Текст книги "Тайный принц, или Студентка на замену (СИ)"
Автор книги: Анна Бахтиярова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)
Глава 21. Лана
Я ощутила укол в сердце.
Лана. Ее звали Лана.
Красивое имя. Простое и благородное одновременно.
А потом я посмотрела на остальных, и всё тело сковал лёд. На лице Фредерика Ровэля не осталось красок. Только смертельная бледность. Луис нервно царапал пол когтями передней лапы. Тильда Пратт оттягивала ворот платья, будто тот ее душил.
– То есть, ты хочешь сказать, что... – начала она и замолчала, хватая ртом воздух, словно, действительно, задыхалась. – То есть, Алексис... – попыталась добавить она, но замолчала и горестно всхлипнула, явно вспомнив годы несправедливых обвинений.
– Прости, – дракон глянул на нее с искренним сочувствием. – Я не мог сказать. Ни тебе, ни кому-то другому, – на хозяина он старался не смотреть. – Никто не должен был знать, что в ту ночь погибла Алексис. Мне жаль, что в ее исчезновении винят тебя. Это я виноват. Я – ее убийца. Но я не мог признаться. Все думали, что я сжег Лану. Так должно было оставаться и дальше.
Сжег Лану...
По телу прошла судорога.
Стоп! Так это моя мать – та студентка, которая якобы погибла стараниями дракона?!
Я не раз слышала рассказы о том кошмарном происшествии, но не уточняла, как давно оно случилось. Думала, это недавняя история. Максимум, лет пять прошло. А оказывается больше двадцати!
– Ты... ты позволил Л-л-лане покинуть Академию и обставил всё так, будто... – голос ректора задрожал, когда он произносил ЕЁ имя, – будто она мертва. Ну ты и сволочь!
– Лана сама так хотела. Увидела, что я сделал с Алексис, и попросила солгать. Не ради себя. Ради ребёнка. Твой отец и Иоланта убили бы Лану, если б узнали о беременности. Она обещала вернуться. Позже. Когда ребёнок родится и будет в безопасности. Но так и не объявилась. Я не знал, что ей помешало. Понимал, что она либо мертва, либо передумала и не хочет иметь ничего общего ни с тобой, ни с Академией. Оказалось, первый вариант. Лана мертва. И уже давно. Девочка выросла в приемной семье.
В глазах Ровэля сверкнуло яростное пламя. Такое, что и самому Луису не снилось.
– В семье убийцы матери, – отчеканил он.
– Ее хорошо воспитали, – возразил на это дракон. – Она умная, смелая, предприимчивая, сильная духом. У нее есть принципы. Не факт, что сам бы ты справился лучше.
– Поговори у меня, ящерица. Ты отнял у меня самое дорогое! Я годами жил, считая, что Лана совершила непростительное, и ты защищал Академию. А теперь... Теперь выходит, что ты скрывал ее бегство! Я мог защитить ее! И справился бы куда лучше, – он сжал кулаки так, что непроизвольно сработала магия, и на пол посыпались искры. – Убить тебя мало, треклятое создание!
Первый шок прошел, и теперь господин ректор был готов рвать и метать.
Но тут проснулась моя злость.
Да как он смеет упрекать Луиса! Тот спас мне жизнь! А ректор... Он просто чертов эгоист! Думает только о себе. О том, что отняли женщину, которая была ему небезразлична.
– Хватит обвинять Луиса! – приказала я, глядя на Фредерика Ровэля почти с ненавистью. – И обзывать тоже! У вас нет права, ясно?! У нее, – я ткнула пальцем в сторону Тильды Пратт, – и то больше прав злиться. Это она много лет живет с клеймом преступницы. А теперь еще и Дейзи досталось ни за что. А вы... Вы! Ух! Идите к черту!
Я направилась к выходу, желая одного: оказаться подальше от этого мага. Ну и пусть он неровно дышал к моей матери. Пусть она была особенной женщиной в его жизни. Плевать! Даже хорошо, что она сбежала. Да, ужасно несправедливо, что она умерла. Беспричинная смерть. Бессмысленная! Но мне, правда, было лучше без Фредерика Ровэля.
– А ну стой! – раздалось вслед.
Ректор догнал меня и попытался схватить за локоть. Но я увернулась и посмотрела угрожающе.
– Только коснитесь еще хоть раз. Мало не покажется.
