290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » По гриб жизни (СИ) » Текст книги (страница 18)
По гриб жизни (СИ)
  • Текст добавлен: 8 декабря 2019, 08:30

Текст книги "По гриб жизни (СИ)"


Автор книги: Александр Виленский






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

Глава 69

– Алло, это полиция? – заполошный женский голос рвётся из трубки на волю.

– Да, я вас слушаю, – спокойствие, профессионализм, усталость.

– У меня в квартире портал! – визгливые нотки крепчающей истерики, – Я захлопнула дверь, они ломятся изнутри!

– Пожалуйста, успокойтесь.

Где вы находитесь?

– Корпусная 9, квартира 41; это ЖК “Люмьер”.

– Группа к вам уже выехала. Вы волновик?

– Нет, – женщина запнулась на полуслове, – Не знаю.

– У вас на левом плече присутствует татуировка?

– Д-да.

– Вы нанесли её сами, или же она появилась в результате Волны?

– Она сама, – тихо, неуверенно, – Но она появилась только вчера.

– Даже так? – непритворное удивление, – Где сейчас крысы? Сколько их?

– Они за дверью. Кх, входная, металлическая.

– Т. е. они не смогут выбраться?

– Н-не знаю, наверное, нет.

– Хорошо, ждите.

Не кладите трубку.

Тишина.

Ну, как тишина.

Неровное, хриплое дыхание – женщина курит? Приглушённый скрип-стук, скрип карандаша.

Глава 70

– …двадцать четыыре, двадцать пяять, двадцать шееесть, всё!

– Нее, не может быть, должно быть за тридцать, считай снова!

– Лаадно…

Я считаю ей позвоночник.

Не как один штука, а много кусочков позвоночника, дисков? Как, блин, они называются. Начинаешь считать ниже затылка, слегка массируя выступающие косточки и ниже, ниже, ниже… Её кожа такая мягкая…

А у меня оливковые глаза – это она так сказала. А я думал, что они карие. А они оливковые, которые не чёрные, которые зелёные, которые маслины. Маслины – они зелёные, а оливки – это маслины, которых целую неделю мурыжили сжатым кислородом, они обиделись и окислились. Тогда глаза должны зваться маслиновыми! Они ведь не чёрные. У меня хорошие глаза, но не чёрные.

Я считал ей позвоночник и никак не мог посчитать. Это было двадцать четыыре, двадцать пяять, двадцать шеесть минут назад.

Я так думаю, ххе, ххе, оо… с

– Миш.

– А, – на моём лице глупая улыбка.

– И что, вот был человек, у него, например, было 5 пунктов силы.

– Но, – смотрю в потолок, надофаминенный мозг сквозь полудрёму потягивает через уши-соломинки коктейль слов. Какой вкусный у неё голос…

– Он убивает волновых монстров, так? Предположим, что татуировка у него активирована, он набирает 3 уровня, это 6 очков, —

соглашаюсь с её рассуждениями, слегка покачиваю приподушенной головой вперёд… назад, вперёд… назад, видимо, ещё не до конца отойдя от похожего, куда более энергозатратного, действа, – Он вкидывает 5 из них в силу и СРАЗУ становится в 2 раза сильней?? – девушка поворачивается на бок, ко мне лицом.

Боже, она прекрасна… – Он мог потянуться максимум 10 раз, а теперь, через секунду, – щелчок пальцами, – Уже 20?

– Там всё… сложно, —

я тоже уже задумывался над этим, расспрашивал “подчинённых”: Валерия и Ирину, – Повышение характеристик не мгновенное, постепенное, – приподнимаюсь на локте, смотрю в её глаза, —

Вкинула ты, скажем единицу, – мой палец скользит по её груди, совершенно случайно задевает сосок, —

Единицу, да. Единицу.

И за сутки-двое становишься на эту… единицу сильнее, тело, эм, догоняет… догоняет свою статистику, ну… цифры на стат-барьере, – тянусь к её губам своими, —

Как отстающий от графика машинист электропоезда.

