Текст книги "Связанные туманом (СИ)"

Автор книги: Алена Ромашкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

– Стойте! Вы незаконно вошли на территорию Гринлойда! – грозно выкрикнул один из эльфов. Их было четверо, они сидели на конях и с угрозой смотрели на нас. Мне показалось, светлые поздно спохватились: мы уже почти пять суток брели по их стране.

Эльфы были вооружены луками, на поясах висели сабли. В целом все было привычно, кроме их внешности и манеры себя держать. Если я думала, глядя в зеркало, что знаю, как выглядят представители моего народа, я глубоко ошибалась.

Высокие, с прямыми спинами и надменными взглядами, с волосами светлых оттенков, свободно развивающимися или частично заплетенными в косы, они не выглядели слабыми, как я представляла себе вегетарианцев-пацифистов, описываемых в книгах. Худощавые, но жилистые тела мужчин были обряжены в форму зеленого цвета с вышивкой серебряной нитью; в седле они держались с грацией и статью королей. На фоне этих четырех моих сородичей дроу выглядели разбойниками с большой дороги, хотя были лордами, а не просто постовым патрулем. При этом от светлых не менее, чем от моих спутников, веяло силой и угрозой, и не было в них никакой сомнительной кукольности и наивности черт, которая наблюдалась у полукровок. Я с жадностью вглядывалась в лица, пытаясь определить их возраст – вдруг кто-то из той четверки и есть мой родитель!

– У нашего короля договоренность с его величеством Карнаниэлем, – сказал Талсадар и протянул ранее показанный пограничникам документ одному из патрульных. Тот мельком взглянул на него, положил в карман и приказал:

– Следуйте за мной!

Наш отряд двинулся по широкой дороге, двое светлых ехали впереди, двое – замыкали. Появилось ощущение, что нас взяли под стражу. Дорога, тем не менее, вышла очень приятной и познавательной: я смогла увидеть столько архитектурных чудес, не похожих ни на что ранее виденное мной, что переполнилась впечатлениями до верху. Во дворец мы прибыли спустя несколько часов. Вдалеке показалось что-то настолько невероятно прекрасное, что я забыла, как дышать. Лунный холм оказался огромным строением с несколькими шпилями, теряющимися в облаках. Стены дворца были сплошь увиты лианами и лозами каких-то кустов – казалось именно из веток растений он и был сплетен. Покрытый яркими цветами, окруженный фонтанами, которые искрились всеми цветами радуги, Холм вызывал в душе такую искреннюю бурлящую радость, что хотелось остаться в нем навсегда. Это был не дворцовый комплекс, а настоящий праздник жизни!

Подъехав к одной из сторон дворца, которая внешне выглядела сплошным узором из сложного плетения веток, всадники спешились. Один из них подошел к стене, приложил к ней руку, и узор начал расплетаться, открывая вход в помещение. Нас провели в небольшой живописный зал, в котором наравне с природными элементами – карликовыми деревцами в кадках и цветами, растущими прямо из стен – стояли и вполне привычные предметы мебели: диваны, кресла, стол и столики.

Мы присели, двое светлых удалились, а двое остались стоять, следя за нами. Через пять минут тягостного ожидания, одна из стен уже знакомым образом расплелась в стороны, и в помещение вошел эльф с несколькими сопровождающими. Среди пришедших были и две эльфийки. Их я стала изучать в первую очередь и с особо пристальным интересом. Такие же прямые и надменные, как и мужчины, они были прекрасны, грациозны и холодны; на вид – словно древние богини, чьи изображения я видела в книгах и на фресках в небольшом храме, что имелся в соседней с Вершками деревушке. Струящиеся платья из дорогой ткани, с открытым лифом, демонстрирующим совершенную линию декольте, и множество украшений выдавали в них аристократок. Леди молча взирали на нас, а я перевела взгляд на того, кого определила для себя как короля. Высокий, на вид не более тридцати лет мужчина с пронзительным цепким взглядом, бриллиантовыми серьгами в ушах и прямыми платиновыми волосами до талии с презрением оглядывал дроу. Мы встали и поклонились. Я намеренно зашла за спины темных лордов, так как служанке и простолюдинке нечего делать среди аристократии. Опустила взгляд и ждала развязки истории. Однако в какой-то момент я почувствовала желание вновь посмотреть на светлых и заметила еще одного эльфа, который скучающее разглядывал свои ногти и, как и я, прятался за спинами присутствующих. Но, в отличие от меня, это был не слуга, а лорд, который просто не желал общаться с темными. А еще, это был самый красивый мужчина из виденных мной ранее. Сердце от одного взгляда на это совершенство зашлось в груди в бешенном ритме.

