напала на меня. Решила, что ее блудливый муж и ко мне неравнодушен, хотя это не так. Я Фредерику Ровэлю совершенно не нравлюсь. Пришлось сопротивляться. Жаль, что появился свидетель нашего... хм... бурного общения с леди Ровэль.

– Действительно, жаль, – протянула начальница и задала новый вопрос: – Как складываются твои отношения с Принцем Дэниэлом?

Я с шумом выдохнула воздух.

– Наше взаимодействие сложно назвать отношениями. Его Высочество ясно дал понять, что будущая свадьба его не вдохновляет. Временами пакостит, но иногда мы приходим к компромиссам. Я над этим усердно работаю, дабы упростить себе жизнь.

– Работай-работай. Потому что впереди у тебя еще много месяцев обучения в Академии, – она весело усмехнулась. – Твоя нанимательница тоже не сидит, сложа руки. И главное, есть результат.

– Вы хотите сказать...

– Да. Принцесса Теона беременна. Я узнала об этом вчера. Магическая проверка подтвердила ее интересное положение.

– Рада слышать, – проговорила я.

Хоть у кого-то всё идёт по плану.

– Разумеется, нужно, чтобы этот ребёнок успел появиться на свет, – добавила леди Камилла. – Только после его рождения тайный брак Принцессы невозможно будет аннулировать. Поэтому тебе необходимо быть вдвойне осторожной. Нам нельзя подвести нанимательницу. Слишком многое стоит на кону. Зато после этого задания, ты получишь возможность уйти на заслуженный покой.

Я вытаращила глаза. А начальница свои закатила.

– А чего ты ожидала, девочка? Ты притворяешься Теоной Ирравийской. Когда правда откроется, разразится жуткий скандал, и тебе придется залечь на дно. Мы уж точно больше не сможем посылать тебя на задания. Слишком много людей и магов будут знать, как ты выглядишь. Поэтому... Ты сможешь обзавестись семьей (мужа, разумеется, выберешь из Гильдии) и приносить нам пользу иначе. Это не худшая судьба на свете. Наши мужчины высоко ценят таланты наших женщин. Или ты не согласна?

– Согласна, леди Камилла, – поспешила заверить я, а у самой сердце похолодело.

«Приносить нам пользу иначе» – прозвучало слишком категорично. То есть, моя будущая участь – рожать новых членов Гильдии? А если я не хочу? В смысле, если я хочу получить место в «конторе» и чем-то управлять, а не превращаться в наседку?

Само собой я предпочла пока не заговаривать об этом. Не время. И не место. Мне еще нужно девять месяцев в Академии Ровэль пережить, а потом строить карьерные планы.

– Мне пора, – объявила леди Камилла. – Эдгар Джонс на подходе.

И исчезла. Растворилась, будто померещилась.

А я выругалась и проворчала:

– Ага, именно замуж. Чтоб сидела дома, рожала и не пыталась составлять конкуренцию.

А ведь, правда! В нашей «конторе» работали сплошные мужчины. В смысле, именно в «конторе», где занимались планированием заданий. Дамы там присутствовали исключительно, чтобы помочь «полевым» работникам приготовиться к выходу, преобразиться, навести марафет. Не более. Но это они, а не я! Я ко всему прочему считаюсь артефактором, и мои таланты можно было бы использовать без «полевых» заданий.

– Карр!

Я вздрогнула и обнаружила, что дальнее окно в аудитории открыто, а на подоконнике сидит крупный черный ворон. Сидит, наклонив голову на бок, и с любопытством взирает на меня.

– Чего уставился? – бросила я. – Глаза от моего яда прожгутся!

– Каррррр! – ворон будто бы оскорбился, хотя по определению не мог понять моих слов.

Я же поправила спутанные волосы, которые не успела привести в порядок со сна, и зашагала к себе. Следовало еще поспать. День предстоял длинный и насыщенный.

