Текст книги "Тайный принц, или Студентка на замену (СИ)"
Автор книги: Анна Бахтиярова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)
– Ты ошибаешься. Я... я... я здесь на законных основаниях.
– Неужели? – я провела пальцем по его щеке, глядя насмешливо. – Я выясню твою тайну. И очень скоро. Я гораздо опытнее во всяческих интригах, Эдмунд. В твоих интересах не лезть в мою жизнь. Тогда и я оставлю тебя в покое.
Блондинчик сглотнул, старательно пряча злость. А он злился. Чертовски злился. Еще бы! Думал, что я в его руках и легко прыгну в постель, лишь бы сохранить секрет. Но за считанные минуты он из охотника превратился в жертву.
– Прощай, Эдмунд, – проговорила я и миновала арку.
Однако идя по коридору, я спиной чувствовала его яростный взгляд и прекрасно понимала, что это вовсе не прощание. Может, он побоится выдавать мою тайну, но будет рыть землю носом, чтобы найти способ отыграться. Это означало, что мне следовало напасть первой. Напасть и уничтожить противника. И поскорее.
Глава 7. Жесткие проверки
Её звали Дейзи. Профи по решению проблем в Академии.
Никто не знал, как она это делает, но Дейзи могла достать всё, что угодно: сведения о других студентах, темы экзаменационных работ, запрещенные настойки, стимулирующие память или усиливающие на время магический дар. Клиенты к ней на прием попадали исключительно по рекомендации. Но мой статус упростил задачу. Стоило заикнуться за столом, что хочу выяснить подноготную об одном надоедливом ухажере, как мне мигом объяснили, к кому идти. Не при всех, правда. Одна из девчонок догнала меня чуть позже и шепнула, что в Академии учится ее старшая сестра, и та не раз обращалась к Дейзи.
В общем, я явилась без рекомендаций, но девушка – обладательница длинной рыжей косы приняла меня без лишних слов. Привела к себе в спальню. Переступив порог, я ощутила мощную магию. Сюда никто не мог войти без разрешения хозяйки.
– Как зовут объект? – спросила она сходу.
– Эдмунд Росс.
Дейзи открыла журнал в синей обложке, перевернула несколько страниц.
– Второкурсник. Не маг. И не артефактор. Прибыл посреди прошлого учебного года. Обычно в Академии такого не позволяют, но для него сделали исключение.
– Почему?
– Об этом история умалчивает.
– Сможешь узнать?
Я бы и сама справилась, находись снаружи и имей возможность действовать открыто. Но я на чужой территории, под чужой личиной. Рисковать прикрытием нельзя.
– Смогу, – кивнула Дейзи. – Я и сама хотела заняться этим блондинчиком. Страсть как интересно, кто за ним стоит, раз ректор дал добро на его учёбу. Но всё руки не доходили. Заказов много.
– Сколько я буду должна?
– Договоримся, – Дейзи подмигнула. – Когда выполню задание.
Она мне понравилась. Сразу видно, что бойкая. В Гильдии легко бы сделала отличную карьеру. Однако у меня возник вопрос, а кто стоит за ней. Ну не могут педагоги не знать, чем промышляет эта девица. Они тут не идиоты. Стало быть, она и им оказывает некие услуги, достает что-то запретное. Либо... Дейзи согревает чью-то постель.
...Уроки прошли без особых происшествий. Зато вечером нас с Ди ждала тренировка у Тильды Пратт. Вместе с другими артефакторами. Я нервничала. Да, магиня под давлением согласилась терпеть меня на занятиях. Но кто сказал, что она не постарается превратить их в персональный ад? С ее характером я почти не сомневалась, что так и будет.
– Явилась, – протянула Пратт при виде меня.
А посмотрела так, что Ди даже отступила в сторону с перепуга.
Я промолчала. Ни к чему обострять и без того накаленную обстановку
Пратт озаботила всем заданиями. Довольно простыми по сравнению с предыдущими, где участвовали огненные шары. Каждому она раздала по артефакту и велела понять, какой степенью силы по десятибалльной шкале те обладают. Лишь для меня приготовила нечто особенное. Поставила перед столиком, на котором лежало сразу три предмета: кулон в виде трилистника, деревянный гребень и одноглазая кукла.
