Текст книги "Волк в овечьей шкуре - 2 (СИ)"
Автор книги: Анастасия Ликова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 36 страниц)
– А почему я Кукушка? – спросила Вера, трогаясь с места.
– Потому что я Стрелка. Хочешь, будешь Коброй. Выбирай. Давай, гони.
– Алина, звонят Вадиму.
– Включи.
* * *
– Алло, Вадим Сергеевич. Тут непонятка какая-то.
– Что случилось? Баба появилась?
– Нет, тут подъехали «скорая» и левые менты. Мы проверили, они на хату поднялись. Готовят носилки. Что нам делать?
– Вы уверены? – закричал он.
– Да, точно в хату вошли, я сам видел.
– Можешь узнать, что там?
– Нам лучше не рисоваться сейчас. Вот еще менты подъехали. Может, наших…
Он не договорил, Вадим перебил его:
– Макар где?
– Он с Михаилом Петровичем уехал, нам сказал сидеть в машине.
– Кто был с журналюгой?
– Сивый. Он сказал, что сам все устроит.
Вадим отключился.
* * *
– Засуетились, – произнес Дима.
– Это точно, – задумчиво ответила я.
– Алин, вызов с этого номера, на неизвестный.
* * *
Пошли гудки.
– Да!
– Ну что стоите? Можете узнать, что там?
– А что там? Мы не поймем.
– На хату «скорая» и ваши коллеги нагрянули. Нужно узнать, что там.
– А что мы скажем, как тут оказались? Это не наш район.
– А что бы вы сказали, когда бы взяли ее?
– Там другой расклад, а тут – совсем другое. Нет, мы уезжаем. Давай! – он отключил трубу.
* * *
Не успели мы переварить, как вновь пошел вызов. Звонил Вадим Михаилу. Срочно просил заехать в офис, сказал про ЧП на хате и еще добавил, что хозяин уже в городе и тоже едет в офис.
– Оба-на, оказывается это просто шавки, а кто же хозяин, интересно? – произнесла я.
Тут снова вызов. Теперь Михаил звонил Макару и сказал ехать на хату – узнать, что там произошло.
Мы объехали двор и остановились у второго подъезда, увидев на табличке над дверью номера квартир.
– Вот тут, я пошла, а вы, девочки, следите за двором и связью.
Дима недовольно посмотрел на меня. Я в ответ мило улыбнулась. Прихватив связку отмычек, я уже через пять минут была в квартире. Тут царил полный бардак. Все перевернуто, как будто что-то искали, в зале по всему полу разбросаны диски, провода. На полу лежал разбитый в хлам ноутбук и монитор от компьютера. Самого системника не было… Я прошла на кухню, тут тоже все было перевернуто. Такое ощущение, что цель была не найти что-то, а просто все перевернуть.
«Так, и какой плинтус? – Подобрав топорик для рубки мяса, я начала срывать пластиковые плинтуса. – Есть!» – подбирая сверток из тетрадного листка, обрадованно произнесла я. Осмотрев все комнаты, ничего интересного не обнаружила. Подобрав и собрав в кучу разбитый ноутбук, вышла из квартиры.
– Подъезжай к подъезду, я выхожу, – сказал я Вере. Сев в машину, сунул обломки Диме: – Попробуй вытащить что-нибудь.
– Ты где их берешь-то? А этим что, орехи кололи?
– Нет, монитор компа разбивали.
– Хороший молоток, – хихикнула Вера.
– Почти кувалда. И вот еще, посмотри срочно, что тут? – подавая ему карту памяти, попросила я. А сама начала читать то, что было написано на тетрадном листе:
«Если вы читаете это письмо, то, возможно, меня уже нет в живых».
– Куда ехать? – спросила Вера.
– Пока прямо, – ответила я и, достав радиосканер, передала Диме. – Поймай ментов! – и продолжила читать:
«Мне удалось кое-что выяснить по поводу контрабанды оружия. В Ванино есть небольшой цех, куда привозят лес, там его сортируют и отгружают на баржи. Туда также привозят оружие в заводских ящиках. На карте есть фотографии. Мне удалось проникнуть во внутрь. Сами все увидите.
Но это не все, я случайно подслушал один разговор в баре. Речь шла о каком-то секретном документе. Беседовали двое мужчин. Один сказал, что ему за это, если узнают, может грозить пожизненное, что он сильно рискует, и потом добавил, что тут общее описания изделия, а основные чертежи он передаст покупателю, когда ему перечислят деньги и дадут гарантию его безопасности. А лучше, вид на жительство в США.
