Текст книги "Хозяйка замка на скале (СИ)"

Автор книги: Анастасия Пенкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Все-таки в замке я хотя бы в относительной безопасности, с крышей над головой. Не сказать, что в комфорте и сыта, но не одна в чужом мире, где место женщины совсем не такое как я привыкла.

На этот раз я подготовлюсь как следует. Так что бывший муж меня больше не поймает.

И первым пунктом на пути к целе значилось: заработать денег.

И тут был большой вопрос, как это сделать?

Прямо-таки задачка со звездочкой.

Глава 3

Я еще немного побродила по лугам за фермой, вдыхая прохладный воздух напитанный ароматом прелой травы и свободы, пока солнце не поднялось совсем высоко и пригрело лицо. Увы, нежиться в лучах осеннего солнца мне было некогда. Обед на носу.

Мысль о возвращении в замок испортила настроение, которое едва успело приподняться. Но еще больше становилось грустно от перспективы пропустить обед. Даже самый плохой обед будет лучше, чем ничего. Голод отличный мотиватор для соблюдения дурацких правил.

Обед, как я и предполагала, не разочаровал в своем безобразии. Жиденький супчик, в котором плавало три одиноких кружочка морковки, кусок картошки и петрушки, пюре из чего-то зеленого, брокколи, как выяснилось, и две крохотные, бледные тефтельки на пару, поселившие в моих мыслях несбыточные мечты о сочном стейке.

Мы снова сидели вдвоем с леди Дракстон. Молчание за столом было грустным, как это зеленое пюре. Я наблюдала, как она с тем же безразличием, что и я, ковыряется в тарелке. И знаете, что? Мне вдруг стало ее немного жалко. Нет, конечно, не жалко. Это было скорее недоумение. Она – мать дракона, можно сказать, хозяйка этого громадного замка. И она тоже ест эту бурду. Что за мазохизм? Или они и правда настолько обнищали, что драконам приходится сидеть на диете из брокколи? Сомнительно. Дейн в столице явно не голодал.

Мысленно я уже психанула, швырнув тарелку об стену. Но физически лишь вздохнула и доела свою порцию. Ругаться было бессмысленно. Это была бы победа на ринге, где мне сразу же засчитали бы нокаут. Я решила, что буду играть по другому. Выживать и собирать информацию.

После обеда я объявила, что хочу осмотреть замок. Леди Дракстон махнула рукой, дав понять, что мне предоставляется право бродить по отведенной для меня клетке.

– Только не ходи в западное крыло, это мужская часть замка, – предупредила она.

И я даже мысленно поблагодарила ее, нет никакого желание знакомиться с покоями Дейна.

Замок… замок был поразительным. Неприветливым, холодным, но величественным. Длинные анфилады залов с портретами хмурых мужчин и женщин, чьи глаза, казалось, следили за мной. Галерея с гобеленами, изображающими драконьи битвы, от которых становилось не по себе. И библиотека… господи, какая библиотека! Полки до потолка, старые потертые корешки с позолотой, пропитанные древней пылью и забытыми историями. Я провела там добрый час, просто касаясь корешков кожаных фолиантов. Здесь была история, география, книги о магии, бестиарии. Здесь было много полезной информации, но мое внимание привлекла книга о войне драконов и первородных. Я припрятала томик в складках платья, а потом в свой комнате. Почитаю на досуге. Интересно, что в прошлом не поделили драконы и такие как Агата… как я. Но вряд и стоит привлекать внимание свекрови к подобным интересом.

Оставив книгу под подушкой, я вернулась к изучению замка. И так увлеклась, что чуть не опоздала на ужин. Немного заплутав в бесконечных коридорах, я все же нашла дорогу вовремя.

Ужин в шесть вечера полностью соответствовал моим ожиданиям: зловещий свет камина и какая-то вонючая рыба с подливой, к ней тушеный шпинат. Пищевой восторг, что тут скажешь.

Вот бы сейчас картошечки с курочкой запеченные под сырной корочкой…

Сидя за ужином, я поняла, что достаточно освоилась. Пора переходить от изучения к активным действиям. Иначе я либо умру с голоду, либо мое психическое здоровье не выдержит этого зеленого кошмара.

Я просто обязана была выяснить где же чертова кухня в этом замке и почему здесь так отвратительно кормят? Может, повар садист? Или у Дракстонов действительно нет денег на нормальную еду? Верилось в это с трудом.