– Определи, который из них артефакт, – велела Пратт насмешливо. – Имей в виду, магия тут не помощник. Нужно уметь «слышать» артефакты. На это способны лишь настоящие артефакторы, а не те, кто под них маскируется.
Я не позволила дрогнуть ни единому мускулу на лице, хотя хотелось придушить дамочку. Можно подумать, вокруг собрались сплошные умельцы! И вообще, если она делит постель с ректором, ей всё позволено? Так?
Тьфу! Как же мерзко, когда женщина считает себя выдающейся за счет отношений с высокопоставленным мужчиной.
– Ну, и кто из вас артефакт? – проворчала я под нос, решив озаботиться заданием.
Можно было, конечно, ткнуть пальцем в небо или порассуждать логически, но я решила попробовать-таки прислушаться к трем предметам.
Если бы я руководствовалась логикой, то первым исключила бы кулон. Слишком очевидный вариант. Кукла не вызывала доверия. Артефакты обычно создавали из благородных предметов, да и повредить их было практически невозможно. Наверное, я бы поставила на гребень. Он явно старинный. С узорами. Дерево для создания артефактов использовалось редко, но силой такие волшебные вещицы обладали особенной.
Однако я отринула логику. Посмотрела, прищурившись, на кулон и взяла в руки куклу. Пальцы вмиг ощутили приятное тепло. Словно к костерку их поднесла. Но не близко, а так, чтобы согреться и не обжечься.
Значит-таки кукла!
– Как ты это сделала?! – тут же пронеслось по тренировочному залу.
Профессор Пратт смотрела волком.
– Ну... я ее почувствовала, – растерянно пролепетала я.
Ее реакция не то что бы испугала. Но встревожила. Было во взгляде красивых глаз нечто крайне опасное.
– Я не о том! Как ты взяла куклу в руки? Маги на это не способны. Ты бы все ладони сожгла. До костей!
– Так я не маг.
Я сказала это машинально. А у самой в голове настоящий фейерверк взорвался.
Так это была попытка меня покалечить? А я непостижимым образом умудрилась остаться целой и невредимой. Но как? Боги! Я же, правда, маг, а не артефактор.
– Вон! – Пратт указала пальцем на дверь.
– Но ректор разрешил мне сюда ходить.
– Помню, – процедила она. – Но сегодня – вон!
Я сжала зубы и промолчала. Проследовала к выходу, ощущая прикованные взгляды.
Как же бесила меня Академия! И педагоги!
Я через многое прошла, работая на Гильдию, но тут терпенье вот-вот грозило лопнуть.
А снаружи поджидал еще один сюрприз.
На меня почти налетели. Схватили за руку и потащили за собой в неизвестном направлении.
– Мне нужна твоя магическая энергия. Снова!
– И тебе добрый вечер, – проговорила я после вздоха.
Хотелось поинтересоваться у Принца Дэниэла (настоящего, не подставного) учили ли его вежливости. Или же дело вовсе не в дворцовых наставниках. Может, Его Высочество просто переломится, если пообщается со мной, не кривясь от недовольства.
Он остановился и глянул сердито.
– Ты поможешь или нет? – спросил прямо.
Хотелось отказаться. Объявить, чтобы сам разбирался. Но я понимала, что у него проблема с дублером, а обратиться больше не к кому. Я одна знаю тайну.
– Помогу, – смирилась я с неизбежным и позволила потащить себя дальше.
...Кукольная версия Дэниэла ждала в одном из залов в восточной части замка. Сидела на полу, прислонившись к дивану и смотрела в никуда.
– Что с ним не так? – спросила я.
В глазах куклы была пустота, и от этого пробирало насквозь.
– Какая тебе разница? – огрызнулся Принц.
И я взорвалась. Ну правда! Хочет помощи, а сам хамит.
– Я ведь могу и уйти, – проговорила строго. – Мы с тобой друг другу никто. Помолвка тайная, организована отцами. Так что помогать я не обязана. И вообще тебе не надоело вести себя по-свински? Знаю, ты не горишь желанием на мне жениться. Но и ты – не предел мечтаний. С какой стороны ни глянь.
– Знаешь, что... – протянул он раздраженно, но я перебила.