Глава 9.

– Цель вашего визита? – потребовал от нас эльф, которого я посчитала королем.

– Позвольте представиться. Лорд Ваеран Ир’Раэль и лорд Талсадар Гаэр’Дааль, наследники двух сильнейших темных домов Даркмара. Прибыли для встречи с его величеством Карнаниэлем, – сказал Хирон, а я поняла, что ошиблась, и наисветлейшего тут нет.

Эльф, который не король, едва заметно поморщился при упоминании о Карнаниэле, но все же ответил:

– Монарх не может с вами встретиться. Он болен. Вместо него пока я правлю Гринлойдом. Я – Таллиэль из дома Зеленой лозы. А это мои спутники, – светлый представил эльфиек, чьи имена я пропустила мимо ушей и назвал имя скучающего парня, которое сразу засело в голове. – Это мой сын, Дарсиэль.

Дарсиэль. Красивое имя для красивого мужчины. В отличие от всех, кого я успела увидеть, одежда этого эльфа была не пастельных тонов и не зеленая. Он был одет в темно-серые штаны, рубаху и черную безрукавку; золотые волосы собраны в красивую косу, в одном ухе искрила сережка в виде свернутой восьмёркой виноградной лозы. Услышав свое имя, он вышел вперед и слегка склонил голову, бросив лишь мимолетный взгляд в нашу сторону. Однако, почувствовав мое внимание, он поднял глаза еще раз, на секунду зажегся интересом, а потом опять отвлекся безразличным выражением.

– С вами эльфийка? – спросил Таллиэль.

– Это полукровка, она наша слуга.

– Хм, темные таскают в дипломатические миссии служанок?

– Она во временном найме, мы заключили договор на период поездки.

– Полукровки – такие дешевки. Только позорят наш народ. Выглядят как эльфийки, а ведут себя как тупые деревенщины. Зря вы ее притащили.

– Позвольте нам самим решать, кого брать, а кого не брать, – спокойно ответил Талсадар, хотя я видела на мгновенье выскочившие когти на его руках. Вряд ли его беспокоили оскорбительные выпады в мою сторону, скорее, бесили указания от светлого, как ему поступать. Оба эльфа, если задуматься, были равны по положению и роль Таллиэля как правителя не делала его пока выше.

Хирон не удержался и хмыкнул в ответ на слова Талсадара – уверена, он придумал свой вариант трактовки слова "брать", а временный король подошёл к нам ближе и сказал:

– Вы очень не вовремя. Не похоже, что сейчас подходящий момент для дипломатических переговоров. Однако, думаю, мы сможем обсудить все чуть позже, а пока я приглашаю вас расположиться в покоях, куда вас проведут мои люди. Вашу служанку мы поместим в комнату для слуг.

– Мы бы хотели, чтобы наша помощница – Хирон выделил это слово так, чтобы каждому было понятно, что моя роль намного разнообразнее и ответственнее, чем можно подумать, – была к нам поближе.

Таллиэль кивнул неопределенно. В комнату вошли несколько эльфов, судя по всему, слуги, только я не знала, что они бывают с такими надменно-презрительными физиономиями. Похоже, каждый тут нас считает третьим сортом. И ладно меня, но темных лордов?!

Нам настойчиво предложили разойтись по комнатам, но мои ноги словно к земле приросли, я не хотела покидать помещение, в котором узрела свое божество. Все это время я наблюдала за Дарсиэлем и чувствовала невероятное притяжение к этому мужчине словно он глоток воды, а я – бредущий по пустыне путник. Чтобы выпроводить меня из зала, один слуга даже позволил себе взять меня за локоть и подтолкнуть, за что удостоился рыка сразу двух темных лордов:

– Сдохнуть хочешь?