Решение пришло само собой, когда я увидела тех самых двух слуг – долговязого с крючковатым носом и коренастого с пятачком. Они шли по коридору, неся подносы с грязной посудой.

А вот и идеальные гиды.

Я отстранилась к стене, дав им пройти, и пошла следом, стараясь ступать бесшумно. Они тихо переругивались. – Опять это зеленое месиво, – бурчал тот, что пониже. – У меня от него живот крутит. – Молчи уж, Тарг, – шипел долговязый. – Госпожа слышать не желает ничего по этому поводу. Скажет, нечего объедаться… И, кстати, будет права, ты скоро за пузом своим ничего не увидишь…

Тарг недовольно закряхтел и хотел дать локтем в бок долговязому, но вовремя одернул себя, видимо, побоялся, что поднос с посудой может пострадать.

Интересно. Значит, слуги тоже это едят? Или они все-таки позволяют себе что-то получше втихаря? Это стоило проверить.

Они свернули в узкий коридор для слуг, который я еще не видела. Тут не было дорогих картин, сырые каменные стены, потянуло сквозняком и… слабым, но таким желанным ароматом жареного лука. Сердце застучало быстрее. Мы близко.

Слуги толкнули дверь, и я на секунду заглянула внутрь, прежде чем они захлопнули ее за собой. Успела мельком увидеть медные котлы, плиту и большой кухонный стол-остров с каменной столешницей, поленницу дров и корзины с овощами. Кухня была огромная, как все в этом замке.

В голову пришла мысль, а дело ведь не в бедности. Это был вопрос контроля. Леди Дракстон держала всех на голодном пайке, включая себя. Возможно, это была ее извращенная форма аскезы. Или способ демонстрации власти.

«Я решаю, что и когда вы едите».

Что ж, у меня для нее новость. Я не намерена была подчиняться кулинарному террору. Если в этом замке есть еда, я ее найду. А иначе… что ж, у фермера Кайдена, кажется, всегда в запасе есть свежий пирог и молоко.

Преисполненная решимости, я не стала прятаться. Сделав глубокий вдох, распахнула тяжелую дверь на кухню и вошла с невозмутимым видом. С видом человека, который имеет полное право здесь находиться.

Разговор и звон посуды мгновенно стихли. Шесть пар глаз уставились на меня. Те самые двое слуг, которых я преследовала, долговязый с крючковатым носом и коренастый, они замерли с подносами. У огромного кухонного острова, заваленного овощами, стояли две девушки-служанки, одна постарше, с усталым лицом, другая юная, с любопытными глазами. Возле плиты с магическими рунами, где жарился тот самый лук, стоял сурового вида мужчина лет пятидесяти с сединой в волосах и властным взглядом. Высокий белый колпак выдавал в нем повара. Рядом с ним юный паренек, видимо, его помощник в колпаке поменьше, смотрел на меня с открытым ртом.

– Леди… – произнес долговязый слуга. – Вам что-то нужно? Кухня – не место для господ.

– Я как раз по господскому делу, – парировала я, стараясь, чтобы голос звучал донельзя уверенно. – По делу утоления голода. А вы… простите, мне вас не представили.

– Ольрик, – буркнул он, и кивнув на своего коренастого напарника представил и его. – Это Тарг.

Ольрик представил служанок. Ту что постарше, звали Маргарет, а молоденькую Лилия.

Повар, вспомнив о своем занятие, провел рукой над рунами на плите, и пламя под сковородой убавилось. – Я Лорэн, – представился мужчина коротко, и по тону было ясно, что он здесь главный. – А это мой ученик, Николас. Чем могу служить, леди? Ужин уже подали...

– И съели, – добавила я с самой очаровательной улыбкой. – Брокколи были особенно... воздушными. Но, видимо, мой желудок не оценил их легкости. Он требует чего-то более основательного.

Младшая служанка по имени Лилия, сдержанно хихикнула, но тут же замолкла под тяжелым взглядом Лорэна.

– Меню составляет леди Дракстон, – отчеканил повар. – Мы готовим то, что предписано.

Я окинула взглядом кухню. Да, еда тут была. В углу висели связки лука и чеснока, на столе красовалась внушительный окорок, а из чулана доносился аппетитный запах копченостей. Вариант с бедностью не оправдался. Выходит леди Дракстон издевалась над собой, надо мной, еще и над слугами.