– Помолчи, я не закончила! Я тебе не нравлюсь. И это взаимно. Но тебе не приходила в голову светлая мысль, что мы можем сотрудничать? И не только так, – я кивнула на «сломанную куклу». – Нам обоим не нужна эта свадьба. Если постараемся, можем придумать, как ее избежать.
– Это невозможно, – отрезал Принц. – Свадьба нужна моему отцу. И с этим ничего не поделать.
Я устало застонала.
– Ладно, если ты готов смириться, я не буду настаивать. Но если свадьба состоится-таки, нам придется научиться находить компромиссы. Почему бы не привыкнуть делать это заранее, пока мы еще не живем в одной спальне?
Лицо Принца изменилось. Черты стали спокойнее. Кажется, после этих слов я стала раздражать его чуточку меньше.
– Поэтому, Ваше Высочество, я повторяю вопрос, – я приподняла брови. – Что с дублером не так?
Дэниэл поморщился, но ответил:
– Не знаю, – он опустился на колени и махнул рукой, призывая меня сделать то же самое. – После последнего убийства всё идет наперекосяк.
– Наперекосяк шло и раньше. Он постоянно в стены врезался, – напомнила я.
– Это с ним бывает. Когда я трачу много энергии. Как на тренировках у ректора. Тяжело бороться с противниками сразу за двоих. В последующие часы, пока я восстанавливаюсь, случаются казусы. Но сейчас, – Принц закатил глаза, – сейчас он вообще неуправляем.
– Может, нужно обратиться к его создателю? – предложила я. – Или... это ты и есть?
Дэниэл мрачно кивнул.
– Это наша семейная магия, – признался нехотя и взял меня за руку, готовясь тянуть энергию. – Я создаю этого... хм... как ты сказала, дублера с пяти лет. С тех пор как научился контролировать способность. Его, кстати, зовут Манфред. Я так его назвал. Еще ребёнком.
– Непросто, наверное, было. В детстве. Постоянно им управлять.
Принц передернул плечами.
– Лучше так, чем альтернатива. Меня пытались убить еще в колыбели.
Мне стало его почти жаль. Не нынешнего Дэниэла, а мальчика, которого лишили детства. Неудивительно, что у него трудно с доверием. А единственный друг – кукла. С другой стороны, у меня самой было странное детство. В Гильдии. А еще я отлично знала, каково это, когда тебя приговаривают к смерти младенцем. Я умерла бы еще в колыбели, если бы двадцать два года назад в дом мага Родерика Андерсона отправили не Карла Лебонера, а другого члена Гильдии. Того, у кого не было принципов насчет убийства детей.
– Ох...
Энергия потекла от меня к Дэниэлу внезапно. На этот раз еще быстрее. У меня не только закружилась голова, к горлу подкатила тошнота, того гляди на изнанку вывернет.
– Потерпи, – попросил Принц.
Именно попросил, не приказал, и я сжала зубы, заставляя себя оставаться в сознании. Тем более, совместные усилия работали. Манфред вздрогнул и посмотрел на нас. Вполне осмысленным взглядом. Он возвращался. Но надолго ли? Я ведь не смогу проходить через подобное каждый день. Да, я – маг, но не настолько сильный, чтобы раздавать энергию направо и налево.
– Порядок? – спросил Принц.
Я кивнула и только потом сообразила, что вопрос задали Манфреду, а не мне.
– Всё хорошо, – дублер улыбнулся. Благодарно.
– Ого! – вырвалось у меня. – Он ведь не живой? Это часть тебя или...
– Всё сразу, – ответил Дэниэл резко, но тут же выдавил из себя: – Спасибо.
Хорошо, что я сидела, а то бы точно упала от шока.
Чудо, что Его высокомерное Высочество не подавился этим словом!
За сим наше внеплановое общение закончилось. Дэниэл и Манфред ушли, не обернувшись. Счастливые и довольные друг другом. Я провела в зале еще минут пятнадцать, набираясь сил после передачи энергии, и только потом отправилась восвояси. В коридоре столкнулась с Ди, успевшей вернуться с тренировки Пратт.
– Тебе нужна ванная? – спросила она.
– Нет. Но на всякий случай узнай у Манон. А то рискуете подраться.
– Ее нет. Она на тренировке у ректора. На индивидуальной тренировке.