Похоже, темные очень не в духе, но я не понимала, что их может беспокоить – лично для меня мир наполнился ванилью, волшебными бабочками в груди, сладким предвкушением внизу живота и, главное, смыслом. Я нашла своего идеального мужчину и сделаю все, чтобы мы были вместе.

С помощью дроу, которые не понимали причину моего ступора, меня все же выпроводили из зала, однако вопреки требованию Хирона, повели куда-то в сторону от моих спутников. Талсадар бросил быстрый взгляд, но протестовать не стал. Меня сопровождали двое молчаливых эльфов, которые долго брели по коридорам, пока, наконец, мы не подошли к очередной стене. Слуга открыл дверь или, точнее, расплел проход, и втолкнул меня в маленькое помещение. В комнате было относительно пусто: я увидела кровать, стол и умывальник. На столе стояла ваза с фруктами и кувшин с жидкостью – предположительно, водой. Окон не было, но сквозь ветви, которыми были оплетены все стены, пробивался солнечный свет. Я попыталась заглянуть между стеблями, справедливо полагая, что увижу лес, сад или фонтан, но не тут-то было. Солнечный свет был ложный, навеянный магией, а не проникающий снаружи.

Я подошла к стене, сквозь которую мы зашли. Пощупала руками ее плетение, приложила руку, как это делали светлые, но ничего не произошло. Похоже, выйти отсюда у меня не получится. Подошла к столу и схватила красивый персик, который смотрел не меня наливным боком. Только поднесла его ко рту, как почувствовала слабый знакомый аромат. Принюхалась – сон-трава. Да ладно! Эльфийку, хоть и не чистокровную, усыпить травой? Я же учую ее в любом количестве! На кого это рассчитано? Что они знают о своих детях, которых рожают им человеческие женщины? Ответ напрашивался сам собой – ничего. Ну кроме того, что мы деревенщины, разумеется. Персик я положила, воду по той же причине пить не стала.

Я так разозлилась, что мои вспыхнувшие романтические чувства к Дарсиэлю поугасли – светлые мне сейчас нравились значительно меньше, и теперь я понимала, почему дроу были раздражены – против нас затаили дурное. Съездила на родину предков, называется! Села на кровать и принялась ждать – на большее я была не способна. Моя сумка осталась у дроу, я даже орешков пожевать не могла, которые собрала недавно в лесу.

Устав сидеть, прилегла, устав лежать – уснула. Проснулась от шороха, открыла глаза, но в комнате никого не было. Звук шел со стороны входа. Шум перерос в шипение и треск, а потом, ветки, из которых были сплетены стены, начали скукоживаться и как будто обугливаться, образуя дыру. Я сжалась в ожидании предстоящего кошмара, но в комнату заглянул Талсадар. Он посмотрел на меня, куснул алой вспышкой в глазах и поторопил:

– Живее! На выход!

Я вскочила и бросилась к нему. Пролезла сквозь отверстие и сразу попала в руки к дроу. Он на секунду прижал к себе и отпустил. Оглянулась и заметила Хирона, который нетерпеливо топтался рядом.

– Уходим отсюда. У них тут какая-то своя история, а мы попадем под замес, если не исчезнем. Таллиэль, похоже, еще не решил, что с нами делать, но сонным пойлом опоить хотел и охрану выставил. Не знал, что они настолько недооценивают своих темных собратьев. Жаль, что росток нельзя стащить, а только получить в дар, – поморщился блондин.

– Об этом подумаем позже, – бросил Талсадар. Он схватил меня за руку и потащил прочь от моей комнатушки. А я, услышав, слова Хирона, задумалась. Интересно, что за росток? Дроу так и не рассказали мне о главной цели своей миссии, но, судя по всему, речь опять идет о растении. Похоже, охота за необычной флорой входит у меня в привычку.

Мы неслись вперёд, а я еле поспевала за стремительными лордами: Талсадар так и тащил меня на буксире всю дорогу. Через минут десять скоростных петляний по нескончаемым коридорам и залам этого плетеного дворца, я запыхалась, но все же спросила:

– А как вы меня нашли и как понимаете, куда идти?