– Угху, —

ответ звучит неразборчиво. Сложно, очень сложно чётко выговаривать слова во время поцелуев. Интересно, чревовещатели это могут? Как они вообще разговаривают, не открывая рта? —

Миш, а хочешь я тебе снова анекдот про женщину из Техаса расскажу? – Оля, бээд бээд гёрл, уф.

– Хочу…

Глава 71

– Ну Михаиил Алексаандрович! – канючу я.

– Миш, ну что ты прям как маленький! —

куратор отмахивается изо всех сил, делает постное лицо… недовоольное такое, будто его неделю мясом не кормят и в молоко выстрелили. Но я чувствую – в душе он так же, как и я, потешается над сложившейся ситуацией.

– Даайте бедному волновику разрешение!

– Ты мне так и не объяснил, ЗАЧЕМ оно тебе вдруг понадобилось, —

убойные аргументы гуськом идут по второму кругу, —

Это рааз, – нарочито медленно загибается мизинец, – В нашей стране гражданскому населению ношение боевого короткоствольного оружия запрещено. Это дваа, – неохотно прижимается к потной ладони безымянный палец, – Я тебе об этом говорю уже в третий раз! И это три, —

средний палец атлетически сложен, выпученными остались лишь указательный и большой, умеренно оттопыренный. Указательный тянется в мою сторону, вкупе с тремя гнутыми и одним умеренно оттопыренным образует “пистолет”, —

У тебя есть ко мне ещё какие-либо вопросы, Миш? —

лыбится

гад.

– Как это я вам не объяснил, зачем мне оружие!?? —

устало возмущаюсь, агрессивно массирую основание большого пальца, – Михаил Александрович, взгляните, – вот оно, окно, – Взгляните, что в мире творится! – за стеклом ничего не происходит, – Волновых магов безжалостно убивают, грины опять же, я хочу чувствовать себя защищённым! —

сижу на стуле для посетителей, проникновенно смотрю на куратора;

представляю себя маленькой девочкой с глазами по серебренному полтиннику, девочка мило отворачивается, невинно шаркает ножкой, всей недоразвитым мозгом желает получить просимое ПРЯМО СЕЙЧАС! —

Месяц назад вы мне ЛИЧНО говорили о том, что нас вскоре зачислят на службу! – указательный палец требовательно выдвигается вперёд и вверх, – Это значит, мы не гражданские! Мы представители госструктур!

– Но не зачислили же, – ехидная ухмылка, – В штате вы всё так же записаны “привлечёнными гражданскими специалистами”.

– Воот; а вы, между прочим, обещали! И обещания надо выполнять, – горестный выдох.

– Я называл вам конкретные сроки?

– А как же меч? – игнорирую риторический вопрос, апеллирую к прецеденту, – Гражданскому населению нельзя, нам можно. Тут ведь вопрос не в доверии, мы и так работаем с оружием, вопрос в бюрократии.

– Это решение принято наверху, – руки разведены, в паспорте штамп, – Я человек маленький, подневольный, – опять скалится, **ка, – Однако есть вариант.

– Что за вариант? – не дай бог опять какая-то шутка.

– Вот, Миш, смотри, —

на стол передо мной ложится официально выглядящая распечатка; мои глаза спешат, жадно впитывают буквы… Перу… просьба о помощи в ликвидации волновой угрозы? – Россия посылает на помощь братскому перуанскому народу, ххе, несколько команд волновых магов, – куратор читает с экрана, —

В центральной части страны обнаружена область, в которой не работает техника; время от времени из этой области появляются крысы, мм… такие же, как у и нас, рядовые и вожаки; небольшими группами твари нападают на местных жителей, действуют “организованно”, что бы это не значило… Руководство посчитало, – мужчина поднял на меня взгляд, – Что это отличная возможность убить двух зайцев: собственно, помочь Вискарре и поднатаскать собственных волновиков… Президенту Перу, —

да, мне не знакома эта алкогольная фамилия, подуумаешь, —

Туда поедут наши инструктора, их целью будет обучение волновых магов – что наших, что перуанцев – полевой работе, общей координации действий. Мне же нужно найти добровольцев… подготовленных добровольцев; добровольцы имеются, но я, как бы это мягче сказать, опасаюсь, что эти люди опозорят славный город Новосибирск, – ладони разошлись в стороны, говорят “увы”, —

Они недостаточно подготовлены. Ты же, Михаил, – глаза в глаза, – Ты и твоя команда, вы выделяетесь на фоне других волновых магов как личной силой, так и, собственно, “командностью”, слаженностью,

– пауза, —

Я тебе этого раньше не говорил, но вы одни из лучших.