– В каком смысле? – напряглась я.
Слово «индивидуальная» прозвучала слишком лично.
Ди пожала плечами.
– Вроде как отрабатывают особые способности Манон. Но что под этим подразумевается, отдельный вопрос.
Я поморщилась. При мысли, что ректор польстился на соседку, внутри всё протестовало. Одно дело Тильда Пратт, она – педагог и явно не против близкого общения с Ровэлем. Но Манон! Очень хотелось думать, что у нее, действительно, есть некие способности, требующие отдельных тренировок. В конце концов, непросто же так девушка без намека на родословную попала в Академию. Тут даже магия не всегда помощник.
В спальне меня, по традиции, поджидал призрачный котяра. Замурлыкал, выгнул спину. Мол, рад тебя видеть, подруга.
– Привет, Пьер, – поздоровалась я и упала на кровать, не раздеваясь. – У меня был чертовски длинный день. Точнее, последние несколько дней. А впереди, минимум, девять месяцев в этом сумасшедшем доме.
Увы, как вскоре выяснилось, мой день не собирался заканчиваться. В дверь постучали. Это оказалась Эмма. Смотрела хмуро и в то же время заискивающе.
– Можно войти?
Хотелось крикнуть: «Нет, нельзя!», однако я посторонилась, пропуская служанку.
– Знаю, наши отношения не задались, – проговорила она, оказавшись внутри. – Я, действительно, позволила себе лишнее. Но у меня приказ Её Высочества повсюду следовать за вами. Следить, чтобы вы не допускали ошибок. Она очень любит тайного жениха. Ну, теперь он уже, наверняка, муж. Принцесса боится, что их разлучат. Отец и слышать ничего не хотел об этом юноше. На карту поставлено слишком многое, понимаете?
– Что ты от меня хочешь? – спросила я, устав от хождений вокруг да около.
Только услышать историю любви Теоны мне сейчас и не хватало!
– Позвольте снова сопровождать вас на занятия и в столовую.
Я подавила тяжкий вздох и решила не быть стервой. Тем более, жестоко обрекать девчонку на голодание. Последние пару дней она была вынуждена сама добывать себе пропитание. Как? Мне это было, в общем-то, неинтересно.
– Хорошо. Но только в столовую и на лекции. На тренировки за мной ходить ты не будешь. Как и в тех случаях, когда у меня личные дела.
В глазах Эммы промелькнула тревога при упоминании «личных дел», но я выставила перед ее лицом кулак, и она кивнула. Мол, договорились.
В этот миг в дверь снова постучали.
– Кого еще принесла нелегкая? – проворчала я и пошла открывать.
На пороге стояла Манон. Она успела вернуться от ректора. Выглядела вполне обычно.
Я не дала еще одному тяжелому вздоху сорваться с губ и проговорила:
– Проходи. А ты, – я махнула рукой Эмме, – на выход.
– Я ненадолго вообще-то, – объявила Манон. – Хотела передать сообщение и...
Служанка попыталась проскочить мышкой, но чуть не врезалась в дверной косяк. В последний момент заметила препятствие и отскочила, задев Манон.
– Простите, – пробормотала Эмма и вылетела в коридор.
– Не обращай внимания, – посоветовала я. – Моя горничная иногда ужасно неуклюжая. Так что за сообщение?
Брови Манон сошлись на переносице, а глаза потемнели.
– Кто это с ней сделал? – спросила она с горечью.
– Что сделал? – не поняла я.
Уж не пытаются ли меня обвинить в дурном отношении к прислуге. Да, я напала на девчонку пару дней назад. Но даже не побила. А так припугнула слегка. Как, собственно, и саму Манон. Второй даже больше досталось.
– Кто лишил Эмму магии?
Вопрос соседки вогнал в ступор.
– В смысле?
– Так ты не знала? Ну, что она родилась магом?
– Н-н-нет.
У меня голова пошла кругом. Эмма – урожденная магиня?! Эмма, которая так стремится посещать занятия?!
– А разве мага можно... э-э-э... лишить способностей? – изумилась я, ибо никогда не слышала ни о чем подобном. К тому же, будь такое возможно, Карл Лебонер применил бы этот способ вместо того, чтобы нанимать мне тайного учителя.
