Текст книги "Аттила Атлантики (СИ)"

Автор книги: Александр Гор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Сложности начались ещё до погрузки на борт теплохода. С санитарной обработки, в ходе которой беспокойный «груз» брили наголо и загоняли мыться голышом. Если с мальчишками можно было «разобраться» при помощи подзатыльников, заставляя снять лохмотья и сидеть смирно, пока их стригут, до с девушками пришлось возиться сначала тем четырём-пяти женщинам из состава экипажа лайнера, а потом помощницам из числа бывших рабынь, которых удалось привлечь на свою сторону. Тех, что поверили: это будет не новое рабство, а свободная жизнь во владениях людей, кто их из него освободил.

Для чего нужна была вся эта стрижка, водные процедуры и прожарка тех лохмотьев, что ещё годились для носки? Да чтобы избавиться от живности, обитавшей в тряпье и волосах. Той самой, которая является переносчиками целого «букета» заболеваний, включая чуму. Занести это заболевание сначала на корабль, а потом и на другой континент, не хотелось никому из советских людей. Вот и старались уменьшить риск профилактикой.

По возвращении на рейд Сеуты с лайнера на берег никого не отпускали. Наоборот: догрузили местными беспризорниками и бывшими рабами, продовольствием, водой, топливом, после чего «Тарас Шевченко» взял курс на Карантинные острова. В одиночестве, поскольку один из сторожевиков лишь сопроводил его на пару сотен миль от Гибралтарского пролива, после чего вернулся к городку.

Военно-морская база в проливе за время рейда к Алжиру успела отбить попытку набега соседей с континента, узнавших о смене владельцев города, которых теперь «очень мало». Но тысяче берберов при поддержке пяти галер с моря очень не повезло. Галеры мгновенно расстреляли те два «Шмеля», что не брали в рейд, а конных воинов встретили залпы с «Вилеоны» и пулемётно-автоматный огонь с недостроенных фортов, защищающих Сеуту со стороны суши. Причём, артиллерия оказала на разбойников столь ошеломляющее действие, что пулемётчикам и автоматчикам, в общем-то, досталось не так уж и много работы.

Была у этого нападения и ещё одна сторона. Психологическая. Местное население оценило то, насколько быстро и эффективно расправились с напавшими новые хозяева города, и зауважало их. Мол, шансы стать добычей разбойников у горожан резко снизились.

Буквально через три дня после выхода в плаванье «Тараса Шевченко» в бухту Сеута вошли два «Либерти» с грузом стройматериалов и техники, необходимой для укрепления военно-морской базы. Правда, судам пришлось встать на якоря в заливе, поскольку причалов, способных их принять, не существовало. И разгрузкой занялись самоходные баржи проекта «Танкист», снующие между ними и узким каналом, над которым возвышаются Королевские стены. Именно на эти стены установили пару грузовых стрел, которыми и перегружали всё с «Танкистов»-«зиганшинок».

Инженеры-строители, успевшие оценить фронт предстоящих работ, пока боевые корабли «прогуливались» к Алжиру, первым делом потребовали расширить дорогу к крепости в восточной части города. А для этого пришлось сносить пару десятков домов, выкупленных у бывших владельцев не просто за справедливую, а даже за несколько завышенную цену. Но золота и серебра у советской администрации было достаточно: спасибо туркам, венецианцам и прочим португальцам с испанцами. Так что ещё до отхода эскадры, боевые задачи которой вовсе не закончились набегом на Алжир, в захолустном средневековом городишке северного побережья Африки вовсю тарахтели двигатели бульдозеров и грузовиков. Первые сносили постройки, чаще всего, сложенные из самана или (в лучшем случае) ракушечника, а вторые вывозили строительный мусор туда, где скоро пройдёт дорога к городской цитадели.