Помнишь ты мне тогда, в той… неприятной ситуации с кольцом, говорил о взаимовыгодных отношениях формата “ты – мне, я – тебе”, – хитрющее лицо, – Мне нужны подготовленные добровольцы, тебе – разрешение на ношение боевого оружия, – пауза, – Сделка?

– Сколько будет длиться поездка?

– Две недели.

– Разрешения на всю команду?

– … хорошо, – перестук 4рёх подушечек, неохотный кивок.

– Он согласился?

– Да.

– Работа мастера.

– Кирилл, ты же знаешь, я не люблю подхалимов.

– Все вы так говорите.

– Какой у молодого человека богатый опыт общения с нами, ТАКИМИ, – майор был сама язвительность.

Мужчины молчали: Михаил Александрович смотрел в окно браузера, Кирилл смотрел в окно кабинета, перебирал воздух пальцами, словно бы играя на невидимом саксофоне. Лейтенант первым разрушил молчание, разбил его, как белоснежную чайную кружку, на несчастье своё повстречавшую летящий по своим делам локоть.

– Вам теперь премию выпишут, за добровольцев.

– Да, выпишут, – самодовольно кивнул майор, – И Терентьева убедить легче будет, он до сих пор чувствует себя виноватым. Предал дружбу, все дела.

– Альбина та ещё стерва.

– Но как лидер она очень даже.

– Это да, – пауза, – А если его команда не согласится?

– Мишина? Вряд ли, – разминающее движение затёкшей шеи, – Маслов точно с ним, Белоногова и Тимофеев… если они не согласятся – поговорим, надавим на “чувство локтя”; пойдут в решительный отказ – найдём кого-то другого. Да что я тебе рассказываю, ты и сам всё понимаешь.

– Вы изначально подобрали к нему в команду тех, кто подходит под его личность и стиль управления.

– Это да.

– То есть та схема с гопниками всё же сработала?

– Я не знаю, о чём ты говоришь, —

в кабинете резко похолодало, лицо майора из расслабленно-умиротворённого стало серьёзным, – Не было никакой схемы.

Пауза, тишина в помещении.

Кому-то могло бы показаться, что тишина эта – некомфортная, как надетые мужчиной женские джинсы, как хождение городского жителя босоногим в сосновом лесу. Но лейтенант к психологическому давлению был привычен.

– А что там на самом деле случилось, в Перу?

– Я знаю лишь то, что здесь написано, Кирилл, – майор указал рукой на распечатку, всё так же ежащую на рабочем столе, – Что-то нехорошее, —

пауза, —

То же, что и со всем этим миром.

Арка 4 – Глава 72

Ночь, темно, лежу в кровати. Центральная комната заимки, моя команда и вратарь//зачёркнуто Кирилл уже спят. А я проснулся от острого приступа паники.

Тупой, пульсирующий комок в центре живота, остатки сна, заторможенное понимание – кто я и где я; мозг получил точку опоры, лихорадочно ищет угрозу, реальную и мнимую; дверь? Дверь в комнату с порталом закрыта, косячные щели лениво светятся; рука сжимает меч, что ранее лежал рядом с кроватью, глаза всматриваются в темноту.

Вдох… выдох… Миш, успокойся, никто тебя не атакует.

Слушаю храп Валерия, просеиваю воспоминания дня, пытаюсь найти причину панической атаки. Вокруг ничего нет, роюсь в памяти, вчерашний день, решение ехать в Перу? Глаза различают в темноте комнаты всё больше деталей. Белеющая печка, лежащие на кроватях друзья; Кирилл и Андрюха на боку, Валерий на спине. Как он так спит, неудобно же.

