Текст книги "Капкан для скифа"

Автор книги: Александр Чернобук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

– Это да, – охотно согласился он. – Сегодня по графику день Таньки и Светки. Они уже, наверное, намазались, надухарились и сидят, попками водят, нервничают, приглашения ждут…

– Вот видишь. Поэтому, если ты согласен…

– Скиф, согласен я, согласен. Авторитет, не авторитет. С тобой мне все фиолетово. Ты у нас бригадир и мозговой центр. Кроме того, ты мой друг. Я тебе верю безгранично. Мое дело, – Боря прогнул спину и поиграл мышцами, – стоять от тебя по левую руку и страховать. Вижу, тебя там что-то в этой теме стремает. Ты не парься и, если дело нужное, командуй смело. Я готов. И завтра, и всегда.

– Нужное, Боря. Очень нужное, – сглотнул я накопившуюся слюну.

– Тогда я завтра в девять вечера для получения инструктажа приезжаю на дачу. Необходимый комплект вещей прихвачу.

– Добро, на том и порешим, – я допил свой сок, встал из-за стола, протянул руку. – До завтра.

– Пока, Скиф.

– Ты там с Танюшей, Светушей не переусердствуй. А то вымотают тебя, не встанешь завтра.

– Эти две? Невозможно, – безапелляционно заявил Боря.

***

В этот раз меня не волновали размышления современных владельцев чудесного здания бывшей гостиницы «Советская», располагающегося в центре, неподалеку от главной площади города. Не терзался я мыслями и об аргументах, которыми они оперировали, превращая гостиничный комплекс в бизнес-центр.

Одолеваемый совершенно другими, тягостными, размышлениями, я взлетел на третий этаж и толкнул вторую справа по коридору дверь под не изменившейся с последнего моего посещения вывеской: «Охранное агентство «Легион». Металлическая дверь снова противно скрипнула. Я в который раз поморщился:

– Петли Майкл так и не смазал…

Окинул привычным взглядом перегороженную барьером крошечную приемную:

– День добрый! – приветливо кивнул сидящей за столиком с компьютером и телефоном Вере, миниатюрной брюнетке с трогательно вздернутым носиком.

– Здравствуйте.

– Как дела, красотуля?

– Спасибо, хорошо.

– Я созванивался с Михаилом Викторовичем…

– Да, да! Михаил Викторович меня предупреждал, – поспешно проговорила Вера и склонилась в поисках нужной бумажки.

Я невольно улыбнулся – визуально она меня, безусловно, помнила, к тому же Мишка ее предупредил, что я приду, а вот имя без шпаргалки вспомнить не могла.

– Верочка, не утруждайтесь. Меня зовут Евгений…

– Анатолиевич Чекризов, – смущенно подхватила она, найдя необходимую подсказку на четвертушке бумаги.

– Вот и славно. Это, действительно, мое полное имя. Вас, прекрасную розу, неожиданно и неосторожно расцветшую на столь неблагодатной почве частного сыска, Михаил Викторович еще не обременил… селектором?

– Нет, пока приходится так, ножками, – улыбнулась девчонка – искренне, не так, как для клиентов. – Все грозится…

– Ну, раз обещает, значит, сделает. Он такой. Слово держит. Занят? – я кивнул в сторону двери начальника.

– У него там человек, но он приказал о вашем приходе сообщить незамедлительно, – она встала и проскочила в кабинет. – Одну секунду. Я сейчас спрошу.

Примерно через десять секунд приоткрывшаяся дверь пропустила офис-менеджера Веру в обратном направлении.

– Сейчас, – кивнула она мне совсем по-дружески.

– Спасибо.

В дверях кабинета Майкла показался мужчина средних лет в сером костюме и при галстуке. Он недовольно покосился на меня и примостился на стул для посетителей. Мишка, видимо, прервал их беседу и попросил подождать за дверью. Я, никак не реагируя на его недовольную багровую, истекающую потом, который он непрерывно вытирал мокрым носовым платком, харю, прошествовал в кабинет.

– Скифу наше почтение! – Майкл встал из-за стола, так же, как всегда заваленного кипами распечатанных документов и листами бумаги, заполненными от руки. – Рад тебя видеть.

Он с трудом оторвался от пачки ксерокопий, которые держал в руке и просматривал. Бросил листы на стол и вышел мне на встречу, пожал руку и обнял:

– Здорово!

– Салют, Майкл.