– Послушай...
– Нет, – отрезала я. – Мне плевать, что было у вас с моей матерью. Она мертва, а вы для меня не существуете. Всё, чего я хочу, выполнить чертово задание и убраться отсюда. Так что держитесь от меня подальше.
– Нет, ты...
– Фредерик, оставь ее, – Тильда Пратт сжала его руку. – Не надо. Не сейчас.
Я усмехнулась. И выплюнула всего одно слово:
– Никогда!
И рванула из загона. Бежала по коридорам, чтобы скрыться в спальне и побыть одной. Как назло, многие тренировки закончились, студенты выходили из залов и провожали бегущую Теону Ирравийскую удивленными взглядами. Меня это мало трогало. Подумаешь! И у Принцесс бывают плохие дни.
Плохо только, что оказавшись в женском секторе, я умудрилась врезаться в леди Генриетту, внезапно вывернувшую из-за угла. Та охнула, схватилась за бок, а придя в себя, принялась меня отчитывать.
– Я доложу о вашем поведении, милочка, – заявила эта «скала», которую оказалось не так уж сложно «сдвинуть с места».
– Докладывайте. Прямо ректору. Вот он обрадуется.
Леди Генриетта гневно фыркнула и пробубнила под нос: «еще одна». Видно решила, что и у меня роман с Фредериком Ровэлем. Или же, что я отвергнутая поклонница.
– Теона, у тебя всё хорошо?
В блоке меня встретили Ди с Манон. Вопрос задала первая, вторая деликатно помалкивала.
– У ректора точно с головой не всё в порядке! – негодовала Ди. – Так с тобой обращаться!
Я мысленно выругалась. Теперь вся Академия будет судачить, как Ровэль утащил меня с тренировки. Моя беготня по замку – это одно, а поведение ректора – совсем другое.
Принцессе Теоне только сплетен о ней и Фредерике Ровэле не хватало!
Да, однажды все узнают, что девица королевских кровей обманула папочку, отправила вместо себя в Академию самозванку, тайно выскочила замуж и родила ребёнка. Шуму будет столько, что вся Ирравия встанет на уши. Еще и станцует в таком положении. Но это всё потом. Пока же Теоне нужно оставаться приличной леди. Вот только папенька (в смысле мой, не Принцессы), который мне без надобности, однозначно портит ей репутацию. Точнее, нам обеим.
– Давайте оставим тему, – проговорила я, хмурясь. – Мне неприятна эта ситуация. Ректор Ровэль – ужасный грубиян. Еще и артефакт профессора Пратт выкинул непонятно что, а я теперь должна объяснить, как это случилось. Такая глупость, правда?
Ди понимающе закивала. Мол, конечно, не королевское это дело – что-то доказывать сошедшим с ума педагогам. Манон же посмотрела на меня с подозрением. Но ничего не сказала. У нее самой был огромный секрет, который девчонка жаждала сохранить. Поэтому она благоразумно не лезла в тайные дела других.
– Забудьте о случившемся, – попросила я. Тяжко вздохнула и добавила: – Надеюсь, и остальные не станут это обсуждать. А я... Пойду спать. Устала жутко.
Оказавшись в спальне, я упала на кровать, не раздеваясь. Положила руки под голову, сплетя пальцы, полежала так несколько минут, стараясь не позволить мрачным мыслям завладеть сознанием. Но не могла не думать о случившемся. Вопросов оставался целый воз. Почему мама сбежала, не поставив Ровэля в известность о своем плане? Не доверяла? Или не хотела, чтобы он присутствовал в моей жизни? Почему так называемого деда не устраивала мама? Я слышала, она была сиротой. Однако раз происходила из рода создателей мощного артефакта, значит, тоже была потенциально сильна. Но старик, из которого, по словам дракона, сыпался песок, выбрал Иоланту в жены сыну.
– Луис, – позвала я мысленно, не надеясь на ответ.
Раньше я общалась с драконом только рядом с загоном, а сейчас мы в разных концах огромного замка.
Однако тот услышал и отозвался.
– Я надеялся, что ты захочешь поговорить.
Я горько усмехнулась.
Поговорить...
Да, было о чем. Но на душе поселилось та-акое уныние, что хоть вой.
– Почему ты ничего мне не сказал? О маме? Я знала только фальшивое имя. А ты с первой минуты всё понял.