Помимо техники и стройматериалов, «Либерти» привезли с нового континента товары, часть которых Касатонов решил «подкинуть» в Лиссабон. «Демонстрационные образцы», как это называют капиталисты. А если конкретно, то по несколько стволов тропических красного и чёрного дерева в подарок «другу» Жуану II, пару мешков картошки, коробочку с ванилью, пяток ананасов, тюк хлопка, по паре десятков шкур американского бобра и ондатры, несколько голов живых индеек.

Ясное дело, скоропортящиеся продукты, вроде ананасов, и «живой товар» (индейки) доставили в очень ограниченном количестве. Конкретно – только то, что предназначалось в подарок португальскому королю. Остальное же, уже в товарных количествах, чтобы привлечь в Сеуту купцов. Особенно ценные, невиданные в Европе породы древесины, растущие за океаном свободно в огромных количествах. Только на её брёвнах, когда португальские столяры оценят красоту «цветного» дерева, можно заработать огромные деньги: богатеи их не пожалеют, увидев мебель из него.

Но визит в гавань Лиссабона планируется очень кратковременным. В чистом виде – ради того, чтобы отблагодарить короля за продажу великолепного места, позволяющего контролировать выход из Средиземного моря в Атлантику. После чего эскадре предстоит снова уйти на север, к берегам Англии: за прошедший год англичане наверняка восстановили часть портов и верфей на побережье Ла-Манша, а то и построить на них несколько новых боевых кораблей. А это – непорядок! Британия в ближайшие несколько десятилетий не должна иметь сколь-нибудь значительного флота!

Фрагмент 27

53

И снова мичману Патюкову предстоит дальняя дорога. Сначала в Ленинград, где ему предстоит какое-то обучение (в радиограмме, пришедшей из столицы, о том, что это будет за обучение, ничего не говорится), а потом – на новое место жительства и работы. Куда именно – тоже бог весть, чем очень расстроилась его супруга, снова носящая в себе ребёнка, ведь «холодный» Ленинград ей очень не нравится: родилась-то она и всю жизнь до замужества провела в тропиках.

В общем-то, расстраивайся, не расстраивайся, а такова военная служба: куда пошлют, туда и приходится оправляться. Пусть Танюха радуется, что здешний, новосветский Ленинград – это не Мурманск двадцатого века, где даже людям, привычным к русской зиме, порой, сдохнуть хочется от холода, влажности и пробирающих до костей ветров с Ледовитого океана.

Свою работу на острове Сердитый Патюков выполнил: дальнобойное орудие, снятое со сторожевого корабля, установлено на форте-маяке северного побережья острова. Ещё две башни с пушками калибром 85 миллиметров прикрывают удобные для высадки места на юге. И пусть сооружение аэродрома в глубине острова не совсем относится к его задачам, но и к этому пришлось приложить руки. И поскольку советских людей на острове немного, на самых простых работах приходилось задействовать туземцев. А кто лучше всего их язык знает? Правильно – жена мичмана и он сам. Вот зачастую и приходилось вступать в качестве прораба, рассказывая аравакам, где копать, как землю трамбовать, почему длинная полоса, очищенная от деревьев и кустов, должна быть ровная, как стул-«трон» вождя племени.

В общем-то, до появления в этих водах кораблей Колумба должно пройти ещё три года, но в начале нынешнего лета отряд кораблей снова отправился к Европе. И не только грабить, но и устанавливать торгово-дипломатические отношения. Пока только с португальцами. Но они же – соседи испанцев, которые вполне могут позавидовать тем диковинкам, что получают португальцы из-за океана. И «раньше срока» попробовать отправить экспедицию «на поиски Индии», чтобы самостоятельно грабить заморские территории. Вот и приходится быть готовыми «взять за жабры» жадных испанцев, едва те объявятся в здешних водах.

Ну, да речь пока не о том, а о необходимости собирать пожитки и отправляться из благословенных тропиков в город, стоящий в глубине Кольского (Чесапикского) залива.