– Притащили документы на интересную хреновину. Предлагают купить по дешевке. Надо, наверное, брать. Такая халява нечасто бывает. Продавец – тот тип, который только что вышел в приемную. Торгуется, гаденыш, отчаянно, но не твердо. Судя по всему, спер этот прибор где-то, жулик. Взгляни, как тебе?

– Давай посмотрим, на что ты там взгляд положил, – видя, как горят глаза Майкла, я решил проявить такт.

Подошел к столу и склонился над бумагами, схемами и чертежами:

– Компьютеризированный охранный комплекс «ОКО-2М», – вслух прочитал я и перевел взгляд на Мишку. – Звучит красиво. Наше двойное око незримо: везде бдит и никогда не спит. Так?

– Примерно. Сталкивался?

– Не приходилось, Майкл.

– Любопытная штука. Правда, несколько устаревшая…

– Несколько?

– Честно говоря, порядком уже. Но для нашей периферии покатит. – Майкл потирал руки. – Главное, цена смешная. И с гансом этим, я чувствую, можно еще поторговаться. Хорошенечко так…

– Провинция и есть провинция. – Пришлось взять в руки документацию и пробежать ее глазами. – Прилично устаревший экземпляр, судя по характеристикам…

– Есть малехо… Сам знаю.

– На кой тебе, Майкл, вообще эта штука? – поинтересовался я, хотя мысли мои были далеки от любых охранных систем.

– Как это «на кой»? – изумился Мишка. – Это же мой бизнес. Я подобными прибамбасами на кусок хлеба себе зарабатываю.

– С маслом?

– И с икрой.

– Применять будешь или только на витрине держать? Хвастаться? – вяло продолжал разговор я и мотнул головой в сторону стенда с выставкой подобной техники.

– Хотя бы только для того, чтобы перепродать, и то стоит купить это «ОКО», а если взять его под «жирного» клиента с установкой, да еще и с последующим обслуживанием… У-у-у-у-х. Классная тема. Мазевая… Денежная…

– Ясно. А что там у тебя с «Космосом»? Никто тебя не беспокоил? Шняг левых с их стороны не наблюдается? – решил я сменить тему, опасаясь, что Майкл будет восторгаться этим прибором до вечера. – Все спокойно?

– Да, хотел сказать, был у меня с утра один товарищ-«эскимос». По телефону не стал звонить, ты все равно сюда уже ехал…

– Что-то не так с ними? Наезд? Пробивка? – Я напрягся: «Беда не приходит одна», – всплыла в голове старая истина.

– Наоборот. Все в порядке, – успокоил меня Майкл. – Сегодня утром заходил один из представителей этого издательства, из службы безопасности «Космоса», проще говоря…

– И что?

– Знаешь, так… тое-сее, ля-ля, фа-фа поначалу. О птичках разговор завел. Представился сразу, конечно. Визитку оставил, куда-то я ее задевал, – Мишка начал рыться в ворохе бумаг на столе, – что-то не вижу нигде…

– Ладно, не ищи. Чего он хотел?

– Я же и говорю, сначала повел базар ни о чем, абсолютно левый, печки-лавочки, коробки-булавочки, типа познакомиться…

– А по сути? – я начал терять терпение.

– Привет передал. Мне. – Майкл откинулся в кресле и положил затылок на подголовник. – Я так понял – это и была основная цель его визита.

– От кого?

– От какого-то Иваныча.

– А ты что?

– А я? Виду не подал, что ни сном, ни духом про Иваныча. Поблагодарил и велел кланяться от меня ему при случае.

– Ну, и правильно сделал.

– Теперь просвети ты меня, Скиф. Иваныч – это кто?

– Есть такой хороший дядька…

– Из столицы?

– Оттуда. Тренер ЦСКА. Бывший.

– Твой?

– Нет, корешка одного. Состоялся, значит, разговор у них там о тебе, твоем «Легионе» и «Космосе». – Я задумчиво закурил сигарету. – Без всякого сигнала с моей стороны. Молодчина, Виктор, спасибо тебе…

– Так что, это был…

– Совершенно верно. Это был, Мишка, визит вежливости. Теперь все, со стороны «Космоса» никаких подлян можешь не ожидать. Для них с этого момента на распознавательный сигнал «свой-чужой» ты искришься всеми цветами положительного опознавательного ответа – «свой»…

– Премного благодарен, Скиф. – Мишка приложил руки к груди, жест был ироничным, но слова прозвучали абсолютно серьезно.