****

Я встала вполне отдохнувшая. Работников Гильдии с детства учили, что сон – это великая ценность. Какие события бы ни происходили вокруг, нужно использовать любую возможность, чтобы восстановить силы для дальнейших подвигов. Я неплохо умела очищать голову от всех мыслей, когда того требовали обстоятельства. Поэтому запретила себе думать и об убитой мегере, и о знаке на ее лбу, и собственном будущем. Представила лесное озеро. По воде бежала легкая рябь от ветра, а природа вокруг казалась погруженной в абсолютное спокойствие. Такое, которое никто и ничто не способно нарушить. Глаза мгновенно закрылись, и я погрузилась в королевство грёз. Сны, правда, снились беспокойные. Я от кого-то убегала по коридорам Академии, а в ушах звучал голос дракона Луиса: «Поторопись, Клара, ты мне нужна живая». Впрочем, это не помешало мне чувствовать себя прекрасно поутру и явиться в обеденный зал королевской походкой.

Там господствовала непривычная тишина. Не траурная. Всё-таки Иоланту Ровэль не любили. Скорее, тревожная. Убийство – есть убийство, а преступник однозначно находился в замке.

Впрочем, за нашим столом всё равно шептались.

– Говорят, эта Гильдия – кошмарная организация.

– Там есть маги, которые одним взглядом убивают.

– А еще они детей похищают. Прямо из колыбели. И из них растят убийц. У них в Гильдии предсказатели есть. Заранее могут сказать, какой ребёнок самый подходящий. Вот и забирают чужих детишек.

Я слушала эту ахинею, отправляя в рот творог с джемом ложку за ложкой. И гадала, откуда берутся такие слухи? Да, в какой-то степени я как раз младенец, которого забрали в Гильдию из колыбели. Но у меня отдельная история.

– А еще... еще говорят, их лидер собственными руками зарезала мужа, чтобы бразды правления захватить. И она... она...

– Хватит! – приказала я.

Да, у меня были вопросы к начальнице после ночного разговора. Но позволять окружающим сплетничать о ней я не могла.

– Между прочим, говорят, что в Гильдии есть самые настоящие невидимки, которые подслушивают чужие разговоры. Поэтому крайне не рекомендуется обсуждать их дела.

Ди хихикнула, глядя на меня пристально. Она не поняла, шучу я или говорю серьезно. Зато остальные притихли, поверив на слово. Или же вспомнили, что болтают об убийцах, а это, правда, очень опасно.

...Уроки сегодня отменили, но велели сидеть в секторах и заниматься самостоятельно. Или просто сидеть и ни в коем случае не путаться под ногами у сыщиков, которые нынче хозяйничали в Академии. Я воспользовалась первым советом. Листала учебники от скуки. Только сначала перекинулась парой слов с Эммой. Сообщила ей новости о беременности госпожи. Та от радости аж в ладоши захлопала. И, кажется, не притворялась. Искренне любила Теону.

А днем ждал сюрприз.

– В смысле, идти на тренировку к ректору? – переспросила я у леди Генриетты, которая явилась передать сногсшибательную новость. – У него же жену убили...

– Убили, – кивнула та хмуро. – Но, видно, не сидится ему спокойно. Поработать решил. Мне велено оповестить всех студенток-магинь, дабы отправлялись в зал.

– Ясно, – протянула я.

Вот уж, действительно, кому-то не сидится на месте. Интересно, как отреагирует сверчок, в смысле Эдгар Джонс, когда узнает, что супруг жертвы проводит тренировки, как ни в чем ни бывало? Да, никто не ждет, что Фредерик Ровэль будет изображать убитого горем вдовца. Все в курсе, что он не питал нежных чувств к жене. И всё же нужно же соблюдать приличия. Остальные педагоги хотя бы делали вид, что огорчены.

– Мог бы и повременить с тренировками, – высказала те же мысли Манон по дороге в  зал.

– Ему плевать, что подумают другие, – отозвалась я.

На подходе к залу мы встретили тайного Принца с куклой. Дэниэл посмотрел на меня гневно. Не забыл огненную атаку связующей магии.

– Только посмей повторить финт, – посоветовал он. – В эту игру можно играть с обеих сторон. Я ведь могу ответить. Так, что неделю от лекарей не выйдешь.

– О! Я с первого дня поняла, что ты истинный джентльмен, – припечатала я.

Дэниэл скривился, и я догадалась, что задела его за живое. Угроза была пустой. Принц не станет меня калечить нарочно. Не опустится до подобной низости. Сколько бы он ни строил из себя «плохого мальчика», благородство в нём есть. Не случайно же он тогда вступился за Манон и наказал обидчика.

