Текст книги "Доченька от бывшего. Нарисую новую жизнь (СИ)"

Автор книги: Виктория Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 33

Гордей

Устало перешагиваю порог своего дома. Скидываю с себя пальто, роняя на пол, прямо как Настя несколько часов назад. Поднимаю запястье и пытаюсь разглядеть время на часах. Начало первого… М-да, засиделся в отделении. Но не смог уехать, пока сам не убедился, что этих ублюдков заберут и отвезут в обезьянник. Переговорил с Костей, он сказал, что сделает всё, чтобы больше подобного не произошло.

И теперь со спокойной душой надо сходить в душ и лечь спать.

Со спокойной… Ага, как же. Лягу и буду смотреть в потолок и материть себя за то, что больше полутора лет назад сделал неправильный выбор.

Грёбаное проклятие моего рода – счастья нам не видать. Родителей потерял давно, братьев и сестёр не осталось. Детей нет. И всё из-за пустяковой болезни, которой переболел в детстве.

Ещё и девушку потерял, которую люблю.

Несмотря на хреновое стечение обстоятельств, я всё же останавливаюсь у барной стойки.

Замечаю какой-то конверт в золотистой окантовке.

А, приглашение на завтрашний благотворительный вечер.

Открываю – их там два. Вторая половинка не обязательна, можно взять с собой кого угодно. Но я пойду один. Нахрен Катю.

Поэтому разрываю второй пригласительный и, скомкав его, отправляю в мусорку. Конверт прячу за пояс.

Жена его наверняка видела, но плевать. Прийти у неё без пригласительного не получится.

Но мне и неважно. Я улыбаюсь, как дурак.

Настя меня рисовала.

Просто так ничего Настёна не делает. Это точно что-то значит. Возможно, сделала это в порыве ненависти. Но даже так – это меня ничуть не расстраивает.

Она всё ещё питает ко мне чувства. Неважно какие.

Этот холст доказал мне, что у этой девочки в сердце есть не только зима. А даже весна. Всё оттаивает, зацветает… Огонёк горит. Ненависти, злобы. Хотя бы так.

Это радует. Изначально она показалась мне холодной. Смотрела ровно, равнодушно, будто я был для неё пустым местом.

Но теперь так не считаю.

– Где ты был? – рушит всю безмятежность в моей душе противный голос Кати. – Начало первого. Только не говори, что задержался на работе.

Оборачиваюсь, прислоняюсь к барной стойке и закидываю на неё локти, упираясь.

Катя в домашнем халате, растрёпанная, спускается по лестнице.

– Не буду. Я перед тобой никогда не отчитывался и не собираюсь.

Она останавливается внизу, на последней ступеньке. Скрещивает руки на груди, одарив меня взглядом, полным обиды.

– У тебя что, появилась любовница?

– С такой женой, которая ходит непонятно где и постоянно бухает, может быть и такое, – пожимаю плечами.

– У меня сложный период в жизни, – цедит сквозь зубы. – А ты, вместо того чтобы поддержать… налево ходишь?

– Что за сложный период? Ноготь сломала, а запись ещё не скоро?

– Вот же ты скот! У меня проблемы со здоровьем, между прочим, из-за тебя, а ты меня ни во что не ставишь.

– Из-за меня? – выгибаю бровь.

– Если бы ты не шлялся к той малолетке, у меня не было бы выкидыша.

Сжимаю ладони в кулаки. Отрываюсь от барной стойки и с трудом сдерживаюсь, чтобы не ударить эту дуру. Женщин я не бью, хотя Катя несколько раз чуть не сделала меня моральным уродом. С такой сдержаться рядом – почти невозможно.

– Если не нравлюсь – разведись! – провокационно выкрикивает, явно пытаясь взять меня «на слабо». Думает, что раз я всё ещё ощущаю вину за тот случай, не брошу её.

Но сейчас, приподняв уголки губ, прохожу мимо жены. От неё снова несёт алкоголем. А в этот раз – ещё и сигаретами. Которые я запрещал ей курить.

– Хорошее предложение, – кидаю, поднимаясь по лестнице. – Давай.