Не ехать?

Но я уже убедил свою команду. Нет, не так, они сами убедились.

Рассказал всё, как есть: куратор, мол, предложил нашей группе вояж; а всё потому, что мы – одни из самых мощных и слаженных; и в качестве десерта нам всем выдают разрешения на ношение личного боевого оружия. Драконов даже уговаривать не пришлось; Андрюха и Валерий согласились сразу, Ирина над чем-то задумалась, тоже сказала да.

Это всё на левой чаше весов, на правой – моя верная спутница, тревога. Весы заляпаны старым, застывшим жиром, с наскоку не отмыть. “Подумаю об этом завтра” – шепчу сам себе, еле двигаю пересохшими губами.

– Пробуем, что ли? —

всё обговорено, на вступление в одноимённый клан драконы согласны.

В процессе конструктивной беседы великолепная четвёрка решила – для создания клана, если такая функция у стат-барьера вообще присутствует, требуется что-то простое, интуитивно понятное. Что-то вроде:

– Хочу создать клан, – произнёс я, приложив руку к барьеру.

– Не работает? – Андрюха пожирает глазами моё недовольное лицо, – Я же говорил, не может всё быть ТАК просто!

– Создать клан! Группу! Объединение! Создать гильдию! Цех! Эхх… игровая справка!

– Да я вам говорю, тут ДОЛЖНА быть какая-то фича! – пальцы правой руки парня делают чёлко-свайп, на этом не останавливаются, вкапываются в копну белобрысых, пахнущих солнцем волос, – Иначе кланов было бы как звёзд на небе!

– Нам неизвестно точное количество кланов, – может всё-таки кодовое слово? Притащить из библиотеки словарь синонимов, ххе?

– Но на форуме…

– На форуме, ага. А в Москве кур доят. Всё-таки пробуем, с кровью? – оборачиваюсь, ищу у коллег поддержки. Запланированный эксперимент выглядит крипово, интуиция неодобрительно ворчит, драконы невыразительно молчат.

– При чём здесь куры! —

пальцы выкопались, протёрли сытые глаза, повисли вдоль тела, – Кровь обязательно подействует! Прямо как в Вампаре Маскарад Блудлайнз! Там отмычка усилена кровью, там почти все умения на крови, можно вызывать духа волка! И летающих мышей, комаров….

– Неудивительно, игра же про вампиров. Всё, Андрюх, тихо.

Меч из ножен, левая ладонь на клинок, лёгкое нажатие, вспышка боли. Кровь медленно, неохотно вытекает из двухсантиметрового продольного разреза. С богом. Окровавленную ладонь прикладываю к стат-барьеру.

– Ну, что там?!

– Ничего. Только вот кровь, —

рука убрана, рана заклеена заранее приготовленным пластырем, – Кровь на барьере, видишь? Видите? – я обернулся, взглянул на хмурые лица Валерия и Ирины, – Она впитывается.

– Он её пьёт!

– Не выдумывай.

– Ты сам не знаешь!

Я не стал возражать белобрысому, балбес всё равно не остановится, будет упрямо стоять на своём. Пьёт, фу, какая отвратная метафора.

Кровь словно бы впитывалась / экстренно испарялась? со стат-барьера; цвет и консистенция преграды оставались без изменений; у всех наших, кроме Ирины – розовый, у женщины голубой. У большинства волновиков розовый, лишь некоторые видят барьер в других оттенках.

– Алло, Дим? Привет, нужна твоя помощь. Это связано с тем, о чём ты мне на свадьбе… не говорил. Сам дурак, хха. Ну давай, колись! Да, ты мне ничего не говорил, я об этом помню. Мыло… мыло старое. Окей. По прочтении удалить, понял. Да понял я, по-нял! Спасибо тебе. Ага, пока.

Я всё же решился позвонить бывшему другу; о как, бывшему. Не знаю, почему я так сказал. Игрушки подсознания. Димка не стал мяться, не отказал мне, чего я, признаюсь, ожидал.

