Текст книги "Хозяйка замка на скале (СИ)"

Автор книги: Анастасия Пенкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Глава 13

КАЙДЕН ДРАКСТОН

Я не пошел в замок. Ноги сами понесли меня в другую сторону, в густую тень за углом сарая. Я вжался спиной в холодные, шершавые доски и заставил себя смотреть.

Дейн вел Агату по тропинке... Не вел, а тащил. Его рука все еще впивалась ей в бок, пальцы белели от напряжения. Она попыталась вырваться, но он только сильнее прижал ее к себе. Чувствовалось напряжение в ее хрупкой фигурке, голова опущена, плечи слишком прямые. От этой картины в груди разрасталась обжигающая ярость. Она поднялась к самому горлу, стало нечем дышать.

Не моя.

Я повторял это мысленно уже в сотый раз, стискивая челюсти так, что хрустели кости. Не моя.

Отпусти.

По древним законам, по мерзкой логике этих проклятых ритуалов, она принадлежала Дейну. И навсегда связана с нашим родом. Брачный союз с первородной, это не просто брак. Это особая магическая связь. Кровь Агаты, ее сущность теперь навеки связаны с нашим Источником. Развод ничего не менял. Он лишь разорвал ее связь с Дейном, но не с Дракстонами. Наоборот, эта связь лишь закрепилась магическим соглашением, подписанным кровью.

Агату держат здесь не из милости. Ее присутствие, ее магия должны подпитывать наш угасающий Источник. Бросить ее, позволить уйти, значило бы добровольно ослабить род. А забрать ее себе... Это было бы попранием всех правил, ударом по чести, которого ни один дракон не простил бы брату.

Я мог бы разорвать Дейна пополам. Я был сильнее. Но я не мог так поступить с братом. Мне оставалось только смотреть, чувствуя, как когти готовы прорезаться из пальцев и впиться в ладони.

Если бы я знал. Камни и пламя, если бы я знал, что он задумал эту подлую аферу. Жениться, чтобы усилить себя, а потом выбросить жену как ненужную вещь... Я бы не позволил. Из-за элементарной порядочности, которой Дейн, видимо, лишен. Участь разведенной первородной – унизительное прозябание на задворках чужой семьи. На них больше не женятся. Их считают... использованными. Испорченными. И я, наблюдая за Агатой, за ее упрямой, не сломленной силой, впервые задумался: а почему? Почему эта традиция так бесчеловечна? Разве они стали хуже от того, что подарили нам часть своей силы? Разве они бракованные? На этот вопрос у меня не было ответа. Только горечь и стыд. ИИ ярость, распирающая изнутри.

Дейн крепко держал Агату, будто она и впрямь его собственность. А я мог только смотреть, скованный традициями и проклятым долгом перед родом.

Возвращаться в зал в таком состоянии было нельзя. Я и не хотел. Возвращаться туда, где музыка и смех, где эта рыжая дура будет строить из себя хозяйку, а Эшвуды станут совать мне под нос свою надушенную племянницу. которую мне теперь, по всем канонам, и следует выбрать... Нет уж, спасибо.

Мне нужно было… Мне нужно было куда-то деть эту ярость. Иначе я просто взорвусь.

Я отступил глубже в темноту, прочь от сарая и тропинки, туда, где за фермой начиналось открытое поле. Дождь снова начал моросить, холодные капли падали на кожу, но я их почти не чувствовал.

Мне было тесно. Невыносимо тесно в этой коже, в этих одеждах, в этих проклятых правилах, которые связывали мне руки.

Я схватился за ворот мокрой рубашки и с силой дернул. Ткань с треском разошлась по швам, пуговицы отлетели куда-то в темноту. Я скинул ее с плеч и швырнул в грязь. Воздух обжег кожу, но облегчения это не принесло. Ярость клокотала внутри, требуя выхода.

Избавиться от нее можно было только одним способом.

Драконья сущность все время дремала где-то в глубине, огромная и дикая. Она легко отозвалась чуя мои эмоции. Этот оборот был грубый и стремительный, пожалуй, я еще никогда так легко не обращался в дракона. Кожа на плечах и спине затвердела, потемнела, покрылась мелкими, плотными чешуйками цвета обсидиана, отливающими в слабом свете синевой. Позвоночник вытянулся. Со спины, из лопаток, вырвались тяжелые, перепончатые крылья. Они расправились в стороны, и вода с травы разметалась во все стороны.