Другой ему ответил, что он не может дать никаких гарантий. И это нужно говорить с каким-то Биллом, который должен приехать в конце месяца. Вроде как они торговались. Я также сфотографировал их вместе и по отдельности. Личность продавца я не смог установить, а вот второго… Это человек из окружения Вадима Сергеевича Чеботарева. Надеюсь, моя информация хоть чем-то поможет вам».
Я задумалась.
– Алин, вы только посмотрите! – Дима повернул ко мне ноутбук.
Я взяла его к себе и начала листать фото. Сначала какие-то постройки, затем штабеля бревен, в кадре появился тентованный «Урал». Также тут были сняты оружейные ящики. Были фото даже открытого оружия. И не только автоматов, были и гранатометы. Даже ПЗРК «Игла» попала в кадры. В другой папке были фото двух мужчин.
– Короче, Дима, нужно срочно установить личности этих типов. И передай все фото в центр. Вот это можешь отсканировать и передать? – я подала ему лист.
– Если только сфотографировать.
– Делай, передавай все по закрытой линии.
– Куда мы едем?
– Прямо.
– Куда прямо? – возмутилась Вера.
– Остановись где-нибудь. Слушай, Дим, что-то наши олигархи замолчали, Макар молчит. Они нас не раскусили? Да и менты не суетятся. Странно все как-то.
– Я тоже об этом думаю.
Я посмотрела на время: 17:10, в Москве десять утра. Взяла телефон и набрала номер Дедова товарища, рассказала, что произошло сегодня, и попросила обеспечить журналисту охрану. Он пообещал перевезти его в военный госпиталь. Я откинулась в кресле и устало закрыла глаза.
– Как я устала! – тихо произнесла я.
– Это часовые пояса влияют, – сказал Дима, стуча по клавиатуре.
– Это не пояса, это хроническое недосыпание. Ты отправил?
– Да.
– А выяснил, кто такие?
Я посмотрела на Веру. Она тоже откинулась в кресле и закрыла глаза.
– Ну, вот есть, я нашел одного. Он у нас в базе. Это Георгий Олегович Зайков. Сейчас ведущий инженер на авиационном заводе Комсомольска-на-Амуре.
– Я почему-то так и думала. Можешь узнать, что у них сейчас внедряют, какие новинки?
– Не знаю, нужно попробовать с нашим кодом. Это, вообще-то, секрет.
– Я понимаю. Попробуй.
– Алинка, я схожу, куплю кофе и бутербродов. Я голодная как зверь, – жалобным голосом спросила Вера.
– Мы все голодные, бери на всех, – ответила я.
Я вновь глянула на часы. Нужно было передавать информацию в центр. Но там сейчас могло идти совещание, обычное в это время. И я ждала звонка от Деда. Но он молчал. Может, еще не видел.
– Дима, ты пометил, что срочно?
– Да.
Я не собиралась заниматься этим делом, тут работа для СКР. Пришла Вера, принесла какие-то бутерброды и кофе. Мы дружно перекусили. Но звонка так и не было.
* * *
В большом кабинете, где висели портреты премьер-министра и президента, именно в таком порядке, во главе стола сидел генерал-полковник Терехов, а у приставных столов по обе стороны расположились восемь генералов – руководители некоторых силовых служб главного управления. На сегодня было назначено оперативное совещание, на котором присутствовал лично премьер-министр. Вопрос, стоявший на повестке дня – это усиливающее проявления исламистов в кавказском регионе.
Мурзин по должности тоже был вынужден присутствовать. Он уже десять дней был как ВРИО руководителя службы по борьбе с терроризмом. Замещал на этом посту Евсеева, который в данный момент находился в клинике после перенесенного им микроинфаркта.
Заслушав доклады всех генералов, обсудив все вопросы и поставив основные задачи, премьер наконец-то объявил, что завещание закончено. Но не успел Мурзин встать, как услышал голос премьера.
– А руководителей служб антитеррора, внешней и контрразведки прошу остаться. Мы с вами еще не договорили.
«Ну вот, сейчас начнется», – подумал Мурзин.
– Кто у вас, Евгений Юрьевич, ответственный за данный регион? – спросил его премьер, когда все лишние вышли.
Мурзин уже приготовился получить по первое число, но премьер молча выслушал его, а потом спокойно дал рекомендации, на какие моменты стоит обратить более пристальное внимание. В какой-то момент в кабинет вошел секретарь – полковник Гульдеев.
