Текст книги "Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Глава 30

Глеб

Дикая боль в руках – первое что он чувствует. Их будто кто выкручивает.

– Маш… ты что творишь… – шепчет заплетающимся языком.

Во рту пустыня. Тело как не его. Что вообще происходило вчера?

Глеб пытается вспомнить, но боль в руках мешает мыслительному процессу.

С трудом разлепляет веки. В глаза бросается короткое черное платье.

– Фух, я думала, вы не проснетесь, – незнакомый женский голос.

Часто моргает. Видение не исчезает.

Около постели стоит девушка маленького роста с вульгарным макияжем и смотрит на Глеба.

– Где, Маша? – он пытается пошевелить руками. Не получается. Только новый приступ боли.

– Я буду для тебя кем угодно, красавчик, – в голосе девушки проскальзывают томные нотки, она забирается на постель и нависает над ним.

– Ты кто такая? – что у него с головой?

Или он еще не проснулся?

– Твоя самая смелая фантазия, – девушка проводит пером по его груди.

Только сейчас Глеб осознает, что он прикован наручниками к спинке кровати. Он полностью обнажен.

– Где Маша, – повторяет свой вопрос.

Последнее что он помнит – свое жгучее желание, соблазнительно улыбающуюся Машу. А потом чернота… А сейчас боль в руках и вот эта непонятная девица.

– Я твоя Маша. Я готова исполнить все твои желания, – продолжает нести бред девица.

– Отпусти меня, – говорит хрипло.

– Неа, – она мотает головой. – Я помню инструкции.

– Какие еще инструкции?! – Глеб начинает закипать.

Хочется оторвать бестолковую голову девушки.

– Которые ты для меня оставил, красавчик! Сейчас мы развлечемся.

– Отпусти меня, идиотка! Что ты несешь! – он начинает вырываться, но наручники лишь болезненно впиваются в запястья.

– Все как ты предупреждал, – девушка продолжает нависать над ним.

– Я тебя вообще впервые вижу! Позови Машу! – нехорошая догадка зарождается в голове.

Нет, она не могла! Он только поверил, что в очередной раз победил сопротивление.

Настойчивый стук в двери.

– Я открою, – говорит девица и ловко спрыгивает с постели.

– Нет! Не смей! – в отчаянии кричит Глеб.

Он еще не отдает отчета своему крику. Чуйка срабатывает.

А в следующую минуту в номер вваливаются незнакомые люди. Их много. Они восторженно присвистывают, что-то обсуждают.

Фотографируют его! Снимают!

А он перед ними… беззащитный… прикованный… обнаженный…

Это сон! Кошмар! Это не может быть явью! Нет!

– Убирайтесь вон! – орет не своим голосом.

– Глеб, и часто вы подобным образом проводите время?

– А ваша жена в курсе?

– Ваши пристрастия не мешают управлять клиникой?

– Кто ваша спутница?

– Она постоянная любовница?

Вопросы сыплются на него как из помойной ямы. Эти люди бесцеремонно его разглядывают.

– Вам нравится, когда вас унижают?

– Вы сами попросили сделать надпись на лбу?

– Когда вы ощутили такую потребность?

– Это связано с психологической травмой в прошлом?

Люди не замолкают.

– Идиотка, освободи меня! – шипит он на девицу.

Она же не растерялась и во всю улыбается людям. Принимает соблазнительные позы.

– Мы весело проводим время, – выдает и треплет его по голове, как пса безродного.

– А правда, что депутат Железнов отмывает в вашей клинике деньги? – прилетает очередной вопрос. Его задает мужчина в сером костюме, который держит в руках бумажку исписанную мелким почерком.

– Вы по головам шли? Неужели смерть банкира Навроцкого на вашей совести? – спрашивает рыжая женщина, которая тоже засовывает нос в исписанный лист бумаги.

Все происходит так быстро, вопросы только множатся. А Глеб все никак не может прийти в себя и сообразить, что происходит. Мозг оказывается работать.

– Ты же мне заплатишь, как договаривались, по пятикратному тарифу? – немного понизив голос, интересуется девица.

– Больше. Только развяжи! – рычит Глеб.

– Он вам платит? Как давно? И что входит в ваши обязанности? Я тоже вам заплачу за эксклюзив! – подлетает к девице один из журналюг.

– Ой, я вам такое расскажу, – идиотка кокетливо выгибается и облизывает ярко-розовые губы.

– Освободи меня! И не смей ничего говорить! А то… – Глеб окончательно звереет.

