Текст книги "Хозяйка замка на скале (СИ)"

Автор книги: Анастасия Пенкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)

Глава 6

Я потянулась к Кайдену, поддаваясь отчаянному порыву. Мои губы были в сантиметре от его, я уже чувствовала тепло его губ, вкус дождя на его коже...

И тут его тяжелые ладони мягко, но неумолимо легли мне на плечи.

Он не оттолкнул меня грубо. Но создал дистанцию. Непреодолимую пропасть толщиной в сантиметр.

Я замерла, не в силах пошевелиться от стыда, который обрушился на меня ледяной лавиной. Кайден прикрыл глаза, его лицо исказила гримаса, в которой ясно угадывалось отвращение, а, может, что-то иное мучительное и непонятное.

Этих секунд мне хватило, чтобы все осознать. Мозг, оглушенный желанием, выдал единственно возможное объяснение такой реакции.

Брошенка. Разведенка. Бывшая жена дракона, которая даже простому фермеру не нужна.

Горячие слезы наполнили глаза. Я дернулась под руками Кайдена, рванула прочь с такой силой, что чуть не опрокинула топчан, на котором сидела.

– Мне пора, – выдохнула я, и мой голос сорвался, превратившись в свистящий шепот. Я не смотрела на Кайдена. Не могла. Метнулась к двери, на ходу поправляя свое мокрое, грязное платье, стараясь хоть как-то придать себе приличный вид. – Дождь... кончился.

– Агата, подожди... Раздался за спиной хриплый и напряженный голос Кайдена. В его тоне мне слышалась только жалость. Та самая, от которой хотелось сгореть на месте.

Я не обернулась. Выскочила из его дома на залитую водой лужайку. Подошвы ботинок скользили по сырой траве, я просто чудом не упала.

Яркое солнце уже пробивалось сквозь рваные тучи, отражаясь в лужах. Воздух был чистым и свежим, пахло озоном и сырой землей. А я была похожа на промокшую, драную кошку, с разбитыми коленями и раненым сердцем.

Я почти бежала по размытой дождем тропинке к замку, чувствуя, как взгляд Кайдена жжет мне спину. Он не побежал вдогонку. И это было последним, окончательным подтверждением того, как сильно я ошиблась.

В замке царила тишина. Я не просто опоздала на обед, он уже заканчивался. Мысль войти в столовую и встретиться с ледяным взглядом леди Дракстон, а потом еще выслушать как смела я нарушить распорядок дня и как неподобающе выгляжу, показалась невыносимой.

Я свернула в сторону кухни. Но не дойдя до двери, откуда шло тепло и ароматы еды, прислонилась спиной к холодной каменной стене. Закрыла глаза и дала первой волне унижения и острого разочарования накрыть себя с головой. Из глаз потекли предательские горячие слезы, смешиваясь с засохшими каплями грязи на лице.

Дура. Наивная, глупая дура. Сама на шею повесилась, сама же и получила по заслугам.

Потом слезы отступили, оставив после себя пустоту и звенящую, холодную ярость. Ярость на саму себя.

Ничего не изменилось. Ровным счетом ничего. У тебя все та же цель – свобода. А для свободы нужны деньги. А для денег – шерсть. Все остальное – глупости и слабости, на которые у тебя больше нет права.

Нет. Никто и ничто не помешает моему плану. Ни драконы, ни фермеры, ни их отказы. Я пережила три… простите, уже четыре развода. Я пережила попадание в чужое тело. Я переживу и это.

Дверь на кухню скрипнула. Я резко вытерла лицо рукавом, отпрянула от стены и сделала вид, что только подошла. Из двери вышла Маргарет, старшая служанка, с подносом в руках. Увидев меня, она замерла, и ее обычно невозмутимое лицо исказилось от неподдельного удивления, смешанного с жалостью.

– Леди Агата! Да вы… вы совсем мокрая! И в грязи! И… кровь! – она ахнула, и чашка с чаем на подносе звякнула. – Что случилось?

В ее голосе слышалось только искреннее беспокойство. Это простое участие чуть не заставило меня снова расплакаться. Я сглотнула комок в горле.

– Попала под ливень, – пробормотала я, стараясь говорить ровно. – Поскользнулась... Пустяки.