– В смысле «давай»? – ошарашенно слышится от неё. – А как же я?.. А как же раздел имущества? И… моё психическое состояние? А ты? Да я, может, единственная, кто тебе ребёнка родить может!

Продолжаю подниматься по лестнице, скрипя зубами. Последние слова задевают за живое. Наверное, если бы не эта причина – развёлся бы давно.

Но сейчас так плевать, что я молча направляюсь в свою спальню.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 34

Настя

Смотрю в потолок и не могу избавиться от беспокойства.

Не по причине тех отморозков, приставших к нам, нет. Я немного успокоилась, уложив Сонечку и приняв душ. Думала, что быстро вырублюсь из-за пережитого, но вместо того, чтобы видеть десятый сон, смотрю в потолок.

Ничем не примечательный, белый. Точно отличающийся от моих запятнанных Гордеем мыслей.

Что делать дальше – ума не приложу.

Он зачем-то приехал ко мне с цветами… Чтобы что? Хочет вернуть всё на прежние места?

Нет, не получится. На это есть много причин.

Его жена. И хоть ребёнка у них нет, и ничего не связывает этих двоих… Пока у Гордея есть штамп в паспорте, нам не о чем говорить.

Затем – мой брат. Игорь никак не поменяет своего решения. Из-за Гордея мы постоянно ругались.

И последняя причина… я. Мой страх. Мои чувства.

Я не знаю, что испытываю к нему.

Сердце бьётся, как и прежде, когда вижу его. А потом одолевает страх. Преданный однажды человек боится вновь пережить эти чувства, и я боюсь.

Мне стоит сказать, что у него есть дочь. Может, попробовать построить нашу жизнь сначала, но… мне страшно. Сомневаюсь. Не уверена. Не этого я желала последний год. Совсем не этого…

Тяжело вздыхаю и прикрываю глаза. Под сопение моей малютки пытаюсь уснуть.

Не могу. Кручусь из стороны в сторону.

И невольно вспоминаю, как звонила Волкову, мы болтали по телефону, и я засыпала под его спокойный бархатистый голос. Сейчас он не такой. Твёрдый, грубый. Совсем другой Гордей.

Жмурюсь и теряю последние крупицы надежды уснуть в ближайшее время.

А всё потому, что в голове крутится его уверенное:

«Ещё увидимся».

Засыпаю только под утро. Разбитая, вместе с Сонечкой и братом еду в торговый центр, где мы вместе ищем мне платье. Конечно, Игорь, не разбирающийся в моде и красоте, полностью надеется на мой вкус.

А я… ничего из этого не хочу.

Но пытаюсь держать маску весёлой девочки, чтобы он не переживал и не устроил допрос. Когда я была такой настоящей? Беззаботной? Уже и не помню.

– Ты серьёзно решила взять чёрное платье? – выгибает бровь брат. – Не розовое? Не белое? Не фиолетовое? Чёрный? Уверена-уверена? У тебя ничего не случилось?

Закатываю глаза и, как-то весело размахивая пакетом, шагаю по торговому центру. Настроение с шоппингом немного поднялось. Давно вот так не выходила, не разглядывала одежду придирчивым взглядом. Всё покупала через интернет-магазины. А тут нащупалась!

Кажется, у меня немного траурное настроение, поэтому и выбрала чёрное.

Но не только из-за этого. Захотелось выглядеть… взрослее, что ли.

Я всё же мамочка уже. Детство в попе не играет. Хотя… кого я обманываю? Я с трудом сдержалась, чтобы не купить то пышное, лавандового цвета, но… чёрный стройнит. А то бёдра у меня после родов вширь внезапно выросли.

– Опять ты из-за своей задницы? – закатывает глаза Игорь. Я что, последние слова вслух сказала? – Такая же! Напридумывала там всякого!

Ага, блин, напридумывала!

– Я раньше сорок второй носила! А это сорок четвёртый…

– Вот же беда, – качает головой брат и смотрит на мою доченьку, сидящую у него на руках. – Мать у тебя дура.