– Вы угрожаете своей любовнице? – тут же прилетает очередной вопрос.

– Вы рассказывали супруге о своих пристрастиях?

– Почему на лбу именно эта надпись?

Ему хочется провалиться сквозь землю. Это невозможно выдержать.

– Развяжи! – он уже орет не своим голосом.

– Нет. Я боюсь, – мотает головой девица. – Вы меня пугаете.

– Что ты за идиотка такая! Откуда взялась на мою голову! – стонет Глеб.

– Обычно у вас другая любовница? Как часто вы их меняете?

Любое его слово они выворачивают, как им нравится.

И он обнаженный, беззащитный лежит перед ними.

Машка… это все она… Она все утроила… Только сейчас до него доходит очевидный факт.

И вместе с неконтролируемой злостью, Глеба охватывает восхищение. Ее огонь, который в свое время так его восхищал, он давно потух… И вот сейчас он возродился…

Эх, Машка… мысли о супруге тут же отражаются ниже пояса… Даже в такой ситуации кровь приливает, адреналин бушует. Она ему нужна! Необходима, как воздух.

– Вам нравится, когда смотрят?

Вы специально это устроили, чтобы добавить перчика?

Вопросы от журналюг снова отрезвляют. Ему надо выбраться. И найти строптивую жену. Его огненную бестию!

– Глебка, Глебка, – до чего же ты докатился, – он вздрагивает от знакомого голоса.

На фоне всех стервятников он выигрышно выделяется.

– И ты тут, – скрипит зубами.

– Как я могла пройти мимо, – сверкая глазами, покачивая бедрами к постели подходит Паулина. – Прекрасно выглядишь, Глебушка!

Глава 31

– Только тебя не хватало! – Глеба передергивает.

Он уже и забыл про нее. Думал, навсегда осталась в прошлом. Так нет же вылезла на его голову дрянная бабень.

– Вот меня, Глебушка, как раз и не хватало, – одаривает его белозубой улыбкой. – Любо-дорого посмотреть, какой ты сейчас красавчик!

– Развяжи меня, Паулина!

– Ммм… нет, – мотает головой и в глазах испепеляющая ненависть. – Я больше не боюсь тебя, Глебушка.

– А зря, – он пытается взглядом ей передать все, что может с ней сделать.

Раз получилось запугать, и Паулина надолго замолкла. Получится и сейчас.

Она действительно отходит в сторону, по лицу пробегает тень.

Все еще боится, самодовольно ухмыляется Глеб.

Ничего он всех их еще на колени поставит. Хоть и понимает, такой яркий эпизод будет непросто стереть из памяти людишек.

Журналисты еще долго продолжают глумиться. Расспрашивают продажную девку. А та, вместо того чтобы замолкнуть, наоборот, начинает нести несусветную чушь, еще больше его позорить.

Паулина молчит, смотрит на него с чувством превосходства, делает фотки. Молчит она до поры до времени, он знает, что она готовит эксклюзивный материал. И в отличие от написанной от руки Машиной бумажки, у Паулины есть доказательства. Она их слишком долго собирала, в желании отомстить Глебу.

– Слышь, ты, – обращается к продажной девке. – Я еще больше заплачу. Только развяжи, – называет сумму, от которой у девахи челюсть отвисает.

– А не обманешь? – спрашивает с недоверием.

– В моем состоянии, – хмурится.

– Ладно, – кивает и снимает с Глеба наручники.

Он быстро вскакивает, прикрывается простыней.

Вопросы от журналюг продолжаю сыпаться, как из выгребной ямы.

– Покиньте немедленно мой номер! – рычит на них. Когда ничего не помогает, Глеб забегает в ванную комнату.

Смотрит на себя в зеркало. Скалится.

На лбу красуется надпись: «Я – редкая гнида».

Эх, Маша… Машунька… ответишь ты за это. Ох, как ответишь. На коленях будешь годами ползать, вымаливая свое прощение.

Думаешь, смогла от меня сбежать?

Эээ… нет. Мы на всю жизнь с тобой повязаны. Ты моя! Иного не будет.

Из ванной комнаты, Глеб вызванивает охрану, чтобы очистили его номер.

Жаль так нельзя замять инцидент. Позора не избежать. Ему нужен пиарщик, который поможет уладить конфликт. Это он уже не говорит про верха, где будут явно недовольны сегодняшним происшествием. Депутатам не нужны скандалы. И до сегодняшнего дня у его клиники была идеальная репутация. Что обеспечивало нескончаемый поток денег.