– Какие пустяки! Идите, идите скорее сюда! – Маргарет придержала дверь раскрывая ее шире и я вошла на кухню, где царило привычное тепло и уют.

– Маргарет, что ты там топчешься, иди уже, леди Дракстон ждет… – начал было ворчать Лорэн.

Лорэн, стоя у плиты и обернулся на нас. Его суровое лицо омрачилось. Взгляд упал на мое грязное платье и на свежую царапину на лбу. Он замолчал и тяжело вздохнул.

– Леди Агата, что… Садитесь, скорее… Вид у вас, конечно…

Меня усадили на скамью. Маргарет принесла чистую тряпицу, смочила ее в теплой воде и осторожно промокнула грязь на моем лице.

– Держите, прижмите, – сказала она, давая мне еще одну тряпицу, и я послушно прижала ткань к царапине на лбу.

Лорэн, хмурясь, налил в глубокую миску дымящегося бульона. Аромат мясного бульона заставил мой пустой желудок предательски заурчать. Он бросил в бульон щепотку свежей рубленой зелени, аккуратно положил половинку отварного яйца и, достав из печи ломоть подрумяненного хлеба, с силой разломал его пополам, положив рядом.

– Поешьте, согреетесь хоть, – буркнул он, ставя миску передо мной. – Больше не опаздывайте. Распорядок на то и распорядок.

В его ворчании я услышала не злость, а странную, суровую заботу. Это было так неожиданно, что я лишь кивнула и взяла ложку.

Бульон оказался наваристым, густым, по-настоящему согревающим. Это была не безвкусная овсянка и не вонючая рыба. Это было действительно вкусно. Я ела жадно, наслаждаясь каждой ложкой бульона и кусочком свежего хлеба. Аппетит, подогретый свежим воздухом, будто усилился двукратно.

Пока я ела, мой взгляд скользил по кухне. И я заметила, что сегодня здесь царила необычная суета. Тарг, красный от напряжения, перетаскивал какие-то мешки в кладовой, что-то аккуратно раскладывал по полкам. На большом столе молодой помощник повара, Элиас, с сосредоточенным видом пытался справиться с крупной серебристой рыбой.

Мое сердце екнуло. Это был лосось. Тот самый, о пользе которого я так невзначай обмолвилась леди Дракстон вчера.

Лорэн, заметив мой взгляд, фыркнул. – Не пяльтесь, леди. Это на ужин, – повар бросил взгляд на Элиаса. – Аккуратней, ты всю чешую уже по полу разбросал!

У меня сложилось впечатление, что на кухне готовились к чему-то большему, чем обычный ужин для двух женщин.

– А что-то случилось? – поинтересовалась я.

Лорэн что-то пробормотал себе под нос, перекладывая кастрюли, но все же ответил мне. Я оказалась права. – Гости скоро будут. Драконья охота на носу, – подтвердил повар. – Весь замок на ушах. Но вы должно быть в курсе…

– Да, точно, – тихо ответила я. Маргарет устало вздохнула. – Народу будет много. И лорд Дейн, конечно, вернется из столицы.

Имя Дейна прозвучало на кухне совершенно буднично. Для них это была часть работы. Для меня же обещание скорого унижения.

Я доела бульон, чувствуя, как тепло разливается по телу, но внутри снова становилось холодно. Здесь, на кухне, среди простых людей, я нашла каплю человеческого тепла и участия. Но за стенами кухни меня ждал замок, полный чужих, враждебных взглядов, бывший муж с любовницей и… Кайден, чье молчание и отторжение жгло так же больно.

– Спасибо за бульон, господин Лорэн, – сказала я, вставая. – И за заботу. Повар кивнул, уже снова погруженный в свои котлы. – Смотрите под ноги. И не опаздывайте больше.

Я едва вышла из кухни все еще ощущая крупицу того человеческого тепла, которое успела там получить и от этого хотелось улыбаться.

Мне оставалось добраться до своей комнаты, чтобы наконец скинуть с себя это мокрое, грязное платье и прийти в себя. Но едва я сделала несколько шагов по коридору, как услышала резкие шаги и стук трости о каменный пол.

– Агата.