– Извините, господин премьер-министр, разрешите обратиться к генерал-полковнику…
– Что случилось? – спросил премьер, понимая, что по какой-то ерунде секретарь не станет врываться.
– Генерал-майора Мурзина срочно вызывает Стрелка, линия закрытая, а инструкция…
– Я знаю инструкции, – вновь перебил его премьер. – Соедините, – посмотрев на секретаря, произнес премьер. И обратился к Мурзину. – Вы не против?
Мурзин обвел всех взглядом.
– Никак нет, тут все в курсе этой операции.
Через несколько секунд включилась громкая связь.
– Здравия желаю, товарищ генерал! У меня срочное сообщение. Я отправил вам фотографии, что были сделаны журналистом. К сожалению, мы не успели прикрыть его.
– Убит?
– Был ранен. Большинство фото сделаны им в Ванино, там заснят момент выгрузки оружия, кое-где мелькают ПЗРК «Игла». Сами все увидите. Я думаю с Ванино все понятно.
– А что по цеху?
– Пока никаких результатов, но у меня есть более важная информация и, думаю, реагировать нужно немедленно.
– Что еще?
– Вам отправлены фото двух человек. Они также сделаны журналистом. Ему удалось подслушать их разговор, речь шла о каком-то секретном изделии. Нам удалось выяснить личность одного из собеседников. Он есть в нашей базе. Это некто Зайков Егор Васильевич. Он в настоящий момент является одним из ведущих инженеров авиастроительного завода в Комсомольске. Из письма журналиста ясно, что тот пытается продать какие-то чертежи, при этом опасается за свою безопасность и требует гарантий предоставления ему убежища в США. А до этих пор он эти самые чертежи будет хранить у себя и передаст покупателю при получении таких гарантий. В конце месяца, число пока не установлено, во Владивосток прибывает некий Билл, который и должен дать такие гарантии. По нашим сведениям, на заводе сейчас внедряется три новых изделия. Думаю, что подвеска оружия мало заинтересует противника, а вот два других – вполне. Это комплекс управления огнем в составе группы и комплекс постановки радиоэлектронных помех, который способен на большом расстоянии ослепить противника, при этом не мешая своим. Вот, видимо, этот объект и является предметом торгов.
В кабинете повисла тишина. Все с растерянными лицами смотрели друг на друга. Даже премьер и тот был в замешательстве.
– Это точно? – спросил Терехов.
– Информация нуждается в проверке, но я не сомневаюсь в ее достоверности. Мы не можем игнорировать ее. Евгений Юрьевич, нужно срочно подключать СКР. Времени мало.
– Это все? – спросил Мурзин.
– Пока все, работать в этом направлении не могу, нахожусь под ударом. Могу спугнуть не только продавца, но и покупателя. Пока все.
– Я перезвоню, пока ничего не предпринимай, затаись.
– Время играет на противника, к ним прибыл какой-то хозяин, кто – неизвестно. Могут все закрыть и рабов уничтожить. Времени нет прятаться.
– Пока ничего не предпринимай, я перезвоню. До связи.
Терехов отключил связь. И в кабинете повисла тишина.
– Вы может объясните, почему я вот это первый раз слышу? – тяжелым взглядом обвел всех присутствующих премьер.
– Извините, информация поступила из сомнительного источника, нуждалась в проверке, – встал Терехов.
– От кого поступила информация?
– От одного из офицеров спец. части мотострелковой дивизии, расположенной в районе Хабаровска. К нему она попала от журналиста Александра Смирнова, через посредника.
– И что выяснили?
– Как выяснилось, информация достоверная. Действительно имеет место контрабанда оружия и драгметаллов.
– Почему еще не накрыли? И о каком цехе идет речь?
– Группы спецназа готовы к переброске. Что нас держит, мы не знаем места расположения цеха по переработке золота и остального. Также не знаем, откуда оно поступает на переработку. Наш агент, псевдоним Стрелка, работает только второй день.
– Это, я так понимаю, она была на связи?
– Так точно.
– И когда она выяснит это? Она что, работает одна?
– Нет, у нее есть напарница, и сегодня к ним присоединился наш техник, компьютерщик.
– Так, с этим разобрались, теперь по второму вопросу. Что думаете делать с новой информацией от той же Стрелки? Она права, мы не можем позволить себе игнорировать такие сведения. Что нам скажет Дмитрий Сергеевич? – посмотрел он на руководителя СКР. – Что Вы собираетесь предпринять? И вообще, почему такое стало возможным? Вы что, тот регион совсем не контролируете?