– На здоровье.

– А чем это от тебя таким несет. А, Жека? – Майкл энергично втянул воздух носом, принюхиваясь. – Это что ты такое бухал вчера? Какая-то настойка на ментоле? Абсолютно свежее сорокаградусное дыхание! А ну, колись. Я тоже хочу попробовать.

– Как тебе сказать, не советую, – я отстранился и от Мишки, и от стола. Отошел и сел на другой, дальний от его кресла, стул.

– И что, вообще, с тобой? – Майкл, наконец-то, обратил внимание на мой безрадостный вид. – Заболел, что ли?

– И это тоже.

– А воняет от тебя… валидолом, – догадался Мишка и участливо спросил. – Снова сердце прижало? Да, Скиф?

– Оно.

– У тебя что-то случилось?

– Случилось, – я угрюмо кивнул головой. – Нужен ты мне, Мишка. На сегодняшний вечер. Часов с девяти и до упора…

– В шашки Го поиграть? Так я сегодня в форме. Могу тебе даже фору дать… – пошутил Майкл, но на его лице не было и тени улыбки. – Я в полном твоем распоряжении, Жека. И я, и вся моя фирма, вместе с техникой и штатом в полном составе. Говори смело.

– Вся?

– Кроме Веры, естественно, – исправился Мишка и, помедлив, добавил: – Пока – кроме Веры…

– Пока что? Пока не забеременеет? На кой она мне потом? – я взглянул на часы, время неумолимо неслось вперед и отпущенное на шутки уже закончилось. Я перешел к цели своего визита:

– Тема такая. У меня вчера украли Юлю…

– Как украли? И ты молчал? – Майкл сорвался с кресла и пробежал по кабинету до входной двери, развернулся. – А я здесь тебе про шняги все свои голимые пел, про «ОКО-2М» это долбанное рассказывал, «Космосы», хреносмосы! Что ж ты слушал всю эту бредятину?..

– Ладно, Майкл, давай перейдем к делу. Времени и так немного осталось. В чем мне нужна твоя помощь…

– Да, да. Что требуют? Деньги? Много? – Мишка вернулся в кресло и нервно закурил. – Сколько у меня есть, все отдам. Могу фирму в залог поставить, кредит под нее взять…

– Спасибо, Майкл, все это не нужно. Дело совсем не в деньгах. Хотя и странно это очень, – терпеливо начал разъяснять я. – Они моими руками хотят ограбить Прохора…

– Кого? – Майкл подпрыгнул на месте.

– Прохора.

– Ого. Лихо, – он завертелся в кресле. – Не кислый раскладец вырисовывается. Это кто же, интересно, так Прохора невзлюбил?

– В том-то все и дело. Сам толком еще не сориентировался. Мысли, конечно, определенные есть, но и только. Мы с Костей со вчерашнего дня столько всяких версий нагородили. Три вагона, шесть тележек. Я тебя сейчас во все нюансы посвящать не буду…

– Почему? – подозрительно поинтересовался. Мишка. – Костю посвятил. Он со вчерашнего дня с тобой…

– Долго, Майкл. Вечером, по ходу, сориентирую. Сейчас мне нужно только твое принципиальное согласие на…

– Скиф, – тоном, не терпящим возражений, перебил меня Майкл, – я тебе даю свое согласие…

– Согласие на что? – я растянул губы в резиновой улыбке.

– На все.

– Ты даже не хочешь выслушать, что мы будем все вместе делать сегодня вечером? А там дела будут далекие от…

– Нет. Мне достаточно того, что это надо тебе. – Мишка звучно хлопнул ладонью по поверхности стола. – И баста!

– А если…

– При любых «если». В наших отношениях, Скиф, ничего не изменилось. Если у тебя есть необходимость брать РОВД приступом, я пойду с тобой и на это. Только попроси.

– Спасибо, Мишка. Ты не так далек от истины, как тебе кажется. Захват сегодня, действительно, планируется… И будет он осуществляться в двадцать два ноль-ноль…

– Чего? Райотдела милиции? Это после Прохора или до? Я что, правда, срубил эту фишку? – Майкл рассмеялся.

Я внимательно вслушался в тембр его голоса. Смех был ровный, веселый, задорный. Немного громкий, но без ноток истеричности. Майкл хохотал искренне и без нервов. Выражение его лица тоже радовало – на нем не было тени сомнения, печати тяжких раздумий или еще каких-то проявлений негативных эмоций.