– Опаздываете, – попенял ректор, когда мы четверо вошли в зал.

Оказалось, все остальные уже собрались. Ждали только нас.

– Так, вы двое, – Ровэль указал пальцем на нас с Дэниэлом. – Успели разорвать связующую магию?

Красноречивое молчание подсказало ответ.

– Ясно, – ректор подарил нам снисходительный взгляд. – На скамейку. Оба. Будете сегодня наблюдать за тренировкой. А к вашему упрямству мы вернемся в конце.

Мы подчинились. Но сели на расстоянии друг от друга. Признаться, я вздохнула с облегчением. Ректор дал мне две недели. Сумею продержаться, он от меня отстанет. А время шло. И играло на меня.

– Разбейтесь на пары! – приказал Ровэль. – Каждая пара получит по огненному шару. Ваша задача – не пострадать и постараться сделать так, чтобы досталось противнику. С помощью магии, разумеется.

Манфреду досталась Манон, и Дэниэл поморщился. А я напряглась. Принц и кукла – единое целое. Вот интересно, если Манфреда ранят, Дэниэл чувствует боль? И главное, почувствую ли ее я вместо него?

Кажется, Принц подумал о том же. Понимал, что ректору не стоит знать о его связи с «однокурсником». Я внимательно следила за напряженным лицом парня. Он управлял куклой, как никогда старательно. Сам-то он в случае ранения дублера был готов к боли, но не мог сказать наверняка, не заору ли я, тем самым выдав обоих с головой.

Манфред стараниями Дэниэла держался молодцом. Но и Манон оказалась стойким противником. Шар висел между ними, порываясь рвануть то в одну, то в другую сторону. Но они не позволяли ему сдвинуться больше, чем на десять сантиметров. До тех пор, пока девчонка не пошла на хитрость. Ослабила хватку, сделав вид, что подустала. А едва управляющий куклой Принц потерял бдительность и попытался направить в нее шар, ударила изо всех сил. Я даже охнула, ожидая последствий, когда шар полетел в Манфреда. Но тот увернулся, и огонь опалил стену.

Я решила, что это временная передышка. Но ректор остановил «бои». И перешел, наконец, к чему-то полезному. Правда, нас с Принцем не позвал поучаствовать. Мол, сидите, ну и сидите дальше. Пока от магии связующей не избавитесь. Признаться, мне даже стало обидно. Потому что Ровэль объяснял один из способов защиты от огня. Рассказывал и показывал. Дэниэлу-то было проще. Он всё видел глазами куклы. А я сидела на скамье и, как гусь, вытягивала шею, чтобы хоть что-то рассмотреть.

После демонстрации Ровэль велел каждому студенту попробовать новый способ на практике. Следил, помогал и объяснял, что подопечные делают не так. Тут мои сожаления закончились. Ибо я всё равно не смогла бы использовать магию. Частично закончились. Теперь я пожалела, что должна притворяться не магом. А ведь было бы здорово научиться новым приемам. Потенциал-то у меня о-го-го какой!

Но увы... Я на всю жизнь только артефактор.

Когда занятие закончилось, ректор, как и обещал, велел нам с Принцем задержаться.

– В чем проблема? – спросил прямо. – Почему не разорвете связь?

– Теона не хочет. Вы же знаете, она утверждает, что не маг, – выкрутился Дэниэл.

Я сдержала звериный рык.

Вот, паразит! Взял и свалил всё на меня. Понимает, что возразить мне нечего. Не могу же я сказать, что он тянет из меня магическую энергию, которой якобы нет.

Однако Дэниэл добился совершенно не того эффекта.

– Так ты и один можешь разорвать связь, – огорошил Ровэль. – При условии, конечно, что ты сильный маг.

Дэниэл чуть зубами не заскрежетал, но смолчал.

– Свободен, – усмехнулся ректор, указав ему на дверь. А вы, Ваше Высочество, задержитесь.

Я сложила руки на груди, готовясь выслушать гадость в свой адрес.

Однако...

– Как тебя зовут? – спросил ректор. – В смысле, на самом деле?

– Э-э-э...

Я сделала удивленное лицо, а у самой сердце едва не остановилось.

Он не мог узнать правду обо мне. Не мог и всё.