Я замерла, словно школьница, пойманная на прогуле, едва появившаяся улыбка померкла. Леди Дракстон стояла в нескольких шагах, ее лицо было подобно высеченной из льда маске. А взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по моим мокрым волосам, грязному подолу платья и остановился на тряпице, которую я все еще инстинктивно прижимала ко лбу.

– Тебя не было за обедом, Агата, – произнесла она ровно, но каждое слово было пронизано ее недовольством и даже разочарованием. – Не ожидала обнаружить тебя здесь.

– Я попала под ливень, – ответила я, стараясь не опускать глаз. – Поскользнулась, ушиблась и испачкала платье. Я не хотела являться в столовую в таком виде.

Ее тонкие седые брови чуть приподнялись. Казалось, она сомневалась, вру ли я или действительно невероятно неуклюжа. – Следуй за мной, – приказала она, резко развернувшись и не дав мне возможности что-либо добавить в свое оправдание.

Мне ничего не оставалось, как покорно плестись следом. Ее трость отстукивала мерный, нервирующий ритм.

– Похоже, я должна рассказать тебе еще об одном правиле, поскольку ты упорно игнорируешь субординацию, – произнесла она, не оборачиваясь. Ее голос эхом разносился по пустому коридору. – Леди не может позволять себе панибратство и дружбу со слугами. Это размывает границы, подрывает уважение и в конечном счете вредит дисциплине. Они – прислуга. Твоя снисходительность будет воспринята как слабость.

Я шла за ней, сжимая кулаки в карманах платья. А с кем же еще дружить в этом проклятом замке? Может, мне стоило подружиться с тобой?

Мы поднялись по лестнице в личные покои леди Дракстон. Она открыла дверь в гардеробную комнату, полную тяжелых сундуков и платяных шкафов. Воздух здесь пах сушеной лавандой. Леди Дракстон достала из шкафа простое, но добротное шерстяное платье темно-зеленого цвета.

– Вот, – сказала она, протягивая его мне. – Ты уже несколько дней носишь одно и тоже платье. Это неподобающе. Надень это.

Я взяла платье, ощущая мягкость качественной ткани. Но я прекрасно понимала, что это вовсе не проявление добродушия. Это была демонстрация власти, напоминание о том, что я полностью завишу от ее милости, а мой внешний вид не нарушать проклятые правила.

– Теперь иди в свою комнату, – продолжила она. – И прими горячую ванну. Ты промокла до костей. Твоя простуда – последнее, что мне нужно перед приездом гостей.

Это было сказано так, будто она заботилась не обо мне, а о состоянии своего имущества, которое не должно было испортиться перед важным событием. Но в этом сухом приказе я с удивлением уловила крупицу заботы. Возможно, ей просто не хотелось лишних хлопот с больной невесткой. А возможно, в глубине ее ледяной души все же тлела искра чего-то человеческого.

– Хорошо, – тихо ответила я и, прижимая к груди новое платье, поспешила к себе.

В своей комнате я обнаружила Лилию, которая как раз заканчивала заправлять постель. Увидев мое состояние, она ахнула. – Леди Агата! Да вы совсем...

– Знаю, знаю, – вздохнула я. – Поможешь мне с ванной?

– Конечно!

Мы прошли в мою небольшую, но уютную ванную комнату. Здесь, как и во всем замке, сочетались древние камни и магия. Вместо обычной печи в углу стоял массивный бронзовый котел, испещренный рунами – водонагревательный артефакт. Лилия провела рукой над ним, что-то прошептала, и руны слабо засветились оранжевым светом. Вскоре из крана в небольшую мраморную купель хлынула горячая вода, наполняя комнату паром.

Пока ванна наполнялась, Лилия помогла мне распутать шнуровку на моем грязном платье. Оно с неприятным хлюпающим звуком упало на пол. Я с наслаждением погрузилась в почти обжигающе горячую воду. Мурашки побежали по коже, и я почувствовала, как ледяной комок внутри меня начинает понемногу таять.

– Давайте ваши волосы, леди, – мягко сказала Лилия, набирая в кувшин теплой воды.