Ответил Хирон:

– Ты забыла, что право первого никто не отменял? Талсадар тебя чувствует. А вообще, ты просто не была в нашем подземелье: в гротах Даркмара все гораздо сложнее. Кроме того, мы хоть и темные, но эльфы. Кровь изначально одна, – усмехнулся дроу.

Мы продолжали свой путь, несколько раз мужчины открывали проходы в стенах тем же способом, что и ко мне в комнату. Я поражалась: дворец не выглядел настолько огромным, сколько мы шли – это какая-то сумасшедшая иллюзия. А еще мне казалось, что он живой и специально переплетает свои коридоры, чтобы не выпустить нас. Может поэтому, нас не особо охраняли? А вдруг, все эти лианы и лозы поиграют-поиграют, а потом оплетут нас и сожрут? Эта мысль стала настолько реальной, что я начала нервно оглядываться по сторонам, но Талсадара не трогали мои страхи, он дергал рукой и некоторые повороты я буквально пролетала, отрывая ноги от земли.

Удивительно, но на своем пути мы не встретили ни одного эльфа, пока, пробегая по одному из залов, где светлые, судя по обстановке, предпочитали отдыхать на диванчиках за книгами, и разговорами, не столкнулись с Дарсиэлем, который сложив руки на груди, стоял и кого-то ждал, высматривая мрачным взглядом. Оказалось – нас. Мое сердце пропустило удар, а потом как шальное поскакало навстречу прекраснейшому из мужчин. Все ощущения, которые я поймала на этапе знакомства, сейчас обрушились на меня в тройном объеме.

– Наконец-то! Мне сказали, что вы выбрались. Я так и знал, что вы прибежите к этому выходу, – воскликнул Дарсиэль, увидев нас. И это была музыка для моих ушей: его голос затрагивал самую суть души, даря ей настоящую, ничем не замутненную радость. Как я жила без этого раньше? Это было жалкое существование!

– Уйди с дороги, светлый! – спокойно сказал Талсадар. Спокойствие было мнимым, я видела, как у него когти отрастать начали. Все видели.

– Вы не уйдете далеко, в нашем лесу это невозможно – вас вернут в мгновение ока. А если послушаете меня и поможете, то возвращение в Сабирию можно устроить и по морю. Тем более, что это и в ваших интересах.

– Говори! – рыкнул темный. Он завел меня за спину в защитном жесте, но мне это только мешало: я выглядывала из-за спины темного и восхищалась светлым лордом, бросая жаркие взгляды на объект моего обожания. Он словно магнитом притягивал взор, но просто смотреть уже было недостаточно: хотелось прикоснуться к этому совершенству, пробежать руками по лицу, плечам и животу. Сделала шаг вперед, а дроу, почувствовав движение за спиной, сначала недоуменно оглянулся, а потом проинспектировал меня более долгим и внимательным взглядом. Пока он удивлялся, я сделала обманный маневр и решительный бросок вперед к Дарсиэлю, словно кобра, заметившая добычу. Талсадар перехватил меня, но я на него особого внимания не обращала: с блаженной улыбкой я стремилась к своему чуду, и только рука темного, цепко схватившая за локоть, не давала этого сделать и тем самым очень бесила. Я делала шаг к светлому, дроу тянул к себе, я не останавливалась и снова тянулась к своему идеалу, и снова отлетела обратно – таким образом я вообще по ощущениям не останавливалась, но Дарсиэль был все так же недосягаем, что приводило в отчаяние и взращивало желание прибить настырного темного. Талсадар что-то понял и перевёл злой взгляд на Дарсиэля.

– Светлый! Ты используешь чары? – с презрением прошипел Талсадар.

– С чего ты решил? Твоя полукровка слюни на меня пускает? Я заметил. Да, чары – часть нашей фамильной магии, но они не для вашей деревенщины. Эльфы нашего клана привлекательны только для незамужних эльфиек из древних родов, и пока сами не женаты. Это помогает настроить наших холодных леди на брак: чем древнее кровь, тем они меньше склонны к сантиментам. У вашей полукровки не может быть крови аристократа: с людьми сношаются только рядовые нетитулованные светлые, и именно от них рождаются эти недоэльфы. Благородный светлый никогда не понесет свою драгоценную кровь в утробу человечки. Так что нет, твоя девка не может чувствовать чары. Но если ей так надо, я могу ее взять в постель на пару раз – недурна.