– Можно, но в первый год жизни, – объяснила Манон. – Провернуть это могут только очень сильные маги. Абы кто не справится.
– Но как ты узнала, что Эмма...
– Почувствовала после прикосновения. У меня есть пара скрытых талантов, о которых я не планирую распространяться. Я всё гадала, почему не могу использовать на Эмме свою основную способность. А дело оказывается в блоке, что на нее наложили в младенчестве. И, кстати, не напрягайся ты так. Ишь как в лице изменилась! С тобой мой дар тоже не работает. Почему? Вопрос на тысячу золотых монет, не меньше, загадочная ты наша.
– Я не понимаю, что ты имеешь в...
– Охотно верю, Теона Ирравийская. Похоже, в твоем роду были некие силы, которые скрывали, а они взяли и проявились в тебе. Возможно, много поколений спустя. Но хватит гадать и болтать, – Манон сделала большие глаза. – Я ведь сообщение передать пришла. От ректора Ровэля. Он ждет тебя в зале номер десять.
– Э-э-э... Когда.
– Прямо сейчас. Так что поторопись. Мы немало времени потеряли за разговором. А Фредерик Ровэль явно не из тех, кто любит ждать.
Манон ушла, а я вытерла пот со лба.
Встреча с ректором? Поздним вечером? Серьезно?!
Впрочем, в постель он меня вряд ли потащит. Я всё-таки Принцесса. Одно дело плевать на происхождение на занятиях, и совсем другое – обесчестить королевскую дочку. Тут можно не волноваться. И всё же приказ явиться в столь неурочный час звучал не просто странно, а крайне подозрительно. Не выяснил же Ровэль правду обо мне, в самом деле? В отличие от Дэниэла Каталийского, у которого явные проблемы с дублёром, я пока нигде не прокололась.
Эмма, увидев, что я намереваюсь покинуть блок, попыталась пойти следом. Но я погрозила ей пальцем.
– Только лекции и столовая.
Девушка сникла, но осталась на месте, а я отправилась дальше. По спине вдруг прошел нехороший холодок, как предчувствие чего-то не просто дурного, а того, что способно потрясти до глубины души. Я даже остановилась на несколько секунд. Но сделала глубокий вдох и продолжила путь. Если приглашает сам Фредерик Ровэль, игнорировать встречу не стоит. Себе же хуже сделаю. Лучше разобраться здесь и сейчас. Не убьет же меня этот маг, в самом деле!
****
Ректор ждал не один, а в компании Тильды Пратт. Увидев ее, а особенно кривую усмешку на красивом лице, я едва не попятилась, но вовремя взяла себя в руки. Принцесса Теона не должна бояться. А уж Клара Лебонер тем более.
– Добрый вечер, – поприветствовала я сладкую парочку, гадая, что за мерзость эти двое мне приготовили.
Ректор не счел нужным поздороваться.
– Профессор Пратт сказала, что у тебя имеется-таки дар артефактора.
– Я с самого начала это твердила, – парировала я.
– Твердила, как попугай, – согласилась Пратт. – Только врала всем в лицо. Ты маг. И с артефактами работаешь за счет врожденной магии. Дар артефактора совершенно не развит. Но он есть, как это ни странно. Видимо, он каким-то образом заблокировался.
– Ты в этом точно уверена? – спросил у нее ректор. – Маг и артефактор в одном лице – большая редкость. Я встречал подобное всего три раза.
Пратт закатила глаза.
– Она взяла куклу. Это неопровержимое доказательство. Но если не веришь, проверь девчонку сам.
– Разумеется, проверю. Сейчас узнаем, применяла ли она настоящие способности артефактора, – ректор усмехнулся и...
Нет, обошлось без огненных шаров. Зато меня окутал туман – едкий, зеленый – и я закашлялась до слез. А когда открыла глаза, не поняла, что стряслось. С моим телом что-то произошло, но я никак не могла сообразить, что именно. Тело перестало мне подчиняться в привычном смысле и, кажется, уменьшилось в размерах. Я лежала в кровати с высокими стенками, а надо мной склонялась белокурая женщина примерно моего возраста. Она заговорщицки улыбалась и говорила:
– Вот, смотри. Смотри внимательно. Это не просто кукла. Это артефакт.