Я откинула голову назад, закрыла глаза и позволила ей вымыть мои длинные, спутанные волосы. Ее пальцы были ловкими и бережными. Она нанесла на них ароматное мыло с запахом лаванды, которую судя по всему, очень любила леди Дракстон. Лилия тщательно промыла каждую прядь, смывая грязь. Это было невероятно приятно и умиротворяюще. В тишине, нарушаемой лишь плеском воды, я почти могла забыть о Кайдене, о предстоящей охоте, о ледяной свекрови.

– Скажи, Лилия, – тихо спросила я, глядя в потолок. – Леди Дракстон... она всегда была такой? Суровой?

Пальцы Лилии, перебирающие мои волосы, на мгновение замерли. – О, леди, я не застала ее иной. Я всего три года в замке, сама из Мидхольда, – она продолжила мыть волосы, и в ее голосе послышалась тоска по дому. – У меня там две сестренки младших, стараюсь в свой выходной к ним выбираться... Так вот, по словам Маргарет, леди Исель и раньше была строгой, но совсем очерствела и окаменела она после того, как умерла жена ее сына. С тех пор будто и жизнь из нее вся вытекла.

Жена сына?

Холодок прокатился по моей спине, несмотря на горячую воду. Я застыла, стараясь не выдать своего шока. Дейн... вдовец? Это была единственная логичная мысль. Я представляла его бессердечным бабником, но чтобы у него была жена, которую он, возможно, любил и которая умерла... Это придавало ему внезапно какую-то трагическую глубину, которую мне совсем не хотелось в нем видеть. Это совсем не вязалось с образом чещуйчатого мерзавца.

Я не подала вида, что слова Лилии меня сильно удивили. Промычала в ответ “понятно” и не стала развивать эту тему дальше. Лучше обдумать позже в одиночестве.

Закончив с мытьем, Лилия помогла мне выйти из ванны и укутаться в махровое полотенце. – Давайте я помогу вам высушить и уложить волосы, леди? – предложила она, доставая из шкафчика изящную медную трубку с руническими насечками – артефакт для укладки. – Можно их разгладить или локоны сделать...

– Нет, спасибо, Лилия, – вежливо, но твердо отказалась я. – В другой раз. Сейчас... мне нужно побыть одной.

Служанка кивнула с пониманием, собрала мокрые полотенца и вышла, оставив меня наедине с моими мыслями.

Облачившись в новое, чуть длинноватое и слишком свободное теплое платье, я спустилась в маленькую гостиную, где тлел камин. Я придвинула кресло прямо к огню, распустила свои длинные, мокрые волосы и стала медленно расчесывать их, подставляя теплу от пламени. Ритуальные, монотонные движения успокаивали.

Вскоре в дверь постучали. На пороге стоял Ольрик. – Леди Агата, – произнес он. – Прялка. Как вы и просили. Он внес в комнату прялку с большим колесом и поставил ее в углу. Настоящая, старинная.

– Благодарю вас, Ольрик. – Всегда к вашим услугам, леди.

Он удалился, и я снова осталась одна. Я смотрела на прялку и вдруг горькая усмешка вырвалась у меня наружу. Прялка есть, а сырья-то нет. Вся драгоценная, первая начесанная шерсть осталась на ферме. Вместе с моим растоптанным самолюбием.

И тут меня осенило. Я сижу тут, как мокрый цыпленок, ною из-за того, что какой-то фермер меня оттолкнул? Серьезно? После всего, что я пережила в этом мире? Брачная ночь Агаты, развод, побег?

Господи, да это просто гормоны шалят! Побочный эффект молодости этого тела, не иначе. Взбредет же в голову такая ерунда!

Мысль показалась мне до того нелепой и в то же время отрезвляющей, что настроение мое вдруг заметно улучшилось. Я не влюбилась в Кайдена. Меня просто зацепило его… даже не внимание, а просто человеческое неравнодушие, его сила и эта дурацкая, несвоевременная химия между телами. Не более того.

Я решительно тряхнула головой, отгоняя прочь все мысли о Кайдене. Нет уж. У меня есть цель. План. И он не включает в себя вздыхания по фермерам, какими бы привлекательными они ни были.

Завтра первым делом, сразу после завтрака, я иду на ферму. Забираю свою шерсть. И подстригаю остальных козлодраков. Никаких эмоций. Только бизнес.