Идти на север пришлось на борту грузопассажирского теплохода, регулярно мотающегося за битумом на остров Апшерон. Ясное дело, когда он возвращался с него гружённый этим ценным сырьём. А поскольку шли в Ленинград уже в первой половине августа, по пути хватили «прелестей» плавания в тутошних водах. И палубу, раскалённую солнцем, стоящим почти в зените, под ногами ощутили, и болтанку, поднятую ураганом, от которого едва успели улизнуть. Так что прибытие в «стольный град» с его приятным летним климатом семейство Патюковых восприняло с радостью.

А город снова изменился. Ещё больше разросся, появились новые производственные корпуса, от металлургического завода куда-то на запад протянулись рельсы железной дороги, стала полностью заасфальтированной центральная улица города, Невский проспект. А ещё у достроечной стенки покачивается на волне брат-близнец пароходо-фрегата «Вилеона». И корпуса двух будущих парусников высятся на стапелях. Причём, один из них выглядит как «систершип» «Вилеоны», находящейся где-то в плавании, а второй смотрится существенно крупнее первенца судостроения советской колонии в Новом Свете.

Как выяснилось, когда Павел и Татьяна уже заселились в служебную квартирку, новостей куда больше, чем видно на первый взгляд. Пусть о начале строительства железной дороги к месторождению каменного угля и сообщалось в радиограммах с новостями, но неясно было, какими темпами идёт это строительство. Статус ударной комсомольской стройки не то, чтобы привёл к молниеносным результатам, но всё-таки сказался на стремлении строителей побыстрее её закончить. По крайней мере, насыпь будущей «железки» и технологической автодороги вдоль неё в целом дотянули до Саскуэханны-Невы. Разумеется, на самых сложных участках даже эта работа пока не завершена, но к началу зимы строители обещают закончить данный этап. В нескольких местах строятся мосты через реки и речушки. Включая самый сложный, через Неву. И, как говорят специалисты, работы с ним – прорва, никак не меньше, чем до начала следующего лета, поскольку приходится бетонировать опоры будущего моста, используя кессоны. Сами же рельсы пока уложены километров на тридцать от города.

Корпус «большого» парусного корабля со временем должен превратиться в грузовое судно с водоизмещением в 1,6 – 1,8 тысяч тонн, и он будет совершать регулярные рейсы через океан, доставляя грузы в район Гибралтарского пролива. Именно там по заданию Штаба колонии выкупили у португальцев небольшой городок Сеута, который и станет базой Военно-морского флота в Средиземном море. Городок невелик, но неплохо укреплён и будет укрепляться ещё сильнее. А значит, потребует массу стройматериалов. Ну, и всевозможные «диковинные» товары нужно будет возить в Европу.

Кстати, про Средиземное море. Эскадра капитана Касатонова там неплохо «порезвилась», гоняя пиратов, и совершила рейд аж до Алжира. И если подхода эскадры с Карантинных островов ожидают со дня на день, то часть «добычи» уже завершила карантин. Так что теперь в Ленинграде построена самая настоящая школа-интернат, поскольку теплоход «Тарас Шевченко» привёз из того рейда полтысячи детей разного возраста, освобождённых из рабства. Между прочим, многих из этих ребятишек уже разобрали и усыновили семьи горожан или фермеров, привезённых ранее из Европы.

Разница во времени прибытия детей и основной эскадры объясняется тем, что теплоход отправился через океан сразу после завершения рейда на Алжир, а боевые корабли продолжили выполнение задания. Снова прошли на север вдоль побережья Португалии, Испании и Франции, «навели шороху» в прибрежных городках Англии, заглянули в освобождённую в прошлом году от англичан французскую провинцию Кале, где «затарились» французскими товарами и провели переговоры с местными властями о том, что те могут свободно ходить за «диковинными» товарами в Сеуту. Новый набег на Лондон устраивать не стали. Просто обогнули Британию с северо-востока, громя прибрежные городки и топя всё, что попадалось на пути, несущее английские флаги. Потому путешествие и затянулось больше, чем на месяц, относительно прибытия в Ленинград круизного лайнера.

