Текст книги "Комдив (СИ)"

Автор книги: Александр Башибузук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Через несколько минут Алексей обзавелся двумя ассистентами: простуженным веснушчатым парнем возрастом лет двадцати пяти, а также солидным усатым и пузатым дядькой, физиономией смахивающим на Буденного. Петром Христиановичем и Аркадием Яковлевичем Белкиным, соответственно.

Лекса не стал тратить много времени на знакомства и сразу поставил задачу.

– Меня интересуют все предприятия США, выпускающие автомобильные, тракторные и авиациаонные моторы и вся линейка из их ассортимента с подробными техническими характеристиками. Начиная прямо от мотоциклетных, до авиационных. Отдельное внимание уделите компаниям Willys-Overland Motors и Coleman Motors Corporation. Про них меня интересует абсолютно все, вплоть до финансового состояния. И да, если попадутся данные о шарнирах равных угловых скоростей, сразу мне на стол. За работу, товарищи!

Лишних вопросов не последовало, Петр и Аркадий Яковлевич притащили еще один стол и зарылись в бумагах. Алексей тоже времени не терял.

В процессе ему снова пришла на ум будущая сделка СССР с Фордом.

«Чехов абсолютно прав, – думал он. – Если в конкурсе участвует один Форд, то он и будет ломить безбожно цену да ставить условия. Конкурентов-то нетути! А если вдруг появится, к примеру, Дженерал Моторс, то они друг другу глотку за жирный куш перегрызут и начнут демпинговать ценами. Странно, что наши это не понимают. Тут либо головотяпство, либо Форда кто-то лоббирует. Как бы не сам Хаммер, чтоб ему кобылы массаж копытами делали. А не сыграть ли мне своею игру? Пообщаться с владельцами Дженерал Моторс, а потом сделать так, чтобы старина Форд узнал об этом. Ась? Надо подумать. В любом случае так это оставлять нельзя…»

Ближе к полудню в Амторг прибыла товарищ Раскольникова. Вот у нее с налаживанием коммуникации все прошло не в пример быстрее и эффективней, чем у Алексея. Собственно, красота и обаяние с легкостью победила страх и кнут, которыми пользовался комдив Турчин.

Амторговцы без особых напоминаний притащили для нее стол и шикарное кожаное кресло. И даже кофейник с фарфоровым сервизом. А Петя Христианович сразу же добровольно отдал себя в рабство Евдокии Мефодьевне.

Лекса погнал из кабинета помощников и поинтересовался у Дуни.

– Как все прошло? Без проблем?

– Да их уже во всю искали… – хихикнула Раскольникова. – Там такая паника поднялась. Всю полицию на уши поставили. Но отправила без проблем, вывела через черных ход, уехали на такси. Знаешь кто вторая? Она из семейства Астор. Не знаешь? Темнота! Ну да ладно. Твоего… Хуергая тоже выпнула. За то, что споил бедных девочек, ему башку отвернуть надо. Хотя да, некого варварского обаяния он не лишен. Ладно, показывай, что делать, Алексей Алексеевич…

Работа продолжилась. В приготовленных по запросу документах нашлись далеко не все данные, но тут пришли на помощь американские законы. В Америке по любому интересующему товару можно было совершенно законно направить запрос компании изготовителю. И они были обязаны предоставить полный ответ по всем интересующим вопросам. Чем Амторг во всю и пользовался, добывая уникальные разведданные.

Но дело осложнялось тем, что промышленность в России находилась фактически в зачаточном состоянии. Мало было добыть образцы и чертежи, скажем, авиационных моторов. Основная закавыка состояла в материалах. То есть, к чертежам и образцам требовалось приложить еще технологию производства, к примеру, износостойких и жаропрочных образцов сплавов. А вот такой информацией изготовители, как раз, делиться не спешили.

Но, все равно, первый день работы принес Лексе очень много интересных и полезных данных, и он смог составить примерное руководство к действию, выделив себе первоочередные задачи.

Домой отправились поздно, да и то, только после того, как Чехов едва не упал на колени, упрашивая отпустить его.

А утром…

Утром прибежал консьержка и с почтительным придыханием сообщила, что для мистера Турчина доставили подарок. И этот подарок сейчас стоит у подъезда.