Кукла – черноволосая, с косой вокруг головы – висела в воздухе. Прямо перед моим лицом. Чуть-чуть качалась, но не падала.
– И кто это делает? – спросила женщина, смеясь. – Я? А может ты? Конечно же ты. Я пока не могу. Ближайшие месяцы придется потерпеть. В будущем я объясню, как не просто использовать артефакты, я научу тебя их создавать. А потом проявится и твоя магия. Ты будешь очень могущественной, и мы победим всех наших врагов. Вместе.
Кукла продолжала парить надо мной, но я смотрела не на нее, а на женщину. Невероятно красивую, добрую, родную. Потянула к ней руку. Нет, не руку, крохотную ручонку.
И в этот миг откуда-то снизу раздался крик:
– Китти, беги! Спасайся!
Она схватила меня. Вытащила из колыбели. Но это было всё, что она успела.
На пороге уже стоял мужчина. С мечом смерти в руках. С мечом, которым и не нужно было пользоваться в привычном смысле. Он и так мог убить любого. И человека, и артефактора, и мага. На расстоянии.
– Ничего личного, – проговорил мужчина. – Тебе просто не повезло оказаться в этом доме.
Она поняла, что это конец, что пощады не будет.
– Не трогай мою дочь. Клара невинна.
– Я не трогаю детей. Положи ее в колыбель. Она останется жива. Обещаю.
Женщина подчинилась. Но сначала поцеловала меня в лоб. А дальше...
Я не видела, что происходило. Мешали стенки кроватки. Но знала. Я – нынешняя – знала, как работает меч смерти. Из него вылетают светящиеся звезды. Много звезд. Они опутывают жертву в кокон, и та умирает. Просто рассыпается в прах.
Вот только сработали не все звезды. Одна «ошиблась» и полетела ко мне. Легла на грудь и растаяла. Или... проникла внутрь. И в этот самый миг кукла, что так и парила в воздухе, упала. Способности артефактора прекратили действовать. Мои способности...
– Она, действительно, артефактор и маг, – услышала я голос ректора. – Поразительно, внутри нее одна из звезд смерти.
– Я видела. Горела огнем, – отозвалась Пратт.
– Видимо это вышло случайно. Побочный эффект. Кто кого убил при тебе, Теона?
– Не ваше дело! – прорычала я, захлебываясь рыданиями.
Я! Та, кто никогда не лил слёзы!
Но сейчас накрыло. Капитально. Я рыдала, не в силах остановиться.
Я всегда знала, что случилось в тот день. Я знала, что Карл Лебонер убил моих настоящих родителей. Но воспринимала это как... собственное спасение. А еще я очень долгое время любила этого человека, считала отцом. И даже правда о его поступке не смогла вызвать ненависти, хотя любви и поубавилось.
Но сейчас, когда я увидела его с мечом и родную мать со мной на руках... Эмоции выплеснулись. Я осознала, чего меня лишили. КОГО у меня отняли.
Она была лишь тенью. Именем. А теперь стала реальностью. Женщиной, которая могла подарить мне море любви и ласки.
А он – человек, которого я звала отцом, лишил ее жизни.
«Клара невинна...»
Жизнь в семьи Лебонер и связь с Гильдией это изменили.
Осталось только имя. Имя, которое, как я теперь знала, дала мне мать.
– Поднимайся, надо много обсудить, – приказал ректор.
Но я посмотрела волком.
Встала. Вытерла слёзы и пошла прочь.
И сейчас мне было глубоко плевать на реакцию Фредерика Ровэля.
Глава 8. Женихи и невесты
Я не спала всю ночь. Нет, больше не плакала. Просто лежала и смотрела в потолок. И думала-думала...
Острая боль постепенно превратилась в тупую. Я объявила себе, что не позволю событиям, произошедшим много лет назад, сломать меня сейчас. Я не могу ничего исправить, и наказать виновных невозможно. Карл Лебонер мертв, и он был лишь орудием в руках Гильдии. Да и тот, кто отдал приказ – супруг леди Камиллы – тоже успел покинуть этот мир. Нужно было волноваться о другом. Одна из звезд смерти, что вырвалась из меча, до сих пор внутри меня. В одиночку она не в состоянии убить. Звезда уже сделала всё, что могла – блокировала мой врожденный дар артефактора. Однако ее всё равно не помешало бы извлечь. Мало ли.
