290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » По гриб жизни (СИ) » Текст книги (страница 7)
По гриб жизни (СИ)
  • Текст добавлен: 8 декабря 2019, 08:30

Текст книги "По гриб жизни (СИ)"


Автор книги: Александр Виленский






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 25

– Крысы бегут с корабля! – патетически восклицает дядька в розовом пиджаке, – Вы знаете, почему крысы бегут с корабля? – капельки пота со лба, маленьким белым платочком, – Потому что корабль вскоре пойдёт ко дну!

– Что вы имеете в виду, Александр Александрович? – ведущая не только красива, но и умна, она догадывается, куда клонит её визави.

Но пусть говорят.

– Ещё древнеримские матросы заметили, что с некоторых кораблей во время стоянки в порту массово убегают крысы, – франт поправил очки, морщится, – После чего эти корабли НАВСЕГДА уходят в море. Крысы обладают экстрасенсорными способностями; 23го августа 1942го года крысы гигантскими серыми стаями бежали прочь из Сталинграда, они ЗНАЛИ про грядущую бомбардировку, про сотни тысяч зажигательных, осколочных и фугасных снарядов, практически сравнявших город с землёй.

И я вам вот что скажу, – пухлый палец взмывает в воздух, – То, что из проклятых богом порталов вылазят именно крысы – это не совпадение, это ЗНАК того, что там, на той стороне – смерть. А смерть не отпускает своих жертв, она… –

ведущая дважды сомкнула указательный и большой пальцы, повинуясь её сигналу, кто-то невидимый, но могущественный, отключил лысому микрофон.

– Александр Александрович, присядьте на наш уютный диванчик, мы вас услышали. Вы правы, бояться легче всего того, чего не видно.

Вот вы замечали, – женщина обратилась к зрителю, эффектно, вполоборота демонстрируя в камеру низкий вырез тёмно-синего платья, а в нём аппетитный кусочек упругой груди. И капелька крови, заключённая в серебряную клетку, в ложбинке кулончик с рубином. Может и подделка, кто уж тут разберёт.

Тут уж только наощупь, –

Что в фильмах ужасов пугающие нас вещи обязательно от нас прячутся. Мы, люди, боимся непонятного, невидимого, как утверждал великий и могучий Дамблдор, – брюнетка улыбнулась, склонила голову вправо, – Некоторые боятся темноты, – щелчок пальцев, в студии гаснет свет, дружный “ах” зрительного зала, и этот голос, нарочито медленный, – В темноте… вы можете встретить МЕНЯ… или же… воображаемого монстра, но! Мы можем просто включить свет, – очередной щелчок, лампы загораются, глаза расширяются, зрачок поражён, – И увидеть правду. Только сегодня, только у нас в студии —

Комин Леонид Вениаминович, уроженец села Деево Тульской области, обычный российский пенсионер, волею слепого жребия попавший под Волну! – аплодисменты, бодрая музыка, из-за кулис неторопливо выходит дед, во всё белое одет. И седой, – Здравствуйте, Леонид Вениаминович! – ведущая кидает взгляд на планшет-подсказчик в её правой руке, – Для начала скажите нам, сколько вам лет?

– 76ть, – скрипучий голос, нескрипучий кожаный диван, белозубая улыбка. И этот тоже белозубый, неужто специально для эфира отбеливал?

– Простите за нескромный вопрос, но… могли бы вы продемонстрировать нашим телезрителям вашу татуировку?

– Да, конечно.

На оголённом худом плече, перевитом синими канатиками вздувшихся вен, выколото зелёными чернилами странной формы ухо.

– Это ухо, – утверждает ведущая

– Это ухо, – соглашается дед.

– Это ухо, – про себя восклицают зрители.

– Что у вас за способность, вы её активировали?

– Она сама активировалась. Я ведь живу в общежитии, в отдельной клетушке, а по коридору всё время кто-то ходит. Я лежу и слушаю, кто тама ходит, у кого хочет ложки серебряные скрасть, – дед кашлянул, потёр себя за кадык, – Раньше слышал только шаги, а нонесь, когда прислушаюсь, слышу всё.