Подарком оказался роскошный темно-бордовый, совершенно новенький Duesenberg. А багажник и весь задний салон автомобиля был битком набит коробками с проектной документацией на саму машину. От двигателя, рядного восьмицилиндрового атмосферника с двумя верхними распределительными валами и никелированным коленвалом, до новейшей системы гидравлических тормозов…

Глава 13

Глава 13

– Но как? – Брон ошарашено уставил на Алексея. – Как вы это провернули? Ведь здесь даже документация по технологии сплава головки цилиндров…

– Меня сейчас волнует скорейшая переправка документации в Союз, – Лешка ушел от вопроса. – Машина пока останется здесь, ее отправите в последнюю очередь.

Амторговец пролистнул несколько страниц толстой подшивки чертежей и покачал головой.

– Вы банально купили документацию? Но все финансовые операции идут через нас. Никаких платежей, я почему-то не припоминаю.

– Это подарок от большого друга Советского Союза, пожелавшего остаться неизвестным, – отрезал Алексей. – На этом с вопросами покончим, Саул Григорьевич. Дальше дело за вами.

– Все отправим, не сомневайтесь, Алексей Алексеевич, – Брон кивнул, тряхнув шевелюрой. – Возможности есть. Но…

– Меня сегодня и завтра не будет, – тактично оборвал его Лекса. – Помощникам задача поставлена, пожалуйста, по возможности, не отвлекайте их. И да, не затягивайте с отправкой моей корреспонденции. Уверяю, деятельности Амторга она вовсе не касается. Всего хорошего, Саул Григорьевич…

Но только взялся за ручку двери, как его догнал Чехов.

– Алексей Алексеевич, надо с вами согласовать много чего! – амторговец жестом фокусника достал блокнот. – Из первоочередного… так, журнал Vogue предлагал две с половиной тысячи долларов за большое интервью с фотосессией. Я увеличил цену до четырех тысяч, они согласились. На субботу в полдень будет удобно?

– Заранее согласуй все вопросы, – недовольно бросил Алексей. Он чувствовал себя очень неловко. Продаваться за деньги оказалось весьма прибыльно, но неприятно, пусть даже во благо Родины.

– Сделаю, Алексей Алексеевич. теперь главное, представители Альвы Вандербильд договариваются об вашем ужине с ней. Предлагают пять тысяч.

– Стоп! – рыкнул Лешка. – Охренел? Что это значит? Никого пользовать за деньги я не собираюсь! А по сопатке?

– Помилуйте, Алексей Алексеевич! – поспешно замахал руками Чехов, на всякий случай отскочив на шаг. – Да ей сто лет в обед. Просто ужин. Такое здесь практикуют. Чтобы потом в газетах написали, мол: та самая Альва поужинала с тем самым Турчиным. Альва Бельмонт Вандербильд глава Национальной американской женской суфражистской ассоциации, глава Лиги политического равенства, главный борец Америки за избирательные права женщин, миллиардерша и прочее. К слову, симпатизирует Советскому Союзу.

– Понятно, просто дура, – облегченно выдохнул Алексей. – Ладно…

– Теперь полиция, глава департамента…

– С полиции денег не брать! – грозно предупредил Лешка. – Не дай Карл Маркс, узнаю, лично покараю. И не затягивай с полицейскими. Да, всем желающим специально подчеркивай, что они оплачивают не мое время, а делают исключительно добровольное пожертвование в благотворительный фонд помощи детям. И да, подумай об отдельной встрече с клубом почитателей. В какой форме, хрен его знает. Соображай сам. Все, я спешу, остальных сдвигай на выходные…

Лекса сел в машину, закрыл дверцу и взял с приборной панели большой конверт из дорогущей мелованной бумаги с логотипом компании Дюзенберг.

Собственно, личность щедрого дарителя не осталась неизвестной. Главмафиозо Сальваторе Маранцано оказался не только человеком чести, но и человеком слова. К счастью, автомобиль был куплен официально, а не украден или отобран у кого-либо, подтверждением чему служил этот конверт. В письме сам владелец компании Эрретт Лоббан Корд очень вежливо и почтительно приглашал мистера Турчина, как только у него найдется свободное время, в головной офис для обсуждения делового предложения.

Лекса не стал гадать, что ему предложат, обязал Чехова договориться о встрече с Кордом и завел машину.

Сыто порыкивая движком, Дюзенберг выкатился из подземного гаража на улицу. Машина полностью устраивала Алексея, по мощности и динамике напоминая современные автомобили, но вот коробка без синхронизаторов вводила в полное уныние.