– Понимаю, – кивнула я, делая вид, что принимаю эти правила. Но внутри все кипело от несправедливости. – Просто я подумала... Может, мне самой что-нибудь приготовить? Чтобы не отвлекать вас от важных дел. Я, конечно, не мастер, но яичницу пожарить могу.

Наступила мертвая тишина. На меня смотрели так, будто я предложила станцевать на столе стриптиз. Господа на кухне не готовят. Это был священный закон.

– Так нельзя, леди, – сказал Лорэн смягчив тон, но недовольство все равно проскользнуло – Правила.

Ага, наслышана. Но так дело не пойдет. Давить авторитетом, конечно, бесполезно. Его у меня здесь нет. Оставалось только найти подход к этим людям.

– Ладно, – вздохнула я с наигранной покорностью. – Тогда, может, просто посижу тут? В библиотеке пыльно, в залах холодно, а у вас... – я вдохнула аромат жареного лука и свежего хлеба, – у вас так тепло и пахнет… вкусно. Обещаю, мешать не буду.

Я поймала взгляд младшей служанки. Она смотрела на меня с любопытством. Повар Лорэн скептически хмыкнул, но не стал протестовать и прогонять.

Я пристроилась на краешке скамьи на краю кухонного острова, демонстративно сложив руки на коленях. Вот так, я всего лишь тихий наблюдатель, а там слово за слово и я уже не леди, которая живет в хозяйком замке, а просто Агата. Сложная задача. Но пахло тут так вкусно, что игра явно стоила свеч. Или свежего хлеба с маслом, для начала.

– Ладно, я пошел работать, – плохо скрывая неодобрение заявил Осрик и вышел в коридор.

Долговязый слуга скрылся за дубовой дверью и остальные слуги тихо зашептались.

– Сейчас доложит, вот увидишь, – шепнула Маргает склонившись к Лилие, она не очень-то старалась скрыть от меня разговор, так что я все отчетливо и услышала. И не только я.

– Ольрик не такой! – возмутился Тарг, он тоже пытался говорить тихо, но получалось у него не очень.

Интересно было послушать, о чем еще подают слуги, но Лорэн демонстративно покашлял и ребята смолкли, покосившись на меня с настороженностью.

Мягкий свет магических кристаллов в стенах кухни казался гостеприимным после пустых и мрачных коридоров. Я сидела на своей скамье, стараясь не мешать.

После недолгого, явно утомительного для всех молчания Лилия, младшая служанка, вдруг сунула мне в руку теплую лепешку, завернутую в чистую хлопковую салфетку.

– Возьмите, леди, – прошептала она, краснея. – Вы же почти ничего за ужином не съели. Это я сама испекла, с сыром.

Я была тронута до глубины души. Не ожидала, что лед тронется так быстро.

– Спасибо, Лилия, – ответила я, сжимая лепешку в ладони. – Я уверена это очень вкусно…

Именно в этот момент в кухню влетел запыхавшийся Ольрик. – Идет! – выдохнул он. – Исель идет!

Поначалу до меня не дошло о ком Ольрик и почему так переполошились остальные. Но дверь в коридор осталась приоткрыта и я услышала знакомый ритмичный стук. Трость леди Дракстон!

Свекровь, мать Дейна, леди Дракстон. Мне хватало этого, что обращаться к этой женщине и как-то мысленно называть ее. Но у нее ведь есть имя.

Мгновенная, всеобщая паника разрасталась. Лорэн бросился выравнивать кастрюли, Маргарет стала лихорадочно вытирать и без того чистый стол. На меня смотрели с ужасом, смешанным с упреком. Мое присутствие здесь было нарушением всех правил, и сейчас за это придется платить им.

Мне совсем не хотелось, чтобы леди Дракстон отчитывала слуг из-за меня. Не хотелось разрушать тот хрупкий мостик, который я только начала строить.

– Спокойно, – сказала я, вставая. Голос мой на удивление прозвучал куда увереннее, чем я себя чувствовала на самом деле. – Я уйду. Она меня не увидит. Куда ведет эта дверь?

Я указала на небольшую, неприметную дверь в глубине кухни, которую загораживала бочка, очень надеясь, что это запасной выход. – Коридор для слуг, там в конце выход на улицу, но…

– Отлично, – перебила я, уже направляясь к двери. – Никто не видел меня здесь. Понятно?