С этой ясной, прагматичной решимостью на душе стало на удивление спокойно. Я поднялась, провела рукой по уже почти сухим волосам и направилась в столовую. Впервые за этот долгий день я шла на ужин без страха и внутренней дрожи. Я была чиста и согрета, мой план потихоньку воплощался. А что могло быть лучше для женщины, начинающей жизнь с чистого листа?

На этот раз я пришла в столовую заранее. Не из желания угодить, а просто потому что так получилось. Я села на свое место и ждала, глядя на языки пламени в камине и наслаждаясь непривычным чувством, я предвкушала наконец-то вкусный ужин, не умирала от голода после обеда, была чиста и полна решимости. План на завтра был простым и ясным и ничто не могло его нарушить.

Вскоре в столовую вошла леди Дракстон. Ее взгляд на мгновение задержался на мне, и я уловила в нем слабое, едва заметное одобрение. Она молча заняла свое место. Тарг и Ольрик, словно тени, появились с подносами. Воздух наполнился божественным ароматом запеченного лосося с хрустящей корочкой. На моей тарелке оказался нежнейший стейк с воздушным картофельным пюре и соусом из свежих трав. В хрустальные бокалы налили рубиновое вино.

Я уже собралась поднести вилку ко рту, как заметила странное поведение свекрови. Она отложила нож, а взгляд, обычно холодный и невозмутимый, был прикован к дверям. В нем читалось редкое волнение, смешанное с… радостью?

В этот момент я услышала тяжелые шаги.

Сердце упало в пятки. Дейн? Он приехал раньше?

Я медленно, неохотно, повернула голову совсем не желая встречаться с бывшим мужем.

И застыла.

В дверном проеме стоял Кайден.

Но это был не тот Кайден, которого я знала. Не фермер в простой рубахе, пропахший сеном и молоком. Передо мной был... лорд. Он был одет в простые, но безупречно сидящие на его мощной фигуре темно-синие брюки и белую рубашку, оттенявшую загар на его коже. Синий камзол с серебряной вышивкой подчеркивал разворот плеч. Его темные, чуть вьющиеся волосы были аккуратно зачесаны, открывая красивые и властные черты лица. В его позе, в его взгляде, скользнувшем по столу, была непоколебимая уверенность человека, который находится на своем месте, в своем доме. В своих владениях.

Он бросил на меня короткий взгляд, и тут же все его внимание было переведено на леди Дракстон. Он прошел к пустующему месту во главе стола и отодвинул стул.

Леди Дракстон расправила спину, появление Кайдена взволновало ее и удивило. Но явно в хорошем смысле. – Сын... – выдохнула она, и в этом одном слове прозвучало столько облегчения и неподдельной радости, что я едва не поперхнулась. – Ты... решил присоединиться к нам.

– Кажется, я давно не трапезничал в замке, – его низкий, спокойный голос заполнил пространство столовой.

Кайден сел. Во главе стола, разумеется. Ольрик, не проявляя ни малейшего удивления, тут же подошел и налил ему вина в обычно пустовавший хрустальный бокал.

Мир перевернулся с ног на голову, превращаясь в какую-то гротескную постановку… Но в то же время все кусочки мозаики, все странности, которые я до сих пор игнорировала, встали на свои места.

Как он снисходительно посмеивался над собственным семейством, его осведомленность. «В замке есть прялки...» «Поговори с Ольриком, он знает...» Его спокойная уверенность. Его знание порядков в замке. Это проклятое пустующее место… Оно не для Дейна.

Свекровь назвала Кайдена «сын».

Этот мужчина, чьи прикосновения сводили меня с ума, чьи ладони на моих плечах я все еще чувствовала, был не фермером.

Он был Кайденом Дракстоном. Братом Дейна. И судя по всему старшим. Он был истинным хозяином замка на скале. А вовсе не мой бывший муж.

Я сидела, уставившись в свою тарелку, но уже не видя ни лосося, ни пюре. Во рту пересохло. Все мои недавние оправдания собственного поведения «гормоны», «глупое влечение», «простой фермер», рассыпались в прах. Правда оказалась ужаснее.