– Ты появилась в Академии с заданием Гильдии. Я видел, что последнее, в чем ты нуждалась – это раскрытие тайн происхождения. Решил – всему свое время.
– Мудрое решение, – съязвила я. – Но все раскрылось.
– Да. Несколько раньше, чем следовало. Тебе придется смириться с правдой. О тебе. О Лане. О Фредерике. Ты – Ровэль, а Академия – твой дом.
– Гильдия – мой дом. И семья. Так будет всегда.
– Поживем, увидим, – ответил на это дракон.
Мы немного помолчали. Потом он предложил:
– Спрашивай, Клара. Задавай любые вопросы. Я отвечу. На все.
Он был готов поведать всё, что угодно. А я почему-то медлила. Наверное, опасалась узнать нечто мерзкое, что еще сильнее отравит душу.
Однако когда собралась с духом, спросила самое главное.
– Отношения мамы с ректором были вынужденными? Он ее заставил?
– Нет. Клянусь собственной шкурой. Лана была влюблена во Фредерика.
– Значит, сработало очарование влиятельного мужика. Она ведь была молода и наивна.
– Молода, да. Но не наивна. Лана рано лишилась родителей. Привыкла полагаться только на себя. Вы во многом похожи. Ты жестче, конечно. Воспитание в Гильдии сделало свое дело. Но и Лана была не из тех, кто позволял вытирать об себя ноги. Да и диктовать, как жить, никому не давала. Ну а Фредерик... В то время он был другим. В нем был свет. Он искренне любил твою мать. Они могли быть счастливы. По-настоящему.
– Просто сказка, – проворчала я.
Не верилось мне в «долго и счастливо», глядя на нынешнего ректора.
– Вот Тильда Пратт – идеальная пара для него, – добавила я после паузы. – Стерва.
– Зря ты так. Она, между прочим, была лучшей подругой твоей матери.
– Неужели? – я села на постели и ударила по ней кулаками. – Подруга? Ну-ну! Такая, которая не постеснялась прыгнуть к мужику в кровать, когда возлюбленная исчезла с горизонта? Это, по-твоему, дружба?
– Роман Фредерика и Тильды начался через много лет после смерти Ланы. Каждый был одинок. По-своему. И, да, они неплохо ладят. Но Тильда, правда, очень тепло относилась к Лане. Помогала им с Фредериком скрывать роман от твоего деда. Выручала. И не раз. Тильда очень тяжело переживала гибель твоей матери. Ненавидела меня лютой ненавистью. Я ее не винил. Фредерика тоже. Он меня ненавидел еще сильнее.
– Но почему...
– Разве не понятно? Я убил ту, которая была ему дороже всех на свете.
– Я не об этом, Луис. Почему ты не сказал ректору правду? Это бы всё упростило. Для тебя.
Дракон тяжело вздохнул. Может, представлял, как парит над Терраной, наслаждаясь ветром, полетом и свободой.
– Я дал обещание Лане. К тому же, студентка-то погибла. Не она, другая. Я ее сжег. Спалил заживо. Меня бы всё равно наказали.
– Но хозяин относился бы иначе.
– Плевать мне на его отношение, – бросил дракон.
Теперь вздох сорвался с моих губ.
Не было Луису плевать. Это чистой воды притворство. Но я не стала делать ему еще больнее и спросила:
– А что не поделили Тильда Пратт и Алексис Грей?
Дракон усмехнулся. А я представила, как жутко это выглядит при его габаритах, а главное, при острых, как мечи, зубах. Но эта нарисованная в голове картина не испугала. Я больше не боялась Луиса. С чего бы? Да, однажды он сжег студентку. Но теперь-то я знала, что та намеревалась совершить убийство.
– Алексис вечно с кем-то ссорилась. Злая была, – поведал дракон. – Встречаются иногда такие люди. Или маги. Они просто злые. Сами по себе. Но считают себя лучше других. Ждут преклонения, а не получая его, сильнее злятся. Они втроем жили в одном блоке: Лана, Тильда и Алексис. Так распорядился жребий. Лана с Тильдой подружились. А Алексис... Сначала они старались быть с ней милыми. Но та только и делала, что всех критиковала, говорила обидные вещи студентам ниже по статусу. Алексис была слабеньким магом, но богачкой. Семья в золоте купалась. В общем, гонору в девчонке столько скопилось, что на десятерых бы хватило. А потом... – Луис закатил глаза. – Потом она одним парнем увлеклась. А тот всё за Тильдой хвостом ходил. Он был Тильде нужен, как дракону шутовской наряд. У нее другие приоритеты были. Да и обжечься она успела. Избегала романов в Академии. Хотела другого: получить образование, встать на ноги и о ребёнке тайном позаботиться. О Дейзи. А Алексис с ума от ревности сходила. Да так, что задумала убить соседку. В общем, в ту ночь все сплелось в один клубок.