Руководитель СКР встал по стойке смирно, по пухлому лицу покатились крупные капли пота.
– Я… я думаю, что эту информацию сначала нужно проверить. Агент могла что-то напутать, – чуть ли не заикаясь, начал он. – Судя по голосу, она еще молода, и возможно все.
– Разрешите? – встал со своего места Мурзин и, не дожидаясь разрешения, выпалил: – Дмитрий Сергеевич, я попрошу Вас не ставить под сомнение компетентность моих людей. Я знаю, с кем я работаю, и этот агент, как и все остальные, никогда и ничего не путает.
– Каким образом Вы собираетесь проверять? И сколько времени на это уйдет? – спросил премьер.
– Я думаю, сегодня-завтра мы соберем информацию…
– Дмитрий Сергеевич, я спросил: как Вы собираетесь проверять информацию? Сидя у себя в кабинете? В то время, когда люди добывают для Вас информацию под пулями. Чтобы Вы ее еще десять раз проверяли? Если Вы не справляетесь со своей должностью, мы легко найдем того, кто будет порасторопней Вас и будет не перепроверять, а действовать. Если даже информация не достоверна, ее надо проверять на месте, брать в разработку. Вы себе отдаете отчет, если вдруг то, что назвала агент, попадет в руки наших партн… Нашего противника? Это же миллиарды рублей наших налогоплательщиков, выброшенных на ветер, многолетний труд ученых и плюс удар по обороне. Почему я должен это Вам объяснять? Немедленно готовьте людей и отправляйте. Взять в полную разработку этого Зайкова. Вы еще о пенсии не думали?
Дав разнос не только СКР, но и СВР, премьер покинул кабинет, оставив их заниматься проработкой плана действия. Перед тем как уходить, он обратился к Мурзину:
– Евгений Юрьевич, сообщите мне, когда Ваша Стрелка вернется в Москву. Хочу посмотреть на нее. Действительно, по голосу очень уж молодой кажется. А, подождите! Эта не та, которая Дубай на уши поставила?
– Так точно.
– Тогда все ясно. Про нее какие-то слухи ходят, это правда?
– Смотря какие, – пожал плечами Мурзин, прекрасно понимая, к чему он клонит.
– Ну Вы же поняли меня.
– Не совсем, господин…
– Ладно, сообщите, как она вернется, – он, не прощаясь, вышел из кабинета.
Вскоре и Мурзин покинул кабинет. Там остались только те, кто должен был заниматься данным вопросом. У него было по горло своих проблем.
* * *
А за тысячи километров от этого кабинета, в похожем, только без штандартов и знамен, проходило другое совещание.
– Вы, идиоты, не смогли справиться с простой задачей – просто убрать какую-то девку, пусть даже она и сотрудница ГРУ, подставить стрелка и запустить легенду. Пока ГРУшники искали бы концы, мы бы спокойно отправили партию и замаскировали бы производство. Вы же начали проявлять самодеятельность. И что в итоге? А в итоге вы только насторожили ее, и теперь вам ее не взять. Даже если вы ее и завалите, уже будет не скрыть, что это ваших рук дело, и тогда на вас спустят таких волкодавов, что вашим шавкам и в страшном сне не снились. Вы понимаете, что мы обязаны отправить партию товара, за нее перечислены деньги? Меня наши покупатели порвут на куски, – чуть ли не кричал мужчина, передвигаясь из конца в конец кабинета.
На вид лет пятидесяти, с короткой стрижкой и не высокого роста. В осанке и в манере говорить и двигаться явно угадывалась его принадлежность к силовой структуре.
– Нам нужно еще дня три, чтобы отправить баржу, – произнес Михаил.
– За три дня вас тут всех накроют. Надо ускориться.
– Мы и так ускорились, но до заявленного количества товара пока не хватает. Это мы не можем ускорить, мы и так напрягли поставщиков, и они также ускорились, но им надо двое суток на дорогу. Также с приисков и рудников тоже еще не все поступило в цех. Тут вообще получается накладка. При всем желании мы не уложимся в трое суток. А там тоже большой недобор. Может, вернуть деньги, весь оставшийся товар свезти в цех и пока залечь на дно?
– Вы у меня действительно на дно заляжете. Вы как себе это представляете? Вернуть деньги? Да нас по стенке размажут. Вы просто не представляете, с кем имеете дело. И прошу заметить, про неустойку речь не идет. Им плевать на это.
– Мы же на время, потом поставим все в прежнем объеме, – сказал Вадим.