Его слова были унизительны, но я не чувствовала этого. Разумом я понимала, что меня обижают, но ощущения все равно были восхитительные: все, что говорил светлый, звучало как признание в любви.

– Ну не знаю, для нашей Крисс не характерно так бросаться на кого-либо. Талс, держи ее, она сейчас рванет к бледному. Притушите чары, лорд Дарсиэль, – обеспокоенно сказал Хирон, подойдя ко мне и поводив ладонью перед глазами. Видимо, я что-то сделала не то, раз у дроу так вытянулось лицо. Не часто можно увидеть такую эмоцию на лице этого темного.

– Я это не контролирую, – с ухмылкой сказал светлый. Он всего лишь поднял уголок губ, а меня словно молнией поразило: мой сладкий улыбнулся!

Талсадар разозлился, и, заиграв желваками на лице, схватил меня за затылок, повернул к себе лицом и прижал голову к груди, лишая возможности видеть Дарсиэля. В голове немного прочистилось, дурман ослаб, появилось чувство стыда, но до конца очарование моим личным эльфийском божеством никуда не делось.

– Все же, похоже, на Крисс действуют именно чары, – прокомментировал Хирон, увидев, что я затихла рядом с Талсадаром.

Дарсиэль нахмурился и сказал:

– Действительно, странно. Но это не главная наша проблема сейчас. Давайте о деле. Мой отец хочет захватить власть, он пленил Карнаниэля. Сейчас в Гринлойде введено чрезвычайное положение и объявлено, что король при смерти.

– Ты выступаешь против отца? – удивленно уточнил Хирон.

– Смерти я его не хочу – предупреждаю! Однако видеть его королем тоже не желаю.

– Тут все как дома! Такие же бездушные твари! Эльфы – такие эльфы, в любом цвете, – не унимался дроу.

– Я против, чтобы он получил власть, так как Таллиэль мечтает об империи и планирует захватить человеческие государства. Начнет с Сабирии, а там кто знает. Очевидно, что Даркмар не так силен, как раньше, поэтому, скорее всего, сохранит нейтралитет.

– И для чего он попытался запереть нас?

– Мой отец все решает с позиции силы, а шантаж – лучшее средство дипломатии. Пока он не готов выносить сор из избы, так что выпускать вас никто не планировал, по крайней мере в ближайшее время, пока Карнаниэль не умрет. Захват власти требует особых мер. Впрочем, вам как раз это должно быть понятно, ведь и у вас на троне сидит самозванец.

– Я попросил бы без комментариев, – угрожающе прошипел Талсадар, а я вновь почувствовала приступ непреодолимой тяги к Дарсиэлю. Похоже, чем он больше говорит, тем сложнее мне сохранять спокойствие. Темный так сильно прижал мою голову к себе, что почти перекрыл возможность дышать, а мне хоть бы хны – я купалась в волнах эйфории от близости светлого.

Я ерзала в тисках рук Талсадара в стремлении прорваться к светлому, но тот держал крепко, не отпускал. Разговор предполагался долгий, поэтому, устав стоять, мы расселись на диване и креслах в углу зала. Талсадар посадил меня рядом, обнял рукой и накрепко зафиксировал мою голову под мышкой, лишая возможности видеть светлого. Вслух я не протестовала, но за свободу боролась изо всех сил: крутилась, проявляя чудеса гибкости, однако дроу не давал ни одного шанса. Трое мужчин делали вид, что не видят моих потуг, и продолжали беседу.

– Нам не нужна война, идеи отца разрушительны и приведут всех в никуда, – сказал Дарсиэль.

– Хорошо, а что ты хочешь от нас? – уточнил Талсадар.

– Того, что вы сделали со стенами ваших покоев. Немного разрушения. Нужно вытащить Карнаниэля и дать ему возможность вернуться на трон.