Я выскользнула в коридор, прикрыв за собой дверь, но не до конца. Любопытство оказалось сильнее страха. Я прильнула к щели.

В кухню вошла леди Дракстон. Ее трость отстукивала по каменному полу раздражающе громко. – Лорэн, приготовь мой чай с мятой. И чтобы сегодня он был не как кипяченая вода из лужи! И где Ольрик? Пусть немедленно проверит, почему в восточном крыле сквозит! Я не намерена мерзнуть в собственной гостиной!

Ее резкий и властный голос подобно грому прокатился по кухне. Слуги молча засуетились даже не пискнув. Никаких расспросов о посторонних не последовало. Леди Дракстон была слишком поглощена собственным плохим настроением. Я отступила от двери и наконец смогла нормально вдохнуть.

От греха подальше я двинулась по узкому, слабо освещенному коридору. Здесь пахло пылью и прогнившим деревом. Я торопливо шла вперед подобрав юбки. Коридор выглядел старым и заброшенным. Несколько раз можно было свернуть, но я не знала, что ждет за темными неосвещенными поворотами и шла вперед, надеясь добраться до выхода на улицу, о котором упомянул повар. Вдоль стен стояли сундуки, покрытые паутиной, и сломанная мебель. Похоже, коридором не пользовались.

Я дошла до двери, ведущей на улицу. Рядом с ней имелось небольшое окошко. Сквозь мутное стекло я разглядела ночное небо и низко висящую луну. И куда теперь? Не возвращаться же назад. Можно обойти замок и зайти с другой стороны…

Дверь была заперта на простой засов, и я решительно открыла ее. Пахнул опрохладным ночным осенним воздухом. Но едва я сделала шаг как замерла, в горле застрял крик.

Еще один шаг и я могла бы сорваться в пропасть!

Дверь действительно вела на улицу. Но за ней почти сразу начинался обрыв. Только узкая, крутая тропинка вела куда-то к подножию скалы.

– Теперь понятно, почему коридором не пользуются, – пробурчала я прижавшись к стене.

Возможно, раньше здесь было не так опасно. Но скала осыпалась.

Теперь ходили тут только отчаянные экстремалы.

Похоже, все-таки придется вернуться.

И тут я заметила странное свечение ниже по тропинке. Оно было неярким, мерцающим, переливалось нежными оттенками розового и зеленого. Сердце екнуло. Нет, не может быть…

Тут я услышала знакомое тихое мурлыкающее блеяние и сомнений не осталось.

Прижимаясь к безопасной стене, я спустилась немного вниз по тропинке.

Они были здесь. Прямо под стенами замка Дракстонов, в зарослях колючего кустарника сидели мои козлодраки. Их переливающиеся крылья светились в темноте, выхватывая из мрака потрепанные бока, покрытые репейником. И один из них, самый крупный, с розоватой шерсткой на спине и зелеными боками, сидел прямо и гордо, а в его зубах был зажат ремешок моего дорожного саквояжа.

Я замерла, глядя на эту картину. Они не просто нашли меня. Они проделали немалый путь, таща мой чемодан, словно самое ценное сокровище. И теперь сидели здесь.

– Боже мой, – выдохнула я, подходя ближе. – Это вы... Вы принесли мои вещи?

Зверек с чемоданом осторожно опустил его на землю и издал короткий, торжествующий звук. Он подошел ко мне и уткнулся мордочкой с усиками мне в ладонь.

Ощущение было знакомым, легкое покалывание, как крошечный разряд статического электричества. А в голове снова мелькнул отзвук, будто чужие мысли…

“Голод. Холод.”

Другие козлодраки тут же окружили меня, тоже тычась носами в раскрытую ладонь. Они были голодны, измучены, но живы и свободны.

Я развернула лепешку. – Простите, это не сладости, – сказала я, разламывая ее на куски. – Но сегодня только так.

На этот раз они не капризничали. Они набросились на еду с такой жадностью, что у меня сжалось сердце. Пока они ели, я разглядывала их поближе. Колючки, сухие веточки, нежнейшая шерсть оказалось спутанной... Они нуждались не только в еде.