Другим важным вопросом было происхождение моей матери. До вчерашнего вечера я считала ее простолюдинкой. Обычным человеком без каких-либо способностей. Бедняжкой, которую маг подобрал не то в публичном доме, не то просто на улице. Но получалось, это ложь. Она была и артефактором, и магом. Свидетельство тому ее собственные слова. Во-первых, мать сказала, что в ближайшие месяцы ни на что не способна. А такое случалось именно с магинями. После родов. Когда младенец появлялся на свет, происходил мощный всплеск магической энергии – она передавалась ребёнку, а мать на время теряла способности. Во-вторых, женщина, подарившая мне жизнь, сказала кое-что еще крайне важное. Она не сомневалась, что у меня проявится магия. Не сомневалась ни на миг. Это означало, что оба моих родителя – маги. Если бы даром обладал только один из них – шансы были бы пятьдесят на пятьдесят.
А, в-третьих, не помешало бы узнать, что за врагов мать имела в виду? Не факт, что речь шла о Гильдии. Скорее всего, ответ крылся в ее прошлом. Враги появились во времена, когда она еще не встретила моего отца. Не просто же так эта молодая магиня притворялась никем.
...Утром я посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Глаза превратились в щелочки, под ними залегли круги. Ни намека на привычную красоту и обаяние.
– Это крайний случай, – заверила я саму себя и... применила заклинание маски.
Оно не меняло внешность, но позволяло временно спрятать огрехи.
Результат ждать себя не заставил и полностью меня устроил. Что ж, я обещала себе (а еще отцу – Карлу Лебонеру), что использовать магию буду редко и вынужденно. Да, наведение марафета это не то что бы вещь необходимая для спасения жизни. Но репутацию Принцессы Теоны Ирравийской сей прием точно убережет. Её Высочеству не по статусу появляться на людях огородным пугалом.
В обеденном зале я вела себя, как обычно. Улыбалась девушкам, сидящим за моим столом, слушала сплетни, благосклонно кивала. Даже чуток расслабилась, считая завтрак передышкой перед очередным трудным днём. И зря. До окончания трапезы случилось сразу три события, нарушивших покой в огромном зале.
Для начала моя соседка Ди внезапно вскрикнула и со звоном уронила столовые приборы. Я проследила за ее взглядом и увидела парочку (явно влюбленную), под руку идущую по проходу. Голубки никого не замечали, смотрели друг на друга и ворковали. Но реакция Ди не осталась ими не замеченной.
– О, Диана, – протянула девица разочарованно, поправляя золотистые локоны. – Выглядишь усталой. Я бы посоветовала тебе отличный салон, где быстро возвращают здоровый цвет лица, но тебе средств не хватит, учитывая неприятности вашей семьи, – она театрально вздохнула и продолжила: – А мы с Адрианом чуть опоздали к началу учебного года. Но нас простили. Празднование помолвки двух столь известных в Каталии семей заняло две недели. Гости сменяли друг друга, а нам приходилось присутствовать на каждом приеме. Ну, нам пора. Не думаю, что мы с тобой часто будем видеться. Вряд ли ты задержишься здесь надолго, учитывая всё те же неприятности семьи.
– Я артефактор вообще-то, – процедила Ди, покрасневшая, как рак. – Мне не нужны деньги, чтобы находиться в Академии Ровэль. В отличие от некоторых.
– Всё такая же гордячка, – усмехнулась рыженькая девица и поцеловала парня в щеку. – Идем дорогой, нечего общаться с отбросами.
Она провела рукой по воздуху, явно причисляя к упомянутым отбросам всех за столом.
– Хочешь сказать, тут все отбросы? – поинтересовалась я невинным голосом. – И я, в том числе?
Девица оценивающе оглядела меня с головы до ног.
– Отброс. Раз общаешься с Дианой. Но не переживай, у тебя годная внешность. Найдешь себе какого-нибудь женишка, согласного тебя содержать. Не пропадешь.