Я не пыталась поцеловать простолюдина. Я бросилась в объятия лорда Дракстона. Хозяина этого замка. И он меня оттолкнул. Потому что я была никем. Брошенной женой его никчемного брата. Позором семьи, женщиной, которую он был вынужден принять в своем замке из милости.

Жар хлынул мне в лицо, такой сильный, что мне показалось, будто я горю. Я сглотнула, пытаясь прогнать комок, вставший в горле. Рука сама потянулась к бокалу с вином. Мне нужно было хоть чем-то смочить пересохшие губы, хоть как-то скрыть охвативший меня ужас и унижение.

Кайден… нет, лорд Дракстон, наконец перевел взгляд на меня. Его карие глаза встретились с моими. В них не было ни насмешки, ни тепла, ни того мучительного желания, что чудилось мне еще несколько часов назад. В них был лишь холодный, отстраненный интерес. Как смотрят на неожиданное, досадное недоразумение.

– Агата, – произнес он мое имя. Всего лишь мое имя. Но почему в его устах оно звучало так интимно?

Я не стала отвечать. Мир сузился до стола, до его фигуры во главе, до леденящего душу осознания того, какой слепой дурой я была. Стоило взглянуть на Кайдена совсем в другой обстановке, в другой одежде, как сходство с Дейном стало очевидно. Не близнецы, конечно. Но в чертах лица и телосложении было много общего.

Секунда, вторая… Третья. Шок начал отступать, уступая место холодной ярости.

Вряд ли Кайден устроил этот спектакль намеренно, чтобы забавляться, наблюдая, как бывшая жена брата пытается втереться в доверие к «простому фермеру».

Не специально, но он все-таки мог сказать правду о себе, когда мы встретились впервые, но промолчал.

И я не стану давать поводов повеселиться за мой счет и дальше. Если я сейчас расплачусь или сбегу, продолжу вариться в собственных эмоциях, накручу себя, что не смогу есть эту прекрасную рыбу, кому от этого будет легче?

Нет я не стану “терять” лицо, не покажу, что меня можно так легко задеть.

Я подняла взгляд и встретилась глазами с Кайденом. Не с фермером Кайденом, а с лордом Дракстоном. В моем взгляде не было ни мольбы, ни упрека. Лишь вежливая отстраненность. Затем я медленно, с подчеркнутой элегантностью, взяла вилку и нож и отрезала идеальный кусочек лосося. Он таял во рту, такой нежный и ароматный. Я даже прикрыла глаза от удовольствие и сделала вид, что вся поглощена его вкусом, словно ничего важнее этого ужина для меня не существовало.

Леди Дракстон, молча наблюдавшая за нами, наконец нарушила тишину. – Кайден, – начала она осторожно, – я так понимаю, вы с Агатой уже… познакомились?

Он отпил вина, прежде чем ответить, и его движения были как всегда спокойными и уверенными. В этом замке он чувствовал себя так же вольготно, как и на ферме. – Ты права, матушка. Имели удовольствие встретиться сегодня. Леди Агата проявляет живой интерес к фермерскому хозяйству. Приходила за шерстью.

“Познакомились сегодня.”

Он лгал. Лгал, чтобы прикрыть меня? Или чтобы его мать не узнала, что он уже который день проводит время с бывшей женой своего брата, как простой фермер? Больше верилось во второй варинат, он скрывал факт нашего более долгого знакомства, наше панибратство, которое так претило его матери. Вряд ли правилами леди Дракстон предусмотрена наша “дружба”.

Эта ложь была нужна не только мне, но и Кайдену. Так что я не стала вновь обманываться на его счет.

Я положила вилку и нож на тарелку и они мягко звякнули. Оба взгляда устремились на меня. – Да, лорд Дракстон совершенно прав, – подтвердила я, и мой голос прозвучал куда мягче, чем я ожидала. – Ваш сын оказал мне неоценимую помощь. Без его… практических навыков, я бы вряд ли справилась.

Я перевела взгляд на леди Дракстон.

– Это так необычно и… похвально, когда человек знает цену простому труду. Даже имея все блага знатного происхождения. Должно быть, вы им гордитесь.

Леди Дракстон выпрямилась, ее губы сжались. Я буквально ощутила исходящее от нее напряжение. Мой комплимент был двусмысленным, и она это поняла. Гордиться сыном-фермером? Для нее это было бы признаком слабости рода.