– Почему ты сжег Алексис? Мог же найти другой способ ее остановить.
Я спросила прямо. Почему нет? Луис сам предложил откровенный разговор.
– Мог... Наверное... – признался он после минутного раздумья. – Но в тот момент я не думал. Да и Алексис меня давно раздражала. А тут еще шантажировать начала. Тебе угрожала.
– В смысле мне? – удивилась я.
Или он имел в виду мою беременную мать?
– Алексис выследила Тильду, когда та поздно возвращалась из библиотеки и оглушила заклятьем, – принялся объяснять Луис. – А потом магией же заставила тело плыть в башню. Собиралась сбросить соседку вниз. Во внутренний дворик. Обставить всё так, будто Тильда сама на себя руки наложила. А тут я объявился. Почувствовал смертельную опасность для студентки. Тильда уже плыла в сторону балкона, а Алексис рядом магичила. Увидела меня и велела не вмешиваться. Мол, иначе она всем расскажет, что Лана беременна от ректора. А это было бы катастрофой. Папенька Фредерика, да и сама Иоланта, быстренько бы от нее избавились. Ты бы не появилась на свет. В общем, я разозлился на эту стерву и...
– Дело кончилось знатным костерком, – протянула я. – Только пепел остался.
– Не совсем пепел, – отозвался дракон в тон. – Обгоревший скелет. И в этот самый момент в башне появилась твоя мать. Лана беспокоилась за Тильду, той давно полагалось вернуться в блок. Использовала поисковую магию. И нашла. Правда, больше, чем искала: меня, подружку на полу и еще кое-что рядом. Ну, ты знаешь, что. Я думал, она перепугается. Иль меня презирать начнет. Но Лана умная была. Всё сразу поняла. И план придумала, с места не сходя. Сняла с шеи семейный медальон и на останки Алексис надела, чтоб все решили, что это она умерла.
– И ты согласился? Взять на себя вину за ее смерть?
Сердце сжалось. Мама нашла способ защитить меня. Скрыть моё рождение. Но ведь страдать пришлось Луису. Мало того, что под замок посадили, так еще и хозяин возненавидел люто.
– Я понимал, что перегнул палку. Основательно. Мне всё равно несдобровать. Вот и решил, пусть хоть польза от всего этого будет. Помимо спасения Тильды, – дракон говорил всё это абсолютно спокойным тоном, будто речь шла вовсе не о катастрофических событиях. Быть может, давно привык и смирился. – В общем, Тильду я магией отправил в один из залов между библиотекой и женским блоком. Проснувшись там утром, она решила, что не дошла до спальни из-за усталости. Нападения-то она не помнила, а Алексис не видела. Паразитка сзади подкралась. Иначе б не справилась. Тильда – сильный артефактор. Сдачи давать всегда умела. А Лана... Она в ту ночь покинула Академию Ровэль. Сказала, вернется. Однажды. Но этого не случилось, увы.
– И ты молчал...
– Я поклялся. Обещал не раскрывать правду никому. Даже Фредерику.
– Но почему она ничего ему не сказала? Могла посвятить в план. Не захотела? Считала, что ему не место в моей жизни?
Я задала еще один важный вопрос. Быть может, мама и планировала однажды вернуться в Академию Ровэль, но хотела ли она, чтобы мы с отцом встретились? Может план как раз заключался в том, чтобы я росла подальше от этого мага?
– Лана понимала, что Фредерик не сможет усидеть на месте. Особенно, если узнает о беременности. Не сможет жить вдали от вас. Наделает глупостей и навлечет беду на всех. Лане не просто далось это решение. Но она отринула их с Фредериком чувства. Поставила тебя выше всего остального. И ушла. А я... я поклялся, что сжег студентку за дело. Так и сказал: эта девушка собиралась убить соперницу, а я ее остановил. Я сказал чистую правду, не назвав при этом имен. Фредерик решил, что речь об Иоланте. Не понимал, что нашло на Лану. Но видел, что я не лгу. Я принес магическую клятву. Обмануть бы не смог при всем желании. Однако выкрутился-таки.