За столом повисла гробовая тишина на несколько секунд. Потом одна половина девиц тихонечко прыснула со смеху, вторая осталась с каменными лицами. Ибо все понимали, что знакомая Ди попала основательно. Назвать Принцессу (пусть и другой страны) отбросом – это не просто оскорбление. Это ситуация, грозящая очень серьезными карами. Такими, что никакое богатство не поможет.
– Она кто? – спросила я Ди, по-королевски указав пальчиком в сторону девицы.
Соседка быстро догадалась, что сейчас ее знакомой будет очень «весело» и воспрянула духом.
– Это... Эмилия Солберг. Бывшая подруга. А ее кавалер, – она запнулась, но продолжила, – Адриан Войт. Жених. Тоже бывший. В смысле, мой бывший. Ее нынешний.
– Вот как... – протянула я многозначительно.
Я ненавидела таких девиц. Увела чужого жениха (у подруги!) и еще смеет злорадствовать. Да и он хорош. Наверняка, поменял «направление», когда у семьи Ди возникли упомянутые неприятности. Нашел невесту побогаче. А теперь стоит рядом, будто ни при чем, и позволяет Эмилии ерничать, оскорблять ту, на которой хотел жениться.
Ну, ничего. Роль, что я играла, давала простор для маневров.
– Может, и меня представишь? – предложила я Ди.
Та откашлялась, предчувствуя бурю, и выдала с выражением:
– А это Теона. Её Высочество Теона Ирравийская.
Адриан пискнул, как мышь, а Эмилия не поверила.
– Да брось, Ди. Думаешь, я куплюсь?
А потом она перевела взгляд на девушек за нашим столом, оглядела лица тех, кто сидел за соседними и тоже ждал развязки.
– Не может быть, – пробормотала нервно.
– Итак, ты назвала меня отбросом, – констатировала я, складывая руки на груди.
– Нет, я... я...
Сомнение, которое еще секунды назад читалось в глазах девушки, растворилось. Сменилось паникой.
– Я не хотела. Простите...
– Полагаешь, попросить прощения достаточно? Мой отец может потребовать у Короля Каталии выдать нам всё ваше семейство. За оскорбление члена королевской семьи. Ты вообще понимаешь, чем это кончится для тебя и твоей родни?
На лице девицы не осталось красок. Любую другую на ее месте я бы пожалела. Но я видела, как Эмилия обращалась с Ди. Как упивалась победой. А ведь прежде считалась подругой.
Нет, такая не заслуживала жалости. Даже крупицы.
– Скажите, что мне сделать, Ваше Высочество? Как искупить вину? – пробормотала Эмилия.
Она пошатывалась. Кажется, раздумывала, стоит ли опуститься на колени. Однако врожденное самолюбие не позволяло.
– Ты можешь кое-что сделать, – кивнула я. – Уберешься из Академии вместе женихом. Сегодня же. Чтоб духа вашего тут не было. А деньги, что вы заплатили за семестр, останутся. Пойдут на благо учебного заведения.
Не то что бы я беспокоилась о благополучии Академии Ровэль. Зато отлично понимала, как взбесится ее глава, узнав, что моими стараниями доход уменьшился. У меня с ним и так непростые отношения. Ни к чему их обострять.
– Хо-хорошо, – пролепетала Эмилия, радуясь, что легко отделалась. – Мы у-у-уедем, – она потянула прочь вросшего в пол Адриана. – Еще раз простите, Ваше Высочество.
Они удалились, а за столом так и продолжалось молчание. Девушки боялись сказать хоть слово. Нарушила тишину Манон.
– Надо было ее еще и перед Ди заставить извиниться. Или пару требований добавить.
– Это их разборки, – отрезала я, давая понять, что инцидент исчерпан. – Эмилии и Ди. Что до других требований. Это мне неинтересно. Уберутся прочь, этого достаточно.
На самом деле у меня была мысль потребовать от голубков еще что-нибудь этакое. Например, расторгнуть помолвку. И выплатить солидную компенсацию семье Ди. Но ведь я не Принцесса, а настоящая Теона однажды вернется «на сцену». Эмилия и Адриан узнают, что подчинились требованиям самозванки. Меня-то они не найдут, а вот Ди может достаться в отместку. Отъезд из Академии эти двое как-нибудь проглотят, но остальное вряд ли. Лучше не перегибать.