Из моей драконьей глотки вырвался низкий, сдавленный рык. В нем была вся ярость, все бессилие и вся горечь, которые скопились во мне.

Я больше не думал. Оттолкнулся от размокшей земли одним толчком задних лап. Земля ушла из-под ног. Мокрые и тяжелые крылья с силой разрезали воздух, поднимая вихрь.

Я взмыл вверх, прочь от фермы, от сарая, от тропинки, по которой Дейн вел Агату. Прямо навстречу низко нависшим грозовым тучам. Мне было плевать на дождь, на ветер, на молнии, мерцавшие вдалеке. Пусть стихия бушует. Она все равно была тише, чем буря внутри меня.

АГАТА ВАЙТФОЛ

Дейн тащил меня по тропинке и так крепко держал, что у меня в боку начало ныть.

Я попыталась вырваться в очередной раз, рывком повернувшись, и в этот момент увидела как над фермой между тучами мелькнула огромная черная тень. Она отделилась от земли и ринулась ввысь, прямо в самую гущу чернильных грозовый туч. Мне удалось разглядеть только мощный и стремительный силуэт. А затем ощутила ровный, теплый порыв ветра. Он ударил нам в спины, заставив Дейна на мгновение замедлить шаг и обернуться через плечо.

Он тоже увидел как его брат обернулся в дракона и улетел, скрывшись за бушующей стихией. Я почувствовала, как пальцы бывшего мужа на моем боку сжались еще сильнее, до боли. Он тихо хмыкнул, и в этом звуке отчетливо слышалась ядовитая усмешка.

– Братец не в духе, – процедил он сквозь зубы.

Я промолчала, не собираясь поддерживать с этим гадом чешуйчатым хоть какой-то диалог.

Куда больше меня волновал его брат. Он ушел, превратился в дракона. Потому что не мог остаться и смотреть?

На душе стало чуточку теплее, потому что Кайден точно не был равнодушен ко мне.

И в тоже время я злилась, на себя и на него. Часть меня хотела, чтобы Кайден наплевал на кровные узы и попросту набил морду Дейну. За все хорошее, и чтобы не трогал меня. И я злилась на себя из-за этих глупых мыслей. Ведь Кайден мне ничего не должен. Нас ничего с ним не связывает. А Дейн все-таки его брат, одна кровь. Но отогнать прочь эти глупые мысли не выходила и я злилась… На Кайдена и его выдержку. Что ему стоит приструнить Дейна?

Плевать. Я вообще не должна думать ни об одном из Дракстонов. Я уйду отсюда как только заработаю деньги. И не буду ломать голову пытаясь понять что на уме у старшего Дракстона.

Дейн больше не говорил ни слова. Он просто вел, вернее, тащил меня в гору. Его хватка не ослабевала. Каждый раз, когда я пыталась вырваться, его пальцы впивались в мой бок с новой силой, напоминая, кто здесь главный.

Я шла, стиснув зубы, и внутри у меня бушевал вихрь из эмоций и мыслей, от которого кружилась голова. Мои козлодраком ничего не угрожает. Они в безопасности. А на губах я все еще чувствовала тепло от губ Кайдена, которые коснулись моих всего несколько минут назад. Унижение и злость от этой железной хватки на моем теле. И страх из-за того, что Дейн что-то понял. Догадался, что у меня есть какие-то чувства к его брату? И что он будет делать?

Наконец мы подошли к боковому входу в замок. Дейн резко остановился, развернул меня к себе и наконец разжал руку. Он практически отшвырнул меня от себя, будто избавляясь от чего-то неприятного.

– Иди приведи себя в порядок, – сказал он холодно. – И запомни. Ты здесь по моей милости. Не забывай своего места.

Его слова стали последней каплей, бушующие эмоции внутри меня больше невозможно было сдерживать. Я вскинула голову, глядя бывшему мужу в глаза, мечтая, чтобы магия во мне проснулась окончательно и поджарила его чешуйчатый зад.

– По твоей милости, да не по своей воле! – процедила я. – Так что засунь свою милость знаешь куда? Туда же где потерялась твоя совесть! В свою драконью задницу! И не смей меня трогать… Никогда!

Нужно было сказать это еще у фермы, но разум и инстинкт самосохранения не позволяли мне переступать черту. А сейчас… чаша терпения переполнилась. Если Дейн ударит меня после этих слов, значит так тому и быть. Будет еще один повод ненавидеть его.

Но он не шелохнулся, застыл, будто не ожидал от меня такого выпада.