– А ты не можешь это сделать? Отец тебе доверяет – тебе это проще простого, – вмешался Хирон.

– В том-то и дело, что не могу. На место пленения его величества наложили магический щит, который нам, светлым, не сломать. Этот же щит был и на ваших покоях, но вы с поразительной легкостью преодолели его и выжгли дыры в стенах, тем самым доказав, что как раз вы мне и нужны.

– Плату мы возьмем ростком древа жизни. Если Карнаниэль заартачится, ты убедишь его, – предупредил Талсадар Дарсиэля.

– Я согласен, – кивнул головой светлый.

Мужчины договорились, а потом посмотрели на меня. Их внимание я привлекла тем, что воспользовалась секундным ослаблением хватки Талсадара и предприняла отчаянную попытку побега. Извернувшись и замерев в неимоверно сложной для любого живого существа позе, я смогла вновь взглянуть на объект моих воздыханий. Вопреки моему же разуму, тело потащило меня к Дарсиэлю: я сползла с кресла, встав на четвереньки, и устремилась к нему, однако дроу схватил меня за шкирку и вернул на место.

– М-да. Даже я признаю, что не способен настолько вдохновлять женщин. Это действительно мои чары. Возможно, с полукровками не работают законы светлой магии, – говорил Дарсиэль, пораженно глядя на мою акробатику. – Может, мне все же взять ее в постель? Снять напряжение, так сказать, – предложил он с хищной ухмылкой. Похоже, его увлекла моя мания: сейчас светлый лорд по-настоящему заинтересовался. Он наблюдал за каждой моей эмоцией, считывая готовность на все, и ему нравилось, то, что он видит. Бросив очередной продолжительный взгляд и представив что-то, похоже, очень воодушевляющее, лорд прикусил губу и сверкнул глазами, затем повернулся к Талсадару и более настойчиво повторил:

– Одолжите свою полукровку на ночь? Я слышал, что у дроу есть такая практика.

– Нет! – рыкнул Талсадар так резко, что даже я на секунду очнулась. – Криссандра неприкосновенна. Предупреждаю: дотронешься – убью.

– Как скажете, – вздохнул Дарсиэль, особо, впрочем, не расстраиваясь. – Главное – вызволите короля из плена. Эльф замолчал, а потом все же добавил, опять поймав меня в плен своих глаз:

– Однако же, какое необычное имя. На древнеэльфийском, кажется, «мстящая»?

Ему никто не ответил. Вместо этого Талсадар потребовал:

– Я бы хотел на некоторое время остаться с ней наедине. Нужно привести ее в чувство перед тем, как идти за Карнаниэлем.

– Пожалуйста-пожалуйста! – поднял руки в примирительном жесте светлый лорд. – Только недолго. Отца не будет еще несколько часов во дворце, но все же стоит поторопиться.

Дарсиэль встал и вышел из зала, дав сигнал своим людям тоже нас покинуть. Я задышала свободнее, как только объект обожания исчез из поля зрения. Хирон хмыкнул, глядя на нас, и отошел подальше.

– Криссандра! – сказал мне Талсадар, ухватив за плечи. Он наклонился, переместил ладони на мои щеки и притянул к себе мое лицо. – Смотри мне в глаза! Ты не будешь реагировать на Дарсиэля! Включи голову!

– Я ничего не могу поделать. Я его вижу и все, он такой… – краснея от этих признаний, но все же мечтательно прикрыв глаза, прошептала я.

– Криссандра! – встряхнул меня дроу.

– Талс, попробуй свою магию применить! Клин клином… – вступил в разговор Хирон.

Талсадар тяжело глянул на напарника, но, похоже, тот сказал что-то толковое, так как мужчина вернул свой взгляд мне и приблизил свое лицо почти вплотную.

Я смотрела в его затянутые дымкой глаза и ждала каких-то действий. В теле разлилась приятная нега, я вдруг сама потянулась к губам темного, заставив его вздрогнуть от прикосновения. Но вместо поцелуя, неожиданно для себя, укусила, сжав зубы на нижней губе Талсадара так, что из нее хлынула кровь. Увидев струйку, лизнула и рвущимся из нутра злым хрипом произнесла:

– Не смей! Меня! Принуждать!

Талсадар замер, в глазах полыхнул кровавый пожар. Но вместо того, чтобы разозлиться, он обрушился на мои губы, оккупировал рот и устроил порочный танец наших с ним языков. Прижав меня к своему телу за ягодицы, мужчина глухо застонал, но его стон вдруг перешел в громогласный рык, когда прямо над ухом раздался вкрадчивый голос:

– Хорошо вам? Понимаааю. Не время спасать Гринлойд и выполнять сверхважное задание темного короля. Мелочи это. Не стоят они вашего приятного времяпрепровождения. Что ж, не отвлекайтесь.

Пока Хирон издевался, я пришла в себя, и Талсадар тоже вернул дыханию размеренность. Я прокашлялась и сказала:

– Постараюсь сдерживать свои порывы. Это все так странно.

Хирону надоела эта тема, поэтому он закрыл ее одной фразой:

– Увижу, что липнешь к бледному, вырублю. Пошли!

Я задумалась над значением слова «вырубить» и поежилась, представив, как после удара дроу уже не поднимусь. Был у нас случай в Вершках, когда я лечила разбитую голову одного неверного супруга, которого жена “вырубила” скалкой, объяснив свое действие тем что “совесть потерял”. В итоге мужик потерял сознание и дар речи. Если меня ударит дроу, то я потеряю мозги. Буквально.

Пока я углублялась в ностальгию по деревенским драмам, Дарсиэль вновь предстал перед моими очами, и мужчины двинулись в направлении, которое он показывал. Светлый лорд и трое эльфов в военной форме шли впереди, затем мы с темными лордами, за нами еще несколько солдат. Не похоже было, что мы таились. Насколько я поняла, главного злодея сейчас во дворце не было, поэтому наша миссия заключалась исключительно во взломе места, где держали Карнаниэля. Битв пока не планировалось.

Фигура идущего впереди Дарсиэля неимоверно волновала, и я подключила всю свою волю, чтобы не опуститься до уровня мартовской кошки. Старалась мысленно отстраниться от светлого лорда, представляя что угодно, только не эти совершенные черты лица… В какой-то момент я настолько увлеклась выталкиванием образа Дарсиэля, что почувствовала, как мою голову наполняет что-то другое – темное, туманное. Оно заворочалось, пропитывая мое существо липкой прохладной субстанцией и выталкивая все бурлящие розовые мечты. Кончики пальцев зачесались, требуя какого-то действия, а разуму стало намного легче: словно во время засушливого лета, жара которого вышибает дух, ты спускаешься в прохладный погреб.

– Его величество заперли не в основном замке, а в Малом холме. Мы сейчас выйдем наружу и перейдём туда, – тем временем сказал Дарсиэль и открыл перед нами проход в стене, которая вела в огромный сад. Похоже, это была обратная сторона Лунного холма, по крайне мере, при въезде в центральные ворота я видела несколько другую картину.

Что это был за сад! Никогда не видела розы с тыкву. Аромат цветов настолько кружил голову, что все предыдущие мысли, намерения и страхи показались ненужными и незначительными, а чувства сократились до одного – желания остаться в этом саду навечно. И быть тут похороненной. Вот хотя бы под этим розовым кустом.

– Да, забыл предупредить. Сад зачарован, чтобы не пускать чужих. Могут появиться мысли о самоубийстве, не обращайте внимания. Без меня вы бы тут заблудились и уснули под кустиком. Недавно только чьи-то кости выгребали. Цветы хорошо растут на таком удобрении.

Опять чары! Меня затошнило, и я отпрянула от очередного цветка, который поднесла к носу. Теперь мне казалось, что я иду по человеческим костям, а аромат цветов превратился в запах разлагающейся мертвечины. Я пошатнулась, а Талсадар крепко ухватил меня за руку, снова на секунду прижав к себе.

Через пару минут мы подошли к небольшому озеру, через которое был перекинут изящный ажурный мост. На другом конце моста виднелся вход в небольшое строение, по форме напоминающее малую копию Лунного холма. По мосту мы прошли без приключений, а потом нырнули в спасительную тень второго дворца, отрезав себя от удушающей вони сада.