А вот что касается учёбы, то Патюкова в Штабе удивили.

– Павел Андреевич, вы же знаете, что такое башни Мартелло?

Ясное дело, мичману этот термин был уже знаком: первые такие начали сооружать на Сердитом ещё при нём. Небольшие прибрежные оборонительные башни, которые в первой половине XIX англичане массово строили по всему миру. Круглые, высотой около 12 метров и диаметром около 15 метров, имевшие гарнизон от 15 до 25 солдат, защищали узкие фарватеры и подступы к портам, имея на «крыше» единственное орудие приличного калибра с круговым обстрелом. Чем-то похожи миниатюрный форт-маяк, которые Павел и вооружал пушками, снятыми со сторожевиков, но без функции маяка. Более утилитарные: лишь оборонительная функция. А значит, предельная простота конструкции: два этажа плюс подвал, в котором хранятся запасы воды и пищи. На первом, «глухом» этаже пороховой склад и склад прочих припасов. На втором, на котором и находится входная дверь (с приставной или верёвочной лестницей), солдатская казарма и комната офицера. Из-за толстенного парапета «крыши» торчит только ствол пушки, вращающейся на лафете на 360 градусов. Стены со стороны моря толщиной около трёх метров, со стороны суши – около двух. Задолбаешься пытаться пробить эту толщу из корабельных орудий, стреляющих ядрами. Даже если будешь изредка попадать в эту башню.

– Мы посовещались и, учитывая ваш опыт работ по вооружению оборонительных укреплений на островах, приняли решение назначить вас ответственным за строительство таких башен на Средиземноморской базе нашего флота, в городе Сеута. Это на входе в Гибралтарский пролив со стороны Средиземного моря, на африканском побережье.

– Но я артиллерист, а не строитель!

– Да, мы знаем это. Поэтому в вопросах строительства вам будет помогать инженер соответствующего профиля. Вы же, помимо знания артиллерии, проявили себя как отличный организатор как раз в деле строительства этих укреплений. А потому вам необходимо освоить новую технику, которая будет устанавливаться на эти башни. Получите кое-какие знания об основах фортификации и отправитесь в Сеуту, заниматься защитой города с моря.

«Новая техника»? Да какая она, к чёрту, новая? Бронзовые гладкоствольные пушки, которые устарели ещё в конце девятнадцатого века. Хотя конечно, в сравнении с тем барахлом, что сегодня используется европейцами, это даже не завтрашний, а послезавтрашний день артиллерии.

54

Духовник – это одно дело, а вот когда духовная дочь обращается к тебе с вопросом не столь веры, сколь государственной политики, совсем другое. Хотя, конечно, и религиозный аспект в её обращении присутствует. Нет, сам факт того, что королева обратилась к епископу Алаверы и члену Королевского совета Кастилии Эрнандо де Талавера с просьбой о совете не столь уж сильно выходит за рамки его полномочий: он же и есть советник. Любопытно дело, которое её беспокоит. И человек, который стал причиной этого разговора.

– Насколько мне известно, Ваше Преосвященство, вы знакомы с идеями этого генуэзца, Кристобаля Колона, ведь именно вы возглавляли комиссию, рассматривавшую её. К сожалению, комиссия отнеслась к ним скептически, и мы отказали Колону в поддержке его экспедиции. Но потом появились эти самые «морские гунны»…

– Печально. И то, что они появились, и то, что генуэзец оказался прав в своём предположении о возможности путешествия на восток через Атлантический океан, и то, что возглавляемая мной комиссия не была уверена в возможности таких путешествий.

– Никто не был уверен в этом. И не ожидал, что именно с запада, из-за океана, Кастилии и Арагону может угрожать опасность. И не только им. Ведь если в этом году от действий «Аттилы Атлантики» пострадали всего полтора десятков наших кораблей, то из Англии приходят известия о том, что «гунны» снова разрушили их порты на побережье и верфи, потопили и сожгли множество их кораблей. Счёт идёт на десятки, если не на сотни. То же самое касается венецианских и генуэзских кораблей в Средиземном море, голландских и датских в Северном.