Я покачала головой. Да уж. Всё точно сплелось в клубок. Сразу несколько судеб.
Помолчала с минуту и задала еще один вопрос, который давно крутился в голове. Я задала его, не подозревая, что ответ повергнет в шок. Еще в больший, чем раньше.
– Луис, почему ты однажды сказал, что я важна для Академии Ровэль?
– Ты – дочь Фредерика.
– Это понятно. Но я думаю, в твоих словах был иной смысл. Вайлет тоже его дочь. Однако ее особенной ты не считаешь. Только не говори, что дело в моей матери. В отношении к ней Ровэля.
– Их любовь важна, – ответил дракон назидательно, мол, не смей недооценивать чувства родителей друг к другу. – Но ты права. Есть другая причина. Вайлет незаконнорожденная.
– Как и я. Мы обе – последствия тайных отношений.
– Это не так, – голос Луиса у меня в голове дрогнул. – С тобой всё иначе. В том-то и дело. Фредерик и Лана... Они поженились. Тайно. Знали только Тильда и я. Так что ты, дорогая Клара, не просто дитя тайной любви. Ты появилась на свет в законном браке.
Если бы сейчас кровать провалилась в Нигде, или весь замок кувыркнулся в воздухе, я бы и то удивилась меньше. Потому что ЭТО было слишком.
Законный брак?! Да идите вы!
– Скажи, что ты пошутил. Луис?
Дракон сердито кашлянул.
– Полагаешь, я способен шутить о таких вещах? Клара, твои родители были женаты. Они не собирались никому об этом рассказывать. До поры до времени. Даже когда старику Ровэлю – папеньке Фредерика – пришло в голову женить его на Иоланте, они молчали. Понимали, что известие о законном браке ничего не изменит. От Ланы просто избавятся. Фредерику было тошно, но он решился на обман. Сделал вид, что женился на навязанной невесте. Этот брак был фальшивкой. Во всех смыслах. Он не был законен. К тому же, Фредерик никогда не прикасался к Иоланте. Поэтому у них и не было детей. Он хотел дождаться, когда отец помрет, и открыть всем правду. Представить Лану настоящей женой. Но всё пошло прахом. Твоя мама сбежала, чтобы ты могла родиться вдали от Академии Ровэль – в безопасности. А потом погибла. Фредерик же остался здесь, менял женщин, чтобы заглушить боль потери, а Иоланту продолжал игнорировать. Вот такая история. Печальная. Но какая уж есть.
Я молчала. Слова не шли.
Рассказ Луиса потряс меня слишком сильно.
Но эмоций, как таковых не было. Я сидела на кровати и строила логические умозаключения.
Рождена в законном браке...
Это многое меняло. Не для меня. Для ректора. Других законных детей у него нет. И не факт, что планируется. Луис ведь сказал, что хозяина устраивают отношения с Тильдой Пратт, а новая молодая жена это, вероятно, проблемы, которые ректору без надобности. Законную же дочь можно использовать. Правление в Академии передается от Ровэля к Ровэлю. Из поколения в поколение. Да, я женщина. Но в Ирравии (да и в Каталии тоже) женщина имела права наследовать власть, если иных претендентов не имелось. Такое случалось крайне редко, но закон сие допускал. Кроме того, Академия вообще не подчиняется законам двух королевств. Как решит ректор, так и будет.
И что теперь?
Фредерик Ровэль захочет сделать из меня преемницу?
А если я не хочу? В смысле, не хочу иметь с ним ничего общего?
Да и Гильдию никто не отменял.
Ох, лучше бы никакая правда не раскрывалась. Я бы спокойно дождалась, пока Теона родит, и исчезла с горизонта. А сейчас я даже избавиться от назойливого внимания папеньки не смогу. Я на его территории. И убраться пока нет никаких шансов. У меня обязательства перед нанимательницей. И перед Гильдией.
– Неужели, тебе не жаль отца? – грустно спросил Луис.
– Не лезь мне в голову, – потребовала я. – И нет, не жаль.
Наверное, я всё же покривила душой. Но другого ответа пока не существовало.