– Слушайте, – прошептала я, когда последний кусок лепешки исчез. – Завтра я вернусь. Принесу вам чего-нибудь сладкого и найду гребень. Мы приведем вас в порядок и вычешем все эти колючки. Обещаю.

Один из козлодраков, тот самый, что когда-то первым лизнул мне палец, подошел и прижался теплым боком к моей ноге. В его больших глазах читалось безграничное доверие.

Щемящее чувство ответственности нахлынуло с новой силой.

Мы в ответе за тех, кого приручили. А я, похоже, именно это и сделала.

– Так, ребятки, – важно заявила я уперев руки в бока. Хватит распускать нюни по собственному положению, когда у меня тут целых пять питомцев без крыши над головой нарисовались. – Спасибо, что сохранили мои вещи. Я этого не забуду.

Увы, я не могла взять малышей в замок. Такая орава быстро привлечет внимание. Но у меня был вариант получше, куда пристроить животинок.

– Видели ферму неподалеку? – спросила я с серьезным видом. Дожила, с животными разговариваю.

Но большие умные глаза смотрели на меня так внимательно, понимающе, один из зверьков кивнул.

– Отлично, идите туда, переночуете вместе с козами, прижмитесь к их теплым бокам, может, и перекусить чего найдете, – вспомнила я о фермерских пирогах. – А завтра я к вам приду. Но постарайтесь утром не попадаться фермеру на глаза, на всякий случай…

Один из козлодраков, тот самый, что похоже выступал у них за лидера, лизнул мне палец, словно говоря «спасибо».

А завтра, я раздобуду еды, приведу в порядок их шерсть и подумаю, можно ли довериться Кайдену и рассказать о моих питомцах.

Саквояж с вещами я тоже не стала брать с собой, припрятала в заброшенном коридоре. Пусть будет “черным чемоданчиком” на случай, если совсем станет невмоготу и придется спешно бежать.

Планов на следующий день у меня было много, но я не учла, что у леди Дракстон совсем другое представления о моем распорядке.

Следующий завтрак снова состоял из водянистой овсянки, но на этот раз с крошечной ложечкой меда. Прогресс, черт возьми! Но леди Дракстон не отпустила меня, а жестом велела следовать за ней.

Мы прошли в ее гостиную, на удивление не такую мрачную как большая гостиная на первом этаже. Здесь тоже было много картин но не баталий, а пейзажи. Я узнала зеленые луга и замок Дракстонов на высокой скале. В по углам стояли кустики роз в глиняных горшках. Воздух был густым от запаха лаванды.

– Леди не должна бездельничать, Агата, – объявила леди Дракстон, указывая тростью на кресло у окна. Рядом с ним на столике лежали пяльцы с натянутой тканью, иголки и мотки цветных ниток. – Безделье разлагает душу и расслабляет ум. Ты займешься благородным рукоделием. Это успокаивает нервы.

Хоть она и говорила спокойно, но в ее голосе чувствовались сталь и власть, как и всегда. Этот тон не подразумевал возражений. Было очевидно, что отказы не принимаются. И от этого мне еще больше хотелось пойти наперекор и вскинув гордо подбородок отправиться по своим делам. И пусть сидит тут в одиночестве со своей любовью к труду. Но вместо этого я тяжко вздохнула и присела в кресло.

Не стоило рисковать последними крохами свободы. С этой женщины станется запереть меня в одной из башен. Или еще что похуже сделать. Я слишком плохо знала на что она способна и бросаться на амбразуру не собиралась.

Так что придется заняться вышиванием. Может, и правда нервы успокоит.

Я с тоской посмотрела на орудие будущих пыток. В прошлой жизни мои отношения с иголкой ограничивались пришиванием пуговиц, и то с переменным успехом.

Леди Дракстон устроилась напротив, ловкими, несмотря на возраст, движениями она взяла свое пяльце. На ее канве красовался изящный, почти законченный дракон, вышитый серебряной нитью. Ее вышивка выглядела мастерски и даже восхищала.

Я вздохнула и попробовала вспомнить уроки труда. На худой конец я надеялась на мышечную память, Агата ведь должна уметь вышивать? Или нет…

Иголка так и норовила выскользнуть из пальцев. Нитки мгновенно путались и узелки постоянно застревали в ткани. Я пыталась вышить простой листик, но пока у меня получалось только исколоть пальцы.