– Вы забыли упомянуть корабли магометан. Хотя, конечно, это, скорее, благо для Кастилии и Арагона. Ведь, насколько мне известно, люди «Аттилы Атлантики» очень жестоко обошлись с захваченным ими османом Кемаль-реисом, посланным султаном для помощи Гранаде. И этим, слава Господу Нашему, существенно помогли нам.

Оба принялись креститься и шептать молитвы.

– Нет, Ваше Преосвященство, я не забыло про это. Даже больше. Как нам стало известно от людей, побывавших в Сеуте, та небольшая флотилия, что «гунны» оставили в этом городке, купленном ими у Португалии… Её действия в ближайшее время будут направлены именно против магометан. А конкретно – против берберийских пиратов, наводящих ужас на мореплавателей в западной части Средиземного моря. Оказывается, «гунны» категорически не приемлют рабства, и ставят перед собой задачу отбить желание берберов захватывать их хоть из числа европейцев, хоть их числа негров.

– И увозят этих бывших рабов с собой за океан, – усмехнулся епископ, показав своими словами, что наслышан о делах, происходящих в Сеуте.

– Не всех. Часть освобождённых, изъявивших желание вернуться на родину, они отпускают. И среди таких оказалось немало кастильцев или арагонцев. По словам, этих людей, те, кого «Аттила Атлантики» забрал с собой, там, за океаном, будут свободны, получат земли или инструменты, которыми они привыкли зарабатывать себе на жизнь. А поскольку там, у них, климат мало отличается от климата садов Эдема, то их ждёт едва ли не рай земной. Не считайте это за богохульство, Ваше Преосвященство, я просто передаю их слова.

Изабелле часто льстили, называя красавицей, но таковой она не была. Обыкновенная женщина, уже начавшая полнеть. Но, как хорошо знал де Таллавера, весьма умная. Вот и сейчас обезопасила себя от вполне реального обвинения.

– Но ведь вы, Ваше Высочество, призвали меня не для того, чтобы обсудить со мной то, как живут в заокеанских далях так называемые «морские гунны». Тем более, о том нам известно лишь со слов людей, тоже услышавших о том с чужих слов.

– Нет, конечно. Меня интересуют более прозаические вещи. А конкретно – деньги, необходимые Кастилии для завершения войны с Гранадой и, соответственно, всей Реконкисты. Нам нужно золото, чтобы закончить эту войну, чтобы не взбунтовались наёмники и не разбежалась армия. Вы же знаете, что мне пришлось лично отправиться к осаждённой Малаге, чтобы этого не случилось, когда наши с Фердинандом войска стали испытывать трудности с деньгами. А там, за океаном, имеются такие товары, которые в Европе будут покупать за любые деньги.

Епископу, имеющему связи с Португалией (несколько лет назад он ездил в соседнюю страну, чтобы убедиться в том, что соперница Изабеллы в правах на кастильский престол, Хуана, отправилась в монастырь), было известно и о визите в Лиссабон «Аттилы Атлантики», и о товарах, образцы которых тот передал королю Жуану II. Его знакомые с восторгом отзывались о пряности, подаренной королю, о прекрасных красном и чёрном дереве, из которых местные мастера уже изготовили набор мебели для него, о «земных яблоках» и полужидкой ярко-красной приправе к мясу, делающей вкус блюд «незабываемым». Да, если лишить Португалию и «гуннов» монополии на эти диковинки (епископ знал и о том, что этими товарами теперь будут торговать в Сеуте), то Кастилия и Арагон смогут очень неплохо заработать.

– То есть, вы, Ваше высочество, склоняетесь к мысли, что мы зря отказали Кристобалю Колону в поддержке его экспедиции?