Кайден внимательно смотрел на меня. Он тоже оценил скрытый смысл моих слов и и в его глазах я заметила удивление. Неужели он ждал от меня истерики?

Леди Дракстон резко кашлянула в кулак, давая понять, что отвечать на сомнительные комплименты не станет и тема закрыта.

И я снова взялась за вилку. В душе поселилось хоть какое-то удовлетворение. Я не опустилась до откровенной грубости и хамства, но в тоже время дала понять, что я не наивная дурочка. И лучше не стоит играть со мной в подобные игры.

Ужин подошел к концу в гнетущем молчании. Я отпила последний глоток вина, поставила бокал и отодвинула стул. Оба взгляда, ледяной свекрови и тяжелый, неотрывный Кайдена, устремились на меня.

– Благодарю за ужин, – сказала я, обращаясь к леди Дракстон. – Если вы разрешите, я пройду к себе. Полагаю, вам с лордом Дракстоном есть что обсудить и без меня.

Я подчеркнула его титул, давая понять, что игра в фермера окончена. Исель, явно обрадованная тем, что я ухожу, кивнула с напускной легкостью. – Конечно, дорогая. Отдыхай.

Но когда я направилась к двери, спиной я почувствовала, как Кайден резко повернулся к матери.

– Матушка, – его голос прозвучал так резко и властно, что даже я вздрогнула. – Может, ты соблаговолишь объяснить, почему я узнаю о том, что мой брат успел жениться и развестись, лишь тогда, когда его бывшая жена является на ферму за шерстью для носков?

Я замерла у самой двери, не в силах заставить себя сделать следующий шаг. Предательское любопытство оказалось сильнее гордости и я развернулась.

– Ты прекрасно знаешь почему, Кайден! – в голосе леди Дракстон впервые зазвучали надтреснутые, обиженные нотки. – Ты отгородился от всех на своей ферме, как будто мира за ее пределами не существует! Когда нужно было принимать решения, тебя не было рядом!

– Решения? – он коротко и как-то сухо рассмеялся. – Какие решение? Женить Дейна на первородной для усиления его силы? Молодцы, конечно. Тяжело далось вам это трудное решение? А выбросить жену, как ненужную ветошь, это твоя идея или его? Это не решение, матушка. Это безрассудство. Уверен, это очередная его причуда, на которую вы пошли, потому что нам… недоступна магия рода в полной мере? Или потому, что я предпочитаю пахнущих навозом коз высшему свету?

Его тяжелые и ядовитые слова повисли в воздухе, усилив и без того напряженную обстановку. Леди Дракстон побледнела, ее пальцы впились в набалдашник трости. Она бросила быстрый, тревожный взгляд в мою сторону, но Кайден, казалось, забыл о моем присутствии или намеренно игнорировал.

– Мы не должны обсуждать это при… – начала она, но он ее перебил.

– При ком? При Агате? – он наконец повернул голову, и его взгляд, полный горькой решимости, уперся в меня. – Думаешь, ей не известно, что ее использовали и выбросили? Она не дура. В отличие от моего брата, который…

Он не договорил, но было понятно, о чем он. Я больше не могла сдерживаться. Яркая, обжигающая волна гнева поднялась из глубины души. Притворное спокойствие слетело с меня, как шелуха.

– Знаете что? – мой голос дрожал от ярости, но говорила я предельно четко. – Может, хватит этого цирка? Может, мне просто собрать вещи и уехать? Я не хочу быть здесь! Я вижу, что и вы не в восторге от моего присутствия в вашем идеальном, проклятом замке! Так почему бы не положить этому конец?

Леди Дракстон замерла с открытым ртом. Она явно не ожидала такой прямоты от меня.

Зато Кайден ответил. – Матушка, оставь нас, – сказал он тихо, но с такой неоспоримой властью в голосе, что леди Дракстон, даже не пыталась возразить, лишь кивнула. Опираясь на свою трость и не глядя ни на кого из нас, она вышла из столовой.