Уколов очередной раз палец, я грубо выругалась себе под нос, совсем не думая о приличиях, и облизала травмированный палец. Но на белой ткани все равно успело проступить несколько капель моей крови.

– Ах ты... Да чтоб тебя... Иди сюда, шелковая гадина… – я боролась с ниткой и иголкой из природного упрямства и вредности. Но стоило признать, что я проиграла им. Вышивка точно занятие не для меня.

Леди Дракстон не поднимала взгляд, но я заметила, как у нее начал дергаться левый глаз. Ее собственная вышивка ложилась ровными, идеальными стежками, что злило меня еще сильнее. Мы сидели так, наверное, с полчаса, в тишине, нарушаемой лишь моей тихой руганью.

Наконец, она отложила свою работу. Ее взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по моему «творчеству», больше напоминавшему нечто абстрактное и неприглядное.

– Полагаю, таланта к изящным искусствам вам не досталось, – констатировала она без тени сомнения. – Врожденная неуклюжесть. Жаль. Впрочем, я не ожидала ничего иного.

Внутри все всколыхнулось от ярости. Очередное унижение. Очередной повод показать, что я никчемная.

– Лучше возьми книгу и почитай вслух, – она указала на небольшой столик рядом со своим креслом. – Если уж твои руки не способны на тонкую работу, пусть хоть голос принесет какую-то пользу.

Я испытала настоящее облегчение. Чтение! Это я могла. Сейчас почитаю и наконец займусь своими делами, найду моих козликов крылатый, снова увижу Кайдена…

Я чуть бегом не бросилась к столику и схватила книгу. Фолиант в темно-коричневом переплете сразу показался мне знакомым. Это же та самая книга, которую я утащила из библиотеки и оставила у себя в комнате, чтобы почитать на досуге.

«О войне драконов и первородных».

Облегчение мгновенно испарилось, сменившись тошнотворным чувством унижения. Исель не просто дала мне книгу. Она взяла мою, из моей комнаты. Значит, кто-то там бывал? Или она сама заходила? Зачем? Проверить, не украла ли я ложку? С трудом верилось, что книгу нашли случайно, вряд ли кто-то из горничных приходил убираться, ведь я только приехала, а замок явно не похож на пятизвездочный отель с ежедневной уборкой в номерах.

Это было нарушением моего жалкого личного пространства, и демонстрацией тотального контроля.

Я сжала переплет и костяшки пальцев побелели. Злость, горькая и обжигающая, подступила к горлу. – Что, – выдохнула я, глядя на леди Дракстон в упор, – читать тоже запрещено правилами?

Я ждала вспышки гнева, ледяной отповеди. Но леди Дракстон лишь медленно подняла на меня свои карие глаза, в которых плескалось нечто похожее на... усталое презрение?

– В этом доме чтение никогда не было преступлением, – произнесла она с ледяным достоинством. – Тебе не было нужды таскаться по углам, как провинившейся школьнице, пряча книги под подушку. Меня удивил твой выбор. Не каждый день кто-то интересуется столь... специализированной историей.

Ее слова вызвали недоумение. Получалось, я сама накрутила себя, а она... она просто констатировала факт. Но в этом факте сквозила та же снисходительность, что и в комментарии о моей «врожденной неуклюжести».

– Садись, Агата, – приказала она. – И начинай читать.

Я опустилась в кресло. Хотя формально мне дали то, что я хотела, это точно была не победа, больше походило на очередную ловушку. Я развернула книгу и начала читать, стараясь, чтобы голос не дрожал от обиды и гнева.

Текст был суховат, но не лишен интереса. Я читала о древних временах, когда магия первородных была столь сильна, что они возводили города в небесах и поворачивали русла рек одной лишь мыслью. Их власть казалась безграничной. И именно это, как утверждал историк, и стало их проклятием.

Я углубилась в чтение, почти забыв о присутствии свекрови, пока не наткнулась на главу, от которой кровь застыла в жилах. Речь шла о «Великом покорении» – безумном плане первородных магов подчинить себе драконью расу. Оказалось, войн драконов и первородных, это не страшная сказка о благородных магах защищавшихся от свирепых ящеров. Все было наоборот. Это была история о попытке геноцида. Первородные, опьяненные силой, создавали артефакты, подавляющие волю драконов, обращая гордых небесных владык в рабов. Они вырывали у них клыки и когти для своих доспехов, плавили чешую для украшений. У них были все ресурсы и, казалось, все шансы на победу.