– Нет, Миха. Ментов сегодня трогать не будем.

– Жаль. А я так надеялся…

– Не будь таким кровожадным. Ограничимся «Левиафаном». Давай, раз согласен, подгребай на общий сбор всех участников сегодняшней акции.

– А кто кроме нас двоих замазан в теме?

– Боря Геракл, Рома Бес и…

– Костя Купер.

– Точно. Куда же без него.

– Стало быть, пятеро. – Миха жевал фильтр неприкуренной сигареты. – И во сколько мне следует прибыть?

– В девять.

– Куда?

– На нашу дачу. Бригадную.

– Там, где вы народ пытаете видом пыток?

– Хорошая тавтология, принимается. – Я усмехнулся и кивнул. – Это там. Дорогу помнишь?

– Найду.

– Мы там гужбанили на день рождения Бори Геракла. Года три назад. Ты еще тогда своим ходом приезжал…

– Не заблужусь. Не переживай.

– Замечательно. Жду в девять.

– Буду вовремя.

– Оттуда все вместе и будем выдвигаться.

– Что при себе необходимо иметь? – спросил Майкл.

– Джентельментский набор гоп-стопника.

– Спортивная одежда темного цвета, волына, лыжная маска, – перечислил Мишка. – Ничего не упустил?

– С памятью все в порядке. В тебе, Майкл, умирает скокарь.

– Сам убиваю. Мне и в шкуре главы охранного агентства неплохо живется. Заморочек хватает «выше крыши».

– С развлекухой у тебя здесь, наверняка, все в порядке. Не сомневаюсь. Хорошее занятие – держать охранное агентство…

– Для выделения адреналина, – закончил за меня Майкл.

– Дело нужное, без него кровь застаивается. Прощаемся, а то твой продавец там, в предбаннике, совсем заскучает.

– Да и Бог с ним.

– Ну, зачем же такими кадрами разбрасываться? Жулики всякие нужны, жулики всякие важны, – возразил я.

– Согласен.

– Или, от нечего делать, этот красавец к Вере начнет клинья подбивать, – подмигнул я другу и встал со стула.

– Этого допустить никак нельзя. Дорога она мне…

– Пока что, как офис-менеджер, а чуть погодя и как память…

– Какой ты, Скиф, прагматичный сегодня.

– Не до романтики мне сейчас. Побегу, на вечер готовиться надо.

– Тогда до вечера, – Майкл протянул руку.

– До встречи. В девять.

– На даче. Ты это… – Мишка задержал мою руку в своей, заметно смутился, подбирая слова, – береги себя, Скиф. Поаккуратней там со здоровьем…

– Хорошо. Договорились. – Хлопнув друга по плечу, я покинул кабинет. – Спасибо за заботу.

Хозяин ворованного компьютеризированного охранного комплекса «ОКО-2М» что-то недовольно пробурчал в мою сторону и попытался проскочить мимо в открытые двери кабинета. Я толком не разобрал, каким именем этот сорокалетний господин наградил меня, но что-то типа «ходят здесь всякие, сидеть, ждать полдня заставляют», прозвучало более-менее отчетливо.

Пришлось задержаться еще на пару минут для профилактической беседы с говорливым жуликом. Нельзя же такие комплименты мимо ушей пропускать и делать вид, что ничего не произошло. Тем более, в такой день. Злой я сегодня.

– Милейший, – уперся я в грудь владельцу краденного «ОКО-2М» ладонью правой руки. Он невольно остановился и начал, загребая ногами, пробуксовывать на месте. – Не соблаговолите ли вы громко повторить то, что вы минуту назад пробормотали себе под нос?

– Я?.. А чего… это я… – начал гундосить, глупо улыбаясь, мужик, – я совсем и ничего…

– Уверен, – приблизил я лицо к его перепуганной потной роже, – что нормально себя ведешь на этом свете? Базлай быстро и по теме.

– Да я молчу, извините на всякий случай, – с готовностью ответил он и добавил: – Пожалуйста… я совсем ничего… наверное, вам послышалось… я же как рыба об лед… ни слова не сказал. Вот, у девушки спросите.

– Хорошо, – убрал я руку от его груди и положил ее на плечо. – Задаю один вопрос. Отвечаешь быстро, будет все вери вэл. Если тянешь резину, или шняги паришь, не обессудь. Усек?