– Изобрести самому, что ли? – задумался Лешка, крутя баранку. – Схематично нарисую, пожалуй, но вот с чертежами и расчетами совсем беда. Может какого-нить инженера найти и ему идею спихнуть? А потом продать тому же Корду. Увы, в Союзе девайс применения пока не найдет. Пока не найдет. Не до того сейчас нам. Хотя, может эту коробку уже давным-давно изобрели и запатентовали. Ну и ладно…

Сегодняшний день обещал выдаться напряженным. Ехать со Стендишем и встречаться непонятно с кем Алексею не улыбалось. С гораздо большим удовольствием он посидел бы над документами, но привычно смирился. Встречи могли принести важные знакомства, а сами знакомства сильно помочь делу. Правда, он уже чувствовал, как его дома вне очереди записывают в буржуазные перерожденцы.

– И ведь запишут с моим-то везением и моими «друзьями», – почему-то весело подумал он. – Единственный шанс отбиться, это если принесу домой в клювике кучу всего действительно полезного. Тут, главное, чтобы раньше времени не отозвали. Надеюсь, вероятный сват прикроет, сам же говорил в неформальной беседе, вертись, Алекси, как ужик, в лепешку разбейся, но сделай так, как у тебя получилось в Китае. Хотя, мало ли, что он говорил…

Дома уже ждал Мезенцев, опять в обличье сантехника.

– Так я устроился в управляющую компанию, – буднично пояснил он. – Теперь на законных основаниях, тут все починяю. Рано или поздно пендосы, как вы мериканцев обзываете, спохватятся и обложат вас топтунами. Теперь о деле…

Он начал выкладывать на барную стойку пухлые пачки долларов в пятерках, десятках и двадцатках.

– Это сертификаты на алмазы, – он подвинул к Алексею лист бумаги. – Алмазы оценили в два и один карата, два и два, а третий, соответственно, в два и пять карата. Рубин тоже два и пять карата. За него дали по две шестьсот за карат. Алмазы сильно дешевле, но все камни оказались исключительной чистоты. Общая сумма – семь тысяч девятьсот тридцать два доллара. Увы, реализовать удалось примерно за шестьдесят – шестьдесят пять процентов реальной стоимости. Компания Де Бирс жестко регулирует цены, камни ушли на черный рынок, плюс сняли за то, что камни только первично огранены. Словом, разули, скоты, но…

Мезенцев прервался.

– Есть и хорошая новость – возьмут все, что есть. Насколько я понимаю, у вас есть еще, Алексей Алексеевич?

Лешка повертел пачку денег в руках. Реальность значительно превысила ожидания. Он рассчитывал от силы на пару тысяч с копейками. Исходя из вырученной суммы остальные камни могли вместе, как минимум, около полумиллиона. Воистину гигантские деньги по нынешним временам. То есть, мечты о заводиках для Родины уже становились реальными.

– Вам повезло, мне удалось почти случайно выйти на одного деятеля, к слову, нашего соотечественника, очень известного в узких кругах ювелира, – продолжил рассказывать ротмистр. – Несколько странного человека, но надежного партнера. Судя по всему, он как раз собрался провернуть какую-то комбинацию на рынке камней. Возможно подвинуть на время Де Бирс с рынка. Увы, деталей его замысла, я не знаю.

– Есть… – коротко ответил Лешка. – Еще есть и много. Но не знаю, стоит ли…

– Все правильно, – договорил за него Мезенцев. – Если соберетесь реализовывать, лучше несколькими партиями от греха подальше. Большие деньги даже умным людям голову кружат.

Алексей кивнул и отдал ротмистру мешочек с оставшимися рубинами.

– Осторожней, Алексей Павлович.

– Я всегда осторожен, – очень серьезно ответил ротмистр. – Теперь о ваших счетах. Вас примут завтра в восемнадцать часов. В Соединенных Штатах пока нет закона, который обязывает иностранные банковские организации раскрывать данные клиентов. Таким образом ваше инкогнито будет полностью сохранено. Учитывая вашу популярность, визит обставлен с максимальной секретностью, чтобы никто не пронюхал из прессы. Организационные моменты займут около двух суток, если все подтвердится, вы получите полный доступ к своему счету…

Потом ротмистр получил полторы тысячи долларов на обеспечение операций, после чего ушел. А дальше произошла почти семейная сцена.

– Мне очень стыдно… – заныла Дуня с сокрушенным видом. – Вот очень-очень…

– Что случилось? – насторожился Лешка.

– Ты не будешь ругаться? – осторожно поинтересовалась товарищ Раскольникова.

– Какого черта? – вспылил Алексей.

– Прошлась с утра по магазинам… – буркнула, потупившись Дуня. – Надо же было приготовится к сегодняшнему мероприятию. Ну… очнулась, когда… в общем, я потратила почти все наши деньги из командировочных… прости пожалуйста…

– Что? Где твоя революционная сознательность? – Алексей сурово нахмурился, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. – Дома дети голодают, страна экономит на всем, а ты предаешься роскоши?

– Я готова искупить! – товарищ Раскольникова бухнулась на колени и потянулась руками к поясу Лешки. – Прямо здесь и сейчас…

– Сгинь, нечистая! – Алексей шарахнулся от нее. – Тьфу ты, буржуазная перерожденка!

– Простишь? Иначе… – Дуня быстро провела язычком по губам.

– Держи… – Алексей отсчитал ей пятьдесят долларов. – На этом все.

– Гран мерси! – Дуня быстро спрятала деньги и очень серьезно добавила. – Правда, все это оказалось сильнее меня. Сама не ожидала. Противно даже, как наваждение. Может все-таки выпорешь меня? Как тогда, в поезде…

– Иди кобыле в трещину… – Алексей вложил себе в бумажник сотню мелкими купюрами. – Думай, куда остальное спрятать?

Подходящее место нашлось на кухне в простенке за шкафчиком. Конечно, при тщательном обыске тайник нашли бы, но воришкам пришлось бы повозиться, чтобы добраться до денег.

А дальше приехал Стендиш и события стремительно завертелись.

– На ранчо собираются разные люди: политики, актеры, чиновники, банкиры и промышленники, чтобы просто отдохнуть и развеяться, – рассказывал капитан. – Мероприятие закрытое, так просто туда не попадешь. Обстановка исключительно неформальная. Никаких смокингов и цилиндров, все только наслаждаются отдыхом и жизнью.

Алексей машинально кивнул.

– Но, порой так случается, что встречи приносят большие контракты, – продолжил Стендиш. – Увы, даже на отдыхе деловые люди думают только о деньгах. Такова жизнь. Мероприятие на своем ранчо устраивает один из соучредителей киностудии Metro-Goldwyn-Mayer Николас Шенк. Он и очень многие хотят познакомиться с тобой. К слову, один из моих родственников, большая шишка в Военном министерстве, занимается контрактами с подрядчиками. Он тоже будет присутствовать, так что не теряйся…

Джеймс расхохотался и картинно упал на колено перед появившейся Евдокией Мефодьевной.

– Мисс Дунья! Вы великолепно выглядите! А тебе, Алекс, стоит слегка обновить гардероб. Но этим мы займемся по пути. Ты еще не обзавелся машиной? Пора, пора. Если что, я тебе подскажу. Но ничего, поедем на моем Кадиллаке.

– Уже… – буркнул Алексей. – Так что поедем на моей…

Предстоящие встречи продолжали вгонять его в уныние. Богатеев он люто ненавидел еще с прошлой жизни.

Дюзенберг просто убил Стендиша.

– Алекс… – восхищенно протянул он. – Когда ты успел? Черт, ведь такие надо заказывать за полгода! Видимо кто-то отказался от заказа и машину отдали тебе. Смотрю, ты умеешь делать из воздуха денежки. Не забывай про меня дружище, когда будешь заключать сделки…

По пути заехали в мужской магазин Brooks Brothers, где Лексе, только за упоминание его в рекламе в качестве постоянного покупателя и короткую фотосессию, предоставили бесплатный доступ к ассортименту. Как позже выяснилось, все устроил хитрый Стендиш, за какие-то преференции себе.

За городом Лешка разогнал машину до сотни миль и остался ей полностью доволен. Саму машину он планировал сдать на нужды государства, пусть хоть по винтикам разбирают, а дома сам он вполне обходился без автомобиля.

Ехать пришлось пару часов. Встречал гостей сам Николас Шенк, интеллигентного вида неприметный дядька в очках. В нем вообще ничего не выдавало владельца огромной киноимперии. Даже одет он был по-домашнему, в свободные брюки, мягкие туфли, слегка помятую рубашку и вязанную кофту.

А заговорил он совершенно неожиданно по-русски, хотя и с сильным акцентом.

– Мистер Турчин, мисс Раскольникова… – Шенк вежливо склонил голову и протянул руку. – Рад вас видеть у себя. Признаюсь, я долго раздумывал над вашей популярность в Америке. Теперь секрет раскрыт – причина ваше природное славянское обаяние. Если захотите попробовать себя в киноиндустрии, только дайте знать. Но у нас еще будет возможность поговорить. Вам сейчас покажут дорогу. Джеймс, я тебе должен за то, что ты уговорил мистера Турчина и мисс Раскольникову приехать. Надеюсь, пара билетов в кино тебя устроят?

Шенк держался очень сдержано, но Лекса заметил, что он не отводил взгляда от товарища Раскольниковой. Словно его глаза приклеили к ней. Киномагнат явно сразу запал на Евдокию.

По пути Дуня шепнула Алексею.

– Ты меня спрашивал, какие мужчины мне нравятся? Вот такие, как этот Шенк.

– Только попробуй стать невозвращенкой, – нарочито злобно буркнул Лешка в ответ. – Сам пристрелю!

Дуня пристально посмотрела на Алексея, но ничего не ответила.

Гостей поместили в четырехкомнатные апартаменты с туалетной комнатой в отдельном коттедже и приставили двух миловидных черных служанок. К счастью, едва ли не впервые в командировке, с двумя спальнями и двумя кроватями, соответственно.

Пока служанки помогали разбирать багаж, Алексей вышел на балкончик. Ранчо оказалось неожиданно огромным, в нем, вероятней всего, могло спокойно уместиться пару-тройку деревенек. Алексей даже не смог рассмотреть всю территорию. Вокруг большого красивого особняка размещались небольшие коттеджи, скорее всего для гостей. Среди деревьев просматривались теннисные корты и поле для крикета.

– Сраные буржуи… – машинально буркнул Лешка. – С жиру бесятся, кобыльи дети…

С террасы соседнего коттеджа приветливо махнул рукой мужчина, сошел на дорожку и направился к Алексею.

Лешка ругнулся про себя и из вежливости шагнул навстречу.

Судя по роскошному Кадиллаку, припаркованному перед домом, мужчина тоже принадлежал к высшему обществу, но, как и хозяин ранчо, выглядел совершенно непритязательно. Обычный улыбчивый и приятный мужичок лет пятидесяти возрастом, чем-то смахивающий на знаменитого российского актера Баталова. Да и одежда не блистала роскошеством.

– Альфред Слоун, – представился сосед. – Никогда не видел вас здесь, мистер…

– Алекс Турчин, – назвал себя Алексей. – Так и есть, мистер Слоун. Я здесь впервые. Честно говоря, в Америке тоже.

– Аааа, вы тот самый Турчин! – доброжелательно улыбнулся мужчина. – Знаменитый красный генерал. Честно говоря, я вас представлял немного по-другому. Постарше и… как бы тактично выразится, свирепей, что ли! Ради бога, не обижайтесь…

– Я очень свирепый! – Лешка состроил злобную рожу. – Но, чтобы ввести в заблуждение своих жертв, прикидываюсь молоденьким и безобидным.

Слоун весело расхохотался.

– Мы найдем общий язык, мистер Турчин. Хотя печально, что вы выбрали машину не моей компании, – он нарочито презрительным выражением на лице покосился на Дюзенберг. – Но ничего, я исправлю ваш вкус.

До Лешки вдруг внезапно дошло, что он так запросто болтает с президентом компании Дженерал моторс, еще одним автомобильным монстром Америки, наряду с Фордом.

– Мне это корыто просто подарили, – развел руками Лекса. – Не отказываться же.

– Вы удивительно точно выразились, Алекс! – снова широко улыбнулся Слоун. – Мы с вами сегодня еще пообщаемся. Мне очень интересно, как развивается автомобилестроение в Советской России.

Вполне доброжелательно поболтав с ним, Лекса отправился переодеваться, костеря во все лады буржуйскую манеру менять одежду по любому поводу. Недолго раздумывая, выбрал неформальный твидовый костюм-тройку, удобные замшевые полуботинки и кепку-хулиганку, благо погода позволяла обойтись без плаща или пальто.

Дуня собиралась слегка дольше, но обошлось без понуканий и вскоре они вышли прогуляться по парку.

И почти сразу столкнулись с парой мужчин.

Крупный, широколицый брюнет, пристально посмотрел на Лексу и остановился. Его взгляд точно нельзя было назвать доброжелательным, но и откровенной враждебности в нем не прослеживалось.

Поколебавшись мгновение, он тактично, но едва заметно кивнул Дуне и протянул руку Алексею.

– Джон Эдгар Гувер. Надо понимать, вы…

Лешка сразу понял, кто перед ним и спокойно представился:

– Странно, если бы вы меня не узнали, мистер Гувер. Да, я Алекс Турчин. Красный генерал и прочая, и прочая, уж не знаю, что у вас в досье на меня записано…