Когда Глеб высовывает нос в номер. Там осталась только охрана, продажная девица и Паулина.

Надпись на лбу так и не удалось смыть. Что за маркер Машка использовала? За это она тоже ответит!

– Где мои деньги! – накидывается на него ночная бабочка.

– Сейчас. Угомонись, – тянется к своим штанам.

А там пусто. Налички вообще нет. Пропала одна из карт. О… жена его еще и обворовала…

Значит, к этому времени Машка сто процентов дала деру из города. На автобусе. Будет добираться с пересадками. Он слишком хорошо изучил свою жену. Ей не уйти. Он найдет ее, из-под земли достанет.

– Нет денег. С карты надо снять, – говорит раздраженно.

– Как это нет?! Ты решил меня кинуть! – не унимается продажная бабень.

– О, кидать, эт у Глебушки в крови, – смеется Паулина.

– А ты чего тут? Уже Колюне успела настучать?

– Я уже знакомым в налоговую позвонила, кое-каким депутатам, конкурентам твоих друзей. Начинаются веселые деньки, Глебушка, – говорит с довольной лыбой.

– С огнем играешь, Паулина, – скалится.

– Ты больше меня не запугаешь!

– Да ну! – Глеб запрокидывает голову и хохочет. Так он скрывает страх. Паулина слишком долго вынашивала свою месть, этим она опасна. С ней придется разобраться самыми радикальными способами. Пока она действительно не потопила его. Именно она может.

– Отдай мои деньги! Я не позволю меня кинуть! – не замолкает ночная бабочка.

– Ты уничтожил мою семью. Сжил со света отца, и думаешь, я забуду! – Паулина сжимает руки в кулаки. – А меня продал…

– Не продал, а свел с человеком, который тебя обеспечивал долгие годы, – Глеб продолжает смеяться. Вспоминает, как орала Паулина, когда ее восемнадцатилетнюю девчонку заталкивали в машину и везли к местному авторитету.

Долго Паулина не могла вырваться из лап того бугая. Пока тот не помер от инфаркта. А дальше девка подалась в журналистки, в горячие точки поехала. Он так надеялся, что там она и сгинет. Так нет же, выжила. И все это время выжидала, когда нанести ему удар.

Именно бабки отца Паулины в свое время позволили Глебу подняться с низов. И навсегда забыть свое позорное рождение и существование. Избавиться от подачек Колькиных родителей. Унижения тех лет он до сих пор не забыл. Кем его считали, как к нему относились. И это он еще мягко с ними поступил. Можно сказать просто отпустил…

Но так нет же, никак не угомонятся. Паулинка сейчас Кольку натравит, а тот вообще без царя в голове, бешеный, еще больше проблем Глебу подкинет. Нет, надо с ними всеми разобраться. Раз и навсегда, чтобы больше не смели портить его жизнь.

А главное вернуть Машу в свое единоличное пользование.

– Ты реально редкая гнида, – Паулина плюет ему в лицо и уходит.

Глеб перевязывает лоб, выходит вместе с ночной бабочкой из номера. Узнает у администратора, когда она последний раз видела его жену.

Звонит теще. Та ни жива, ни мертва, причитает, что Машка ночью ребенка выкрала. Сын рассказал, что сестра приходила и через окно с Сережей бежала.

Ожидаемо. Машка в сыне души не чает. Слишком он похож на Кольку. Но самое странное, что и Глеб проникся к пацану. Реально чуть ли не своим сыном его считает. Дается любить парень, или сам Глеб научился видеть в Сергее только гены Маши, а на все другое глаза закрывать.

Как бы там ни было – они его семья. И он их вернет.

Подходит к банкомату. Снимает с карты деньги и рассчитывается с ночной бабочкой. Лишние проблемы ему сейчас ни к чему. Даже доплачивает, чтобы рот на замке держала, и больше не болтала. Для убедительности еще запугивает. Это он хорошо умеет.

Едет домой. Ему надо прийти в себя и разработать план действий.

Едва открывает дверь, как ему в челюсть летит кулак.

– Ах, ты ж гад! Глеб, я тебя уничтожу! – беснуется Анжелка.

Только съехавшей с катушек любовницы ему сейчас и не хватает!

Глава 32

Николай

Зачем он пошел туда? Зачем ворошил прошлое? Теперь ее запах забился в ноздри, под кожу проник, в кровь. Всю ночь Николай не может себе найти места.