– Там не поймут, это наши проблемы, и их это не касается. Что у нас с пунктами в Магаданской области?
– Вы же сами приказали закрыть их.
– Помню, – уже спокойно сказал гость из Москвы. – В общем, так: баба эта – только разведка. У нее задача выяснить места расположения основных объектов. Теперь уже, по началу, думаю, она просто проверяла информацию. И если бы вы не начали заниматься черт знает чем… Они бы сюда еще бы прислали человека для проверки. А теперь они уже уверены, что на правильном пути. И ждите скоро спецназ. Так, что она могла выяснить?
– Не думаю, что многое. С журналистом она не успела встретиться. Тот уже был без сознания.
– Это точно?
– У него серьезное ранение. Не думаю, что вообще выживет.
– А вы не думайте, помогите ему в этом.
– А если его использовать как приманку? Ведь она захочет с ним встретиться, у него вся информация, – сказал Иван.
– Сколько раз вы с ней уже пересекались? – спросил гость.
– Два.
– И два раза она опережала вас на шаг. Или вы думаете, она не знала, что вы устроите ей засаду рядом с журналистом?
– Там все было чисто. Это была случайность.
– А ты что скажешь? – гость посмотрел на сидевшего на стуле Макара.
– Она готовилась к встрече.
– Так почему вы думаете, что на этот раз она попадет в ловушку? Она что, похожа на дуру? Вы не забывайте, что имеете дело не с какой-то девкой, а с ГРУшницей. Я вот уверен, что она уже опередила вас еще на шаг, пока вы тут ей ловушки устраиваете. Надо же додумались – в милицию ее сдать. Она бы не то, что в камеру не попала, она бы до отделения не доехала, ее бы просто не довезли бы. Выяснили хоть, на чем она передвигается?
– Вроде как «поджеро» темно-синий металлик. Номера не известны, – сказал Макар.
– На номера не смотри. У нее их может быть пол багажника.
– Это я знаю, поэтому и говорю, что не известны.
– В общем, так. Поднимайте всех, девку убрать. Ментам так и скажите: очень опасна, при задержании применять оружие. Но если пойдет что-то не так, и ее попытаются доставить в отдел, вы сами должны будете это сделать. В любом случае она кое-что выяснила, и ее обязательно оттуда вытащат.
– Да мы на нее такое повесим, что до конца жизни в зоне гнить будет, – сказал Вадим.
– Это ты, скорее, будешь там гнить со своим папашей, если она останется жива. У ментов в Москве тоже есть начальство. А пока будут разбираться, мы успеем отправить товар и спрятать концы. На этот раз не облажайтесь. Что с документацией?
– Инженер в позу встал, сука. Хочет гарантий. Хочет сам встретиться с американцем.
– Когда прилетает американец?
– Через восемь дней.
– Надеюсь, у нас хватит времени. Подождите еще три дня. Если не надумает нам продать, то вы знаете, что делать. Нельзя допустить, чтобы он отдал такой материал по дешёвке за какое-то убежище. У нас будет своя цена. Ну, кажется все, мне уже пора, самолет ждать не будет, – он встал и, не прощаясь, вышел из кабинета.
Он не собирался больше сюда возвращаться. Сейчас он видел их в последний раз. В город уже прибыла бригада профессионалов для их зачистки. И теперь сколько они еще проживут, зависело от развития ситуации. Полковнику они пока нужны, кто-то должен отправить груз. Но, учитывая всю сложившуюся ситуацию, если вдруг их будут накрывать раньше, чем уйдет груз, то бригада должна будет их зачистить. А если все спокойно, то только после отправки груза.
Убрать Алину он приказал тоже не просто так. Ее смерть в развитии ситуации уже не играла никакой роли, ГРУ и так уже шло по следу, и возможно подключение его коллег из ФСБ. Но, убив Алину, он рассчитывал, что потом, в дальнейшем, смерть этих четверых можно будет связать между собой, представив это как месть от ГРУ за ее смерть. Тем самым он отводил всякие подозрение от себя.
С документацией все тоже было решено, уже был и покупатель. Теперь дело за малым. Он уже подготовил человека, который представится сотрудником ЦРУ и даст любые гарантии. А когда документация окажется в его руках, он должен просто ликвидировать инженера. Он обрывал все ниточки. Но для него еще было важно сохранить цех и прииски. Он не собирался закрывать свою деятельность. Просто смена руководства. Так что сейчас была еще одна задача – обезопасить цех. На это тоже были свои инструкции и заготовки.