– Ни капли? – не унимался Луис. – Ты рассуждаешь слишком... хм... жестко. Я ждал эмоциональной бури, если честно.
– Ты знаешь, что я воспитана в Гильдии.
– И всё же...
– Всё же ты явно добрее меня, – перебила я. – Ты защищаешь его после всех этих лет.
– У Фредерика была причина ненавидеть меня, – Луис помолчал, ожидая ответа, но понял, что продолжать настаивать на своем мнении бессмысленно. – Наверное, на сегодня пора прекратить наше общение, – констатировал он. – Ты устала. Нужно отдохнуть и набраться сил...
****
Едва дракон покинул... мою голову, я решила освободить ее от всех мыслей разом. Лучше поспать. Утром станет полегче. Я взгляну на ситуацию свежим взглядом. Но стоило закрыть глаза, меня потревожили. Сначала призрачный кот Пьер издал сердитое «мяу», что-то предчувствуя, потом из стены вылетело магическое письмо и чирикнуло меня по голове. Отправитель явно был не в духе, когда посылал его. Обычно письма приземлялись аккуратно. На кровать.
Неужели, сам Фредерик Ровэль? Войти-то он не может. Закон для всех один. Даже для ректора. Мужчинам в женском секторе делать нечего.
Первой мыслью было не распечатывать послание. Но я пересилила себя. И не зря.
Письмо оказалось от Дэниэла. Он просил меня о срочной встрече у арки.
– Он не поверил, представляешь? Отец! – выпалил тайный Принц, едва я подошла.
– О предательстве Фэрли? А как же письма?
– Говорит, подделка, – Дэниэл всплеснул руками. – Еще и меня обвинил в попытке мятежа. Пригрозил в темнице запереть.
– Ну и ну... – протянула я. – И что ты намерен делать?
По хмурому, но уверенному лицу Дэниэла я поняла, что у него есть план. План, который предполагает мою помощь.
– Мне нужно, чтобы ты посетила одно мероприятие в Каталии. Под видом Принцессы.
Я качнула головой. Отрицательно, разумеется.
– Мне не стоит появляться перед толпой, представляясь Теоной. Хватит и студентов Академии, которые знают меня в лицо. Мне еще после этого представления жить в Ирравии. Чем меньше людей и магов меня запомнят, тем лучше.
– Знаю. Поэтому ты появишься на мероприятии под вуалью.
– Так ты всё продумал, – усмехнулась я.
– Не всё, – признался Дэниэл, сведя брови. – В моем плане есть одна загвоздка. Мне нужен Луис. Но я понятия не имею, как убедить ректора отпустить его на драконью выставку в Каталии.
– Ну... с этим я, пожалуй, смогу помочь, – протянула я и добавила, когда Принц вытаращил глаза: – Не спрашивай, как. Просто доверься.
Что ж, может, для меня правда о рождении ничего не меняла. Но для Фредерика Ровэля она меняла всё. И если я вдруг попрошу об услуге (даже о временном освобождении дракона), отказать он не посмеет.
Глава 22. Новые роли
– Обязательно нужно упираться рогом?! Упрямая, как тысяча чертей! – прогрохотал Фредерик Ровэль на весь зал.
– И в кого бы это? – поддела Вайлет и хихикнула.
Папенька подарил ей строгий взгляд, но не пронял. Сестричка весело подмигнула мне.
А я... Я осталась стоять с непробиваемым лицом.
– Эмма будет меня сопровождать. Точка, – проговорила ледяным тоном и добавила, усмехнувшись: – Хотите скандала на всю Ирравию? У служанки приказ всегда и везде сопровождать Принцессу. Если Король узнает, что обожаемая дочка объявилась на мероприятии в Каталии без служанки, сочтет это крайне странным. Еще примчится к Академии, выяснять, что происходит. Потребует незамедлительной встречи с Теоной. И что тогда?