Дверь за ней закрылась с тихим щелчком. Мы остались одни. Тишина оглушала. Кайден стоял в нескольких шагах от меня, его мощная высокая фигура казалось заполнила собой все пространство комнаты. на своем месте И я стояла у выхода, как загнанный зверь, готовая в любой момент броситься прочь.

Он медленно перевел на меня взгляд. – Теперь, – произнес он, и его голос снова обрел ту спокойную твердость, что была у него на ферме, когда он учил меня стричь козлодраков. – Мы поговорим. Ты и я.

– О чем? – выпалила я, скрестив руки на груди. – О том, как искусно вы все тут играете в свои игры? Я сказала, что хочу уйти. И я уйду. Не сегодня, и не завтра, но когда-нибудь это произойдет.

– Нет, – отрезал Кайден, и в этом одном слове не оставалось места возражениям. – Ты не уйдешь. Ты останешься в замке Дракстон, Агата.

Я фыркнула, злорадная усмешка исказила мое лицо. – О, конечно! Потому что здесь обо мне так трогательно «заботятся»? Твоя маменька, должно быть, зальет слезами замок, лишись она моего общества. Или это ты возьмешь на себя почетную обязанность? Найдешь для меня время в своем плотном графике между дойкой коз?

Я видела, как сжались его челюсти, желваки дернулись и черты лица будто заострились. Я целилась ударить побольнее и, кажется, попала. – Ты останешься, потому что так предписывают традиции и закон, – ответил он ровным тоном, но я слышала в нем отголоски напряжение. – Женщина твоего статуса, после развода… Ты находишься под защитой нашего рода. Это не обсуждается.

– Защитой? – я рассмеялась, и смех мой прозвучал резко и неприятно. – Это похоже на плен. Мне не нужна защита Дракстонов… И ты это прекрасно понимаешь.

В голове вдруг появилась догадка, сомнительная, ничем не подтвержденная. Но, что если дело не в моем всеми презираемом статусе разведенки, брошенке, о которой нужно заботится. Это ведь ерунда какая-то. Почему нельзя отпустить того, кто тебе больше не нужен?

Может быть, потому что это не так? Потому что я все еще нужна? Но зачем?

Почему мне кажется, что эта драконья семейка что-то скрывает? И Дейн, и Кайден, и их мать. Что это был за ритуал в брачную ночь? Почему у меня такое чувство, что эта брачная связь не разорвана до конца, несмотря на все эти бумажки?

Я сделала шаг вперед впиваясь в лицо Кайдена взглядом. Мне казалось, что я близка к истине, но хотелось получить подтверждение. – Может, дело не в традициях? Вы не можете отпустить меня. Так? – сказала я как можно увереннее.

Кайден не ответил. Он лишь смотрел на меня, и в его молчании я видела подтверждение своих догадок.

Я не знала точно в чем проблема: в магическом соглашении о разводе, которое я подписала кровью или в самой семье Дракстон и их магическом источнике.

Но магия могла обернуться против меня. Прежде, чем снова сбегать стоит разобраться в этом как следует. Убедиться, что после побега меня не “догонят” никакие магические последствия.

Глядя в непроницаемое лицо Кайдена, на эту маску лорда, которая будто скрывала знакомого мне фермера, я не сдержалась. Вся боль от его отказа, все унижение от осознания его лжи вырвались наружу.

– А знаешь, что обиднее всего? – прошептала я, и мой голос дрогнул, выдавая меня. – Я… мне понравился тот фермер. Было приятно говорить с кем-то просто... Чувствовать себя женщиной, человеком, а не разменной монетой… Но он оказался… тем еще драконом.

Сарказм снова вернулся ко мне и я использовала его как щит.

– Даже более изощренным в своем лицемерии, чем мой бывший муж. Мог бы и предупредить, сказать кто ты, а не развлекаться за мой счет. Тогда бы я не…

“Не полезла бы с поцелуями”, – хотелось мне сказать, но я промолчала.

Я повернулась, чтобы уйти, сил выносить этот разговор больше не осталось.

– Это не было развлечением, Агата, – раздалось за моей спиной. – Я не притворялся. Я не приемлю притворство.

– Ага, – бросила я через плечо, не веря ни единому слову. – Сказал тот, кто только что соврал своей матери о том, как и когда мы «познакомились». Ложь – это тоже притворство.