– Возможно, зря. Вам прекрасно известно, насколько высоки его требования: титул вице-короля территорий, которые он откроет, звание Адмирала Океана. Для бедного и безродного чужестранца, женатого на португальской дворянке, предлагавшего свои услуги и португальцам, и англичанам, да ещё и преследовавшегося нашими соседями за какие-то махинации? Я считаю, что это слишком много.

– Насколько мне известно, для Колона это принципиально. Вы же только что сказали, что он всего лишь женат на португальской дворянке, а не является дворянином. Да, образован, поскольку закончил университет в Павии, да, знаком с видными учёными, да обладает опытом мореплавателя, поскольку успел побывать в Ирландии, на острове Исландия и даже, вместе с португальцами, на Золотом Берегу в Африке. В конце концов, увлечён своей идеей плаванья в Индию через Атлантический океан. Но безроден. Отсюда и стремление стать не просто потомственным дворянином, а очень значимой личностью. «Морские гунны» же подтвердили его уверенность в том, что путь в Индию через Атлантику существует. Так что с вашей помощью, Ваше Высочество, или с чьей-то другой, но он от своей идеи не отступится. Мне кажется, что будет лучше, если он отправится за океан как подданный Вашего Высочества, а не, скажем, Португалии, Англии, Франции или его родной Генуи. Впрочем, я не исключаю того, что, когда сведения о чудесных товарах за океаном дойдут до Его Святейшества, Святой Престол в лице папы Иннокентия VIII, тоже генуэзца, найдёт средства поддержать данное путешествие.

– Но неужели невозможно найти человека с куда меньшими претензиями, чтобы он совершил это плавание?

Епископ вздохнул.

– Мне кажется, что можно. Но другой будет не столь одержимым в стремлении добиться успеха, что, согласитесь, Ваше Высочество, имеет очень большое значение в столь рискованном предприятии. Ведь экспедиция отправится в неведомые дали. Кроме того, что значит титул вице-короля? Всего лишь наместник, не имеющий права передать его потомкам. Да, дворянство ему придётся дать. Но вы же знаете, как увеличилось число дворян в Кастилии и Арагоне за время Реконкисты. Подчас, дворян, не имеющих за душой ничего, кроме собственной шпаги. Одним больше, одним меньше… Звание Адмирала Океана? Так пусть оно у него будет: никто же не позволит ему командовать флотом.

Изабелла ненадолго задумалась.

– Пожалуй, вы правы, Ваше Преосвященство. Вот только где взять деньги на оснащение этой экспедиции? Вы же знаете: идёт война, и казна практически пуста.

– Как мне кажется, эта проблема тоже решаема. Насколько мне известно, герцог Медина-Сели владеет сотней кораблей и хорошо знаком с многими купцами и банкирами. Теперь, когда им известно о товарах из-за океана, они будут более сговорчивыми в деле выделения средств. Орден Иеронимитов, в котором я имею честь состоять, вряд ли сможет собрать много денег, но наверняка поддержит начинание Колона духовно: насколько мне известно, там, за океаном, вера в Господа Нашего либо вовсе неведома, либо крайне мало распространена. И обращение язычников в Веру Христову добавит славы не только им, но и христианнейшей королеве Изабелле, одобрившей их духовный подвиг. От вас же, Ваше Высочество, потребуются лишь слова о том, что вы поддержали начинание этого генуэзца. Ну, и некоторое незначительное пожертвование. Неужели у вас не найдётся какого-нибудь не очень нравящегося вас ожерелья или перстня, которые можно продать, чтобы сделать свой вклад в дело, столь нужное Кастилии?

– Тогда, – улыбнулась королева. – Отыщите этого генуэзца и передайте ему, что я готова оказать ему поддержку. И предварительно переговорите с герцогом: я не хочу быть просительницей. Но Колон должен отплыть уже весной следующего года. Нам просто нельзя ждать, когда португальцы захватят рынок заокеанских диковинок.