– Эй, – я останавливаюсь, бью его по плечу. Но не попадаю – он умело уворачивается с Сонечкой на руках и гордо поднимает подбородок. Смотрит победно, будто так и говоря, что я последний лох!

Настроение поднимается, и этот день кажется мне не настолько ужасным.

Игорь отвозит меня домой, говорит, что парикмахер-визажист приедет к четырем часам, а няня к пяти. В шесть нам уже нужно быть на приёме…

Я немного ощущаю волнение и какой-то трепет. Вспоминаю, как несколько раз была на таких тусовках лет в семнадцать-восемнадцать. Я училась в элитной школе с многими мажорами, поэтому часто бывала в тех кругах. Правда, мне больше нравилась самореализация, чем тусня с ними.

Но навевает воспоминания…

Как и сказал Игорь – к четырём приезжает милая девушка Даша. Визажист и парикмахер. Обговорив детали, она наводит настоящую красоту. Волосы собирает наверху, закрутив их. Выпускает передние прядки. На лице минимум макияжа. И как хорошо скрывает синяки под глазами! Сегодня они особенно проявились из-за недосыпа…

Расцеловав свою доченьку, обещаю ей привезти чего-нибудь вкусненького. Я недавно начала вводить прикорм, и сейчас мы пробуем всякое-разное. Она отпускает меня со спокойной душой, тут же увлекаясь нянечкой.

За мной заезжает брат, и я, надев розовый пуховик, выхожу на улицу. Выгляжу несуразно… А ещё холодно, между прочим!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Поэтому в салон автомобиля буквально залетаю.

– Вот это мороз, – стучу зубами. А в ответ слышу только смех. Поднимаю взгляд на Игоря, впавшего в истерику. – Ты чего?

– Блин, Насть, – с трудом слышу в его хохоте. – Тебя как взрослой ни делай, всё равно такая же мелкая. Что за пуховик? Пальто, шуба? Нет? Мы ж тебе дарили с Васькой.

Закатываю глаза и пристёгиваюсь.

– Да ну тебя! Он тёплый. А мне болеть нельзя. У меня ребёнок…

Покровский-старший, всё ещё валяя дурака, заводит мотор. Мы отъезжаем от дома, я интересуюсь о Василисе.

– Нормально. Ей уже полегче. Вот сегодня с пацанами сидит.

– Она не против, что я с тобой поехала?

– Не-е-е, – отмахивается. – Она такие мероприятия не любит. У неё аллергия на таких.

Полностью её понимаю! И начинаю волноваться.

Я почти год вся в ребёнке. А тут… выход в люди.

Интересно… а Гордей там будет?

Сглатываю и чуть не бью себя по лбу.

Настя, почему ты не подумала об этом раньше?! А если мы встретимся? Он же наверняка вспомнит про тот холст. Я не хотела, чтобы он его видел. Ибо сразу всё поймёт. Он мне не безразличен. И наброски его лица я сделала тогда… когда он поцеловал меня. Благо он об этом не знает.

– Игорь, – зову тихонечко брата, вдруг решившись на вопрос. Они ведь крутятся в одних кругах. Наверняка уже встречались, да? Точно, а я ведь не подумала об этом. – А там будет много людей?

– Много, – кивает, сжимая руль. – Но ты хочешь узнать о конкретном, правильно понимаю?

Читает меня, как открытую книгу.

– Гордей тоже там будет?

– Нет, – улыбается, и у меня камень падает с плеч. – Он не появляется на таких мероприятиях очень давно. Ты же знаешь, будь он там, я бы не поехал. Не хочется устраивать драку и портить вечер помощи.

Я киваю. Он прав.

Вряд ли я сегодня встречусь с Гордеем. Нужно просто забыть о нём и немного отдохнуть…

Глава 35

Настя

– Волнуешься? – интересуется Игорь, взяв меня под руку. Мы уже сдали вещи в гардероб и теперь направляемся по коридору в зал, где проходит благотворительный вечер.

– Немного, – признаюсь, ощущая лёгкую дрожь в коленях.

– Далеко только от меня не убегай, – просит брат.