– Да. Понял. Как же. Чего же тут непонятного? – мелко затрусил головой мужик, обтирая голову вместе с шеей мокрым носовым платком. На мой взгляд, эту слизкую тряпочку уже давно пора было выкручивать.

– Готов?

– Готов.

– Ты в зоопарке был? – выстрелил я вопросом.

Он на долю секунды замер, пытаясь найти подвох, и без дальнейшего промедления выдал:

– Был. Да.

– Ну, а чего убежал? – отечески похлопал я обескураженного мужика по плечу. – Тебя что, плохо кормили?

Он снова глупо улыбнулся, переваривая шутку.

– Иди, – легко подтолкнул я его в сторону двери Майкла, – там Михаил Викторович уже заждался.

Я на прощание кивнул Вере и направился к выходу. Сзади послышался смех офис-менеджера и властный голос Мишки:

– Проходите, пожалуйста. Продолжим. «ОКО-2М» вещь, безусловно, хорошая и нужная, но я бы хотел поговорить об…

Дверь за мной захлопнулась, скрипнув на прощание петлями, и какую выбрал Майкл стратегию для ведения торгов за сей ценный прибор, я уже не услышал.

«Левиафан»

Рембо уселся в «девятку» Беса. Повозился на узком для его исполинской фигуры сиденье. Аккуратно прикрыл дверцу – она отщелкнулась:

– Это чего у тебя, Бес, с дверцей? Привет.

– Ха-ха. Очень смешно. Это же тебе не «Мерседес». Хлопай сильнее, – Рома пожал протянутую руку. – Здорово.

Рембо треснул дверцей так, что с торпеды упала пачка сигарет:

– Во, закрылась, – резюмировал он. – Как дела?

– Ну, ты все же полегче, это не «Запорожец» все-таки. Как-никак – «девятка», – обижено заметил Бес.

– Тоже мне машина.

– Какая есть.

– Ничего, скоро новую купишь, – подбодрил Рембо.

– Сразу же, – согласился Рома.

– Так, что у тебя?

– Дела у нас чики-пики.

– Конкретней.

– Скиф купился. Отобрал четверых бойцов для штурма «Левиафана». Я в их числе. Похоже, сегодня уделаем твоего Прохора.

– Попробуйте…

– У него точно в сейфе двести штук есть? А то я тогда так, навскидку, брякнул, чтоб тебя расшевелить.

Рембо усмехнулся:

– Есть, есть.

– Это хорошо.

– Только я сомневаюсь, чтобы Прохору вы смогли крылья припалить. У него охрана – не опера бывшие пополам со студентами-двоечниками.

– Ты на что это намекаешь?

– Я намекаю? – искренне удивился Рембо.

– Ну не я же…

– Какие намеки? Я прямо говорю! Из вашей пятерки только Скиф чего-то стоит, да этот кореш его, Костя, ствол умеет держать.

– Ты скажешь! Я по стрельбам грамоты даже получал, – недовольно похвастался Бес. – В мусоровке тоже чему-то учат. Не сомневайся…

– Водяру стаканами хлестать.

– Не только, – не согласился Бес. – Майкл с Гераклом тоже не лохи полные. Не пальцем деланные ребятишки. Плюс элемент внезапности… Хана твоему Прохору.

– Ну, ну. Посмотрим. Супермены.

– А то. Поехали, время уже полвосьмого. Пора первую партию денег забирать. Ты звонил – он собрал деньги?

– Звонить зачем?

– Может…

– Не может! Сказано два дня – значит, два. Куда ему деться?

– Завидная уверенность, – покачал головой Рома. – Мне б такую.

– Сегодня к восьми должны быть все до копушки, – не обращая внимания на ироничный тон напарника, продолжил Рембо. – К тому же у него есть свой резон подсуетиться, он штучек двадцать – тридцать с этой темы себе уже отхватил, верняк. Я видел, как у него глаза горели. Быстро соображает парнишка. Скиф так и не научился в людях разбираться. Все больше на мораль надеется, до сих пор не понимает, что главные у человека стимулы – материальные.

– Ты че, это о Сене? Я сам его пять раз на подставах пытался поймать – честно дела ведет. Даже как-то странно.

– Вел.

– Вел?