Ровэль смотрел на меня, прищурившись. На языке без сомнения вертелась гадость (и еще много чего), но он сдерживался. За прошедшие три недели мы с ним и так четыре раза крупно поругались. В первый раз из-за моего желания посетить мероприятие в Каталии, второй – из-за участия в плане Дэниэла дракона. В третий из-за Карла Лебонера, которого я продолжала звать отцом. Нет, ректор не претендовал на это обращение. Понимал, что бесполезно. Однако его бесило, что я считаю отцом человека, убившего настоящую мать. В четвертый раз скандал случился из-за моего нежелания обучаться у папеньки. Я заявила: коли сам назначил Вайлет ответственной за меня, так тому и быть. Он бесился, приводил кучу аргументов, но я отказывалась. Мол, либо Вайлет, либо вообще учиться не буду. Пришлось нашему общему родителю смириться. По крайней мере, на время.
Ну а сейчас мы спорили из-за Эммы. Я не сомневалась ни секунды, что служанка должна меня сопровождать. Та придерживалась того же мнения. Даже настаивала на своем участии. Опасалась подозрений Короля. К тому же, ей было значительно лучше. Ровэль понял, как прекратить вызываемые Эммой землетрясения. Однако считал, что залатал дыру, а не исправил ситуацию полностью.
Главная сложность заключалась в том, что проблема Эммы была связана с... Нигде.
Да-да, именно с этим жутким местом, где по небу плыло черное солнце, внизу обитали отвратительные твари, а где-то в глубине жили мертвые маги. Если, конечно, слово «жили» можно было применить к тем, кто покинул наш мир. В общем, Ровэль считал, что Эмма побывала в Нигде младенцем, и именно это «путешествие» заблокировало ее магию.
– Ладно, возьмешь служанку Принцессы, – сдался ректор, как делал это каждый раз, с тех пор как узнал, кто моя мать. – Но если она напортачит, сама будешь расхлебывать.
Я кивнула. Сама, так сама. Мне не привыкать.
– Что до Луиса... – начал Ровэль, но я перебила.
– Я полагала, этот вопрос решен.
Он возвел глаза к высокому потолку, сдерживая звериный рык, и повторил:
– Что до Луиса, с него я точно три шкуры сдеру, коли хоть что-то пойдет не так.
– Так у него не шкура, а броня. Ее так просто не сдерешь.
Следовало помолчать, да. Но разве я могла удержаться?
Ровэль заскрежетал зубами. Но ничего не сказал. Махнул рукой и ушел, оставив меня наедине с Вайлет. Та только головой покачала.
– Ты б с ним помягче.
– Ни за что. На шею кидаться не буду ни при каких обстоятельствах. Пусть скажет спасибо, что я его терплю.
Так и было. На следующее утро после сногсшибательных новостей я проснулась с готовым решением. Поняла, что не нужно бегать от ректора. Пусть попробует поиграть в папочку, а я... Я буду использовать ситуацию в собственных интересах. Жестоко? Возможно. Но ведь и Фредерик Ровэль не собирался нянчиться со мной, пока не выяснил, что я – дочь Ланы. В противном случае вытирал бы ноги, наплевав на наше родство. Так что моя совесть угодливо помалкивала.
Вот чего я всерьез опасалась, так это реакции Вайлет. Пока мы были в одинаковом положении, она хотела подружиться. Но известие о моей законнорожденности могло все изменить. Однако Вайлет ни капли не расстроилась. Наоборот, сочла это идеальным решением проблемы. Мол, теперь жизнь папочки будет счастливее, а правда о моем происхождении поможет нам сблизиться. Я придерживалась иного мнения, но помалкивала. Ссоры с Вайлет в мои планы не входили.
– Уверена, что хочешь участвовать в авантюре Дэниэла Каталийского? – спросила сестричка прежде, чем я покинула зал. – Это может быть опасно.
– Я из Гильдии. Меня легко не напугать. А еще у меня должок перед Принцем. Он мне здорово помог в одном деле. Мое присутствие на мероприятии задобрит его папеньку. Король Каталии не прочь женить сыночка на Принцессе Теоне. Коли мы предстанем перед ним, как добрые друзья, это пойдет на пользу плану. Да и руководству Гильдии пустит пыль в глаза. Мне же полагается ладить с Принцем. Мы убьем одним ударом множество зайцев.
Вайлет вздохнула, понимая, что меня не переубедить. И всё же сказала:
– Смотри, как бы зайцев не оказалось слишком много.
Я и сама понимала, что сестра права. Пока шла по коридорам Академии на очередное занятие, думала о плане Дэниэла. Я считала план гениальным. Дерзким, но гениальным. Однако прекрасно осознавала, что если допустим хоть одну ошибку, всё может рухнуть, как карточный домик. С другой стороны, игра стоила свеч. Да и Луис развлечется. Засиделся дракон взаперти. Как, собственно, и я. Хоть разомнемся. Оба.