Этого я собиралась придерживаться до того, как вошла в пестрящий огоньками зал. Это обычный банкетный просторный зал. Хотя нет, не обычный. Всё кричит о роскоши и статусе этого места. Как и люди в нём.

Но я пугаюсь не этого. А того, что следует после нашего появления в поле зрения гостей.

– Игорь, боже мой, – к нам подлетает статная женщина лет сорока. Черты её лица кажутся мне смутно знакомыми, но я перевидала столько лиц за свои годы, что не могу её сразу вспомнить. – Это что, Настёна?

Она меня знает?

Не скрываю своего удивления.

– Она-она, – подтверждает брат.

– Да она меня не помнит! – жестикулирует руками, а потом улыбается, хватая меня за ладони. – Я же мама Веры, вы с ней в одном классе учились.

А… Начинаю припоминать. Из родительского комитета. Точно!

Неловко улыбаюсь и даже радуюсь этой встрече. Вера была хорошей девочкой, отличающейся от других мажорчиков. Она была… нормальной, что ли. Не помешанной на бабках.

Первой встрече я даже рада. А потом всё больше и больше хочется убежать от внимания гостей.

Оказывается, меня многие знают. Как «младшую сестрёнку Покровского». Раньше, когда я посещала подобные места, и подумать не могла, что таких, как я, могут запомнить. Хотя, может, и я бы это сделала, если бы меня интересовали эти люди в то время.

Вниманием мы не обделены. Кто-то узнаёт, кто я, только потому что думают, что я любовница Игоря. Васьки-то нет. И я уже жалею, что решила подменить Василису на этом вечере.

– Мы можем положить уже конверты с деньгами и уйти, а? – спрашиваю Игоря и ищу пути отступления. Слишком шумно, слишком много людей. Ещё и навязчивые официанты предлагают шампанское.

Хочу уже домой, к своей булочке. Лучше её шумные крики от прорезающихся зубов, чем эти. И есть не хочется от нервов. А скучно-то как… Все в основном собрались поесть и поболтать.

От скуки рассматриваю гостей.

Все одинаковые, ничем не отличающиеся друг от друга снобы. Я, кажется, уже каждого по имени знаю. Поэтому смотрю на новые лица, появляющиеся в дверях ресторана.

И, господи, лучше бы я этого не делала.

Как некстати там… появляется Волков. На голове всё тот же причёсанный ёжик. А на нём самом чёрный классический костюм. И галстук. Боже, как же раньше я обожала видеть на нём галстук! Особенно когда он был рубашке с закатанными рукавами, без пиджака.

О чём я думаю?!

Почему не думаю, что он здесь делает?

Одежда, блин, интересует!

Это катастрофа.

Если Гордей и Игорь встретятся… Нет, думаю, драки не будет. У Игоря хорошее настроение. Но, блин, я не могу быть уверена на все сто.

Теперь становится ещё страшнее.

В следующую секунду покрываюсь испариной, потому что тёмный взгляд скользит по народу и останавливается на мне. Будто знает, что я здесь. Или увидел мой пристальный взгляд?

Вот же… дерьмо.

Ну почему именно сегодня он решил прийти сюда?!

От досады чуть не топаю ногой.

Так, соберись, Настя! В своё время ты делала так, чтобы Игорь вообще не узнавал о Гордее. А то начинал истерику…

Сейчас просто нужно вспомнить прошлое.

– Игорь, – дёргаю его за руку и отрываю от разговора с каким-то мужчиной. Теперь я ощущаю на своём теле жар от чужих глаз.

Сейчас печёт в зоне лица.

А теперь языки пламени, будто облизывая тело, несутся ниже. На шею, на голые плечи… На вырез платья. И дальше, дальше…

– Да? – отвлекается он и переводит все внимание на меня. Специально встаю так, чтобы случайно не глянул на вход.

– Я отойду ненадолго. Тут шумно очень, голова разболелась. Да и туалет найти надо…

– Хорошо, – кивает, и моя хватка на его локте тут же пропадает. Он даже выдыхает с облегчением. Сказал бы раньше – я бы убрала!

Так, не время.

Я лечу вверх, на второй этаж, услышав от кого-то, что там находятся комнаты отдыха для перепивших гостей. Слоняюсь по коридорам, дёргаю за ручки дверей в надежде найти хоть одну свободную.

Зачем? Пока не понимаю. Чтобы поговорить без лишних ушей?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сворачиваю в другой коридор и понимаю, что потерялась.

Надо бы возвращаться обратно, а то мой план полетит коту под хвост.

Оборачиваюсь и тут же сталкиваюсь с твёрдым торсом.

Взгляд летит вверх.

И где-то внутри меня вместо страха кричат победные серенады.

Я знала, что Гордей пойдёт за мной. На некоторое время пропадёт из поля зрения Игоря.

– Ушла специально? – слышится насмешливо. А взгляд вовсе не такой. Стальной, тяжёлый.

– Да, – гордо задираю подбородок.

Почему не делаю шаг назад, а стою к нему почти вплотную?

Не хочу показать слабость. А она есть. Сердце, как бешеное, барабанит о рёбра.

– Что ты здесь делаешь? – начинаю с наезда. Хотя скорее это должен спрашивать он. Наша встреча – точно случайность. Не его замысел. Мог бы быть, если бы они с Игорем дружили, но… Никогда! – Ты же не ходил на подобные мероприятия. Я спрашивала.

– И поэтому пошла сегодня сюда? Зная, что меня не будет? – выгибает бровь.

– Да! – нагло проговариваю. – И раз уж мы пришли первые – ты должен уйти!

Звучит по-детски. Сама понимаю. И расстраиваюсь, потому что эта глыба начинает вдруг смеяться.

М-да, переговоры не удались…

Глава 36

– Что смешного? – упираю руки в бока. Но вместо ответа вижу на себе изучающий и насмешливый взгляд. Он скользит от моей причёски до носков ботильонов, купленных сегодня под платье. Гармонично, красиво, и никто косо не смотрит. Правда, я совершенно разучилась ходить на каблуках. Да я особо и не умела никогда.

– Выглядишь ты взросло, – не знаю, комплимент это или нет, но он продолжает: – А ведёшь себя, как маленькая девочка.

Я готова надуть губы, но это тоже… несерьёзно.

– Мне нравится, – тепло отзывается он.

Щёки на секунду вспыхивают от смущения и злости.

Я не хочу, чтобы ему нравилось!

– Давай поговорим, – скрещиваю руки на груди и задираю голову ещё сильнее. Вот же качок-переросток! Прямо как Игорь, поэтому я привыкла.

– О чём? – выгибает бровь. – У тебя есть тема? Предлагай. Боюсь, тебе моя не понравится.

– Та картина ничего не значит, – выпаливаю, зная, о чём он хочет поговорить. Всё, что я рисую – на эмоциях. Имеет свой отпечаток. Свою историю. Всё, что есть у меня в мастерской – не от скуки или желания написанная картина. И он всё это знает. – Я была зла на тебя. У меня щёки болели.

– Был груб, – кивает. – Извини.

– Не нужны мне твои извинения.

Кажется, ему всё равно. Гордей забавляется и даже доволен, что мы здесь прячемся.

– И вообще… уходи.

– Почему я должен? – делает шаг вперёд, надвигаясь на меня. Сокращает жалкие десять сантиметров между нами, и я вовремя успеваю сделать шаг назад.

А он не останавливается. Продолжает идти на меня шаг за шагом.

– Не хочу, чтобы вы с Игорем встретились, – говорю тихо, ощущая надвигающуюся опасность.

И она наступает.

Откуда-то позади вырастает стена. И я врезаюсь в неё спиной, не сразу сообразив податься в сторону и сбежать.

Поздно. Он подходит ко мне слишком близко.

И воздух вокруг будто электризуется.

– Мы не маленькие дети. Бегать я от него не буду. Один раз я играл в твою игру – тогда, в кафе. Но теперь не собираюсь, – ледяные нотки пронизывают с головы до ног. А от весёлого Гордея не остаётся ни следа.

Вот как, значит…

– Ясно, – отзываюсь сухо, отвернувшись в сторону. Изучаю пути отступления. Если уйти в сторону… я как раз выберусь из хватки.

Но, словно читая мои мысли, перед лицом появляется его рука.

И что-то тёплое опускается на талию.

Вздрагиваю, покрываясь вся мурашками. До этого он не трогал меня так интимно, и реакции тела не было. А тут… Напрягаюсь, от страха облизывая нижнюю губу.

– Насть, ты ведь понимаешь. Я не оставлю тебя в покое.

Глаза слезиться начинают. Почему? Сама не понимаю.

Человек, которого я любила безумно, одними словами находит брешь в моей непробиваемой каменной стене.

Вскидываю взгляд вверх.

– Оставишь, – говорю, уверенная в своих словах. Да, он сказал, что любит, но… Не знаю. Я не решусь на новые отношения. С ним. – Сдашься. Потому что я не сломаюсь. Не дам тебе шанса, Гордей.

Я несколько секунд не отвожу взгляда.

Несколько секунд борьбы.

Глаза в глаза.

Для чего? Хочу убедиться в своей собственной непоколебимости. А не могу. Говорю эти слова – и на душе вакханалия творится. Откуда-то доносятся недоверчивые слова. Что я не смогу. Не справлюсь.

Бывшие – странный предмет. Ты вроде отрёкся, а вроде и нет…

Мы всегда о них вспоминаем. И хотим к ним обратно.

И да, и нет…

Закусываю щёку изнутри и злюсь на саму себя. Подаюсь в сторону, выбираясь из плена Волкова. Обхожу его, оказываясь за спиной Гордея. И быстро иду по коридору, возвращаясь обратно в зал.

Хочет встретиться – пусть. Ему же хуже. Наверное… Или Игорю… не знаю. Но уже плевать.

– Мне шанс не нужен. Я так возьму.

Слишком самоуверенно.

– О жене подумай, – выплёвываю.

– Я развожусь.

Снова что-то вдребезги.

Он ради неё разрушил нашу любовь, а теперь так просто с ней расходится? И стоило оно того?

– О ребёнке подумай, – выпаливаю.

Грязно.

Неправильно.

Бездушно.

Я знаю, что никакого малыша нет. Но всё равно говорю ему об этом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Чтобы сделать больно? Нет… Не знаю. Вырывается.

– Его тоже нет, – усмехается он. – Карма, мать его. За то, что сделал неправильный выбор.

Ничего не отвечаю. Сжимаю ладони в кулаки. Бешусь от самой себя. Я надавила на травму. Специально. И становится противно от самой себя.

Быстро убегаю, смотря себе под ноги. Возвращаюсь в зал, ищу брата взглядом. Нахожу его быстро. И вцепившись в руку, притворно радостно говорю:

– Я долго?

– Очень, – хмурится он. – Что-то случилось?

– Да нет… Заболталась в уборной с одной дамочкой.

Узнай Гордей, что я так его назвала – выпорол бы меня.

Но пошёл он!

– Мы как? Надолго ещё здесь?

– Я уже отдал конверт. Ещё полчасика, и можно ехать.

Полчаса…

Тяжёлые для меня.

Я же вся на иголках буду! Волков дал понять, что он не уйдет! А в этом помещении они точно встретятся… Взглядами – сто процентов!

Я стараюсь отвлечься и не накручивать себя.

Но постоянно оглядываюсь по сторонам.

И замечаю, как Волков спускается вниз, поправляет чёрный галстук. Его тут же кто-то перехватывает, здоровается с ним. Обмениваются любезностями, судя по выражению лица.

А потом он целенаправленно направляется к нам.

Отвожу взгляд в надежде, что мне показалось. И пытаюсь отвлечь Игоря, жалуясь на громкую музыку и официантов, что в очередной раз предлагают мне шампанское.

И на секунду думаю, что обошлось. Но нет…

Внезапно рядом с нами появляется Волков.

Да ну нет…

Он это специально?!

Чувствую, как брат тут же напрягается. Рука становится такой бетонной, что я даже не могу вытащить свою.

Гордей первым делом здоровается с собеседником Игоря. А потом… С насмешкой в глазах протягивает ладонь моему брату…