Ушастый отправил мне подробную инструкцию.

Глава 73

Привет, Миш!

Ещё раз прошу тебя – не говори никому об этом письме и после прочтения удали. Я обещал Альбине, да почти клялся, что никому рассказывать не буду! Если она узнает, что я тебе рассказал – она меня убьёт, ты меня понимаешь?

Клан, в сущности, создаётся просто: собираетесь вместе и сливаете ВСЮ имеющуюся ману в стат-барьер.

Тому, кто слил первым, предлагают создать группу, выбрать название, определить минус-стат; опоздавших уведомляют о минус-стате и предлагают вступить. При вступлении каждый участник должен “вложить” 1 очко ранее определённой создателем характеристики; после вступления он получает обратно часть отданного: если в группе двое и минус-стат у группы ловкость, то у каждого участника будет минус 0,8 ловкости. Минус один и плюс 0.1 за каждого из участников. Короче, чтобы просто отбить характеристику в ноль нужно 10 человек.

Дальше идёт плюс, значительно меньший, 0.01 ловкости за каждого вступившего – мелочь, а приятно:-) Мы сотку пока не перешли, но Айрат вангует, что там за новых членов будут давать меньше.

Так… члены группы могут установить постоянную связь:

для этого идём к стат-барьеру, сливаем всю ману и называем волновое имя друг друга. Оба абонента на момент “коннекта” уже должны быть в одной группе;

(a) если они не состоят в группе – им предложат её создать,

(b) если в группе только один из них – второму предложат вступить.

После “коннекта” трогаешь стат-барьер, называешь имя абонента и отправляешь сообщение: всё по классике, имя, клавиатура, отправить. Маны тратится немного, абонент слышит в своей голове твой голос; если он в этот момент с кем-то беседует или спит… увы.

При определённой сноровке коннект можно почувствовать, он ощущается уходящая в сторону абонента нить. Я так пока не могу, моя команда тоже, инфо пришло от сокланов. Можно различать, где чья нить, за нить можно дёргать – вкладывая ману, абонент это чувствует, такое своеобразное “колми”. Нить можно оборвать, тогда вы не сможете общаться, нужно снова “подключиться” у стат-барьера. Можно отправлять сообщения: представлять их в голове, вкладывать ману и толкать прочь, в скольжение по нити; Блюм говорит – она, когда глаза закрывает, эти нити видит.

P.S. У лидера “коннект” со всеми членами группы по дефолту; кроме того, при создании группы ему дают ему бонусное умение.

P.P.S. Прямо сейчас перечитай и удали письмо.

P.P.P.S. Миш, я серьёзно!

Глава 74

Я хотел взять ПЛ-14 или 15; Серёга убедил меня взять ПМ.

Его аргументы по-военному лаконичны: самозарядный 9-ммтровый пистолет проверен поколениями бойцов, надёжен и компактен; магазин на 8мь патронов, один магазин в пистолет, один в кобуру, пару-тройку в рюкзак. Дядя Вазген говорит, что в кобуре ПМ можно носить с патроном в патроннике и при выключенном предохранителе.

Вставляю снаряженный магазин, опускаю предохранитель вниз, передёргиваю затвор, перевожу предохранитель вверх – происходит снятие курка с боевого взвода. Вновь опускаю предохранитель вниз. Пистолет готов к ношению и стрельбе самовзводом – при достаточном усилии на курок, ход курка при этом больше, чем при дальнейших выстрелах. Само, короче, не нажмётся.

Витязь после каждой тренировки / выхода за портал мне приходилось сдавать Надежде Игоревне, ПМ же оружие личное, иной коленкор. Ощущения от стрельбы приятные, в мишень попадаю, вольно-невольно улыбаюсь.

К труду и самообороне готов.

Глава 75

– О, Дим, привет! Ты тоже летишь!?

– Привет, Миш! – здоровяк широко улыбается, протягивает ладонь. Рука у него вроде зажила, тьфу-тьфу-тьфу, – Да, мы тоже летим, – подбородок мужчины совершает подворот в сторону его группы. Лёгкий запах пластика, запихивается на полки ручная кладь, клацают защёлки. Чувствую себя неловко.