– Что значит всё?

– То и значит, всё. Слова, шорох одежды, сердца стук. Когда Борисыч в нужник ходит и бумагу отрывает, слышу. Когда Димка с Анькой в клетушке напротив милуются, как он ей присовывает, как она ему подмахивает, всё слышу.

– Леонид Венеаминович!

– И как Надька мне вслед проклятья кидает, смерти желает, слышу.

– Леонид Венеаминович, вы прямо как персонаж известного мульфильма, Большой Ух, – на огромном студийном экране выводится пара снимков, жёлтый колобок на огромных ножках-лепёшках, наклонив треугольную голову в квадратно-фиолетовой шляпе, вслушивается в небо огромными воронкообразными ушами,

– Может вы и звёзды можете услышать?

– Звёзды не пробовал, – не принимает игривого тона ведущей дед.

– А давайте проведём эксперимент! Скажите нам, что сейчас говорит вот… вот тот парень в клетчатой рубашке на последнем ряду, – камера кидает крупный план, его ловит молодое веснушчатое лицо, что-то рассказывающее сидящей рядом даме.

– Хорошо, – дед чуть поворачивает шею, смещая плоскость уха в сторону парня, – “Говорю, **й он что расслышит оттуда, тоже мне Гуддини, ***ть, нашёлся. Это всё для…”

– Леонид Вениаминович! —

возмущается довольная ведущая, парень краснеет, рукой прикрывает рот. Вот.

Глава 26

– Аппарат сгорел. Скажу точнее: этот результат коррелирует с данными других контрольных групп, – на профессоре не было банта, я с трудом его узнал, – Мы надеялись, что в нашем случае что-либо будет иначе.

Судя по всему, на той стороне портала вся сложная техника выходит из строя, более того, делает это довольно, – Пахомыч чешет большой палец указательным, пытается подобрать с пола подходящее слово, —

Нешаблонно.

Часть времени автомат стреляет, потом проникается пацифизмом, отказывается работать… или даже взрывается, как это произошло в случае группы УВ-14, —

проф хмурится, читает с листа, – На той стороне, во время проведения контрольной стрельбы в трёх сотнях метров от портала, один из четырёх автоматов АКС-74У сдетонировал, стрелку взрывом оторвало кисть левой руки, повреждён глаз.

Шок на лицах

Пистолет-пулемёт, что сейчас на складе, в моем воображении предстал в виде змеи. Металлический окрас чешуистой кожи, мушка в виде раздвоенного язычка, из пасти-дула выглядывают ядовито-зелёные зубы-патроны, тварь готова к стремительному броску в моё беззащитное горло…

… –

В непосредственной близости от портала случаев отказа техники пока не наблюдалось, – “успокоил” нас профессор, – Риск для группы был минимален.

– Кхм, какими будут наши дальнейшие действия, с учётом… новых вводных? – недовольный киргиз игнорирует Пахомова, он задал вопрос Михаилу Александровичу. Тот стоил у стены, подпирает.

– Мы привезли вам арбалеты.

Аааа-пчхи. Ааа-рбалеты пыльные. И вновь орлята учатся стрелять: тетива, плечи, стремя, иии-гого… ой, нет, это другое стремя. А ещё нас будут учить работе с холодным оружием, круто, да? Мечемахать будем, аналитики морщат нависающие над столами лбы, решают с конкретной амуницией. К нам приедет, нет, не ревизор, даже не Сергей Сергеич, дорогой, а всего лишь реставратор-ролевик, третьим//зачёркнуто тренером будет.

Так скоро и до рукопашной, блин, дойдёт, сомнениями своими я с другом поделился, “дойдёт” – тот хмуро согласился, но тут же ликом просветлел. “Есть пламя у меня!”.

Надо спросить Саныча, может есть какие-то иные способы – как её, родимую, раскочегарить.