– Да, вел. Не путай временные формы глагола, Рома. До определенного момента. Сейчас он считает, и правильно считает, что Скифу кранты. Как у человека умного, у него возникает резонный вопрос: «Почему бы ни поживиться напоследок?» Ведь риска практически никакого нет. В любом случае, как дело ни обернется, все спишется на заваруху. Типичная шакалья логика.

– Здраво ты, Рембо, рассуждаешь. Грамотно. Красиво, можно сказать. – Рома повернул ключ зажигания – завел двигатель.

– А то! Кому баблец, а кому звиздец…

Бес тактично промолчал. Он оба дня неотступно следил за Рембо и увидел, что сегодня Мельники сняли наблюдение. Значить это могло только одно – они приняли решение. Нетрудно предположить, какое. Теперь рядом с Рембо ходит смерть. Надо быстро хватать свои деньги и отваливать, иначе эта старуха может махнуть косой поразмашистей. А в самый радостный момент – в момент получения кучи денег – это очень неприятно. Можно даже сказать, несправедливо и обидно.

«Девятка» плавно припарковалась возле подъезда Сени.

– Вытряхивайся, Бес.

– А мне зачем? Сам не донесешь, что ли?

– Пошли, подстрахуешь в подъезде.

– Лады, как скажешь, с тобой так с тобой, – Рома с готовностью покинул машину. – Скифа боишься?

Рембо неопределенно хрюкнул, но промолчал.

– Абсолютно напрасно. Ему сейчас не до своего бухгалтера. Он в данный момент натирает волыну маслом, снаряжает магазин.

У Беса было приподнятое настроение. Через считанные минуты он получит сто штук зелени. Это же совсем другая жизнь открывает свои объятия. Горизонты раздвигаются и в этом мире доступным становится не просто все, а абсолютно все… А через несколько часов еще сто тысяч… С тридцатником, полученным от Савельева, это получится двести тридцать кусков. Вот это деньжищи! Даже дух захватывает…

– Стой там, – Серега показал напарнику на нишу с мусоросборником, между шестым и седьмыми этажами. – В случае чего, сам знаешь что делать.

– Где? – не понял Рома.

– За вон той толстой трубой!

– Будет исполнено.

Бес послушно кивнул и спрятался. Счастливая улыбка блуждала на его лице.

Рембо взглянул на часы – девятнадцать пятьдесят восемь – и нажал кнопку звонка. Дверь открылась. Он улыбнулся бледному Сене:

– Точность – тютелька королей.

– Здравствуйте.

– Здорово, здорово! – Савельев с видом хозяина перешагнул порог.

Алексей посторонился, пропуская опасного гостя. Серега уже знакомой дорогой, не разуваясь, прошел на кухню:

– Все путем?

– Угу. Кофе?

– Сегодня обойдусь. Не беспокойся. – Сергей уселся на табурет. – К тому же он у тебя оставляет желать лучшего.

– Я купил другой.

– Для меня специально купил нормальный кофе? – Рембо смерил бухгалтера удивленным взглядом.

– Да.

– Молодец. Но ответ все равно «нет». Деньги собрал?

– Уаага, – промямлил Сеня и дрожащей рукой положил на стол газетный сверток.

– Здесь все?

– Да, как вы говорили – двести.

– Посмотрим.

Рембо распотрошил газету. Пачки стодолларовых банкнот, стянутые резинками, расползлись зеленой змеей по столу.

– Хорошо считал, все точно? – Серега большим пальцем с треском прошуршал каждой пачкой – «кукол» не было.

– Да все точно, я несколько раз пересчитывал.

– Несколько – это сколько?

– Три.

– Три это лучше чем два, но хуже чем четыре. Ошибки, значит, быть не может?

– Нет.

– Вот и славно, – Рембо неторопливо завернул деньги в газету и небрежно бросил в целлофановый пакет. – Слушай меня теперь внимательно.

– Слушаю внимательно, – еле слышным эхом отозвался Сеня.

– Я тебя и твою семью не трогаю. Все честно, ты меня не подвел, я свое слово тоже сдержу. Никто никому ничего не должен. Края. Живи спокойно.

– Спасибо, – пролепетал бухгалтер.

– Эти бабки, – Савельев потряс пакетом, – законно мои. Скиф твой развел меня и это – обратка. Закон сохранения. Помнишь такой?

– Да, да, конечно, – поспешно закивал головой несостоявшийся инженер, – закон сохранения энергии Эйнштейна…

– Формулы можешь не говорить. Не надо: бином Ньютона, закон Джоуля-Ленца, правило буравчика, – перебил его Савельев, – это частности…

– Не буду, – замотал головой Алексей.