Паулина потащила. У нее навязчивая идея отомстить Глебу. За что, так и не признается, говорит, придет время и все расскажет. А Николай пошел, повинуясь адскому желанию увидеть Манюню воочию. Спустя столько лет желание было непреодолимым, таким сильным, что он не стал ему сопротивляться.

Надеялся, увидит и его попустит. Посмотрит на счастливую семью… поймет, что все давно в прошлом. А вышло все еще хуже, чем думал.

Манюня стала сыпать оскорблениями. Несла несусветную чушь. Обвиняла в смерти своего брата.

Сто процентов Глеб ей в уши этот бред вылил. Только что это меняет? Она не пришла к нему, не попыталась все выяснить. Она прыгнула в койку к его другу. Она предала.

Легче это осознавать?

Нисколько.

Как же он тосковал по ней все эти годы. Николай впитывал в себя каждую секунду их встречи, любовался ее чертами лица. Осознавал, что она стала еще прекрасней. Невероятно красивая женщина, с манящим взглядом, идеальной фигурой.

Счастлива ли она? Скорее нет. Вряд ли Глеб сделал ее счастливой. Таковой она не выглядела. Но это ее выбор. Она сама променяла Николая, предала… родила от другого…

Но сколько бы Коля не старался убедить себя, что эту женщину надо забыть, ничего не выходило.

У него ведь своя жизнь. И только все начинает налаживаться после развода. Зачем ему Манюня и проблемы?

Совсем недавно Коля нашел свою сестру. Валерия, женщина с которой он случайно познакомился в своей клинике и помогал, оказалась его родной сестрой.

Чудеса случаются! Где-то теряем, а где-то судьба подбрасывает поистине царские подарки.

Выплыли подробности его рождения, как и объяснение, почему Николай всегда чувствовал себя чужим в родном доме.

Его усыновили, едва он только появился на свет. Родная мать, еще будучи беременной изжила со свету его отца. Ее любовник убил его… Профессора, гениального врача… отца Леры, биологического отца Николая.

Родная мать, если ту женщину можно так назвать, продала новорожденного ребенка бездетной профессорской семье, которая жила в том же доме. Как раз в это время, приемный отец обхаживал свою любовницу и делал ей ребенка – его брата Макса. Самое странное, что приемная мать об этом знала, смирилась и благословила мужа на адюльтер, сгорая от чувства вины за свою бесплодность.

Правда расставила все по места. Приемных родителей уже нет на этом свете. Николай не испытывает к ним негатива. Он благодарен, что они дали ему кров и образование, по своему любили.

Родная же мать жива… но видеть ее у Николая нет никакого желания. А вот то, что у него появилась сестра – это чудо. С Лерой у них сразу возникли доверительные отношения. Сестра сейчас переживает непростой период в жизни. Муж ей изменил, она осталась на руках с новорожденной дочерью. Старшая дочь поддержала отца. Да и в принципе измена вскрыла столько шакалов вокруг его сестры, что Николая пообещал себе сделать все, чтобы защитить Леру.

Вот об этом ему сейчас надо думать. А он продолжает смаковать вчерашнюю встречу с Манюней. И ведь это прошлое, в которое назад возврата нет. Он это понимает, но не может перестать ощущать ее запах и видеть перед лазами совершенное лицо с зелеными колдовскими глазами.

– Привет, дружище! Что голос такой измученный? – Артем звонит утром, бодрый и веселый.

– Привет, – бубнит себе под нос Николай.

– Смотрю, ты совсем захандрил. Надо тебя немного взбодрить. Давай сегодня пересечемся в центре. Я как раз с Лерой договорился встретиться, обсудить кое-какие моменты.

– Давай, – оглашается Николай. – К скольки мне подъехать?

– Давай к трем… ммм… мы немного с глазу на глаз еще побеседуем.

– Понял, – Коля улыбается.

Артем его лучший друг и высококлассный адвокат. Не так давно он познакомил их с Лерой. Правда оказалось, что судьба их уже сталкивала при очень трагических обстоятельствах. С тех пор у Леры и Артема странная связь, которая ощущается на расстоянии… Это не любовь… не страсть… нечто глубже, словно сама судьба их связала. Но они пока этого не замечают в полной мере.

Лера еще не отошла от предательства мужа. Она все еще любит супруга. А Артем, никогда не станет давить. Друг будет выжидать. И Николай уверен, Артем дождется своего звездного часа.

Сейчас же они с другом делают все, чтобы распутать клубок жизненных проблем Валерии. Вот о чем ему стоит думать… и выкинуть наконец Манюню из головы…

Только он это думает, как ему присылают видео… голого Глеба в гостиничном номере…

Это еще что за новости?

А новости действительно странные… весь интернет кишит кадрами Глеба, подробностями схем отмывания денег, его воровства…

Очень много информации, и если даже часть из нее правда, Глебу будет очень не сладко. За него так возьмутся, что мало не покажется.

А Манюня? Ведь на ней это тоже отразится? Она жена этого придурка… А их сын…

До сих пор невыносимо больно думать, что она родила Глебу! Практически сразу, как наставила Коле рога…

Он мотает головой. Отгоняя гнусные мысли. На видео еще девушка сомнительной профессии. Глебку, что застукали с продажной профурсеткой?

Он изменяет…

Ну что Манюнька, такого ты брака хотела?

Николай набирает Паулину. Уж его подруга так точно будет в курсе всех событий.

– Да, Коль, многое расскажу. Но не сейчас. Давай вечером пересечемся. Я сейчас очень занята. Надо по горячим следам его топить, – говорит звенящим от азарта голосом.

– Окей. Договорились, – легко соглашается Николай.

От Паулины он сейчас ничего не добьется. А дождаться вечера у него терпения хватит. Может что-то получится пробить и по своим каналам.

Нет! Тут же сам себя одергивает. Он не будет в это лезть. По крайней мере, сейчас.

Много лет назад он пообещал себе, что оставит их в покое, не будет вмешиваться, всячески избегать и это у него получалось.

Николай не спеша собирается. Запрещает себе смотреть видео в социальных сетях. Заезжает на работу, а там все гудят… все обсуждают Глебку…

Быстро разбирается с текущими вопросами и едет на встречу с Лерой и Артемом. Припарковывается в тихом переулке, недалеко от ресторанчика, где обедают сестра с другом.

– Глебушка, мы справимся! Ты меня слышишь! – доносится до него взволнованный голос, едва он открывает двери машины.

В метрах пяти от него стоит Глеб собственной персоной, за лицо его держит какая-то тетка в красном плаще.

Глава 33

– Анж, в такой момент, ты должна быть мне опорой! – серьезно вещает Глеб. – Ты видишь, что шакалы устроили!

– Но ты повез ее в гостиницу. Думаешь, я дура не понимаю для чего! – надувает губы.

– Дура! Не понимаешь! – Глеб поворачивает голову и замечает Николая. – А вот и один из шакалов! Вспомнишь… вот и оно, – морщится.

– А ты оказывается еще та мразь. Жене практически в открытую изменяешь. И любовнице тоже, твои похождения стали достоянием общественности, – ему бы пройти мимо и не трогать кусок коричневого нечто.

Но даже сейчас в нем играет обида за Манюню, как можно изменять такой женщине? Но она же терпит? Так есть ли Николаю дело? Почему-то есть… до сих пор есть…

– А ты все угомониться не можешь, что она меня выбрала? – Глеб запрокидывает голову и хохочет. – Что так и не нашел жены, Колька? А свою неудовлетворенность в личной жизни решил на меня свалить? Иди куда шел, не мозоль глаза, – отмахивается рукой, как от назойливой мухи. И при этом у него такое надменное выражение лица, что Николай не выдерживает.

Подлетает к Глебу и делает то, что мечтал сделать еще тогда, когда застал Манюню в его объятиях. Тогда он сдержался, сейчас не может, руки так и чешутся начистить самодовольную рожу бывшего друга.

Кулак смачно прилетает в нос Глебу. Не останавливаясь на достигнутом, Коля бьет еще два раза. Бывший друг падает на асфальт.

– Колюня, ты совсем рехнулся, – хрипит, сплевывая кровь и пытаясь подняться. – Неужель из-за Маньки-тряпки озверел? – в глазах появляется безумие.

– Не смей так ее называть! – стоп кран окончательно срывает. Коля жаждет крови, раздавить, прибить, уничтожить, особенно после того, как он Манюню, тем мерзким, ненавистным прозвищем называет.

Снова лицо Глеба встречается с его кулаком.

– Мужчина, что вы творите! Отпустите Глебушку! – орет женщина. – Пупсичек мой, как же так… снова Маняша! Сколько она нам кровь будет пить! Еще и психа подослала! – продолжает причитать. Пытается встать между Николаем и Глебом.

– Рот закрыла! – Коля рычит на нее.

Невероятна раздражительная особь. И что только Глеб в ней нашел? Она же в подметки Манюне не годится.