Но драконы оказались не менее древними и могущественными существами. Они не желали терять свободу. Война, длившаяся столетия, прокатилась по континенту разрушительной волной, то затихая, то вспыхивая с новой силой. И это была не далекая история, факты о которой сотни раз переписали. Согласно книге, последнее крупное сражение произошло всего тридцать пять лет назад.

Я читала, и слова складывались в ужасающую картину.

«...в решающей битве у Огненных Холмов, отряд магов-радикалов, не желавших признавать перемирие, вероломно атаковал и уничтожил арьергард драконьей армии под предводительством генерала Каэлана Дракстона...»

Дракстона. У меня аж дыхание перехватило. Воспоминания Агаты Вайтфол, до сих пор молчавшие на эту тему, вдруг пронзили мою голову острой болью. Всплыли обрывки воспоминаний. Шепот в детстве, запретная тема в семье, стыд. Война закончилась не только потому что одна из сторон наконец проиграла. Она закончилась, потому что обе стороны истощили себя до предела. Но больше всего первородные. Их сила почти иссякла. Рожденные в последнее столетие, как Агата, были всего лишь сосудами с древней магией, не способными использовать ее. Но и драконьи роды вырождались, их легендарная плодовитость сошла на нет.

Верующие говорили, что то кара богов за пролитую кровь. Ведь, пострадали и драконы и первородные. Другие считали вырождение рас естественным процессом. И что сила первородных утекала постепенно. Как и источники драконьей магии постепенно иссушаются. Как говорится, ничто не вечно.

Я подняла взгляд на леди Дракстон. Она смотрела на меня, и, на удивление, в ее глазах не было ни злорадства, ни ненависти. Только глубокая, многовековая усталость. – Генерал Каэлан Дракстон был моим мужем, – тихо произнесла она, и ее пальцы с силой сжали пяльцы. – Его убили не в честном бою. Его заманили в ловушку те, кто не мог смириться с тем, что их эпоха уходит.

Она говорила сухим, лишенным эмоций тоном, но от ее слов становилось не по себе. Я сидела напротив женщины, мужа которой убили предки Агаты. Теперь они мои предки. Я была частью рода, развязавшего эту бойню.

– Я... не знала, – хрипло выдохнула я, и это была чистая правда. Ни я, ни прежняя Агата не осознавали всей тяжести груза своего наследия.

– В наше время мало кто вспоминает историю, но я считаю о таком нельзя забывать, – ответила она, отводя взгляд к окну. – Мы должны помнить, к чему приводит гордыня. Всех нас.

Она снова посмотрела на меня, но теперь уже с вызовом. – Первородные были не первыми и не последними, кто попытался поставить драконов на колени. Эльфы, возомнившие себя совершенством, орки, жаждавшие наши богатства, сирены, кравшие нашу магию... Где они теперь? Они стали прахом, а мы все еще здесь.

Ее тяжелые слова повисли в воздухе, усиливая напряжение. Это не было попыткой унизить лично меня. Это был урок. Суровый и беспощадный. Она показывала мне место моего рода в истории. И это не роль невинных жертв, а место зачинщиков величайшей трагедии этого мира. И напоминала, что драконы пережили всех своих врагов.

Я смотрела на книгу, но буквы расплывались перед глазами. Вся моя злость, все возмущение несправедливым положением куда-то испарились, оставив после себя лишь горькое послевкусие. Я сидела в замке женщины, чью семья пострадала из-за первородных магов, таких как Агата… как я. И я была живым напоминанием о ее боли. И ее холодность, ее строгость… может, это просто самозащита?

Я больше не чувствовала себя шпионом в логове врага. Я чувствовала себя незваным гостем, насмешкой над чужим горем.

Возможно, и Дейн ненавидел меня с первого взгляда не из-за моего лица, не из-за моего возраста, а из-за крови в моих жилах. Крови, которую я не выбирала. Но в то же время именно из-за этой крови он женился на Агате Вайтфол. Потому что связь с ней, сделала его сильнее… Чтобы он смог продолжить драконий род?

Как много вопросов и как мало ответов. Может ли быть так, что мы оба просто заложники своего положения?

Больше всего меня волновало другое. Зачем держать меня (идейного врага, на минуточку!) в своем замке и дальше? Что за мазохизм?