– Закон сохранения действует на все сферы жизни. А уж на экономическую – в первую очередь. Если где-то прибыло, значит, откуда-то убыло. Правильно?

В этот раз Сеня опасливо покивал. Молча.

– Сиди тихо. Скифу сейчас не до тебя. Не отвлекай шефа мелочами. Завтра я по бабкам ему сделаю официальную предъяву. А ты, – он похлопал бухгалтера ладонью по щеке, – не дергайся, расскажешь ему все, как было.

– Угу.

– Но не раньше, чем завтра. Бояться тебе его гнева не стоит. Сам говорил, что Скифа твоего пора представить к лику святых. Он тебя поймет и простит. «Если будет, кому понимать и прощать, что вряд ли», – последнюю фразу Рембо вслух не произнес.

Сеня проводил Рембо до дверей и на прощанье долго его благодарил, сам толком не понимая, за что. Видно, со страху.

Рембо пожелал Сене всего наилучшего, велел кланяться супруге и покинул гостеприимную квартиру бухгалтера.

Савельев напоследок обворожительно улыбнулся и прикрыл дверь. Спустился по ступенькам на один пролет, выдохнул:

– Эй, там, мусор возле мусора, смотри, какое дело провернули! – и громко зашелестел заветным пакетом.

– Бабки, бабулечки!

Из-за трубы мусоропровода показался Бес. Он даже не обиделся на каламбур. Лицо его было радостным, глаза горели лихорадочным огнем, губы от возбуждения дрожали. Серега сунул руку в карман:

– Пора, Рома, получать свою долю.

– Пора, пора! – Бес потирал руки.

– Ты готов?

– Всегда готов!

Физиономия Ромы недоуменно вытянулась. Ему прямо в лоб смотрел пистолет с глушителем. Сухо клацнул ударник. Раздался негромкий хлопок выстрела.

– В-я-я-як! – вдохнул последний раз мимолетный напарник Рембо.

Так он и умер – Рома Бесяев с вытянутым от удивления лицом и пулей во лбу. Вернее, во лбу было маленькое аккуратное входное отверстие. Пуля же, легко преодолев препятствие из мозгового желе, вырвала из затылка кусок черепной коробки и, отрикошетив от трубы мусоропровода, упала рядом с телом несостоявшегося богача. Костлявая старуха махнула косой избирательно и четко. Впрочем, обижаться на ее девиации в тот момент было уже некому.

Рембо достал из курточки Беса ключи от «девятки», немного подумав, все-таки оттащил тело в нишу мусоропровода и неспешно спустился вниз.

Он бросил пакет с деньгами на пассажирское сиденье, повернул ключ зажигания и направился к ближайшей станции метро.

Меньше чем через два часа произойдет сшибка Скифа с Прохором. В голове Рембо крутились противоречивые мысли. Комбинация так и задумывалась. Неоднозначно и, в то же время, беспроигрышно. Гениально, можно сказать без ложной скромности. В любом случае Рембо выигрывал. Если Скиф одолеет Прохора – Рембо получит еще двести штук. Двести. Гм. У Прохора там больше хранится. Если даже и двести, то общим числом набегает больше пол-лимона зелени. Даже без поддержки Прохора, с такими деньгами Скифа прижать можно элементарно. Затихариться поначалу, правда, придется. Но затем потихоньку можно будет легко расщелкать всю его бригаду. Скиф этот, как бельмо на глазу. Идеалист сраный. Давно пора было закрыть этот вопрос. Все руки не доходили. «Пока не кинут – бизнесмен не почешется». Очень актуальная поговорка.

С другой стороны, если Прохор проворней окажется, так положат они там Скифа с его тремя братками. С четвертым сам помог. Стоит ли упреждать Прохора? Денег не будет, зато и проблем не будет. Можно даже девку отпустить. Пугануть, трахнуть хорошенько во все дыры и на все четыре стороны. Лети, птичка. Тебе открыты все пути на свете. Скиф-то, небось, был ласков с ней, а она ведь молоденькая совсем, зеленая еще, ядреная, сладенькая. Все еще тугое, упругое, гладенькое, шелковистое. Ничего еще не видела, не знает, ничему не обучена. Эх, самый цинус. От таких мыслей сладкая истома пролилась по всему телу.