– Я не знал, что вас привлекли.

– Да всё, как обычно, решилось в последний момент, – разовое колебательное движение плеч вверх и вниз, – Вместе веселей!

– Мм…по простоо-рам? – тяну ударную букву “о”, будто связку на лодыжке.

– А то! – размашистый, уверенный кивок, – Но в самолёте лучше не выпивать. Даже хоо-ром!

– Песню за-пии-вай!

– А потом закусывай!

Мы с ушастым улыбались, выглядя, наверное, со стороны, как два идиота. Мы были достаточно взрослыми, чтобы не переживать из-за такой мелочи.

Нас переместили в Москву, в гостиницу “Салют”; на Гугл Мэпс солидный 4хзвёздочный отель отчаянно пытался стать ближе к метро Тропарёво, впрочем, название станции мне ни о чём не говорило. Драконов накормили ужином, отконвоировали в какой-то ангар; вооружённые мечами, щитами, копьями и арбалетами солдаты дождались появления портала, грубо оттеснили нас в угол и сами покрошили тварей. “Мы тут с вами не в бирюльки играем” – снисходительно пояснил мне капитан.

Звание самодовольного хлыща я узнал позже, от Валерия, угрюмый умел читать погоны. Недовольство недовольством, но это сейчас мы “гражданские специалисты”, а когда нас официально примут на военную службу ситуация с подчинённостью может обостриться! Что, если мы попадём по таких вот самодуров, у?

Нн-да.

Крысы закончились – вместо двух вожаков сегодня вылезло аж пять (!); нас увезли в Шереметьево, осмотрели и погрузили в самолёт.

Для въезда в Перу не требовалась виза, нужен был лишь загран, нет, путаю: Андрюхе пришлось ещё нотариально заверить разрешение родителей. Я думал было, что так вот всё просто ввиду нашей “дипломатической миссии”; оказалось же, что виза россиянам для поездки в республику вообще не нужна.

Из Москвы в Амстердам часа четыре, дозаправка и двенадцать до Лимы. Я гуглил, это ещё быстро: ещё бы, ххе, личные порталы не заставят себя ждать, откроются, блин, прямо в салоне. В Лиме вставало солнце и заканчивалась зима; мы прибыли без пятнадцати пять по Москве – вечера; в Новосибе 21–00, в Лиме девять утра. Разница с Москвой восемь, с Новосибирском выходит двенадцать часов; считать удобно, я так думаю. Порталы откроются через четыре часа, в 13–00.

– Народ, вчера ночью я проснулся от страха, – неуклюжее начало, говорить о подобном мне некомфортно, – Часа в четыре. Страх иррациональный, я не могу понять, что именно является его причиной, – на лицах драконов нет ухмылок, они серьёзны, спасибо, ребят, —

Я постоянно чувствую тревогу, она усиливается каждый раз, когда я размышляю об этой загранпоездке, —

номер Лимской гостиницы, нас четверо, бойня уже позади, и в этот раз нам не мешали работать. Вывезли за город, в заброшенное поле, подстраховали низкорослыми военными; общение велось на испанском и английском… ну как общение… переводчика нам обещали предоставить, ещё не, —

Я мог бы всё списать на расшатанную психику и больные нервы, но по версии стат-барьера у меня почти десять пунктов в интуиции, – яростно массирую большой палец, тягучая, маслянистая пауза, —

Будьте осторожнее, что ли.

Я не знаю, почему мне так сложно было решиться рассказать своей команде о преследующей меня с самой волны паранойе. Наверное, я боялся их осуждения, боялся, что они от меня отвернутся. Их мнение было для меня важным. Да… верно, их мнение для меня важно. Димке я тоже позвонил.

Друг отказывается принимать меня всерьёз: ещё бы, сколько уже раз мальчик прокричал “Волки!”. Пастухи устали хвататься за ружья, купили в аптеке “Эконом” настойку боярышника и беруши.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю