Текст книги "Урожайный год (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 25

Дед сидел в своём кресле. На столе перед ним лежали какие-то бумаги, но он не читал, а просто смотрел на них.

Когда я вошёл, Игорь Владимирович поднял на меня сонный взгляд и удивлённо спросил:

– Это ты, Саша?

Он как будто успел забыть, что я только что разговаривал с ним через дверь.

Его забывчивость и сонный вид показались мне подозрительными. Как будто Игорь Владимирович был под действием анестезии.

А ведь так оно и есть! Библиус говорил, что спящие матросы не чувствовали укусов мышей-вампиров, потому что те впрыскивали им в кровь свою слюну, снимающую боль. Видимо, двуногие вампиры делали что-то похожее со своими жертвами, чтобы те не могли сопротивляться.

– Здравствуйте, – кивнул я.

А сам внимательно прислушался к эмоциям деда. Он как будто спал наяву, его обычная живость бесследно исчезла. Но никаких признаков тёмного тумана я не заметил, и это меня обнадёжило.

– Что ты здесь делаешь? – хмурясь, спросил Игорь Владимирович. – Кажется, я сказал, что мне сегодня не до тебя.

Вместо ответа я повернул ключ в дверном замке и впустил Лизу и дядю Серёжу.

– Что происходит? – сердито спросил Игорь Владимирович. – Сергей, ты плохо расслышал мой приказ? Я велел тебе не пускать Александра в дом.

– С вами случилась беда, ваше сиятельство, – сказал дядя Серёжа. – Вы сейчас под действием заклятья, и не понимаете, что делаете.

В его голосе слышались непривычные нотки неуверенности. И дело было не в том, что дядя Серёжа не верил мне. Просто он впервые спорил с Игорем Владимировичем.

– Что за чушь? – возмутился Игорь Владимирович. – Никакого заклятья на мне нет, я прекрасно себя чувствую. А тебя за нарушение приказа отстраняю от службы. Жди в своей комнате, я займусь тобой после того, как закончу с делами.

Он снова опустил взгляд к бумагам.

– Это договор с бароном Корбуном? – спросил я, имея в виду бумаги.

– Ты ещё здесь? – удивился Игорь Владимирович, оторвавшись от бумаг. – Да, это договор, и я должен внимательно прочитать его прежде, чем поставить подпись.

Его удивление не было наигранным, я это почувствовал. Он и в самом деле умудрился за секунду забыть о том, что я стою перед ним.

– Дядя Серёжа прав, – сказал я. – Барон Корбун наложил на вас заклятье, только поэтому вы решили сделать его своим партнёром.

Мне показалось, что если дед мне поверит, это может помочь ему освободиться от действия тёмных чар.

– Ерунда, – раздражённо ответил Игорь Владимирович. – Ты умён, Александр, но слишком молод, и плохо разбираешься в людях. Барон Корбун очень настойчивый человек, в нём есть сила. Он может пригодиться нашему роду. Такими знакомыми не разбрасываются.

– Вы же сами отказали ему, – напомнил я. – Вспомните, как он вёл себя в ресторане, как обращался с официантом!

– Какое отношение это имеет к деловой хватке барона? – рассердился дед. – Я ошибся в нём, но вовремя понял свою ошибку.

Что-то было не так. Я по-прежнему не видел тёмного тумана, но заклятье совершенно точно действовало, и не собиралось ослаблять хватку. Почему я его не замечаю? Барона поблизости нет, тогда как он умудряется влиять на Игоря Владимировича?

И вдруг я понял – кукла! Соломенная кукла, точно такая, какую нашёл у себя в кармане Зотов.

Для того барон и приходил к деду – чтобы подсунуть ему зачарованный артефакт.

Пока эта кукла у деда, убеждать его бесполезно. Он не услышит никаких доводов, заклятье этого не позволит.

Значит, нужно отобрать куклу. Но где она?

И тут я обратил внимание на просторный полотняный пиджак, который Игорь Владимирович любил носить дома. Наверняка он принимал барона Корбуна в этом пиджаке.

Пиджак измялся, как будто дед спал в нём. Это было немыслимо, но всё объясняло. Я мог поклясться, что зачарованный артефакт лежит в одном из карманов пиджака.

Наверное, лучше уговорить деда снять пиджак и отдать его мне. А куклу из кармана я могу достать и сам, так будет безопаснее.

Эти мысли промелькнули у меня в голове буквально за пару секунд, и я тут же начал действовать.

– Игорь Владимирович, снимите пиджак, – вежливо попросил я. Дядя Серёжа удивлённо посмотрел на меня, но мне было не до него. Всё внимание я сосредоточил на том, чтобы убедить деда.

– Что ещё ты выдумал? – изумился дед. – Говорю тебе, я занят. Увидимся позже.

Он наконец-то проснулся, в голосе зазвучали знакомые властные нотки. Уже хорошо, но теперь мне придется поколебать его уверенность, без этого ничего не получится.

– Вы всё утро сидите над готовым документом и никак не можете заставить себя подписать его, – сказал я. – Почему?

– Это важная бумага. Я должен быть уверен, что всё в порядке.

Голос деда едва заметно дрогнул.

– Вы прочитали его столько раз, что уже выучили текст наизусть, – не отступал я. – Но не ставите подпись, потому что понимаете – это не ваше решение.

– Моё, – неуверенно заспорил дед. – Чьё же ещё?

– Послушайте меня, послушайте внимательно, – настойчиво повторил я. – Вы не хотели меня видеть, так?

– Да, у меня нет времени на пустые разговоры, – нахмурился дед.

– Тогда почему вы прислали мне зов? – спросил я. – Вы же знали, что ваше решение меня удивит, и я обязательно захочу всё выяснить. Вы могли просто подписать договор, и сообщить мне об этом позже. Но вы поступили по-другому.

– Я… я не знаю, – растерялся Игорь Владимирович.

– Вы не хотите подписывать этот договор, – кивнул я. – Но не можете справиться с собой, и вам нужна моя помощь. Заклятье запретило вам говорить со мной прямо, но вы нашли способ.

Во взгляде Игоря Владимировича появилась детская беспомощность, и моё сердце болезненно сжалось.

– Но я должен подписать этот договор, – пробормотал он. – Просто должен, и всё.

– Подписывайте, – кивнул я. – Но сначала отдайте мне пиджак. Вы можете это сделать.

Я вложил в голос всю свою уверенность. Наверное, даже больше, чем её было на самом деле, потому что голова внезапно закружилась, а к горлу подступила тошнота. Но я усилием воли прогнал её и повторил:

– Снимите пиджак и отдайте его мне.

Мой магический дар проснулся и загудел, как туго натянутая струна. Я почувствовал, что магия наполняет моё тело и выплёскивается наружу.

Охранник, который стоял слева от меня, удивлённо открыл рот. Его руки сами собой потянулись к блестящим пуговицам мундира и стали медленно расстёгивать их.

– Снимайте пиджак, – в третий раз повторил я.

На лице Игоря Владимировича снова появилось сонное выражение.

– Хорошо, – кивнул он и принялся раздеваться.

Минута, и его пиджак оказался у меня. Я быстро запустил руку в один из карманов. Пусто!

Зачарованная кукла нашлась в другом кармане. Небрежно скрученная из толстой соломы, перевязанная серой верёвкой, она отдалённо напоминала человека с раскинутыми в стороны руками. У неё не было ни глаз, ни лица. Пучок соломы с умело наложенными на него чарами.

Когда я дотронулся до неё, кукла сердито уколола мои пальцы магией. Как будто хотела приказать – не трогай!

Но я крепко сжал её в кулаке и посмотрел на дядю Серёжу:

– Мне нужен огонь.

– Сейчас, ваше сиятельство, – кивнул начальник охраны.

Он щёлкнул пальцами, и в камине загудело пламя. Сухие дрова загорелись мгновенно, в комнате потянуло теплом.

Я бросил куклу в огонь. В эту минуту я совершенно не думал о том, что сжигаю вещественное доказательство. Мне нужно было уничтожить опасный артефакт, и я сделал это без колебаний.

Кукла мгновенно вспыхнула. Сухая солома еле слышно трещала и изгибалась перед тем, как превратиться в пепел. Мой магический дар гудел всё громче, он каким-то образом защищал всех нас от умирающей чужой магии. От этого звона у меня снова закружилась голова, я покачнулся и опёрся рукой на стол, чтобы не упасть.

Дар замолчал только после того, как кукла полностью сгорела. От неё не осталось ничего – ни пепла, ни обугленной соломинки.

Вот так по замыслу Корбуна должен был сгореть Потеряев, неожиданно подумал я.

Игорь Владимирович вдруг побледнел и обмяк в кресле. Он потратил слишком много сил, борясь с тёмным заклятьем, и теперь они кончились. Дед потерял сознание.

Преодолевая собственную слабость, я бросился к нему:

– Дедушка, держись!

Сейчас я хотел только одного – чтобы дед выжил, чтобы с ним всё было хорошо. Даже ненависть к барону Корбуну отошла куда-то далеко, с ним я разберусь позже.

На лестнице послышались торопливые шаги, и в комнату вбежал Иван Горчаков.

– Саша, в сторону, – крикнул он.

Поставил на пол свой чемоданчик и наклонился над дедом.

Одну ладонь Иван положил деду на лоб, другую – на грудь и замер, прислушиваясь.

Я почувствовал, как Лиза взяла меня за руку.

– Это просто обморок, – выпрямляясь, сказал Иван. – Сейчас.

Щелкнув замками, он открыл чемоданчик, достал из него пузырёк из тёмного стекла, вытащил деревянную пробку и поднёс к лицу Игоря Владимировича.

Я увидел, как дед поморщился и глубоко вздохнул. Затем хрипло закашлялся и открыл глаза.

Он сразу же попытался выпрямиться, но Иван придержал его за плечо.

– Не двигайтесь, сейчас мы отнесём вас в мобиль.

– Нет, – еле слышно сказал Игорь Владимирович.

Он нашёл меня взглядом.

– Саша, я хочу остаться дома. Скажи им.

– Это возможно? – спросил я Ивана.

– Судя по всему, тёмное заклятье не успело проникнуть глубоко в сознание, – неохотно ответил Иван. – Но я должен убедиться.

– Останься с дедом здесь, – попросил я. – В госпитале будет трудно обеспечить нужную охрану. Здесь достаточно свободных комнат, мобиль с водителем к твоим услугам.

– Хорошо, – согласился Иван. – Но Игоря Владимировича нужно отнести в постель. Мой мобиль у ворот, в нём есть носилки.

Мы с дядей Серёжей отнесли деда в его спальню и осторожно переложили на кровать.

– Саша, прости меня, – вдруг сказал дед. – Я тебе столько хлопот доставил.

– Это не ты, – твёрдо ответил я. – Это барон Корбун постарался, и он за это заплатит.

– Всё равно, – упрямо повторил Игорь Владимирович. – Я не должен был пускать его в дом.

– Не думай об этом сейчас, – попросил я. – Лечись и набирайся сил. Ваня Горчаков останется с тобой.

Игорь Владимирович не стал просить меня остаться, он понимал, что это невозможно. Дед только устало кивнул и попросил:

– Позови Серёжу.

– Дядя Серёжа! – позвал я. – Иди сюда.

Начальник охраны появился сразу, он ждал за дверью.

– Ты всё сделал правильно, – сказал ему Игорь Владимирович. – Спасибо. Пока я не встану на ноги, и дальше выполняй все распоряжения Александра.

Дядя Серёжа молча кивнул и посмотрел на меня.

– Нужно усилить охрану, – сказал я ему. – Не впускай в дом ни единого постороннего человека, даже торговцев или знакомых Игоря Владимировича. Я попрошу полковника Зотова прислать сотрудников Тайной службы, но они будут охранять дом снаружи. Внутри должны быть только свои. До моего распоряжения никуда не отпускай своих подчинённых или прислугу. Вы на осадном положении.

Я не без оснований опасался, что барон Корбун может наложить заклятье на кого-то из слуг.

– Будет исполнено, ваше сиятельство, – ответил начальник охраны.

Отдав необходимые приказы, я сразу же послал зов Никите Михайловичу.

Внимательно выслушав меня, Зотов заметил:

– Вы понимаете, что уничтожили единственную улику? Я не ставлю это вам в вину, сам поступил опрометчиво. Но теперь нам будет трудно привлечь барона к суду.

– Я не собираюсь отдавать Корбуна под суд, – твёрдо ответил я. – Имейте это в виду. У меня есть право вызвать его на дуэль за нападение на Игоря Владимировича, и я воспользуюсь этим правом. Важно другое. Предупредите своих людей, чтобы они ни в коем случае не пытались проникнуть в дом барона. Это смертельно опасно для них.

– Хорошо, – помолчав, ответил Никита Михайлович.

Он понимал, что отговаривать меня от дуэли бесполезно. Только спросил:

– Вам понадобится моя помощь?

– Не знаю, – честно ответил я. – Будьте наготове.

Глава 26

Теперь мне был нужен план действий. Я не собирался наобум ввязываться в схватку с бароном.

– Едем домой, – сказал я Лизе. – Я хочу быть уверен, что ты в безопасности, прежде чем начну действовать.

Но как только мобиль извозчика тронулся, барон Корбун сам прислал мне зов.

– Добрый день, ваше сиятельство, – преувеличенно-вежливо поздоровался он. – Как здоровье Игоря Владимировича?

Лиза сидела рядом со мной и сразу почувствовала, как я напрягся. Он с тревогой посмотрела на меня.

– Что вам нужно? – напрямик спросил я Корбуна.

– Сердитесь? – насмешливо поинтересовался барон. – А напрасно. Вы сами во всём виноваты, Александр Васильевич. Я ведь предлагал вам решить наши разногласия миром, а вы начали мне угрожать. Между прочим, моё предложение остаётся в силе, мы с вами ещё можем договориться. Вы ведь уже знаете, где я живу? Приезжайте ко мне в гости в любое удобное время, поговорим без лишних ушей.

Кобун явно наслаждался чувством собственного превосходства. Я же слушал его с отстранённым любопытством. Моя злость не прошла, но она трансформировалась в холодную решимость и не туманила разум.

– Для чего вы всё это затеяли? – спросил я. – Что собираетесь доказать, и кому?

– Такая уж у меня натура, – весело ответил барон. – Я хищник по природе, охота у меня в крови. Вам это должно быть понятно. Мы с вами очень похожи, только вы охотитесь за магическими тайнами, а меня интересует другое.

– Что именно? – поинтересовался я.

– Это долгий разговор, – рассмеялся барон. – Его лучше вести лицом к лицу, а у меня так мало интересных собеседников. Полиция и Тайная служба не в счёт.

Барон вёл себя нагло, я почти не сомневался, что исчезновение Прудникова тоже устроил он.

– Что вы сделали с полицейским следователем? – напрямик спросил я. – Он у вас?

– А вы приезжайте и поищите, – обрадовался Корбун. – Обещаю, что покажу вам каждый уголок своего дома.

Он изо всех сил провоцировал меня, надеясь, что я потеряю голову.

– Предпочитаю встретиться на нейтральной территории, – ответил я. – Например, возле Чёрной речки. День и время я сообщу вам дополнительно. И позаботьтесь о том, чтобы подыскать себе секунданта.

Лесная поляна у Чёрной речки была излюбленным местом столичных дуэлянтов.

– Вы меня вызываете на дуэль? – изумился Корбун. – А вы помните, что я отлично владею шпагой? С удовольствием принял бы ваш вызов, Александр Васильевич, но не могу. За мной, знаете ли, следят. Да-да, и собираются арестовать, поэтому я пока не выхожу из дома. Но если вам так хочется, мы можем пофехтовать у меня во дворе, здесь достаточно места.

– Вы боитесь? – усмехнулся я. – Тогда чего стоят ваши рассуждения о праве сильного? Вы много рассуждаете, барон, а сами сидите взаперти и трясётесь от страха.

Я намеренно хотел разозлить Корбуна, и это мне отлично удалось.

– Я убью вас, – звенящим от напряжения голосом заявил Корбун. – С самой первой встречи я мечтаю это сделать. Я никогда не оставлю в покое ни вас, ни вашу семью, граф Воронцов!

Больше говорить было не о чем, поэтому я просто оборвал разговор с бароном. Ни к чему тратить время и слова.

– Это был Корбун? – тихо спросила Лиза, прижимаясь ко мне.

– Да, – кивнул я. – Барон приглашает меня в гости.

– И ты поедешь?

Серые глаза Лизы потемнели от тревоги – она боялась за меня.

– Пока я не вижу другого выхода. Я попытался вытащить барона из дома, но не вышло.

– Библиус говорил, что дом для вампира – настоящее убежище, – напомнила Лиза. – Там он неуязвим.

– Помню, – улыбнулся я. – Но с некоторыми домами можно поговорить, и даже договориться. Корбун слишком самоуверен, и не знает моих возможностей. Попробую этим воспользоваться.

* * *

– Приехали, ваша милость! – сказал извозчик, останавливая мобиль возле нашего особняка.

Я расплатился и помог Лизе выйти из мобиля. На крыльце нас уже дожидался Игнат.

– У нас гости, ваше сиятельство! – обеспокоенным тоном объявил он. – Явились без приглашения, неизвестно откуда. Вас дожидаются.

Тревога мгновенно кольнула сердце. Кого ещё принесло по мою душу?

– Почему без приглашения? – возмутился за спиной Игната знакомый голос. – Это дом нас пригласил.

Игнат посторонился, и я увидел домового Семёна.

– Привет, Тайновидец, – кивнул Семён.

– Здравствуй, – улыбнулся я. – Так ты не один?

– Нет, конечно. Твой особняк рассказал нам про козни проклятого барона, и мы все пришли тебе на помощь. Только кладовики, как всегда, опаздывают.

Домовой деловито посмотрел на меня:

– Ты не возражаешь, если мы обсудим наши планы в столовой? Я прихватил с собой отличный торт из той самой кондитерской. Кстати, почему ты мне ничего о ней не сказал? Кладовикам сказал, а мне – нет.

Взгляд Семёна наполнился укоризной.

– Не успел, – рассмеялся я. – Но ты ведь и сам как-то про неё узнал?

– Мне рассказал Репей, и я сразу же отправился туда. Это настоящая магическая кондитерская, вот что я тебе скажу! Хозяйка только взглянула на меня, и сразу поняла, что больше всего на свете мне нравятся бисквитные торты с шоколадным кремом. Я и сегодня хотел принести такой торт, но хозяйка кондитерской заверила меня, что для тебя приготовит кое-что особенное. Мы ещё не открывали коробку, дожидались тебя. Но мне уже не терпится.

Легкомысленная болтовня домового бесследно прогнала неприятную тяжесть, которая сдавливала грудь.

– Тогда идём скорее, – улыбнулся я.

* * *

В столовой нас дожидались Валериан Андреевич Чахлик и Акинфий Петрович – предок рода графов Сосновских. Чахлик сидел за столом, а Акинфий Петрович витал возле окна, красиво переливаясь в дневном свете – он был призраком.

– Привет, Тайновидец, – кивнул мне Акинфий Петрович.

– Здравствуйте, Александр Васильевич, – вежливо поднявшись из-за стола, поздоровался Чахлик. – Простите, что мы явились без приглашения, но дело очень серьёзное. Это правда, что в Столице появился вампир?

– Выходит, что так, – кивнул я.

– Это очень плохо, – озабоченно поджал губы Валериан Андреевич. – Мне довелось столкнуться с такой тварью, когда я путешествовал по Уральским горам. Тот вампир был совсем молодым, но успел поглотить почти всю магию в округе, прежде чем мы с местным шаманом до него добрались. Ещё немного, и он бы принялся за людей.

– А как вы его уничтожили? – заинтересовался я.

– Мне удалось ослабить вампира магией Смерти, – усмехнулся Чахлик. – А шаман вызвал духов, которые утащили душу твари за Грань. Но пришлось попотеть, почуяв смерть, зверь едва не добрался до шамана. А ваш знакомый Корбун уже набрал силу. С ним нужно расправиться как можно скорее.

– Я отправил ему вызов на дуэль, но он предпочитает отсидеться дома, – сказал я.

Валериан Андреевич удивлённо посмотрел на меня.

– Дуэль? Александр Васильевич, вы имеете дело с диким хищником, хоть он и кажется человеком. У него нет ни чести, ни благородства, только инстинкты, хитрость и злоба. С ним нельзя сражаться, можно только загнать и уничтожить. Вы ведь разговаривали с бароном? Вспомните, как он отзывался о людях.

– Он много говорил о том, что сильные имеют право питаться слабыми, – усмехнулся я.

– Вот видите, – кивнул Чахлик. – Вы же не станете вызывать на дуэль волка-людоеда?

– Валериан Андреевич правильно говорит, – решительно кивнул предок рода Сосновских. – Этот Корбун – не первая тварь в Столице. Ещё при царе Петре объявился один такой же и принялся подъедать магов. Оставлял от них одни ошмётки. Охотились за ним всем Городовым островом, так он душ тридцать убил, пока его мужики кольями не забили.

– Кольями? – удивился я.

– Осиновыми кольями, – подтвердил Акинфий Петрович. – Лучшее средство от любой тёмной нечисти. Вампира мало убить, нужно его сущность уничтожить, чтобы и следа не осталось. А если ты его шпагой затыкаешь, он только рад будет. Станет призраком, так ему ещё сподручнее магию из людей вытягивать.

Слова Чахлика и Акинфия Петровича звучали весомо. Я только сейчас начал отчётливо понимать, с каким коварным противником меня столкнула магия.

– Говорят, в своём убежище вампир почти неуязвим, – заметил я.

– Это верно, – хмуро кивнул Чахлик. – Уральского вампира нам удалось выманить из дома, только поэтому и справились. А Корбун, как я понимаю, добровольно не выйдет. Но можно подождать, пока голод выгонит его наружу.

– Оставим эту идею в качестве запасного варианта, – согласился я. – Но сначала я попробую договориться с домом барона. Вдруг получится, и он нам поможет. Что скажешь, Семён?

– Надежды на это мало, – пожевав губами, ответил домовой. – Но попробовать можно. Я так думаю, дом до ужаса боится вампира.

– А Страж Магии сможет нам помочь? – спросил я Чахлика.

– Страж готов оказать любую помощь, – кивнул Чахлик. – Но он не знает, что нужно делать. Вы же помните, у нас очень молодой Страж. Силы ему не занимать, но он никогда не сталкивался с вампирами.

– Кажется, у нас вырисовывается план, – светлея лицом, сказал Валериан Андреевич. – Мы окружим логово вампира магической сигнализацией – с этим отлично справятся кладовики – и подождём. А вы пока попробуете поговорить с его домом.

– И съедим торт, – добавил Семён. – Он придаст сил. Где эти кладовики, куда они запропастились?

Словно по заказу в воздухе запахло грозой. Послышался сухой треск, прямо посреди комнаты раскрылся портал, а из него выскочили кладовики.

– Вот и мы! – объявил Репей, старательно пряча что-то за спиной. – И не с пустыми руками. У нас для тебя подарок, Тайновидец!

– Почему от тебя пахнет гарью? – улыбнулся я.

– Вы опоздали, – сурово покачал головой Чахлик.

– Мы были в кузнице, – объяснил Репей. – Делали оружие. Смотрите!

Он вытащил из-за спины деревянный кол и торжественно потряс им в воздухе.

Кол выглядел крепким. Его заострённый конец был окован серебром.

– Чистая осина! – похвастался Репей. – Прямо из Сосновского леса, так что магии в ней, хоть отбавляй. Ни один вампир не устоит.

– Это правильно, – серьёзно кивнул Акинфий Петрович.

– Уж точно лучше шпаги, – сухо усмехнулся Чахлик.

Я взял осиновый кол в руки. Он оказался увесистым и удобно лежал в ладонях. Я представил, как протыкаю серебряным остриём грудь барона Корбуна. Эта мысль не вызвала у меня никакого отвращения – почему бы и нет, если надо.

– Спасибо, ребята, – кивнул я.

Я был до глубины души благодарен этим магическим существам. Они не просто пришли на помощь, они всерьёз собирались отправиться вместе со мной на схватку с очень опасным противником.

Такая решимость дорого стоила. И изрядно добавляла мне уверенности.

Затем я перехватил умоляющий взгляд Семёна и улыбнулся:

– А теперь попробуем торт. Ни один вампир не стоит того, чтобы терять из-за него аппетит.

Я открыл коробку и увидел лежащий на серебристой фольге торт в виде замка с двумя высокими башнями. Торт был полностью облит тёмным шоколадом, это придавало замку мрачный вид.

Рядом с замком стояла крохотная человеческая фигурка из белого шоколада.

– Это же ты, Тайновидец! – удивился Репей. – Нет, тебя мы есть не станем, мало ли что… А вот замок попробуем.

Он едва дождался своей порции, тут же откусил огромный кусок и торжественно сообщил:

– Под фоколадом кофейное пефенье. Фкуфнотища!

– Кофейное? – улыбнулся я.

Хозяйка кондитерской снова угадала, вкус кофе мне нравился больше всего. Хотя узнать это было не трудно, я ведь пил кофе в её заведении.

Хрустящее печенье и твёрдый тёмный шоколад – невероятно вкусно. И не приторно-сладко, сахара было точно в меру.

Вскоре от торта остались только крошки и фигурка из белого шоколада.

– Пора ехать, – решительно заявил Репей.

И тут в моём сознании зазвучал знакомый голос, похожий на шелест дождя. Мне прислал зов один из туннелонцев.

Я до сих пор не научился различать этих алхимиков из другого мира, а их это, в общем-то, не сильно заботило. Были в их загадочной жизни вещи поважнее – например, поиски Огненного Скакуна.

– Ты собираешься на охоту, – сказал туннелонец.

Он не спрашивал, а утверждал.

– Откуда ты знаешь? – удивился я.

– Магия подсказала. Просила напомнить тебе, чтобы ты не забыл Зелье Удачи, оно тебе пригодится.

Несколько пузырьков этого горьковатого зелья до сих пор лежали в нижнем правом ящике моего письменного стола.

– Спасибо за напоминание, – сказал я.

– Удачи тебе, – пожелал туннелонец. – Ещё увидимся.

* * *

– Мы поместимся в твой мобиль, Тайновидец? – спросил Репей. – Или нам лучше идти через портал? Честно говоря, я бы прокатился на мобиле – для разнообразия.

– Обязательно покатаю вас, – улыбнулся я. – Но не сегодня. Не обижайтесь, друзья, но я пойду к барону Корбуну один.

– Это неразумно, – возразил Чахлик.

– Одного мы тебя не отпустим, – немедленно надулся Репей.

Даже Тиша и Дивень осуждающе покачали головами.

– Я не собираюсь отказываться от вашей помощи, – улыбнулся я. – Но если мы появимся у дома барона всей командой, он сразу поймёт, что серьёзно влип. К тому же, его дом может нас не впустить. Поэтому мы сделаем вот что…