Арбалеты в защитных чехлах, в комплекте смазка для спускового механизма и иных сочленений, воск для тетивы. Легче “Витязей”, длиннее и значительно шире, “богатырские плечи”. “Даггеры” что-то там, модель компактно-невесомая. Снимаешь с предохранителя, натягиваешь специальной ручкой, отпускаешь болт в мишень и понимаешь – это не игрушка.

Идём, никого не трогаем, ищем, кому бы забить стрелку. За порталом день, погода хорошая, лягушки не квакают, птички на голову не ка… тишина, лишь ветер почёсывает деревья.

В руках арбалеты, за спиной приторочены “Витязи”, применять их можно на свой страх и риск, в случае крайней опасности, когда пан или пропан. Тактическая задача: пройти километр в сторону, осмотреть местность, вернуться. Видео, снятое дроном, в планшете Фёдора сохранилось – повсюду лес, лес, и ещё раз.

Вот у вас так бывало в жизни:

переваливаетесь вы по улице, чох, чох, а на той стороне дороги белый кот со скрипкой шагает на шести задних лапах; вы лицо отворотили, проникаетесь ситуацией, ии бац! – лбом со столбом – привет, бетонный.

Было, было, чё вы сразу отнекиваетесь. Лбом о барьер стукнулся Сергей – мы шли цепочкой, он шёл первым. Мат, потирание через пластик шлема морально пострадавшего лба, и прямо по курсу прозрачная стена. Розоватая такая, сквозь стволы деревьев идёт насквозь. Командир её настороженно щупает, по сторонам оглядывается, опасность ищет. А та прячется, беззвучно хихикает.

– Здесь что-то есть, – его растерянный голос, – Твёрдое, пружинящее…

– Я вижу розовую стену, – Димка, – Если не приглядываться, она не особо заметна. Серёг, ты её вообще не видишь??

– Я вижу, – я.

– У меня стена зеленоватая, – Ростислав, – И вообще это купол, – он указал вверх, – Видите, она продолжается. И уклон. Ух… вы тоже это видите?

– Что видим? – вглядываюсь в розоватый полог.

– Статы… – ошарашенный выдох Димки. Его ладонь, как и ладонь Ростислава, касается купола, они смотрят прямо перед собой. Подхожу на шаг ближе, поднимаю руку; поверхность слегка пружинит, в глубине стены проявляются строчки кириллицы.

Перилов Михаил: сменить имя? “Да / Нет”.

Интеллект: 9 (46 %)Интуиция: 9 (11 %)Сила: 7 (14 %)Выносливость: 6 (84 %)Ловкость: 7 (1 %)

Меченый: неактивноМагия жизни

Арка 3 – Глава 27

Голова командира не пострадала, удар нанесён по самолюбию. Серёга почему такой злой был? Потому что у него велосипеда не было//зачёркнуто татуировки не было. Он единственный из всей группы не видит ни “долбанной” стены, ни “страницы персонажа”. А мы счастливые, нестройным шагом. Молчащий лес, мысли о статах кишат в голове, расползаются по кишечнику, фу.

Надо поговорить с Димкой, надо всё взвесить, не то обсчитают. Тревога поднимает голову, я, говорит, была права – и высокий стат интуиции тому доказательство. А мне крыть нечем, смотрю в её покрытое корочкой засохшей грязи лицо. Может это не интуиция высокая, может это остальные мои характеристики низкие? И предчувствия тогда курам на смех, ко-ко-ко, блин. Как они вообще смеются?

… А “магия жизни”, это просто праздник какой-то.

Как она работает?

– Альфа 2, всё спокойно!

– Альфа 1, принял! – пятёрка Фёдора опускает носы арбалетов вниз.

Солдаты следят за окрестностями, командиры вполголоса совещаются.

– Группа 2, охрана портала, группа 1 за мной, – отрывистый приказ киргиза, – С нами идёт Дмитрий, в качестве проводника; он видел силовое поле, сможет вовремя его заметить.

Федя не хочет повторять “подвиг” Серёжи, ххе.