– Давай опустим ту часть, где ты якобы не понимаешь, что я имею в виду, и перейдем к конструктивному разговору. Но сначала... Небольшая демонстрация.

Он отошел на несколько шагов, вскинул руки и... исчез.

Вместо него к потолку взлетел крупный черный ворон. Тот самый, что сидел на подоконнике в аудитории, когда я говорила с леди Камиллой.

Я качнулась, а в голове пронеслось:

«Ты попала, Клара Лебонер...»

Глава 11. Под давлением

Пока ректор принимал истинный облик, мое сердце успело остановиться и снова забиться, но с утроенной скоростью. Голова шла кругом, но я заставила себя вспомнить, что члены Гильдии – гордецы, и даже если попадаются с поличным, никогда не теряют лицо. Вот и мне не следует. Я же не Принцессы Теона, в самом деле.

– Как меня зовут? – протянула я. – Боюсь, не могу ответить на этот вопрос. У нас нет имен. Для посторонних.

Ровэль усмехнулся и проговорил:

– Значит, Её Высочество обратилась в Гильдию, чтобы вместо нее сюда отправили дублершу, а сама тайно выскочила замуж и работает над потомством?

Я кивнула.

А смысл отрицать? Он же сам всё слышал, притворяясь птичкой-переростком.

– Тебя подобрали из-за подходящей внешности и дара артефактора, как у Принцессы, – продолжил ректор. – В Гильдии не в курсе, что ты маг. Иначе не подпустили бы и близко к Академии. А у тебя попросту не осталось выбора. Ты отправилась сюда, надеясь как-нибудь выкрутиться.

Я снова утвердительно качнула головой.

– И в чем заключается твоя тайна? Кто-то из родителей погулял на стороне и выдал тебя за истинное дитя Гильдии?

– Вроде того, – ответила я, не горя желанием рассказывать историю своего появления в семействе Лебонер.

– Не хочешь откровенничать? – он посмотрел, прищурившись.

– Не хочу.

Ректор обошел меня, продолжая разглядывать.

– Нет, тут не просто любовные похождения, – сделал он предположение. – Твои родители пытались скрыть нечто куда более опасное. Я вижу, как сильно ты опасаешься разоблачения. Потому что боишься Гильдии. Того, что они сделают, если правда о тебе раскроется. Ну же, фальшивая Теона, не молчи. Сейчас твоя судьба в моих руках. Советую быть сговорчивой.

Ногти вонзились глубоко в ладони. Хотелось прикончить этого гада. Придушить своими руками! На кону моя жизнь. А он... он! Я видела, что его гложет любопытство. Загнав меня в угол, ректор развлекался. Ну да, жизнь же у него скучная! А тут я с тайнами!

И ничего с этим не поделать. Придется признаваться. Иначе он меня сдаст.

Да, он в любом случае может выдать мой секрет. Но если я буду откровенной, есть шанс, что Ровэль промолчит.

– Моему отцу дали особое задание, – призналась я нехотя. – Убить несговорчивого мага и всех, кто будет рядом. Но он не смог причинить мне вред. Я была ребёнком, а у него имелись принципы. Отец принес меня в свой дом и выдал за дочь.

Ровэль усмехнулся.

– Ты называешь отцом того, кто убил твою настоящую семью? – спросил с толикой удивления.

– Я пыталась его возненавидеть, когда узнала правду. Но не смогла. Он был хорошим отцом. И спас мне жизнь.

– Ладно, аргумент, – согласился ректор. – А настоящего отца он убил мечом смерти, я полагаю? Иначе как бы он справился с магом. Тогда-то и «наградил» тебя звездой?

– Да. Я увидела это, когда вы... устроили ту проверку. Прежде не подозревала, что во мне звезда смерти. И отец вряд ли это знал. В противном случае предупредил бы. Я действительно была ему дорога.

Я помолчала с полминуты, а потом спросила прямо:

– Что вы намерены делать?

Ровэль ответил не сразу. Проверял меня на прочность, не иначе.

– Луис пропустил тебя, а потом даже прокатил на себе, – проговорил он, наконец. – Честно говоря, я не понимаю, как он сумел нарушить прямой приказ. Паразит не признается. Но важнее другое. Мой дракон не считает тебя угрозой для Академии. Значит, и мне не стоит. Влезать в дела королевского семейства Ирравии я не стану. Меня даже позабавит, когда Его Величество поймет, что дочка его обставила. Ну а ты... – она снова сделал паузу. – Может, займешься делом? Обучением магии?

Я скрестила руки на груди.

– Мне нельзя. Теона Ирравийская не маг. Как и я.

– А если занятия будут индивидуальными? – взгляд ректора стал очень пристальным. – Только мы двое. Никто не будет знать, чем именно мы заняты.

Прозвучало несколько двусмысленно, и я понимала, что если ректор предложит вдобавок интимные отношения, мне придется согласиться. Я в его руках. Моя жизнь в его руках.

– Зачем вам это? Смысл обучать меня магии?

– Я говорил однажды: меня связывает клятва. Я обязан помочь обуздать способности каждому студенту-магу, переступившему наш порог. К тому же, в тебе чувствуется потенциал. Да и экземпляр ты редкий.

– Маг и артефактор в одном лице?

– Да. Меня гложет любопытство, настолько ты окажешься сильна.

На этот раз паузу взяла я, хотя и понимала, что он не оставил мне выбора. Я соглашусь. Куда деваться? Хотя... мне самой было интересно, что получится из занятий. Я ведь хотела обучаться магии. Очень хотела.

– Хорошо, – объявила я о своем решении. – Я согласна.

– Так скажешь свое имя?

– Нет. Зовите Теоной.

– Нравится быть упрямой? – Ровэль чуть скривился.

Моя несговорчивость ему не нравилась. Тем более, в такой мелочи, как имя. Но для меня эта была вовсе не мелочь.

– Дело не в упрямстве. Я под прикрытием. Однажды вы можете забыться и назвать меня иначе при свидетелях.

– Ты считаешь, я настолько глуп или неосторожен?

Глаза Ровэля опасно сузились.

– Нет. Ни в коем случае. Но как говорил мой отец, на свете нет тех, кто не совершает ошибок. Вот только ошибки великих более фатальны.

Он улыбнулся уголками губ.

– Ладно, выкрутилась, – признал он. – А теперь приступим к первому занятию.

– Сейчас? – растерялась я.

– А зачем терять время? – ответил Ровэль вопросом на вопрос.

И взмахнул руками.

Проваливаясь сквозь пол, я пообещала мысленно, что однажды припомню ректору все организованные мне неприятности. Отомщу так, что мало не покажется. Обязательно!

Приземление вышло не шибко удачным. Но и не катастрофическим. Я прокатилась кубарем и, как в прошлый раз, врезалась в кирпичную стену.

– Опять Нигде, – проворчала, поднимаясь и отряхиваясь.

– Отличное место для тренировок под давлением, верно?

Я обернулась и встретилась с насмешливым взглядом Ровэля. Надо же, он последовал за мной. Не иначе, чтобы усложнить задачу!

– А я надеялась на огненные шары.

– Толку-то от них? Пока ты связана с Принцем Дэниэлом, при травмах от шаров и других магических штук в реальном мире, огребать будет он. Здесь же связующая магия не сработает. В плетение необходимо добавить особенные нити, чтобы связь оставалась в Нигде. А моя покойная женушка была не столь сильной магиней, чтобы их вплетать.

– О! Вы, смотрю, всё учли и... Стоп! – я пошатнулась, ибо до меня дошел весь смысл сказанного Ровэлем. – Принц Дэниэл?

– Запомни, фальшивая Теона, я знаю всё, что происходит в моей Академии. Ну, почти всё. Уж уловки с куклой точно способен разгадать.

– Рада за вас, – проворчала я, оглядываясь.

И зачем, спрашивается, мы тут стоит и болтаем? Или ректору местная нечисть нипочем? Мне-то от нее может достаться так, что до костерка не доползу. Я прищурилась, пытаясь определить, где ближайший выход. Треклятые лучи черного солнца сегодня были слишком тусклыми. И не поймешь сразу, который ближайший.

– Пытаешься понять, в какую сторону уносить ноги? – протянул ректор разочарованно. –  Стало быть, тебя учили удирать, а не обороняться?

– Обороняться тоже, – бросила я сердито. – Но желательно на бегу.

– Слабачка! – припечатал Ровэль.

В этот самый миг над нами захлопали крылья. Не драконьи. Но тоже довольно мощные.

Я предпочла не ждать, пока в плоть вонзятся когти, выпустила вверх молнию и рванула туда, куда указывал черный луч. Тот, который мне показался ближайшим.

– Куда? – усмехнулся вслед ректор и...

Лучи погасли. Все до единого!

Стараниями Ровэля. Кого ж еще?!

– За-зачем?

– Учись работать под давлением, фальшивая Теона.

– А это, по-вашему, не давление?! – я с трудом увернулась от громадного клюва, едва не приложившего меня в темечко.

– Это недостаточное давление. Борись, а не убегай!

Он крикнул это и исчез. Оставив меня в Нигде без надежды выбраться.

– Когда-нибудь убью! – процедила я и рванула по лесной тропке.

Куда? К зеленому костерку. Я примерно представляла, где он. Запомнила, куда еще недавно указывал черный солнечный луч. Главное, успеть, пока к треклятому летающему чудищу не присоединился кто-нибудь новый. С одним противником я, пожалуй, управлюсь. Но с двумя, а тем более с тремя, точно нет.

Однако, как быстро выяснилось, Ровэль не исчез с концами. Он следил за мной. И ему категорически не понравилась попытка бегства.

– Да чтоб вас всех! – заорала я под громкий мужской смех.

Всё вокруг погасло. В буквальном смысле. Будто все на свете краски растворились вмиг, уступив место сплошной черноте. Ничего вокруг. Только я и тьма. Оставалось лишь шарить руками и чертыхаться. Ну и выверять каждый шаг, ибо рядом что-то опасно хлюпало. Одно неосторожное движение, и окажешься в болоте по самые уши.

– И что теперь будешь делать, фальшивая Теона? – весело поинтересовался ректор.

И сразу вернулись краски. Я, по-прежнему, находилась в Нигде. Только совершенно в ином месте. Не там, где была несколько минут назад. Ровэль непостижимым образом перенес меня или же изменил декорации. Неважно. Главное, я теперь понятия не имела, где искать выход. А крылья над головой снова захлопали. Противник приближался, желая устроить мне веселую жизнь.

Я снова выпустила молнию и бросилась наутек. По-другому я не умела. Я не тот маг, который способен сражаться с чудищами. А тот, кого с детства учили маскироваться, прятать истинную сущность ото всех. Да, в каком-то смысле я – боец. Но кулаки, пригодные в обычной жизни, здесь помочь не способны.

– Сражайся! – снова приказал Ровэль.

Я выругалась, продолжая перебирать ногами.

– Ах так? Ну, держись, девочка! Сама напросилась.

Миг и противников прибавилось.

Со всех сторон замелькали тени, послышалось тихое, но грозное рычание. Мое сердце затрепыхалось, как пойманная в сети рыбешка. Та, которую на берегу ждала верная смерть, но она отчаянно билась, не осознавая, что конец близок. Я же всё осознавала. Понимала, что не умру. Тут нет смерти. Но боль, когда от тебя отрывают куски плоти, вряд ли сравнится хоть с чем-нибудь иным. Разве что... с огнём.

По моим венам, правда, пронеслось пламя. Со зла.

Что за издевательство?! Я ведь на обучение согласилась. На нормальное обучение! А не на попытку превратить меня в жертву для нечисти. Ровэль так развлекается?

Потусторонние звери приближались, но страх вдруг исчез. Ярость, захлестнувшая душу, требовала выхода. Рвалась наружу.

– Ааааааа!

Не понимая, что происходит, я раскинула руки и рухнула на колени.

Я даже не пыталась обороняться. Да и зачем? Из меня во все стороны хлынул свет. Молочно-белый, мощный.

Твари, что меня окружили, бросились врассыпную, а свет всё лился и лился, будто прорвало плотину бесконечной реки. Он, правда, был бесконечным. Этот свет! Я физически ощущала, что он выливается, но я не пустею, а наполняюсь заново. Он рождался внутри, становясь со мной единым целым. И мне это нравилось!

– Ну хватит прохлаждаться.

Раздался щелчок пальцев, и мы оказались в зале для тренировок. Я на коленях и ректор надо мной.