Дарсиэль повернулся к нам и сказал:

– Его величество держат внизу, я покажу.

Мы спустились вниз по винтовой лестнице в подвал, который я совсем не ожидала увидеть у светлых эльфов. Зачем существам, которые не могут без солнечного света, копать подземные помещения? Теперь мне стало понятно, что и светлым во всех отношениях эльфам периодически приходится кого-то держать в тюрьме. Светлый образ жителей Гринлойда в моем воображении помутнел и стал стремительно покрываться волнами серого тумана.

Спустившись на несколько пролетов, мы подошли к стене. Дарсиэль указал на нее и сказал:

– Его величество за ней.

Талсадар и Хирон подошли, переглянулись и приложили к ней руки. На наших глазах начали появляться сначала тонкие струйки тумана, потом небольшие тучки, а затем серые клубы, которые медленно просачивались в стену. Глаза дроу сверкали настолько ярко, что на поверхности ветвей, формирующих плетение, в приглушенном свете подземного этажа засветились четыре кровавых пятна. Это было жутко и одновременно прекрасно. Мне понравилось на это смотреть и ощущать: и темные лорды, и сам туман были прекрасны, воспринимаясь очень знакомо. Захотелось поднять руку, ухватить туманную нить, потянуть, намотать на руку и оплести вокруг тела, закутавшись в серые воздушные ленты как в пуховую перину. Все это отвлекало от очарованности светлым лордом, поэтому внешне я выглядела почти уравновешенно.

Через некоторое время мы услышали треск и уже знакомое шипение. В стене появились прорехи, которые увеличивались, выжигаясь невидимым огнем. Когда отверстия стали достаточно большими, светлые эльфы первыми рванули внутрь помещения, и только потом пролезли дроу и я.

Внутри мы увидели комнату, которая мне показалась пугающей, а у темных лордов вызвала присвист и удивительные возгласы.

– Когда я говорил, что светлые похожи на нас, я даже не подозревал, насколько я прав, – прошептал Хирон. Талсадар кивнул, а я, стоявшая за их спинами, протиснулась между ними и осмелилась спросить:

– Что это? Где мы?

Талсадар повернул голову вполоборота и тихо сказал:

– Карнаниэль сейчас спит на алтаре – похоже, его силу забирают. Скорее всего, для Таллиэля и его рода. У эльфов стать королем без особого дара нельзя: у светлых он формирует благополучие их народа, а у нас еще и запирает тьму от перехода в этот мир.

Я не знала, что меня удивило больше – то, что рассказал мне темный, или то, что он вообще снизошел до рассказа. Наши с ним отношения стали неуловимо меняться, как, собственно, и с Хироном. Мне стало казаться, что дроу хотя бы чуть, но увидели во мне личность, а не говорящую бесправную букашку.

После слов темного я огляделась с большей осмысленностью. Карнаниэль лежал в центре абсолютно пустого помещения. Отсюда он выглядел как труп. Его тело возвышалось на постаменте, сплошь покрытым белыми цветами с вьющимся стеблем. На стенах и на полу были нарисованы какие-то символы. Светлые принялись стирать все рисунки, а потом подняли тело короля и понесли наружу. Нам ничего не оставалось, как следовать за ними. В основной дворец мы не пошли, остались в малом, но поднялись на несколько этажей выше в комнату, которая являлась чьей-то спальней.

Его величество уложили на кровать, а затем все отступили, предоставляя место еще одному эльфу. Похоже, пришел лекарь. У этого светлого в волосах я заметила седые пряди, поэтому решила, что он старше остальных, но никаких других признаков возраста больше не разглядела. Не выглядел он и большим знатоком – тонкий, холодный, надменный. Вот у бабы Зуси о ее мудрости каждая морщинка кричала, а лицо у нее как скомканная бумага – живого места нет. Глянешь и сразу поймешь, что человек опыт имеет и знает, что делает. Впрочем, для остроухих достаточно того, что они остроухие: так и я, молодая и ничего не умеющая, составила конкуренцию нашей деревенской всезнайке.