Сменяем “на посту” ушедшую группу, рассредоточиваемся, я стою лицом к порталу. Вглядываюсь в узоры трещин на огромных камнях, в зелень побеждающих гравитацию пучков травы. На таких скалах россиянин подсознательно ожидает увидеть какую-нибудь надпись. “Здесь был Вася”, “Маша + Олег = Любофф”, "Квартиры посуточно” и т. д. и т. п. А ведь портал перестал расти, уже пара дней как.

– Мих! Вик! У вас какие статы? – бодрый Ростислав с противоположного конца поляны.

– Хха, первый давай рассказывай!

– Тихо! – Серёга по-прежнему не в духе, – Позже обсудите.

Как скажешь, лейтенант, как скажешь.

– Да лан, Мих, круто же!? – друг терпел долго, почти до нашего номера, – Теперь ты тоже убедился в том, что ты настоящий маг! Ты ВИДЕЛ эту плёнку, обычные солдаты её не видят; и статы у тебя отобразились, верно? Давай, рассказывай! —

пихок плечом, —

Саныч тоже, ммать, мурыжит вопросами; не видит рожа гбшная, люди с другого мира, с дороги устали, я еле дотерпел. Чур я первый!

– Иди, иди, не претендую.

Ты только куратора в лицо так не назови… хотя ему и так доложат. Ты вот уверен, что у нас в номере нет жучков? – смотрю на розетку. Я видел в кино, их внутри розеток ставят. Ложат. Крепят, короче. А ещё в розетках тараканы прячутся.

– Мих, какие ещё жучки?? —

друг кривит лицо, – Древоточцы разве. Какие у нас тайны!? Мы и так живём… прикреплёнными к земле, крепостные волновые, 21 век фокс! Что там у тебя со статами?

– Вот, – вручаю другу блокнот, – Что запомнил, то записал.

– Интуиция!? Магия жизни? О-о, – одобрительные качки головой, вверх-вниз, ещё подход, давай, ты сможешь, – Ты чё такой умный?

– Книжки читаю. А ты даже азбуку не освоил… китайского языка.

Мы с другому зашли в наш номер, ушастый поспешил в “домик на окраине”. Тонкая дверка разговору не мешает.

– Да лан, я уже до “бэ” дошёл.

– Без бэ? У них хоть есть такая буква?

– Есть, конечно! Наверное.

– У тебя что по статам?

– Терентьев Дмитрий, сменить никнейм! – голос друга изменился, я будто воочию увидел, как сидящая на белом троне фигура расправила плечи, вытянула позвоночник, возгордилась, – Интеллект 8, сила 9, выносливость 8, ловкость 7, МАНА – 14, меченый: огонь, – под звуки текущей воды наш герой появляется во всей красе, чёлку откинул набок, встаёт в позу репера… или обезьяна? речитатив, гоу, —

Видишь, даже Система считает, что я огонь;

парень-космос, парень один такой,

просто, грозно, серьёзно, огонь!

Йоу.

Боже.

– Система?

– Ну игровая богиня.

– Самое простое объяснение самое верное?

– Бритва Оккама.

– Не порежься там.

– Я осторожно, как можно! Йоу.

Пауза.

– У меня, значит, интуиция, у тебя мана… и процентов не было?

– У статов? Были, я не запомнил прост.

– Но в них же весь смак! – я возмущён Димкиной недальновидностью, – Ты что-то делаешь, идёшь к куполу и смотришь – изменились ли сотые!

Идеальный фидбек!

– Аа. Но, надо записать потом.

– Балда!

– Сам балда!

– От балды слышу!

– Мужики, вас Михаил Александрович зовёт.

Наш малолетний сосед вошёл в номер, плюхнулся на койку, обрызгал нас каплями собственной хмурости. Вы же знаете, что пессимизм передаётся воздушно-капельным? Не знаете? Теперь знайте. Недавнее открытие голландских учёных; на нобелевку идут. Кто расстроил вервульфа, только же, за порталом, был он счастлив незатейливым геймерским счастьем.

– У меня для вас 2 новости.

Куратор сменил иссиня-чёрный пиджак на пиджак малиновый, под цвет щёк. Златую цепь на шею вешать не стал, спрятал в сейф.

– Хорошая и плохая? – друг.

– Обе хорошие, – хитрая улыбка.

– Ломаете стереотипы? – я.

– Ломаем, – кивок, – Мы наладили взаимодействие между крупными центрами локализации волновых прорывов, – куратор на миг оторвался от экрана, – Порталов. Заключение положительное, – он продолжил чтение, – При концентрации волновиков в одном месте малые порталы сливаются в большой… это вы и так знаете… Большой портал растёт, достигает 2ух метров в высоту, 2ух в ширину, стабилизируется, прекращает рост.

Кроме пропорционального роста числа волновых тварей иные последствия увеличения концентрации носителей метки не выявлены, – дробь пальцев по столешнице, – Я вам это сейчас распечатаю, почитаете на досуге, – пара секунд, звук ожившего на тумбочке Эпсона, два новорождённых листа А4 обновляют лоток, – Держите, – он передал нам листы, – Теперь новость № 2. Вы назначаетесь младшими кураторами.

– Что? – открыл рот Димка.

Я с другом полностью согласен, чтобы его поддержать, я тоже распахнул ротовое отверстие пошире. Мух в кабинете не было. Что??

– К каждому из вас будет приписана группа волновиков.

Кого-то вы ранее видели в центре, кого-то привезут в течении дня, – Михаил Александрович излагает факты неторопливо, с видом истинного гурмана он смакует наши эмоции, нашу растерянность, – Руководство хочет сократить количество ЦВПВ, максимально их укрупнить. У учёных присутствовали почвенные опасения – требовалось понять, как при этом поведёт себя портал. Сейчас страхи развеяны, вопрос закрыт; наш центр становится единственным ЦВПВ в области.

– При чём здесь наше кураторство? – устало выдыхаю.

– Вам будут подобраны люди, максимально соответствующие, – перестук пальцев, – вашему психопрофилю. Представьте, что вы вожатые в детском лагере, вы собираете данные по развитию подопечных, помогаете им решать бытовые проблемы, эмм… что ещё делают вожатые? Вдохновляют на подвиги. Доносят до коллектива политику партии, морально поддерживают бесславно падших духом товарищей, —

мужик вот сейчас серьёзно говорит, или “я у папы юморист?”

– У нас тут не пионерлагерь; там будут взрослые люди, опять же, причём здесь мы? – я возражал как-то… по инерции.

В голове крутилась кошмарная картинка – я вытираю своему ровеснику, круглолицему волновику, кашу с подбородка; убираю изгвазданный слюнявчик, помогаю на немытую шею повязать ярко-красный галстук. Ооо, дело труба. Да, точно, ещё труба! Трубу ему надо дать, будет горнистом.

Тууу. Туууууууу.

– Это вы, Михаил, верно подметили, —

про горниста? —

Но взрослым людям тоже нужна поддержка и забота, к тому же сейчас нам важен каждый. Уже сегодня вечером, после просмотра… эмм, сюрприза, – едва заметная ухмылка, – Многие ваши вопросы потеряют актуальность. Если этого не произойдёт – вы сможете задать их позже, – куратор встаёт с кресла, даёт нам понять, что разговор окончен.

– Хорошая новость, как же, – бурчит ушастый.

– Поверьте, Дмитрий, если я говорю, что новость хорошая – значит, она хорошая, – улыбка, – Даже если она вам СЕЙЧАС таковой не кажется. Я не первый день живу на свете, и ОЧЕНЬ часто мои прогнозы оказываются на удивление точными. Работа такая.

Да, Михаил? – мы уже выходили из кабинета, куратор меня окликнул.

– Что? – оборачиваюсь в дверях.

– Вот, это вам, – Михаил Александрович передал мне подарочный пакетик, ранее он стоял на полке книжного шкафа, – Инструкция внутри, ОБЯЗАТЕЛЬНО прочитайте перед применением! – ехидный, смеющийся голос.

– Что это? – с подозрением принимаю “подарок”.

– Ещё один сюрприз, – хитрющие глаза.

– Многовато сюрпризов, – ворчу, мне непонятны причины внезапной радости куратора, – Всего доброго, Михаил Александрович.