Он продолжает методично избивать бывшего друга. Ярость смешивается с каким-то черным удовольствием. Как долго Николай мечтал о его крови. Дорвался.

– Коль, успокойся! Что ты творишь, дружище! – сзади раздается голос друга.

Он так увлечен избиением гниды, что даже не заметил, как появился Артем.

– Я его прибью! – скалится.

И это не угроза, а вполне реальное желание, которое в данные момент затмевает все доводы логики.

Артему удается оттащить Николая. Он тяжело дышит. Пробует успокоиться. Но тут прилетает то, что действует, словно мощнейший удар кувалдой по голове.

– Так ты сам об тряпку ноги вытер и свалил. А я подобрал, обогрел пузатую! – сплевывая кровь, вопит Глебка.

– Чего? Что ты сказал? – демоническая чернота застилает глаза, Коля сатанеет, вырывается из рук друга, подлетает к предателю. – Повтори? Она была беременна?! Врешь, гаденыш!

Манюня была беременна? От него? Или от Глеба? Она изменяла и носила под сердцем его ребенка? Или выбрала Глеба, потому, что согрешила с ним и не могла посмотреть Николаю в глаза?

Все эти вопросы вихрем проносятся в голове. Ему нужны ответы! Сейчас! Немедленно! И он хочет вытрясти их из гниды!

– Была да сплыла, – ухмыляется предатель. Он словесно нанес куда более болезненный удар, чем Николай своими кулаками, и сейчас Глебка наслаждается плодами своих мерзостей.

– Я полицию вызвала! Сейчас ты за все ответишь, псих! – не унимается одетая как чучело женщина.

Коля и ей не прочь зарядить. Заткнуть как-то ее поганый рот. Женщин бить нельзя, но это существо у него с женщиной и не ассоциируется.

– Выкладывай все, гнида! – Николай берет предателя за грудки. – Я от тебя места мокрого не оставлю.

Он не шутит. Сейчас он в таком состоянии, что готов размазать бывшего друга, превратить в кровавое пятно на асфальте.

– Она моя со всеми потрохами. Моя персональная тряпка, – самодовольно хрюкает Глеб, вытирая тыльной стороной ладони кровь из носа.

Он говорит это так уверенно, словно Манюня по собственной воле подписалась на ведь этот кошмар, будто она согласна и терпит все.

Зачем? Неужели так сильно любит Глеба?

Или есть другие причины?

Если бы Артем не вмешался, он бы реально не остановился. Контроль над эмоциями в этом момент Николай потерял окончательно. Но друг уберегает от ошибок. Оттягивает его и волоком тянет к машине.

– Она нам с Глебушкой еще прислуживать будет, – кричит противная тетка им в спину. – В хозяйстве сгодится.

Как у Артема только сил хватает. После этих слов, Николай еще с большим остервенением рвется назад. И на этот раз его бы уже не остановило, что перед ним женское подобие, он бы выбил ей все зубы, чтобы она пожалела о каждом своем гнилом слове.

– Лер, держись рядом со мной, – кричит Артем.

Еще и его сестра все это видела! Это осознание немного приводит Николая в себя. Меньше всего он хотел, чтобы Валерия созерцала эту гнусную картину. У нее своих проблем хватает… А то, как это выглядит со стороны…

– Вам это так с рук не сойдет! – недо-женщина продолжает сыпать угрозами.

Николай делает пометку в своем воспаленном сознании – узнать, кто она такая и разобраться. Он не забудет.

– Дружище, успокойся! Нельзя так. Ты совсем с катушек слетел, – Артем заводит машину, кидает на него встревоженный взгляд через плечо.

Николай не отвечает, он пытается выровнять дыхание, взять разбушевавшиеся мысли под контроль. Вопросы… их стало очень много и он не успокоится, пока не найдет на них ответы. Но для этого ему нужна ясная голова. Ярость – плохая союзница.

Немного проехав в полной тишине, Коля дотрагивается до плеча сестры и смущенно говорит:

– Лерочка, прости, что тебе пришлось это увидеть. Артем сказал, где он, я ехал к нему. А тут эти, – скрипит зубами. – Не сдержался. Извини…

Ему действительно стыдно перед сестрой. У них только начинаются отношения, и она уже увидела его в таком состоянии…

– Я все понимаю, Коль. Не сдержался. Но я так испугалась… Ты мог его убить!

Мог. Еще как мог, и черная часть души Николая очень сожалеет, что он этого не сделал.