– Все первородные чокнутые, – выплюнул он и повернулся, уходя вглубь замка не оглядываясь. Его шаги гулко отдавались в каменном коридоре, а потом затихли.

Я осталась одна в темноте у стены. Ноги вдруг подкосились. Я медленно сползла по холодному, шершавому камню и села прямо на землю, обхватив колени руками. Смотрела в ту сторону, где должна была быть ферма, но виделись только черные силуэты деревьев и низкое, хмурое небо.

У меня было чувство, что я только что приобрела новую опасность – пристальное внимание Дейна. После того, что он увидел на ферме, после того, что я ему наговорила…

Я чувствовала кожей, бывший муж не оставит меня в покое. Не позволит стать счастливой. Так просто.

Я не пошла приводить себя в порядок, как велел Дейн. Какая разница, как я выгляжу? Его приказы меня волновали меньше всего.

Я встала с земли и отряхнула платье. Из глубины замка доносилась музыка с бала. Возвращаться туда не было ни малейшего желания.

Вместо этого я пошла в кабинет Кайдена. Уверена, сейчас он пуст. И неловкой встречи с хозяином замка можно будет избежать.

Дверь оказалась не заперта. Я вошла, прикрыв ее за собой. В кабинете было темно, только тусклый свет из окна очерчивал темную мебель. Тучи скрывали луну и этого явно было недостаточно. Пришлось зажечь магический светильник на письменном столе.

Почтовая шкатулка стояла на своем месте. Сердце забилось сильнее. Я ждала письма от Флоры уже второй день, хотя она обещала написать раньше. И в глубине души я беспокоилась, что письмо кто-то мог перехватить, или Флора передумала иметь со мной дела.

Я подняла крышку. Внутри лежал один-единственный конверт с моим именем.

Дрожащими пальцами я разорвала сургуч.

Флора писала с такой же бойкостью, с какой общалась в жизни. Она радостно сообщала, что моя пряжа нашла своего покупателя. Что она рассказала о ней нескольким своим самым состоятельным клиенткам, и одна из них, не торгуясь, предложила за клубок сто золотых. Еще несколько дам “думают”.

Я аж присвистнула про себя. Сто! Я и не рассчитывала на столько. Это… это была годовая аренда небольшого дома где-нибудь на окраине. А может, и не на один год.

«Конечно, – тут же поясняла Флора, – в сумму входит и мое скромное вознаграждение. Но даже так, дорогая, вы останетесь довольны. Если дела пойдут так и дальше, вы скоро станете очень состоятельной женщиной, вопрос нескольких месяцев! Уверена другие дамы скоро обдумают наше предложение, и, может, понадобиться еще три клубка. Напишите, когда сможем встретиться? Мне нужна первая партия, чтобы передать деньги».

Всего несколько месяцев работы, а не год, как я думала. И я свободна. Мой план становился все реальнее и это грело душу.

Не раздумывая, я села в кресло Кайдена, достала бумагу и перьевую ручку.

«Дорогая Флора, предлагаю не откладывать нашу встречу, отправлю за вами карету завтра же к полудню… ».

Ждать окончания Охоты не хотелось. К тому же эта суета в замке могла сыграть мне на руку, никто и не заметит как я веду странные дела с модисткой Флорой.

Запечатав письмо, я положила его в почтовую шкатулку. Та едва заметно вздрогнула, внутри вспыхнула магия и все затихло.

Уже завтра я получу свои первые заработанные деньги.

От радости хотелось прыгать на месте.

Я вышла в коридор и тут же отшатнулась, отступая в кабинет. По коридору шли Дейн и Мейв, до ушей донеслись их злые, шипящие голоса. Они тихо переругались между собой.

– Ты солгала мне, – это был резкий и обвиняющий голос Дейна. – Ты говорила, что после брачной ночи с ней… и с тобой, я стану сильнее. Где эта сила? Когда я летал за лекарем для матери, я обернулся с трудом, как и раньше!