– Всего доброго, Михаил.

– Открывай!? —

друга терзает любопытство. Мне тоже интересно, но… что-то здесь не там. Пакетик фиолетовый, с белыми блестящими звёздочками; я развязал ленточку, да, там даже тоненькая красная ленточка, ххе, внутри лежат какие-то мешочки, тонкая тетрадь-книжица.

“Методичка по безопасному употреблению галлюциногенных грибов”.

– Ххаа-т! – ! Ххе, х, уух, ёжки-матрёшки! – хохот друга гремел на весь коридор, да что там, на всё здание. Миро-здание, – Удружил тебе куратор, ты ж ему теперь по гроб жизни! – смачный хлопок по моему плечу, – Как будешь употреблять: курить или настаивать? –

и это друг, называется, –

“Нарушение концентрации настойки может привести к отравлению или смерти”, ой а мы прямо и не догадывались, хха…

– Дай сюда! —

я забрал тетрадь, оглянулся по сторонам в поисках свидетелей моего позора.

– Ну так что, Михаил Александрович, как вы будете “лекаарство” применять? – ухмыляется, гад, – И когдаа?

– Не знаю. Вообще, может, не буду.

Я хмур. Мне это всё не нравится. А ушастый, **ка, тролль.

– В твоей любимой Коста-Рике народ вообще на кокаине сидит, тебя же это не смущает! А хочешь анекдот расскажу? Встретились как-то два грибника, аххаа… –

Мы дошли до ручки. До ручки номера нашего, открыли дверцу, а там Олег. Ну а где ему быть, домоседу. Нет бы Диме помолчать про мою “маленькую проблему”, я ему это припомню.

– Чувак, ты всё же попробуй, – скалится пацан. Со скрипом малолетка отвернулся от стены, глаза с негромким чпоком оторвались от мобильного, – Быть меченым и при этом не активировать татуху – это зашквар, – медленно, напоказ из его правой ладони вылазят сантиметровые когти, втягиваются обратно.

– Спасибо за непрошенный совет, —

прошипел я, зачарованно наблюдая за ногтевыми метаморфозами, – Олег, у тебя какие статы? – тема разговора: сменить.

– Секрет, – парень противно осклабился, – И вам я бы тоже советовал не светить цифры.

– Олег, ты неправ, – задумчивость в словах ушастой твари, – Нам сейчас выгодно обмениваться информацией. Мы играем за одну команду, понимаешь? Каждая крупица знаний может быть важна для нашего дальнейшего развития.

Друг неожиданно серьёзен.

– Прав, неправ, софистика! Я сказал, вы услышали, – буркнул “вервульф”, поворачиваясь лицом к любимой стене. Покоя, дайте мне покоя, один глоток. Не знаю, почему я его называю вервульфом, у него ведь от этих только когти. Может подсознательное ощущение? Волчонок он и есть волчонок, один и злой.

Ростислав: интеллект 8/11 %, сила 8, выносливость 6/94 %, ловкость 7/90 %, мана 18/3 %, меченый: дерево. Виктория: интеллект 7, сила 5, выносливость 7, ловкость 7.

В столовой нас четверо, Вика пьёт грейпфрутовый сок, о тату говорить не хочет. Раста улыбается, демонстрирует зубы, он, словно форточка, нараспашку. Моя интуиция и магия жизни народу интересны, мы поохали, поахали, годных идей нет – иди, мол, Миша, к куратору.

Угу. К дегенератору, ***ть. Грибы он мне дал. Сам их пусть жрёт, урод.

Информлистки выданы только нам, Ростиславу и Вике не досталось, бумажки в принтере закончились, бывает. Мы поделились, что нам, жалко, что ли. Мы ведь теперь "любимчики" начальства, маленькие кураторы, кураторчики. Пупс-кураторы. И вечер близко. Вечер как зима, только зима не близко, и я не ходок, даже по бабам… в отличие от друга. Который сидит, Вике глазки строит. Та полный игнор, хе.

Вечер?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю