Текст книги "Комдив (СИ)"

Автор книги: Александр Башибузук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Знаете, сколько желающих заполучить мистера Турчина, хоть на какое-то время? – улыбнулся Гувер. – Но мы что-нибудь придумаем.

– Приезжайте к нам, – предложил Алексей. – Я согласую ваш визит с руководством страны. Мы охотно поделимся всем, что знаем и умеем.

Приглашая американцев, Лекса ничуть не лукавил. Делиться было чем. И чем погордиться заодно. В Союзе уже вовсю стреляли из пистолета по-новому. Руководства и методики комдива Турчина давно были включены в учебную программу на государственном уровне. Где-то обучали по более упрощенной программе, а в некоторых службах по усложненной до максимума. В отдельных подразделениях ОГПУ, к примеру.

– Я обдумаю ваше предложение, Алекс, – серьезно ответил Гувер. – А пока вы здесь, мы будем рады видеть вас у нас хоть каждый день…

Таким образом, инцидент с Хаммером был снят. Пока снят. Алексей не сомневался, что Бюро расследование продолжит и все-таки рано или поздно докопается до истины.

Гувер воспринял идею визита представителей своего ведомства позитивно и даже пообещал подумать над отправкой в Россию помощи из скопившейся на складах амуниции в качестве доброй воли.

Лешка подсознательно все еще ждал пакости от хитрого фбэровца и все-таки дождался в конце визита.

– Вы очень полезный человек для Соединенных Штатов, – серьезно заявил Гувер перед прощанием. – Я сам не прощу себе, если с вами что-то случится. Таких как мы очень мало. Отныне, вы будете круглосуточно находится под охраной Бюро. Агенты будут следовать за вами шаг в шаг. Не благодарите, этой мой долг…

Лексе словно по голове кобыла копытом лягнула. Постоянное присутствие рядом агентов напрочь рушило планы. Понятно, подавляющее число своих встреч он не скрывал, но оставалось очень многое, чего никому из официалов знать не стоило.

– Благодарю, Эдгар…

Гувер пару секунд смотрел на Алексея с каменным, очень серьезным лицом, а потом, вдруг весело расхохотался.

– Я шучу, Алекс, шучу. Честно слово, я не хотел портить вам настроение. Ради бога, занимайтесь своими делами, но помните, что интересы страны я все-таки ставлю выше дружбы…

Лекса в который раз свирепо выругал его про себя.

«Иди ты кобыле в трещину, пиндосина! Вот же сраный гомосек. Шутки шутками, а без пригляда со стороны Бюро теперь точно не обойдется…»

Но в ответ только улыбнулся.

– Обещаю помнить, Эдгар!

Домой Лекса вернулся в дурном настроении. Но унывать не стал и отправился ужинать с очередной Вандербильдихой и по совместительству с лидером американских феминисток, сиречь суфражисток.

Ужин оказался очень полезным, Алва расщедрилась на целых сто тысяч долларов в пользу советских женщин и даже пообещала подумать о коммерческих проектах с Советской Россией. Но, самое главное, Лекса с ее помощью, после ужина смог затеряться в городе. В шутке Гувера оказалось лишь доля шутки. Слежку Лешка почувствовал сразу, как вышел из своего дома. Алва дико ненавидела официалов, а точнее мужчин в их лице и с радостью устроила побег мистеру Турчину.

Мезенцев принес из Детройта немало интересных новостей, справился он просто отлично, а еще уже успел ознакомиться с талмудом Хаммера.

– Вы даже не представляете… – он растерянно улыбнулся. – Святые угодники, вам досталась бухгалтерская книга этого мерзавца. И вел он ее очень подробно. Тут еще разбираться и разбираться, но уже могу сказать, поберечься бы вам надо. За такое, не пожалеют даже самого Кулиджа. Судя по всему, Хаммер был только посредником в отношениях с Советским Союзом. С другой стороны, многие в России вас расцелуют в сахарные уста, за то, что ослобонили от заморского финансового ига. Я все подробно изучу и составлю для вас выжимку.

– Хорошо, – устало кивнул Лешка. – Занимайся. И да, химическую компанию нашел? С понедельника начнем по ней работать. Саквояж с долларами пусть у тебя пока остается. Сколько там? Триста двадцать кусков? Найдем применение. А я домой. Что-то совсем забегался…

Дома Лешка почувствовал, что страшно устал, а еще чего-то сильно не хватало.

Сообразив, чего, Алексей хмыкнул и набрал личный номер Шенка. Дождался, когда его пригласят к телефону и сухо бросил ему:

– Вертай взад, что тебе на время отдали. И немедля, иначе сам приеду заберу…

Глава 24

Глава 24

Череда хлестких выстрелов слилась в один протяжный треск, центр мишени в полусотне метров впереди превратился в сплошную рваную дыру.

Закончив стрельбу, Алексей с лязгом отработал рычагом затвора, выбросив последнюю гильзу и положил винтовку на столик рядом.

– Вы отлично стреляете, мистер Турчин, – Артур Севидж, подвижный пожилой мужчина, с уважением кивнул несколько раз.

К мишеням сразу кинулись бегом несколько человек, а Алексей пропустил мимо ушей похвалу, присел в раскладное кресло и попробовал проанализировать свои ощущения от стрельбы.

Компания Севиджа, Savage Arms, была одной из старейших оружейных компаний Соединенных Штатов Америки, но она совсем недавно с треском пролетела мимо госзаказа и вынуждена была существенно сокращать производство. Поэтому очень охотно откликнулась на интерес мистера Турчина к своей продукции.

Savage производила много оружия, как своей конструкции, так и по лицензии, в том числе знаменитые Томми-ганы и пулеметы Льюиса, но Алексея интересовали исключительно патроны ее собственной разработки, а именно.250 и.300 Savage. Первый шесть-пятьдесят пять миллиметров, а второй калибром семь-шестьдесят два, исходя из советской классификации.

С того момента, как Алексей получил хоть какое-то влияние в советском военно-промышленном комплексе, он не расставался с мыслью заменить отечественный патрон с закраиной, на что-то более современное. Русский патрон не уступал зарубежным по многим позициям, но из-за него намертво встал ряд очень перспективных отечественных разработок в области стрелкового вооружения. Как Лекса не бился, ничего сделать не мог. И дело не только в косности руководителей армии, основным препятствием стало критическое несовершенство производства боеприпасов в Союзе. На освоение новых патронов ушло бы очень много времени и не факт, что в итоге что-то получилось бы. Да и денег на все это банально не было.

А сейчас, а точнее, когда Лешка получил возможность оперировать немалыми средствами, вопрос о новом патроне снова стал актуальным. Конечно, с очень малой вероятностью на положительное решение, на шанс пробиться сквозь тупик стал гораздо больше…

Артур Севидж сообразил, что к мистеру Турчину сейчас не стоит приставать с разговорами и метнулся к мисс Раскольниковой, тоже изъявившей пострелять из всякого разного.

А Алексей снова задумался.

За начало сегодняшнего дня он отстрелял несколько сотен патронов и уже успел сложить свое мнение о них. Оба патрона оказались отличными, но, если первый, по вполне объективным причинам продавить вообще не было никакой возможности, то второй – имел гораздо больше шансов стать основным в Советской России.

Патрон.300 Savage разработали с целью создать более современную и дешевую замену основного американского боеприпаса.30−06 Springfield, при сохранении идентичных боевых качеств. И у Севиджа получилось отлично. К слову, его патрон внешне очень напоминал современный 7.62×51 NATO.

Но американские вояки послали его куда подальше, затея не выгорела. В отличие от Союза, богатеям из США не было нужды экономить свинец, латунь и прочие составляющие. К тому же, экономия означала, что некоторые очень уважаемые люди недополучат прибыли.

Однако, боеприпас Севиджа не только превосходил спрингфилдовский патрон, но и родной мосинский, в первую очередь по экономическим показателям. Что при состоянии экономики в Советском Союзе могло оказаться решающим.

Лекса глянул на листок со спецификацией и сразу начал прокручивать в голове его преимущества. Показатели мосинского патрона он помнил наизусть.

Главная фишка севиджевского патрона была в том, что при заряде пороха меньшем на десять процентов при облегченной пуле, можно было достичь ровно той же баллистики, что и для мосинского патрона. Таким образом, без ухудшения боевых качеств экономилось больше десяти процентов пороха, две трети свинца и десять процентов цветного металла на единицу. А еще, если вникать в особенности производства, упрощалась вытяжка гильзы на одну операцию, да и формирование ранта стоило гораздо дороже, чем проточка. А еще, Севидж, производил металлические пулеметные ленты, что тоже очень пригодилось бы советской армии.

«Как ни крути, кругом выгода… – довольно подумал Алексей. – Только экономикой можно продавить решение. Хотя, крови попьют, мало не покажется. И не факт, что я правильно все посчитал. Да и американский калибр.300 это не совсем родной 7.62. Но попробую. Пусть наши сначала прикинут, что да как. Надо будет сразу прикупить десяток тысяч патронов для сравнительных испытаний и пару десятков винтовок под патрон. Хотя, может удастся уговорить предоставить бесплатно? Денежек не напасешься, кобыла их ети…»

Мезенцев позавчера совершил чудо чудесное, нашел в талмуде Хаммера пару секретных счетов на предъявителя с очень внушительными суммами. А сегодня почти миллион долларов с них перекочевал на другие счета. Но, все равно, денег категорически не хватало. А на целый завод и подавно.

Алексей глянул на часы и решил пока заканчивать с Savage Arms. На сегодня еще хватало других важных дел.

– Ваш секретарь прекрасно стреляет! – воскликнул Севидж, не отрывая взгляда от Дуни.

– С таким учителем, это неудивительно… – товарищ Раскольникова обольстительно улыбнулась, прикоснувшись своей ручкой в муаровой перчатке к плечу старика.

– Ах, мисс Раскольникофф, вы мне льстите… – Севидж вспыхнул и молодцевато подкрутил усики. Судя по всему, несмотря на возраст, дедуган был еще тем ходоком по женской части.

Лекса кашлянул, прерывая воркование парочки.

– Можете считать, мистер Севидж, что вы обзавелись лобби своей продукции в Советском Союзе. Я сделаю все возможное для принятия положительного решения. Условия и параметры, я уже озвучил. Повторюсь, нас интересует полный цикл производства с обучением персонала и конструкторские работы по адаптации образцов боеприпасов. Желательно, чтобы ваше предложение было готово к моему отъезду, таким образом, я сразу по возвращению приступлю к продвижению. Ах да… необходимы образцы для испытаний. Знаете, наши старые генералы, впрочем, как и ваши, пока не пощупают…

Севидж с трудом оторвал взгляд от Дуни и торопливо буркнул:

– Я распоряжусь. Думаю, полтора десятка тысяч патронов и двадцать винтовок под наш патрон вам хватит? Предварительное предложение будет готово, гарантирую. Не факт, что успеем перевести на русский язык, но постараемся. Мисс Дунья… у меня для вас есть подарок…

И снова потерял Лексу из виду.

Алексей хохотнул про себя, добродушно ругнул старика и сразу похвалил себя, за то, что отобрал Дуньку у Шенка. Товарищ Раскольникова очень помогала в переговорах. Из всех его знакомых, ее очарование не действовало только на Гувера, по вполне понятным причинам.

К слову, киномагнат запал на товарища Раскольникову фактически намертво. Завтра вечером он пригласил Алексея к себе, судя по всему, чтобы поговорить насчет нее, возможно, чуть ли не попросить ее руки. Так уж получилось, что для него Лешка играл при Дуне роль наперсника, фактически отца.

Дав слегка пококетничать, Алексей все-таки увел Дуню, после чего разогнал свой Дюзенберг до полусотни миль и полетел на следующую встречу. Времени категорически не хватало. А вчерашний день, вовсе улетел к кобыле в трещину – Алексею пришлось торчать на съемках фильма в качестве консультанта.

К сюжету у него претензий не возникло, он удивительным образом напоминал реальную историю Алексея и Бони. Фербенкс играл Турчина, выглядел он неплохо, за исключением излишней бравости и брутальности, а вот Мэри играла прячущуюся в образе мальчишки девушку, влюбленную в главного героя. Получалось у нее замечательно, собственно, на похожих ролях она и сделала себе имя.

Фильм больше напоминал короткометражку. После напутствия прапрадеда, того самого Безила Турчина, внук шел на войну, куда-то в Азиатщину, без упоминания страны. Там при нем появлялся ординарец, а в финале планировалась грандиозная боевая сцена, где младший Турчин вместе со слугой, вставали грудью на защиту американских поселенцев от бандитов. Дальше Бо открывал свою личность, происходила страстная любовь, хеппи-энд и все такое.

Лекса поначалу пытался вмешивать в съемки, но особо не преуспел. После чего забил на это дело, разве что слегка обучил Фербенкса работе с саблей, которой тот размахивал, как граблями.

На этом вся роль консультанта исчерпалась, чему обрадовались обе стороны. Лешка получил гонорар на свой счет, а кинокомпании уже никто уже не собирался мешать творить очередной шедевр.

– Чего надо Шенку от меня? – поинтересовался Лешка у Дуни. – Неужто руки твоей просить будет? Забыла, что я тебе говорил? Даже не мылься остаться.

– Не мылюсь, не мылюсь… – страдальчески вздохнула товарищ Раскольникова. – С тобой, я уеду в любом случае. Он хочет проконсультироваться, как вернуть меня назад в Америку.

– А ты? Хочешь вернуться? – хмыкнул Алексей.

– Родина и начальство прикажет – вернусь, – сухо ответила Дуня. – Нет – так нет. Хотя, Шенк славный.

– Запала, что ли? Хорошо… – недовольно буркнул Лешка. – Если по нашему возвращению Артузов затронет вопрос, замолвлю словечко. Хотя, никаких перспектив по этому внедрению, я не вижу. Ты для ФБР навсегда останешься русской шпионкой. Соответственно, будешь до конца жизни, под плотным колпаком. И Шенк твой не поможет. Даже если будет устроена операция с псевдопобегом из логова злобных коммунистов. Но это не моего ума дело.

Дуня не ответила и просто кивнула.

Следующая встреча планировалась в самом Нью-Йорке, с Дюзенбергами дело уже дошло до подписания итогового контракта. А завтра с утра предполагался переход морем в штат Мериленд, для посещения испытательного полигона «Quartermaster Corps», то есть Квартирмейстерского корпуса Сухопутных сил США. Алексею очень понравилась идея стандартизации всех автомобильных узлов и он решил посмотреть вживую на реализацию идеи.

На подъезде к городу, Лекса остановился на придорожной заправке, возле небольшого красивого домика, оформленного в сельском стиле. Возле заправочной колонки со стеклянной колбой сверху, нервно переминался с ноги на ногу дюжий парень в синем рабочем комбинезоне, явно малом на него по размеру.

Левая штанина комбинезона была заляпана темными пятнами, у ног тоже темнела лужица, совершенно не похожая на пролитый бензин.

В голове у Лексы плеснулась тревога, рука сама по себе дернулась к пистолету в подплечной кобуре, но в открытое окно уже просунулись стволы обреза…

– Только попробуй дернуться, сволочь! – бешено заорал заправщик. – Вылезай, живо, сейчас башку отстрелю!!!

Из здания заправки выскочил второй с дробовиком и ткнул им в голову товарища Раскольниковой.

– Вылазь, шлюха!

Он дернул дверцу на себя и потащил Дуню из машины.

'Твою же кобылу…" – зло выругался Лешка.

Даже со всей своей сноровкой, пистолет Алексей вытащить не успевал. Стволы уперлись ему прямо в висок, а у бандита подрагивал палец на спусковом крючке.

– Все-все, выхожу… – испуганно зачастил Лекса, подняв руки. – Забирайте все, только не стреляйте…

– Чего вы возитесь, идиоты! – из здания выбежала совсем молодая, миловидная девушка, почти девчонка – Тащите его внутрь!

Она схватила испуганно визжащую Дуню за волосы и потянула за собой.

Через мгновение Лексу тоже вытащили из машины и пинками погнали в здание заправки, но уже через пару шагов из домика донесся приглушенный выстрел.

– Твоя сестра, гребаная идиотка! – яростно жестикулируя, заорал парень в комбинезоне. – Она ее завалила! Мы договаривались никого не убивать, это уже второй труп, чтоб ее…

– Заткнись, дурень! – зашипел на него второй, – Кристи знает, что делает. Надо о себе сразу заявить. Пусть знают, что мы серьезные грабители…

Про Алексея на мгновение забыли.

«Идиоты вы, а не серьезные грабители…» – подумал он, но предпринять ничего не успел.

Щелкнуло еще два выстрела, незадачливые грабители осели на щебенку, а в двери заправки появилась Дуня с каменным лицом. Из ствола «бульдога» в ее руке курилась струйка сизого дыма.

Она быстро подошла и выстрелила еще дважды. Головы парней разметало на куски. Несмотря на свои скромные размеры, револьвер использовал мощные патроны.450 калибра с безоболочечными пулями.

После чего застыла, смотря на Алексея. Лицо оставалось закаменевшим, но губы нервно подрагивали.

– Все, все уже закончилось… – Лекса приобнял ее. – Молодец, все красиво сделала…

Но Дуня внезапно оттолкнула его и закричала:

– Ты! Ты – сухарь, бесчувственная сволочь! Почему ты постоянно считаешь меня предательницей? Негодяй, мерзавец, солдафон! Ты ничего не замечаешь! Как ты можешь так обо мне думать? Я… я никогда… даже не думала… я только тебя люблю, а ты… ты ничего не замечаешь… негодяй…

Она топнула ножкой в вышитом серебром замшевом ботиночке и тихо завыла, некрасиво кривя губы и безвольно опустив руки.

Лекса оторопел, помедлил мгновение, а потом обнял товарища Раскольникову и тихо поинтересовался:

– Уже начала протекать или вот-вот?

– Вот-вот… – всхлипнула Дуня и тут же взорвалась в новом приступе ярости. – Какая же ты сволочь! Мерзавец! Бесчувственный дурак! Хам! Как ты смеешь? Да я… сейчас… тебя…

Лекса даже испугался, что она его застрелит.

К счастью, Дуня почти сразу успокоилась, всхлипнула и буркнула:

– Простите, Алексей Алексеевич… я больше не буду… накопилось, просто. Третья там… внутри, еще живая…

Алексей снова приобнял Дуню и крепко поцеловал ее в губы, после чего метнулся в здание заправки.

Связанный, но живой хозяин нашелся в подсобке, там же рядом с ним лежал его работник, молодой негритенок. Ему полностью размозжило голову, похоже, дуплетом картечи.

Кристи судорожно извивалась на полу в луже крови, прижимая руки к паху и приглушенно воя. Скорее всего, Дуня выстрелила в нее в упор в низ живота.

– Все… все скоты, все твари… уу-у… ненавижу… всех убивать, всех… зубами грызть буду… мамочкаааа…

Судя по ее совсем еще детскому лицу, вряд ли девочке исполнилось больше четырнадцати-пятнадцати лет.

– Добить? – сухо поинтересовалась товарищ Раскольникова.

Лешка отрицательно качнул головой. Никакого сострадания он не испытывал. Враг, даже юный – это тот же враг. А жалость к врагу чревата.

Полиция приехала через пятнадцать минут. Полицейские быстро осмотрели заправку, сняли показания с ее хозяина, поблагодарили Алексея с Дуней и отпустили их на все четыре стороны. Перевязывать и спасать юную грабительницу копы тоже не собирались.

На встречу Алексей успел. Происшествие несколько выбило его из себя, но как только он переступил порог офиса, сразу забыл о нем.

Через час Лекса стал соучредителем компании Duesenberg Automobile and Motors Company и ее нового подразделения Duesenberg Оutdoor Automobile, на котором планировалась выпускать целый ряд внедорожных автомобилей. Со стороны Алекса Турчина, доверенность на управление в его отсутствие получила компания «Global Investments» в лице ее директора мистера Мезенцефф, а также был подписан новый план развития компании, подразумевавший под собой очень много инновационных коммерческих и технических решений.

Лекса довольно сильно колебался, вкладываясь в компанию, которая в реальной истории не пережила «великую депрессию», но все-таки рискнул – планируемый итоговый результат должен был с лихвой окупить все риски и затраты. Конечно же, Алексей заботился не о своем кошельке. Ради того, чтобы Советский Союз получил к началу войны массовый недорогой внедорожник, типа того же знаменитого «Доджа три четверти» или «Виллиса» он готов был отдать все. Разве что, кроме своей коллекции оружия. И своей чести.

Конец дня прошел спокойно, Лешка сводил Дуню в ресторан, весь вечер был с ней очень внимателен и обходителен, сам вымыл ей волосы и оттащил на руках в постель. И уже было решился нарушить свой «целибат», но помешали естественные физиологические причины не с его стороны.

На следующий день из-за недомогания товарищ Раскольникова осталась дома, а Алексей рано утром уже стоял на причале, возле длинного и узкого судна, с хищными, стремительными обводами, очень похожего на торпедный катер. На скуле поблескивала серебром надпись «Oheka II»…

Глава 25

Глава 25

С Отто Германом Каном, натурализованным в Америке немецким евреем, инвестиционным банкиром, филантропом и меценатом, Алексей познакомился у на вечеринке у Шенка, а закрепил знакомство во время выставки в Метрополитен музее.

Поэтому, когда от него поступило предложение совершить морскую прогулку, отказываться не стал, хотя море недолюбливал. Плавал Лекса, как рыба, просто на суше он прекрасно знал, что делать в любой нештатной ситуации, на твердой поверхности все зависело от твоих умений и знаний, а вот на воде… на воде рано или поздно пришлось бы тонуть, как бы ты хорошо не плавал.

Но Лекса уже очень давно привык оперировать не своими предпочтениями, а необходимостью. Тем более, маршрут прогулки совпадал с запланированным визитом в форт Холеберд в штате Мериленд. Да и на саму скоростную яхту Кана, о которой множились восторженные слухи, тоже хотелось посмотреть. Были еще и другие причины.

И слухи не обманули. «Oheka II», так называлась яхта, а точнее, скоростной катер, чем-то напоминала Алексею его Дюзенберг сочетанием роскоши и неимоверной для этого времени мощи.

– Водоизмещение двадцать две с половиной тонны, – гордо рассказывал Кан. – Три двигателя Майбах, мощностью пятьсот лошадиных сил, длина семьдесят четыре фута, то есть, двадцать два с половиной метра. Простите Алекс, я стал американцем, но никак не могу оторваться от европейской метрической системы…

Алексей вежливо кивал, а сам прикидывал, для чего может сгодиться катер в военном смысле. Его все гражданские механизмы, в первую очередь, интересовали только с военной точки зрения.

– Чтобы компенсировать неэффективную тенденцию закругленных корпусов «проседать» кормой вниз на высоких скоростях, были приняты две меры противодействия… – продолжал лекцию банкир. – Первое – выравнивание корпуса к корме, обеспечение гидродинамической подъемной силы там, где это необходимо. И второе – двигатели в передней части корпуса…

Два матроса в бескозырках и бушлатах сноровисто откинули люки на носу, показав надраенные до блеска огромные двигатели.

– Таким образом, моя яхта разгоняется до тридцати четырех узлов, то есть, до тридцати девяти миль в час или шестидесяти трех километров в час, соответственно. Что делает ее самым быстрым судном в мире в своем классе. А запас хода больше тысячи морских миль…

«Так торпедный катер дальнего действия! – сделал вывод Алексей. – Для этого времени, совершеннейшая вундерваффе! Пару торпед, крупнокалиберный пулемет или автоматическую пушку и айда, шустрить на морских коммуникациях. Почему бы и нет? Понятное дело, если закупать движки у Майбаха, цены не сложишь, но можно же у пиндосов прикупить сходные двигатели с производственной документацией, а потом и перенять. Тут главный смысл в концепции. Тем более, с отечественными торпедными катерами было, что-то не так. А что, дай боженька, памяти? Великолепная скорость, но полное отсутствие мореходности, что ли?..»

– Мистер Турчин, у меня для вас есть подарок… – банкир с легким поклоном преподнес Алексею морскую фуражку с шитой золотом кокардой и витым шнуром. – Теперь вы заправский моряк! И еще это. Поверьте, когда мы разгонимся, вы оцените…

Два матросика развернули на руках подбитую волчьим мехом морскую кожаную куртку «канадку» с капюшоном на змейке…

«Моряк, с печки бряк…» – весело подумал Лешка, но отказываться не стал, примерил обновки и шутливо отдал честь Кану.

Банкир у него не вызывал никакого отторжения. Нормальный мужик, на еврея не похож даже внешне, веселый, простой, как пять центов, обходительный, спокойный и мягкий. Да если и был бы похож на иудея, никаких предубеждений Алексей не испытывал.

Но, кое-что подсказывало, что мистера Турчина пригласили на прогулку совсем не с проста. Когда Алексей изучил личность Кана, всплыли очень любопытные нюансы. А в сочетании с «талмудом» Хаммера, все заиграло совершенно новыми красками.

В свое время, деловым партнером Кана был Джейкоб Шифф, тот самый знаменитый еврейский банкир, вложивший гигантские средства в свержение монархии в России. А Шиффа можно было даже назвать злым гением последних правящих персон из династии Романовых. Он, якобы, непосредственно приказал уничтожить царскую семью. И отказать ему не смогли.

Понятное дело, все эти факты, скорее всего, были не более чем конспирологическими теориями, но как Алексей уже убедился, даже под самой желтой конспирологией скрывались железные основания. Шифф уже благополучно помер, но его наследники, в том числе банковский дом, Kuhn, Loeb Co никуда не делись. И долги большевиков тоже.

Тем более, связь Хаммера с наследниками Шиффа, даже подтверждать не требовалось. Он, в том числе, был непосредственным посредником между ними и Советской Россией.

Таким образом, с равной долей вероятности, после смерти Хаммера, эти «товарищи» могли попробовать устранить не в меру резвого Турчина, а могли… могли найти в его лице нового посредника, чтобы заново попробовать наладить отношения. Алексей предполагал второе, в гораздо большей степени, чем первое. Смысл убивать генерала Турчина почти отсутствовал. Во всяком случае сейчас.

Но пока Отто Кан никак не хотел обнаруживать истинную причину приглашения.

Яхта отшвартовалась, сыто порыкивая движками, вышла на малом ходу в акваторию бухты, после чего, стремительно ускоряясь, рванула на открытую воду.

И уже через два часа пришвартовалась к причалу в Чесаспикском заливе. Путешествие получилось очень быстрым и комфортным, а Лекса укрепился в желании любым способом заполучить яхту.

– У меня в Мериленде свои дела, – Кан крепко пожал руку Алексею. – В вашем распоряжении машина из моего гаража, ее уже подогнали. Яхта будет ждать у причала. Вернемся вместе. А по возвращению, я приглашаю вас к себе. Отказа, я не приму. Уверяю, вы не пожалеете, я познакомлю вас с очень интересными людьми…

Сразу стало понятно, что поездка затеивалась только ради встречи с этими «интересными людьми». И на этой встрече произойдет главное. Лекса не испытывал особого желания ввязываться во все это дерьмо, но деваться особо было некуда.

«В любом случае, лучше пообщаться, чем уворачиваться от пуль… – резонно решил он. – Может, что толковое и выйдет. Воистину, сам не знаешь, где потеряешь, а где найдешь…»

И согласился.

Как только машина проехала через КПП форта Холеберд, стало ясно, что в подразделении вовсю идет парко-хозяйственный день. Лекса сразу понял, насколько соскучился по армии. Вокруг царила столь милая любому кадровому командиру армейская организованная суета. Куда не глянь, идеальный порядок, личный состав занят делом, дорожки метутся, бордюры красятся известкой, круглое тащат, квадратное катают, сержантский состав подбадривает подчиненный бодрым рыком с одухотворенными «отеческими» рожами. Парадиз, да и только. Лешка чуть не прослезился.

Встречал мистера Турчина поджарый полковник, на выдубленной роже которого застыло вечное недовольство всем и всеми, столь характерное для кадрового служаки.

Он отдал честь и представился.

– Полковник Батт! Командир форта Холеберд!

Судя по голосу, визитом непонятного русского «комми» он был очень недоволен.

Лекса в ответ вытянулся в строевой стойке и негромко пояснил:

– Простите полковник, по нашему уставу, не рекомендуется отдавать честь в гражданской одежде, а устав для меня – это святое. Нарушать его я не буду, даже болтаясь на виселице. Рад посетить ваше подразделение.

Полковник удивленно вздернул бровь, небрежным жестом отпустил мявшегося позади него солдатика, приглашенного, судя по всему, для перевода и крепко пожал руку Алексею.

– Вы отлично говорите по-английски… – он слегка запнулся. – Простите, как точно звучит ваше звание?

– Генерал-майор, исходя из американской системы званий, – коротко ответил Лешка. – Начал службу, я еще в четырнадцать лет и несколько раз удачно попался на глаза начальству. Вы знаете, как это бывает. К сожалению, мой визит в Соединенные Штаты частный, поэтому я вынужден терпеть на себе гражданскую форму одежды.

Батт с уважением склонил голову.

– Я понимаю, вас, господин генерал.

Мимо заполошно пронеслась бегом пара солдатиков с носилками, за которыми со свирепым ором несся сержант со стеком в руке.

– У вас прекрасный сержантский состав, – одобрительно прокомментировал Алексей. – По моему убежденному мнению, сержанты – это скелет армии, на котором держится все остальное.

Полковник гордо приосанился.

– Признаюсь, я воспринял ваш визит с предубеждением, но, судя по всему, мы поладим, господин генерал-майор. Приятно слышать, что даже у коммунистов понимают прописные истины. Позвольте мне провести экскурсию для вас во вверенном мне подразделении. К слову, я сам начал рядовым…

Во время «экскурсии» Лешка откровенно завидовал. Судя по всему, американская армия не нуждалась ни в чем. Огромнейший парк машин, богатейшая материальная база, как тут не позавидовать? Особенно на фоне дефицита всего в родной армии.

Конструкторское отделение квартирмейстерской службы располагалось на большой площадке, на которой выстроили в ряд несколько машин, выглядевших несколько грубовато, можно даже сказать по-военному.

– Я уверен! – убежденно заявил полковник Батт. – Что армия сделает все лучше и дешевле, чем эти гражданские богатеи. Позвольте вам представить капитана Херрингтона, он ведет опытные работы.

Высокий, худощавый блондин в замасленном комбинезоне отдал честь и пожал руку Алексею.

– Вас интересует наша программа? Не будете против, если я сразу перейду к делу? Итак – суть идеи создание стандартизованной военной автотехники с одинаковыми узлами, что должно позволить сократить их начальную стоимость, расходы на техническое обслуживание и снабжение запасными частями…

Лешка выслушал инженера, ознакомился с техникой, сам проехался на грузовиках и сразу понял, что идея прямо сейчас ну никак не применима для Советского Союза. Представленные прототипы, несмотря на свой неказистый вид, по заявленным спецификациям отличались завидными характеристиками, но дело в том, что американские производители выпускали узлы в ассортименте, из которых можно было выбирать. А в Советском Союзе выбирать было не из чего, буквально. Но сама концепция могла пригодиться в будущем, когда советская промышленность окрепнет.