– Может, тебе показалось? Или сила еще не вся пришла?.. – попыталась вставить Мейв, но мой бывший муж ее грубо прервал. – Заткнись, ты несешь бред, – прорычал Дейн, в его голосе слышалась злость и усталое раздражение. – Ритуал был проведен как ты сказала. И когда придет сила? Сколько еще ждать? А ребенок? Ты должна была понести! Где мой драконий наследник? – Значит, мы недостаточно постарались, – попыталась оправдаться Мейв, и в ее голосе послышались слезы, но звучали они фальшиво. – Я сделала все, что могла! Это… это ее вина. Твоя старая дева что-то испортила. Я узнаю, что пошло не так. Я найду способ все исправить, обещаю. – Твои обещания ничего не стоят, – холодно сказал Дейн. – Если в ближайшее время ничего не изменится, наша помолвка закончится. – Дейн, милый, не сердись так, – голос Мейв вдруг стал сладким, липким, как мед. Меня от этого чуть не вывернуло. – Я помогу тебе снять напряжение. Ты так устал…

Я рискнула мельком выглянуть в коридор, когда они уже уйдут... Мейв стояла перед Дейном. Ее рука мягко скользнула к его щеке, нежно погладила, затем спустилась ниже, к шее. Она что-то напевала себе под нос, странную, красивую мелодию без слов.

Дейн вдруг замолчал. Он больше не ругался и не сопротивлялся.

Мейв, не переставая напевать, медленно опустилась перед ним на колени и расстегнула брюки, стягивая их вниз. Мелодия резко оборвалась сменившись совсем другими звуками…

Я отпрянула, чувствуя, как по спине бежит холодная волна отвращения смешанного со страхом.

Бесшумно прикрыв дверь кабинета, я на цыпочках отступила вглубь и тихо опустилась в кресло внезапно возникшее на моем пути.

И сколько мне теперь ждать, когда “эти” закончат предаваться утехам?

В ушах еще звенела та странная, сладкая мелодия, и картинка перед глазами, как Мейв на коленях перед Дейном, безучастно смотрящим в пустоту коридора… Что за мерзость, неужели нельзя было дойти до спальни?

Я затаила дыхание, вжавшись в кресло.

Все нутро кричало о том, что лучше сейчас не выходить. Если эта парочка узнает, что я услышала то, что для моих ушей не предназначалось… Думать об этом не хотелось. Возможно, я ошибаюсь, и ничего они мне не сделают, но проверять как-то не хотелось.

Оставаться здесь в кабинете тоже, конечно, рискованно. Но выходить еще опаснее.

Я закрыла глаза и зажала уши ладонями. Не хотела слышать, что творится в коридоре. Казалось, это длится целую вечность. Тело затекло в неудобной позе, мысли путались, и я провалилась в тревожный сон.

Проснулась от острого чувства, будто на меня кто-то пристально смотрел.

Я резко открыла глаза. Кайден стоял прямо передо мной и смотрел сверху вниз. Он был так близко, что я не могла просто вскочить и убежать, не задев его. А смотреть он при этом умел так, что по коже бежали мурашки. Я замерла. От этого становилось не по себе и неловко одновременно.

Шевелиться под этим взглядом казалось опасным.

– Ты хотела поговорить? – спросил он наконец. – О том, что было на ферме?

Я горько усмехнулась. Да о чем тут, спрашивается, говорить? Он знает правила этого мира лучше меня. Я их уже тоже выучила. Для него уже подобрали идеальную, молодую Софию, наполовину первородную. А что я? Бывшая жена его брата, разменная монета в неудачной сделке. Стать его временной интрижкой, пока я не накоплю денег и не уеду? Утешением на пару месяцев? Нет уж. Я в своей прошлой жизни уже нахлебалась подобного. Не хотелось наступать на те же грабли, даже если эти грабли… Кайден.

– А нам есть что обсуждать? – проговорила я невозмутимо вместо прямого ответа. Пусть сам догадывается.

Он помолчал, его взгляд не отрывался от моего лица.

– Я сожалею, – сказал он как-то тяжко выдохнув.

И почему-то именно это задело меня за живое сильнее всего. Хоть я и старалась держать лицо, внутри все болезненно сжалось.

– О чем? – вырвалось у меня слишком резко и громко. – Можно поконкретнее? О том, что поцеловал? Или о том, что не врезал своему драгоценному брату, когда он тащил меня, как мешок с картошкой? Или, может, сожалеешь, что вообще встретил меня на своем пути?

– Агата… – произнес он мое имя так, что мое сердце дернулось исполняя какой-то немыслимый кульбит. Но я заставила этот глупый орган сохранять стойкость и спокойствие.

– Я знаю свое место, Кайден, – перебила я, стараясь говорить ровно, но голос предательски дрогнул. – И оно не рядом с тобой. Да и поцелуя толком не было. Чуть коснулись губами и все. Так что не о чем тут разговаривать. Просто забудь.

Кайден горько усмехнулся, уголок его рта дернулся. Но в его глазах не было места для насмешки или веселья.