– Рад встрече, Ваше Высочество. Как раз собирался разыскать вас для беседы.
Я едва не споткнулась. Но быстро взяла себя в руки и беспечно улыбнулась Эдгару Джонсу.
И откуда только он взялся?
Последнее время сыщик не появлялся в Академии. По замку сновали его подчиненные. И те время от времени. Мы все жили так, будто жену ректора не убивали, а один из студентов не пропадал. И вот принесла нелегкая.
– О чем вы хотели со мной поговорить? – осведомилась я, опустив слова приветствия.
– Когда вы в последний раз видели Эдмунда Росса?
В голове неприятно звякнуло, но я не подала вида.
– Вы о том пропавшем юноше? Понятия не имею. Я его не знала толком.
– А я слышал обратное. Рассказывают, вы отговаривали одну девушку встречаться с ним.
– Вы о Джессике? – я небрежно повела плечами.
А у самой внутри всё клокотало. Ну, болтливые клуши! И ведь это кто-то из девиц, что сидят за моим столом. Только они были в курсе того разговора.
– Именно о ней, – подтвердил Джонс и прищурился, ожидая ответа.
– Я не отговаривала Джессику встречаться с Эдмундом Россом. Я советовала вести себя, как подобает леди, а не раздумывать о том, стоит ли вешаться парню на шею самой. Мне в окружении не нужны девицы, которым плевать на правила хорошего тона.
– Вот как, – протянул он, поправляя галстук-бабочку. – А я уж подумал, что у вас с господином Россом личные счеты.
Я закатила глаза.
– Некоторое время назад вы считали, что у меня и с Иолантой Ровэль счеты. Я у вас любимая подозреваемая, господин Джонс?
– Что вы, Ваше Высочество. Я лишь устанавливаю факты. Все факты. И один из них – ваша неожиданная дружба с Вайлет Гресс. Еще недавно вы были не в восторге друг от друга.
Я мысленно назвала сыщика колючкой репейной. Вот, прицепился! Хорошо еще, что я знала о его желании прослушивать с помощью магии сестричкины разговоры. Теперь мы обе бдили. Вайлет использовала заклинание, не позволяющее использовать ничего подобного. А еще регулярно проверяла, не прицепили ли к ней какой-нибудь артефакт иль другую магическую штуку.
– Дружба? – я приподняла брови. – Вы о чем? Ректор поручил профессору Гресс поработать со мной индивидуально. Нам обеим это не нравится. Но она не смеет перечить ректору. А я... я терплю. Потому что альтернатива – занятия с самим Фредериком Ровэлем, а он раздражает меня еще сильнее. Надеюсь, это всё, господин Джонс, потому что я опаздываю на лекцию.
– Пока всё, – кивнул он, сделав ударение на первом слове.
Я притворилась, что ничего не заметила, и пошла дальше деловой походкой. А сама чертыхалась про себя.
Проклятье!
Нужно поскорее выяснить, кто прикончил Иоланту. Ибо вопросы об исчезнувшем Эдмунде Россе мне совершенно без надобности. Если же сыщик поймает убийцу жены ректора, наверняка, уберется восвояси. Всё-таки важна именно она, а Эдмунд – птица невысокого полёта. Тем более, в его случае, нет веских причин подозревать преступление. Мало ли куда мог деться молодой мужчина.
Самое обидное, я могла установить личность убийцы Иоланты. Как минимум, попытаться. В Нигде. Но Фредерик Ровэль, узнав о моей неожиданной способности общаться с мертвыми, в восторг не пришел. Объявил, что в Нигде мне делать больше нечего. Мол, это слишком опасно. Они с отцом, видите ли, всегда подозревали, что именно странные способности сократили жизнь Бетине, и мне ни к чему повторять ее судьбу. Он запретил Вайлет открывать мне дорогу в это мрачное место. Наверное, я смогла бы сделать это сама. Однажды ведь получилось. Но я понимала, что отправляться туда в одиночку слишком рискованно. Мне требовался помощник. И я знала, кого можно попросить. Дэниэла! Он точно не откажет. Однако сначала следовало разобраться с его проблемой. Тайному Принцу пока не до путешествий в Нигде.