Рембо перестроился в правый ряд и потянулся к мобилке: «Предупрежу Прохора. Пусть встречает незваных гостей. Пусть валит беспредельщиков. Туда им и дорога. О девке тогда никто и не вспомнит. Нет Скифа – нет проблем, а сладкая девочка есть». Рембо набрал номер. В мембране прожурчал мелодичный женский голос:

– «Левиафан» рад вас слышать!

– Алло! Пригласите…

Взгляд его упал на пакет с деньгами: «За какую-то соску, пусть и толковую, можно будет получить столько же. Нет, – он отключился, – пусть сам Господь Бог решает, кто из них там, в «Левиафане», победит. Вмешиваться не буду. Если выиграет Прохор – мне останется девка, если Скиф – тогда деньги, что гораздо лучше. На такие бабки пять лет подряд можно каждый день по две штуки на дом вызывать. Хотя, если даже Скиф притащит бабло, девочка эта еще какое-то время будет доступна. Ничто не помешает ею позабавиться, получив деньги. Вот это мысль хорошая, правильная, – похвалил себя Серега, – а то что это за выбор: или-или? Надо и то, и то».

Он загнал «девятку» во двор неподалеку от метро. Огляделся и незаметно протер тряпкой все места, на которых могли остаться отпечатки пальцев. Ключи оставил в замке, а дверь прикрыл неплотно. Сейчас кто-нибудь пристроит к делу эти колеса. Если грамотный, то погонит ее к Климу или еще к кому-нибудь – на разборку. Если бездарь, то просто будет гонять по городу – до первого столба или гаишника.

***

Часы показывали двадцать один тридцать, когда Рембо занял свой, выбранный заранее, наблюдательный пост неподалеку от ресторана «Левиафан». Шагах в пятидесяти. Центральный вход в кабак выходил не на главную улицу, а на перпендикулярную ей. По обе стороны тихой улочки располагались жилые пятиэтажки. У одного из таких домов и присел на скамейку Рембо. Уже было темно, и Серега не опасался быть узнанным. «Мерседес» он оставил неподалеку – на другой улице. Сюда прошел дворами.

Поудобней устроившись на деревянной лавочке, закурил и, набравшись терпения, стал ждать. На входе в ресторан, освещенном неоновым изображением гигантского кита, точно срисованного со страниц «Моби Дика», стоял охранник. Высокий, статный, с гордо расправленными плечами. Одет он был в трехцветный камуфляж. Подпоясан толстым офицерским ремнем, на котором крепилось все необходимое для защиты культурного отдыха граждан – от баллончика с газом до кобуры с пистолетом. Прохаживался он вдоль входа мерным шагом, четко обозначая повороты на сто восемьдесят градусов. Вид имел надменный и воинственный.

«Сейчас тебе Скиф разъяснит в подробностях, чего ты стоишь на этом свете. Пистолет, скорей всего, газовый или пневматический, ну, максимум, комбинированный – газово-дробовой», – Рембо от нечего делать разглядывал охранника.

К последнему присоединился второй, пониже и потолще. В остальном – точная копия. Они закурили.

Входили и выходили посетители. В «Левиафан» важно прошествовала пожилая пара, доставленная к ресторану на новенькой «Ауди»-А-8. «Не повезло. Испортят им ужин», – констатировал Рембо. Из ресторана вышла молодая пара. Парень обнимал девушку, та прижималась к нему всем телом. Они отправились пешком в сторону проспекта. «Этим, наоборот, пофартило. Успели», – подумал Серега и взглянул на часы – девять пятьдесят.

Без трех минут десять к входу в ресторан подъехала «шестерка». Она неторопливо, очень плавно и аккуратно припарковалась, а вот выскочили из нее четыре фигуры в черном и масках довольно энергично и быстро. В руках налетчиков поблескивало оружие. У двоих – пистолеты, они рванулись вперед первыми. Вторая пара с автоматами Калашникова немного приотстала, оглядывая местность и прикрывая первых. Оба охранника не успели опомниться, как их профессионально нокаутировали и заволокли вовнутрь. Вход остался прикрывать один их налетчиков. Он предусмотрительно снял маску и напялил на голову берет охранной фирмы, отобранный у одного из не справившихся со своими прямыми обязанностями вышибал. Потом продефилировал вдоль фасада туда-сюда и, спохватившись, перевернул табличку с «открыто» на «закрыто».