– А что ты тогда делаешь в моем кабинете? – спросил он уже проще, без этих щемящих сердце горьких ноток, как будто усталость взяла свое. – На рассвете. Одна.

Вопрос был прямой, и я поняла, что попытка выкрутиться будет выглядеть жалко. Я вздохнула, сдаваясь.

– Ждала письма от модистки, Флоры, – сказала я честно, глядя ему прямо в глаза. – Оно пришло. Я написала ответ, отправила через шкатулку… а потом просто… присела отдохнуть и уснула. Вот и вся тайна.

О Дейне и Мейв и об их грязном разговоре я промолчала. Кто знает, как Кайден отреагирует? Бросится защищать мою честь? Или, что более вероятно, сочтет это семейной драмой, в которую лезть не стоит. А потом Дейн узнает, что я его выдала. И тогда он постарается сделать мою жизнь здесь настоящим адом, еще до того как я успею сбежать. Нет, лучше я пока буду единственной, кто знает эту грязную тайну. Мне нужна тишина и возможность спокойно заниматься пряжей. Чтобы никто не помешал встретиться с Флорой завтра.

Мне отчаянно хотелось закончить этот неловкий и болезненный разговор. Уйти от Кайдена, от этой давящей близости, от его молчания, которое сводило меня с ума. Я все же встала с кресла, вывернулась, чтобы обойти его, но Кайден был слишком близко. И вместо того чтобы отступить, он легко поймал мою руку за запястье.

Теплые и твердые пальцы сомкнулись на моей руке. Прикосновение обожгло кожу, по ней разбежались искры. Мы оба замолчали, глядя на то место, где его рука держала мою. Искры, пробежавшие между нами, были почти что осязаемы. Слишком жаркие и тревожные. Густое как мед напряжение разлилось в воздухе. Я видела, как Кайден сжал челюсти, чувствовала, как мое собственное дыхание перехватило. Но мы оба держали себя в руках. Он из-за долга перед родом. А я попросту не хотела повторения горького опыта прошлого и ранить свое сердце еще сильнее.

– Я был у матери, – наконец произнес Кайден чуть хрипловато. Он разжал пальцы, отпуская мою руку, будто и правда обжегся. – Увы, ей не стало лучше. Она хочет поговорить с тобой.

Я отступила на шаг, почувствовав, как по освобожденному запястью разливается странное тепло. Кивнула, уже глядя на дверь.

– Хорошо. Я зайду к ней.

Еще одна неловкая встреча. Но от леди Исель не отвертишься.

Больше мне нечего было сказать. Я повернулась и вышла в коридор, не оглядываясь.

Мне нужно было переодеться и хоть немного привести себя в порядок, прежде чем показываться кому бы то ни было. Тем более перед леди Дракстон.

Я вышла в пустой коридор. Ни Дейна, ни Мейв здесь давно уже не было Только мои шаги глухо отдавались по камню. Я почти бежала к своей комнате, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. От стыда, от злости, от этой нелепой, опасной надежды, которую так трудно было задавить в себе окончательно… Надежды на что? На то, что в тяжелом взгляде Кайдена было какое-то настоящее чувство? Глупость.

Войдя в свою комнату, я прислонилась к двери, закрыв глаза. Нужно было успокоиться. Переодеться. Выглядеть прилично для утреннего визита к леди Исель. Она не любила неряшливости.

Я скинула платье, в котором таскалась по лесу, и надела приличное чистое платье, которое подходило для завтрака. Умылась ледяной водой из кувшина, что кончательно взбодрило и прочистило голову. В зеркале на меня смотрело бледное лицо с темными кругами под глазами.

– Соберись, – сказала я своему отражению. – Тебя ждут дела. А все эти драконьи страсти… это не твои проблемы.

Я могла убеждать себя в этом сколько угодно. Но как избавиться от отголосков прикосновения Кайдена?

Собравшись с мыслями, я двинулась в сторону столовой, подходило время завтрака, но уже на подходе я поняла, что… нет, не хочу. После вчерашнего я не горела желанием видеть ни Дейна с Мейв, ни остальных гостей. Особенно Софию Эшвуд. Пусть едят без меня.

Вместо этого я пошла туда, где всегда было хоть какое-то подобие человеческого отношения. На кухню.

В это время там давно кипела жизнь. А после приема особенно бурная. Лорэн искусно раскладывал еду на серебряные и фарфоровые блюда, его помощник нарезал ветчину тонкими ломтиками. Маргарет и Лилия натирали столовое серебро и посуду до блеска. Две незнакомые девушки, нанятые на время охоты, домывали остатки посуды с прошедшей ночи.

– Доброе утро, – сказала я, останавливаясь в дверях.

Все оглянулись на меня. Мое появление не вызвало удивления. Я здесь уже стала привычным явлением.

– Доброе утро, леди Агата, – хором отозвались женщины. Лорэн лишь коротко кивнул, не отрываясь от работы.

– Как идут дела? – спросила я, подходя к большому столу. – Пережили вчерашний бал?

Маргарет, всегда сдержанная, лишь вздохнула. А вот Лилия сразу оживилась.

– О, миледи, такие истории! Лорд Гаррик Эшвуд так перебрал вина, что уснул прямо на диванчике в бальном зале, да как начал храпеть!.. Его оттуда потом уносили Ольрик и Тарг!

Я не смогла сдержать улыбку.

– Правда? И он даже не проснулся?

– Даже храпеть не перестал, – кивнула Маргарет, едва сдерживая смех. – Но леди Эшвуд возмущалась, что это все магия в воздухе так на ее мужа повлияла.

– А этот усатый лорд из Баррис-холла, – подхватила Лилия, понизив голос до шепота, – пытался приставать к жене соседа! Прямо в коридоре по пути в уборную! Она зарядила ему пощечину, что он аж взвыл!

Я рассмеялась. Эти драконы в своем хмельном состоянии вели себя ничуть не лучше пьяных обычных пьяных людей из моего мира.

– Какие страсти. Надеюсь все гости разъехались? – поинтересовалась я. – И что дальше по плану?

Лорэн закончил с художественным выкладыванием еды и вытер руки о фартук.

– Есть традиция на драконью охоту, – поведал Лорэн. – После Большого приема проводят пикник на свежем воздухе. На лугу у подножия замка. Уже в узком кругу для «своих».

– Чтобы доесть то, что осталось от вчерашних закусок, – флегматично добавила Маргарет. – Мужчины, скорее всего снова пойдут в лес. Леди Исель… еще не распоряжалась насчет этого.

В кухне воцарилось неловкое молчание. Лилия перестала улыбаться, Маргарет потупила взгляд. Я поняла.

– Что-то случилось? – напряглась я.

Лорэн кивнул.

– Леди Исель было хуже ночью. Но она в сознании. Старая леди крепка.

Я вздохнула. Значит, все организационные вопросы сейчас затормозились. И, судя по молчанию, никто не решался брать на себя ответственность, как и беспокоить по таким “пустякам” леди Исель.

– Ну что ж, – сказала я, стараясь говорить деловито. – Скорее всего, придется придерживаться традиций. Но я уточню это у леди Дракстон, когда пойду к ней. А пока давайте исходить из того, что пикник будет. Лорэн, посчитайте, что у нас осталось в избытке и что можно будет подать на пикнике. Маргарет, Лилия, позаботьтесь о скатертях, подушках, посуде. На свежем воздухе должно быть удобно.

Лишь бы погода опять не испортилась. Но сегодня с раннего утра небо прояснилось и в окна заглядывало солнце.

Слуги переглянулись и потом кивнули. Видимо, им просто нужен был кто-то, кто отдаст четкий приказ.

– А экипаж за лекарем отправили? – спросила я Ольрика, который как раз появился в дверях с пустым подносом.

Долговязый слуга нахмурился.

– Еще нет, миледи. Ночью была гроза, дороги развезло. Решили подождать до утра.

А большинство драконов были не в том состоянии чтобы летать. КРоме Кайдена… Но ему, видимо, было не до того.

– Утро уже наступило, – заметила я, чуть повысив голос. Меня искренне удивило, что никто не побеспокоился о необходимости лекаря. – Почему до сих пор не послали? Если ей было плохо, лекарь нужен был ночью, а не когда дороги просохнут. Немедленно отправляйте. И пусть не возвращаются без него.

– Слушаюсь, – Ольрик выпрямился и кивнул.

– И еще, – добавила я, вспомнив о главном. – Пусть заодно экипаж заедет в город, в ателье мадам Флоры. И привезет ко мне модистку. Скажите, что это по личному приглашению леди Агаты, по срочному делу. Она в курсе.

На лицах слуг промелькнуло легкое недоумение. Зачем разведенной женщине срочно нужна модистка? Но спрашивать никто не стал. Они уже привыкли, что у меня свои, странные для них дела.